Против моей воли!

      

***

             — В каком смысле «Он всё знает»? — скривился король Рижарл после того, как Дженни закончила свой достаточно длинный рассказ. Честно сказать, за более чем два десятилетия, герой, а после и монарх настолько хорошо выучил каждую фразу и интонацию своей жрицы, что это почти не мешало ему спать или думать о чём-то более полезном и приятном прямо во время нотаций. Но последняя фраза всё же заставила его проснуться.       — То есть как это? — поближе пододвинулся и Карвис.       — Ну вот так. Тебя молодого он увидел на одном из портретов, а меня… вычислил. И это не то, чтобы заняло у него много времени, — опустила глаза жрица. — Конечно, я свалила всё на нашу общую знакомую эльфийку, но… в общем, он сделал вид, что поверил мне.       — Хм! — король почесал густющую бороду. — Видел я его на площади. Немного похож, да, — На этих словах Карвис поперхнулся, а Джини огорчённо покачала головой и приложила ладонь к глазам. — Но не так, чтобы сильно. И уж тем более он не показался мне гением!       — Рижарл, у тебя с ним одна рожа на двоих, только твоя уже поистаскалась о кабаки и банкеты, а Луи в последние пару месяцев решил поберечься и следить за собой начал. Вот и выглядит… поприятнее.       — И пахнет получше, — не осталась в стороне от подколки настоятельница.       — Что-то никто в своё время на вонь не жаловался! — сварливо отмахнулся от женщины монарх. — Ладно! Чего он хочет, раз так внаглую всё тебе выложил?       — Ничего. По его словам, ты не захотел признавать его сразу, так что сейчас ему этого и задарма не надо. Так что не заявляй свои отцовские права на него на награждении. Луи отдельно об этом попросил.       — Мда? А то что?       — Что-что, а ты себя в молодости вспомни, — посоветовал маг и, не дождавшись понимания пояснил: — В бубен он тебе даст, вот что. При всех.       — А… так я для того тебе сына доверил, чтобы он при встрече на меня с кулаками кинулся? — возмутился король. — Ну знаешь!       — Успокойтесь оба! Рижарл, Карвис не виноват, — повысила голос Дженни, — Луи изменился по воле Майли!       — Да-да, ты это уже говорила. Так разница в чём, если, по твоим же словам, это всё ещё мой сын?       — В прожитых годах. Между ним старым и ним сейчас годы жизни, проведённые в мире, о котором мы не знаем ничего, — постановил архимаг.       — И что, он теперь великомудрый старец в теле пацана? Ха!       — Не, такой же раздолбай, только, видать, в том мире всё-таки умудрился прочитать пару полезных книжек. А что хуже, запомнить их содержимое. Попросил его объяснить, как он умудрился сконцентрировать на том перевале столько энергии, так получил часовую лекцию на тему что такое воздух, почти наполовину состоящую из жаргона, а наполовину из научных терминов.       — И ничего, разумеется, не понял? — едко испросил его величество.       — Будь так, было бы куда проще! Я понял абсолютно всё! А что не понял, он разжевал мне отдельно! Да я за всю свою жизнь не узнал столько о газах и воздушных массах, сколько за тот час!       — И почему это плохо? — не поняла Дженни.       — Потому что Луи! — отрезал архимаг. — Один вид его, говорящего разумные правильные вещи до сих пор ломает мозг окружающим. А уж когда он преподаёт МНЕ так просто и понятно, как не написано ни в одном из научных трактатов, читанных мной…       — Да что не так-то?! — это уже был король.       — Это как если бы в нашем походе не ты а Дженни ввязывалась бы в каждую трактирную драку а ТЫ бы её вытаскивал и приводил бы по утрам в порядок! — объяснил архимаг так, чтобы даже до короля дошло.       Настоятельница заливисто расхохоталась, а король вдруг вспомнил тот единственный случай, когда такое действительно случилось и… поёжился от леденящих душу воспоминаний.       — Ладно, проехали…       — Удалось выяснить, кто послал ребят, которых наш сын размазал? — осведомилась жрица.       — Не… экипировка добротная, но ни гербов, ни эмблем, — поморщился Рижарл. — И, разумеется, никакой возможности взять языка для моих ребят пацан не оставил. По фрагментам тоже не определить. Не, ну понятно, что они шли со стороны Рамлиэфии, но кто и что… Бандиты в общем.       — Ага, регулярные бандиты с однотипным оружием и железной дисциплиной, — хмыкнула Дженни. — И бандой до тысячи человек.       — Догадки к делу не пришьёшь, — отрезал монарх. — Так что да, дисциплинированные бандиты с однотипным оружием. Что, кстати, под вопросом, учитывая, что ни одного целого тела у нас нет, а есть они в льдине, надёжно закупорившей дорогу туда и обратно!       — Так мне поехать расплавить?       — Нет уж! При всех своих недостатках эта льдина действительно хорошее решение. А уж когда её облюбуют ледяные создания, так вообще можно вздохнуть спокойно на этом направлении! — остановил друга король. — К тому же сомневаюсь, что у тебя это получится с первого раза. Сам знаешь: то, что сдуру за минуту сотворил один идиот, умные мужи могут разгребать поколениями потом, а нам сейчас авторитет ронять нельзя.       — Мне не нравится, как ты говоришь о Луи, — холодно заметила Дженни.       — Я не о нём сейчас говорю, а в общем! И что значит, тебе не нравится? Парень проявил себя и мог вполне рассчитывать на моё признание, а сейчас что? Ты представляешь, чего он мог достичь под моим крылом? Но нет! Взъерепениться решил! Да он меня даже не знает, а уже в бутылку полез! Ну и кто он после этого?!       — Он не будет против тебя бунтовать. Просто всего хочет добиться сам и чётко дал понять, что знает, как это сделать. Без посторонней помощи, — отчеканила жрица.       — Да-да. Я тоже был молодым и думал, что самый умный, — оглядел своих «сопартийцев» король и даже не удивился тому, что оба картинно закатили глаза к потолку. — Ладно. В любом случае надо их всех награждать… молодых да ранних. И Луи этот… рожа одна на двоих говорите? Хреново, слухи пойдут… Надо поговорить с королевой и Литлером…       — Я могу взять Люцию на себя, — начала было Дженни.       — Нет! — чересчур резко отрубил Рижарл. — Это моя и только моя ответственность. К тому же, как ты себе представляешь? «Привет Люция, ты же знаешь, что я спала с твоим мужем? Ну так во-от…»… — его величество ощутимо побледнел. — Нет уж! Не дай Майли!       — Ладно, — покладисто согласилась священнослужительница. — Действительно не лучшая идея, если подавать её так.       — Тоже так думаю. В таком случае как насчёт перейти снова от проблем лично моих, к государственным? Давай рассказывай о наших героях. Вроде бы жрица — твоя воспитанница?              

***

      Ни на следующий день после событий в храме, ни через день и не через два Мелисса к Луи так и не пошла. Сначала они пытались разобраться в его поведении коллективным мозговым штурмом, потом их ряды потеряли Айлу, а на третий день слышать, как Миррель склоняет мага на все стороны горизонта уже откровенно надоело. Между тем плутовка каждый вечер свой посвятила шпионажу за Луи только для того, чтобы убедить себя и окружающих в том, какой он на самом деле негодяй. Вот, на второй день, она принесла вести, что он кошмарит маленькую девочку. И что она сама видела, как тот тащит её за руку в сторону рынка. Потом, правда, из её же рассказа выяснилось, что это та самая Катерина, ради которой они проникли в оранжерею при академии и оглушили одного из архимагов. А Луи водил её покупать одежду, потому что девочка после того, как лишилась дома, теперь живёт у него и якобы следит за хозяйством.       Более того, девочка, пойманная и расспрошенная воровкой рассказала той вообще невероятные вещи. Луи помимо прочего, платит ей деньги за уборку и готовку, уже договорился с учителями арифметики, письма и рисования, чтобы обучить её, и вообще будет на полном серьёзе опекать до совершеннолетия. А Миррель в ответ на свои наводящие вопросы ещё от мелкой получила такую отповедь, что ну вообще не остаётся сомнений в дурном влиянии мага.       На вопрос, зачем же вначале было говорить о Луи гадости воровка выдала гениальное:       — Ну… тебя поддержать, чтобы ты не сильно переживала… — на всякий случай отодвинулась воровка на расстояние, превышающее полёт подзатыльника от Джини. — Да ладно тебе! Все мы и без того знаем, что это за фрукт!       Спорить с ней не хотелось, но подобная напраслина наводила на ещё более тяжёлые мысли. А ещё, пока они сидели в баре, опустошая местные запасы пива и сплетничая, Луи… делом доказывал то, что Майли в нём не ошибся. Она, Мелисса, видела это более чем отчётливо. Вот только даже себе сказать это вслух боялась, потому как сама на его фоне перестала выдерживать вообще какую-либо критику. Ну а то, что она себе геройство представляла не так… это только её проблемы. Будь иначе — век бы ей не слышать тех собачьих команд.       На третий день она в трактир не пошла. Решив, что достаточно успокоилась, девушка отправилась к наставнице и попросила определить ей какой-нибудь фронт работ. Хоть в помощь к леди Изабель, которая, была занята восстановлением парка. Настоятельница спрашивать про её дела не стала, просто посетовала на нездоровую бледность своей воспитанницы и отправила её следить за послушницами, где её взяли в свой привычный шумный оборот Жанна, Джоан и Анна, утята, как верно и неоднократно подмечал тот, о ком думать сейчас вообще не хотелось. Их весёлые перебранки, бесконечные вопросы и сплетни как-то смогли отвлечь жрицу от тяжёлых мыслей. Под вечер это даже получилось.       Завершением трудового дня для Мелиссы и послушниц стал поход на рынок за покупками для храма. В бане заканчивались запасы мыла, на кухне дно показывала последняя бутыль масла, а в бытовке осталось мало ниток. И ещё много чего по мелочи. И всё было хорошо, но ровно до того момента, когда на самом краю зрения Мелиссы мелькнул знакомый силуэт. Девушка вздрогнула, повернула голову и действительно увидела бредущего по улице Луи. Тот расслабленной походкой шёл в сторону выхода с рынка, держа в одной руке арбуз, а в другой корзину с другими продуктами. Всё нутро будто прострелило осознание того, что если ничего не сделать прямо сейчас, то потом будет совсем поздно и она, сгрузив свою поклажу на подвернувшуюся под руку Жаннет просто и без затей побежала за своим героем.       Городские улицы узки и похожи друг на друга. На рынке каждая лавка хочет отличаться от другой хоть чем-то, но стоит отойти хотя бы на квартал, и все проходы превращаются в одинаковые извилистые серые кишки. Луи не торопился. Он сделал все свои дела на рынке и прямо сейчас просто прогуливался. Веса поклажи маг не ощущал, Мелисса прекрасно знала, сколько весит рюкзак, который они на него нагружали в походе и с которым он умудрялся бежать несколько часов подряд. Но даже при прогулочном шаге жрица умудрилась догнать его на достаточном отдалении от торговых рядов. Даже удивительно, что на этом отрезке улицы прямо сейчас не было ни души.       — Луи, постой! — крикнула девушка, когда между ними оставалось примерно пятнадцать шагов.       Маг остановился и обернулся, даже не пытаясь скрыть своего удивления.       — Привет, Мелисса, — только выдавил из себя он. — Что-то случилось? Новое задание храма?       — Нет! Просто… как ты себя чувствуешь?       — М... Спасибо, не жалуюсь. И э… а как ты?       — Всё нормально…       Повисла тяжёлая пауза.       — Луи, я…       — Мелисса… — одновременно начали они.       — Говори ты, — первым сориентировался маг.       — Я… — Мелисса сделала ещё пару шагов навстречу и остановилась, не зная, как спросить… — только хотела узнать, чем заслужила твоё презрение?       Брови Луи взлетели вверх, а челюсть в удивлении упала чуть ли не на пол.       — Презрение? — переспросил он. Потом поставил тесёмку на дорогу и кашлянул в освободившийся кулак. — Я никогда не презирал ни тебя, ни Джини, ни даже мелкую.       — Но тогда… — Мелисса даже не попыталась закончить фразу.       Луи тяжело вздохнул и с шумом выдохнул, глядя на вечернее небо.       — Тогда в парке я самым недостойным образом сорвался. Опять. И очень жалею, что тебе пришлось это выслушивать.       — Но ты это сказал…       — Да. В сердцах, — Луи горько усмехнулся и сделал несколько шагов навстречу Мелиссе. — Понимаешь, мы, мужики, очень не любим получать по рогам, не имея возможности дать сдачи. Особенно, когда думаем, что правы. Джини… рассказала мне о той связи между нами, из-за которой ты не можешь ослушаться ни одного моего приказа, и я посчитал подобное рабством. Это неправильно, так не должно быть вообще и у светлого бога в частности, ну а если он такое позволяет, то я-то уж точно ему служить не буду. Свобода воли каждого человека священна. Моих друзей особенно.       Маг поставил сумку на пол и сел на какую-то колоду, стоящую у забора.       — И я пошёл в храм за правдой. Злой, как чёрт и с посохом наперевес. Ну и получил. Притом не только правду, но и звездюлей за всё хорошее.       — Луи… Но почему ты хотел разорвать нашу связь?       В ответ на это Мелисса получила такой возмущённый взгляд, что даже отшатнулась.       — Потому что надоело чувствовать себя идиотом. Ладно поначалу. Но потом-то за что? Я из кожи вон лез, чтобы заслужить хоть толику вашего доверия. Да о чём я? Я за два месяца выучил полтора десятка заклинаний поддержки. Я делал для вас артефакты. Я ломал себя, сносил побои от Джини. Я доказал всему городу, что уже не тот, кем был. Я ТЕРПЕЛ МИРРЕЛЬ! — последнее Луи буквально выкрикнул. — И всё одно не стал одним из вас. Не заслужил доверия.       — Но это не так! — горячо запротестовала Мелисса.       — Тогда почему Джини не послушалась меня, когда мы убегали? — вскинулся парень. — И почему каждую долбанную ночь на привале ты шарахаешься от меня так, будто я при любом твоём неосторожном движении готов вцепиться тебе в задницу?!       — Луи… это не то, что…       — Не надо, Мелисса, Джини мне уже всё рассказала. На самом деле, если вы и вправду думали, что я, получив якобы от бога право делать с тобой всё, что мне в голову взбредёт, то тут всё понятно. Вот только с чего вы взяли, что я действительно могу это сделать, и почему я так делать буду? Открою тебе страшную правду: до позавчерашнего дня я честно думал, что вы, жрицы храните своё целомудрие для самого Майли. Книжек по вашей религии я тоже не читал, потому что ну зачем? Что, я в том мире религий разных что ли не навидался?       — Но почему ты не сказал об этом раньше?       — Хотел скосить за умного, но вот… опять не получилось, — Луи встал с колоды, с хрустом потянулся и подобрал свою поклажу. — Спасибо, что выслушала. Надо было всё-таки поговорить с тобой на эту тему раньше, но… сама понимаешь, поход, стресс, массовые убийства… В общем, постараюсь в будущем больше не доводить свои обидки до терминальной стадии. И ты не стесняйся спрашивать, если что не так, хорошо?       — Джини рассказала, что между вами произошло, — выпалила Мелисса и зажала себе же рот обеими ладонями. — В смысле… я не держу зла ни на тебя, ни на неё.       — А-га… — уже повернувшийся в сторону дома маг медленно и опасливо оглянулся. Лицо его выражало… лёгкую степень удивления, наверное. — Ну… это её дело. С моей стороны ты подробностей не получишь. Напились, наделали глупостей, бывает.       — Значит, у вас с ней ничего нет?       — Взаимное недоумение от того, как это нас так вообще угораздило? — криво улыбнулся маг. — Она там на меня сильно обиженная?       — Третий день мрачнее тучи и почти не разговаривает, но… вряд ли злится.       — Ясно, ну… заходите в гости.       С этими словами Луи покинул переулок, оставив жрицу наедине со своими мыслями… Как она думала некоторое время.       — Наставница, — раздался из-за спины голос Джоан, заставивший пробежать по спине Мелиссы табун мурашек. — а что у этого верзилы было с госпожой Джини?       

***

      Домой пришёл в куда более приподнятом настроении. Давно надо было объясниться с монашкой, но всё как-то настроения не было. По разным причинам. Да и Миррель всё время на горизонте. Так сказать, блюдёт целомудрие своей подруги и создаёт правильный с её точки зрения информационный фон. Ну да бог с ней, кому бы она не поклонялась. Вообще мелкую вспоминать не хочу. Поставил мешок на тумбочку у прихожей, арбуз на пол, снял сапоги и с удовольствием размотал портянки, которые сразу же убрал в специальный шкаф. Проветриваться. Надо озадачить местных ткачих носками, но это потом. Сейчас — тапочки.       На кухне пару раз громыхнуло посудой и через секунду из двери рядом с барной стойкой на меня вылетело малолетнее чудо с двумя хвостиками и мне ростом по пояс. Катюха сейчас выглядела куда лучше. Всё ещё болезненно худая, но изрядное количество поглощаемой ей молочной продукции от местных производителей уже через пару недель всё исправит. Сейчас на ребетёнке была простая рубашка чуть ли не до пола, жёлтый фартук и жёлтый же платок на голове, её персональная гордость. На платке большим шрифтом начертана цифра «01», показывающая всем окружающим, кто тут самый главный миньон, а на лице девочки довольная щербатая улыбка.       — Луи! Привет! Ух ты! Арбуз!       — Ага. Сейчас его в холодную отнесу, а после ужина раздербаним.       — Круто! Что хочешь съесть?       — Тебе готовить, вот ты и думай, а я в подвал.       — Работать будешь?       — Да, появилось настроение чего-нибудь нахимичить. Без причины за мной раньше ужина не суйся.       — Да!       Отвлекли меня примерно через час корпения над очередным колечком. Прискакавшая «помощница» доложилась на тему того, что ко мне пришёл какой-то дворянин и сказал, что у него послание для мага Луи. Поднявшись же, я увидел, как в дверях стоит капитан королевской гвардии Барб.       Солдат не отказался от кружки кваса с жары, подивился необычным убранством в доме и, наконец, сообщил о целях своего визита. Оказывается, то происшествие в горах действительно не осталось без внимания монарха, а потому церемония награждения героев назначена на следующее воскресенье после полудня в тронном зале. Награждать будет сам монарх и это великая честь, так что форма одежды рекомендуется парадная. Я же со своей стороны уточнил, будут ли награждать весь отряд или только меня и что на последнее я категорически не согласен. Однако, обошлось. Весь отряд получит по полной, и никто не уйдёт обиженным. Просто Джини он поймал ещё до встречи со мной, а та обязалась предупредить остальных. Ну а раз так, то ладно.       Единственное, на чём отдельно остановился капитан, так это на отношениях внутри нашего отряда, уладили ли мы свои разногласия и не будет ли эксцессов на самой церемонии награждения с нашей стороны. Нет, гражданин начальник, с кулаками я на них кидаться не буду и девушкам это тоже вроде бы не нужно. Ну а раз всё, спасибо, до свидания. На ужин не останетесь, у нас сегодня чечевичный суп и томлёные рёбрышки, нет? Какая жалость.       Значит, действительно будут награждать. Ну ладно. Выходит — заслужили.