Его имя.

Оливер протянул Элио мускулистую загорелую руку, которая когда-то крепко обнимала второго, тем самым укрывая его от всех невзгод, словно поймав в свой капкан. На его лице играла обыденная полу-улыбка, но по солнечным лучикам морщинок на внешнем уголке глаз открывались неожиданные нежность и любовь, рвущиеся наружу после долгого заточения. Элио сквозь плотно сжатые зубы проговорил что-то вроде приветствия и, протянув руку, пожал её дольше обычного. Он держался, но совершенно не ручался за нарастающее желание прикоснуться к щеке Оливера. Оливер махнул рукой, сказав, что устал после дороги и отправится спать, пожелал спокойной ночи и побрел в дом, шаркая эспадрильями без пяток. Элио пошёл за ним, держась определённой дистанции, с напускным безразличием и любопытством, разглядывая деревья на участке и открытые настежь французские окна спальни Оливера. Всего-навсего от одного рукопожатия мир Элио перевернулся с ног на голову и обратно. Он настолько устал, причем возможность узнать причину для этого не дана даже мне, в его груди бушевали миллионы чувств от любви до ненависти всего за несколько секунд, в голове промчались различные мысли, которые озвучивать я бы не стала,что парню хотелось лишь лечь в старые-добрые объятия своего новоиспеченного партнёра и забыться в них крепким сном. Оба желали одного: близости. И вскоре это желание исполнится, стоило им только захотеть.