Ошибки прошлого

       Вернувшись, Цижень сразу написал письмо брату, который, к слову, ответил рано утром. Второй Лань честно поведал, где нашёл девушку и её историю. Цихен-цзюнь же сказал, что пусть брат заселяет её в покои учеников и то, что он не против её обучения. Но вот была одна проблема: все комнаты были заставлены по три спальных места, что было максимальным разрешённым числом. Была лишь одна комната с двумя кроватями. И это были самые страшные для новичка покои. Они принадлежали Цансэ и Юи. Девушки дружили, но это скорее было внеземное терпение госпожи Юи. Делать, в конце концов, нечего. Придется предупреждать девушек о новой соседке.        Цижень практически сразу после занятий отправился в город, но ещё в Гусу его перехватили Чанцзэ и Фенмянь, которые попросили изгнать духа сегодня, ведь, возможно, он почти полностью захватил тело девушки, и они опоздали. Они немного посмеивались, но это не вызвало подозрений, а зря. На самом деле причина была очень странной — Цансэ заметила второго Ланя возле покоев друзей. На это адепты клана Цзян сказали, что он делал проверку на вино и ничего не нашел. Но Санжэнь не поверила, потому что через секунду они достали несколько кувшинов. В её голове закралось подозрение, и она стала оглядываться по сторонам и ждать засады от друзей.       Цижень согласился, ведь у него все было готово, после он все же отмахнулся от парней, которые так и норовили увязаться за ним. Подойдя к борделю, который сейчас был постоялым домом, второй Лань сразу заметил Сань Мин. Увидев его, девушка коротко поклонилась в знак уважения. — Тебе уже выделена комната в женских покоях. Вещи не требуются, тебе выдадут всё нужное.        Девушка кивнула и направилась за удаляющимся Лань Циженем. Все же ей было радостно из-за того, что она нашла молодого господина, который мог помочь с её обучением. Да и её родители и сестра были рады за неё. Но в этом была выгода и для клана Лань, ведь заклинатели при главе клана очень ценились, тем более если эта девушка станет сильной заклинательницей. Несколько минут ушло, чтобы подняться опять до Гусу. Второй Лань выдал девушке жетон и остановил проходящую мимо ученицу из приезжих адептов, чтобы та показала её комнату.       Остальной день у Лань Циженя прошел в медитациях для повышения духовной силы. А Сань Мин познакомилась с соседками, которые оказались разными как огонь и вода. Одна из них была задорной и даже предложила выпить вина вечером или в выходные, другая отстранённо фыркала на Цансэ и новенькую практически не замечала. К ночи Санжэнь ещё раз спросила, не хочет ли Сань Мин повеселиться, и, увидев отказ, пожала плечами и ушла.       Когда девушка зашла за угол, её подхватили под ноги, закрыли рот рукой и надели мешок на голову. Это произошло так быстро, что она даже не успела ничего сообразить или вскрикнуть, но после начала вырываться. Пара рук понесла её в неизвестном направлении. Через какое-то время её усадили на стул и привязали к нему. Рот был закрыт заклинанием молчания, но она всё равно пыталась кричать. Когда убрали черный мешок, она встретилась глазами с вторым Ланем, который чертил ритуальный круг. — Кляп в углу, — сказал юноша и снял заклятие. Двое адептов из Юньмэна быстро пошли к другому концу комнаты и порылись в черной сумке. — Что происходит? Отпустите меня быстрее, — никто её не слушал, а, увидев злые ухмылки Чанцзэ и Цзян Фенмяня, она даже побледнела, — Что вы хотите делать? Цижень-гэ, с ними то все понятно, но ты… Не трогайте меня! Со мной все нормально. Если вы убьете меня, то это не сойдёт вам с рук.       Второй Лань поднял взгляд на вырывающуюся девушку, которая сейчас пыталась укусить руку Вэй Чанцзэ. Цижень начертил в воздухе талисман и направил на Цансэ, которая до сих пор скалила зубы. — Отойдите. — Цижень, это боевой талисман? — обеспокоенно спросил Цзян Фенмянь. Лань коротко кивнул и сказал: — Это не она, тело не будет повреждено, но это поможет удержать духа, — мужчина был готов выпустить заклинание в девушку, которая тот час побледнела. Предвещая боль она зажмурилась, ведь её все равно бы никто не послушал. Второй Лань через секунду выпустил талисман, но до девушки он не долетел — его перехватил вставший между ней и Ланем Чанцзэ. Вэй скорчился от боли и осел на пол. Все же заклинание было сильным. — Второй молодой господин Лань! Не трогайте её. С ней все хорошо и злого духа нет! — залепетал Фенмянь, быстро развязывая девушку, — мы не знали, что так получится. — Угрх, вы совсем из ума выжили? — второй господин устало потёр лоб, — он отойдет завтра-послезавтра, потому что он человек, не захваченный злым духом. Я позову лекаря. — Все нормально, не надо — Вэй Чанцзэ сел на пол, оперевшись одной рукой о грудь, а другой о землю, чтобы не упасть, — идти смогу.       Цансэ несколько раз моргнула, подскочила к другу и начала раздвигать ханьфу. На месте удара красовался небольшой ожог, который должен был пройти через несколько дней. — У меня есть травы для обрабатывания раны. Дурак, — Цансэ-Санжэнь отвесила лёгкий подзатыльник сидящему на полу другу, — вы не могли сразу сказать и не играть этот спектакль? — Я был инициатором. Мы думали, что будет весело, — Чанцзэ посмотрел на рассерженное лицо девушки. — Видимо, тебе всё вернулось бумерангом. Это было вообще не смешно, ещё и Циженя впутали. Но второй господин тоже не глуп и мог бы догадаться…       На такое высказывание Лань Цижень поджал губы — да, мог догадаться, но не захотел. Он чувствовал свою вину. — Ладно, пойдёмте по комнатам. Я зайду в свою и возьму травы, помогите Чанцзэ дойти, — после этого девушка удалилась, а троица, покачиваясь, пошла к мужским покоям. Усадив адепта, Фенмянь опустился на свою кровать, а второй Лань смотрел на плод своей глупости в виде ожога. Через несколько минут пришла Цансэ, обработала рану и дала пострадавшему лекарство. Закончив, она удалилась в свои покои, при этом жутко уставшая и обиженная на троих бессовестных юношей, которые уже три тысячи раз успели пожалеть. Но даже в этом девушка нашла выгоду — теперь они все ей должны. В её голову закралась мысль о мести, пусть и не такой устрашающей, но довольно многообещающей.       Ровно через два дня Лань Цижень обрёл уж очень пристальное внимание адепток, которые томно вздыхали при виде него. Это мешало занятиям, ведь девушки перестали учиться. А вот Цансэ загадочно хихикала. Осознание того, что это как-то связано с внешним видом, пришло не сразу. Но после занятий второй господин поспешно ушел искать что-то, где можно посмотреть отражение. Найдя бочку и склонившись над ней, Цижень обомлел. Ровно через секунду половину Гусу огласила отборная ругань, и обладателю этих криков первый раз было плевать на то, что он нарушил сразу два правила: не шуметь и не использовать бранные слова…