Per aspera ad astra

Россия. Петроград. 1917 год. Зима в Петрограде выдалась необычайно холодной. Татьяна куталась в две офицерские шинели, которые ей удалось снять с убитых, во время погромов. Вчера заработала несколько буханок хлеба. Если все хорошенько разделить — хватит дней на пять. Девушка бросила в костер несколько досок. Хотя бы, было тепло и крыша над головой. Пару лет назад, Таня мечтала, о том, чтобы жить во дворце. Не во дворце, так, хотя бы в усадьбе. Не в усадьбе, так комнатушку побольше… Мечты простого народа сбылись. И вот, у Татьяны свой собственный дворец. Из соседей — бродячие собаки и голуби. Из собеседников — фрески на стенах. Можно, конечно забраться наверх. На крышу. Смотреть на задыхающийся в агонии город и беседовать с равнодушными ангелами Исаакиевского собора, который теперь был её пристанищем. Но девушка старалась не выдавать свое присутствие. Время было неспокойное, собор большой, всегда можно было затеряться в его лабиринтах. И только холодными ночами — жгла костер, чтобы согреться. Барыню её — Наталию и барина Клима расстреляли пару месяцев назад. А они были такими хорошими людьми! Собирались же сбежать в этот свой Пшешт или Пешт, (Татьяна не помнила), да не успели. Самой девушке удалось спастись, но был ли в этом какой-то смысл? Вот вывели их всех за усадьбу. Рассчитали на первый — второй. И ровно половине — пах! Пулю в лоб, или пулю в спину. Если бежать пытались. Что им всем сделал доктор Борис? Степка — кузнец. Жена его Беата. Этой бедняжке, сначала руку отрубили, и только поиздевавшись расстреляли. Даже собаку Комету расстреляли. Чтобы все было поровну. Чтобы все было непредвзято. А Татьяну отпустили. Арапчонка Рому отпустили. (Правда, он и осень не протянул) И осталась девушка одна. Бежать было некуда. Кругом была война и разруха. Так, бродя по безумствующему и жаждущему крови Петрограду, пришла Таня в собор, который очень нравился её барыне, да и осталась в нём жить. Днём помогала на рыбном заводе, проверяла целостность железных банок. Ну и подворовывала, где могла. А ночью здесь оставалась. Недавно прибилась к Тане собака, с доброй мордой и короткими лапками. Девушка назвала её Прасковьей, по дню недели, так как нашла блохастую приблуду в пятницу. И теперь, каждое утро, Татьяна просила у Прасковьи новостей, но та, то печально скулила, то приносила дохлых крыс. Что, в общем-то тоже, было красноречиво. По воскресеньям девушка любила гулять по набережной — маленькая радость в огромном сером мире. В этот раз пошла вместе с Прасковьей. Собака, по своему обыкновению, побежала на замерзшую реку. Но на команду девушки почему-то не отвечала. Кричала Таня, кричала, плюнула и сама пошла на лед, неразумное животное вызволять, вдруг, что случилось. Прасковья же, настойчиво копала снег, пока оттуда не показалась обледеневшая рука. Когда Таня подбежала, она заметила женщину крепко обнимающую…огромное меховое животное? Нет. Шуба. Собачий лай. -Что там, Прасковья? Ответом был едва различимый чих. Таня перевернула окоченелый сверток в шубе и увидела девочку. На вид ей было не больше десяти. Лицо и ручки покрылись инеем. Но она, в отличии от спутницы была ещё жива. Таня выругалась. Схватила ребенка на руки и понеслась со всех ног в ближайший госпиталь. Петра пришла в себя на больничной койке. Девочка озиралась по сторонам с видом напуганного зверька. -Где нянюшка? — вскрикнула девочка, и на её возглас очень недобро посмотрели медсестры. Одна из которых подошла и пригрозила девочке пальцем. Ребенок закутался в рваное одеяло и начал плакать. Люди проходили мимо неё. У них хватало забот. Петра помнила, что последние месяцы они с нянюшкой только убегали. Она очень хотела увидеть маму и папу, но няня сказала, что нельзя. Ещё нянюшка накинула на неё грязные тряпки и платье и сказала, что этот костюм спасет ей жизнь. Но, что означало «спасет жизнь»? Вокруг были злые люди. Они постоянно стреляли, постоянно кричали, вокруг — пожары, вокруг все бегут. Нянюшка сказала, что им нужно уехать из города и они поедут далеко- далеко в Америку, где девочку ждет её тетя. и там не будет злых людей и пожаров. Последние дни шли пешком, потом няня несла девочку на руках, а потом они упали в снег. Петра кричала, просила нянюшку Нику очнуться, но та попросила дать ей вздремнуть, прямо здесь, прямо в снегу… И вот… Всю прошедшую ночь, Татьяна не сомкнула глаз. Она выполнила свой долг — спасла ребенка, что будет с ребенком дальше, её волновать не должно. Верно? -Прасковья, и ты думаешь, что мы должны присматривать за этим карапузом? Это же девочка, да? Я не запомнила. Собака недовольно буркнула. — Э, нет. Ты её откопала. Это твоё собачье решение. Ты и должна вернуться за ней в госпиталь и воспитывать её. Собака вздохнула. -Что значит, сама иди? Мне вообще все равно. Если у неё нет родителей её отдадут в детский дом, и все с ней будет в полном порядке. Она питаться будет лучше, чем мы с тобой! Собака гавкнула. -Нет, крыса, которую ты принесла, не считается хорошим ужином! Вот булочки с сыром, которыми нас иногда угощала барыня, вот это был вкусный ужин… Иди сюда, тут теплее. Прасковья послушно подошла к девушке и улеглась рядом. Таня зевнула. -Я подумаю. Правда подумаю. Но это плохая идея. Утром девушка поспешила в госпиталь. Её переполняли странные мысли, ощущение, будто она этой неизвестной девочке что-то должна. От этого чувства становилось неприятно. И мысль навязчивая и надоедливая крутилась в голове. Таня знала, что она с детства хотела помогать людям, но откуда у неё появилось это желание — она не понимала. Возле госпиталя Татьяна увидела солдат. Которые о чем-то беседовали с медсестрами. Таня прошла мимо них, и гнетущее ощущение, что эти люди здесь не просто так усилилось. А когда, до Тани донеслись фразы про девочку лет десяти и женщину в зеленом, тут, все стало на свои места. Таня ускорила шаг. Стала заглядывать в палаты. В самой дальней, она увидела ту самую девочку, которая пусто смотрела в окно, ожидая, что кто-то её заберет. Таня оглянулась и понимая, что будет проклинать себя до конца жизни, протиснулась в палату. -Так, карапуз, я за тобой. -Где няня? -Потом поговорим, только не кричи. Таня стала осматривать наличие хоть каких-то вещей рядом, в итоге схватила с кровати одеяло, на весь плач девочки обмотала её в него, и в ещё одно, открыла окно, вызывая крики у других больных и вместе с девочкой выпрыгнула. Таня бежала со всех ног скрываясь в петроградских дворах-колодцах. Девочка, благо, перестала плакать. Дальше по набережной мойки, сделав несколько кругов, добираясь до раскуроченного собора. А дальше в собор. И наверх. И дождаться ночи. Девочка вновь дрожала от холода. Таня накинула на неё шинель. Которую можно было сложить вдвое. Можно было бы позвать Прасковью, чтобы та согревала девочку, но собака не сможет подняться по винтовым лестницам. Подняться- возможно, а спуститься- точно нет. Таня смотрела на девочку с этими взъерошенными темными волосами и большими карими глазами. -Как тебя зовут? -Петра. Где няня? -Замерзла. Не выжила. Девочка поникла. -Послушай, я не знаю, зачем я это делаю, но знаю, что с теми людьми тебе точно никуда не нужно. Останешься здесь. Я что-нибудь придумаю. Или нет. Для начала оставайся здесь и никуда не выходи. Закутайся во все это и спи. Я достану тебе одежду и еду. -Пить хочу. -Очень хочешь? -Очень. Таня вздохнула отошла от девочки, приоткрыла окно и набрала снег. Сделала из него шар и принесла девочке. -Ешь. -Но это снег! -Ешь, тебе сразу не захочется пить. После чего девушка ушла, понимая, что её беды только начинаются. Мужчина в черном пальто и зеленом шарфе несколько раз постучал по полу своей тростью. -Товарищ Лука, но, мы правда не знаем, куда вывезли коллекцию из императорского дворца. -Молчать! Он был в ярости. Его зеленые глаза сверкали, и казалось, он сейчас бросится на солдат и разорвет их голыми руками. -Я, помог вам. А вы не смогли сделать такую малость. -Пожалуйста, подождите ещё немного, мы поднимем документы. Коллекция не могла уехать далеко. -Два дня. У вас есть два, чертовых дня. Лука бродил по разрушенному дворцу и с тоской смотрел на пыль, разорванные полотна, мусор, разбитые бутылки, следы от пуль. Безумие которое охватило эту страну и этот город вполне могло быть вызвано пробуждением одного из Камней бесконечности. Смерть, убийства, насилие — все это указывало на активацию камня Силы. Самого же Луку уже переполняло ощущение вседозволенности и своей безграничной власти. Он был в двух шагах от победы. Татьяна растолкала Петру, когда было темно. -Эй, карапуз. Там есть еда. Пойдем. Сонная девочка медленно спустилась по ступеням в закуток, где Татьяна жгла костер. Прасковья подбежала к девочке, виляя хвостом и начала облизывать руки. -Я принесла тебе кое-какую одежду. Оденься — Татьяна бросила девочке сверток, но ток грохнулся прямо перед ней. Петра посмотрела на вещи. И подняла обе руки вверх. Татьяна непонимающе посмотрела на девочку, а потом махнула рукой. -Нет, нет, нет. Ты должна учиться сама одеваться. Больше у тебя нет няни. И вообще забыть про то, что тебе кто-то помогал. Ты жила в большом доме? Тебе помогали одеваться? Девочка кивнула. -Забудь. Хочешь дальше жить. Учись. Оденешься сама. Дальше Таня наблюдала, как ребенок пытается натянуть на себя штаны, путается в лямках, не может застегнуть рубашку и завязать ботиночки, которые велики. после почти двадцати минут попыток, Таня не выдержала и пошла помогать девочке одеваться. -С ума сойти… Когда же она потрепала по голове девочку, её словно ошпарило. Она на миг отшатнулась не понимая того, что испытала. Петра же, попыталась обнять Татьяну. -О, нет, нет, мы не настолько близки. Я не няня, не привязывайся. Через несколько минут они сидели у костра и ели печеную картошку и хлеб. -Значит, тебя зовут Петра. Ты помнишь, куда твоя няня тебя вела. -Угу. Мы должны были сесть на паровоз. Как-то добраться в Париж. А оттуда к моей тете. В Америку. -Куда? -В Америку — настойчиво сказала девочка. -Забудь. Это невозможно. -Почему? -Ты, малявка не очень похожа на человека у которого есть деньги. Допустим, ты какая-нибудь княжна, графиня, но ваших больше нет. Все, все умерли. Лучше не упоминать про то, кто ты и откуда. -Но мне нужно! -Удачи. Пойдешь сама? Могу тебе дать в помощь вот этого блоховоза, да Прасковья? Собака гавкнула. Девочка надулась. -А если я тебе заплачу, ты меня довезешь? -О да, заплатишь. Я картоху купила на последние деньги, Петра, а ты «заплатишь»… — Татьяна хлебнула что-то из фляжки и поморщилась. — ешь и засыпай давай. Прасковья- охраняй. Через некоторое время они уснули у костра. -Что значит сокращаете?! — Татьяна схватила за грудки одного из управляющих., а за ней галдели недовольные женщины. Дайте нам денег! Управляющего заводом вырвали из лап разъяренных рабочих солдаты. после — пригрозили, что если сейчас же все не угомонятся, к ним применят другие меры. Посреди зимы, посреди голода, всем этим людям потерявшим работу некуда было идти. Делать было нечего. Пока недовольные дрались с военными, Таня забежала в один из закутков завода, забросила в сумку и карманы столько банок консервов, сколько смогла утащить и спешно покинула бывшее рабочее место. В Исаакиевский она практически бежала, в какой-то момент столкнулась с молодым человеком и они оба упали на мостовую. -Ах ты, грязная девка- закричал мужчина, хватая Татьяну за руку. Его черные волосы диссонировали с бледным лицом. В этот момент, глаза Татьяны и Луки встретились. Но девушка вырвалась и побежала сломя голову, даже не пытаясь подобрать несколько банок рыбы, которые выпали из сумки во время падения. Лука на несколько секунд замер, пытаясь понять, что именно он испытал, как вдруг… -Старк! Локи был не то удивлен, не то раздосадован, не то в восхищении. В прошлый раз, он вывел к камню. И в предыдущие разы, камни находились рядом с Тони. Могло ли это быть связано с тем, что он был последним, кто их использовал, и их сила связывала последнего пользователя с ними вне времени? Нужно было осмотреться. Петра играла с собакой в догонялки по главному залу. Эхо от собачьего лая разносилось по всему собору. Татьяна вошла и игра тут же стихла. -Карапуз, карапуз. Ну, иди сюда. Поговорим. Девочка подошла и недовольно посмотрела. -Кажется, нам нужно выбираться из этого города. Так что, я принимаю твоё предложение. Давай свои деньги и я поведу тебя туда, до куда их хватит, по моему мнению. -Они спрятаны. -Давай их отыщем. -Хорошо. Пойдешь со мной. И возьмем с собой Прасковью? Татьяна закатила глаза. -Хорошо. Той же ночью Татьяна, Петра и собака выдвинулись из города. Судя по тому, что описала девочка, её наследство должно было быть спрятано в подвале дома, находящегося напротив сфинксов. Они миновали патрули и добрались до разрушенного здания, спустились в подвал. С одной свечкой осматривая каждый уголок. Несколько часов поисков — ничего. Татьяна уже решила, что девочка выдумала все… -Таня, помоги — донесся голос ребенка. Девочка засунула руку в одно из отверстий в стене. Оно было как раз на уровне роста ребенка. Татьяна подошла и помогла вынуть несколько кирпичей. Они извлекли мешочек. -Няня сказала, что мои родители распорядились спрятать несколько таких кладов, на случай, если с ними что-то случится. Раньше мы часто играли в поиски сокровищ. Таня закрыла глаза взвешивая в руке мешочек и понимая, что им необходимо очень быстро покинуть город. И как можно незаметнее. К счастью для них, Татьяне уже доводилось делать поддельные документы, чтобы начать новую жизнь. Тогда она очень дорого заплатила за это. Однако сейчас, у неё были деньги и возможность бежать. С одной стороны, она могла просто забрать мешочек и бросить ребенка, с другой, чем больше она смотрела на девочку, тем больше она ей кого-то напоминала. Кого-то, кого она давно знает. И именно это ощущение не позволило ей просто обмануть девочку. Ещё два дня в соборе. Ожидание документов. И наконец, они могли покинуть Петроград. -Ну и что мы будем делать, когда доберемся в Париж? Мы не знаем ни языка, ни куда идти. -Tu ne sais pas. -Что? -Ты не знаешь. -То есть, по-человечески ты со мной почти не разговариваешь, а как буржуи говорят, говоришь. Девочка вздохнула. -Ладно. Пойдем. При проверке документов, возникло несколько вопросов, однако, предприимчивая Татьяна сунула проверяющему большую золотую брошь с гранатом, мужчина понимающе кивнул и махнул рукой. Они все зарабатывали так, забирая у бегущих в ужасе последнее. Гонимые революцией бывшие дворяне, готовы были отдать все и даже больше, лишь бы бежать живыми. Разместились в купе. На соседние кресла села девушка с рыжими волосами. -Вера. -Таня и это моя сестра Петра. И наша собака. Как-нибудь поместимся. -Куда вы — тихо спросила попутчица -Париж. -А вы? -Эдинбург. Там меня ждет брат и любимый человек. В этом аду мне больше нечего делать. Паровоз отправился. Татьяна хочет проснуться. Сначала она видит, как сидит в какой-то усадьбе возле камина и пьет. Пьет, разбивая бутылки об стену камина, собирает осколки, режет руки, плачет. Называет имя. Из-за звона стекла не может его различить. Или из-за собственного плача? Она просит вернуться. Она просит остаться. Боль пронзает её сердце и она опадает на пол. Следом она открывает глаза, перед ней поля и виноградники. А ещё это чудовищное чувство утраты. С которым она не хочет жить. Она надевает на шею петлю, затягивает её на шее и делает шаг в обрыв. Делает шаг в бездну своих сожалений. Она открывает глаза в медленном полете, и боль вновь пронзает её сердце. Она глотает воздух ртом, жадно, словно тонет. Это ощущение смешивается ещё с чем-то. Поцелуем? Таким же сильным, таким же медленным похожим на полет и пронзающим. Она переживает и это. И задумывается о поцелуе. Она открывает глаза посреди комнаты, по колено в крови, а в её руках нож. Она плачет и не понимает, почему не может остановиться. Падает в эту кровь, как в воду, пытается в ней утонуть. Наконец, Татьяна видит красно-оранжевое небо, видит на себе какие-то странные доспехи, она сидит среди груды тел. Разглядывает лица. И все эти люди — это она сама! А рядом — Петра! Но в разных обличиях. Они в разных обличиях! И все мертвы… Сколько здесь тел? Десятки? Сотни? Тысячи? Они тянут свои руки к Тане, хватают и пытаются затащить в землю. -Я не хочу уходить! Пожалуйста! — звучит гулом в голове, сводит с ума. -Простите меня, Тони… Татьяна вскакивает с криком, и с ней же вскакивает Петра. Девочка плачет. -Мне приснилось, что ты убила меня! — шепчет девочка и начинает плакать. Таня не знает что делать, у неё ком подошел к горлу. Она просто обнимает девочку. -Тшш. Все. Успокойся. Успокойся. Это просто дурной сон. Трижды скажи «куда ночь, туда и сон» и все пройдет. Поняла? -Угу. На другом крае купе зашевелилась Вера. -Простите. Мы разбудили вас? -О, нет, простите меня. Должно быть вы не спите по моей вине. Простите. -О чем вы? -Иногда, если я сплю рядом с другими людьми. Они видят кошмары. Меня и к колдунам и знахаркам водили, а ничего не помогало. Это с детства так… Простите меня. Татьяна протянула Вере фляжку. -Выпейте, все мы люди разные… Лука обитал в одной из комнат дворца. С помощью камня времени, ему никто не мешал восстанавливать убранство комнаты, до разгромов, и жить в роскоши, которая полагалась Богу Обмана. Но как только стучали, он накладывал иллюзию. -Да. -Товарищ Лука. Мы нашли. -Где? -Чертовы контрабандисты. Вывезли. И сейчас судя по данным паровоз с сокровищами покинул Петроград. -Куда направился? -На запад. Паровоз на Париж отправился вчера вечером. Лука выругался. Он, возможно, упустил камень. Но ещё не все потеряно. Вера была контрабандисткой. Все будущее её брата и возлюбленного, да и её самой зависело только от этого дела. Год назад, с ней связался некий Степан. Она рассказал ей о бедах, которые свалятся на страну, и что когда это наступит, она должна будет вывезти одну вещь из императорского дворца. Тогда, девушка не поверила. Глупая. Сейчас, она должна была четко следовать указаниям Степана. И привезти аметистовую брошь в Париж. А затем, она сможет вернуться к семье. Паровоз остановился посреди леса. Это не было похоже на обычную остановку. Люди в соседних купе зашевелились. Вера напряглась. Таня махнула рукой и вышла посмотреть, в чем причина остановки. Она выглянула из окна и увидела, как у переезда стояла толпа вооруженных всадников, которые допрашивали машиниста. И настроены они были явно не дружелюбно. Девушка вернулась в вагон. -Кто-нибудь знает, где мы? -Судя времени где-то в Польше. Почему мы стоим? -Там солдаты. И видимо, они здесь не просто так. Вера вскочила и начала быстро собирать свои вещи. Татьяна не успела прийти в себя, как девушка достала из сумочки револьвер и направила его на Петру. -Стой! -Значит так- сказала рыжеволосая удерживая девочку за руку — вы идете за мной. Или я сейчас убью сначала девочку, потом тебя. Мне терять нечего. Татьяна не ожидала такой перемены настроения у спутницы, но делать было нечего. петра смотрела умоляющими глазами и ей было очень страшно. -Что будем делать? -Доберемся до последнего вагона и сойдем там. Вперед, быстро. -И куда мы пойдем по снегу? Нас найдут! -Предоставь это мне. — буркнула Вера У последнего вагона стоял мужчина и уже проверял документы. Конечно, не заметить двух девушек, ребенка и собаку он не смог. И тогда Вера вскинула обе руки вверх, и мужчина упал, а за ним, упали и те, чьи документы он проверял. Вера быстро обыскала его, достав маузер. В момент когда Вера подняла руки вверх, Петре на секунду показалось, что она находится среди какой-то улицы, а на Петре красное пальто и она направляет сгусток красного воздуха прямо в неё. Девочка на секунду попыталась вспомнить, откуда это воспоминание, но ничего не получилось. Они сошли с поезда и устремились в лес. -Кто эти люди? Почему они преследуют тебя? Это из-за того, что ты можешь делать с людьми? -И это тоже. Я пытаюсь не дать одному человеку похитить одну вещь. -А что случится? -Тоже самое, что уже произошло. Но повсеместно. Смерти. Война. Отчаяние. Весь мир в огне. -Он колдун какой-нибудь? -Да. И очень опасный. Если вы поможете мне, я помогу вам. Я видела, что вы хотите попасть на большой корабль. Знаю, что девочку ждут по ту сторону океана. -Откуда- пискнула Петра -Знаю и все. Просто представьте себе, что есть люди, которым суждено встретиться. И у нас с вами подобная встреча. На счастье всех путников, в лесу обнаружили охотничью стоянку, где и разбили лагерь. Когда сидели у костра, Татьяна заметила зайца. Вера тоже его заметила и ни секунды не думая, вновь подняла руку вверх и заяц припал к земле. -А вот, и ужин. В домике улеглись все вместе, пытаясь не замерзнуть. Петра уснула практически сразу. А вера и Таня продолжили беседовать. -Вы же не родные сестры. -Да. Даже не сестры… -Я видела, как ты опекаешь девочку. Словно это твоя…дочь? -Не знаю. Просто я увидела её и поняла, что не могу оставить. -Это похоже на то, о чем мне рассказывал Степан. Что есть люди, которые связаны друг с другом. И связаны с этой вещью. — Вера достала из-за пазухи брошь с огромным светящимся фиолетовым камнем. Посмотрев на него Таня бессознательно проговорила. -Камень Бесконечности… -Что? -Что? -Что ты сейчас сказала? -Ты о чем? Вера присмотрелась. Ошибки быть не могло. Встреча не случайна. Вскоре девушки провалились в небытие и уснули. На утро, они рассудили, что раз в лесу есть охотничья стоянка, значит где-то должна быть деревня или населенный пункт. Шли наугад, доверяя интуиции Веры. Пока не добрались до небольшой деревушки. Следующая неделя пути была спокойной. Вера наблюдала за тем, как Петра пытается научить Таню каким-то французским словам, но девушка не делала в этом никаких успехов. Зато делала успехи в том, чтобы по-матерински отчитывать и Петру и Веру. В Познани — пересели на автобус до Берлина. Оттуда в Дюссельдорф на поезде. И наконец Париж. Место, куда они и не думали, что доберутся так легко. Петра посмотрела на девушек и произнесла. -Монмартр 177/4. Там живут мои родственники. Они помогут мне добраться до тети. Таня могла поклясться, что видит, как у Веры приоткрылся рот от удивления. -Ты не шутишь? -О чем ты? -Это тот адрес, куда я должна была привезти вещь. Все трое понимали, что эта история совсем запуталась. На Монмартре находился небольшой домик. Его владелец Степан Странов выдавал себя за русского эмигранта. Бывший владелец камня времени приложил немало усилий, чтобы добраться хотя бы до одного из Камней бесконечности раньше Локи. Предыдущие разы, охота за камнем заканчивалась провалом и гибелью Мстителей. Он знал, что Локи пытается обыграть и Таноса и Мстителей. Собрав камни из того времени, когда каждый из них был на Земле, но это могло привести к ещё более чудовищным последствиям. Так, Мстители спасли Землю ценой четверых. В этот раз, последствия могут быть необратимыми. Вера постучала в дверь. Которая сама открылась. В просторной комнате стоял человек в длинной красной мантии. -Ванда, то есть, Вера. И юный Питер. То есть Петра. Совпадений не бывает. — он посмотрел на Татьяну и собаку. — Даже так. Скажите, Татьяна. А в этом времени вы тоже изобретаете что-нибудь? Девушка с любопытством осматривала дом и не обратила внимания на реплику мужчины. -Дядя Степан? — спросила Петра подбегая обнять мужчину — Вы всех знаете? -Это долгая история, вам нужно отдохнуть с дороги. На небольшой кухне сидел огромный светловолосый мужчина и пил из кружки пиво. -Это и есть они? -В этом времени да. Петра с интересом посмотрела на незнакомца, а собака залаяла. -Вы можете объяснить, что здесь происходит? — не выдержала Татьяна. -О, конечно, присаживайтесь. Вера, передай мне пожалуйста камень. Девушка вынула брошь и та сама подлетела на глазах изумленных Тани и Петры прямиком в руки Степана. -Дядя, вы волшебник? -Мы предпочитаем называться мастерами мистических искусств. Видите ли, так уж получилось, что нам всем было предначертано собраться здесь. Из-за этой вещицы. Мы своего рода должны её защитить. Поэтому, мне очень интересно, как сейчас ты можешь помочь нашей битве Татьяна и ты, малышка Петра. Один очень плохой человек хочет получить эту вещь, и мы должны любой ценой отправить его туда, откуда он прибыл. Потому что этот камень, он может добыть только в этом времени. Сломаем последовательность, его план провалится. -Мой брат задумал очередной грязный трюк и мы не должны допустить этого. -Вера согласилась нам помочь. Что касается остальных, их к сожалению уже нет в живых. -Э, нет, на это я не подписывалась. -сказала Татьяна — я должна была привезти Петру к вам, а вы отправить её к её семье и тете. помогите ей. -Боюсь, ты не понимаешь. Нет никакой тети. Петра должна была попасть к нам. И защищать камень вместе с нами. Девочка услышав эти слова расплакалась и выбежала из-за стола. -Стой! Татьяна кинулась за ней. -Не слишком ли жестоко, колдун? -Твой отец не был жесток к Локи? И потом, я ему, то есть ей не отец. Паркер просто должен выполнить свою миссию здесь. Все продумано. Его укусит паук, и мы получим поддержку в виде ещё одного Мстителя, здесь. -А Тони? -Пока я не замечаю в нём ничего выдающегося. Но, быть может, он тоже пригодится. В этот раз я пойду на любые жертвы, Тор, чтобы твой брат не смог получить камень. Они вернутся. Старк не сможет пожертвовать человечеством. Да и Паркер тоже. Татьяна и Петра шли по улице между магазинчиков и уличных музыкантов, поднимались в гору к белой базилике. -Я не знаю, теперь что делать! — плакала девочка. — Я осталась здесь совсем одна! Ты понимаешь, Таня! Одна! Татьяна не знала, что ответить ребенку. Ей было противно. Какой-то незнакомец, говорил о какой-то магии и использовал этого ребенка. То есть, девочке врали. Может быть и её семью убили из-за планов этого человека. Таня не могла позволить кому-либо обижать этого ребенка. Она подошла к девочке и обняла её. Петра подняла ручки вверх, боясь обнять в ответ. -О, это настоящие объятия… -Запомни, карапуз. Я тебя не оставлю здесь одну. Мы сбежим от них. Вот прям сейчас, давай сбежим. Давай не будем возвращаться, пойдем. Татьяна крепко взяла за руку Петру и пошла куда глаза глядят. -А, как же Прасковья. А наши вещи? -К черту. Там плохие люди. Мне жаль и Прасковью и вещи, но я тебя этим людям не отдам. Найдем пароход. Твое золото все ещё при мне. Уедем в другую страну, подальше от них. В Америку, так в Америку! Я видела твою смерть, девочка, и я не дам этому произойти. Тишину вечернего Парижа нарушили одинокие хлопки. -Похвально, Таня. Девушка обернулась. Позади них стоял тот самый молодой человек с черными волосами и в пальто, которого она сбила, когда бежала с рыбозавода. -Что тебе надо? -Ничего, просто пришел пожелать вам доброго пути. Ты, очень склонна к самопожертвованию. А нашему дорогому Стивену очень важно это твое качество. -Я не знаю, что здесь происходит. И не хочу знать. Оставьте меня и Петру в покое! Вы все — безумцы. -Это точно — Лука улыбнулся и облизнул губы. -Удачи. Мужчина исчез. Петра вскрикнула. Таня поняла, что нельзя терять ни минуты и нужно бежать на вокзал. Вновь. -Ты уверена, что нашим людям не нужна помощь. Этот дядька… Он страшный. Он ещё страшнее дяди Степана. -Нет. Мы не вернёмся. Я не хочу. Я хочу для нас нормальную жизнь. Будем семьей. У билетной кассы Таня с перепугу вспомнила выражение, которому в дороге её научила Петра, как будет по-французски «два билета на паровоз». Они сели в вагон. Крепко сжимая руки друг друга. не в этот раз. никаких битв. Сражений. Странных людей. Пусть весь мир сгорит. Таня не хочет рисковать своей семьей. Нельзя спасти всех, но можно спасти тех, кто тебе дорог. Верно? Над городом собиралась гроза. Петра и Татьяна поселились в маленькой деревушке на севере Франции. Мир был не без добрых людей. Татьяна бралась за любую работу, Петра помогала ей. Вечерами девочка учила Татьяну незнакомому языку. А на ночь, Таня рассказывала сказки. Сказки далекой -далекой страны, которой больше не было. и ни у кого не было сомнений в том, что названная мать и названная дочь были счастливы. Тех странных мужчин они больше не видели. Не знали и о том, что попытки Стренджа, Тора и Ванды противостоять Локи не увенчались успехом. Ванде, достаточно было показать то, что из-за этих мужчин умрут и её брат и её возлюбленный, чтобы она примкнула к Локи. Тор, который действовал напролом, и попытался уничтожить камень, только все испортил. Камень Силы сработал. Принося в эту эпоху новую беду. Стрендж и Тор были отправлены обратно в 2019. И все благодаря тому, что Тони Старк отказался от битвы. И решил не рисковать, спасая себя и свою семью. Но активация камня Силы, вновь принесла в мир беды и смерть. Летом 1918 в деревушку на севере Франции пришла знаменитая «испанка»…