Чужой подарок

Найти обратную дорогу к роднику было не проблемой... Но чем больше Джеймс приближался, тем больше его охватывало волнение. Гуль со злостью, почти со страхом представлял, как найдёт Воробья уже мёртвым... Или, в лучшем случае, будет вынужден выслеживать его по следам и запаху. Чем он был ближе, тем сильнее его охватывала уверенность в скорых неприятностях из-за этого пирата. Выходя к роднику, гуль поймал себя на том, что в горле его клокочет тихое раздражённое рычание... Но это рычание моментально стихло, стоило ему увидеть раздражающе-знакомую фигурку (на Жемчужине Норрингтон частенько украдкой подсматривал за ним) Джека, что очень важно, живого, и даже нашедшего в себе силы, чтобы поменять положение тела - повернуться на бок. Джеймс довольно улыбнулся, приближаясь. Он невольно замер в нескольких шагах от жертвы, когда с лёгким удивлением и приятным волнением понял, что та сейчас, наконец-то, очнется. Гуль наблюдал с каким-то странным интересом. Пират слабо шевельнулся, с трудом открыл глаза, медленно поморгав, жмурясь от боли, и выглядя откровенно-непонимающим. Воробушек осторожно притронулся к ране, случайно нажал, ощупывая её; вскрикнул от новой вспышки боли. - Не вздумай трогать рану! - жёстко приказал гуль, тут же шагнув к пирату. Джек вскинул на него удивленный взгляд, видимо, только сейчас осознав его присутствие. В тёмных глазах пташки отразились сперва вопрос, затем подозрение, и, наконец, понимание. - Мой корабль... Ты... Чёрт! - пират попытался подобраться и принять сидячее положение, покачнулся от слабости, и, заметив, что враг вновь шагнул к нему, подбираясь ближе, предупреждающе закричал: - Не подходи ко мне! Гуль невольно улыбнулся - "А ты на удивление быстро осознал нынешнее положение вещей и расстановку сил, Джек!". - Тише, Воробей, тише! Не дергайся. Я не сделаю тебе больно, - издевательски проворковал гуль, вновь шагая к пирату, и показывая ему безоружные руки. - Я только хочу помочь тебе - видишь ли, так вышло, что я незапланированно нанёс тебе небольшую травму, и теперь ты нуждаешься в моей заботе, пташка, - последнее слово Норрингтон нарочито подчеркнул. - Церковь... - понимающе протянул Воробушек, вспомнив. - Ты ударил меня головой об стену, сволочной убийца! Гуль, наконец, оказался совсем рядом, присел перед жертвой на одно колено, и плавным движением сцапал её за оба запястья. - Не дергайся, - предупредил Джеймс. - У тебя наверняка сотрясение мозга, так что тебе нужно если и двигаться, то двигаться очень осторожно. А пока что я даже сам тебя донесу - пусть это будет жестом моего извинения, хорошо, Воробей? Пташка подозрительно прищурилась, глядя ему в лицо. - С чего такая забота, командор? - счёл нужным спросить Джек, стараясь хотя бы временно суметь отвлечься от боли и головокружения. Он явно ожидал ещё одну, очередную, подставу от этого человека. - Ты считаешь меня мразью, которая не способна просто так спасти раненого человека? - полушутливо спросил Норрингтон, с лёгкой насмешкой разглядывая мордашку Джека. - Считаю, - серьёзно и обиженно ответил Воробей. - Пожалуйста, скажи хотя бы вот что - что стало с моей Жемчужиной и моими друзьями? Это очень важно для меня! И как вышло, что меня оставили тут... И как тут остался ты? - Все вопросы потом, - категорично покачал головой гуль. - Сначала я доставлю тебя к месту нашей ночёвки. Я очень кстати нашёл здесь, на острове, небольшой заброшенный дом, вполне ещё пригодный... Идём, скоро начнёт темнеть, а мне нужно ещё много чего успеть - обработать твою рану, найти дров и еды, принести воды, напоить тебя лечебным отваром. Нет времени сидеть тут и просто болтать. Джеймс хотел было взять его на руки, но пират торопливо попросил: - Подожди-подожди! Мне кажется, я слышал где-то совсем неподалёку журчание воды... Пить очень хочется. Норрингтон с пониманием кивнул, подобрал ту же самую бутылку, вновь наполнил её родниковой водой, и вновь принялся поить Джека, предупредив: - Только пей маленькими глотками, Воробей. Не хватало мне только, чтобы ты простудил своё горлышко! Пират увлечённо утолял жажду, кажется, совсем не послушавшись его совета, и вдоволь напившись произнёс: - Хоть ты и делаешь всё это, наверняка, из-за какой-то своей тайной выгоды, но всё равно - спасибо. Теперь мне даже чуть легче, несмотря на боль и слабость. - Да не за что, - ухмыльнулся гуль, беря Джека на руки, и плавным шагом, совсем не похожим на походку человека-пьяницы, старательно изображаемого им на Тортуге, направился к заброшенному дому. Он ориентировался точно, словно бы шёл по стрелке невидимого магического компаса. - Всё же надо признать, что кое в чём я виноват - тогда, когда ты помог мне спасти Элизабет, я поступил дьявольски подло - отдал тебя на казнь, хотя чувствовал, что по-совести было бы просто отпустить. Мысленно гуль улыбнулся, подумав, что подобрал слова вполне правильно, и объяснился так, что сумел хоть частично успокоить жертву. - Одно только скажи, - осторожно как бы боясь ответа, попросил Воробушек. - Уилл и Элизабет. Они живы? - Я уверен, что да, - не задумываясь соврал гуль, очень аккуратно перехватывая его тушку поудобней. Он совсем не был уверен, даже склонялся к противоположному варианту. Но считал, что пташке противопоказано любое волнение. Состояние депрессии совсем не способствовало процессу выздоровления.