Глава 4. "А у нас день историй?" (Часовой ключ. Предисловие.)
16 августа 2020 г., 18:11
На удивление Эймилары на завтрак всё же спустилось пару людей. Если быть точнее семеро: Рок, как всегда, «многословен и дружелюбен», Чёрная Королева всё больше осваивалась в хождении без вуали, Родион Хардиус и Примаро завели разговор со светловолосой, сев рядом, Диара Дэлш и Миракл пребывали в хорошем настроении, а Константин Лазарев немного опоздал, но выглядел собранным.
Через тридцать минут Эйми откланялась к себе, оставив прибывших на попечение Адриана. Как она и думала, к ней подошли пораньше. Норт и Дейла разместились около девушки, когда та указала им на места рядом с собой, Маришка присела на краю кровати, а Марк облокотился об её колонну, отодвинув от себя балдахин.
Орден Дружбы подошёл ровно в восемь пятьдесят. Ни те, ни другие не были готовы увидеть друг друга, но без лишних слов Орден расположился на другой стороне комнаты. Эймилара взглянула на каждого. Никаких следов ночных блужданий не было, словно все, как прилежные, легли спать ровно в девять.
— И так? — первая начала Василиса, как только присела напротив сестры, увидев приглашение от волшебницы. — Что-то хотела?
— Да, — улыбнулась девушка, поглаживая счастливого Микса, но часовщице не понравилась эта улыбка. Сейчас будет что-то странное. — Я хочу, чтобы дети Нортона Огнева помирились. Лично.
Василиса открыла рот и подняла руку, но так и не издала ни звука. Норт с Дейлой так же ничего не поняли.
— Что? — прервала тишину Дейла. — Помирится. Но… это и есть цель нашей поездки. Мне кажется, я тебя не совсем поняла.
— Да, но будет хорошо, если вы сейчас зароете топор своей вражды, — продолжала улыбаться Эйми, видя, как и друзья Огневых находились в недоумении. — Давайте на чистоту. Вам всем было хорошо вчера без этих бессмысленных споров. Верно? Верно. Я не говорю вам становиться друзьями, — помахала руками девушка. — Вы сами к этому, возможно, придёте. Я имею в виду, что именно, между вами, — указала она на Огневых. — Надо зарыть этот топор.
— Почему? — спросил Норт.
— Думаете, ваш отец хочет, чтобы его дети… враждовали? — приподняла бровь Эйми. — Какой нормальный родитель хочет этого? Нортон Огнев всё же хороший отец. В будущем, — сразу произнесла она. — Да и сейчас для Дейлы с Нортом он замечательный. — Близнецы согласно кивнули, на что Василиса только скрестила руки. К чему она ведёт? — У господина Огнева есть причина, по которой он так с тобой себя ведёт. ТОТ-САМЫЙ-МОМЕНТ, — многозначительный тон.
— Тот-самый-момент? — усмехнулся Фэш.
— Цыц, — закрыла его Эйми. — Это тебя не касается, и ты про него случайно узнал. Если считать за случайность, то что вы специально приле… Спойлеры, спойлеры, — саму себя прервала блондинка.
— Мы чего-то не знаем? — похлопала глазками Захарра, смотря на брата, но тот проигнорировал её.
— Узнаете. Это пятая книга, — ответила Эйми и посмотрела опять на Василису. — Сейчас то, что я говорю, звучит, будто я оправдываю твоего отца.
— Вообще-то так и есть, — заметил Маар.
— Я веду к тому, что ваша вражда, — посмотрела она на Огневых, — Возникла на пустом месте.
— То есть мне надо было игнорировать то, что они издевались надо мной? — возмутилась Василиса. — Это у нас сейчас с тобой вражда на пустом месте возникнет.
— Великое Время, давай без этого. Я имела в виду, чт… — Ли замолкла на полуслове, видя, если она сейчас скажет что-то не то, и Черноключница точно обидится на неё.
— Скажите, почему вы решили, что во всём виновата Василиса? — повернулась она к близнецам. — Это Василиса заставила господина Огнева уйти из вашей параллели? Она заставила ходить господина Огнева по этим параллелям? Типа, «я ещё не родилась, но являюсь злодейкой, давайте спихнём всё на меня», — немного погримасничала девушка, но мгновенно стала серьёзней. — С этими гуляниями по параллелям намудрил только ваш отец. Он запутался. Со всеми бывает. Он был молод, а в это время все совершают ошибки. Блин, я опять оправдываю вашего отца, — усмехнулась Эйми, прикрывая рукой глаза. — Простите, просто я сужу его по образу из будущего, поэтому для меня он является хорошим человеком, у которого тоже не всё хорошо в… судьбе. Так, — развела руки она. — Вины Василисы в том, что вы перешли в эту параллель нет и не будет. Об этом вам надо было говорить с отцом. Это только его решение. Поэтому набрасываться на сестру не надо было. Если честно, вы просто спихнули вину на левого человека. Потому что отцу вы ничего сказать не могли, не хотите и может даже боитесь, — заключила светловолосая.
— Да как ты… — начал Норт, но Эйми взглядом заставила его молчать.
— Вы не знаете истинных причин почему господин Огнев вернулся в эту параллель. Об этом говориться только в конце шестой книги, — вздохнула волшебница, поправляя свой браслет. — Он любит своих детей. Как бы тебе это не казалось, Василис, — заметила она, что девочка хмурится. — Знать, что собственная дочка должна будет… Поэтому просто отгородиться от неё, чтобы не было потом больно, — Эймилара на время замолчала. — Это так грустно осознавать. Каждый раз читать «Часодеев» и каждый раз открывать каждого из вас с разных сторон. Скажите, — посмотрела она вновь на двойняшек. — Есть ли ещё причина, кроме параллели, чтобы ненавидеть Василису?
В комнате настала тишина.
— Так почему бы вам не пожать друг другу руки. Это будет хорошим подарком для всех вас, — призвала крем для рук девушка. — Понимаю, то, что я сейчас говорила, не должны были слышать ваши друзья, всё же это очень личное, — меланхолично начала она, размазывая крем. — Я должна было это предусмотреть, простите, — посмотрела она на юных часовщиков. — Но есть ещё одна тема, которую я бы хотела сейчас затронуть.
— Ещё одна? — скептически посмотрел Норт.
— Вот только уже не уверена, что вы все должны про неё узнать, — продолжила девушка.
— В конце месяца они всё равно бы узнали, верно? — слабенько усмехнулась Николь, выходя вперёд.
Ли кивнула.
— Возможно, вы сейчас не поверите. Но, ребята, помните вы предполагали, кем является Николь? — обратилась она к Ордену Дружбы.
— Мы думали, почему Николь так часто появляется рядом с Василисой, — вспомнила Диана.
Эймилара посмотрела на девочку, и та взяла слово:
— Потому что моя судьба тесно связана с судьбой Василисы, — тяжело вздохнув, сказала она. — Я из другой параллели и являюсь Эррантией астэра.
— Я вам говорил, — сразу произнёс Фэш. Никто ничего не сказал по этому поводу.
— Кем являешься? — озадачился Лёша.
— Эррантия астэра — это блуждающая человеческая душа — либо умершего, либо не родившегося, — сказала Василиса.
— Так получается, ты умерла или не родилась в своей параллели, но каким-то образом оказалась здесь? — понял парень, присвистнув. — Что ваше часодейство ещё может?
— Но почему ты связана с нами? — посмотрел на Николь Норт.
— Все дети Нортона Огнева, связаны и с этой рыжей и с вами, похожей на Дейлу, — зашептал Марк, и до всех неожиданно дошло.
— Ты наша сестра, — выдала мысль всех Василиса. — Ты не родившаяся дочь Ниры.
— Верно, — грустно подтвердила девочка и громче сказала. — Я — Николь Огнева, дочь Нортона и Ниры. Не рождённая.
— Ого, — протянула Диана.
— Но почему наши с тобой судьбы тесно связаны? — спросила Черноключинца.
— Потому что из-за того, что отец перешёл в эту параллель, я не родилась.
— То есть из-за меня.
— Я такого не говорила.
— Ты перефразировала это, — заметила Василиса, нахмуриваясь.
— Я тебя даже ненавидела, как Норт и Дейла, — посмотрела на потолок девочка, покачиваясь с носка на пятку. — А потом увидела твою жизнь и все твои… приключения, — издала смешок она, на пару секунд закрывая глаза. — Я поняла, что ты не виновата, ведь ты сама не хотела бы всего этого. Здесь только, — повела рукой Николь. — Как выразилась Эймилара, намудрил наш с вами отец.
— Поэтому вместо того, чтобы ненавидеть, ты стала мне помогать?
— Угу, — кивнула она и посмотрела на ребят.
— Хотел бы сказать, что ты нагло лжёшь, но почему-то мне так не кажется, — произнёс Норт спустя минуту тишины, обращаясь к Николь, а потом с каким-то обречённым вздохом выдал. — У меня три сестры. Три младшие сестры.
— Норт понял всю обречённость этой ситуации и его положения, — проговорила Эйми, тихонько посмеиваясь. — Итак, будете ли вы идти на нейтралитет?
— Я на стороне Василисы, — сказала Николь и подошла обратно к друзьям. Данила заметил, насколько легче стало девочке. Как будто та сбросила груз с себя, и до него внезапно дошло, о чём она ночью крепко думала. Она знала, что будет этот разговор.
— За последние дни жизнь преподнесла мне очень много сюрпризов, — потёрла переносицу Дейла. — В итоге, у нас оказывается есть ещё одна сестра, а другой надо перестать докучать.
— Это мягко сказано, — вновь скрестила руки Василиса. — Докучать.
— Тогда получается, мы не трогаем вас, вы не трогаете нас, — заметила блондинка, беря во внимание всех присутствующих.
Маришка издала нервный смешок, следя за белым котёнком, играющимся с одеялом.
— Это не будет легко, — немного задумалась Диана. — Мы будем… «докучать» друг другу, особенно во время чтения этих книг, ведь там затрагивается наше прошлое. Просто взять и сделать вид, что ничего не было, невозможно. Тут, скорее всего, надо просто лояльней отнестись ко всему и помнить о том, что мы сейчас находимся в одной лодке.
— Надо помнить нашего истинного врага, — дополнил Маар.
— Мы тебя изводили почему? — вновь взяла слово Дейла, скрещивая ладони в замок и обращаясь к Василисе. — Потому что думали, что из-за тебя мы находимся не в своей параллели. Конечно, потом у нас мелькали мысли, что дело как бы не в тебе, но в это же время, мы видим, что отец не очень дружелюбен с тобой, да и Елена огонь подливала. К тому же отношения у нас уже были не ахти. Ты доставляешь проблемы, водишься неизвестно с каким сбр… — она осеклась и исправилась. — Неизвестно с кем и портишь репутацию нашей семьи, — Василиса молча терпела. — Но если посмотреть немного под другим углом, то отец никогда не говорил, что ненавидит тебя. Это всегда слышалось от Елены.
— И вы просто попали под её влияние, верно? — вмешалась Захарра, на что получила лёгкий удар от Дианы.
— Да к тому же мы слышали о том, что Василиса самое ужасное, что с нами могло произойти не только от Елены, — и она на секунду посмотрела на Марка с Маришкой.
— Ну да, ну да, — продолжила гнуть своё куцехвостая.
— Скажи, Драгоций, кому бы ты поверила? Своим друзьям или ничего не значащим для тебя людям? Как бы ты отнеслась к человеку, который, как ты думаешь, разлучил тебя с матерью, с которой, на секунду прошу заметить, у тебя замечательные отношения? — девочка не ответила. Дейла и не поняла, что сейчас попала по больному.
— Возвращаемся к Елене… Марк, я могу сказать? — спросила она у друга.
— Валяй, — повёл парень плечами. Он уверен, из книг об этом они всё равно узнали бы.
— Елена узнала числовое имя Марка, зачасовала его, и в нём поселился Астрагор, — Орден Дружбы вздрогнул. — Получается она одним этим поступком, — звонко щёлкнула Дейла. — Разрушила всё доверие к ней.
— Не хочется этого признавать, но да, — согласилась Маришка, словив на себе чужие взгляды. — Думали, только вы дорожите друзьями? Снизьте самооценку.
— К тому же, отец много раз нас спрашивал, почему мы не дружим с тобой, — продолжила Дейла. — Видимо, всё же он этого хочет… Тогда, беря весь наш разговор, почему бы нам с тобой не придерживаться нейтралитета. Получается так же и с твоей компанией, — одарила их снисходительным взглядом девушка. — Мне действительно интересно, почему отец решил вернуться в эту параллель и что за Тот-самый-момент.
— Не так, — поправила её Эйми. — ТОТ-САМЫЙ-МОМЕНТ.
А про себя добавила: «Дейла сейчас выглядит очень по-взрослому, рассказала, принесла доводы, взвесила. А я то думала, будет намного сложней склонить их к примирению. Неужели они реально обдумывали причины вражды с Василисой?»
— Как тебе угодно, — махнула рукой Огнева. — Так что… нейтралитет? — подала ладонь блондинка.
— Нейтралитет, — осторожно ответила Василиса, ей то от этого будет легче жить, но вряд ли она забудет всё что было. Да и никто из них не забудет. Девочка перевела взгляд на Норта, но тот смотрел в сторону, высокомерно скрестив руки на груди.
— А говорить отцу о том, что есть ещё одна дочь, мы не будем, как я понял, — сказал он.
— Верно, пусть ещё немного помучается, — протянула Эймилара. — В конце месяца обо всём узнает. Он, конечно, хороший, но за свои поступки ему ещё надо прожариться немного. Он перед каждым из вас виноват, — посмотрела она на Огневых. — Может он сам догадается за это время, а может Николь сама расскажет, если захочет. Вам главное её сейчас не спалить. Думаю, на этой ноте нам можно пройти на третий этаж, — встала девушка со стула. — Цель этого разговора выполнена: вы узнали, кто такая Николь и пришли к выводу, что враждовать не обязательно. К тому же уже девять тридцать.
Около двери Дейла задержала Василису, давая остальным выйти.
— Норту ты значительнее ставишь палки в колёса. Высшая степень, часовой флёр, право на наследство. Может с тобой у нас и получиться что-то, то с ним будет сложней. Он ненавидит тебя намного больше. Я тебя предупредила, — вышла часовщица, оставляя сестру позади. Как будто без неё Василиса не догадывалась об этом.
***
— Ну и где вас носит? — спросила Чёрная Королева, как только юное поколение соизволило появиться в назначенной комнате. Последними зашли Эймилара и Норт, которого девушка задержала и даже подождала, пока остальные отойдут на приличное расстояние. Просторная комната отдыха, без лишних излишеств и с современным интерьером. Серый пушистый ковёр занимает почти весь периметр комнаты, оставляя до стен всего лишь полметра. В центре стоит небольшой тёмный столик с изгибающимися ножками. Вокруг него на пару тонов светлей два дивана: один угловой, другой с третьей стороны, а между ними кресло-качели под цветовую гамму интерьера. Огромные окна с видом на лес, пара картин да одинокий рояль с растением в противоположной стороне. Больше в этой комнате ничего не было. — Вы опоздали на десять минут. Между прочим, вы сами назначили данное время, — продолжила Чёрная Королева с упрёком в сторону светловолосой. — Простите, разговор вышел чуть дольше, чем я предполагала, — улыбнулась она, призывая книги. — Разговор? — удивилась Лисса, наблюдая за располагающимся юным поколением. О чём они все могли говорить? Женщина ещё раз взглянула на детей, словно их разговор был чем-то важным для неё, но вдруг почувствовала холодное железо на руке. Браслет, сдерживающий её дар камней настроения, напомнил о себе, как и всегда, когда над Лиссой берут вверх сильные эмоции, что в другом случае, могло привести к появлению камней. Почему она сейчас заволновалась? — Итак, — привлекла к себе внимание Эйми, встав перед столом лицом ко всем. — Хочу немного пояснить касательно этого дома. А точнее его обслуживающего персонала, — все устроились и стали её слушать. — В особняке есть обслуживающий персонал, домовики. Это маленькие существа с большими ушами и глазами. Обычно они невидимы, но готовы выполнить любую вашу просьбу в пределах разумного, естественно, — на этих словах некоторые поняли откуда брались чашки ночью. — Домовики будут следить за чистотой и порядком, пока мы здесь отдыхаем. Если вы хотите что-нибудь получить, то попросите это. Домовики понимают, когда обращаются именно к ним. И пару слов насчёт комнат. Нет, я специально не подбирала кто в какой комнате будет жить. Вы сами вчера рандомно разбрелись. Но когда вы задели ручку двери, магия считала ваши вкусовые предпочтения и мигом обставила комнату, поэтому они в вашем стиле. Некоторые могли заметить, как меняются некоторые вещи, — Маар на это кивнул. — Эта же магия может сделать так, чтобы в вашу комнату никто не зашёл, если вы этого не хотите. Или точнее, запретить доступ тем, кого вы не желаете видеть, — Маришка легонько прищурилась. — Магия может предупредить, если кто-то приближается к вам, — Фэш предположил, что эти колебания и были предупреждением. — Также в отзывах к этому особняку, я читала, — повела рукой волшебница. — Что иногда магия может показать или привести вас в тайные или интересные места. Это информация на всякий случай, — невинно она улыбнулась, и вдруг в её руке появился камень. — Давайте перейдём к более насущному. Эймилара положила этот камень на стол перед собой, затем призвала серую книгу, открыла её сзади, что-то просмотрела и навела это на камень. — Это специальное устройство, которое позволит нам видеть происходящее в книге, — объяснил ничего не понимающим часовщикам Адриан. — Ого, — резко раздалось с нескольких сторон, как только над столом завис большой экран. — Мы будем смотреть? — недоверчиво спросил Лёша. — И да, и нет, — улыбнулась девушка. — Эти книги сейчас присоединены к этому специальному устройству. Его используют для того, чтобы смотреть книги в большой компании. Им, конечно, редко пользуются, ведь книги для собственного воображения, но так как для вас эти действия не вымышлены и представлять там нечего, то будем смотреть, как фильм. — Знать бы ещё что такое фильмы, — тихо вздохнул Данила. — Одна глава — один человек. Если глава будет большая, то разделим пополам, — начала объяснять волшебница. — Когда читающий будет произносить текст из книги, то на экране будет идти читаемое действие, каким оно было. Но во время разговоров вы будете слышать свои голоса, а не голос читающего. Правда здорово?! — светилась Эйми, но её энтузиазма никто не разделял. — Ну потом поймёте всю прелесть. — Почему нельзя было купить такое устройство, при котором не надо читать? — не понимал Марк. — Потому что, если вы начнёте на каком-нибудь моменте ссорится, значит отвлечётесь и пропустите часть происходящего, а перематывать всё время будет утомительно. А так, читающий просто замолчит, и действие тоже замрёт. — А для читающего? — спросила Диара. — Если остальные будут смотреть на экран, а читающий в книгу, получается ему надо будет самому представлять всё? — Нет, в книге будет также маленький экран, но если вам он будет только мешать, скажите, я уберу. — Дайте мне колу, чипсы и ещё чего-нибудь вредного. Сейчас будем смотреть блокбастер, — сказал Лёша, удобнее устраиваясь, и около него появилось вышеперечисленное. — Я же пошутил. — Прошу не наедаться, у нас ещё будет обед, — попросила Эйми, но в противовес своим словам, попросила себе вкусняшек. — Можем посмотреть трейлер, если хотите. — Что посмотреть? — непонимающе покачала головой Диана. — Трейлер — это небольшой видеоролик, рассказывающий о том, что будет происходить в фильме, сериале, аниме и тому подобном. То есть сейчас трейлер расскажет примерно, о чём будет первая книга, — объяснил осталец. — Не обязательно только первая, а я могу показать вам трейлер всего цикла, — усмехнулась девушка. — Давайте посмотрим, хотя бы оценим, что это такое, — недоверчиво произнесла Селена, сидя в объятьях мужа. Эймилара кивнула, и через минуту экран заработал. Девушка быстро села на своё кресло-качели между диванами и взяла еду из рук рядом сидящего Адриана. (Помогающий саундтрек из Иллюзии обмана «Brian Tyler — Now you see me». Песня, которую включал именно автор, идёт пять минут и двадцать семь секунд. Начало: 48 секунд, конец: минута тридцать две. По крайней мере, автору так нравиться. А так можете представлять на свой вкус) Зазвучала музыка и послышался женский голос. «Это было предречено тысячи лет назад» — высветились буквы на тёмном фоне. Две сталкивающиеся планеты, ослепление и замирание. «Этого не избежать». Прыжок в колодец, карта, алый цветок. «Но это лишь начало». Музыка начала убыстряться. «Новые друзья». Темпогонка, вечерняя свеча, день рождение Василисы в Зелёном Ларце. «Враги» Битва с Еленой перед Часовым кругом и Астрагор, у которого не видно лица. — Я не хочу быть часовщицой, — слышался голос Василисы за кадром. «Тайны». Часовой флёр, встреча со слепой Агатой, чёрный конверт и огромная скала на фоне Луны. — Тридцать три ступени в небо Вверх смотри, где раньше не был. Огненная лестница. «Смерть?» Зачасованные статуи. Вихрь. Тёмный силуэт, бегущий по лесу под дождь. Долина старочасов. — Ключники для вас всего лишь пешки! — Так перестань быть пешкой. Докажи, что способна вести свою игру. «А всё ли истина на первый взгляд?» — Но, как и все, я думал о самом цветке. Совет часовщиков. Собрание Радосвета. Урок с Астариусом. Подарок Захарры. Ночь в лесу. Первый полёт. Чарования. А кадры всё убыстряются и убыстряются. Лазорь. Зал печальных камней. Селестина и Мендейра. Заставка с бурей. Цапфа. Одинокая башня. Дворецкий. Голубиная башня. Альбом. Змиулан. Праздник Листопада. Золотая комната. Темпогонки. Качели. Комната с игрушками. Рубиновый ключ. И последний замедленный кадр. Две короны на полностью чёрном фоне. Тёмный экран и голос. — Переход Эфлара. 22 минуты. На минуту в комнате повисла тишина. Этого увидеть никто не ожидал. — Коротко, но мощно, — только выдал Лёша, забыв про кусочек шоколада в руке. — Мне стало очень даже занятно, — сказал Данила, заинтересовано смотря. — Конечно, мне немного рассказывали, но всё же посмотреть очень хочется. Тем более после этого. — Очень круто выглядит, — поделилась Василиса. — Не круто, что это моя жизнь. — А меня интересуют две короны, — произнесла Диана. — Эти голоса на фоне что-то с чем-то, — важно покивала Захарра. Остальные предпочли не высказываться. — Ну что, готовы ко второму трейлеру? — спросила Эймилара. — Только боюсь разочаровать, он будет уже не такой крутой. В первой книге всё только начинается. А вот если уже пятую и шестую брать… «Жизнь может поменяться за раз» — на этот раз говорил мужской голос. Гимнастика, Лёша, прогулка до дома. — Такая радость! Приехал твой отец… Шикарный особняк, сад с переплетёнными дорожками, ажурные беседки. «Но не всегда в лучшую сторону, ведь сказки не всегда бывают добрыми» — всё шло спокойнее, чем в первом трейлере. Удар, погоня, прыжок в воду, наставленная стрела. «Что скрывает новая жизнь?» — надпись на чёрном фоне и снова кадры. Василиса совершает переход, летающие цифры и два ключа, часовое зелье. — В волшебную тихую ночь при Луне Творение славное выпало мне… — послышался тихий нежный голос. «Что подарит она?» Ник при первой встрече, ночь в лесу при свете костра, Чарования, букет цветов. «А что заберёт?» Прикованная Василиса к стене, бледная люстра с голубыми огнями, треуглы. «Кто окажется врагом, а кто другом?» Огневы, Фэш с Дианой, Ник, Елена, Белая Королева, Марк с Маришкой, Чёрная Королева. «И где же начинается правда?» Василиса вставляет ключ и темнота. Только золотая надпись «Часодеи. Часовой ключ» высветилась на весь экран. — Меня пугает кадр, где Василиса вроде бы мокрая и прикреплённая к стене, словно бабочка, — заметил Миракл. — Это что? — сказал он и посмотрел на друга. Нортон ничего не ответил, задумавшись. Он точно не помнит такого. — Это так круто выглядело, когда ты вставила ключ, как я понял, это из запуска Часового круга, и чёрный экран с последней надписью, — восторгался Рознев. — Типа говорится: «игра начинается». — Что это за сказки такие? — спросила Диара. — «Сказки не всегда бывают добрыми». Если мне не изменяет память, то сказки для детей, и они априори должны быть добрыми. Нет? — Современные дети уже млеют от этой доброты, — скрыла усмешку Эйми. — И всё же что это за две короны? — не отпускало Диану. — Давайте читать? — чуть ли не подпрыгивала Захарра. — Кто начнёт? — Василиса, — передала первую книгу волшебница. — Перелистни сначала назад. Там есть описание. Просто зачитай, это пока не будет показываться на экране. Эймилара присела на кресло-качели рядом с ждавшим её Миксом, чтобы оказаться на коленях, и удобнее устроилась, ища взглядом Аки. Тот лежал животиком вверх между Еленой, которая гладила его, и Чёрной Королевой. Рыжеволосая кивнула и приняла книгу, открыв её с конца. — Василиса — обычная земная девочка, живущая с бабушкой, — начала она, быстро осматривая взглядом страницу, ища нужное. — Ну не такая уж обычная, как оказалось, — произнёс Ник. — Она никогда не была обычной, — заметил Лёша, всё же доедая свой шоколад. — Неожиданно узнает, что её отец… — О котором ничего не было известно двенадцать лет, — саму себя перебила девочка. Нортон-старший неслышно вздохнул, на миг прикрыв глаза. Скоро начнётся… — Влиятельный маг Эфлары. — Ещё насколько, — издал смешок Миракл. — Мира, построенного на особой часовой магии. Попав в страну часодеев, фей и лютов, Василиса оказывается в центре опасной игры… — Почему вы это воспринимаете, как игру? — спросила Лисса, наверно, имея в виду остальцев, вспомнив ранее высказывания Лёши. — Даже друзья не могут понять, кто же она сама? — Да я сама, не знала, что думать, — высказалась Василиса. — Неумеха, ничего не знающая о своём происхождение? Шпионка, засланная отцом, чтобы заполучить трон? Или могущественная часовщица, которая умеет управлять временем и может спасти Землю и Эфлару от грядущего столкновения? — Первая версия — Норта, Дейлы, Марка, Маришки и, скорее всего, Елены Мортиновой. Вторая — Фэша. И третья — верная, — заключила Диана. — Насчёт могущественной часовщицы, я могу поспорить, — опроверг её Ляхтич. — Тут больше пойдёт… начинающая часовщица, которой очень везёт. — И в конце шестой книги Василиса просто: «I'm a b*tch, I'm a boss, I'm a b*tch and a boss, I'ma shine like gloss» — высказался Лёша. — Не понял, что ты сказал, — нахмурился Ник. — Лёш, — предостерегла подруга. А Эйми тихонько затряслась в беззвучном смехе, старясь чтобы её реакции не заметили, всё же хорошо, что она села в отдельное кресло, которое немного скрывает её, а то слишком палевно получилось бы. — Итак, я начинаю, — перелистнула Василиса в начало, устраиваясь удобнее. — Наталья Щерба. Часодеи. Часовой Ключ. А обложка то ничего, приятная. — прокомментировала она. Как только девочка открыла предисловие, рядом появился маленький экранчик, и на большом тоже началось движение. — Предисловие. Уродливой и страшной казалась высокая брыла — жуткий обломок камня, торчащий посреди темного леса. Чертовая скала считалась проклятым местом. Если кто по случайности забредал сюда — тут же поворачивал, еще долго чувствуя на себе пристальный взгляд высокого камня. Пробегал суетливо зверь, пролетала, быстро хлопая крылом, птица, и вновь воцарялась тишина в необычном, будто бы зачарованном лесу. — А это место где-то на Остале, — невзначай произнесла Эйми. — А вы мне говорили, что там красиво, если не считать эту скалу. — Когда это мы там были… будем? — спросила Диана. — Если скажу, то это будет спойлер, — приложила палец к губам девушка. — Что такое спойлер? Уже второй раз слышу, — решил сразу узнать Данила. — Это раскрытие важной части сюжета, если узнать спойлер, то пропадает интрига, — объяснил Лёша, заинтересованно смотря на экран. — Всё, давайте продолжать. Мужчина, усевшийся на полузаросший мхом валун, заинтересовал лесных обитателей — давно здесь человека не видели. — Нортон? — сразу произнёс Миракл, как и все, поняв, кого перед собой видит. Конечно, как же не узнать лучшего друга. На нем был строгий костюм и туфли, начищенные до блеска, — даже удивительно, как это он не измазал обувь грязью лесных дорог? — Я бы наоборот удивился, если бы у тебя оказалась грязь. Всегда был таким чистюлей, — поддел его Диаман. — Это только после пятнадцати, а до этого… — Чёрная Королева повела плечами. А Нортон уже думал: игнорировать ли всех или игнорировать всех. (Верный вариант: игнорировать всех, я вас уверяю. Выбираем его). Он не сводил глаз с трещины, рассекавшей брылу до самого верха, и словно ждал, что камень не выдержит и расколется надвое. — Сила Огневых должна подействовать, давай расколись, — начал играть Миракл. — Что-то ты теряешь форму, дружище. Уже даже камень не хочет раскалываться. Послышались пару смешков, а Нортон смерил мужчину взглядом. Иногда странный человек посматривал на небо: вечерело, на землю опускались долгие серые тени. — Красивое время суток, — заметила Василиса. Внезапно подножие камня окутал легкий сизый туман и побежал ручейками по поляне. — Неплохо, — произнёс Норт. — Наконец-то! — облегченно сказал мужчина, приподнимаясь. — Здравствуй, Елена. Раздались обречённые вздохи. Действительно, кто же ещё мог появиться. Василиса перевернула страницу, и маленький экран перешёл на правую сторону. Из туманной дымки выступил темный силуэт. Женщина откинула капюшон широкого фиолетово-черного одеяния, блеснули лунным серебром белокурые волосы. — Лунным серебром, — впервые за эти дни слабо улыбнулась Мортинова. — Приветствую тебя, Нортон, — тихо сказала она и, щелкнув пальцами, сделала едва заметное круговое движение. Все заметили, что фразы слышатся голосами их владельцев. Неплохо. В воздухе, прямо над ними, зажглись полукольцом мерцающие огоньки, как на обычной комнатной люстре. — О, это вспомнили огни на люстре из прошлого, и они появились здесь, — сделала для себя пометку Василиса. — Это невербальная магия? — удивился Лёша. — Вы можете колдовать без стрел? — Некоторые слабые заклинания, — пояснила Диана. — Хотя сильные часовщики могут и сразу боевые эферы. Но для этого надо долго и упорно тренироваться. Эймилара хитро улыбнулась. — Ты странно выглядишь, — продолжила прибывшая. — Так в этом мире выглядят все богатые и уважаемые люди. — На Остале принята чудная форма одежды. — Она с удивлением разглядывала собеседника. Василиса с Лёшей хмыкнули. — Надеюсь, ты побеспокоила меня по более достойному поводу, чем разговоры о моде? — А я думал ты не против, — изобразил изумление Диаман. — Вон, даже знаешь, как выглядят богатые и уважаемые люди на Остале. Следишь же. Многие засмеялись. А Нортон вдруг понял, что теперь же есть не только Миракл со своими дурацкими шутками. — Прости, Нортон, — спохватилась женщина. — Я пришла рассказать новости. Часовой мир волнуется, даже феи согласились на короткие переговоры. Как ты понимаешь, разговор будет о Ключах… Орден ждет твоего возвращения. — Какой Орден? Непростых? — предположил Лёша. Многие удивлённо посмотрели на него. Откуда он, обычный осталец, знает про него? Василиса прикрыла глаза. Это надо было ляпнуть ему. Чтобы не зациклились на этом, она продолжила. — А точно ли Орден этого ждёт? — тихо усмехнулся Фэш. — Эти новости я давно знаю. Он приблизился, наклоняясь к ее лицу так, словно опасался быть услышанным ещё кем-то, будь то человек, зверь или птица. — Близко, очень близко, слишком близко, — запротестовал Миракл. Экран же всё показывал. — Мне плохо, — прошептал он, прикладывая руку к сердцу. Взрослые рядом с ним сдерживали смех, а юное поколение улыбнулось. А Елена хмурилась. Не из-за шутки. Она привыкла, что друзья Нортона так неподобающе себя ведут, про себя удивляясь, почему они ещё общаются, а из-за того, что тогда всё ещё было хорошо. А теперь… Она предала Нортона, своего ученика, перешла на сторону врага, на ЕГО сторону, и назад дороги нет. А может есть? — Что на самом деле тревожит тебя, Елена? — Как и всех — притяжение двух миров. — Судя по голосу, его собеседница занервничала. — Интересно почему? — ехидно вымолвила Чёрная Королева. — Поглощение, — исправила Диана. — Это было поглощение. И все, кто был в Часовом Круге согласно закивали. — Елена, как так можно, — произнесла Лисса, «разочарованно» качая головой. — Тебя даже дети поправляют. Женщина даже не дёрнулась на это замечание. — Притяжение? — Мужчина резко выпрямился. — Поглощение, Елена. Называй вещи своими именами: один мир скроет другой, потому что разрыв времени, столь заботливо проделанный древними часовщиками, чтобы разделить Землю на две равные части, стремительно сокращается. Один мир умрет. Исчезнет, растворится в пустоте. Обратится в нуль. Люди, города и леса, знания, накопленные тысячелетиями, — ничего не будет, как будто и не было никогда. Мир-тень навеки уйдет в прошлое. Останется та земля, которая настоящая. Эфлара или Остала — любопытно, кто из двух окажется сильнее? — Спасибо за вхождение в сюжет, — похлопала Эймилара. — Естественно, Остала, — подал голос Рок, чем изрядно испугал присутствующих. — Вы же все это знаете. Знали, — исправил он. — Нортон, перестань. — Она поднесла кончики пальцев к вискам и замотала головой, будто бы отгоняя страшное видение. — Я тоже не хотела, чтобы Эфлара исчезла, — только сказала Мортинова. — Это и мой дом тоже. — Елена, — его голос стал более ласков, Лисса осталась невозмутима. Внешне. — Нам незачем переживать, ты прекрасно знаешь — наш замысел вскоре осуществится. Всего лишь надо подождать, пока меня перестанут считать «преступником». — Как давно вы придумали этот план? — возмутилась Василиса, сразу поняв, про какой именно говорится. Участвующие в нём нахмурились. — Да-да, срок твоего наказания исходит четвертого мая… Ровно через год ты сможешь вернуться. В то же время, когда ты проведешь испытание на степени для своих детей… Великий день. — И ужасный. Мне остался год нормальной жизни, — вздохнула рыжеволосая. — Да, великий… — эхом отозвался мужчина. — И-и, Елена? Она нервно сплела пальцы в замок, по всей видимости не решаясь задать следующий вопрос. Но вскоре продолжила: — Нортон, я хочу знать, что ты решил с фейрой? — Ничего нового, — вновь подала голос Василиса. — Может будешь просто читать? — изрекла Маришка, недовольно посмотрев на неё. — Я чувствую, что сейчас будет что-то неприятное для меня, и пытаюсь поддерживать себе настроение. Никто на это ничего не сказал. Тот ответил не сразу. — Так вот что тебя волнует… Вот почему твое прекрасное лицо. Миракл и Константин с Диаманом фыркнули, да и Диара с Селеной не удержались. Так хмурится. Как бы я хотел просто забыть о ней. И о том, что с нею связано. — Ну, конечно, чего же я ещё ожидала, — произнесла Черноключница. — Вы сами вернулись в эту параллель, вас никто не заставлял, — миловидно улыбнулась Эйми, смотря на мужчину. Нортон нахмурился, а потом вспомнил, что она многое о них знает, даже то, что не должна. — Вот и отдал бы дочь мне сразу, — гневно прошептала Лисса. — Я не знал, что матушка вмешается, — также тихо ответил ей блондин. Женщина закатила глаза. Их друзья сделали вид, что сейчас ничего не было. Ведь никто из них ничего не сказал, что Лисса и Нортон сели рядом. Это нормально. — Но другие не забудут, — горячо возразила женщина. — Если у нее обнаружится высокий часодейный дар, она может унаследовать все твои земли, твои замки, фабрику, — Больно надо, — закатила глаза девочка. Опять про это наследство болтают. — Ты будешь намного богаче, — поделилась Эймилара, соскребая со стенок йогурта остатки. На это высказывание все удивились, и только Примаро и Родион Хардиус загадочно улыбнулись. — Если, естественно, не умрёшь. — Прям обнадёживает, — натянуто улыбнусь Василиса. — Я мастер поддерживать, я знаю, — запустила ложку в рот волшебница. — А ещё… Ты понимаешь, о чём я. Право рождения нельзя отменить. Но можно предотвратить, используя Время. — Зачасовать, — прошептала Диана. — Да, это так. — Нортон, ты должен избавиться от нее, — настойчиво произнесла женщина. — Орден требует этого. Все ждут твоего решения. — Что это за «пугающий» Орден такой, — поставил Лёша кавычки, — если какая-та маленькая девочка, ничего не знающая о другой планете, может помешать вам, — издевательски произнёс парень, явно на что-то намекая. — Без обид, подруга, — повернулся он к Василисе. Та только кивнула. Многие ухмыльнулись этому замечанию. Этот осталец бессмертен, раз так высказывается? Он усмехнулся. — Орден? Или этого требуешь ты, Елена? — Барабанная дробь, угадаем с трёх раз, — вмешалась Захарра. — Я безропотно подчиняюсь твоим приказам, Нортон… — Ну да, ну да, — протянула девочка. — Знаем мы эту безропотность. — Я помню об этом, — сухо оборвал он, — и ценю твою верность и преданность. — Позволь мне разобраться с ней, — горячо зашептала женщина. — Она не будет долго мучиться. Многие не сдержали секундного смеха. — Вы поняли, что все знают вас, Елена, — обратилась Ли к часовщице. Та нахмурилась, но снова ничего не сказала. Терпела. — Сомневаюсь… Елена, ты излишне кровожадна. И не любишь фей. Такие сильные, красивые создания. — С чего бы такие комментарии, — невзначай сказала Селена, смотря на невозмутимую подругу. — С острыми крыльями, — прошептала та с ненавистью и зачем-то коснулась груди. — У тебя там до сих пор болит? — с каким-то садистским наслаждением улыбнулась Лисса, а Нортон переводил взгляд с неё на Мортинову. Он знает, что четырнадцать лет назад случилась битва между ними. Но по какому поводу? (Д-действительно) — Я не успокоюсь, Нортон, пока в мирах существует хотя бы одна фея… — Уничтожим Чародол, устроим политическую войну для личного успокоения, почему бы нет, — прокомментировала Диана, недовольно закусывая губу. — Вот как? Она судорожно вздохнула, подавляя ярость. — Что у вас, милочка, получается весьма плохо, — заметила Чёрная Королева, видя перекосившееся лицо женщины. Мужчина хмыкнул. — Меня всегда удивляло, — протянул он, — почему часовщики и феи так ненавидят друг друга. Неужели дело в разной форме крыльев? Или в их количестве? — А потому что и те, и те, гордые и не хотят идти на компромисс, — сказал Лёша, и многие опять поразились ему. Это он, ничего не зная, попал прямо в цель? Женщина дёрнулась, но промолчала. Нортон скрестил руки на груди, поднимая взгляд на тёмное небо, усеянное мерцающими точками далёких миров. Эймилара согласно кивнула, принимая из рук Адриана сок. — Она живет здесь, на Остале, среди обычных людей, — продолжил он, не отрывая глаз от мигающих небесных огоньков. — Возможно, она выросла простой фейрой. Я никогда не видел дочь. — И многое упустил, — произнёс Константин и посмотрел на сына. — Это же такое счастье, наблюдать как твой ребёнок растёт. И немного грустно, — дополнил он. Селена с Диаманом и Лисса с Нортоном опустили взгляд, а Ник немного покраснел, пока остальные дети слабо улыбнулись. Для всех это не очень удачная тема. — Избавься от нее! — продолжала настаивать Елена. — Маленькие проблемы становятся большими, поэтому зло должно уничтожаться в корне. — Елена, Елена, — покачал головой Нортон, — чтобы узнать, есть ли у неё часодейный дар, мне придется взять её в дом, назначить часовое испытание… Это риск. — Который бы всё равно случился, как бы вы не старались, — заметила Эйми. — Но если фейра пройдет испытание, как ты поступишь с ней? — продолжила Елена взволнованно и тоже посмотрела на небо. — Ну, если она фейра, то она не должна пройти испытание, а если пройдёт, значит не фейра, — высказалась Николь. — Два противоречия в одном предложении. Может вы будете немного постояннее, госпожа Мортинова? — невинная улыбочка. — Надеюсь, она никогда не будет часовать, — Надейся, — усмехнулась Василиса. Чёрт, что за неприятное начало? — повысил голос мужчина. — Никогда. Я не переживаю из-за наследования по праву часового дара. Потому что верю в сына… У него должна быть высокая степень, я чувствую. — Чуть-чуть не дотянул, — вздохнул Норт. — Если считать чуть-чуть ровную девятку, — съязвила Дейла. — Позволь мне это сделать, — вновь прошептала Елена и, склонив голову, встала перед мужчиной на одно колено. — Предложение собралась делать? — прыснула Захарра. — Или присягу отдавать? — тоже не сдержалась Диана. — Эх, — вытер несуществующую слезу Лёша. — Двадцать первый век, — но всё же улыбка проскользнула на лице. — Позволь мне убить её. Пока зло не стало большим. — Вот же, зараза, — охнула Василиса. — До сих пор здесь сижу. Все карты вам попутала. Такая злая, — покачала она головой. — Мммм, всемирное зло. — Сарказм, великий сарказм, — сказала волшебница, пока остальные улыбнулись. Внезапно поднялся ветер, заскрипели сосны. Казалось, молчаливый лес ожил, зашелестел темными кронами, зашептал в отчаянии, пытаясь заглушить то, что должен был ответить мужчина. — Даже лес не хочет этого слышать, — довольно произнёс Ник. — Флора, фея природы! — внезапно выкрикнул Лёша, испугав рядом сидящую подругу, да и заставил подпрыгнуть или дёрнутся других. Эймилара засмеялась. — Фея? — спросила Диана. — Это он про других фей, — пояснила Василиса. — Долго объяснять, да и не нужно. Лёша сейчас успокоится, — посмотрела она на блондина. Рознев виновато улыбнулся и уселся обратно. Девочка продолжила, а остальные «умяли» это происшествие. — У меня есть любопытный план, — тихо, но отчётливо произнёс он. — Если задуманное осуществится, то я отдам тебе право решать её судьбу. — А вот это уже предательство, — пробубнила Василиса себе под нос. — И варварство. — Но поклянись, что до моего приказа ты и пальцем её не тронешь. — Хорошо, я клянусь, — тихо, но твердо сказала Елена. «Соврала» — подумал Нортон. — Перемещаемся, — оповестила рыжеволосая. — Тут точки. Другое место действия. — Я вот когда читала первый раз эту книгу, вообще не понимала, кто такие господин Огнев и Елена Мортинова. Плохие или хорошие? Главные герои или нет? Только потом, когда перечитывала такая: А! Аааа, Аааааааа… Всё же понятно, как ясный день, — рассказала Эймилара. — Точно, помню, словно это было вчера.***
…В спортзале царила знойная духота. Ребята очень устали — тренировке давно пора закончиться, но не тут-то было. — Кстати, это происходит год спустя, — оповестила светловолосая. — Тебя забрали домой, — поняла Диана. — Если это можно назвать домом, — прошептала Василиса и громче продолжила: — Миша, ну кто так делает! Сделай дорожку с боковым сальто еще раз. — Немного полноватая тренер необычайно резво вскочила с лавки. — Ты как тюлень в цирке, ей-богу! Всем остальным присесть, сколько повторять! — А это не тот… — вспомнил Марк. — Тот, — усмехнулась Василиса. — Знал бы, не поставил бы его тебе в напарники. — А поэтому ты и не знал. — Всё равно он бросил тебя, — тоже вспомнил игру Норт. — С чьей позиции сравнивать, — продолжала усмехаться девочка, пока её друзья поняли только первую половину. Повторять и не надо было: ребята охотно расселись на лавках, немного сочувствуя нескладному Мише, вновь занявшему место на краю площадки. Мальчик разбежался, сделал два колеса подряд, злополучное боковое сальто и опять закончил его приземлением на пятую точку. — И как пол не сломался? — удивился Маар, на что тут же получил лёгкий удар от Дианы и неодобрительный взгляд Чёрной Королевы. — Миша, Миша, — покачала головой неугомонная тренер, — если так дело и дальше пойдет — можешь забыть о летнем спортивном лагере… Василиска! Покажи, как надо. — А вот и главная героиня явилась не запылилась, — произнёс Лёша. — Ещё раз так меня назовёшь, стукну, — пригрозила Василиса. — Главная героиня, — улыбнулся парень, но тут же получил книгой по голове. — Эй, мои книжки ни в чём не виноваты! — возмутилась Эймилара. — Осторожней. — Думаешь, я шутки шучу, — не обратила на неё внимание Черноключница. — Дудки дудишь, — почесал затылок блондин. — С лавки поднялась, — продолжила Василиса. — невысокая худенькая девочка с двумя темно-рыжими хвостиками и неуверенно прошла к краю площадки. Внезапно она резко выпрямилась, легко разбежалась и сделала то самое боковое сальто, а потом еще и сальто вперед. — Классно, — выдала Диана. Друзья с ней были солидарны, и взрослые про себя похвалили девочку. — Я в двенадцать могла максимум приседания делать, — вспомнила Эйми. — Скучаю по тренировкам, — одновременно с ней выдохнула Василиса. — Вот, — одобрительно кивнула тренер, — бери пример. — Я так никогда не смогу, — уныло возразил Миша. — Не та комплекция. — Не повод! Диета и еще раз диета. Это касается всех! Кто не соблюдает правильный режим питания сейчас, теми я займусь в летнем лагере! — Страшная угроза, — заметила Захарра и сделала вид, что её дрожь пробрала. — Так, уже давно пора перейти к показательным выступлениям… Пожалуй, прогоним по разу и хватит… Тихо-тихо! — Тренер замахала руками на протестующих ребят. — Давайте наше трио хотя бы выступит… Инга, Светлана, Василиса, вперёд! Три спортсменки застыли в центре площадки в исходной позиции: полусогнутые руки вверху, спина прогнута, правая нога чуть выдвинута на носке. Василиса находилась на шаг впереди, потому что была ниже всех. — Эх, ты, миниатюрная наша, — улыбнулся Лёша и погладил подругу по голове, на что получил звонкий удар от неё. — А мне нравится быть маленькой, — сказала Эймилара, проведя по голове. — И я не жалуюсь, — ответила Василиса и продолжила. Зазвучала бойкая мелодия. Композиция выполнялась синхронно, с лиц гимнасток не сходили обворожительные улыбки. Казалось, девочки просто танцуют. — Ты умеешь улыбаться, когда это нужно, — задумчиво произнёс Маар. — Убрать бы ещё твой вечный румянец, и будет великолепная маска. — Танцы доставляют мне удовольствие, поэтому я улыбаюсь, — объяснила Василиса. — Хорошо, молодцы!.. Инга, прыжки немного тяжеловаты, Света, у тебя с поворотами проблема — поизящнее вращение делай, поизящнее! Василиса, — тренер положила руку на плечо раскрасневшейся девочке, — у меня к тебе лишь одно нарекание: подстриги волосы, а? Ты скоро в них запутаешься. — Не надо! — тут же заступилась Захарра. — Прости, Василис, просто не представляю тебя с короткими, — объяснила она, немного поумерив пыл. — Как видишь, я ещё со своими хожу, — улыбнулась часовщица. — А я вот согласна с твоим тренером, — сказала Чёрная Королева. — Да ты сама ходила со своей… шевелюрой лет до тридцати, пока не стала всё это собирать в пучок, — поддел её Родион Хардиус. — Не надо сейчас на Василису нагонять. — Нет, не запутаюсь, — непреклонно заявила та, опуская голову, — мне так нравится. «И мне тоже» — подумал Фэш, переводя взгляд то на экранную Василису, то на настоящую. — Ладно-ладно, — сразу сдалась тренер, — хозяин-барин. Кстати, Василиска, важная новость: я договорилась насчет тебя. Городской оргкомитет оплатит пребывание кое-кого в спортивном лагере — путевка на твоё имя уже лежит у меня в кармане. — Спасибо, Ольга Михайловна, — смутилась девочка. — Не надо было… — И правда не стоило, — заметила она. — Надо было, надо! — жёстко отозвалась тренер и огласила, к великой радости подопечных: — Всё, детки, на сегодня хватит… по домам! — На час тренировку задержала! — возмущались девчонки уже в раздевалке. — О щит, парни закройте глаза, — тут же провозгласила Эймилара. — Ладно, шучу, — улыбнулась она. — Книга двенадцать плюс, ничего такого нет. Почему я не слышу огорчённых вздохов? — наигранно возмутилась девушка. — За кого ты нас держишь? — приподнял бровь Марк. Волшебница на это только улыбнулась. — Смотри, как стемнело, моя мама волнуется, — больше всех бунтовала Инга — светловолосая девчонка шестнадцати лет, самая старшая в школьной сборной. — До сих пор не могу поверить, что ты с ней встречался, — сказала Василиса. — Что? — удивился Орден Дружбы (кроме, уже знавших это) и посмотрел на Лёшу. А Эймилара засмеялась и только выдала: — Няша, — Ник, Фэш и Василиса поддержали её, вспомнив этот момент, а Рознев несильно хлопнул себя по лицу. — Я так понимаю, это было, когда… — договорить Диане не дали. — Продолжайте уже, — возмутилась Маришка. — Еще и по показухе прогнала! — Просто Ольга хочет выиграть соревнования между спортивными лагерями, — не выдержала Василиса. — Она ведь больше всего на свете хочет видеть летний Кубок у себя на полке в учительской. Инга сразу же обернулась: она недолюбливала Василису Огневу, втайне завидуя ее успехам и чрезмерному, как ей казалось, вниманию со стороны тренерши. — Завидуя? — изумилась девочка, что даже несколько раз перечитала это предложение про себя. Нет, ей это не кажется. — Никогда бы не подумала. — Ей и невдомек было, что та стала КМС — кандидатом в мастера спорта — в свои неполные тринадцать лет, потому что все свободное время старалась посвящать гимнастике, — только бы в квартиру не возвращаться… — Ну как гимнастике, — протянул Лёша. — Одноклассники, школа, учёба, ночные прогулки и наши приключения. Да, только гимнастика, — согласно покачал он головой. — Лёш, ты меня палишь, — только успела произнести Василиса, как… — Ночные прогулки? — одновременно раздались голоса Нортона-старшего и Чёрной Королевы. — Ой, что-то я забыл, что здесь твоя семья, — виновато улыбнулся он. — Мы с вами ещё поговорим об этом, молодая леди, — пообещала Королева Лютов, пока отец девочки думал не отсадить ли её от друга. — А почему мы ничего не слышали об этом? — оскорбилась Захарра. — Как-нибудь потом расскажу, — пообещала Василиса и продолжила: — Ну, конечно, тебя ведь дома никто, кроме кошек, не ждет, — зло бросила Инга, сощурившись. — Ты могла бы вообще ночевать в спортзале. Все же лучше, чем в интернате, где ты скоро окажешься. — Не долго бы ты жила в этом интернате, — сразу опроверг её Рознев. — Моя мама с удовольствием бы тебя удочерила, да и отец не против тебя, — ухмыльнулся он. «В отличии от собственного сына» — дополнил про себя парень. — Ольга Михайловна к тому же есть… — Но теперь я здесь, — улыбнулась Василиса, призывая его замолчать, следя за реакцией родителей. — А почему тебя хотели отправить в интернат? — спросила Диана. — А просто она надоела даже своей «няньке» — усмехнулся Марк, на что получил недоброжелательные взгляды. — Я уверена, верный ответ будет сказан, — произнесла Василиса и продолжила: Некоторые девочки, подружки Инги, захихикали. Василисины щеки мгновенно вспыхнули: когда она начинала хоть чуточку волноваться, сразу же краснела, как ни старалась это скрыть. — Что в пять, что в двадцать пять, — махнула рукой Эймилара. — Краснеть будешь всегда. — Так Василиса же, — улыбнулись её друзья. — Не всем везет родиться в богатой семье, — тихо ответила она. — Сразу видно, тебя хорошо кормят. — «Не всем везёт родиться в богатой семье» сказала Огнева, — произнёс Данила. — Похлопаем. — Ну, простите, не я выбирала у кого родиться, — только ответила девочка. А Нортон подумал: «Это упрёк в нашу сторону?» (Нет, что ты. Тебе показалось) Это был удар ниже пояса: Инга считалась немного полноватой для гимнастки, и оттого некоторые прыжки удавались ей с трудом. Инга, застегивавшая босоножку, выпрямилась и сразу же оказалась на голову выше Василисы. — Что ты сказала? — Что слышала! — Гучи флип флап, — засмеялась Эймилара. Неизвестно, чем бы это закончилось, но дверь раздевалки резко отворилась и в проеме показалась вихрастая мальчишечья голова. — Василис, тебя еще долго ждать? Ответом был дружный девчоночий визг. Мальчишка, сконфузившись, исчез. — Вот вечно так, — нахмурил нос Лёша. — А не надо забегать в женскую раздевалку, — съехидничала Эйми. — Ой, чего я там не видел, — махнул рукой он и только затем понял, что сказал. — Я не в том смысле! — сразу замотал он головой. — Не в том! — Да? — весело спросила волшебница, видя, как взрослые уже хотели что-то сказать ему. — А что ты имел в виду? — Да, я о том, что… Короче, просто забудьте, — махнул он рукой. — Ты сейчас просто мгновенно… построил себе репутацию, — про себя смеялась Василиса. — О, у нас дружок есть! Может, он и приютит тебя? — попыталась уколоть Инга, но вышло как-то вяло. Все знали, что это сосед Василисы — Леша, с которым она живет в одном подъезде и потому возвращается вместе с ним с тренировок. Конечно, посмеивались над ними, но что тут такого, если они дружат себе с детства, да и все? Кроме того, над Лешкой — первым драчуном в школе — мало кто решался подшучивать. А кто решался — больше не шутил. — А как вы познакомились? — спросила Диана, чтобы сгладить ситуацию. — Вот мы узнаем, как Василиса познакомилась со всеми нами. А с тобой? — посмотрела она на Лёшу. Лучшие друзья тут же переглянулись, вспоминая тот момент. — Нам было два года… — начала Василиса. — Нам это рассказала моя мама, — сразу объяснил Лёша. — Она была свидетелем того момента. Мне самому кажется, что я с тобой дружу всю жизнь, — обратился он к Василисе. — Единственный год, в котором ты не присутствуешь, этот, — с грустью произнёс блондин. — Это произошло во дворе во время прогулки. Марте Михайловне тогда надо было отлучиться по делам, и она попросила тётю Ирину, маму Лёши, присмотреть за мной на полчаса. В это время я играла в песочнице, как надо мной нависла его тень, — указала рыжеволосая на друга. — Возможно, тогда мне было скучно или мама просто сказала, что надо поиграть с этой девочкой, — призадумался Рознев. — Короче, я взял её игрушку и пошёл к своему велосипеду. Вы знаете, что это такое? — спросил он у часовщиков. На удивление, те кивнули. — Я возмутилась. Как это так, мою вещь взяли и без спроса, — развела руками девочка. — Моя детская сущность была возмущена. — Когда я повернулся обратно, чтобы посмотреть на девочку, с которой мне надо поиграть, она оказалась прямо передо мной. Мама сказала, что тогда я дёрнулся, видимо, испугался. И толкнул Василису. — Я упала, — кивнула она, под несколько удивлённых вздохов. — Сел на велосипед и поехал подальше. В руках у меня до сих пор была её игрушка, — продолжил Лёша, слыша смешки. — Один раз повернулся посмотреть, чтобы взглянуть, где Василиса, как врезался в дерево и упал. Игрушка выпала из рук, да и я сам об асфальт, — парень неловко провёл по волосам. Смех стал громче. — Тогда я подошла, подобрала игрушку, стукнула ею Лёшу и пнула своей ножкой колесо велосипеда, так что оно завертелось. Развернулась и пошла обратно к себе. — Гордо прошествовала обратно с игрушкой в руках, и только волосы развевались на ветру. Опасная Василиса, — прокомментировала Эймилара. — Не хватает взрыва на фоне и чёрных очков, — поддержал её Рознев и рассмеялся, представив это себе, да и другие не удержались от этого. Но придя в себя, парень продолжил. — К этому моменту ко мне уже приближалась мама, но моя мужская гордость была ущемлена. Как это! Мою гоночную машину ударили! Ну, вы понимаете, — посмотрел он на друзей. — Я услышала крик и обернулась. На меня со всей скоростью гнал Лёша, — тоже оправилась от смеха Василиса. — А ты? — не выдержала Захарра. — Просто отступила в сторону, — повела плечами девочка. — В итоге, я со всей скорости несусь на эту самую песочницу и не могу остановиться. Врезаюсь в неё, отлетаю в песок, а мой велосипед получает травму. — Тётя Ирина тогда, наверное, подумала: «За что мне всё это» — приложив пальцы к переносице, скопировала её рыжеволосая. — Она не заволновалась, что ты сам травму мог получить? — спросила Диана. — Думаю нет. Мы с Василисой всегда во что-нибудь влипали, думаю, и до знакомства с ней было также. — Просто после это получилось в двойной дозе, — издала смешок часовщица. — Наверняка, — тоже не сдержал улыбку Лёша. — Так вот дальше. Я упал в эту песочницу. Мне было больно, но разреветься перед какой-то девочкой, ну уж нет, извольте. Не хватало мне ещё больше позора. — Ага, вместо этого ты запульнул в меня песок. И маленькие камешки. — Ты запульнула в меня своей же игрушкой в ответ. Прямо по животу. — В итоге, когда подошла тётя Ирина, мы были оба в песке, а о приходе Марты Михайловны не было ни намёка. Я впервые побывала у тебя дома, нас отмыли и накормили, — заметила девочка. — И мы вышли обратно. Там уже Марта Михайловна меня искала. — Наверное, подумала, что мы тебя украли. Злодеи этакие. — На следующий день Лёша ко мне снова подошёл. — Отдать ту самую игрушку, которую она оставила у нас. — С тех пор мы стали играть вместе. Помню, Марта Михайловна потом купила вам новый велосипед в замен старому. Двухколёсный. — И мы вместе учились на нём кататься. А потом уже завертелось, закружилось и мы лучшие друзья. Детский сад, школа и до сих пор. — Ты с кем-нибудь можешь познакомиться нормально? — спросил Ник, веселясь с этой истории. — Видимо, нет, — тут же ответила Василиса. — У меня нет слов, — смеялась Диана. — Я бы хотела на это посмотреть, — подпрыгнула Захарра, размахивая руками. — Подружиться из-за того, что надавали друг другу, — усмехнулся господин Миракл. Он, как и все слушал эту детскую историю (а что им остаётся, раз экран застыл на моменте в женской раздевалке). — А та игрушка всё ещё сохранилась. Лежит на полке в моей комнате, — сказал Лёша. — На память я потом отдала её, — кивнула Василиса. — О том, что мы стали больше, чем друзья, — высказался блондин. — Мы стали друг для друга семьёй за это время. — О, Лёша, — умилилась Василиса и крепко обняла друга. Тот не стесняясь, тоже обнял в ответ. — Я просто тихо радуюсь, что ты меня не забыла со своими приключениями, — прошептал он очень тихо на ухо девочке. Все остальные молчали на этой теме. Были видно, что Василиса и Лёша — близкие люди друг для друга, и никто этому не возражал. Почти у каждого из них есть/были такие люди, которые опечатываются в твоём сердце и остаются в нём навсегда, как бы ты не избегал этого. Как маленькие лучики они приходят к тебе и озаряют всё твоё окружение, помогая преодолеть преграды, не смотря на твой порой несносный характер. И иногда ты думаешь, что это просто подарок с небес, и они не заслуживают такого друга, как ты. — Ладно, давайте продолжим, — выдохнул Рознев, отодвигаясь от Василисы. Та согласна кивнула, взяла книгу и, положив голову на плечо друга, продолжила: Василиса, наскоро похватав вещи и на ходу запихивая их в сумку, буркнула общее «Пока!» и стрелой вылетела из раздевалки. Лёша, ожидавший в коридоре, облегченно вздохнул: — Ну, наконец-то! Я думал, ночевать здесь придётся, пока ты выйдешь. Чего так долго? — Ольга задержала, — нехотя ответила девочка. — Да ещё Инга опять пристала, дылда! — И она вкратце описала то, что случилось в раздевалке. — Не обращай внимания, она тебе просто завидует. — Лёша пожал плечами. — Я тебе давно говорил — переходи к нам. — А я тебе говорил, что она завидует, а ты мне не верила, — прошептал парень. Огнева только хмыкнула на это. Лёша занимался гимнастикой у-шу — спортивно-боевыми искусствами. Василиса не раз наблюдала, как он фехтует с мечом и шестом, а еще делает сложные комплексы упражнений, причем с довольно воинственным видом. Раздались смешки. Осталец выглядел немного смешно на экране. По её мнению, это была та же художественная гимнастика, только с оружием. Но Лёша называл себя бойцом и очень гордился принадлежностью к ушуистам. — Ты что, какая гимнастика?! — обычно возмущался он. — Это искусство боя! Хотя с твоей растяжкой и акробатикой ты бы сразу очутилась у нас в сборной. Но Василиса, улыбаясь, говорила, что вместо меча ей вполне хватает мяча или палочки с лентой. — Верно, потому что я твой рыцарь, а ты, принцесса, танцуй, — улыбнулся Рознев. Вот и сейчас она лишь покачала головой и произнесла задумчиво: — Правда, если я теперь попаду в интернат, неизвестно, смогу ли дальше заниматься гимнастикой… — Вышла бы во двор и пошла бы тренироваться, — только сказала Эйми. Василиса жила с якобы троюродной бабушкой по маминой линии — Мартой Михайловной. Правда, еще лет в шесть девочка случайно услышала разговор бабушки с соседкой и узнала, что та не является ее родственницей и просто присматривает за Василисой по просьбе отца. Но даже после раскрытия этой «страшной тайны» она продолжала называть свою опекуншу бабушкой и делать вид, что ни о чем не догадывается. — Доброта или что-то другое? — спросила Чёрная Королева. Мама Василисы исчезла много лет назад. Марта Михайловна туманно отзывалась о ней, как о ветреной, легкомысленной красавице, нашедшей более подходящего мужа. Но при этом «бабушка» краснела и отворачивала глаза. — Вот почему ты не можешь нормально врать, — съехидничал Фэш. — Покраснела и всё тут. Рыжеволосая недобро посмотрела на него. — И всё тут, ты в пролёте. Как ты там говорил? — вернул ему Ник и произнёс прежде, чем друг успел заткнуть ему рот. — «Потому что слишком мило». — А ты поэтому всё время заставляешь её краснеть, — «вдруг» поняла Диана. — Вот дойдём до вас, я вам припомню, — заверил Фэш, пока Василиса… прятала покрасневшие щёки. — Они такие милые, — улыбнувшись, неожиданно произнесла, чтобы её не услышали дети, занятые свои разговорами, Диара Дэлш. Миракл засмеялся, увидев ещё больше обалдевшее лицо друга. — У Нортона сейчас инфаркт случится, — старался он сдерживаться, но не часто увидишь эмоции у этого Огнева. — А это мы ещё даже на следующие книги не перешли, — притворно вздохнула Эймилара, покачав головой. — И даже не восемнадцатая глава. Или там восемнадцатая в третьей книге, или шестнадцатая во второй, или вся шестая. Хотя бы двадцать пятая в четвёртой. Мы уже теряем господина Огнева, а ведь Фэш даже не появился. Раздался смешок со стороны Адриана. Даже уже он не может сдержаться, видя лицо мужчины. — Хочешь сказать, что ты не знал всего этого? — лукаво спросила Лисса. — Хочешь сказать, что ты знаешь? — удивился Нортон. Лисса промолчала, отводя взгляд, но улыбку не убрала. — Мы тоже знаем, — невзначай произнесла Селена, а Диаман подкрепил сказанное кивком. Миракл засмеялся пуще прежнего, привлекая внимание юного поколения, и даже Диара не сдержалась и, прикрыв рот ладонью, прыснула. Остальные прождав пару секунд, тоже рассмеялись. — Василис, продолжай, пожалуйста, а то мы твоего отца и правда до инфаркта доведём, — обратилась к ней Эйми, а потом уже тише добавила. — Так это вы ещё не знаете про Дейлу и Норта. Нортон принял самое равнодушное выражение лица, на которое способен. — Вы его добили, — успокоившись сказал Константин, и Чёрная Королева не сдерживала улыбку. — Поздравляю. Мы не дошли до конца предисловия, но уже всё. (А тем временем Марк, Норт, Дейла и Маришка посреди этого всего. «Да, камон, больше поговорить не о чём?») Из чего маленькая Василиса сделала вывод, что опекунша говорит так по чьему-то наущению или чтобы отделаться от вопросов. — И интересно, кто дал такую характеристику, — мигом нахмурилась Лисса, вспомнив о чём там говорилось. — Точно не я, если ты на это намекаешь, — сказал Нортон тихо, чтобы до других не дошло. — Про другого мужа, я бы точно не сказал, потому что более подходящего ты никогда не найдёшь. — Твоя самооценка не знает границ, — возмутилась женщина, даже не ища в этих словах другого смысла. Огнев вздохнул, понемногу приходя в себя. Зато девочка точно знала, что отец ее жив и проживает за границей. Бабушка рассказывала, что он весьма занятой человек и работает в некой важной секретной фирме. И не пишет Василисе, чтобы не навлечь на нее беды. Возможно, говорила опекунша, он когда-нибудь приедет за дочерью, если уйдет с этой загадочной работы… — Детские невинные мечты, — выдала Черноключница, а на Нортона стали падать осуждающие взгляды. Сама Марта Михайловна слыла знаменитой на весь район кошатницей. Василисе иногда казалось, что к их подъезду сходятся хвостатые всей Земли. У Марты Михайловны в трехкомнатной квартире обитало более десятка верещащих «пушистиков» и около двух дюжин постоянно вертелись у порога. Сколько Василиса себя помнила, вокруг вечно находились кошки, за которыми приходилось убирать. А еще кормить, расчесывать и следить, чтобы они не дрались между собой. — Поэтому ты испугалась треуглов, даже не увидев их? — спросил Фэш, а остальные подумали при чём тут треуглы. — У меня не самые приятные воспоминания о представителяx кошачьих, — выдала Василиса и тихо затараторила. — И кто их вообще не испугался бы? Ты сам напрягся, когда мы застряли. Брюнет промолчал, а Лёша заинтересованно вслушивался, гладя в сторону. — Но представители кошачьих прям всегда будут присутствовать в твоей жизни, — не очень громко произнесла Эйми. — Ужас, — вздрогнула Дейла. — Ага, поэтому половину времени всегда проводила у Лёши. — Половину времени? Ты у меня обосновалась, — вознегодовал Рознев. — Родители даже отдельный диван купили в мою комнату, чтобы я на нём спал. — А причём тут Василиса? — удивилась Диана. — А Василиса спит на моей мягкой, удобной и шикарной кровати. И скажу вам, на полу спать не очень, — важно покачал он головой. Ребята засмеялись, а рыжеволосая покраснела и принялась за книгу. — И зачем ей нужна была опекунша, если она проводила всё время у друга? — задался вопросом Нортон, смотря на дочь. — Ты это у себя спрашивай, — рассмеялся Миракл. Потому Василиса очень обрадовалась, что всё-таки поедет в летний спортивный лагерь благодаря доброте и настойчивости тренерши — отдохнет от кошачьего царства. В ту сказку, что отец когда-нибудь приедет за ней, Василиса перестала верить лет с восьми. И прекратила писать ему письма, когда нашла в шкафу под полотенцами толстую пачку: ни одно послание опекуншей отправлено не было. Скорей всего, после исчезновения мамы отец предпочел забыть о дочери — вот и вся «работа». — Подождите! — воскликнул зодчий. — А это не те письма, которые лежат у тебя на нижней полке в кабинете? Нортон прикрыл глаза, пока остальные изумились этой новости. — Откуда ты знаешь про это? — даже не попытался опровергнуть эту новость мужчина. — Зашёл тебя искать, но в кабинете тебя не было, а полку ты забыл закрыть на ключик, который рядом лежал. Три ряда писем, а наверху лежал рисунок с большой бабочкой с розовым… — Цветочком, — закончила за него Василиса и опустила взгляд, в котором что-то промелькнуло. — Ага, — уже тише подтвердил Миракл и замолчал. Неловкую тишину прервал на секунду дрогнувший голос часовщицы. Василиса знала, что Марта Михайловна получала какие-то деньги, кроме пенсии. Раз в месяц опекунша посещала местное почтовое отделение и возвращалась с большими пакетами сухого корма и других кошачьих деликатесов. Для Василисы всегда имелась маленькая шоколадка. — Маленькая шоколадка? — возмутился Нортон. — Там можно было купить не просто маленькую шоколадку. Кроме того, Марта Михайловна покупала обязательную бутылочку коньяка, которую вечером и выпивала, становясь очень сентиментальной: гладила Василису по голове, рассказывала истории из своей молодости, а потом засыпала и почивала целые сутки, а иногда и больше. — Но это было не только после бутылочки коньяка, — заметил Лёша. — Поэтому всегда было легко уйти ночью. Чёрная Королева и господин Огнев возмутились этой новости. — Кого ты подобрал, на милость мне скажи, — потёрла переносицу Лисса. — А я почему-то не удивлён, — высказался Константин. — Вот почему девочка такая свободолюбивая. — И непослушная, — выдала Елена. Селена с Диаманом промолчали. Сказать о Василисе Огневой толком они ничего не могли. Только со слов других. И вдруг Марту Михайловну хватил удар — сердце не выдержало: пропала ее любимая кошка Стрелка. Старушку отвезли в больницу, а что делать дальше с Василисой — решительно никто не знал. — Любить, кормить и никогда не бросать, естественно, — сказала Эймилара, одна из самых ненапряжённых персон этой комнаты. Прошло две недели, и девочка по-прежнему жила одна в квартире. Соседка тетя Галя приносила еду и даже давала деньги на расходы, нарочито громко, на весь подъезд, жалея девочку и выдвигая планы по устроению ее дальнейшей судьбы. — Как же это раздражало, — вспомнила Василиса. Лёшка тоже не забывал приносить что-нибудь вкусненькое, но вот от его денег Василиса решительно отказывалась. — А вот от «случайно» купленного килограмма яблок не отказывалась, — усмехнулся Рознев. — Яблоки — это святое, — только буркнула девочка. Собственно, девочка потихоньку начинала подумывать, что, может, ее просто оставят в покое, и она будет жить как-нибудь сама — например, на настоящую работу устроится… — Раздавать листовки, — предложила Эйми. — Или пошла бы на тр… — договорить парню не дали. В его нахальное лицо прилетела книга от вмиг покрасневшей подруги. — Статус лучшего друга не защищает тебя от повреждений, — сказала Василиса, демонстративно отодвинувшись и сев прямо, пока волшебница скривилась из-за бедной книги. — Что он хотел сказать? — спросила Николь. — Не важно, — активно помахала головой Чёрноключница, ища нужную страницу. — Радуйся, что остальные не живут в России и не поняли тебя, — подправила себе юбку Эймилара. — Прости, Василис, — виновато улыбнулся блондин. — В соцсетях пересидел. Девочка продолжила читать, не взглянув на друга. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, Василиса глубоко вздохнула и радостно произнесла: — Ольга сказала, что я точно еду в лагерь, представляешь?! — Здорово! — обрадовался Лёша. — Наша команда тоже едет. Тренер больше всего желает, чтобы летний Кубок стоял у него в учительской у всех на виду. Они рассмеялись почти одновременно и от этого захохотали еще громче. И так, болтая о всяких мелочах, не заметили, как почти дошли до своего дома. Оставалось лишь пройти вдоль забора, ограждавшего детский сад, и… — Эй, малявки! Они обернулись. Ну надо же — Инга, и не одна, а со своим парнем — Витькой-боксером. У Василисы вмиг похолодела спина от нехорошего предчувствия. — Интуиция, моя интуиция, — покачала головой рыжеволосая. — Это ты просто идёшь по пути интуиции, — не сдержался Лёша, и его поддержала Эймилара, но никто их не понял, кроме Адриана, которому приходится выслушивать чуть ли ни всё об этой игре. — Мне кажется, рыжая-бесстыжая, ты забыла извиниться! — сладким голосом пропела Инга. — А почему бесстыжая? — задала очевидный вопрос Николь. Лёша засмеялся ещё сильней, а Василиса прикрыла рукой глаза. — А вот этой истории я не знаю, — подала голос волшебница. — То есть про их знакомство и письма вы знали? — удивилась Селена. — Естественно, — улыбнулась она. — Я знаю, что в будущем господин Огнев и Василиса вместе их разбирали. Отец с дочкой переглянулись. — Конечно, я там не присутствовала, всё же очень личное. Но что-то такое было… Или будет… Я знаю, — подтвердила она. — А вот почему рыжая-бесстыжая без понятия. — Может не надо? — попросила Василиса. — Надо, надо, — предвкушающее потёр ладоши Маар. — Мне тоже интересно, — сказал Ник. Девочки согласно закивали. — У нас день историй что ли? — прикрыла глаза Маришка, облокачивая голову об спинку дивана. — А может нам тоже что-нибудь перекусить? — попросил Миракл, обращаясь к светловолосой. Только мужчина закончил говорить, как стол перед ними немного увеличился, и на нём появились вкусности. Этажерки с фруктами, конфетами и кондитерскими изделиями с разных сторон. Маленькие закуски с мясом на палочках, салфетки, немного тарелок с столовыми приборами. Стаканы с соками или чаем. Около ножек стола ближе к взрослым появились бутылки вина и одна бутылка коньяка. Получился мини фуршетный столик. — Пф, — немного рассмеялся Константин, увидев алкоголь. — Это нам говорят, мол готовьтесь дальше морально? — Возможно домовики подумали, что вы, как и прошлые гости захотите немного выпить, — предположила Эймилара и посмотрела на Лёшу. — Так что там с историей? — На самом деле в ней нет ничего такого, просто Инга сделала из мухи слона, — сказал парень. — Это было время после уроков, мы всем классом решили поиграть. — Поиграть? — приподняла бровь Захарра, взяв в руки печенье. — Ага. Наш класс очень дружный, поэтому как бы решение вместе поиграть тогда не было чем-то странным. Но игра не просто так. Победитель получает три желания, которые распространяются на весь класс. Очень ценно, — приподнял он палец. — А что за игра? — спросил Маар. — Обычные догонялки. Догоняющий, а это победитель прошлой игры, ловит и помечает других. Если тебя пометили, то ты переходишь на сторону догоняющего. Победитель тот, кого поймали последним. Территория игры — школы и участки при ней. То есть мы бегали не в самой школе, а около неё. Догоняющий тогда был Дима, неплохой бегун, поэтому все сразу начали прятаться и убегать куда подальше. Перемотаю сразу события и перейдём к концу, — сделал вид Лёша, что перемотал плёнку. — В конце игры у нас остаётся два-три человека. — То есть тебя уже пометили, — заметил Ник. — К сожалению, — подтвердил Рознев. — Одним из этих оставшихся стала Василиса. — Во время игры, — взяла слово девочка. — Я натыкалась на человек пять, которые должны были меня поймать. Шестая стала Ленка, но так как я уже подустала, убегать стало довольно сложно. Поэтому я решила спрятаться. У нас рядом со школой есть отдельное здание для бассейна и рядом с ним два маленьких. То есть одно — для девочек, так сказать, раздевалка и для мальчиков. Вот я и залетела в один из них, пока Лена осталась за поворотом и не увидела меня. И конечно, не посмотрев, я оказалась в… — Мужском, — ударила ладонь в ладонь Диана. Откуда-то со стороны взрослых послышался булькающий звук, но Орден Дружбы не обратил внимание на него. — Верно, — кивнула Василиса. — Моя удача просто мне сказала пока-пока. Благо, в ней никого не было. Но я для надёжности залезла в один из шкафчиков, и дверь его захлопнулась. И только тогда я поняла, что нахожусь в мужской раздевалке через маленькие щели в дверце, — натянула улыбку девочка. — Шикарно. Захарра прыснула в кулак. — Это же надо так, — провёл по волосам Фэш, во всю улыбаясь. — Благо, что время было после уроков, а то бы зашёл какой-нибудь класс, — покачала Огнева головой. — И повзрослела бы раньше времени, — попытался сдержать смех Лёша, но всё же пару смешинок вырвалось. Ребята попытались принять серьёзный вид, мол они не поняли эту шутку, а то здесь взрослые сидят, и только Василиса покраснела, закрываясь волосами. И Маришка с Марком посмотрели кто куда, пряча улыбки, а близнецы Огневы оба в пол, чтобы отец не видел их выражение лица. — Чувствую, этот парнишка доконает нас своими словами, как и леди Эймилара — тихо высказался Миракл, вспомнив также раннее высказывание светловолосой. — Уже вторая шутка… подобного рода от него. — Надо бы его пересадить от Василисы, — сказал Нортон, смотря на остальца с самым невозмутимым выражением лица. — С другой стороны, их средний статистический возраст это пятнадцать, — заметила Диара Дэлш и неуверенно продолжила. — Так что, вроде, это нормально для них… — Твои дети выросли, а ты не заметил, — издал смешок зодчий. — Ладно, ещё первый оказался в этой раздевалке Лёша, — услышали они опять голос Василисы. — Когда я его заметила, забарабанила по этой злосчастной дверце. Ну, и он меня освободил. — Как только отсмеялся, — дополнил парень. — Странно, что ты вообще зашёл искать Василису в мужскую раздевалку, - произнесла Диана. — И что получается, — вновь заговорила рыжеволосая. — Выхожу из этой раздевалки, и рядом кто проходит? Правильно, Инга! Кто же ещё это мог быть! — А она надумала, наверняка, — поняла Николь. — А за тобой ещё и Лёша выходит, — тоже дошло до Данилы. — Одно радует, я выиграла игру, — слабо улыбнулась девочка. — Ну хоть что-то, — позволила себе смех Диана. — Ладно, с этим разобрались. Давайте, продолжать. Все вновь расселись, чтобы было удобно смотреть на экран, взяли себе перекус и начали наблюдать. Витька, нагло ухмыляясь, подошел ближе. — С чего это она должна перед тобой извиняться? — хмуро спросил Лешка, заслоняя собой подругу. — А с того, — Глаза Инги сузились. — Великая логика, — усмехнулась Захарра. — Уйди, малыш, не мешай… Рыжую давно пора проучить. — Я не рыжая! — с вызовом ответила Василиса из-за плеча Лешки. — Потому что ты у нас блондинка! — воскликнул Рознев. — Нет, подожди. Брюнетка. Шатенка? Русый? — продолжал предполагать он. — Розовый. Зелёный, — щёлкнул пальцами. — Голубой. — Мы поняли всю глупость этого высказывания, осталец, садись, — утихомирил его Марк. — Не могу представить Василису блондинкой, — нахмурился Ник. — Не вяжется. — А я могу, — усмехнулась Эймилара. — В будущем она сможет стать и блондинкой, и русой, и брюнеткой. Наверное, если постараться, то и в зелёный перекрасится. — Что? — сразу возмутился Нортон-старший. — Зачем портить себе так волосы? «Нет, с зелёным я переборщила» — послышался бубнёж. — Эм… не знаю, — развела руки Василиса. — Это у неё способность такая, — продолжила Ли. — Прочитаем об этом в один из последних дней. — Что за способность такая? — тихонько возмутилась Маришка. — Она, Великий Эфларус, богиней станет, чтобы себе цвет волос менять по щелчку пальцев? Эймилара продолжала держать усмешку. — Интриганка, — осклабился Рознев и подал подруге знак продолжать. — И извиняться не буду, дылда. — Слышь, малявка! Витька угрожающе хрустнул пальцами. Диана недовольно цокнула. Он шагнул к ним, намереваясь щелкнуть Лёшку по носу. Но тот опередил здоровяка: быстрым движением схватил его за предплечье, подставил подножку и повалил на землю. — Молодец, — кивнул Маар. К сожалению, это был лишь краткий миг превосходства. — Никто и не сомневался, — приподнял уголок губ Норт. Витька взревел, с усилием перевернулся, и они с Лешкой покатились по земле. Разозленная Инга кинулась на Василису, — Кикимора болотная, — недовольно изрекла Николь. Но та успела отскочить в сторону, трезво оценивая свои шансы против здоровенных ногтей противницы, выставленных вперёд. Надо сказать, дылде изрядно доставалось от тренерши за эти коготки. — Коготки? — усмехнулась Захарра. — Никогда не понимала, зачем делать слишком длинные, — посмотрела на свои ухоженные ногти Дейла. На счастье, мимо проходила веселая и многочисленная компания, которая и растащила дерущихся за уши. Витька громко ругался, потому что некая девушка со стрижкой под каре принялась отчитывать его, пока один из парней держал горемычного за руки. Инга, не стыдясь, жалобно всхлипывала. — Жалко выглядит, — только произнёс Фэш. — В лагере мне не попадайся! — зло крикнула она Василисе — Мы жили в одном домике. И тут же запричитала: — Отпустите его, он больше не будет… Благодаря тому, что на них больше никто не обращал внимания, Лешка и Василиса смогли тихо и незаметно улизнуть. — Ну и молодцы, — сказала весёлая Диара Дэлш. — А то и до вас начали бы докапываться. — А вы уже сталкивались с таким? — спросила Диана. Взрослые переглянулись, что не осталось незамеченным. — Конечно, сталкивались, — фыркнув, вдруг ответила Чёрная Королева. — Сама не раз замечала их. — Мы все были молоды, — улыбнулась женщина и подмигнула детям. (Где что сломалось?) Добравшись наконец до своего подъезда, они встали под слабым, дрожащим светом фонаря, единственного работавшего на всей улице. — Что за проблемы с освещением? — нахмурился старший Лазарев. Лёшка первым делом ощупал нос. — Фу, не сломан! — облегчённо выдохнул он. — А то он меня, пока мы на земле были, лбом как стукнул! Женская половина поморщилась. Василиса неловко топталась на месте, чувствуя себя виноватой. — Как всегда, как всегда, — закатил глаза Рознев. — Лёш, извини… всё ж из-за меня. — Чего, чего, а твоей вины там не было, — проговорила Диана. — И вообще, разве у Инги мама не волнуется? Что это она со своим парнем гуляет? — Ты не виновата, что она завидует, — подхватила Захарра. — Пусть дальше давится завистью. — Ну что вы, — успокоила их Василиса. — Она хорошая на самом деле, просто спорт, конкуренция, все дела. Подруги фыркнули, ни грамма не поверив в эти слова. — Почему мне кажется, что Инга — это предварительная версия Резниковой на Остале, — прошептал Ник. — Маришка: бета-версия — скоро в доступе, — засмеялся Лёша, и снова его поняли только три человека. — Нашли с кем сравнивать, — возмутилась блондинка. — Кому, кому, а этой Огневой я точно завидовать никогда не буду. — Так звучит, будто ты другим Огневым завидуешь, — заметил молчавший Примаро. Резникова кинула взгляд на Дейлу, потом на Норта, снова на подругу, обратно и посмотрела на экран. Двойняшки заинтересовались. — Продолжайте, — махнула рукой Маришка. — Да ладно, — отмахнулся Лешка, — здорово подрались. А тебе, кстати, не помешало бы выучить пару приемчиков, а то совсем защищаться не умеешь. — Потом, как блинчиком по рубашке, крыльями по щеке, между ног, — вспомнила Эйми и засмеялась. — И всё связано с Марком. Ляхтич только приподнял голову. Сейчас, разбежались. Не будет он этого стесняться. Тогда станет больше насмешек. — Вот я знаю, только про удар ниже пояса, — произнесла Захарра. — А вот что всё остальное? — Это в конце первой книги, а другое в начале третьей, — пояснила волшебница. — Ещё долго, — огорчилась девочка. — Конец разговорам? — спросила Василиса. — Уже конец, давайте дочитывать. Точнее, досматривать. — Вряд ли у меня что-нибудь получится… — Сравни себя здесь и когда смотрела в себя в зеркале перед перемещением в Змиуалан, — вновь перебила её Эйми. Василиса подавила судорожный вздох. — Всё молчу, молчу. — С твоей физической подготовкой — получится, — заверил Лёшка. — Только это, боевой дух у тебя того… слабый очень. — И опять про тоже, — сказала волшебница и замолчала. По её расчётам первой должны склеить рот Захарре, а потом только ей. Василиса не ответила. Но подумала, что если она собирается ехать в летний лагерь, надо действительно поднимать боевой дух: Инга там житья не даст. — Астрагор там не даст жить, новые знакомые, алый цветок, Змиулан, и в целом жизнь не даёт жить, — заметила девочка. — Жизнь не даёт жить, — усмехнулся Рознев. — Гениально, запишу себе. — Ладно, пора домой. — Неужели вы это поняли? — «изумилась» Чёрная Королева. Лёшка первым нырнул в подъезд. — Ну что, потом зайдешь? — спросила Василиса, когда они поднимались по лестнице и улыбнулась: — Кто за тебя алгебру решит? — Оу, эти перилы, — умилилась девочка. — Опять история, связанная с этим? — спросил Ник. — Нет, просто вспомнила, как Лёша всё время скатывался по ним ко мне. Он же на этаже выше жил. — На учёбу, тренировки, прогулки, встречи с одноклассниками, — вспомнил парень. — И на много чего ещё. Но и ты не меньше, а можно сказать даже больше, бегала ко мне. — Это странно звучит, — заметила Эймилара. — Ха, не все же такие умные, как ты. — Лёшка ухмыльнулся. — Считаешь ты здорово, что и говорить. «Еще бы!» — подумала Василиса, вспомнив о ежедневных упражнениях, которые давала ей Марта Михайловна. Иногда девочке казалось, что опекунша решила сделать из нее математического гения: каждый вечер Василиса решала задачи, чаще игровые или логические, но с обязательным применением чисел. И всегда у Марты Михайловны имелись наготове новые ребусы, откуда только она их брала? — Теперь известно откуда, — мимолётный взгляд на отца. Но теперь опекунша была в больнице, и у Василисы появилось много времени… Даже Лёшку можно было пригласить, потому что кошки неожиданно исчезли — ни одной больше не крутилось у порога. Странное и непонятное, но всё же приятное событие. Лёша жил на пятом этаже, а Василиса — на четвертом. Потому они оба увидели приоткрытую дверь и услышали голоса, доносившиеся из бабушкиной квартиры. — Ого, у тебя гости? — удивился Лёша. Сердце у Василисы ёкнуло. — Предчувствие, — только сказал Данила. Ей вдруг почему-то стало страшно. Не понимая, что делает, она развернулась и со всех ног побежала вниз. — Интуиция, — поправила его подруга. — Одно и тоже, — помахал он рукой. На улице стало легче: прохладный ветерок нежно дул в лицо, гладил воздушными ладонями по макушке, успокаивая. — Василис, что с тобой? — Рядом оказался недоумевающий друг. — Это просто моё состояние весь этот год с тобой. Я рядом, но не понимаю, что происходит, — покачал блондин головой. — Главное, что рядом, — улыбнулась Василиса. — Как же без этого. — Лёшка, я туда не пойду. — Да не волнуйся, ты чего? Кто-то тронул Василису за плечо. Девочка обернулась — тётя Галя, её соседка. Глаза женщины блестели от восторженных слёз. — А я подумала она плачет, — сказала Диана. — Василиса, девочка моя, — пропела она. — Такая радость! Там твой отец… — Собственной персоной что ли? — удивился Миракл. — Нет, только Эрн, — скрестил руки Нортон, морально готовясь к следующим главам. Что-то у него… интуиция заработала. Сказала, что сейчас будет худо. — Мог и сам приехать, — надулся зодчий. — Двенадцать лет прошло, а он ни-че-го.***
…Эксклюзивные услуги — доступны не для всех… …Круто, тогда я тонкорог… …Ты будешь гореть в аду… …Как оказалось госпожа Азалия просто по маленьким мальчикам… …Берёшь, прицеливаешься… Глава 5. «Разговоры и разговоры»
Примечания:
Да начнётся чтение! (Не слишком ли банальна реакция?)
