Ошибки прошлого

      Вэй Ин задумался. Как ему спасти родителей? Была бы сейчас у него в руках Ченьцин… А впрочем, зачем она ему? У маленьких детей духовные силы золотого ядра бьют через край. Дети не могут ими пользоваться только из-за непонимания, как они действуют. Часто дети не справлялись с силами, и ядро повреждалось, но все это происходило только из-за юношеского ума и отсутствия опыта. Ребенок не понимал, что это ядро из себя представляет, и как им пользоваться. А у Усяня был груз опыта за спиной, да и тем более сейчас он взрослый человек в детском теле. У Мо Сюаня было довольно слабое ядро, и в сражениях это не добавляло плюсов, совершенствовать его Усянь не хотел, поэтому использовал темный путь даже в новом теле. Ядро же самого Вей Ина было сильным. Даже алкоголь не мешал его развитию. Так почему же ему не попытаться спасти родителей самому? Он знал много заклинаний и мог убить любую нечисть. Был единственным минус: для его родителей это будет выглядеть неправильно, но, даже если они его отругают, он готов принять наказание. В любом случае эта маленькая жертва стоит спасения дорогих ему людей. — А-Сянь, что с тобой? — обеспокоенно спросила Цансэ-саньжень. Через силу улыбнувшись, Усянь немного отошёл от родителей. — Все хорошо, матушка, — он опустил взгляд в пол. — Ну раз все хорошо, нам надо отправляться в путь, — Чанцзэ взял Усяня за руку. — А куда? — спросил Вэй Ин у отца. Он плохо помнил детство, и не знал цели поездки. — К дяде Цзяну, — для Чанцзэ он был хорошим другом и верным подчинённым. Цзян Фенмянь даже сделал его личным советником. До этого Усянь не встречал Цзян Чена и А-Ли, первую встречу с ними он помнил хорошо. Поэтому есть два варианта: либо он правда забыл их первую встречу, либо же Чанцзэ и Фенмянь давно не виделись.       Выйдя из постоялого дома, Вей Ин понял, что они не далеко от Юньмэна. Долго идти не пришлось, они дошли до берега и взяли лодку. Примерно несколько часов сплавления по реке прошли в беседах на разные темы. Усянь пытался не выдать себя и разговаривать по-детски. Вопросы, задаваемые им, были до ужаса смешными и глупыми, на что молодые родители, смеясь, отвечали. А-Сянь заметил, что он очень похож на маму характером и чертами лица, а остальное в нем от отца. Его родители были прекрасными людьми. Конечно, они иногда ссорились по мелочам, но быстро мирились. Да и на ссоры это было не особо похоже, так, небольшие размолвки.       За разговорами они и приплыли в Юньмэн. Сянь-Сянь очень скучал по этим краям. Он не был здесь с того времени, как начал жить в Гусу. Сойдя на пристань Лотоса, Усянь погрузился в родной запах специй. Уличные торговцы заманивали красивыми речами. Усянь помнил, как он покупал тут вино и корни лотоса, помнил, как его здесь все знали. Подойдя к воротам Ляньхуа, Вэй Ин настороженно остановился, так как боялся гнева Цзян Чена. Боялся именно гнева, а не самого заклинателя, ведь их силы равны, и от этого страха было не по себе. Но это было глупо — сейчас Ваньинь его даже не знает. Вздохнув, А-Сянь вместе с родителями зашёл в главный двор, где их встретила мадам Юй. Она с каким-то презрением посмотрела на Цансэ, но та, будто и не заметив этого взгляда, приветливо поприветствовала её, да ещё и сказала, что та выглядит даже лучше, чем в юношестве. Юй лишь промолчала и поджала губы. Теперь Вэй Ин понял, в кого у Ваньиня такой характер.       Вэй Усянь даже не знал, что они были знакомы, да ещё и в юности. Эти отношения чем-то напомнили ему его самого и Цзян Чена. Они общались примерно так же. Неужели они и правда хорошие друзья? Мадам Юи выглядела безупречно, впрочем, как и всегда. Следом вышел и поприветствовал гостей Феньмянь. Он подхватил А-Сяня на руки и наигранно покряхтел, ссылаясь на быстрый рост детей. Глава Цзян часто так делал, да и вообще был очень добр к Вэй Ину. Сначала к Цзян Чену в детстве относились так же, но потом все строже и строже. Усяню же в любом возрасте прощали все шалости и строгости не проявляли. — Где же А-Ли и А-Чен? — спросила Цансэ. — А-Чен болен, а Яньли за ним присматривает. Боюсь, они не выйдут к нам сегодня, — ответил Фенмянь, — но, я надеюсь, вы к нам не на один день? — Не на один, а дальше по обстоятельствам. — Тогда прошу за стол, — всё-таки переборов себя, мадам Юи вспомнила о должном гостеприимстве хозяйки. Сейчас накрытый стол было сложно назвать пиршеством, скорее уж семейным обедом. Именно тут Вэй Ин и ел с приемной семьей раньше.       Чанцзэ с главой клана разговаривали о чем-то своем. Из их беседы можно было понять, что они не виделись несколько лет. Хотя, Вэй Ин не особо вникал в ее суть, а ел привычно острую еду. Он ещё помнил вкус еды из Гусу. Хоть то, что приносил ему Лань Чжань было более-менее жгучим, оно не могло сравниться с едой из Юньмэна. Так же тут был его любимый суп из рёбрышек и, когда Усянь его попробовал, у него закралось подозрение, что его готовила его любимая шицзе. И его догадка оказалась верной — Цзян Фенмянь расхваливал дочь за умение готовить даже в таком юном возрасте. Вспомнив о дочери, глава ордена решил отнести обед ей и больному сыну, но Вэй Ин быстро вскочил и попросил позволить сделать это ему, сказав, что хочет познакомиться. Не теряя времени, Вэй Ин убежал с тарелками и маленькой кастрюлькой, даже не спросив дорогу.       Он хорошо помнил, где находятся покои Цзян Чена, ведь он сам жил там же какое-то время. Так как обе руки были заняты, Вэй Ин аккуратно постучал по двери ногой и отошёл. Ему открыла Цзян Яньли и увидев еду, улыбнулась. Потеряв равновесие, Вэй Ин упал на пол, но сохранил координацию и не упустил ничего из рук. — Можешь звать меня А-Ли, — девочка забрала суп и протянула ему руку. — А-Сянь, — мальчик принял её руку и поднялся. — Спасибо, только будь тише, брат только что заснул, — Вей Ин беззвучно кивнул и посмотрел в сторону кровати. На ней спал маленький Цзян Чен. Пожалуй, только во сне он не был ворчлив и не ругался с Сянь-Сянем. Таким Вэй Ину он нравился больше. — А-Ли, если хочешь, то ты можешь идти, я послежу за ним. Мне несложно, — Вэй Ин мягко улыбнулся, а вот Яньли замахала головой, отказываясь от помощи, — ладно, раз не хочешь, что я могу поделать.       А-Сянь знал, как она любила заботиться о них, порой даже себе во вред, и именно поэтому не стал с ней спорить. Наверное, Ваньинь не примет его опять, но ничего, у них будет достаточно времени, чтобы подружиться. Даже молчания хватило, чтобы Вэй Ин снова полюбил шицзе. Хотя, он и не переставал. Долгое время она и А-Чен были ему родными. Только они его поддерживали во всем. Может, конечно, было бы лучше вообще не появляться в их жизни, но все же Вэй Ин очень хотел этого. Цзян Чен проспал до самой ночи, а когда он проснулся Усянь не знал — он сам ушел спать. Организм все еще помнил режим сна в Гусу, поэтому Вэй Ин заснул рано.       Следующий день Вэй Ин хотел провести вместе с родителями, но у него не получилось. Цансэ и Чанцзэ все время общались между собой. Пришлось весь день провести с Яньли и больным Цзян Ченом, который начал немного выздоравливать. Ближе к вечеру Вэй Усянь ушел к родителям, ходил за ними и запоминал каждое слово. А потом прибежал подчиненный клана Цзян и рассказал о лютом мертвеце, появившемся в местном лесу и мешавшем жителям деревни. Вэй Чанцзэ и Цансэ решили действовать ночью. Цзян Фенмянь пытался отговорить их, сказав, что пошлет людей разобраться, но родители Усяня стояли на своём.       Уложив Вэй Ина спать, они ушли. Усянь же, немного подождав, двинулся следом. Он аккуратно шел за ними, пытаясь не шуметь, но вдруг позади него треснула ветка. И это было не из-за него. Обернувшись, он увидел Цзян Чена. — Что ты здесь делаешь? — довольно громко спросил он. Вэй Ин округлил глаза и зажал ему рот рукой. Тот начал мычать. Сянь-Сянь испугался, что они сейчас привлекут внимание матери и отца, или же он потеряет их след. Цзян Чен попытался ударить его, но Вэй Ин завалил его на траву. — Молчи и иди обратно, — шёпотом возмутился Усянь. Ваньинь замотал головой и продолжил мычать.