Путешествие в один конец

POV Виктория Сквозь сон я услышала, как отпирался засов - и тут же подскочила, вырываясь из цепких лап сна. Всю ночь мне снились кошмары, и заснуть мне удалось относительно недавно, пусть и очень крепко… Но из-за этого я теперь чувствовала себя разбитой, совершенно невыспавшейся и несобранной. Оказалось, это был Хорхе - он принёс завтрак. Кусок хлеба с серо-розовой намазкой, грубо нарезанные фрукты и, конечно, воду. Я попыталась заговорить с пиратом, но тот явно не был настроен на общение, и я быстро оставила эту идею. - Позволишь мне сходить в туалет? Каждый раз, задавая этот вопрос, я чувствовала, как краснею. Да, в естественной потребности не было ничего предосудительного; да, никто не делал мне замечаний и пока не отпускал шуток на эту тему; и все же каждый раз было очень, очень неудобно. Унизительно. Почему я должна была просить о такой мелочи? Конечно, Хорхе без лишних комментариев проводил меня, куда нужно. Вернувшись в камеру, я сполоснула руки и принялась за завтрак, то и дело встречаясь с внимательным взглядом парня. - Ты не голоден? - улыбнувшись, я предложила ему бутерброд. Аргентинец отрицательно покачал головой. Сегодня - я обратила внимание - пистолет был направлен не прямо на меня, а просто зажат в руке. Я списывала это на привычку держать палец на курке при любых обстоятельствах. - Это паштет из свиной печени, - пояснил парень, кивнув в сторону подноса. - Съедобно. - Спасибо. Он был серьёзен, даже хмур, я бы сказала. Разумеется, я не ожидала, что мы будем хохотать и дружески общаться сразу после знакомства, но в нашу первую встречу мне показалось, что он был чуть более расположен ко мне, чем сейчас. Собрав посуду, я отдала поднос парню. На выходе из камеры он бросил: - К тебе скоро придут. - Кто? Но Хорхе ушёл, оставив меня без ответа. Таинственным посетителем оказался ещё один молодой парень, не считавший нужным представиться. Он заставил меня сесть напротив выхода и вытянуть перед собой руку ладонью вверх. Я не стала сопротивляться, однако когда он вынул из-за пояса жгут и шприц с мутной жидкостью внутри, я вжалась спиной в стену, спрятав обе руки. - Что это такое?! - А тебе не все равно? - парень зажал шприц зубами и взял жгут в обе руки. - Я не позволю… - Да кого это ебет? - промычал он, приближаясь. Я дёрнулась в сторону, уворачиваясь от него, и подскочила на ноги. Мы замерли друг напротив друга, внимательно глядя, что собирается делать каждый из нас. Спустя несколько секунд пират тяжело вздохнул, убрал шприц за пояс и достал оттуда пистолет. Я почувствовала, что у меня дрожат ноги, и коснулась стены ладонью, пытаясь удержать равновесие. - У тебя два варианта, - передергивая затвор, спокойно заговорил он и наставил дуло на меня. - Либо я делаю тебе инъекцию, либо я простреливаю тебе колено и все равно делаю инъекцию. Я издала неопределённый горловой звук, не в силах справиться со страхом. Мы глядели друг на друга ещё несколько секунд, и я сдалась: - Хорошо. Делай… - Можешь же, когда хочешь, - он издевательски улыбнулся и жестом предложил мне занять прежнее место. Ноги еле донесли меня до светлого угла. Пират убрал пистолет в кобуру, опустился на колени рядом со мной и перетянул руку жгутом чуть выше локтя. Было больно, но вполне терпимо. Затем он достал шприц, но не спешил сделать укол, глядя на то, как постепенно набухает вена. - Она хотя бы в первый раз используется? - я кивнула в сторону иглы. Пират заглянул мне в глаза. Его зрачки не были расширены, но мне все равно было страшно от его взгляда - у него были глаза не совсем психически здорового человека. - Не поверишь - но да, - ответил он совершенно серьезно. - Что ты мне вколешь? - Что сказано, то и вколю, - на этом его разговорчивость закончилась. Инъекция была тяжелой, болезненной, неприятно щипала вену. Рука потяжелела и болела от плеча до середины предплечья. Закончив процедуру, парень молча снял жгут и ушёл, закрыв за собой дверь, но не на засов, а просто захлопнув ее. Я почувствовала, что сердце начало биться быстрее. К лицу прилила кровь, стало жарко, и я поспешила умыться остававшейся у меня водой, но это не принесло никакого облегчения. Голова начала кружиться, но внезапно стала совсем легкой, и я чувствовала, как непроизвольно закатываются глаза. Во всем теле внезапно появилась слабость, и мне захотелось выйти на улицу, на свежий воздух - однако не хватило сил открыть дверь, и я отключилась прямо возле неё, сползая по стене на пол. С каждым разом сознание возвращалось все менее охотно, медленнее, тяжелее. В этот раз почему-то болели руки, особенно плечи. Прежде, чем осознать себя в пространстве, я дёрнулась - и почувствовала, что боль стала ещё ярче. Это несколько отрезвило. Я поняла, что сижу на стуле, привязанная и по рукам, и по ногам, причём руки были связаны за спиной - оттого и болели суставы в плечах. Из раскрытого рта капнула слюна; я подобралась, вскидывая голову, о чем моментально пожалела - голова заболела так, словно по ней ударили. Я не сдержала жалобного стона, открывая горящие глаза. Потяжелевшие веки слушались неохотно, а ещё очень хотелось пить… В комнате было скорее темно, горела единственная лампочка где-то на стене справа от меня. Передо мной, в паре шагов стоял стол с разбросанными по нему бумагами, а за столом сидел Ваас и что-то то ли читал, то ли писал - до сих пор я сомневалась, умел ли он и то, и другое. Я зашевелилась, и пират поднял голову, глядя в мою сторону. - Очнулась? - спросил он, улыбнувшись. - Что… - пришлось прокашляться. - Что со мной? - Ничего не болит? - издевательски заботливо поинтересовался мужчина. Я прислушалась к ощущениям. Болело все, но плечи - особенно. Пираты явно перестарались, стягивая их веревками, и лишнее движение могло привести к вывиху плечевого сустава. Не дожидаясь ответа, пират встал с места и подошёл ко мне. Зажав мой подбородок, он заставил меня поднять голову и посмотреть на него снизу вверх. - Ты - моя сучка, Виктория, - проговорил он почти по слогам. - Повтори. Я вырвала подбородок из его пальцев и отвернулась. - Повтори. Я молчала. - Повтори! Тишина. Удар. Голова отлетела вправо, загорелась скула. От резкого движения я буквально почувствовала, как мозг ударился о черепную коробку. - У-м-м… - я закусила губу, стараясь подавить болезненный стон. Я не доставлю ему такого удовольствия! - Повтори, что я сказал тебе, Виктория. Я молчала. Он все равно бил бы меня, не за это - так за что-нибудь другое. Я знала. Потому что он мог себе это позволить. Ещё один удар. Я издала короткий стон, на глазах проступили слёзы. - Повтори, Виктория. Ты - моя сучка. - Легко бить связанную женщину, правда? - не поворачиваясь, едко спросила я. Ваас снова зажал мой подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. Он ещё не был зол - но ему явно не было наплевать на мои слова. Мое неповиновение вкупе с правотой действовало ему на нервы. - Я не вижу здесь женщины, Виктория, - спокойно проговорил он. - Я вижу здесь только сучку. Мою сучку. - И что дальше? - спросила я. Пират сильно, до боли сжал мою челюсть сильными пальцами. - Ты будешь делать все, что я хочу. Сейчас я хочу, чтобы ты сказала, чья ты сучка. Я молчала, глядя ему в глаза. Ваас отпустил мое лицо, поднялся на ноги и резко, практически молниеносно приставил пистолет к моему лбу. Меня прошиб ледяной пот, сразу же задрожали колени. - Я могу убить тебя, если захочу!! - закричал он. Я почувствовала, как он брызжет слюной. Пират взвёл курок. Сердце, что и так учащенно билось, сейчас готово было выломать рёбра и выскочить из груди. - Отвечай мне, тварь!! Он ударил меня по второй щеке рукой, в которой был зажат пистолет. От боли и страха я заплакала, зажмурилась, но не могла выдавить из себя и слова. - Чья ты сучка, Виктория?! - Убей меня… - умоляла я сквозь слёзы. Мужчина бросил пистолет на стол и опустил обе руки мне на шею. Он сжал ее с такой силой, что я не могла дышать, будто пытался сломать мне трахею. Я распахнула глаза и встретилась с его взглядом: безумным, полным ярости взглядом, от которого хотелось расплакаться. Внезапно Ваас отпустил меня и заходил по комнате, чтобы успокоиться. Я сделала судорожный вздох, пока могла - повреждённое горло саднило, было ощущение, что что-то застряло в нем и не даёт мне нормально сглотнуть. Я не хотела злить пирата - черт возьми, я не самоубийца!! Но не могла, я не могла сказать того, что он хотел от меня услышать. Шаги Вааса стихли за моей спиной. Я замерла, чувствуя, как все тело напрягается, будто пружина, в ожидании боли. Шершавая ладонь коснулась моего плеча, прогладила его до шеи; пальцы коснулись затылка и с неожиданной мягкостью почесали его, от чего по спине пробежали мурашки. - Я могу бросить тебя здесь, Виктория, - шёпот щекотал левое ухо, - одну, связанную и беспомощную. Пока тебя не найдёт моя команда. Тогда ты пожалеешь, что жива. - За что? - прошептала я в ответ. - Ребята не трогают мои игрушки, знаешь, почему? - Почему? - Потому что я могу отстрелить яйца любому, кто прикоснется к моим вещам. Ваас зарылся носом в мои волосы, сделал глубокий вдох. Я почувствовала, как его губы практически касаются моего виска. От него несло дешевым табаком, и от этого запаха тошнота подступала к горлу. Хотелось отвернуться, поморщиться, но за такое неуважение пират наверняка всадил бы пулю мне в ногу - я чувствовала, что и так балансирую на грани его терпения и вот-вот сорвусь вниз. - Никто из них не посмеет прикоснуться к моей сучке, Виктория, - шептал он мне в висок. - Даже если она будет умолять сделать это. Знаешь, почему? - Потому что ты убьешь любого, кто посмеет? - Да, querida. Ты же умная девочка, - он обошёл меня и сжал мои щёки, не позволяя отвести взгляд. - Скажи мне, чья ты сучка, Виктория? Его взгляд прожигал во мне дыру. Он ждал этих слов, будто его ломало без них. Он жаждал услышать, как я признаю, что он владеет мной. - Я твоя сучка, Ваас, - прошептала я, сдавшись. Пират отпустил мое лицо, и я опустила голову, чувствуя, как начинают гореть от стыда и унижения щеки. Слёзы неконтролируемо текли по щекам, и я всхлипнула, но тут же умолкла, боясь снова получить удар. Ваас отвлёкся на бумаги, лежащие на столе, и что-то в них искал - но недолго. Повернувшись ко мне, он широко улыбнулся. Я заметила, что он что-то держит в руке. - Открой ротик, Виктория, - сладко улыбаясь, попросил он. Я боролась с желанием плюнуть ему в лицо на протяжение несколько секунд, но желание выжить победило гордость. Я послушно разлепила пересохшие от страха губы и приоткрыла рот, приподняв голову. - Какая умница! - восхитился Ваас, опуская что-то мне на язык. - Проглоти это. Взвесив таблетку на языке и оценив ее размер, я сразу ответила: - Нужна вода. Я подавлюсь. Кроме того, таблетка была ещё и горькой. - Как скажешь, querida! Ваас снял с пояса флягу, открыл ее и, взяв мое лицо за подбородок, помог мне сделать пару глотков воды. Я проглотила таблетку, понимая, что меня ждёт очередное забвение. - Зачем ты делаешь это? - спросила я, чувствуя, как слёзы выжигают глаза. Пока у меня ещё было время запомнить его ответ. Мужчина нежно стёр слёзы с моего лица большим пальцем и улыбнулся, и от его улыбки мне окончательно стало не по себе. Клянусь, если бы его глаза метали молнии, мне было бы не так страшно… - Потому что могу, Виктория. Потому что могу.