Тень

— Шото, ты будешь ужинать? — осторожно заглянула Фуюми. После обморока Старателю пришлось забрать сына домой. Переутомление списали на напряженную учебу и недавние обстоятельства, при которых герой номер один получил свой шрам. Исцеляющая Девочка выдала Шото успокоительное, снотворное и витамины. — Я не голоден. — Но он сказал проследить, чтобы ты поужинал. А… А, хочешь, я принесу еду сюда? Шото молча кивнул. Ему не хотелось общаться. Он не спал четыре дня, если не считать недавнего обморока и не верил в чудеса снотворного. Он даже не знал, что наносит больший урон его организму: полное отсутствие сна или же проклятые кошмары, во время которых он рискует выцарапать себе глаза. Старатель обещал поговорить с ним вечером, но днем он уехал на задание. И чем ближе был вечер, тем больше Шото нервничал. «Бакуго тоже что-то заметил, иначе не пальнул бы в пустоту. Может рассказать Старателю все как есть? И оказаться в соседней с матерью палате». Внизу хлопнула входная дверь. «Пора». Лучше уж он явится сам. — Садись ужинать с нами Шото! — расставляя тарелки позвала Фуюми. «С каких пор они едят все вместе? Даже Нацуо здесь». Шото прошел на подготовленное напротив Старателя место. — Как твои успехи в учебе? Ты так переусердствовал, что заработал переутомление? Не в твои годы Шото, — усмехнулся Старатель. — Да, я немного… — соба в его тарелке словно начала шевелиться, — перестарался. «Кажется от усталости у меня уже в глазах рябит». Он крепко зажмурился и снова открыл глаза. Из лапши высунулось несколько длинных тонких паучьих лапок. Шото обдало холодом. Он поднял голову — Старатель с удовольствием уплетал паучьи лапы и явно ничего необычного в этом не видел. «Я сошел с ума». — Почему ты не ешь? Тебе нужно скорее вернуться в норму и продолжить тренировки. — Я не голоден, — с трудом выдавил из себя Шото. — Ты сказал, что тебе снятся кошмары. От этого ты не высыпаешься? Над Тодороки нависла тень, накрыв собой весь стол. — Да, — прошептал он. Острые лапы едва ощутимо царапнули шею и плечи. — Что же тебе снится? Может тебе стоит посетить врача? Лапы оплели руки и придавили их к столу, не давая даже шевельнуться. — Помоги мне, — одними губами прошептал Шото. — Что-что? Шото? Шото! Он вздрогнул и выпрямился. Над ним склонился Старатель, положив руку на плечо. «Просто сон. Это сон!» — от радости Тодороки едва сдержал смешок. — Ты разговаривал во сне, — нахмурился герой номер один. — Снова кошмар? — Ты открывал окно? — застыв напротив приоткрытой ставни, спросил парень.

***

Шото выудил еще одну банку энергетика из стопки вещей в шкафу. Сегодня он намеревался поймать эту тварь. Кто бы не задумал эту подлую игру — он поплатиться. За полторы недели, что Тодороки провел дома, он убедился, что в помещениях, где кто-то не просто не спал, а посматривал за ним — кошмары ему не снились. Но стоило ему остаться одному, и они возвращались, а окно или дверь обязательно были приоткрыты после. Вывод напрашивался сам собой: кто-то с причудой Кошмарной Тени — так он окрестил преследовавшее его нечто — решил измотать его. «Но ради чего? Если бы хотел убить, шансов было предостаточно. Отправить в психушку и снизить рейтинг Старателя?» Это походило на правду. Он тщательно изучил досье на всех злодеев, которых Старатель когда-либо упрятал за решетку, а также всех, с кем они могли быть связаны: будь то семьи, друзья или коллеги по работе, и не нашел никого с хоть отдаленно похожей причудой. «Может кто-то, кто еще не дал знать о себе? Или те, чьих данных тут нет?» Возможно о подобных догадках и стоило сообщить герою номер один, но Шото решил справиться с этим сам.

***

— Я просто устал и перенервничал. После отдыха все вернется в норму. — Шото, если тебе нужна помощь специалистов… — Я в порядке! Старатель тяжело вздохнул. — Я знаю, что у нас с тобой не сложились доверительные отношения, по моей вине, но… — Я буду в норме через неделю. Позволь мне справится самому, — упрямый взгляд исподлобья заставил Старателя отступить. Он уважал эту черту сына. Упрямство поможет ему многого достичь, лишь бы он направил его в нужное русло. Что ж, пока Шото дома, он сможет присмотреть за ним, пусть отдыхает и разбирается со своими тараканами как считает нужным.

***

План был до безобразия простым: притвориться спящим и дождаться появления Кошмарной Тени. Она несомненно была всегда где-то рядом, раз успевала в любое время суток закошмарить его. Ему бы лишь увидеть где именно. Даже несмотря на три банки энергетика с закрытыми глазами сознание постоянно пыталось отключиться, но Шото держался. Минуты растягивались в часы, а часы в бесконечность. «Жаль, что не удалось поговорить с Бакуго после внезапного обморока. Похоже, огонь будет эффективнее, чем лед. Как я вообще отключился тогда? Не на столько плохо я себя чувствовал». Легкий ветерок от окна прервал его мысли. «Рано, пока рано». Сердце забилось как бешенное. «Только бы не выдать себя». На веки упала тень. «Еще чуть-чуть». Тихий щелчок дверной ручки резанул по напряженному до предела слуху пушечным выстрелом. — Черта с два я пущу тебя дальше! — Шото вскочил и сходу выпустил в сторону двери мощную струю пламени. Истошный вопль выбил из головы все мысли. На полу лежало тело в ночной сорочке Фуюми и извивалось, визжа от болит. Нацуо, выбежавший из соседней комнаты, уже присел рядом и принялся охлаждать лицо сестры, к которому она тянула руки, но не могла дотронуться. — Нет, это не она… Это не Фуюми! — Не подходи к ней! — вскочил Нацуо и вскинул руку для атаки, но Старатель перехватил его за запястье. — Вызови скорую, — бросил он Нацуо и оттолкнул его назад. Герой медленно, словно опасаясь спугнуть, надвигался на Шото. — Нет… Это была не Фуюми! Это была Тень! Я видел! Она каждую ночь залезает в окно, чтобы я не мог спать! — Шото, опусти руки, — твердо велел Старатель продолжая приближаться. На секунду ему показалось, что герой сейчас ударит его, но мысли защититься льдом или огнем даже не пришла в его голову, поэтому он лишь вскинул руки, закрывая лицо. На запястьях тут же ощутилось прикосновение холодного металла — браслеты для сдерживания причуды. — Сядь здесь и жди меня. Тодороки послушно опустился прямо на пол на колени. «Нет. Не может быть. Это не Фуюми. Я не мог так обойтись с ней. Не мог». Старатель бережно поднял дочь и понес вниз. Нацуо последовал с ними, продолжая охлаждать лицо, рыдающей в голос сестры. Все мысли смешались, время перестало существовать. Крики Фуюми все продолжали разлетаться от стен, словно сам дом подхватил их и принялся бесконечно повторять. Струйка холодного воздуха сочилась из приоткрытого окна, прикасаясь к шее Тодороки. Он все ждал появление паучьих лапок. «Это же просто сон. Просто очередной кошмар. Пора проснуться. Проснись же». — Одевайся и идем, — появился в дверном проеме Старатель, убирая телефон в карман. — Куда? — не поднимай головы, тихо спросил Тодороки. — Врач Рей сегодня дежурит. Он согласился оказать мне услугу и принять тебя без оформления. — Нет. Нет! Я не сумасшедший! Меня преследует злодей с причудой Тени! Она хочет добраться до тебя таким образом. — Она? — Тень! — Шото… Ты сжег лицо собственной сестры. Ты не в себе, — как можно убедительней попытался донести до него Старатель. — Я не сумасшедший! Тень есть! Пожалуйста, поверь мне! — срываясь на истерику закричал Тодороки. — Я верю, — опускаясь на колени перед сыном и осторожно обнимая его, все так же тихо говорит Старатель. — Ты не сумасшедший, Шото, но тебе нужна помощь.

***

Он не понимает, как мог не заметить, что его сын не в себе. Единственный ребенок, рядом с которым он действительно был в детстве. Пусть даже все это время он муштровал его и требовал слишком многого, но все же был рядом. Как он мог не заметить, что его мальчик сходит с ума? Как он мог допустить повторения истории Рей? Может это наследственное? Рей, Тойя, теперь Шото. Должно быть он проклят. Возможно до смерти? В ушах стоят крики. — Ты довел его! Довел как мать! Это на твоей совести! Будь ты проклят! — Не запирай меня здесь! Я не сумасшедший! И все это заглушает истошный плач Фуюми. Ее жизни ничто не угрожает, но такие следы не скроешь… Девочка изуродована на всю оставшуюся жизнь, а все что он может — это лишь заплатить лучшим пластическим хирургам. Должно быть она пошла проверить брата. Зачем он сказал ей присматривать за ним? Это его обязанность — присматривать за своими детьми. И никакая работа не может быть оправданием. Как бы он не хотел выпить — его дети сейчас страдают, и он не имеет права сбегать от этого. Поэтому Старатель проходит мимо гостиной, сразу в свою комнату. Сквозь приоткрытое окно сочится холодный ночной воздух, но Старатель не спешит закрывать его. Герой садится на свою постель и погружается в тяжелые мысли, не замечая особо длинной тени от ветки, которая подползла к самым его ногам. Словно убедившись, что мужчина не собирается укладываться, тень плавно уползает обратно в приоткрытое окно, оставляя Старателя с его думами наедине.

***

— Должно быть это была ветка дерева, но я так мало спал. Знаете, я сильно нервничал, после того боя Старателя, вы же видели, верно? — Шото готов сказать что угодно, лишь бы покинуть это место в кратчайшие сроки. — Я рад, что вы так быстро смогли осмыслить не только саму болезнь, но и ее причину. А как ваши сны? — поправил очки врач, отмечая что-то в своем блокноте. — Мне стало лучше, они больше не беспокоят меня, — в самом деле, никаких паучьих лап Шото не видел всю неделю, что провел здесь, но крики сестры не оставляли его в покое даже днем. - Это замечательно, огромный прогресс. Я думаю, что при регулярном приеме препаратов, вы сможете вернуться к обычному распорядку дня уже через пару недель. — А нельзя со следующей? Я сильно отстану от одноклассников, да и мое долгое отсутствие может вызвать вопросы. Старатель очень не хотел бы огласки, вы же знаете, — давя на больное место врача в виде героя номер один, спросил Шото. — Что ж… Думаю, если добавить еще препарат, это могло бы быть возможно… Но к практической части вам пока приступать не стоит. Я рекомендую вам работать только с лекционным материалом. — Думаю, это будет разумно, — все что угодно, лишь бы его выпустили.

***

Следующая неделя превратилась в сплошную мешанину. Время потеряло свой смысл как таковое. Мысли постоянно уплывали, если не сказать, что просто исчезали, что ужасно мешало сосредоточится на занятиях. Но вместе с тем исчезли и кошмары или по крайней мере он их не помнил после пробуждения. Постепенно Тень стала казаться просто видением воспаленного разума. Он не заметил, как сам начал верить в то, что говорил своему врачу перед выпиской. Не считая препараты, жизнь постепенно возвращалась в привычное русло. Про сестру Шото предпочитал не думать. Может когда-нибудь они с Нацуо смогут простить его? Он же простил мать. Несколько раз Фуюми звонила ему, но он не нашел сил поднять трубку и услышать ее голос. Чего не скажешь про Старателя. С ним приходилось говорить каждый вечер. Одни и те же вопросы и пожелание скорее поправиться. Шото начало казаться, что ему звонит автоответчик. Телефон оповестил о необходимости принять очередную порцию таблеток. Шото достал пузырек, который тут же оказался в руках у Бакуго. — Мне это нужно, — тихо, чтобы не привлечь внимание остальных завтракающих, запротестовал Тодороки. — Не нужно, — наклонившись к его уху, чтобы не услышали остальные, прорычал Бакуго и сразу же покинул общежитие. — Тодороки, все хорошо? — обернулся к нему Мидория. — Да. В течение дня Шото предпринимал несколько бесплодных попыток поговорить с одноклассником и вернуть свои «витамины», но Бакуго каждый раз просто мастерски исчезал, лишь заметив того на горизонте. Похоже, иного выбора, кроме как сказать Старателю вечером, что он потерял свое лекарство и попросить привезти новое, у него нет. Но именно в этот вечер героя номер один вызвали на задание, и он лишь прислал короткое сообщение с извинением.

***

Она кружилась в саду в новом платье, в котором ощущала себя настоящей принцессой. Рядом бегали братья и перекидывались снежками — лучшая игра в жаркий день. Но ей хотелось большего, ей хотелось настоящую метель, чтобы кружиться среди снежинок. Она вскидывала руки снова и снова, пытаясь создать больше снега над головой. — Фуюми, — позвала мама. — Фуюми подойди. Какая же ты у меня красавица, — тепло улыбалась женщина. Она обняла девочку за плечи и повела в дом. — Посмотри-ка на себя, — они остановились возле большого зеркала. Она посмотрела на свое отражение: все лицо было покрыто мелкими паучьими лапками, которые без перерыва копошились. — Смотри, какая красота, — наклонившись на один уровень с ребенком, продолжала улыбаться женщина, чьи волосы — серебристые паучьи лапки — тоже начали без перерыва дергаться. — Правда очаровательно? Особенно без головы! Она снова перевела взгляд на себя — голова отделилась от шеи и поднялась на длинных острых паучьих лапках. — Фуюми! — резко вскочил Шото в постели. Дыхание сбилось, челка прилипла ко лбу, пальцы на руках без перерыва дрожали. Он зарылся ими в волосы и несколько минут просто пытался отдышаться. «Нет. Я не вернусь к этому». — Бакуго, — тихо постучал он в соседнюю дверь и сразу толкнул. — Ты… не спал? — застав одноклассника за просмотром пейзажа в щель балконной двери, удивился Шото. Ответом его не удостоили. — Слушай, мне правда нужны те таблетки, — начал было Тодороки, но Бакуго, не оборачиваясь, поманил его рукой. Немного помедлив, Шото все же подошел к однокласснику, несколько заинтригованный происходящим. Кацуки подвинулся, показывая ему что-то за дверью, и поднял руку с пляшущими искрами. На балкон в сторону комнаты Тодороки падала едва различимая рваная тень. Парень отшатнулся. Ему нужно было немного времени, чтобы осмыслить увиденное. — Все еще нужны? — с издевкой помахал Кацуки пузырьком в руке.