Путешествие в один конец

POV Виктория Взгляд туземки из бунгало Вааса не выходил у меня из головы. То, как по-хозяйски лежала ее рука на его бедре, сказало мне о большем, чем я хотела знать. У Вааса была женщина, с которой он жил, и хотя мне должно было быть все равно, почему-то не было. Хорхе, помогавший мне проводить инвентаризацию медпункта, сразу заметил перемену в настроении: - Все хорошо? - Да, да, - поспешила заверить я. - Просто устала. Последние несколько дней выдались тяжелыми… эмоционально. Я уже рассказала ему в подробностях историю о погибшем в моих руках пациенте, поэтому остальное он додумал за меня. - Ты переступила свой страх, и это уже дорогого стоит, - он ободряюще улыбнулся. - Все наладится, Виктория. - Спасибо, Хорхе. И за помощь, и за поддержку… Я не ожидала, что встречу в плену кого-то, кого буду так рада видеть. Парень плавно вернул разговор в деловое русло, отвлекая меня от мыслей о загадочной женщине, а через некоторое время в медпункт привели Хосе, напоровшегося на торчащий из строительной балки гвоздь. Оказав мужчине первую помощь, я поймала себя на мысли, что ничто в жизни не приносит мне столько удовольствия, сколько приносит помощь другим. Мелисса - так, как выяснилось, звали спутницу Вааса - неотрывно следила за каждым моим движением, пока я меняла ее мужчине перевязку. Поначалу я смущалась, но довольно скоро мне надоело это пристальное наблюдение, и я позволила себе погладить Вааса по плечу, якобы укладывая бинты поудобнее. - Скоро будешь здоров и цел, как новенький, - улыбнулась я, вытирая руки от мази полотенцем. - А когда ты вернёшь мне мой веселенький пакетик? - В ближайшее время. Твой мотор, - я легонько хлопнула себя кулаком по груди в области сердца, - перенёс колоссальную нагрузку. Пожалуйста, не перенапрягай его, если хочешь жить долго и счастливо. - А секс считается чрезмерной нагрузкой? - внезапно подала голос Мелисса. Когда мы оба одновременно повернулись к ней, она демонстративно закинула одну гладкую ножку на другую. - Нет, не считается, - я старалась звучать как можно равнодушнее и перевела взгляд на Вааса, - но от исполнения разных акробатических трюков, пожалуйста, воздержись. - Ну тут уж как пойдёт… - Мелисса хищной кошечкой посмотрела на Вааса, который, к моему облегчению, не выглядел особо настроенным на плотские утехи через секунды после моего ухода. - Мелисса, оставь нас на минуту, - не поворачиваясь к спутнице, попросил Ваас не допускающим возражений тоном. С недовольным выражением лица, но молча женщина покинула бунгало. - Не обращай на неё внимания, - Ваас прям в ботинках запрыгнул в постель и вытянулся, с удовольствием зевнув. - И не подумала, - равнодушно бросила я, собирая использованные бинты, чтобы их утилизировать. - То-то я вижу, как у тебя глаза сверкают, когда Мелисса открывает рот. Я замерла и почувствовала, что мои щёки предательски заливаются краской. Не поднимая на пирата глаз, я тихо ответила: - Не люблю, когда под руку задают некорректные вопросы. - Будем считать, что так и есть. - Ты же не думаешь, что я ревную? - я выпрямилась в спине и заглянула пирату в глаза сверху вниз. Ваас широко улыбнулся, но отрицательно покачал головой. - Вот и славно. Я приду к тебе вечером, если, конечно, Мелисса не решит менять тебе повязки сама. Не дожидаясь ответа, я взяла пакет с вещами и пошла к выходу. - Твоим рукам я доверяю больше! - донеслось мне вслед. Я улыбнулась, но про себя. Мелисса курила на улице. Смерив меня оценивающим взглядом, она затушила бычок об обивку бунгало и подошла ближе, и ее выражение лица не предвещало ничего хорошего. - Мы с Ваасом знакомы столько лет, что уже сроднились, как супруги, - заявила она, глядя на меня чуть снизу вверх. Я равнодушно пожала плечами: - Здорово. Мне-то какое дело? - Я же вижу, как ты на него смотришь, британка. - Врач, выполняющий свою работу без сострадания - редкостный циник. А у меня пока что есть сердце. - Если ты будешь смотреть на моего мужчину глазами котёнка, останешься и без глаз, и без сердца, - пообещала туземка и развернулась на каблуках, показывая, что разговор окончен. «Раз говорит со мной об этом - видит во мне соперницу», - усмехнулась я. Перед обедом я оглядела вычищенный совместными с парой мужчин усилиями кабинет и поняла, что медпункт готов к нормальной работе. Под него был выделен отдельный домик - и если до этого приемным покоем служил предбанник, то теперь на кабинет первичного осмотра я смогла отвести целую комнату! За ширмой из соломы находился мой уголок: там я поставила шкафчик с медикаментами, закупленными пиратами и собранными со всего лагеря. Там же сейчас хранились таблетки Вааса, хотя я не сомневалась, что где-нибудь в тёмных уголках его бунгало у него припасена пара заначек. После обеда заглянул Тони. Он порезал палец о край консервной банки и просил моей помощи. «Вот и изнежила я мужчин», - подумала я с улыбкой, глядя на ровные края ранки. Обработав ее, я замотала его палец пластырем. Мужчина резко схватил меня за руки: - Док, может, тебе нужен ещё один помощник? - Боже, нет! - я испуганно высвободилась, слегка отодвинувшись от пирата. Мне стало неловко за столь резкий ответ, и я продолжила мягче: - Спасибо за предложение, но я прекрасно справляюсь сама. - Но ведь Хорхе же тебе помогает. - Да, но только в свободное время… - У меня тоже есть свободное время, док, - он улыбнулся, и от его улыбки мне стало не по себе. Возможно, потому что у него отсутствовал один из передних зубов? - Э-э-э… Тони, верно? - Ага! Его глаза блестели нездоровым блеском, и я подумала, что он, скорее всего, под чем-то. Большинство пиратов в лагере (за редким исключением) употребляли что-то на регулярной основе. Я бегло осмотрела Тони: он был выше меня почти на голову и крепче в разы, а потому спорить с ним было бы… неосмотрительно. - Что ж, Тони… Если мне понадобится помощь, я дам тебе знать, хорошо? - я принялась убирать разлетевшиеся по столу этикетки от пластыря. - А Хорхе… получает награду за свою помощь? - Награду? - не поняла я. - Ну да. Награду, - он сделал акцент на этом слове и подмигнул мне, когда я повернулась в недоумении. - Нет… Но если это так важно, я могу что-нибудь придумать. «Черт возьми, да отвяжись ты от меня уже! - я начинала злиться. - И так работы полно, ещё и ты со своими вопросами!». - Я многое умею и готов предложить свои услуги за хорошую цену. - Здесь все на добровольных началах, - отрезала я. Тони подошёл ко мне вплотную, и его ладони внезапно оказались у меня на талии. Я замерла, не зная, как реагировать: вырываться? Кричать, звать на помощь? - Плата, которая меня устроит, не будет стоить тебе ни цента, - тихо ответил Тони. «О Боже, я поняла, что он имеет в виду!». - Думаю, в таком случае я вынуждена отказаться от твоих услуг, - я почесала нос левой рукой, вывернув ее так, чтобы буква V бросилась мужчине в глаза. Это произвело должное впечатление. Мужчина тут же убрал руки с моей талии, а масляный блеск его глаз сменился на злобное бессилие. - Как скажешь, док, - бросил он и покинул кабинет. Только после того, как за ним хлопнула входная дверь, я позволила себе по-настоящему испугаться. Опустившись на ближайший стул, я закрыла лицо руками, сжалась в комочек и судорожно вдохнула. Меня трясло. Хорхе пытался выпытать причину моего упавшего настроения, но я упорно отказывалась рассказывать о случившемся. Мне не хотелось сеять какую-то вражду между членами команды Вааса, но ещё больше я боялась, что аргентинец никак не отреагирует на случившееся - ведь я все-таки пленница, и мой статус в этом обществе был предельно низок. Поэтому на перевязку к Ваасу я шла в скверном расположении духа, надеясь, что хотя бы Мелисса не будет встревать со своими дурацкими расспросами про половую жизнь. Я уже занесла кулак над дверью, когда до меня донёсся громкий стон. Первой мыслью было, что с Ваасом что-то случилось, но прежде, чем я успела что-то сделать, мозг сообразил, что голос принадлежал женщине. Стон повторился. Раздалось приглушенное: - Да, Ваас! Покраснев, я отскочила от двери, как от огня, и принялась оглядываться, надеясь, что никто этого не видел. Как назло, мимо проходил Бен. - Ты чего? - удивился он. Я подошла к нему и почему-то заговорщицким шепотом объявила: - Ваас там не один! - И что? - не сразу понял он. Я выразительно округлила глаза, и тут он либо догадался, либо расслышал: - А-а-а… - Уходить не хочу - уже закрыла медпункт, а под дверью стоять как-то невежливо, - я развела руки в стороны. - И что делать? Бен остановил взгляд на двери Вааса и резко прищурился, на губах появилась насмешливая улыбка: - Она ведь знала, что ты придёшь… Ревнивая сучка! - О чем ты? - удивилась я. - Мелисса, - он кивнул в сторону дома и вдруг махнул рукой: - Забудь, короче. Пойдём со мной пока, поговорить нужно. Я не стала с ним спорить. Как и Хорхе, Бен внушал мне доверие, хоть и не был расположен ко мне с самого начала. Правой руки Вааса, чья метка сегодня спасла меня… от чего-то ужасного, я не боялась. По крайней мере, не так, как остальных. - Твоя помощь очень ценна для нас, Виктория, - заговорил Бен, когда мы оказались в укромном уголке, - но ты все же не забывай, что ты здесь пленница. - К чему ты клонишь? - Видишь ли… - он мялся, не решаясь продолжить, но все же заговорил: - Я не хочу, чтобы у тебя создавалось ложное впечатление, что тебя здесь приняли и ты теперь в полной безопасности. Я вспомнила, как Тони прикоснулся ко мне, и содрогнулась. - Поверь, - заверила я, - у меня нет такого впечатления! - Что-то случилось? - от зоркого взгляда Бена не укрылась моя реакция на его слова. Я поспешила успокоить его: - Все в порядке. Мне неоднократно указывали на мое место в пищевой цепи, и я его хорошо запомнила. Бен мне не поверил, но продолжать расспросы не стал. Проводив меня до бунгало Вааса, он прижался ухом к двери, но через несколько секунд, презрительно усмехнувшись, отошёл в сторону, отрицательно покачал головой и развёл руки в стороны. Я поняла, что придётся подождать ещё, и опустилась на бочку у дома напротив. С каждой минутой солнце опускалось ниже, и я уже расстроилась, что менять повязку придётся в полутьме, когда дверь бунгало открылась, и из неё вышла Мелисса с зажатой в зубах сигаретой. Взглянув на меня сверху вниз, она лениво проговорила: - Он весь твой, медсестричка. - Меня интересует только его лопатка, - усмехнулась я, проходя внутрь. Ваас уже успел надеть бриджи, но ещё не обулся и просто сидел на постели, глядя в пол. Смятые простыни и одеяло за его спиной говорили сами за себя. Я постучала по косяку, привлекая его внимание. Почему-то мне было обидно, и я чувствовала, как дрожат мои губы. - Да? - он вскинул голову, и его губы растянулись в плотоядной улыбке, когда он узнал меня. - О, Виктория! Проходи! - Присядь за стол, пожалуйста, - натянув улыбку, попросила я. - Там чуть больше света. - Как скажешь. Пират покорно занял стул, и я приступила к работе, но мой взгляд то и дело останавливался на смятом одеяле. - Ваас, я же предупреждала - без акробатики! - воскликнула я, глядя на следы крови на перевязке. - Что такое? Я молча продемонстрировала ему бинты и, вздохнув, полезла за перекисью в сумочку, которая была у меня с собой. Остановив слабое кровотечение, я обеззаразила рану - позлорадствовав, когда Ваас невольно зашипел от боли. Хотелось закончить побыстрее, чтобы уйти из этой чертовой комнаты, больше не видеть эту дурацкую мятую постель и не думать о том, что здесь происходило, и о том, почему мне так не хочется об этом думать. - Как прошёл день? - между делом поинтересовался Ваас. Я заставила его приподнять руку и ответила будничным тоном: - Нормально. Твой, очевидно, был веселее. - Я заебался сидеть дома, Виктория. - Выходи на улицу, я тебе не запрещаю. Желание поддерживать разговор не было, и Ваас, похоже, это почувствовал. Он больше не задавал мне вопросов, а молча двигался, помогая мне перебинтовать его плечо. Закончив с процедурой, я вытерла руки, и в бунгало как раз вошла Мелисса. Она опустила руки на плечи Ваасу и спросила: - Сколько ещё перевязок нужно сделать? - Посмотрим по состоянию раны, - равнодушно ответила я и ядовито улыбнулась: - Если моя компания так напрягает тебя, Мелисса, я могу показать, как это делается. Женщина смерила меня презрительным взглядом с головы до ног и собралась что-то ответить, но не успела. - Обе - заткнулись, - встрял Ваас. - Мелисса, не груби доктору. Виктория - не груби Мелиссе. - Ты-ак точно, - на шотландский манер ответила я, собирая вещи. Меня бесило видеть их вдвоём. Я злилась, глядя на то, как миниатюрные ладошки хозяйски сжимают плечи Вааса. Но ещё сильнее меня раздражало, что я ревновала его к Мелиссе, хотя ещё месяц назад желала смерти этому мужчине за то, что он со мной делал. - Спокойной ночи, - холодно пожелала я, собрав вещи, и тихо вышла на улицу. Было уже темно, подул ветерок. Я зябко повела плечами: стало немного не по себе возвращаться в камеру в таких условиях. Наверное, это был первый раз за всю историю моего пребывания в плену, когда я оказалась на улице ночью сама по себе. - Эй, док! - резкий возглас Тони откуда-то из темноты заставил меня вздрогнуть. - Ты чего так поздно тут шастаешь? - Делала перевязку Ваасу, - ответила я в темноту. - Ну иди-иди. Спокойной дороги. - Благодарю. Добежав до камеры, я наконец почувствовала себя в безопасности. Все, что произошло сегодня: и приставания Тони, и угрозы Мелиссы, и разговор с Беном - производило на меня угнетающее впечатление. Мне позволили отрастить крылья, дали относительную свободу, но ошейник как будто ещё плотнее сомкнулся, мешая мне дышать.