Письма на воде

      Настроение: Lim Do Hyuk – Goodbye (Moon Lovers: Scarlet Heart Ryeo – OST)

В тумане лёгком, словно маячки, Они дорогу указуют мне. Куда же та дорога приведёт? Гао Ци

      Сегодня утром я вспоминал день прощания с Мён Хи, был на её погребальном холме и принёс ей ромашки от тебя, Су. Я надеюсь, они ей понравились.       Время тянется мучительно медленно, но кажется, что Ван Ук овдовел только вчера.       Я не был близко знаком с его женой, не подозревал о её смертельном недуге, но знал, как сильно ты любила её. И относился к Мён Хи и к памяти о ней, печалясь твоими горестями и омывая её образ в душе твоими слезами.       Ты плакала, прощаясь с ней на похоронах, а у меня разрывалось сердце, Су! Мне так хотелось поддержать тебя хотя бы словами… Но когда позже я пришёл к тебе, ты сидела на веранде с Бэк А, и вам, судя по всему, не нужен был кто-то ещё. Твоё горе разделил с тобой он, а не я. И за это я просил у тебя прощения, стоя под соснами и издали наблюдая за вами, так и не решившись подойти.       И сейчас прошу – прости меня, Су, что в тот скорбный час рядом с тобой был не я.       Прости меня за каждый день, каждый трудный миг, когда меня не было рядом!       Весть о скором замужестве Хэ Су переполошила весь дворец.       Наместник Хэ, потеряв в лице Мён Хи связь с королевской семьёй, а стало быть, и влияние на другие кланы, искал возможность упрочить своё положение. И юная племянница, которая как раз вошла в брачный детородный возраст, оказалась как нельзя кстати.       Бэк А, обезумев, метался по двору. Он обещал Мён Хи заботиться о её сестре, но – брак! Так скоро после погребальной церемонии! И главное – за кого? Знать бы, за кого отдадут и куда из дворца увезут Хэ Су!       Ван Со мрачной тучей застыл посреди двора, глядя на то, как сходит с ума его младший брат. Происходящее напоминало ему кошмарный сон. Неужели всё кончится – так? Всё кончится, даже не начавшись? Су выдадут замуж, и он больше никогда её не увидит?       Эта новость раздавила его, лишив способности здраво мыслить, и в ответ на возгласы тринадцатого принца он смог выдавить из себя лишь ничего не значащее:       – Это дело семьи Хэ. Мы не имеем права вмешиваться.       Бэк А, единственный из всех братьев, с кем сблизился Ван Со, впервые за всё время после его возвращения в Сонгак посмотрел на него, как на… зверя. И неизвестно, чем бы закончился их разговор, если бы во двор не влетели Ын, Чжон, а за ними и Вон.       – Брат, это правда, что Хэ Су выдают замуж? – Ван Ын кричал так, что его, должно быть, слышали и в Хупэкче.       – Ын слышал, что её хотят выдать замуж за старика, у которого много сыновей, – вторил ему Чжон. – Она хоть знает, куда её собираются отправить?       – Это не замужество, – потрясённо ахнул Бэк А. – Её просто выгодно продали!       – Ну да, так и есть, продали, – с глуповатой улыбочкой подтвердил Ван Вон.       Сердце Ван Со ухнуло куда-то вниз, и он изо всех сил пытался совладать с собой.       Продали? Живого человека? Его Су – продали?       – Что ты сказал? – не поверил появившийся во дворе Ван Ук. – Повтори! Куда отправляют Су?       – Брат, – в отчаянии бросился к нему Ван Ын, – это же слишком! Как ты можешь такое допустить?       – Мне нужна ваша помощь, – проговорил Ван Ук, и Со неожиданно для себя посмотрел на него с искренним интересом.       Конь стрелой летел сквозь туманный лес, а рука четвёртого принца обнимала Хэ Су, съёжившуюся под тонким лиловым плащом. Им нужно было успеть покинуть Сонгак до того, как за ними вышлют погоню. Вот сейчас кончится лес, а там, за небольшой горной грядой, в тихом селении, Су приютят в семье бывшей кормилицы Ука, которая, по его словам, не откажется помочь. Страсти улягутся, а потом можно будет что-нибудь придумать, лишь бы вырвать Хэ Су из алчных лап её дядюшек, каждому из которых Ван Со лично перерезал бы ненасытную глотку, чтобы они захлебнулись собственной жадностью и кровью.       Он прижимал к себе Хэ Су и грудью чувствовал, как колотится её сердце. Его собственное эхом откликалось на этот сбивчивый стук, но принц заставлял себя смотреть вперёд и подстегивал коня. Лишь бы успеть…       – Я не думала, что вы станете помогать мне, – едва слышно проговорила Хэ Су.       – Мне не нравится, когда другие решают за человека, что ему делать и как жить, – ответил Ван Со. – Это неправильно. Такого быть не должно.       Следом за ними спешил верный Бэк А.       Лишь бы успеть!       В просвет между деревьями уже виднелись горы. Беглецам осталось преодолеть совсем немного, чтобы вырваться из лесной чащи на травянистый простор, как вдруг…       …им наперерез неспешно выехал Чхве Чжи Мон в сопровождении стражников, за которыми шли носильщики с паланкином. А чуть погодя к ним присоединились другие принцы и злорадно улыбающаяся Ён Хва.       Ван Со еле справился с порывом развернуться и скакать напролом сквозь чащу. Если бы он был один! Но к нему, дрожа, прильнула Хэ Су, рисковать жизнью которой он не имел права, поэтому лишь настороженно смотрел в невозмутимое лицо предателя-звездочёта, который спешился и направлялся к ним.       Что было у него на уме? Откуда он прослышал про их планы? Как мог оказаться так далеко от дворца у них на пути, да ещё и в сопровождении пеших стражников и паланкина? Как будто он заранее знал, где их поджидать!       – Приветствую вас, – поклонился Чжи Мон.       У четвёртого принца дёрнулись ноздри, он сжал зубы и отвернулся.       – Что привело тебя сюда? – спросил Бэк А, видя, в каком состоянии его старший брат. – Да ещё и со стражей?       – А разве это не госпожа Су из дома восьмого принца? Вы должны следовать за мной, – Чжи Мон заглянул прямо в глаза Ван Со, и тот невольно вздрогнул, крепче обхватывая девушку.       «Уступите, Ваше Высочество! – невесть каким образом прозвучал у него в ушах голос астронома. Прозвучал так отчётливо, словно тот говорил вслух. – Доверьтесь мне и уступите. Так нужно!»       Но Ван Со строптиво тряхнул головой. Не хватало ещё, чтобы ему ставил условия какой-то звездочёт.       – Следовать за тобой? Почему это? – грубо откликнулся он, игнорируя негласный призыв. – Это жених попросил помочь ему?       – Чжи Мон, – вновь примирительно заговорил Бэк А, – подумай хорошенько, как можно отдавать её замуж вот так? Тебе не жалко Хэ Су?       – Она будет жить во дворце, – слова Чжи Мона всех повергли в ступор, а сам он продолжал неотрывно смотреть в расширившиеся от изумления глаза Ван Со, который вновь услышал внутри настойчивый голос: «Принц Со, я прошу вас, уступите! Дайте мне возможность и время всё вам объяснить. Но сейчас – не противьтесь. Этим вы всё испортите!»       Хэ Су будет жить во дворце?!       «Её хотят выдать замуж за старика, у которого много сыновей!» – зазвенел в памяти Ван Со негодующий голос Чжона.       Озарение накрыло четвёртого принца вместе с волной ледяного пота, от которой мгновенно взмокли ладони, а сердце рвануло так, что это почувствовала и Хэ Су, испуганно обернувшись к нему.       Она будет жить во дворце? Замужем за стариком, у которого много сыновей? Этого не может быть! Это же…       – Госпожа Су должна выйти замуж за Его Величество, – подтвердил его чудовищную догадку Чжи Мон. – Я пришёл за ней.       «Принц Со! – его голос разрывал голову Ван Со на горящие клочки. – Дайте мне сделать то, что я должен. Промолчите!»       – Не может быть! Это так неожиданно, – откуда-то издалека прошелестел потрясённый Ван Ук.       – Дочь Ха Чжин Хэ и Гу Гу Мён, госпожа Хэ Су выходит замуж за Его Величество, – веско повторил звездочёт.       – Ты знала об этом? – склонился принц к побелевшему лицу Хэ Су.       – Понятия не имела, – пролепетала она, в поиске защиты инстинктивно прижимаясь к нему ещё теснее. – Как такое возможно?       – Хорошо, – выпрямился Ван Со. – Значит, ты никуда не пойдёшь.       «Принц, одумайтесь! Не делайте этого!» – очередной резкий окрик Чжи Мона оглушил его, но он упрямо сжал поводья, готовясь унести Хэ Су прочь от всей этой дикости. А куда – это уже второй вопрос.       – Четвёртый принц… – вслух произнёс астроном, теряя терпение и почтительность, но договорить ему не дали.       На поляне появился наместник Хэ, едва не лопаясь от важности и громкого противного смеха.       – Что происходит? – обратился к нему Ван Ук. – Хэ Су выходит замуж за короля?       – Вам уже сообщили об этом? – не переставая хихикать, осведомился его бывший родственник. – Король признал достоинства семьи Хэ и захотел породниться с нами.       – Но почему вы не сказали мне раньше, что это король?       – Мён Хи умерла, – перестал паясничать наместник. – Между нами больше нет родственных отношений. Возможно, Су понесёт ребёнка от короля, и у вас начнётся борьба за трон.       Предвкушая такую заманчивую перспективу, он вновь зашёлся гадким смехом.       Ребёнка от… короля?       Ван Со охватила паника. Сквозь несколько слоёв одежды он ощущал, как дрожит тело и гулко бьётся сердце Хэ Су.       Отдать её – королю?       Он рванулся вперёд, но его пригвоздил к месту один-единственный властный взгляд Чжи Мона.       «Стоять!» – прорычал астроном.       – Здесь не о чем говорить! – вмешалась в разговор принцесса Ён Хва. – Неужели кто-то осмелится противиться этому браку? Мы возвращаемся.       – Не подходите! – недвусмысленная угроза Ван Со вынудила стражников остановиться. – Не подходите, я сказал!       – Вы знаете, что будет, если вы ослушаетесь короля? – нахмурился Чжи Мон.       А взгляд его кричал: «Глупец! Я же сказал – молчи!»       – Отпусти её, брат! – не унималась Ён Хва. – Ты не можешь так поступить, иначе из-за неё казнят всех нас.       Ван Со закрыл глаза.       Это была правда. В гневе король мог легко лишить жизни всех, кто помогал Хэ Су сбежать из дворца. И если сейчас не отдать её, в исходе сомневаться не приходилось.       Почувствовав, как Хэ Су соскальзывает с седла, принц рванул её к себе:       – Я же сказал тебе – не надо!       – Думаю, я должна идти, – тихо откликнулась она, глядя на него печальными, как осеннее небо, глазами.       – Но ведь потом ты уже не сможешь покинуть дворец! – продолжал настаивать он.       – Я пойду, – покорно вздохнула Хэ Су. – Никто не должен пострадать из-за меня.       Ван Со в последней отчаянной попытке сопротивления обвёл взглядом притихших братьев, чья жизнь зависела от решения маленькой хрупкой девушки, у которой просто не было иного выбора.       Бэк А, насупившись, едва заметно кивнул.       Ван Ын громко шмыгнул носом, его губы дрожали, будто он сейчас заплачет.       Ван Чжон отвёл взгляд.       Ван Ук молча смотрел куда-то мимо.       Подавив злой стон, Ван Со с усилием оторвался от Хэ Су, спрыгнул с коня и, протянув к ней руки, помог спуститься. Но и тогда, схватив её за плечи, продолжал допытываться:       – Ты не будешь потом жалеть?       В ответ его словно умыл тёплый дождь – так светло и спокойно посмотрела на него та, кого он сейчас отпускал в постель к проклятому старику, будь он сотни раз его отцом и тысячи – королём.       – Не беспокойтесь за меня, – улыбнулась Хэ Су. – Я пойду и поговорю с ним.       Отступив в сторону и вонзая ногти в ладони, он смотрел, как девушка садится в паланкин.       – Выходит замуж за старика, у которого много сыновей? – рявкнул Чжон на Ына, который при этом едва не свалился с лошади. – Это был король! Где ты это вообще услышал?       – Возвращаемся во дворец! – крикнул Чжи Мон и, уже сев на лошадь, обернулся к Ван Со.       Он промолчал, но его взгляд и укоризненное движение головой сказали четвёртому принцу гораздо больше: «Ещё ничего не случилось».       – Глупая девчонка, – проговорил Ван Со, чувствуя внутри такую пустоту, которую не могли заполнить никакие обещания звездочёта.

***

      Конечно, Чжи Мон не надеялся, что будет легко. Но чтобы всё оказалось настолько сложно!       Он покачивался на лошади, вышагивающей перед паланкином, и на чём свет стоит честил Хэ Су, принцев и особенно Ван Со.       Порой этот великовозрастный детский сад доводил его до смеха, но сегодня он бы всех их отстегал суровой хворостиной, да так, чтобы долго не смогли сесть в седло и впредь остерегались разводить самодеятельность. Подумать только – из-за их выходки ему пришлось на коленке перекраивать план и действовать даже не по запасному, а по авральному варианту! Хорошо хоть, что всё получилось и дороги пересеклись там, где он и рассчитывал. Конечно, за такие вольности со временем и пространством его по голове не погладят. Да чего уж там…       Но больше всего, как ни странно, Чжи Мон ругал себя. За несдержанность, которую в число своих недостатков обычно не включал. Однако Ван Со оказался настолько непредсказуемым и упёртым, что пришлось-таки прибегнуть к крайним мерам. И что теперь? Как объяснить четвёртому принцу, откуда у него в голове взялся голос звездочёта?       Хотя… Надо признать, он воспринял всё это довольно неплохо. Спокойно. Ну, это же четвёртый, а не восьмой… Ладно, разберёмся. Проблемы нужно решать по мере их поступления. Конечно, с Ван Со этот метод сбоил всё чаще, и надо бы на каждый шаг вперёд припасти по парочке шагов влево–вправо. Но сначала требуется урегулировать вопрос с неженитьбой короля. И на этот раз строго по пунктам, чтобы без осечек.       Пункт первый – Хэ Су.       Собственно, от неё каких-то выходок Чжи Мон и не ожидал. Но ему была важна одна деталь, ключевая деталь, которую требовалось вложить в голову девушки так, чтобы в нужный момент она вспомнила и сообразила, что делать. Если, конечно, другие способы не сработают.       Вернувшись во дворец, он повёл Хэ Су в Дамивон к наложнице О, которая должна была осмотреть и подготовить невесту для брачной ночи с королём. Накануне астроном наверняка заработал себе прозвище попугая, без конца напоминая строгой придворной даме обратить особое внимание на шрамы. Шрамы, госпожа! Женой короля не может стать девушка с подобными изъянами во внешности! И пусть вечером наложница О выставила его вон, устав слушать то, что она и сама прекрасно знала, Чжи Мон уповал, что испортил свою репутацию в её глазах не напрасно.       Сейчас же рядом с ним шла Хэ Су, и всё своё внимание он переключил на неё.       – Дворец Дамивон, – бодро разглагольствовал Чжи Мон на манер заправского экскурсовода, – построен для того, чтобы заботиться о здоровье королевской семьи. Здесь вы будете готовиться к браку, госпожа.       Разумеется, эта наивная простота тут же принялась за своё.       – Простите, – прервала его речь Хэ Су. – Но я вообще ничего не слышала о предстоящем браке. Не могли бы вы сообщить королю, что произошла ошибка?       Понеслось…       – Вы хотите отказать самому королю? – выпучил глаза звездочёт.       – Да неважно, король это или кто-то другой! – удивилась его простодушию Хэ Су. – Я не собираюсь выходить замуж за незнакомца!       Святые Небеса! Похоже, она до сих пор не поняла, где находится и каковы устои этого времени и места. А ведь столько уже здесь живёт! Историю надо было учить не по дорамам, а по учебникам! И что, теперь он должен объяснять ей прописные истины устройства браков эпохи Корё заодно с текущими политическими проблемами государства, неразрывно связанными с этими самыми браками?       За что ему всё это, а?       На счастье астронома, в этот момент к ним подошла наложница О, своим появлением избавив его от необходимости изворачиваться и строить из себя просветителя.       – Госпожа! – с преувеличенным энтузиазмом воскликнул Чжи Мон. – Я так сильно хотел видеть вас, что мои глаза стали просто огромными при встрече с вами!       – Это она? – осведомилась дама О, игнорируя поток его чепухи.       – Это госпожа Хэ Су из семьи Ха Чжин Хэ, – представил свою подопечную звездочёт и с облегчением добавил: – Что ж, я выполнил своё задание. Разрешите откланяться.       Поравнявшись с Хэ Су, Чжи Мон сбросил маску клоуна и, пристально глядя девушке в глаза, проговорил тихим и твёрдым голосом, разительно отличавшимся от его обычного петушиного трёпа:       – Просто. Следуйте. Своей. Судьбе.       Пункт второй. Вернее, четвёртый.       И не пункт, а принц.       С ним тактика, подходившая для Хэ Су, абсолютно не работала.       В этом Чжи Мон убедился в очередной раз, дёргаясь в руках Ван Со, который прижал его к стенке в его же собственной башне, безжалостно вцепившись в горло.       – Астроном, – сквозь зубы допрашивал его четвёртый принц, стискивая свои железные пальцы так, что Чжи Мон не мог вдохнуть. – Его Величество принудил Хэ Су к этому браку?       – Наследный принц, помогите мне, – прохрипел Чжи Мон, взывая к Ван Му, который стоял чуть поодаль вместе с Бэк А.       Но ни тот, ни другой не сдвинулись с места. Чёрт бы побрал их несвоевременную братскую солидарность!       – Ты же сам говорил мне, что кролик всегда роет два выхода из своей норки, – продолжал сдавливать его горло Ван Со. – Пока хищник стережёт один выход, кролик убегает из норки через другой. Чхве Чжи Мон, которого я знаю, не будет надеяться только на один выход. Наверняка у него есть несколько отходных путей.       Увидев, как перед глазами поплыли радужные пятна, астроном отчаянно замолотил ладонями по запястью Ван Со.       Этот принц вполне способен придушить его, и что тогда?       Убрав свою клешню от посиневшего лица звездочёта, Ван Со продолжал наступать на него, пока тот откашливался, возвращаясь в реальность.       – Ну-ка, выкладывай свой план!       – В-ваше Высочество, – просипел Чжи Мон, согнувшись и глядя куда-то в пояс четвёртому принцу. – Я бы хотел напомнить вам…       Появившийся в дверях библиотеки стражник старательно делал вид, что ничему не удивлён. Он переводил взгляд с одного на другого, пока не наткнулся на Ван Му, которому поклонился и не очень уверенно произнёс:       – Ваше Высочество, наследный принц! Король требует вас к себе незамедлительно!       Немного поколебавшись, Ван Му ушёл со стражником, оставив Чжи Мона приводить в порядок свои лёгкие, а четвёртого и тринадцатого принцев – переглядываться в ожидании.       – Ваше Высочество, – разогнулся наконец Чжи Мон. – Я бы хотел… с вами…       И он зашёлся в неожиданном приступе сухого кашля.       Ван Со выразительно посмотрел на Бэк А, и тот, коротко кивнув, покинул библиотеку вслед за наследным принцем.       В комнате воцарилась тишина, правда, длилась она недолго. Чжи Мон, подозрительно быстро оклемавшись, стоило ему оказаться наедине с Ван Со, на всякий случай отошёл подальше и теперь опасливо взирал на него из-за своего стола, заваленного бумагами и астрономическими приборами.       А Ван Со, проводив взглядом брата и дождавшись, пока за ним закроется дверь, словно по щелчку сорвался с цепи.       – Чжи Мон, ведь это бред! Ты же сам понимаешь! Всё это какая-то дикость!       Он ожесточённо ударил ногой по подставке для чтения, и та переломилась, жалобно скрипнув. Но четвёртого принца это не остановило. Оставшись один на один с астрономом, он вмиг потерял над собой контроль и начал крушить всё, что попадалось ему под руку.       «Хорошо, что телескоп я унёс утром в подвал», – мысленно похвалил себя Чжи Мон, стратегически отступая спиной к окну, за кованый сундук.       – Хэ Су – замуж? Ради блага государства? На одну ночь, после которой она превратится в никому не нужную тень во дворце? Отец сошёл с ума! – Ван Со одним ударом снёс с книжной полки несколько пухлых томов. – Он сошёл с ума! Для чего всё это нужно? У него же и без того три десятка жён! Зачем ему ещё и Хэ Су?       Его колотило от гнева.       – Чжи Мон, ведь так нельзя! Нельзя! Сделай что-нибудь! Останови это!       В голосе четвёртого принца сквозь ярость проступили рыдания, и Чжи Мон понял, что пора. Иначе Ван Со натворит такого, чего потом не исправить ни ему самому, ни кому бы то ни было. Да… Над самообладанием принца придется ещё ой как поработать.       Чёрт! Вот опять – запасной план! И опять – по вине Ван Со! А ведь он, похоже, уже готов. Только сам этого ещё не осознаёт. Рано, как же рано! Но кто мог предположить!       Чжи Мон на секунду закрыл глаза, собираясь, как перед битвой. В это время на пол полетел стеллаж с горными породами, которые астроном собирал не один год.       Всё.       Этот беспредел нужно прекращать.       – Я и пытаюсь всё это остановить, – проговорил он, глядя в затылок Ван Со, который, тяжело дыша после разрушения научной обители, опёрся руками о подоконник.       – Да неужели? – принц развернулся к нему всем телом, и по его диким глазам Чжи Мон отчётливо понял, что вслед за горными породами полетит он, причём из окна собственной же башни. – Ты что-то пытаешься сделать? А что это было, в лесу? Ты же помешал мне её спасти! Это – твоя попытка? И вообще, откуда ты там взялся?       Ну вот, дождались…       – Я должен был вернуть госпожу Су во дворец, – невозмутимо пояснил звездочёт. – И Небеса подсказали мне путь.       – Небеса подсказали? – зарычал Ван Со. – Может, это Небеса перенесли тебя от дворца вместе с паланкином и пешими стражниками прямо нам наперерез?       Чжи Мон предпочёл отмолчаться, зная, что, если не отвечать, принца в его состоянии понесёт дальше и скользкую тему можно будет замять.       Его расчёт оправдался.       Ван Со, выпрямившись, шагнул к нему, и Чжи Мон предусмотрительно шмыгнул за стол.       – Ты мог позволить нам уйти! Ты же мог!       Крик четвёртого принца и его трясущиеся от ярости руки подсказали звездочёту, что до разума Ван Со он ещё не достучался.       Нужно действовать иначе.       – И что? – едва слышно спросил Чжи Мон.       – И что? – спокойствие астронома остановило принца на полпути к нему, как каменная стена. – Сейчас Хэ Су была бы свободна!       – Сейчас Хэ Су была бы мертва, – осадил его Чжи Мон. – Вместе со всеми, кто участвовал в побеге. Кормилица восьмого принца, на которую он так неосмотрительно рассчитывал, выдала бы вас королю, не задумываясь, и к вечеру этого же дня вы все вернулись бы во дворец только затем, чтобы умереть. Я спас госпожу Хэ и ваших братьев, Ваше Высочество. Вы можете себе это уяснить?       Но четвёртый принц не сдавался:       – Откуда ты знаешь? Это тебе тоже подсказали Небеса?!       Чжи Мон выдержал паузу и вышел из-за стола.       – А теперь послушайте меня, Ваше Высочество, – чужим повелительным тоном заговорил астроном, как будто несколько минут назад не трепыхался в руках Ван Со, жалобно попискивая о пощаде. – Прекратите истерику! И выслушайте меня внимательно, – он говорил и продолжал медленно наступать на принца. – В данный момент вами движут чувства. Я это понимаю и приветствую. Однако спросите себя – что толкает вас на необдуманные поступки? Одни лишь эмоции. А вам сейчас как никогда требуются холодный рассудок, понимание и ответственность.       Чжи Мон подошёл вплотную к Ван Со, который под его немигающим взглядом пятился к стене, пока не упёрся в неё спиной.       – Вы говорите, король сошёл с ума? Думайте, всякий раз думайте, прежде чем произнести что-то вслух, тем более во дворце! А вам известно, что из-за этого брака не только вы, но и почти все принцы посходили с ума? В данный момент, к примеру, – Чжи Мон на миг прикрыл глаза и тут же вновь уставился на четвёртого принца так, что того окатила холодная волна, – в покоях королевы Хванбо собралось занятное общество. И знаете зачем?       В ответ Ван Со только помотал головой.       – Ну разумеется... А я вам расскажу. Ван Чжон умоляет королеву Ю остановить всё это, не допустить брак короля и Хэ Су. Просто потому, что он привязан к ней, как к сестре, и беспокоится о её судьбе. Восьмой принц, стоя за его спиной, пытается противиться тому же, хотя и по иным причинам. Принцесса Ён Хва запоздала, но присоединилась к их обществу, чтобы настоять совершенно на обратном.       Ван Со закрыл глаза, однако его тут же тряхнул за плечи астроном:       – А вы?       – Что – я?       – А вы, Ваше Высочество? Что думаете и собираетесь делать вы? – безжалостно бил его словами Чжи Мон. – Разнести мою библиотеку в клочья или всё-таки что-то предпринять? Даже Бэк А, который в силу бесправного положения своей семьи не может повлиять на короля и всю ситуацию в целом, пытается что-то сделать!       Принц опустил голову и вжался в стену. Звездочёт не доставал ему и до плеча, но сейчас, казалось, возвышался над ним подобно Небесам и подавлял своей правотой, от которой было не спрятаться.       Ван Со вновь увидел перед собой тринадцатого принца и вспомнил, как тот умолял его после их возвращения во дворец:       – Ты должен найти способ помочь Хэ Су! Если бы она не согласилась на этот брак, нас бы всех казнили!       Он тогда ещё спросил у Бэк А, не влюблён ли он в неё, но тот ответил:       – Ты что? Конечно же, нет. Просто Хэ Су… особенная. После смерти Мён Хи мы часто выпивали вместе с ней. И как-то она спросила меня, почему я не признался Мён Хи в своих чувствах, если так сильно любил её. Я пытался объяснить ей, что моя матушка из королевской семьи побеждённого Силла. Мы все – принцы, но у всех разное положение. Тогда у семьи Хэ было более высокое положение, чем у меня, и я не мог просить руки Мён Хи. И знаешь, что ответила Хэ Су? Она потребовала, чтобы я перестал говорить о положении и статусах… Она сказала, что нужно слушать своё сердце, поступать так, как считаешь нужным, и жить так, как хочешь.       – Она говорила подобное? – изумился Ван Со. – А ты просто слушал?       – Она же не сказала ничего плохого! – вступился за Хэ Су Бэк А. – Оглянись вокруг! В Корё родственные связи кругом. К тебе хорошо относятся, только если у твоей семьи высокое положение или удачный брак! Если нам, принцам, тяжело, то каково нашему народу?       – И что? Ты хочешь устроить переворот? Хочешь изменить страну?       – Я хочу быть свободным, – просто ответил Бэк А. – Ты же тоже этого хочешь для Хэ Су? Как же она выживет во дворце без поддержки своей семьи? После сегодняшней ночи с королём она больше никогда не увидит его. Она зачахнет и умрёт в одиночестве. Так сделай что-нибудь, брат!       Сейчас Ван Со под напором этих воспоминаний и убийственных слов Чжи Мона как-то разом остыл и потерянно произнёс:       – И что мне делать?       – Слушать и запоминать, – сухо ответил астроном. – Вы просили меня обучать вас истории и политике. Вот вам урок. И начну я издалека. Империи строятся на крови. Империи крепнут на связях: кровных, брачных, политических – любых. Построить империю непросто, но удержать её сильной и значимой – гораздо труднее. И использовать для этого нужно все – все! – возможности, если действительно нужно её удержать и сделать великой. И нужно быть готовым заплатить любую цену. Любую, слышите вы меня? Иначе не стоило её воздвигать. Это раз. Запомните это, Ваше Высочество.       Ван Со волком смотрел на своего наставника и кусал губы, не понимая, к чему тот клонит и при чём здесь Хэ Су.       – Дальше. Иногда, чтобы уйти далеко вперёд, нужно вовремя остановиться. И даже сделать шаг назад, – звездочёт и сам отступил от принца, пристально вглядываясь в него, чтобы понять, достигают ли его слова цели. – Шаг назад!       – Ты что, предлагаешь мне оставить всё как есть и не вмешиваться?       – Я предлагаю вам подумать над тем, что я сказал.       – И это – всё? Вся твоя помощь и совет? Тогда нам больше не о чем разговаривать.       Ван Со оторвался от стены и направился к двери.       Да, над его импульсивностью ещё предстоит солидно потрудиться…       – Постойте, Ваше Высочество.       Принц остановился, но не обернулся, так что Чжи Мону пришлось говорить ему в спину.       – Всему. Своё. Время, – ронял он слова, будто свинцовые капли. – Услышьте меня! Вам тяжело это принять, но это нужно уметь. Учитесь. Это два.       Не успел Ван Со сделать шаг, как до него долетело:       – И ещё одно. Невозможно подняться к солнцу без жертв. Такова цена свободы и высоты полёта. Это три.       Рот четвёртого принца дёргался от всколыхнувшейся ярости. К чему все эти слова?       Звездочёт обошёл его и тяжело посмотрел прямо в глаза.       – У любой птицы, которой удаётся вырваться из клетки, остаются шрамы на крыльях, – выждав паузу, Чжи Мон с нажимом добавил: – От прежних неудачных попыток. Но это не значит, что нужно бояться и ничего не делать. Это тоже – цена свободы. Слышите вы меня?       Ван Со долго смотрел в немигающие глаза астронома, а потом опустил плечи:       – Я услышал тебя. Теперь говори, что мне нужно сделать, чтобы помочь Хэ Су?       – Взять себя в руки и усвоить ещё один урок по истории и политике, – и Чжи Мон подтолкнул его к столу, где развернул карту Корё.

***

      Король Тхэджо в сопровождении первого министра шёл по коридору дворца, размышляя о жадности наместника Хэ. Он был удивлён, когда узнал, что в жёны ему прочили юную родственницу почившей супруги восьмого принца, к которой он был весьма расположен после забавной встречи у королевы Хванбо. Будь другой вариант, он не женился бы на Хэ Су, но иной подходящей девушки не нашлось, а медлить с этим браком было нельзя.       Он повернул к покоям невесты, как вдруг увидел стоявшего на коленях восьмого принца.       – Ван Ук?       – Я осмелился прийти, чтобы обсудить с вами кое-что, – проговорил принц, поднимая взгляд на короля.       – И почему же такой умный мальчик, как ты, преградил мне путь? – поинтересовался Тхэджо, заранее зная, что услышит в ответ.       – У нас очень много влиятельных родственников. Все стараются породниться с королевской семьёй. Я хотел бы узнать, для чего вы хотите породниться именно с этой семьёй.       – У меня есть очень веская причина. Мне нужна помощь семьи Хэ, чтобы остановить войну с киданями. Ну а ты почему так противишься этому браку?       – Дело в том… – неуверенно начал Ван Ук, но над ним чёрной глыбой вдруг вырос Ван Со и прямо обратился к королю:       – Разве нельзя решить эту проблему по-другому?       – Да что на всех вас нашло! – рявкнул, не сдержавшись, Тхэджо.       Что же это за напасть! Все будто сговорились за его спиной, от королевы Ю до самых разумных его сыновей!       – Ваше Величество, – не сдавался четвёртый принц. – Мы просим услышать нас и отменить этот брак.       – Вам что, не дорога собственная жизнь? – угрожающе нахмурился король.       Ван Со смело шагнул вперёд:       – Я нашел свидетеля, который утверждает, что Ха Чжин Хэ в сговоре с киданями. Вы должны наказать его и передать охрану границы другой семье. Назначьте Хэ магистратом города. И тогда нас ждёт перемирие. Вам не нужен брак. Есть и другие способы держать семью Хэ в рамках. Неужели вы действительно хотите породниться с ними?       Король на минуту опешил. А этот мальчик не так-то прост! Нужно приглядеться к нему повнимательнее. А пока стоит преподать ему урок.       – Этот брак неизбежен, – твёрдо сказал он, замечая, как меняются в лице оба принца. – Если я накажу семью Хэ за заговор, как вы предлагаете, к обеду северная граница нашей страны будет нарушена вражеской армией. Если я захочу проучить семью Хэ, вы не боитесь реакции других могущественных кланов? – король обращался к обоим принцам, но смотрел при этом только на Ван Со, словно вкладывал в его голову прописные политические истины. – Во дворце так не принято. Для любого действия нужна очень веская причина. Ты должен найти лучший предлог, чтобы предотвратить этот брак. Это понятно? А твоя причина – не лучшая.       Четвёртый принц, потупившись, с поклоном уступил отцу дорогу.       Неужели это – всё? Он лихорадочно пытался придумать хоть что-то, чтобы остановить короля. До спальни невесты оставалось всего лишь несколько шагов!       Оглушительный звон бьющегося фарфора заставил его поднять голову.       В коридоре, между королём и принцами, стояла Хэ Су. Из её порезанного запястья на ковёр обильно текла кровь, а рядом валялись осколки вазы.       – В таком случае я дам вам лучшую причину, – прерывисто проговорила Хэ Су, зажимая глубокую рану и морщась от боли. – Если на моём теле будет шрам, я не смогу стать женой короля. Поэтому, Ваше Величество, отмените брак и отпустите меня!       Ван Со, окаменев, с ужасом переводил взгляд с короля на неё и обратно.       И вдруг Тхэджо рассмеялся:       – А ты сильнее некоторых мужчин!       Правда, смотрел он при этом не на неё, а на четвёртого принца.       – Министр, приведите во дворец Ха Чжин Хэ, – бросил он и ушёл.       Едва Тхэджо скрылся за поворотом, силы оставили Хэ Су, и ноги её подломились. Ван Со рванулся к ней, но его вдруг словно кто-то толкнул в грудь – он отчётливо ощутил удар в рёбра.       «Шаг назад!» – прозвучал у него в ушах голос Чжи Мона, и четвёртый принц замер, глядя, как Ван Ук бросился к Хэ Су и подхватил её на руки у самого пола.       «Иногда, чтобы уйти далеко вперёд, нужно вовремя остановиться. И даже сделать шаг назад». Эти слова звездочёта бились в висках Ван Со, пока он шёл за Ван Уком, который на руках нёс бесчувственную Хэ Су к лекарю в сопровождении остальных принцев.       Выйдя из дворца, Ван Со застыл на ступенях и мрачно смотрел им вслед.       Почему? Ну почему он должен был остановиться? Неужели у восьмого принца больше прав на Хэ Су, чем у него? Почему он не мог вот так же сейчас нести её на руках, чтобы она прильнула к нему, а потом, открыв глаза, увидела его, а не Ван Ука?       Что ещё хотел сказать ему Чжи Мон? От чего предостеречь? Чему научить, будь он проклят со всеми своими знаниями и тайнами!       Ван Со поднял глаза на башню звездочёта и вздрогнул.       Под самой её крышей на балконе стоял Чжи Мон и наблюдал за происходящим во дворе, удовлетворённо сложив руки на груди. Перехватив потерянный взгляд Ван Со, астроном вдруг подмигнул ему и улыбнулся.       Всё шло по плану.

***

      Третьим пунктом в плане Чжи Мона значился король.       Тут ожидать чего-то конкретного было нелегко, но зато астроном и ближайший советник мог рассчитывать на своё немалое влияние и авторитет.       Отменив брак и тем самым ночь его консумации, король заперся в приёмном зале и до утра разбирался с документами, выискивая следы причастности семьи Ха Чжин Хэ к заговору против престола.       Чжи Мон, с переменным успехом сражаясь с зевотой, наконец не выдержал:       – Ваше Величество, – осторожно начал он, видя, что Тхэджо и не думает заканчивать с делами. – Звёзды ушли, и скоро взойдёт солнце. Вам нужно отдохнуть, чтобы иметь силы для борьбы.       – Всё в порядке, – сухо обронил король, не отрываясь от очередного свитка.       Чёрт бы побрал его бессонницу! Но, может, так будет даже проще.       – Ваше Величество, – решился задать свой главный вопрос звездочёт. – Вы определились, что будете делать с дочерью семьи Хэ?       – Хотя мне и жаль её, – вздохнул король, – нельзя простить её неподчинение приказу. – Она станет рабыней.       И он решительно взял в руки следующий свиток.       Чжи Мон почувствовал, как у него непроизвольно дёргаются усы.       Он придал своему лицу выражение спонтанного энтузиазма и как бы невзначай предложил:       – А почему бы не позволить ей жить во дворце, как придворной даме? Королева Ю и королева Хванбо спрашивали о ней, – он вдруг как будто что-то вспомнил: – И госпожа Кван Чжу Вон интересовалась ею!       – Я уверен, что это проделки принцев, – прозорливо заметил король, покосившись на звездочёта, и в сердцах отшвырнул свиток. – Что у неё за отношения с ними? Восьмой и четвёртый принцы вообще посмели ко мне явиться просить за неё! – он недовольно покачал головой. – Нет. Я не хочу больше неприятностей.       Чжи Мон едва не топнул ногой от досады.       Ещё один упёртый баран! Ясно, в кого пошли сыновья, особенно четвёртый.       Что ж, придётся пускать в ход тяжёлую артиллерию.       – Но… наложница О из дворца Дамивон также просила за неё, – вкрадчиво добавил он, не спуская внимательного взгляда с короля и по вытянувшемуся лицу монарха понял, что контрольный выстрел попал в цель.       – Дамивон? – заинтересованно переспросил Тхэджо.       – Я слышал, Хэ Су хорошо разбирается в косметике и травах, – схватил быка за рога ушлый звездочёт. – У неё очень большие знания. Она будет весьма полезна королевской семье, если мы оставим её.       Улыбка короля свидетельствовала о том, что план Чжи Мона сработал до конца.

***

      – Ей удалось избежать смерти, – потрясённо выдохнул Ван Со, глядя на то, как его братья, словно бестолковые воробьи, крутились и чирикали вокруг Хэ Су.       Он стоял рядом с Чхве Чжи Моном у дворца Дамивон, куда астроном провожал девушку, которой предстояло стать придворной дамой под началом госпожи О.       – Это судьба, – коротко ответил Чжи Мон, игнорируя проницательный испытывающий взгляд четвёртого принца. Этот взгляд словно спрашивал: «А только ли судьба? Или кто-то помог судьбе проявить подобное великодушие?»       Как бы там ни было, Хэ Су осталась жива и не покинула дворец. И Ван Со наблюдал за ней, даже на расстоянии ощущая свежесть лотоса и медовый запах её волос, напомнивший ему о той бешеной скачке по лесу, когда он прижимал её к себе, пытаясь спасти от замужества.       От него не укрылся ни детский испуг Ван Ына, который то и дело поглядывал на повязку на руке Хэ Су и даже пару раз осторожно потрогал ткань, ни преувеличенный энтузиазм Чжона, ни мягкий укор в глазах Бэк А.       Но больше всего Ван Со не нравилось выражение, с которым Хэ Су смотрела на восьмого принца. Если бы её, истекающую кровью, нёс на руках он, а не Ван Ук, быть может, сейчас она так же смотрела бы на него. Может быть…       А ещё четвёртый принц заметил, как в Хэ Су что-то неуловимо изменилось. Было нечто такое в её взгляде, что она переводила с одного принца на другого, как будто что-то выискивая в них, ответ на какой-то мучающий её вопрос. Избежав брака с королём и вернувшись в сознание, Хэ Су словно утратила свою детскую непосредственность. Словно там, где она побывала в беспамятстве, ей что-то открылось.       Что это, четвёртый принц не знал и продолжал пристально смотреть на неё даже тогда, когда она прошла мимо, поклонившись ему, но так и не подняв на него глаз.       «Шрамы на крыльях», – вдруг вспомнилась Ван Со фраза Чжи Мона, когда он увидел тугую повязку на запястье Хэ Су. – «У любой птицы, которой удаётся вырваться из клетки, остаются шрамы на крыльях от прежних неудачных попыток. Но это не значит, что нужно бояться и ничего не делать. Это тоже – цена свободы».       Хэ Су скрылась в дверях Дамивона, а четвёртый принц ещё долго смотрел ей вслед. К его чувству, которое он испытывал к этой необыкновенной девушке, ещё не до конца понятому им, примешивалось нечто большее, чему ещё предстояло научиться.       Шрамы на крыльях. Цена свободы.       Но можно ли с ними взлететь? И как высоко?       Я не понимал тогда, что происходит, но мне казалось, вот-вот пойму, будто пытался поймать рукой набегающую волну – и не мог.       Я был потрясён твоей силой и мужеством, Су. Восхищался твоим стремлением к свободе, о которой ты говорила Бэк А. Король отменил брак из-за шрама. Клан Хэ, став участником заговора, потерял возможность давить на тебя и использовать в своих корыстных целях. Ты осталась жива и не покинула дворец. И всё это благодаря твоей убеждённости в праве выбора собственного пути, в праве на счастье.       Сейчас, думая об этом, я вспоминаю уроки, которые преподали мне Чхве Чжи Мон и король Тхэджо в те дни.       Империи строятся на крови и крепнут на связях. Чтобы удержать империю, нужно быть готовым заплатить любую цену.       Иногда, чтобы уйти далеко вперёд, стоит вовремя остановиться и сделать шаг назад.       Всему своё время.       Я усвоил эти уроки. И сполна заплатил за науку. Заплатил самым дорогим, что у меня было. Потому что прежде всего мне следовало придать значение тому, чему научила меня в той ситуации ты, Су.       Помимо чувств, должны быть понимание, ответственность и забота.       Нужно всегда слушать своё сердце и следовать его зову.       Мне страшно осознавать сейчас, что я сделал неверный выбор. Было ли это моей ошибкой или велением судьбы, как утверждал Чхве Чжи Мон? Я не знаю.       И вновь прошу – прости меня, Су. Прости, что меня не было рядом с тобой, когда я был тебе нужен, и особенно – когда мне больше всего на свете нужна была ты...