Хогвартс читает книги о Гарри Поттере или изменим будущее

      — Давай я — протянул руку Билл и взял книгу - Глава 3. ПИСЬМА НЕВЕСТЬ ОТ КОГО — прочитал старший из братьев Уизли.       — Хогвартс! — радостно воскликнул Колин       — Почему ты так решил, Криви? — фыркнул Малфой.       — Ну это же логично — ответил за брата, Деннис.       В этот момент, двери большого зала в треском распахнулись, представив силуэт двух женщин. Гарри даже сначала показалось, что одна из них — Беллатриса Лейстредж.       — Мама?! — воскликнула Нимфадора, опустив палочку, направленную на двери Зала — что вы тут делаете?       — Меда? — намного тише произнесла Нарцисса, а Бродяга радостно завилял хвостом, соскучившись по любимой кузине.       — Бабушка? — округлил глаза Невилл.       — Привет, дорогой — улыбнулась Августа Лонгботтом и женщины вдвоем зашли в Зал.       — Привет, милая — Андромеда подошла, обнимая дочь — нам пришли странные письма, что вы читаете какие-то книги.       — Это правда — кивнула Дора — мы читаем книги про Гарри.       — Гарри? — переспросила Андромеда — это…       — Гарри Поттер, мэм — Гарри повернулся. Сириус тут же отодвинулся в сторону, чтобы Гарри смог встать — приятно познакомиться.       — Андромеда Тонкс, мне тоже. Дора столько про тебя рассказывала!       — Мама! — простонала Нимфадора. Пёс же радостно скакал вокруг стоящих рядом Гарри, Меды и Доры.       — Бродяга — Гарри попытался изобразить серьезный вид, но он не мог удержать улыбку, при виде скачущей вокруг него собаке.       — Какой невоспитанный ты пёс, Бродяга — многозначительно произнесла Андромеда, улыбнувшись. Сириус фыркнул, но всё же был рад, что кузина знает, что это он. Видимо, Тонкс постаралась.       — Так вы правда читаете книги? — спросила Августа, усаживаясь недалеко от Невилла.       — Да. Это книги о нашем прошлом, настоящем и будущем — вмешалась Джоан — и я предлагаю продолжить — она бросила лукавый взгляд, на поздоровавшихся Андромеду и Рема — я думаю стоит пересказать краткое содержание первых двух глав тем, кто только присоединился.       — Это без меня — махнул рукой Гарри, устроившись обратно на диване, между Роном и Гермионой. Бродяга не долго думая, забрался обратно на колени крестнику. Гермиона с Ремусом вкратце рассказали то, о чем они прочитали в первых двух глава. Девушки открыли рты от изумления, но промолчали. Наконец, Билл продолжил.       Гарри никогда еще так не наказывали, как за историю с бразильским удавом. Когда ему наконец разрешили выходить из чулана, уже начались летние каникулы,       — А когда у Дадли день рождение? — спросила Гермиона.       — В июне.       — То есть ты месяц просидел в чулане? — ошарашенно воскликнул Рон.       — Читай, Билл — поморщился Гарри, не желая отвечать на вопрос друга.       …а Дадли уже успел сломать новую видеокамеру, разбил самолет с дистанционным управлением и, в первый раз сев на новый гоночный велосипед, умудрился врезаться в миссис Фигг, переходившую Тисовую улицу на костылях, и сбить ее с ног, так что она потеряла сознание.       — Она там жива? — поинтересовался Симус.       — Жива — хмыкнул Гарри.       — Что-то мне подсказывает, что Дадли не был наказан за это — вздохнул Чарли.       — Конечно нет — как нечто и так понятное, ответил Гарри — тетя Петунья начала оправдываться, что он её не заметил.       Гарри был рад, что занятия в школе закончились, но зато теперь ему негде было скрыться от Дадли и его дружков, которые каждый день приходили к нему домой. И Пирс, и Деннис, и Малкольм, и Гордон — все они были здоровыми и безмозглыми, но Дадли был самым здоровым и самым безмозглым, и потому именно он считался их предводителем и решал, что будет делать вся компания.       В большом зале раздался смех.       — Все равно, что Гойл был бы предводителем — фыркнул Тео.       И вся компания соглашалась с тем, что следует заняться любимым спортом Дадли — охотой на Гарри.       Бродяга снова громко зарычал, под крики студентов.       — Пусть только попробует! — воскликнул Невилл — я ему!       Многие с интересом смотрели на этого гриффиндорца, и только члены ОД довольно переглянулись. Занятия пошли Невиллу на пользу. Он стал более уверенный, перестал бояться высказывать свои мысли и выучил множество полезных заклинаний. Августа же ошарашенно смотрела на внука, сидящего перед ней и её начинала пробирать гордость за своё чадо.       По этой причине Гарри проводил как можно больше времени вне дома, шатаясь неподалеку и думая о том, что не так уж много времени осталось до конца каникул, откуда ему светил крошечный лучик надежды. В сентябре он должен был пойти в среднюю школу и наконец-то расстаться с Дадли.       — Можно было бы пошутить…       — Но мы не будем — расхохотались близнецы.       Дадли перевели в частную школу, где когда-то учился дядя Вернон, — в «Вонингс». Кстати, туда же устроили и Пирса Полкисса. А Гарри отдали в самую обычную общеобразовательную школу, в «Хай Камероне».       — Но ты всё равно туда не пойдешь! — воскликнул Криви.       — Потому что ты уедешь в Хогвартс — довольно протянул Рон.       Дадли это показалось невероятно смешным.       — Хогвартс — это не шутка! — обиженно запричитали студенты, к фразе Рон.       — В этой школе старшекурсники в первый же день засовывают новичков головой в унитаз, — сразу же начал издеваться Дадли. — Хочешь подняться наверх и попробовать?       — Только тронь его — хором прошипела половина зала.       — Нет, спасибо, — ответил Гарри. — В многострадальный унитаз никогда не засовывали ничего страшнее твоей головы — его, бедняжку, может и стошнить.       Большой Зал взорвался от смеха.       — Гарри, почему ты с нами так не шутишь? — обиженно воскликнули близнецы, немного успокоившись.       — Да, Гарри — сквозь смех выдавил Люпин — чувство юмора тебе точно от Джеймса досталось — пёс довольно гавкнул в подтверждение.       Гарри убежал раньше, чем Дадли понял смысл сказанного.       — Могу с точностью сказать, что он всё ещё гадает — усмехнулся Гарри.       Как-то в июле тетя Петунья повезла Дадли в Лондон, чтобы купить ему фирменную форму школы «Вонингс», а Гарри отвела к миссис Фигг.       Как ни странно, теперь у миссис Фигг стало куда приятнее, чем раньше. Выяснилось, что она сломала ногу, наступив на одну из своих кошек, и с тех пор уже не пылает к ним такой страстной любовью, как прежде.       — Всему нужно знать меру — тихо фыркнула Минерва.       Так что она не показывала Гарри фотографии кошек, и даже разрешила ему посмотреть телевизор, но зато угостила шоколадным кексом, который, судя по вкусу, пролежал у нее в шкафу по крайней мере десяток лет.       — Это издевательство — фыркнул Ремус, Гарри переглянулся с Сириусом и громко рассмеялся. Пёс лишь весело фыркнул, что больше было похоже на чих. Они-то знали о любви Люпина к шоколаду.       В тот вечер Дадли гордо маршировал по гостиной в новой школьной форме. Ученики «Вонингса» носили темно-бордовые фраки, оранжевые бриджи и плоские соломенные шляпы, которые называются канотье.       — Странные сочетания — скривилась Лаванда и многие с ней согласились.       Еще они носили узловатые палки, которыми колотили друг друга за спинами учителей.       — Эм. Что за бред? — не выдержал Чарли, заглядывая через плечо старшему брату.       Считалось, что это хорошая подготовка к той взрослой жизни, которая начнется после школы.       — Какой взрослой жизни? — фыркнула Гермиона — бить друг друга палками это взрослая жизнь?       — Ты что, Гермиона. Это же так поможет им в будущем! — с сарказмом в голосе произнес Гарри.       Глядя на Дадли, гордо вышагивающего в своей новой форме, дядя Вернон ужасно растрогался и ворчливым голосом — ворчал он притворно, пряча свои эмоции, — заметил, что это самый прекрасный момент в его жизни.       Что же касается тети Петуньи, то она не стала скрывать своих чувств и разрыдалась, а потом воскликнула, что никак не может поверить в то, что этот взрослый красавец — ее крошка сыночек, ее миленькая лапочка.       — Крошечка сыночек? — усмехнулся Рон.       — Кому-то явно следует купить очки — весело хмыкнули близнецы.       А Гарри даже боялся открыть рот. Он изо всех сил сдерживал смех, но тот так распирал его, что мальчику казалось, что у него вот-вот треснут ребра и хохот вырвется наружу.       — Вот это выдержка — под смех студентов заметил Дин.       — Годы тренировок — усмехнулся Гарри.       Когда на следующее утро Гарри зашел на кухню позавтракать, там стоял ужасный запах.       — А ты ещё….       — …Не привык? — весело пропели близнецы.       Как оказалось, он исходил из огромного металлического бака, стоявшего в мойке. Гарри подошел поближе. Бак был наполнен серой водой, в которой плавало нечто похожее на грязные тряпки.       — Что это? — спросил он тетю Петунью. Тетя поджала губы — она всегда так делала, когда Гарри осмеливался задать ей вопрос.       — Как ты посмел, Гарри?! — хором воскликнули близнецы.       — Ты задал вопрос! Кошмар, Гарри! — поддержал ребят Невилл, чем опять-таки многих удивил.       — Твоя новая школьная форма.       — Что?! — хором воскликнули студенты и несколько взрослых. Гарри скривился.       Гарри снова заглянул в бак       — Ну да, конечно, — произнес он. — Я просто не догадался, что ее обязательно нужно намочить.       — Сомневаюсь, что Петунья поймет сарказм — поморщился Ремус.       — А ты вообще с ней знаком? — спросил Гарри, поворачиваясь к Люпину, Ремус кивнул.*       — Когда мы учились на 7 курсе, у Джеймса как раз не так давно погибли родители, наступало рождество, мы хотели остаться в Хогвартсе, но Лили с Джеймсом как раз недавно начали встречаться и она позвала нас всех к себе. Сириус долго сопротивлялся, но всё же сдался. Тем не менее, мы очень даже весело провели время, тогда, кстати, мы и познакомились с Петуньей. Она так смотрела на нас, будто мы её вот-вот превратим в жабу.       — На меня она так же смотрит. А я даже не знал этой истории — вздохнул Гарри — интересно, сколько всего я ещё не знаю?       — Мы с Сириусом расскажем тебе — улыбнулся Ремус.       — Профессор Люпин — вдруг спросил Симус — то есть, вы хорошо общались с родителями Гарри? — Ремус улыбнулся.       — Джеймс многим рисковал в общении со мной. Я думаю, вы понимаете, о чем я, а более точно всё объяснят в третьей книге, а с Лили у меня всегда были хорошие отношения. Пожалуй, курса до 7-го только меня она и воспринимала из нашей компании — рассмеялся Люпин — и я знал маленького Гарри, но об этом подробнее в третье книге.       — Скорее бы третья книга — вздохнул Гарри, гладя пса, в глазах которого сверкали искорки надежды.       — Не строй из себя дурака, — отрезала тетя Петунья. — Я специально крашу старую форму Дадли в серый цвет. Когда я закончу, она будет выглядеть как новенькая.       — А новую, что, сложно купить? Они не те, у кого на это не хватает денег. Ну если смотреть сколько они подарили Дадличку — зло бросил оборотень. Все согласно закивали.       Гарри никак не мог в это поверить, но решил, что лучше не спорить.       — Поттер решил не спорить? Это что-то новенькое — фыркнул Северус, Сириус громко зарычал и попытался вскочить, но Гарри крепко его держал — держите покрепче вашего пса, Поттер, а то придется надеть ему намордник.       — Если вы не будете язвить, то он не будет вас трогать — тихо буркнул Гарри так, что его услышали только несколько человек из ОД и старательно сдерживали смех.       — Вы что-то сказали, Поттер? — выгнув бровь спросил Снейп.       — Никак нет.       — Сэр — добавил Северус.       — Совсем не обязательно называть меня «сэр», профессор — мило похлопал глазами Гарри.       Большой зал взорвался от смеха. Некоторые преподаватели сдержали улыбку, а некоторые нахмурились, но ничего не сказали. Снейп чуть ли не позеленел от злости. Сириус с гордостью взглянул на крестника весело гавкнул, как бы говоря «мой крестник». От ярости профессора зельеварения Гарри спас Билл, который продолжил читать.       Он сел за стол, стараясь не думать о том, как будет выглядеть в свой первый день в «Хай Камеронсе» — наверное, так, словно вырядился в обрывки полусгнившей шкуры мамонта.       Малфой совсем не аристократично сморщил нос, но промолчал.       В кухню вошли Дадли и дядя Верной, и оба сразу сморщили носы — запах новой школьной формы Гарри им явно не понравился. Дядя Верной, как обычно, погрузился в чтение газеты, а Дадли принялся стучать по столу форменной узловатой палкой, которую он теперь повсюду таскал с собой.       — Зачем? — выгнул бровь Нотт.       — Чтобы дубасить всех и всё вокруг — закатил глаза Гарри.       Из коридора донеслись знакомые звуки — почтальон просунут почту в специально сделанную в двери щель, и она упала на лежавший в коридоре коврик.       — Принеси почту, Дадли, — буркнул дядя Верной из-за газеты.       — Подождите! — хором крикнули несколько студентов.       — Он сказал сделать что-то Дадли?! — воскликнул Дин.       — Всё — траурным голосом сказали близнецы — конец света близок. Знайте, мы вас любили — смахивая невидимую слезу ответили Уизли.       — Пошли за ней Гарри.       — Какие мы ленивые — презрительно фыркнула Гермиона.       — Гарри, принеси почту.       — А нет, Армагеддон откладывается…       — …Забудьте всё, что мы сказали.       — Клоуны — фыркнула Джинни.       — Пошлите за ней Дадли, — ответил Гарри.       — Ещё не всё потеряно — воскликнул Симус.       — Грифиндурцы — фыркнул Малфой.       — Слизнеринцы — в тон ему ответил Рон.       — Ткни его своей палкой, Дадли, — посоветовал дядя Вернон.       — Я тебя потом ткну — прорычал злой оборотень.       Гарри увернулся от палки и пошел в коридор. На коврике лежали открытка от сестры дяди Вернона по имени Мардж,       — Это та, которую ты...?       — Да, Рон — сдерживая смех ответил Гарри — это она. Только давай без спойлеров.       — Узнаете из третьей книги — вздохнула Гермиона, потому что Гарри и Рон умирали со смеху — и ничего смешного в этом нет!       — Не занудствуй — махнул рукой Рон, вытирая проступившие от смеха слезы — читай, Билл.       …отдыхавшей на острове Уайт, коричневый конверт, в котором, судя по всему, лежал счет, и письмо для Гарри.       Гарри поднял его и начал внимательно рассматривать, чувствуя, как у него внутри все напряглось и задрожало, как натянутая тетива лука. Никто ни разу никогда в жизни не писал ему писем. Да и кто мог ему написать?       — Я       — Я       — И я тоже — раздавалось с разных уголков зала.       — Правда? — изумился Гарри — но я ничего не получал.       — Ваши письма были доставлены в отдел в Министерстве. Если вы захотите, вы можете их забрать — ответила Амелия Боунс.       — Ладно, хорошо — задумчиво кивнул Гарри.       У него не было друзей,       — Есть! — воскликнула ребята из ОД, а учителя вновь изумились. Что могло так сблизить ребят с разных факультетов?       — Теперь да, — улыбнулся Поттер — а тогда не было.       …у него не было других родственников,       — Есть — уверенно сказал Ремус — У Поттеров много родственников, просто Дурсли — самые близкие. Ну, и есть ещё кое-кто, и ты знаешь о ком я — Гарри улыбнулся, покосившись на довольного пса.       — Это так звучит. Прям как Ты-знаешь-кто — усмехнулся Симус — это же не он надеюсь?       — Мерлин упаси — вскинул руки вверх Гарри — а не говорим, потому что не хотим портить вам удовольствие.       — А когда мы узнаем об этом?       — Из третьей книги.       — Как долго ждаааать! — протянулись близнецы.       — Вы то знаете — фыркнула Гермиона, закатив глаза.       — Ах, точно…       —…Дред, как мы могли забыть?! — близнецы переглянулись и весело расхохотались.       …он даже не был записан в библиотеку, из которой ему могло бы прийти по почте грубое послание с требованием немедленно вернуть книги.       — Возмутительно! — воскликнули равейнкловцы вместе с Гермионой.       — И как ты оказалась на Гриффиндоре? — фыркнул Малфой.       — Так же, как и я — пожал плечами Ремус — друзья нужны всем. А там, она бы только училась, я прав?       — Да — удивленно сказала Гермиона — ты прав.       Однако сейчас он держал в руках письмо, и на нем стояло не только его имя, но и адрес. Так что сомнений, что письмо адресовано именно ему, не было. «Мистеру Г. Поттеру, графство Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом четыре, чулан под лестницей» — вот что было написано на конверте.       — Неужели никто не обратил внимание на то, что написано на конверте? — возмутилась Молли.       — Письмо подписывают не преподаватели, а специальное волшебное перо — вздохнула Гермиона.       — Давно пора это менять — буркнула Минерва.       Конверт, тяжелый и толстый, был сделан из желтоватого пергамента, а адрес был написан изумрудно-зелеными чернилами. Марка на конверте отсутствовала.       — Марка? Что такое Марка? — спросил Драко.       — Марка — это такая наклейка, которую приклеивают на письмо у маглов — спокойно сказала Гермиона — чтобы отправить его.       Дрожащей рукой Гарри перевернул конверт и увидел, что он запечатан пурпурной восковой печатью, украшенной гербом, на гербе были изображены лев,       — Гриффиндор! — закричали гриффиндорцы.       …орел,       — Когтевран! — не остались в стороне когтевранцы.       …барсук       — Пуффендуй! — весело воскликнули пуффендуйцы.       …и змея,       — Слизерин! — не оставили свой факультет в долгу слизеринцы.       …а в середине — большая буква «X».       — Хогвартс! — закричали все дети и весело рассмеялись.       — Давай поживее, мальчишка! — крикнул из кухни дядя Вернон. — Что ты там копаешься? Проверяешь, нет ли в письмах взрывчатки?       — Как остроумно, — фыркнул Ремус. — Даже у меня шутки лучше, — пёс гавкнул в подтверждение, а Гарри, Рон и Гермиона весело переглянулись.       — И как мы сами не догадались до такой шутки, Фордж? — поднял брови Фред… Или Джордж?       — Не знаю, Дред, — уныло ответил близнец.       Дядя Вернон расхохотался собственной шутке.       — Действительно, очень смешно, — фыркнул Рон.       Гарри вернулся в кухню, все еще разглядывая письмо.       — Зачем?! — простонала Гермиона — Они же заберут его у тебя!       — Я был слишком ошеломлен тем, что мне кто-то написал — смущенно улыбнулся Гарри — именно поэтому растерялся.       Он протянул дяде Вернону счет и открытку, сел на свое место и начал медленно вскрывать желтый конверт. Дядя Верной одним движением разорвал свой конверт, вытащил из него счет, недовольно засопел и начал изучать открытку.       — Мардж заболела, — проинформировал он тетю Петунью. — Съела какое-то экзотическое местное блюдо и…       — Пап! — внезапно крикнул Дадли. — Пап, Гарри тоже что-то получил!       — Заткнись, жирная свинья! — зло крикнул Рон.       — Рональд! — строго прикрикнула Молли.       — Ты со мной не согласна? — поднял брови рыжий.       — Лично мы — полностью — хором хмыкнули близнецы.       Гарри уже собирался развернуть письмо, написанное на том же пергаменте, из которого был сделан конверт, когда дядя Вернон вырвал бумагу из его рук.       — Он не имеет права забирать его у тебя! — воскликнул Билл, оторвавшись от чтения.       — А когда его это волновало? — скептически подняв бровь, спросил Гарри.       — Это мое! — возмутился Гарри, пытаясь завладеть бумагой.       — И кто, интересно, будет тебе писать? — презрительно фыркнул дядя Вернон, разворачивая письмо и бросая на него взгляд.       — Я — воскликнул Рон.       — И я — подхватила Гермиона.       — И я! — со всех сторон Зала стали доноситься голоса ребят, из ОД. Сириус счастливо гавкнул, давая понять, что он тоже с удовольствием пишет и будет писать Гарри. Поттер лишь тепло улыбнулся.       — Спасибо вам, ребят — слегка смущенно ответил Гарри.       Его красное лицо вдруг стало зеленым, причем быстрее, чем меняются цвета на светофоре.       — Фе — скривились девочки.       Но на этом дело не кончилось. Через несколько секунд лицо его стало серовато-белым, как засохшая овсяная каша.       — Какой ужас! — фыркнула Лаванда.       — И как ты с ним живешь? — скривился Чарли.       — Привык — пожал плечами Гарри.       — П-П-Петунья! — заикаясь, выдохнул он. Дадли попытался вырвать у него письмо, но дядя Вернон поднял его над собой, чтобы Дадли не смог дотянуться.       — А хрен тебе, Дадлик — весело крикнули близнецы, за что тут же получили подзатыльники от матери.       Подошедшая Петунья, большая любительница сплетен и слухов, взяла у мужа письмо и прочла первую строчку. На мгновение всем показалось, что она вот-вот потеряет сознание.       — Она знает, что это? — оторвался от чтения Билл.       — Да. Моя мама была же её сестрой. Ну думаю дальше всё объяснят — помешав задать ещё несколько вопросов, ответил Гарри.       Тетя схватилась за горло и втянула воздух с таким звуком, словно задыхалась.       — Вернон! О боже, Вернон!       — Королева драмы — скривилась Гермиона.       Тетя и дядя смотрели друг на друга, кажется, позабыв о том, что на кухне сидят Гарри и Дадли. Правда, абстрагироваться на долго им не удалось, потому что Дадли не выносил, когда на него не обращали внимания. Он сильно стукнул отца по голове своей узловатой палкой.       — А я знала, что такое воспитание до добра не доведет! — презрительно фыркнула Нарцисса.       — Я хочу прочитать письмо! — громко заявил Дадли.       — С какого это перепугу? — уставился на книгу в руках брата Рон — я тоже знаешь ли, много что хочу.       — А с такого, что ему бедному впервые что-то не дали. Бедняга — смахнув невидимую слезу прискорбным голосом произнес Гарри. Студенты рассмеялись, а взрослые нахмурились.       — Ужасное воспитание — тихо прошептала Минерва.       — Это я хочу прочитать письмо, — возмущенно возразил Гарри. — Это мое письмо.       — Вот именно! — подхватили ребята.       — Грифиндорцы — закатил глаза Малфой-младший.       — И зачем я только пошёл с письмом в кухню — сокрушенно вздохнул Гарри — надо было в коридоре открыть или занести в чулан и потом посмотреть.       — Ты был растерян и взволнован — ответила за Гарри Гермиона.       — К тому же раз ты сидишь здесь, то ты все же его получил — улыбнулся Ремус.       — О, это было эффектно — рассмеялся Гарри, косясь на Хагрида.       — Как? — не сдерживая любопытство спросил Колин.       — Это будет в следующей главе, Колин — улыбнулась Джоан — наберись терпения.       — Пошли прочь, вы оба, — прокаркал дядя Вернон, запихивая письмо обратно в конверт.       — Это письмо Гарри, с какого лешего он должен уходить? — задала риторический вопрос Джинни.       Гарри не двинулся с места.       — Ох, что сейчас будет — вздохнула Гермиона.       — С чего ты решила, что что-то будет?       — А с того, что у тебя взрывной характер и гриффиндорская храбрость.       — Ты, наверное, хотела сказать безрассудство? — хмыкнул Малфой.       — Храбрость — стояла на своем Гермиона — один второй курс чего стоит.       — А что было на втором курсе? — поднял брови Нотт.       — Так вы не знаете — хмыкнула Гермиона — ну что, там быфммфмм — Гарри зажал ей рот рукой.       — Пусть они узнают из книг, Гермиона. Все равно это звучит не слишком правдоподобно — прошептал Поттер ей на ухо.       — Ты прав — кивнула девушка, убирая его ладонь — читай, Билл.       — ОТДАЙТЕ МНЕ МОЕ ПИСЬМО! — прокричал он.       — Гермиона оказалась права — рассмеялся Рон.       — А что бы ты сделал? — спросил у друга Гарри.       — Тоже самое — слегка подумав пожал плечами Уизли.       — Дайте мне его посмотреть! — заорал Дадли.       — Да с какого это дьявола? — смотря на книгу спросил Симус.       — ВОН! — взревел дядя Вернон и, схватив за шиворот сначала Дадли,       — Ух ты!       — Дадлику досталось! — вскакивая с места, крикнули близнецы.       — Почаще бы так — усмехнулся Рон.       — Ну и на моей улице будет праздник — весело посматривая на Хагрида, произнес Гарри.       — О чем это ты? — не понял Ремус.       — Узнаешь — улыбнулся Гарри.       …а потом Гарри, выволок их в коридор и захлопнул за ним дверь кухни. Гарри и Дадли тут же устроили яростную, но молчаливую драку за место у замочной скважины…       — Давай, Гарри — воскликнули студенты.       …выиграл Дадли,       — Ну Гарри! — расстроенно вздохнули дети.       — Он больше Крэбба и Гойла, что вы от меня хотели?! — обиженно фыркнул Гарри. …и Гарри, не замечая, что очки повисли на одной дужке, улегся на пол, прикладывая ухо к узенькой полоске свободного пространства между полом и дверью.       — Вернон, — произнесла тетя Петунья дрожащим голосом. — Вернон, посмотри на адрес, как они могли узнать, где он спит? Ты не думаешь, что они следят за домом? — Следят… даже шпионят… а может быть, даже ходят за нами по пятам, — пробормотал дядя Верной, который, кажется, был на грани помешательства.       — Конечно, делать нам больше нечего, кроме как следить за маглами… причем такими помешанными — фыркнул Драко, но наткнувшись на взгляд матери, мигом умолк.       — Что нам делать, Вернон? Может быть, следует им ответить? Написать, что мы не хотим…       — Мало ли, что вы хотите, а что нет — фыркнул Рон — ещё бы мы вашего мнения спрашивали.       Гарри видел, как блестящие туфли дяди Вернона ходят по кухне взад и вперед.       — Нет, — наконец ответил дядя Вернон. — Нет, мы просто проигнорируем это письмо. Если они не получат ответ… Да, это лучший выход из положения… Мы просто ничего не будем предпринимать…       — Не лучший выход — фыркнул Чарли — вообще не лучший.       — А почему? — сгорая от любопытства произнес Колин.       — Узнаешь — перебил открывшего рот Уизли Гарри.       — Но…       — Мне не нужны в доме такие типы, как они, ты поняла, Петунья?! Когда мы взяли его, разве мы не поклялись, что искореним всю эту опасную чепуху?!       — Из мага магла не сделаешь — фыркнул Нотт — так же, как из магла мага.       —Они надеялись на обратное — вздохнул Гарри.       В тот вечер, вернувшись с работы, дядя Вернон совершил нечто такое, чего раньше никогда не делал, — он пришел к Гарри в чулан.       — Он туда пролез? — произнесла Гермиона, чем шокировала многих.       — Пф, ты что, Герм. Конечно нет, только наполовину — рассмеялся Гарри, и многие студенты поддержали его смех.       — Где мое письмо? — спросил Гарри, как только дядя Вернон протиснулся в дверь. — Кто мне его написал?       — Гриффиндорец — хором произнесли слизеринцы.       — Вас что-то не устраивает? — поднял бровь Рон.       — Да нет, все в порядке, Уизли — фыркнул Забини, а Гарри нервно поерзал на месте. Он не хотел, чтобы кто-то знал, что он практически попал в Слизерин. Бродяга заметил это и вопросительно взглянул на крестника.       — Узнаешь позже — шепнул Гарри и нервно сглотнул.       — Никто. Оно было адресовано тебе по ошибке, — коротко пояснил дядя Вернон. — Я его сжег.       — Вот урод — не удержался Невилл, чем опять-таки многих удивил.       — Что, Лонгботтом, говорить наконец-то научился? — съязвил Малфой.       — Заткнись, Малфой — рявкнул Невилл и направил на того палочку. Гарри, был один из немногих, кто заметил , что Малфой тоже направил палочку, но он сделал это не заметно, под мантией - слизеринец!       — Драко, прекрати — предостерегающе прошептала, тоже это заметившая, Нарцисса — мы потом ещё с тобой поговорим.       — Нев, красавчик! — прошептал Рон, хлопая того по плечу. Августа сидела, раскрыв рот от изумления. Теперь то она видела, как он похож на родителей.       — Это Гарри надо спасибо сказать — улыбнувшись, так же тихо прошептал Невилл.       — Ты молодец — улыбнулся Гарри.       — Ты тоже — шепнула Гарри Гермиона — твои уроки многим пошли на пользу.       — Да я-то тут причем? Это как-то… само — усмехнулся Поттер.       —Не было никаких ошибок, — горячо возразил Гарри. — Там даже было написано, что я живу в чулане.       —ТИХО ТЫ! — проревел дядя Вернон, и от его крика с потолка упало несколько пауков.       — Зачем акцентировать внимание на пауках? — вздрогнул Рон.       — А ты, Уизли, пауков боишься? — еле сдерживая смех спросил Малфой.       — Арагога бы на вас — фыркнул Рон.       — Ара… кто? — переспросил Симус.       — Это наш второй курс — усмехнулся Гарри.       — Сумасшедший год — вздрогнул Рон.       — Если не считать 4 курс, то он один из самых трудных — вздохнул Гарри.       — А как же третий курс? — спросил Дин — там еще и Блэк сбежал, и вроде как говорили, что он за тобой…       — Третья книга — перебил его Гарри — хотя признаться для меня этот год один из самых спокойных. Ну, если не считать войну Рона и Гермионы. Да, и в принципе, закончился год довольно неплохо. Я встретил несколько замечательных людей — Гарри улыбнулся Ремус и покосился на Бродягу — Всё потом — ответил Поттер, на немые вопросы.       Дядя Вернон сделал несколько глубоких вдохов, а затем попытался улыбнуться, однако это далось ему с трудом, и улыбка получилась достаточно болезненной.       — Больше было похоже на оскал — рассмеялся Гарри.       — А он вообще умеет улыбаться? Вау, — хмыкнул Рон.       — Э-э-э… кстати, Гарри, насчет этого чулана. Твоя тетя и я тут подумали… Ты слишком вырос, чтобы и дальше жить здесь… Мы подумали, будет лучше, если ты переберешься во вторую спальню Дадли.       В Большом Зале наступила тишина и тут же со всех сторон послышались не самые приятные слова в адрес Дурслей, под рычание Сириуса.       — Серьезно?! У них была вторая спальня, поэтому ты жил в чулане?! — яростно воскликнула Гермиона.       — То есть этот жирный свин занимал две спальни, а ты жил в чулане?! — рявкнули Рон, Невилл и ещё несколько человек.       — Дамблдор, он туда не вернется, — твердо сказал Ремус, слегка отойдя от шока, — ты знаешь куда он отправится, — директор вздохнул и кивнул. Как он мог допустить такую ошибку? Как он мог не замечать того, какой приезжает Гарри после каникул…       Когда все немного успокоились, Билл продолжил.       — Зачем? — спросил Гарри.       — Не задавай вопросов! — рявкнул дядя Вернон. — Собирай свое барахло и тащи его наверх, немедленно!       — Было бы что собирать — тихо фыркнул Гарри.       В доме Дурслей было четыре спальни…       — У меня нет слов — прошептала Минерва.       — А те, которые есть, в приличном обществе не произносят — кивнул Ремус и усмехнулся на удивленные взгляды учеников — что? Я так же переживаю за Гарри, как и вы все.       — Не стоит, это уже в прошлом — улыбнулся Гарри.       …одна для дяди Вернона и тети Петуньи, одна для гостей (обычно в роли гостьи выступала сестра дяди Вернона Мардж),       — Лучше бы она вообще не появлялась — тихо прошептал Гарри — целее бы была.       — Ты жалеешь, что надул её? — тихо и с надеждой прошептала Гермиона.       — Нет, она получила по заслугам — жестко отрезал Гарри — я жалею, что не сделал этого раньше. И не смотри на меня так, Гермиона. Она заслужила. Всё поймешь, когда будет третья книга — Гермиона спорить не стала и лишь тяжело вздохнула.       …одна, где спал Дадли, и еще одна, в которой Дадли хранил те игрушки и вещи, которые не помещались в его первой.       — Обычно, для этого и нужны чуланы — презрительно фыркнула Гермиона.       — Ты чего? — усмехнулся Гарри, смотря на подругу — давно не видел тебя такой злой.       — Потому что я давно не была такой злой! — заявила девушка — Гарри, твои родственники ужасны!       — Хм… Я знаю — пожал плечами Поттер — читай, Билл. Это может быть надолго — останавливая Гермиону, которая уже открыла рот.       Гарри же хватило всего одного похода наверх, чтобы перенести все свои вещи из чулана. И теперь он сидел на кровати и осматривался. Почти все в этой комнате было поломано. Подаренная Дадли всего месяц назад, но уже неработающая видеокамера лежала на маленьком заводном танке, пострадавшем от столкновения с соседской собакой, на которую его направил Дадли.       — Бедная собака — вздохнула Лаванда.       — Его наказали? — подхватила Парвати, на что Гарри лишь фыркнул.       — Понимаете, Дадли и наказали — это две параллельные прямые, которые никогда не пересекутся.       — Две какие прямые? — неаристократично переспросил Драко.       — Параллельными называют прямые, которые никогда не пересекутся. Простая магловская геометрия — фыркнула Гермиона.       В углу стоял первый телевизор Дадли, который тот разбил ударом ноги, когда отменили показ его любимой передачи.       — У меня нет слов — вздохнула Молли — отвратительное воспитание — на удивление всех, Нарцисса полностью подержала её.       В другом углу стояла огромная клетка, в которой когда-то жил попугай и которого Дадли обменял на духовое ружье — а ружье лежало рядом, и дуло его было безнадежно погнуто, потому что Дадли как-то раз на него сел.       — Это же какой у него жирный зад уже тогда был — философски рассуждая произнес Рон.       — Рональд! — под смех студентов воскликнула Молли.       Единственное, что в этой комнате выглядело новым, так это стоявшие на полках книги, — создавалось впечатление, что до них никогда не дотрагивались.       —Возмутительно — хором воскликнули Гермиона и Равейнкловцы.       Снизу доносились вопли Дадли.       — Я не хочу, чтобы он там спал!.. Мне нужна эта комната!.. Пусть он убирается оттуда!..       — Идиот! — презрительно фыркнуло большинство детей.       Гарри вздохнул и лег на кровать. Вчера он отдал бы все на свете за то, чтобы оказаться здесь. Сегодня он предпочел бы оказаться в чулане со своим письмом, чем здесь, но без письма.       — Получишь ты ещё письмо! — радостно подпрыгнул Колин.       — Это понятно, Криви — фыркнул Малфой-младший — ибо Поттер бы сейчас не сидел тут.       — Как быстро меняются приоритеты — улыбнулся Ремус.       — Не у меня одного — весело сказал Гарри, косясь на Гермиону.       — Ох, Мерлин — простонала Гермиона, спрятав лицо в ладони.       — Ты чего? — не понял Рон.       — Вспомнила себя на первом курсе.       — Уууу — присвистнул Уизли.       На другое утро за завтраком все сидели какие-то очень притихшие.       — Боятся — злобно прошептал Чарли.       А Дадли вообще пребывал в состоянии шока. Накануне он орал во все горло, колотил отца новой дубинкой, давился, пинал мать…       — Вот им и аукнулось такое воспитание — с некоторым злорадством произнесла Молли.       — И ему это сошло с рук? — удивленно произнесла Парвати.       — Конечно — кивнул Гарри.       — Представляю, что было бы с нами — с испугом произнес Рон и все дети Уизли согласно закивали.       — Вот это правильное воспитание — произнесла Нарцисса — Что? Я тоже мать между прочим — фыркнула миссис Малфой на удивленные взгляды.       …и подкидывал вверх свою черепаху, разбив ею стеклянную крышу оранжереи,       — Бедная черепаха — вздохнула Лаванда — она жива?       — Честно, без понятия что случилось с той черепахой потом — зарываясь в воспоминания произнес Гарри.       …но ему так и не вернули его вторую комнату.       Сириус гавкнул, что-то на подобие «лошара», Гарри, Гермиона, Рон, Ремус и Тонкс рассмеялись. Остальные непонимающе уставились на них, на что Гарри только махнул рукой.       Что касается Гарри, то он вспоминал вчерашнее утро и жалел о том, что не распечатал свое письмо, пока был в коридоре.       — Осознание приходит с возрастом — улыбнулась Гермиона.       — Или с часами — усмехнулся Гарри.       Дядя Вернон и тетя Петунья обменивались мрачными взглядами. Когда за дверью послышались шаги почтальона, дядя Вернон, все утро пытавшийся быть очень внимательным и вежливым по отношению к Гарри, потребовал, чтобы за почтой сходил Дадли.       — И не свалили на тебя? — изумился Рон.       — На удивление — нет. Но лучше бы я сам сходил…       Из кухни было слышно, как тот идет к двери, стуча своей палкой по стенам и вообще по всему, что попадалось ему на пути. А затем донесся его крик.       — Тут еще одно! «Мистеру Г. Поттеру дом четыре по улице Тисовая, самая маленькая спальня».       — Подождите. Стоп! Он хотел прочитать письмо, но при этом кричит о том, что оно пришло?       — Ага — махнул рукой Гарри.       — Но зачем? Он что, дурак?       — Вот ты сам и ответил на свой вопрос.       Дядя Вернон со сдавленным криком вскочил и метнулся в коридор. Гарри рванул за ним. Дяде Вернону пришлось повалить Дадли на землю, чтобы вырвать у него из рук письмо, а это оказалось непросто, потому что Гарри сзади обхватил дядю Вернона за шею.       — Гарри, так у тебя была тренировка! — воскликнул Рон и расхохотался вместе с Гарри.       Гермиона хотела явно сделать вид, что ей не нравится это, но все же улыбнулась.       — О чем это вы? — насторожился Ремус.       — Узнаешь — улыбнулся Гарри.       — Только не говори, что мне это не понравится, пожалуйста — тяжело вздохнул Люпин — ну и что ты молчишь?       — Ты же сказал не говорить, Рем — мило улыбнулся Гарри, Ремус обреченно выдохнул.       После непродолжительной, но жаркой схватки, в которой каждый получил по нескольку ударов узловатой палкой, дядя Верной распрямился, тяжело дыша, но зато сжимая в руке письмо, адресованное Гарри.       — Ну Гарри! — снова расстроенно протянули студенты.       — Эй, Гарри не справился бы с ним! — заступились за Гарри близнецы.       — Вот именно! — подхватил Рон.       — Иди в свой чулан… я хотел сказать, в свою спальню, — прохрипел он, обращаясь к Гарри.       — И ты, Дадли… уйди отсюда, просто уйди.       Гарри долго мерил шагами спальню. Кто-то знал, что он переехал сюда из чулана. И еще этот кто-то знал, что он не получил первое письмо. И все это означало, что этот кто-то попробует передать ему еще одно письмо. И на этот раз Гарри собирался его получить. Потому что у него родился план.       — Каковы шансы того, что план провалится? — спросила Гермиона.       — 99% — весело отозвался Рон.       — Эй! — воскликнул Гарри — я вообще-то здесь!       — Прости Гарри, но твои планы… редко когда срабатывают. Тебе лучше действовать наобум — улыбнулась Гермиона, на что Гарри обиженно фыркнул.

***

      Дышащий на ладан будильник благодаря Дадли, неоднократно побывавший в мастерской, зазвонил ровно в шесть часов. Гарри поспешно выключил его и быстро оделся, стараясь не шуметь, чтобы ни в коем случае не разбудить семейство Дурслей.       — Что ты придумал? — спросил Дин.       — Узнаете — вздохнул Гарри, осознавая тот факт, что Гермиона права.       Он бесшумно вышел из своей комнаты и, крадучись, пошел вниз в полной темноте — включать свет было опасно. План его заключался в том, чтобы выйти из дома, встать на углу Тисовой улицы и дождаться появления почтальона, чтобы первым забрать письма.       — В принципе, не такой уж и плохой план — хмыкнул Ремус — но судя по твоему лицу что-то пойдет не так.       — Ага, учитывая тот факт, что письма из Хогвартса приносят совы — закатил глаза Малфой.       — Я-то откуда мог знать? — огрызнулся Гарри.       А сейчас он крался по темному коридору, его сердце отчаянно прыгало в груди, и… -А-А-А-А!       — Билл! — схватившись за сердце, воскликнула Молли.       — Мистер Уизли! — поддержала её Минерва.       — Большие буквы. Много больших букв и восклицательный знак — невинно улыбнулся старший из сыновей Уизли. Флер, сидящая рядом с интересом поглядывала на него. Билл же, подмигнул смущенной девушке. Миссис Уизли, заметившая это, нахмурилась.       Гарри буквально взлетел в воздух, потому что наступил на что-то большое и мягкое, лежавшее на коврике у входной двери. На что-то… живое! Наверху зажегся свет, и Гарри с ужасом увидел, что этим большим и мягким было лицо дяди Вернона.       Практически все в Большом Зале расхохотались.       — Теперь я понял, про что говорили Рон и Гермиона — сквозь смех произнес Ремус.       — Знаешь, это стоит испорченного плана — расхохотался Рон.       — Надеюсь тебе потом не сильно попало? — спросила Гермиона, как только все более-менее успокоились.       — Нууу — неопределенно протянул Гарри.       Мистер Дурсль лежал у входной двери в спальном мешке. Не оставалось сомнений, что он сделал так именно для того, чтобы не дать Гарри осуществить задуманное. И, что тоже было, несомненно, он вовсе не рассчитывал, что на него наступят.       После получасовых воплей дядя Вернон велел Гарри сделать ему чашку чая. Гарри грустно поплелся на кухню, а когда вернулся с чаем, почту уже принесли, и теперь она лежала за пазухой у дяди Вернона. Гарри отчетливо видел три конверта с надписями, сделанными изумрудно-зелеными чернилами.       — Я хочу… — начал было он, но дядя Вернон достал письма и разорвал их на мелкие кусочки прямо у него на глазах.       — Урод — хором прошипели близнецы и Рон.       — Я вот одного не понимаю — вмешалась Амелия — миссис Поттер приходилась миссис Дурсль родной сестрой, так? — ребята кивнули, узнавшие это еще из первой главы — неужели у них была такая сильная ненависть только из-за того, что миссис Поттер была волшебницей?       — У Лили вроде как были более-менее нормальные отношения с Петуньей до момента, пока та не начала проявлять магию. Петунья завидовала, считала, что Лили была не достойна этого, а волшебницей в семье должна быть она. Лили много раз пыталась наладить отношения с сестрой, и каждый раз это заканчивалось тем, что Петунья обзывала Лили уродкой — вздохнув разъяснил Ремус, Сириус тихо зарычал — а когда мы приехали на Рождество в дом Эвансов, Петунья окончательно ополчилась против Лили. Она завидовала ей. Именно поэтому, наверное, отыгрывалась на Гарри. А может, всё же любила Лили и не пускала Гарри в Хогвартс, потому что боялась за него.       — Честно, был только один момент, когда я видел в тете родную сестру моей мамы — встрял в разговор Гарри — когда произнес то, что Волдеморт вернулся — большая часть зала снова вздрогнула на это имя.       — ТЕМНЫЙ ЛОРД МЕРТВ! ОН НЕ МОГ ВЕРНУТЬСЯ! НАКАЗАНИЕ, МИ… — заверещала Амбридж, но её перебили.       — Нет! — хором воскликнули директор и Гермиона. Гермиона замолчала, давая Дамблдору слово — не будет никаких наказаний, пока мы читаем книги — жестко оборвал Альбус.       — НО ЭТОТ МАЛЬЧИШКА ЛЖЕТ! — заверещала Долорес, явно не желая слушать кого-то.       — Дождитесь моего четвертого курса — холодно отрезал Гарри — и тогда посмотрим кто прав, а кто нет — и лучезарно улыбнулся, тем самым выводя её из себя.       — И пятый курс — встряла Гермиона — не терпится почитать про ваши вечера-отработки — и бросила на друга тревожный взгляд. Поттер нервно сглотнул, представляя, что ей устроят Сириус, Ремус, миссис Уизли и другие. Нет, это конечно не могло не радовать, но Гарри не хотел, чтобы кто-нибудь ещё заскочил в Азкабан за убийство этой жабы. Она того явно не стоит.       — Какие вечера. О чем вы? — встрепенулся Ремус, нахмурившись. Гермиона открыла рот, наверное, чтобы рассказать, но Гарри перебил её.       — Узнаешь из пятой книги — и неосознанно потер левое запястье, на котором красовались слова «Я не должен лгать», вбитые пером «профессора» в его руку.       В тот день дядя Вернон не пошел на работу. Он остался дома и намертво заколотил щель для писем.       — Как будто это поможет — рассмеялся Нотт.       — Видишь ли, — объяснял он тете Петунье сквозь зажатые в зубах гвозди, — если они не смогут доставлять свои письма, они просто сдадутся. — Я не уверена, что это поможет, Вернон.       — О, ну хоть у твоей тети еще немного логики осталось — фыркнула Алисия.       — О, у этих людей странная логика, Петунья. Они не такие, как мы с тобой, — ответил дядя Вернон, — И слава Мерлину — хором хмыкнула половина Зала.       …пытаясь забить гвоздь куском фруктового кекса, только что принесенного ему тетей Петуньей.       — И после этого нам говорят, что к маглам нужно относиться хорошо — тихо фыркнул Драко, ожидая, что его услышат только его друзья, но он сказал это чуть громче, чем хотел. Маглорожденные и многие полукровки зло фыркнули.       — Не все маглы такие! — воскликнула Гермиона — это всё равно, что судить волшебников по Волдеморту и Грин-де-вальду!       —Мерлин, и ты произносишь его имя — вздрогнул Симус.       — Страх перед именем только усиливает страх перед его носителем — хором отчеканили члены ОД. Гарри довольно улыбнулся и незаметно дал Гермионе «пять».       В пятницу для Гарри принесли не меньше дюжины писем. Так как они не пролезали в заколоченную щель для писем, их просунули под входную дверь, а несколько штук протолкнули сквозь маленькое окошко в туалете на первом этаже.       — Зачем окошко в туалете? — раскрыл глаза Чарли.       — Магглы — закатил глаза Драко. Дядя Вернон снова остался дома.       — И как его только не уволили — фыркнула Гермиона.       Он сжег все письма, а потом достал молоток и гвозди и заколотил парадную и заднюю двери, чтобы никто не смог выйти из дома.       — Он запер вас всех дома? — округлили глаза Ремус.       — Сидеть не долго пришлось — усмехнулся Гарри.       Работая, он что-то напевал себе под нос и испуганно вздрагивал от любых посторонних звуков.       — Шизофрения — буркнул Дин.       — Скорее паранойя — поддержала Гермиона.       — Одно другому не мешает — махнул рукой Гарри.

***

      В субботу ситуация начала выходить из-под контроля.       — То есть до этого всё было прекрасно? — рассмеялся Джордж.       — По-моему, ситуация вышла из-под контроля ещё… десять лет назад, как только ты появился у Дурслей, Гарри.       — Не могу не согласиться — улыбнулся Гарри — какая жалость, что я больше не смогу выносить им мозг своим присутствием.       — Уж прям так ты и расстроен — усмехнулась Гермиона.       — Конечно, сейчас в депрессию уйду — Гарри демонстративно смахнул невидимую слезу.       Несмотря на усилия дяди Вернона, в дом попали целых двадцать четыре письма для Гарри       — Почему я не удивлен? — прокомментировал общую мысль Рон.       …кто-то свернул их и засунул в две дюжины яиц, которые молочник передал тете Петунье через окно гостиной.       — Какие креативные ребята — рассмеялся Ремус.       Молочник не подозревал о содержимом яиц, но был крайне удивлен, что в доме заколочены двери.       — Дурдом какой-то, а не дом — фыркнул Малфой.       Пока дядя Вернон судорожно звонил на почту и в молочный магазин и искал того, кому можно пожаловаться на случившееся,       — Не туда звонишь, милый — невинно похлопал глазками Фред, остальные ребята расхохотались.       — Милый? — сквозь смех выдавил Рон.       — Ну, не любимый же — поддержал брата Джордж. Зал накрыла новая волна смеха.       …тетя Петунья засунула письма в кухонный комбайн и перемолола их на мелкие кусочки.       — Интересно, кому это так сильно понадобилось пообщаться с тобой? — изумленно спросил Дадли, обращаясь к Гарри.       — Есть много народу, желающих пообщаться с Гарри — фыркнул Симус.

***

      В воскресенье утром дядя Вернон выглядел утомленным и немного больным, но зато счастливым.       — С чего это вдруг? — нахмурился Люпин — мне это как-то не очень нравится.       — Не переживай, всё нормально, Ремус — успокоил Лунатика Гарри — к тому же, его счастье длилось не долго.       — Звучит многообещающе — улыбнулся Ли.       — По воскресеньям — никакой почты, — громко заявил он с довольной улыбкой,       — А, тогда понятно — выдохнул всё же слегка напряженный оборотень.       — И к тому же, в магическом мире это так не работает — заметил Нотт — совам всё-равно на день недели.       — Именно — лучезарно улыбнулся Гарри.       — Не нравится мне твоя довольная улыбка, Гарри — прищурилась Гермиона.       — Эй, ты должна радоваться за меня! — притворно «обиделся» Гарри.       …намазывая джемом свою газету.       — По-моему…       —…У кого-то…       — Поехала крыша! — воскликнули близнецы и громко рассмеялись.       — Не могу не согласиться, Уизли — холодно ответил Малфой. Золотое Трио уставилось на слизеринского хорька — что? — выгнул бровь Драко — он и правда поехавший.       — Сегодня — никаких чертовых писем…       — Мечтай, мечтай — хором усмехнулись ученики.       Он не успел договорить, как что-то засвистело в дымоходе и ударило дядю Вернона по затылку. В следующую секунду из камина со скоростью пули вылетели тридцать или даже сорок писем.       — Вот это да! — подпрыгнул Деннис — это просто вау!       — Столько пергамента извели — вздохнул Ремус.       — А самое главное — зря — кивнул Гарри — письмо я тогда, так и не получил.       Дурсли инстинктивно пригнулись, и письма просвистели у них над головами, а Гарри подпрыгнул, пытаясь ухватить хотя бы одно из них.       — Поднять с пола? — спросила Гермиона.       — Может… это была тренировка для ловца? — не растерялся Гарри.       — Оригинальное оправдание — усмехнулся Рон.       — А может и не оправдание? — попытался спасти ситуацию Гарри, Рон только улыбнулся.       — Вон! ВОН! — Дядя Вернон поймал Гарри в воздухе, потащил к двери и вышвырнул в коридор.       — Убрал. от. него. свои. грязные. руки — прорычал себе под нос Ремус. Правда, никто практически не разобрал слова из-за злобного лая Бродяги.       Затем из комнаты выбежали тетя Петунья и Дадли, закрывая руками лица, за ними выскочил дядя Верной, захлопнув за собой дверь.       Слышно было, как в комнату продолжают падать письма, они стучали по полу и стенам, отлетая от них рикошетом.       — Вот это шоу! — восхитились близнецы.       — Даже не думайте этого повторять! — пригрозила Молли.       — Конечно нет, мам — Фред и Джордж уставились на мать самым честными глазами, а Гарри тем временем молча прыснул, видя скрещенные за спиной пальцы.       — Ну все, — значимо и весомо произнес дядя Вернон. Он старался говорить спокойно, хотя на самом деле нервно выщипывал из усов целые пучки волос. — Через пять минут я жду вас здесь — готовыми к отъезду. Мы уезжаем, так что быстро соберите необходимые вещи — и никаких возражений!       — Решать проблемы? Пф, зачем. Убегать от них? Именно! — фыркнула Гермиона.       — Это их смысл жизни, Гермиона — в тон ей, ответили близнецы.       Он выглядел таким разъяренным и опасным, особенно после того, как выдрал себе пол уса, что возражать никто не осмелился.       Десять минут спустя дядя Верной, взломав забитую досками дверь, вывел всех к машине, и автомобиль рванул в сторону скоростного шоссе. На заднем сиденье обиженно сопел Дадли — отец отвесил ему затрещину…       — ДА! — хором воскликнули половина Хогвартса — Мерлин, это случилось!       — Какие вы все злопамятные — рассмеялся Гарри.       — Да, мы такие — отозвались близнецы.       …за то, что он слишком долго возился. А Дадли всего лишь пытался втиснуть в свою спортивную сумку телевизор, видеомагнитофон и компьютер.       — Идиот — хором фыркнули маглорожденные и полукровки. Практически все чистокровные обреченно вздохнули, не поняв прикола.       Они ехали.       — Информативно.       Ехали все дальше и дальше. Даже тетя Петунья не решалась спросить, куда они направляются. Несколько раз дядя Верной делал крутой вираж, и какое-то время машина двигалась в обратном направлении.       — Он вас так всех и угробить мог — нахмурилась Андромеда — легко же мог потерять контроль над машиной или не справиться с управлением. К тому же, он зол и напуган. Вас легко могло вынести на встречную полосу или просто скинуть на обочину. Мало-ли, что там могло быть. Просто земля или обрыв…       — Она права — тихо вздохнула Гермиона, глядя на Гарри.       — Учитывая все наши приключения… Это уже и не кажется так страшно.       — Ты недооцениваешь ситуацию, Гарри — покачала головой подруга.       А потом снова следовал резкий разворот. — Сбить их со следа… сбить их со следа, — всякий раз бормотал дядя Вернон.       — Всё ясно, кукуха сказала пока — хмыкнули близнецы.       — Вы откуда такие слова знаете? — хором спросили Гарри и Гермиона, поворачиваясь к близнецам.       — Магглы — улыбнулся Фред — у них есть много интересных выражений.       — И вы, конечно, их все запомнили — пробормотала Гермиона. Гарри рассмеялся, поняв, что имеет ввиду Гермиона.       — Да, магглы действительно довольно… красочно умеют описывать ситуацию — успокоившись, произнес Поттер. Теперь смеялся уже Ремус, под укоризненный возглас «Гарри!» от Гермионы.       — Читай, Билл — усмехнулся Гарри.       Они ехали целый день, не сделав ни единой остановки для того, чтобы хоть что-нибудь перекусить.       — Возмутительно! — воскликнули Молли и мадам Помфри.       Когда стемнело, Дадли начал скулить. У него в жизни не было такого плохого дня.       — Добро пожаловать в мою жизнь, Дадлик — Гарри раскинул руки в стороны в приглашающем жесте.       Он был голоден, он пропустил пять телевизионных программ, которые собирался посмотреть, и он никогда еще не делал таких долгих перерывов между компьютерными сражениями с пришельцами и чудовищами. — То самое чувство, когда сражаешься с реальными чудовищами практически без перерывов — шепнул Гарри друзьям. Те согласно кивнули. Сириус поднял голову, уставившись на крестника. Во взгляде читалось: «А как же рассказать любимому крестному?» — я думаю в книгах будет описано более детально и красочно — прошептал Гарри.       Наконец дядя Вернон притормозил у мрачной гостиницы на окраине большого города. Дадли и Гарри выделили одну комнату на двоих — в ней были две двуспальные кровати, застеленные влажными, пахнущими плесенью простынями. Дадли тут же захрапел, а Гарри сидел на подоконнике, глядя вниз на огни проезжающих мимо машин и думая, гадая, мечтая…       — О чем ты думал, Гарри? — тут же спросил Колин.       — Это довольно личный вопрос, Колин — попыталась защитить друга Гермиона, Гарри же, наоборот махнул рукой, как бы говоря притормозить.       — Всё в порядке, Герм — Поттер улыбнулся и повернулся к Колину — Мне было интересно кто пишет эти письма, кому я так срочно понадобился. Думал над тем, вдруг это кто-то, кто хочет забрать меня отсюда. Удивительно, как я был близок к истине.       — То есть? — подпрыгнул Деннис.       — Узнаете — улыбнулась Джоан — Билл, пожалуйста, продолжайте.       На завтрак им подали заплесневелые кукурузные хлопья и кусочки поджаренного хлеба с кислыми консервированными помидорами.       — Какая гадость! — скривились Лаванда и Парвати.       — Сразу видно, что вы не голодали — фыркнул Гарри и все мгновенно замолчали. Гарри уже порядком поднадоело ловить на себе сочувствующие взгляды от всего Хогвартса, поэтому он молча кивнул Биллу и продолжил, как ни в чем не бывало гладить Бродягу.       Но не успели они съесть этот нехитрый завтрак, как к столу подошла хозяйка гостиницы.       — Я извиняюсь, но нет ли среди вас мистера Г. Поттера? Тут для него письма принесли, целую сотню.       — Целую сотню! — изумленно повторил Симус — это же надо!       — А не проще ли было послать кого-то из Хогвартса, как к маглорожденным, если вы знали, что письма не доходят? — обратился Ремус к директору.       — Всё будет, Рем — перебил его Гарри — не сразу правда, но будет.       — Они там у меня, у стойки портье.       Она протянула им конверт, на котором зелеными чернилами было написано: «Мистеру Г. Поттеру, город Коукворт, гостиница «У железной дороги», комната 11». Гарри попытался схватить письмо, но дядя Вернон ударил его по руке.       Снова раздалось рычание Бродяги, не обещающее ничего хорошего. Дурслям уж точно.       Хозяйка гостиницы застыла, ничего не понимая.       — Я бы тоже не понял — хмыкнул Рон.       — Ты, Уизли, никогда ничего не понимаешь — не удержался Драко.       — Заткнись, Малфой — отрезал Гарри, чувствуя, как Рон медленно начинает закипать.       —Я их заберу, — сказал дядя Вернон, быстро вставая из-за стола и удаляясь вслед за хозяйкой.       — Вот урод — протянул Дин.       — Мистер Томас! — возмутилась МакГонагалл.       — Прости, Минерва, но Дин выразился ещё довольно мягко — усмехнулся Ремус. Бродяга уставился на Ремуса, а-ля, кто ты такой и куда ты дел нашего Лунатика?

***

      — Дорогой, не лучше ли нам будет вернуться? — робко поинтересовалась тетя Петунья спустя несколько часов, но дядя Вернон, похоже, ее не слышал.       — С таким человеком реально опасно рядом находиться — нахмурилась Анджелина.       — Натворит дел и не заметит — кивнула Алисия, соглашаясь с подругой.       Никто не знал, куда именно они едут. Дядя Вернон завез их в чащу леса, вылез из машины, огляделся, потряс головой, сел обратно, и они снова двинулись в путь. То же самое случилось посреди распаханного поля, на подвесном мосту и на верхнем этаже многоярусной автомобильной парковки.       — Покинул бы страну сразу, что уж выделываться — фыркнула Нимфадора.       — Хорошо, что ты ему не подсказала, Тонкс — рассмеялся Гарри.       — Папа сошел с ума, да, мам? — грустно спросил Дадли…       — Ты это только сейчас понял, Дадлик? — фыркнул Джордж.       — Твой папа слетел с катушек уже очень давно — закончил Фред.       …после того, как днем дядя Верной оставил автомобиль на побережье, запер их в машине, а сам куда-то исчез. Начался дождь. Огромные капли стучали по крыше машины. Дадли шмыгнул носом.       — Сегодня понедельник, — запричитал он. — Сегодня вечером показывают шоу великого Умберто. Я хочу, чтобы мы остановились где-нибудь, где есть телевизор.        — Я даже не удивлюсь, если вы остановитесь где-нибудь в лесу — тяжело вздохнула Гермиона.       «Значит, сегодня понедельник», — подумал про себя Гарри, вспоминая кое о чем.       — О чем? — тут же стали спрашивать студенты.       — В книге есть ответ — кивнул Билл.       Если сегодня был понедельник — а в этом Дадли можно было доверять, он всегда знал, какой сегодня день, благодаря телевизионной программе, — значит, завтра, во вторник, Гарри исполнится одиннадцать лет.       — С днем рождения! — хором закричали ребята из ОД, возглавляемые близнецами.       — Спасибо — рассмеялся Гарри — правда вы немного опоздали. Лет так на пять.       — Лучше поздно, чем никогда — изрек Ремус.       — Не могу не согласиться — улыбнулся Гарри.       Конечно, нельзя сказать, что у него были веселые дни рождения, — например, в прошлом году Дурсли подарили ему вешалку для куртки и пару старых носков дяди Вернона.       — Как мило — буркнула Гермиона, сложив руки на груди.       Так что и в этом году от дня рождения ничего особенного ждать не стоило. Но все же не каждую неделю тебе исполняется одиннадцать. Дядя Верной вернулся к машине, по лицу его блуждала непонятная улыбка.       — Звучит пугающе…       В руках он держал длинный сверток, и когда тетя Петунья спросила, что это он там купил, он ничего не ответил.       — А что там было?       — В книге должен быть ответ — хмыкнул Гарри, вспоминая тот день.       — Я нашел превосходное место! — объявил дядя Вернон. — Пошли! Все вон из машины!       На улице было очень холодно. Дядя Вернон указал пальцем на огромную скалу посреди моря. На вершине скалы приютилась самая убогая хижина, какую только можно было представить. Понятно, что ни о каком телевизоре не могло быть и речи.       — Сегодня вечером обещают шторм! — радостно сообщил дядя Вернон, хлопнув в ладоши.—А этот джентльмен любезно согласился одолжить нам свою лодку.       — Да он совсем с ума сошёл?! — воскликнула Минерва — это же опасно для жизни!       Дядя Вернон кивнул на семенящего к ним беззубого старика, который злорадно ухмылялся, показывая на старую лодку, прыгающую на серых, отливающих сталью волнах.       — Не нравится мне всё это — нахмурился Ремус, нервно пересчитывая пальцы.       — Я уже запасся кое-какой провизией, — произнес дядя Вернон. — Так что теперь — все на борт!       В лодке было еще холоднее, чем на берегу. Ледяные брызги и капли дождя забирались за шиворот, а арктический ветер хлестал в лицо. Казалось, что прошло несколько часов, прежде чем они доплыли до скалы, а там дядя Верной, поскальзываясь на камнях и с трудом удерживая равновесие, повел их к покосившемуся домику.       — Он там не свалился от шторма, который обещали? — взволнованно спросила Молли.       — Нет, всё обошлось — успокоил женщину Гарри и тише добавил — хотя было близко к этому.       Внутри был настоящий кошмар — сильно пахло морскими водорослями, сквозь дыры в деревянных стенах внутрь с воем врывался ветер, а камин был отсыревшим и пустым. Вдобавок ко всему в домике было лишь две комнаты. Приобретенная дядей Верноном провизия поразила всех — четыре пакетика чипсов и четыре банана.       — Чего?! — воскликнула Молли — да разве это еда?!       — Этого ему одному мало, а их там четверо — фыркнула Андромеда.       — Очень странный человек — заключила Августа.       После еды — если это можно было назвать едой — дядя Верной попытался разжечь огонь с помощью пакетиков из-под чипсов, но те не желали загораться и просто съежились, заполнив комнату едким дымом.       — Какой, простите, идиот будет зажигать пакетики из-под чипсов?! — прорычал Ремус — всем известно, что этот материал не горит!       — Надо было забрать из гостиницы все эти письма — вот бы они сейчас пригодились, — весело заметил дядя Вернон.       — Ха-ха-ха — скептически произнес Рон — очень смешно.       Дядя пребывал в очень хорошем настроении. Очевидно, он решил, что из-за шторма до них никто не доберется, так что писем больше не будет. Гарри в глубине души был с ним согласен, хотя его эта мысль совершенно не радовала.       — Я рад, что дядя оказался не прав — прошептал Гарри.       Как только стемнело, начался обещанный шторм.       — Ох, Мерлин — тяжело вздохнула Нимфадора — надеюсь обойдется.       — Всё хорошо. Хотя было немного не по себе — тут же ответил Гарри.       Брызги высоких волн стучали в стены домика, а усиливающийся ветер неистово ломился в грязные окна. Тетя Петунья нашла в углу одной из комнат покрытые плесенью одеяла и устроила Дадли постель на изъеденной молью софе. Они с дядей Верноном ушли во вторую комнату, где стояла огромная продавленная кровать, а Гарри пришлось улечься на пол, накрывшись самым тонким и самым рваным одеялом.       Сириус снова громко зарычал.       — Возмутительно! — вскричала мадам Помфри — ты мог заболеть!       — Всё обошлось — Гарри поднял руки вверх — я в полном порядке.       — Ух доберусь я ещё до них — прошипел Ремус.       Ураган крепчал и силися все яростнее, а Гарри не мог заснуть. Он поеживался от холода и переворачивался с боку на бок, стараясь устроиться поудобнее, а в животе у него урчало от от голода.       — Мерлин — простонала Гермиона — убила бы их собственными руками.       — Я тебе помогу — коротко вставил Рон.       — Может не надо? Не хочу, чтобы ещё и друзья были в розыске.       — Мы сделаем всё тихо и без улик — добавил Ремус.       — Ты только что рассказал об этом всему Хогвартсу.       — Не переживайте, мы вас прикроем — тут же отозвались близнецы. Гарри громко простонал.       Дадли захрапел, но его храп заглушали низкие раскаты грома: началась гроза. Жирная рука Дадли выскользнула из-под одеяла и повисла над полом, Гарри увидел, что через десять минут ему исполнится одиннадцать лет.       Он лежал и смотрел, как бегает по кругу секундная стрелка, приближая его день рождения, и спрашивал себя, вспомнят ли Дурсли об этой дате.       — Вспоминая, какие подарки тебе дарят на Рождество… — Рон на секунду замолчал — что-то я очень сомневаюсь…       — Тем не менее, это был самый лучший день рождения — мечтательно улыбнулся Гарри.       Но еще больше его интересовало, где сейчас был тот, кто посылал ему письма.       — Думаю, я спал — улыбнулся директор, когда на него устремились множество взглядов.       До начала следующего дня оставалось пять минут.       — Пять минут до того, как моя жизнь изменилась в пух и прах — тихо прокомментировал Гарри. Гарри отчетливо услышал, как снаружи что-то заскрипело.       — Надеюсь, это была не крыша? — нервно спросила Гермиона.       Ему хотелось верить, что крыша домика выдержит атаку дождя и ветра и не провалится внутрь, хотя, возможно, так стало бы теплее — все равно хуже, чем сейчас, быть уже не могло.       — Твой пессимизм слишком плох — вздохнул Ремус — хотя, признаюсь, ситуация так себе.       — Тебе ли говорить об излишним пессимизме? — фыркнула Нимфадора и Люпин слегка покраснел.       Часы Дадли показывали без четырех двенадцать. Гарри подумал, что, когда они вернутся на Тисовую улицу, вполне возможно, в доме будет столько писем, что ему удастся стащить хотя бы одно.       — Кстати, когда я вернулся, писем уже не было. Возможно, тетя Петунья уже всё убрала… Либо они сами исчезли.       Без трех двенадцать. Снаружи раздался непонятный звук, словно море громко хлестнуло по скале. А еще через минуту до Гарри донесся громкий треск — наверное, это упал в море большой камень.       — Думаю Хагрида с камнем ещё никто не сравнивал — шепнул Рон Гарри и оба подавили смешки.       Еще одна минута, и наступит день его рождения.       Тридцать секунд… двадцать… десять… девять… Может, имеет смысл разбудить Дадли, просто для того что-бы его позлить?       — Да! — закричали студенты.       — Сделай это, Гарри! — близнецы захлопали в ладоши.       Три секунды… две… одна… БУМ!       — Билл! — воскликнула миссис Уизли — хватит так пугать!       — Бум? Мне не нравится это бум… — Ремус выглядел очень нервным — это же не крыша, да?       Хижина задрожала, Гарри резко сел на полу, глядя на дверь. За ней кто-то стоял и громко стучал, требуя, чтобы его впустили. Но кто?       — Ну, хотя бы это не крыша — вздохнул Люпин, с мыслью, что больше его уже ничего не удивит, ещё не зная, как сильно он ошибается.       — Кто это был? — тут же спросил Колин.       — Думаю, это будет в следующей главе — рассудила Гермиона — кто будет читать сле… — однако договорить она не успела. В Зале раздался грохот и появился яркий свет, озаривший огромное помещение. Смех и переговоры мигом прекратились, а самые умные и ловкие, уже направляли палочки на середину Зала. Гарри прищурился, пытаясь различить то, что находится внутри. Свет медленно потух, а Гарри замер, не в силах сказать что-либо.       — Дурсли?! — ошарашенно воскликнули близнецы.