— Надо было оставить его там! — Фэн Синь хлопнул по столу рукой так, что постаревшее дерево опасно задрожало, но, тем не менее, натиск выдержало.
Се Лянь вздрогнул вместе с ним, отвлекаясь от своего занятия. Ящик с провизией тут же был забыт им. Отряхнув свои белые одеяния — чище не стало — он подошёл ближе, участливо поглядывая на друга.
С героического спасения незнакомца прошло всего пару дней: они успели перебраться в соседний городок под покровом ночи, занять пустующий домик на самой его окраине. Выкидывать пострадавшего Се Лянь наотрез отказался, даже несмотря на то, что приглядывать за беднягой и дальше они не должны.
И вот, стоило тому только открыть глаза, а вместе с ними — рот, они тут же повздорили. Фэн Синь задним числом даже подумал, что зря спасали, раз вместо того, чтобы поблагодарить, мужчина первым делом начал упрекать своего спасителя.
Конечно, ни о каких подобных мыслях своего короля Се Лянь не знал. Он благодушно улыбался и поглядывал на дверь, скрывающую сейчас спасённого, протягивая мужчине аккуратный платок.
— Что такого сказал этот человек, что ты так злишься? — непонимание было искренним: бывший король слыл несдержанным и резким человеком. Но даже с учётом крутого нрава, редко кому удавалось вывести его из себя за пару оброненный фраз. Судя по времени, проведенному мужчиной в комнате, долгую дискуссию они вести не могли.
На несчастный стол обрушился очередной удар: дерево мелко задрожало, но и этот натиск его не сломил. Се Лянь вздохнул, проводя рукой по плечу друга и в глаза заглядывая осторожно: ничего, кроме раздражения, его взгляд и не выражал.
— Он!.. Неблагодарный… Даже слова подобрать не могу, — фыркнул громко, не скрывая своего недовольства, и взгляд на руку чужую перевел. Смягчился самую малость, тут же вновь отвернувшись и буркнув значительно тише. — Сам с ним возись. Я больше к нему не подойду.
Не то, что бы у Се Ляня был выбор. Уже то, что Фэн Синь позволил приютить бедолагу до полного восстановления, говорило о многом. Он даже сам вызвался готовить мази незнакомому человеку!
Фэн Синь, как и обещал, в сторону комнаты пострадавшего даже не смотрел. И ни какие слова Се Ляня о том, что этот человек не так плох, каким показал себя сперва, уже на него не действовали. Заваривая очередное зелье под четкими инструкциями Му Цина, Се Лянь думал лишь о том, что вся их проблема заключается в схожести характеров. Только свою несдержанность Му Цин выражал отлично от бывшего короля: плевался ядом и зарастал колючками, не подпуская к себе объект раздражения.
Парой добрых слов и улыбок Се Ляню удалось пробить его на совесть сплавленную броню сарказма и язвительности. Му Цин на деле оказался начитанным и вежливым молодым человеком, даже в каком-то смысле приятным в разговоре.
Спустя всего неделю Се Лянь с удивлением отмечал то, что некоторые ранения благополучно затянулись. Позже он хвастался Фэн Синю, что приготовленные им мази и правда отлично действуют — вот уже и пострадавший на человека стал похож, и сам с травами возился, терпеливо свойство каждого растения объясняя. Тот только фыркал недовольно и стремился сменить тему разговора.
В один из таких вечеров Му Цин, перебирая толченый анис, часть отсыпая для отвара, поинтересовался, зачем они вообще его спасли. Заодно и уточнил, что едва ли способен отплатить им как-то за спасение. Се Лянь рассмеялся, головой покачал и плечо чужое чуть сжал ободряюще.
— Все в порядке. Фэн Синь решил спасти тебя, потому что сам когда-то оказался в похожем положении, — несмотря на смешок, взгляд его стал вдруг грустным, а улыбка печальной. — Только тогда ему никто не помог.
Му Цин ощутимо напрягся, стало заметно, как ему не по себе от того, что он вообще завел разговор об этом. Он ничего не ответил, но что-то непонятное вспыхнуло в его взгляде всего на одно короткое мгновение. Се Лянь списал это на удивление и смягчился немного, похлопав легонько по спине.
— Не считай себя обязанным нам, ладно? Фэн Синь выглядит грубым, но на самом деле он очень добрый.
Выражение лица спасенного сделалось еще более сложным, но он все-таки кивнул и вернулся к готовке отвара, давая понять, что тему на этом можно считать закрытой.
/ / /
Это было странно, потому что уже спустя пару недель от ожогов почти не осталось следов, а на месте ужасных ран, оставленных гирей и нагайкой были лишь стремительно сходящие синяки. Се Лянь осторожно ощупал каждый из них, слушая недовольное шипение Му Цина, сидящего к нему спиной, когда скрипучая дверь приоткрылась и в проеме показалась голова Фэн Синя.
Его карие глаза обвели убранное помещение внимательным взглядом и в итоге остановились на сидящем спиной к двери Му Цине. Тот что-то пробурчал, встретившись с ним взглядом, и отвернулся, всматриваясь в потрепанные временем занавески.
— Я приготовил ужин, — оповестил он коротко, обращаясь уже к Се Ляню и вновь скрылся, плотно дверь прикрыв.
Услышав о ужине, Му Цин почти незаметно побледнел, но ни слова не сказал, натягивая рубаху обратно на плечи и оборачиваясь. Взглянул коротко на закрытую дверь и на суетливого Се Ляня посмотрел.
— Ты голоден? Наверное, да. Со вчерашнего дня ничего не ел, побледнел как! — советник собрал все баночки с мазями и переложил их на стол, и уже было хотел поспешить к выходу, когда Му Цин окликнул его негромко.
Какой-то своей особо трусливой частью надеялся, что останется неуслышанным.
Но Се Лянь обернулся, взглянул вопросительно и улыбнулся одной из своих успокаивающих и уютных улыбок. Му Цин сам не понял, как решился выпалить деланно-безразличное:
— А почему тот, Фэн Синь, не заходит?
По нему не скажешь, что его это сильно волновало. Му Цин вернулся к своим травам, но еще посматривал на стоящего у двери Се Ляня, ожидая ответа. Тот вздохнул, глаза прикрыв, и головой покачал:
— Он был разочарован тем, что, когда ты проснулся, то сразу раскритиковал его вместо благодарности. Он так сказал.
Дверь за Се Лянем мягко, но плотно закрылась.
/ / /
Этот городок был дальше от столицы и здешний рынок не пестрил разнообразием товаров, но покупками Се Лянь был доволен. Он неторопливо плелся по заросшей травой и цветами, выложенной камнем тропке, улыбаясь и кивая идущим мимо людям: с некоторыми из них он уже успел познакомиться. Ему, выросшему в столице, с пеленок имеющему статус приближенного ко двору, было чуждо общение с простым людом в таких отдаленных деревеньках. И тем не менее, разговаривать с ними в большинстве было даже приятно: простота и доброта большинства из них располагала, даже привлекала, потому мог охотно ответить на любой вопрос или просьбу. В пределах разумного, конечно же.
День начался хорошо и, в общем-то, ничего не предвещало беды. Се Лянь даже осмелился оставить Фэн Синя с Му Цином одних в доме, свято веря в то, что эти двое так и останутся каждый в своей комнате, стараясь свести к минимуму какой-либо контакт.
Собственно, свою ошибку советник осознал лишь тогда, когда открыл дверь. Удивительно, что хлипкие стены не пропускали наружу вопли ругающихся мужчин, и не ожидавший подобного приема Се Лянь замер на пороге. Благо посуда не летала, словно в эпицентре урагана.
— Я должен был позволить тебе намазюкать меня дрянью, которую я не переношу?! Спросил бы для начала! Что это за помощь вообще такая?! — Му Цин гневно всплеснул руками. Ругающихся отделял лишь многострадальный стол, за столешницу которого тут же схватился Фэн Синь, сжимая до белеющих костяшек. Вены на его шее вздулись от той ярости, с которой он смотрел на не так давно спасенного человека. Никто из них не заметил скрипа открывшейся двери и ошалелого взгляда Се Ляня.
— Ты благодарен должен быть! Тебя бы убили там, если бы не мы, — деревянная мебель опасно задрожала. Король словно был готов в любой момент перевернуть несчастный стол, лишь бы избавиться от преграды и с кулаками налететь на объект своего необузданного гнева. Того, в прочем, ничего не смущало и молчать он явно не планировал.
— Спас от деревенской толпы, чтобы добить?! Хорош спаситель! — Му Цин издевательски рассмеялся, и стол бы точно улетел в ближайшую стену, если бы Се Лянь вовремя не отмер, оттаскивая Фэн Синя в его же комнату.
— Ну так и вали! Вали отсюда! Тварь неблагодарная, — успел все-таки выплюнуть напоследок тот, даже не пытаясь сопротивляться — сил противостоять Се Ляню, если тот настроен серьезно, не хватит.
Хлипкая дверь захлопнулась за его спиной, отделяя ругающихся и не давая продолжить спор; послышался еще один хлопок двери — Се Лянь молился всем богам, чтобы эта дверь не оказалась входной.
— Я оставил вас всего на час! — советник встряхнул своего короля, но тот живо отцепил от себя чужие руки, отходя к кровати и устало плюхаясь на нее. — На час, Ваше Величество! Что произошло?!
Се Лянь даже не заметил, как вновь использовал ненавистное обращение — да и самого Фэн Синя, кажется, оно волновало мало. Тот сидел на кровати, сцепив руки в крепкий замок перед собой и вперившись раздраженным взглядом в одну точку, и, кажется, отвечать даже не планировал. Се Лянь уже хотел было махнуть рукой и пойти допытывать второго участника конфликта, когда король всё же пробурчал что-то невнятно, почти неслышно.
— Что-что? — уже спокойнее переспросил советник. Фэн Синь перевел на него беглый взгляд и отвернулся тут же.
— Не знаю я, что произошло! Приперся, начал нести бред о своей лаванде этой. Что ему вообще от меня надо?!
— А ты что? — устало поинтересовался Се Лянь, на стул в углу комнаты опускаясь. Впрочем, он и без ответа Величества догадывался, что тот ему сказал.
— А я сразу спросил, что за херню он несет и что еще ему от меня надо, — пробубнил совсем уж тихо Фэн Синь и затылок потер, вздыхая раздраженно. Вот еще головной боли из-за всяких Му Цинов ему не хватало!
Се Лянь покачал головой и поднялся со своего места. Читать нотации своему королю он не собирался, тот и так прекрасно знал, где был не прав и как должен был себя повести. Они уже не раз говорили об этом и повторяться снова совершенно не хотелось.
/ / /
Дальше двора Му Цин, слава богам, не ушел. Се Лянь выдохнул облегчённо, торопливым шагом направляясь к стоящему в стороне от дома молодому человеку и хватая того мягко за локоть, чтобы даже не попытался от разговора уйти. Советнику хотелось услышать и другую сторону конфликта.
— Ты же не собирался правда уйти, Му Цин? — беспокойство в голосе Се Ляня почти незаметно смягчило его — Му Цин расслабился под рукой, но из хватки локоть всё равно поспешил выдернуть.
— А у меня есть выбор? — он фыркнул, недовольство не скрывая, глаза закатил. — Сомневаюсь, что Фэн Синь меня за порог пустит. Да и пошел он…
— Не говори так, — тут же осадил его Се Лянь, нахмурившись, но вскоре поспешив вернуть себе добродушное и располагающее выражение лица. — Почему вы поругались?
Му Цин закатил глаза снова, очевидно, припомнив, с чего вообще их конфликт начался. Крайняя степень раздражения читалась в каждом его жесте — вот он заломил пальцы, сцепил их в крепкий замок до хруста костяшек, передёрнул плечами и отвернулся на мгновение, глаза прикрыв.
— Я извиниться пришёл, когда заметил, что этот без дела слоняется… А он… — Му Цин цокнул языком в сторону, заговорил тише, нехотя. — Орать начал, что я его из-за всякой чуши от дел отвлекаю. Я и не сдержался! Чего ещё он ждал с таким отношением к окружающим?!
Кажется, с каждым собственным словом Му Цин раздражался всё сильнее. Се Лянь поспешил остановить его рассказ, чтобы не распалить в нем гнев с новой силой; да и без продолжения всё было предельно ясно.
— Прости за это, — Се Лянь покачал головой со вздохом. — Он бывает резковат и несдержан, но…
— Но он
очень добрый. Я уже слышал. И как-то, знаешь, не заметил за ним доброты, — Му Цин снова закатил свои светлые глаза, но хватка была уже не такой крепкой, а плечи расслабленно опустились вниз.
Се Лянь поджал губы. Аргумент «он тебя спас» вряд ли что-то изменил бы, может, ещё хуже сделал бы. Вместо попытки переубедить, он осторожно сжал чужое плечо и улыбнулся.
— Вы так плохо думаете друг о друге, но, если бы узнали друг друга получше, то наверняка подружились бы.
Му Цин на это лишь фыркнул и пробурчал что-то неразборчиво, но, совсем тихо, вздохнул. По нему было хорошо видно, что он не слишком верит в то, что это возможно. Се Лянь не обратил внимания на его скептический настрой и продолжил вещать своим мягким, не терпящим возражения тоном:
— Мне нужно будет уйти… в библиотеку. Надеюсь, что всего лишь на пару часов. Местные посоветовали столько кулинарных книжек! Хочу все посмотреть, — заулыбался так открыто, что, наверное, и сам бы в свою ложь поверил. — Не разнесите дом, пока меня не будет, ладно?
Му Цин вскинул брови, но кивнул медленно, как-то даже неуверенно.
— Не могу обещать, — плечом повел, пробурчав недовольно, и развернулся, возвращаясь обратно в дом. Сразу видно, что заставляет себя.
Се Лянь облегчённо выдохнул и неторопливо зашагал предположительно в сторону библиотеки, не забывая периодически оглядываться на дом — вдруг там мебель из окон полетит или, ещё хуже, сами обитатели.
