крыло бабочки

      Будильник. Будильник, который прозвенел полчаса назад. Будильник, который Чонгук благополучно не услышал. За окном уже начало светать, солнце выше поднималось в небе. Шатен еле разлепляет свои глаза, медленно проходясь взглядом по комнате. В следующую секунду взяв в руки свой телефон.       — Чёрт! — выругался парень, быстро вскакивая с кровати, на ходу одеваясь и собирая по всей комнате нужные учебники и тетради, запихивая их в рюкзак, — время уже семь пятнадцать, первая пара в восемь тридцать. Замечательно, Чон Чонгук! — ворчал парень, понимая, что по крайней мере на первую пару он точно не попадёт. Всё равно не успеет.       Мать давно уже уехала на работу, даже не удосужившись разбудить сына. Она вставала раньше на полтора часа, потому что ехать ей было ещё дальше, чем Гуку. Сейчас шатен не может решить, что ему делать дальше. Фактически, это его первый учебный день в году, потому что неделю они возились с документами по поводу переезда в новый дом.       Чонгук не уверен в том, что снова хочет возвращаться в колледж. Зачем ему вообще туда ходить? Чтобы получить среднее специальное образование? А зачем? Может, ему вообще не нравится та профессия, на которую он пашет уже второй год. Друзей у него там всё равно нет. Он сомневается, что они вообще у него когда-нибудь появятся. Слишком уж он привык к вечному одиночеству.       Всё-таки сумев пересилить себя, вышел из дома, смотря по сторонам, выискивая глазами остановку. И находит. Старая, покрывшаяся ржавчиной, выглядела настолько хлипкой, что садиться было страшно. Всё может свалиться прямиком на голову. И вот, готов репортаж: Самая тупая смерть. Не то, что садиться, но даже и стоять рядом было достаточно страшно. Ржавые металл всё равно рано или поздно начнёт разваливаться. Остаётся только надеяться, что ни в эту секунду. Хотя Чонгука это вполне устраивало: умрёшь и в колледж ходить не нужно.       Шатен стоял на остановке, рассматривая расписание, а потом взглянул на время в телефоне. До автобуса ещё не меньше двадцати минут. Домой возвращаться смысла не было, так что парень решил остаться здесь. На улице — ни единой души. Этот посёлок, это деревня(?), если это вообще можно так назвать, казался заброшенным. Чонгук не видел здесь ни одного человека, помимо Тэхёна. Хотя мать рассказывает про какую-то соседку. Чону слабо верится в то, что здесь вообще кто-то есть. Тишина. Тишина, от которой закладывало уши. Тишина, которую совершенно не хочется чувствовать. Не хочется знать о её существовании. Не то, чтобы шатена напрягала тишина. Нет. Он всю жизнь рос один, поэтому она его не пугала, но сейчас эта тишина давила на его грудь, заставляя дышать активнее. Заставляла дёргаться от каждого шелеста сухих листьев, от шума песка, кружащегося на асфальте.       Возможно, спустя десять минут прибывания в таком состоянии у Чона начались галлюцинации, потому что он услышал звук приближающегося автомобиля. Нет, это явно не галлюцинации.       — Решил свежим воздухом с утра пораньше подышать? — раздался хриплый голос из старой машины девяностых годов. В ту же секунду лёгкие шатена заполнились табачным дымом, заставляя его очнуться.       — Я автобус жду, — Чонгук видит Тэхёна второй раз в жизни, но его ноги уже предательски подкашиваются.       — Продолжай в том же духе. Ждать автобус на заброшенной остановке, — ответил Ким, косясь на младшего.       — В смысле на "заброшенной"? — шатен не отрывал взгляда от парня напротив.       — Садись я подвезу тебя в колледж, — строго сказал Тэхён, указывая на пассажирское сидение рядом. Младший понял, что выбора у него всё равно нет.       — Ты сказал, что эта остановка заброшена. Тогда почему она всё ещё стоит здесь? И где нормальная остановка? Мне же нужно как-то в колледж ездить, — Тэхёна уже начало раздражать то, что Чон такой любопытный. Машину тряхнуло.       — Чонгук. Не только остановка заброшена, ничего странного не замечаешь? — шатен пропускал все слова мимо своих ушей, тупо уставившись на Кима, рассматривая его идеальный профиль.       — М. Я? Ничего странного, — Чон отвечает, хотя не имеет ни малейшего понятия, о чём только что говорил ему старший.       — Ближайшая остановка примерно в трёх-пяти километрах отсюда. Идти нужно через лес, — усмехнулся Ким, диким взглядом смотря на младшего.       — Через лес? — оживился Чонгук. Он совсем не дурак, поэтому вестись на очередные шуточки своей матери больше не собирается. Если бы здесь были убийства, то крупные города были бы осведомлены. Чону не десять лет, и верить в сказки он не собирался, — но тут же, вроде как, убийства чуть ли не каждый день, разве нет, ахах? — вопрос был успешно проигнорирован, — Как мне в таком случае ездить на учёбу?       — Хочешь, я буду тебя возить в колледж? Мне всё равно по пути, — предложил темноволосый, на лице у которого уже расцвела очередная жуткая гримаса.       — Серьёзно? С чего такая щедрость со стороны незнакомого человека? — Чону никогда не предлагали помощи, когда он в этом нуждался. И первый раз в жизни Гук услышал такие слова.       — Я что, не могу сделать доброе дело? — рассмеялся Ким жутким смехом, — Мне же нужно как-то исправлять свои грехи, — предложение резко оборвалось.       — М? Что ты имеешь ввиду? Какие такие грехи, — он успел закончить шатен, как Тэхён грубо перебил его.       — Это не твоё дело, ты ещё слишком юн, чтобы... я ляпнул не подумав, забудь, — темноволосый начал нервно стучать по рулю, снова закуривая.       — Не думал, что такой, как ты может курить, — немного улыбнулся Чонгук своей ещё немного детской улыбкой.       — Что значит это твоё "такой, как ты", паразит! — резко дёрнулся старший.       — Ты выглядишь, как какой-то принц. Ты красивый, Тэхён, ты знал об этом? — шатен всё ещё немного улыбался, смотря на каменное выражение лица Кима. Чонгук всегда мог сказать то, что у него на уме. Потому что в этой жизни он, фактически, ни чем не дорожил. Но он впервые сделал комплимент открыто. Впервые он захотел. Что-то в Тэхёне было другим. В глазах Чона он выделялся среди других людей. Может быть, потому что Ким не спешил унижать его.       В любом случае, шатен хочет попробовать. Попробовать впервые за десять лет нормально поконтактировать с человеком. Всё ведь будет хорошо, правда? Он же обычный человек.       — Спасибо, мне очень приятно слышать эти слова, — ложь, — ты тоже очень красивый Чонгук, — усмехается Тэхён — правда. Ким хорошо держится. Слишком хорошо, потому что младший слышит фальшь.       Всю оставшуюся дорогу до колледжа они ехали молча. Диалог дальше особо не клеился. Никто и не горел желанием продолжать. Чонгук не хотел, потому что ни с кем ещё в своей жизни не перекидывался больше пары фраз, по типу "сколько времени?" и "куда идти на урок?". Он всегда боялся сказать совсем не то, что нужно. Но это неловкое молчание давило на него гораздо сильнее, чем он мог себе представить. Тэхён молчал, потому что сказать ему уже было нечего. Любое слово, которое он сейчас вытащит из своего рта, станет лишним.       Старший терпит на себе пытливый взгляд шатена. Не понимает, что этому ребёнку от него нужно. Почему тот сидит спокойно, изучая его лицо, тело. Прямо как при их первой встрече. Тэхёну это кажется странным, но весьма интересным, поэтому он, как ни в чём не бывало, продолжал смотреть на дорогу, боковым зрением поглядывая на Чона.       — Как дойти от остановки до нашего района? — спросил Чонгук, прежде чем выйти из машины.       — Я могу встретить тебя. Я всё равно освобожусь через несколько часов, — предложил темноволосый, — дай мне свой номер.       — Я в состоянии дойти сам, — ответил младший. Не хотел доставлять лишних хлопот малознакомому человеку.       — Замолчи. Я встречу тебя, — вроде забота, но столько злобы и агрессии в голосе старшего. Чонгук сжался, называя цифры, не смея перечить, — вот и отличненько! До встречи, Чонгук, — Гук клянётся, если он ещё раз увидит эту грёбаную улыбку сегодня, его стошнит.       — Пока, — Чон выскочил из машины, резко залетая на территорию колледжа, ловя на себе вопросительные взгляды студентов.       Повезло, Чонгук успел вовремя. За пятнадцать минут до звонка. Он не спеша поднялся на нужный ему этаж старого здания. Кажется, оно был построено лет двести назад. В тысяча восемьсот каком-то году. Чону на это, по большей степени, просто всё равно. Ему в принципе на такой урок, как история, всегда было всё равно, хотя его факультет — исторический. Он, конечно, сам ничего не выбирал. Мать заставила его выбрать специальность, связанную с историей. Шатену это не нужно. Ему этого не хочется. Но эта тронутая, по его мнению, женщина, даже не спросила своего собственного сына.       На всех парах он думал только об одном человеке. Почему у него такое переменчивое настроение? Почему выражение лица сменяется каждые несколько секунд. Это странно, напоминало младшему какой-то фильм ужасов. Отвратительно.       В перерыве между парами Чонгук спустился в столовую, чтобы купить хоть что-нибудь поесть. Утром ведь не успел, отчего в его животе с каждой минутой всё больше и больше завязывался неприятный тугой узел. Парень решил сесть в угол столовой, лишь бы не привлечь к себе лишнего внимания.       К нему резко подсаживается какой-то парень, по всей видимости одногруппник. Между ними — тишина в сотню несказанных слов за всю жизнь. Но парня, сидящего напротив Чона ничего не смущает. Он молча продолжает смотреть в свой телефон, будто совершенно не замечает шатена.       — Я Чимин. Твой одногруппник, — сероволосый оторвал взгляд от своего телефона, уставившись Чону прямо в глаза.       — Я знаю, кто ты, — соврал шатен. Откуда он мог знать, если не общался абсолютно ни с кем, даже не имел представления о том, с кем он учится.       — Не ври, — понизил голос Чимин, — я не слепой уёбок, чтобы не знать о тебе ничего. Все знают. И ты знаешь, о чём я говорю.       — Знаю, — взгляд Чона с каждой секундой становился более стеклянным. Он прекрасно понимал, что даже в колледже все знают о его проблеме в семье. Шатен всё это просто игнорировал. Внушал себе то, что никто на самом не знает о том, что они с матерью живут бедно. Внушал то, что в спину ему не кричали оскорбления. Вроде уже не школа, колледж. Люди взрослее, но всё те же гниды. И никому не было плевать на самом деле на то, какая у кого семья. Он сам себе всё внушал. Внушал, что всем плевать. — Почему сидишь со мной?       — А нельзя? — лицо сероволосого непоколебимо, — это, вроде, общая столовая.       — ...       — Просто хотел пообщаться, ты против? Не хочешь заводить друзей? — спокойно отвечал Чимин, рассматривая каждую мелочь в Чонгуке.       — У меня уже есть друг, мне другие не особо нужны. Одного вполне достаточно. — Чон не мог понять, почему просто не может поговорить с Чимином, они ведь одногруппники. Но зато с соседом, с которым познакомился только вчера, и который старше его на девять лет, он легко может начать разговор. Он вышел из-за стола, направляясь к выходу из здания, набирая Тэхёну сообщение:       Чонгук: Я буду через час.

Тэхён: Почему так рано?

      Чонгук: Неважно. Потом как-нибудь расскажу.

Тэхён: :D