Ошибки прошлого

— Цижень-гэ, ты же понимаешь, что я не смогу взять Вэй Ина с собой? Мне нужно его где-то оставить… Да и, тем более, если бы я его не взяла, он бы сам ушел за нами. — Я тебя понял, — мужчина кивнул и посмотрел на мальчишку, который спокойно шел рядом и вообще никак не мешал, — сейчас нет учеников из других кланов. Зайдите в последние покои и сидите там молча. Не включайте свет, могут заметить. — А ты куда? —спросила Цансэ. — Я отведу мальчика в свои покои. — Так, Вэй Ин, если что-то случится то отправляйся в Юньмэн и живи пока у Фенмяня. Мы потом вернёмся туда. Ты не можешь пойти с нами, там довольно опасно, да и тем более у тебя ноги короткие, убежать не сможешь и меча нет, — девушка присела на одно колено перед сыном, — если что, то в постоялом доме я оставила сумму, которой тебе должно хватить на путь в Пристань Лотоса. — Ладно, но я ведь мог вам пригодиться в чем-то. — Нет, это слишком опасно, — повторил слова жены Чанцзэ. — Надеюсь, вы уже закончили. Следуй за мной, — Цижень направился уже по знакомому Усянем пути. Доставлять неприятностей он сейчас не хотел, поэтому пусть и правда пойдут сами. Но в самом деле их не поджидает смертельная опасность, ведь глава Лань не убьет человека без надобности, — если кто-нибудь зайдет, то прячься за ширмой. Не шуми и не зажигай свет. — Хорошо, учитель Лань, — Вэй Ин кивнул и сел на показанное место за ширмой.

***

— Цансэ будь тише, — ткнул в плечо жену Вэй. — Ты представляешь, ведь в этих покоях жил ты и Фенмянь когда-то. Тут вы пили вино со мной, тут нас застукивал Цижень на нарушениях… — Ностальгируешь? — мужчина подошёл к стоящей возле окна Цансэ и положил руки ей на плечи, — тогда вспомни как мы стояли на коленях в наказание и я первый раз признался тебе. — Это было прям очень «романтично», — девушка усмехнулся и показала в воздухе в кавычки. — А тебя что-то не нравится? Я всегда думал, что ты не такая как все и тебе романтика не нужна. — Пф, я же девушка. — Да-да, по твоим ударам и характеру видно, — после слов мужа Цансэ обиженно фыркнула. — Ладно, врать не буду, но мне и правда не хватало романтики от тебя. По крайней мере сейчас. — Есть время это исполнить. — А может и нету, — девушка поджала губы, — кто знает исход этой вылазки. — Все будет хорошо. Сейчас тебя будут защищать уже не один я, но и Вэй Ин. — Непривычно видеть его таким умным. — Привыкнешь, — мужчина запечатлил лёгкий поцелуй в висок. Через несколько минут пришел Цижень и провел их до покоев мадам Лань. — Цижень-гэ, постой на стрёме, мало ли, — девушка показала на ближайшие дерево, где всю.дорогу было видно как на ладони. Второй Лань не стал долго отпираться и встал на заданное место. Цансэ обошла дом в поиске окна и нашла только одно, которое было не сковано он солнца. Постучав в него, она заметила огонек зажженный в помещении. Через секунду оттуда показалась голова до боли знакомой девушки, — Сань Мин? Как так? — Цансэ? Чанцзэ? Почему вы здесь? — Мы пришли вызволять госпожу Лань, но как я поняла это ты, — Цансэ оглядела знакомую, — можно войти? — Да конечно, — девушка отошла, давая проход. Цансэ ловко залезла в окно, а следом и её муж. — Как это получилось? Мне казалось, что ты хотела быть странствующей заклинательницей или как минимум совершенствовать свои умения, — Цансэ присела на ближайший стул. — У меня не было выбора. Ты права, я хотела совершенствоваться, но сейчас я не откажусь от сыновей. После обучения осталась в клане Лань, ну и как-то так получилось. — Хм, я тут вообще нужен? — с ноткой обиды спросил Чанцзэ. — Пока, что нет, но мне интересно, как же ты стала женой главы. Много же я пропустила. — Я сама мало что поняла, потому не могу ответить на твой вопрос.        Через секунду в окно постучали и все обернулись на звук.

***

       Место, где сидел Вэй Ин оказалось просто отличным. Если кто-то зайдет, то в прорезях можно будет увидеть этого гостя. Если кто-то будет проходить мимо покоев, то тоже можно увидеть все и даже услышать. Сидеть в одиночестве было до ужаса скучно, но Усянь держался до последнего. Даже в какой-то момент начал засыпать, но его сон прервал мужской и детский голос. — Отец, почему нам нельзя видеться с мамой? — спрашивал мальчик в белых одеждах. — Вам разрешено всего лишь раз в месяц, — мужчина безразлично относился к своему чаду и отвечал в холодном тоне. — Но… Ведь, вы сейчас направляетесь к ней, почему нам нельзя, — мальчик срывался на плач. — Потому что, — мужчина поправил подол одежд и быстрым шагом двинулся вперёд. — Лань Чжань, я найду способ видеться с мамой чаще, — будущий глава ордена улыбнулся брату и похлопал того по плечу. Эмоции на лице Ванцзи тотчас же изменились и он улыбнулся. — Точно? — Да, но отец впервые за долгое время посещает маму. Неужто что-то серьезное. — Ты прав, но после таких встреч она обычно плачет или устало улыбается. Думаю все не просто так.       Тут Вэй Ин упал с сундука, из-за пришедшего озарения. То, что эти мальчики в будущем два нефрита, он понял сразу, но то, что глава Лань пошел навестить жену, не с самого начала. Опомнившись, он понял, что надо было предупредить родителей, отставить идею на время или же действовать быстрее. На шум сзади обернулись маленькие Лани. — Дядя, у вас все нормально? — спросил старший и подошёл к двери. Усянь быстро думал, что ему сделать. —Да, — сказал бывший старейшина, копируя голос учителя Лань. Это получалось не очень, но за стенкой должно казаться правдоподобно.        Лань Сичень и Ванцзи направились в противоположную сторону от покоев. Вэй Ин же быстро вышел и побежал к комнатам учеников. Музыкальный слух Лань Чжаня заметил движение, и второй нефрит обернулся, но ничего не увидел. — Брат, что если это недоброжелатель? — Что? Я ничего не слышал. — Кто-то бежал. Может проверим кто это? — Ты хочешь получить нагоняй от дяди? Отбой был уже тридцать минут назад, мы должны спать. — Но… У меня плохое предчувствие. —Ладно, проверим, — Сичень развернулся и пошел на предполагаемый звук, — Лань Чжань, тут никого нет. — Крыша?       Вэй Ин поругался в мыслях. Вот, черт его подери, Лань Чжань. Усянь беззвучно попытался скатиться с крыши на землю, но этого не получилось. Он плюхнулся и больно ударился копчиком. На звук, братья Лань направились за дом. — Я не я, — Усянь шутливо прикрыл лицо рукой, понимая, что пойман с поличным. — Отведем его к дяде? — спросил Лань Чжань. — Я согласен, но он в другой стороне, — Вэй Ин сел и посмотрел на угрюмые лица. Вдруг к нему пришла одна идея, — вы хотите спасти вашу маму? — два нефрита одновременно кивнули, — тогда вы должны мне помочь. Вы должны отвлечь Цихен-цзюня на сколько можете. — Отчего мы должны тебе верить? — Подожди, брат, может он и сможет нам помочь, — Лань Чжань с надеждой посмотрел на Вэй Ина. — Да, обещаю, — Усянь приложил одну из рук к груди и как можно искренне это сказал. Лицо младшего нефрита озарила светлая улыбка, от которой сердце Усяня пропустило удар. А ему безумно идёт улыбка, — задержите своего отца, если сможете отговорите его идти туда. — Сделаем все, что в наших силах, — почти в один голос сказали братья.       Вэй Ин быстро поднялся и побежал по заданному направлению, пытаясь срезать. Было правда некстати то, что у него нет меча. Дойдя до небольшого домика он обошел его, в поиске родителей. — Быстрее! — прошептал он и добежал до единственного открытого окна, стуча в него. — Что такое? — спросила женщина в белых одеждах, выглядывая из окна. Вскоре за ней показалась и фигура Цансэ. — Мама, Цихен-Цзюнь уже почти здесь. — Что? Ты откуда знаешь? — Я видел его. Надо быстрее. — Тут есть одна проблема, — сказал Чанцзэ тоже выглядывая в окно, — наложено заклинание. Если Лань Мин выйдет за пределы покоев, её ноги будут скованы и она не сможет двигаться. — Чёрт, разберемся позже. Я когда-то похожее видел, — Усянь замахал рукой показывая на улицу, — быстрее, глава Лань выглядел злым, боюсь если нас застанут... В общем будет плохо, и похоже очень плохо. — Ладно, сейчас, — Цансэ аккуратно выбралась из окна за ней и Чанцзэ. — Мадам Лань, выбирайтесь, если он и правда идёт, то нам придется бежать, — Чанцзэ нервно осмотрелся по сторонам. — Так, стоп, где Лань Цижень? — Вэй Ин стукнул себя по лбу за несообразительность. — Он стоит на шухере, — Цансэ хихикнула и показала на одно из деревьев, за которым стоял заклинатель в белых одеждах и осматриваться по сторонам. — Он мне нужен. Срочно, — Вэй Ин побежал к мужчине и потрепал его за рукав, — господин Лань, нам нужна ваша помощь. Цихен-цзюнь уже рядом. — Что? — спросил второй Лань и зло посмотрел на мальчика, который отвлёк его от такого важного дела — За всеми покоями есть пещера. Нам нужна ваша лента для входа туда. — Лента очень важный предмет, я не могу отдать её постороннему человеку. И что за пещера? — Ну же, Мадам Лань ваша родственница, разве вы не хотите её спасти?        Громко вздохнув, второй Лань одним движением развязал ленту и отдал мальчику. — Спасибо ста… Господин Лань! — Вэй Усянь быстро побежал к родителям, которые уже вызволили Сань Мин из импровизированной тюрьмы и она уже висела, подобно мешку, на спине Вэй Чанцзэ.       Вэй Ин ничего не объясняя побежал в сторону горы. Действовать надо быстро, иначе, они могут поплатиться жизнью. На самом деле Усянь до последнего верил, что их не убьют за кражу жены главы, но надежда умирает последней. Остановившись возле входа, он поднял над головой ленту второго Ланя и сказал им взяться за нее. Было бы как нельзя кстати, если бы у Лань Мин была собственная лента, но, увы, её не было по приказу главы Лань. Войдя в пещеру они ничего не увидели, кроме небольшого внутреннего озера и островка у угла. Души Мадам Лань, которая когда-то отдала Усяню и Ванцзи кусок железа, не было. Только посередине островка был гуцинь, но подходить к нему никто не решился.       Про пещеру никто не знал, именно поэтому они тут в безопасности. Но они так же не могли выйти оттуда, потому что все адепты искали Лань Мин повсюду. Даже сам Цихен-цзюнь будет проходить все леса в поисках жены. — Что делать дальше? — устало спросила Цансэ, — если мы выйдем, то нас сразу поймают на краже, а ждать пока все уляжется мы не можем. Просто напросто погибнем от голода или холода.       Девушка потёрла плечи. И правда, тут было холодно. — Я не знаю. Но… Мадам Лань, вы замечали, какое-то изменения в поведении главы Лань после замужества? Мне кажется тут не все так просто, — Вэй Ин провел рукой по голове. Раньше Лань Цижень хорошо отзывался о покойном брате, говоря о нём до замужества. Не могло быть совпадением, то что он так кардинально изменился сам. — Он был хорошим учителем и приятелем, я сама лично знаю его, да и почти все присутствующие тоже с ним знакомы продолжительное время, — начала Цансэ. — Он хорошо относился ко всем, и прощал нарушения правил. Он был справедлив и мне казалось, что он не сможет быть таким жестоким с девушкой, — Чанцзэ помнил время обучения в Гусу и отношения Цихен-цзюня с людьми. — Мне если честно тоже так казалось, но… Как видишь, — Лань Мин поджала губы. — И с какого периода это началось? — спросил Усянь. В его голове уже складывалась цепочка, показывающая решения этой проблемы. — Один раз, когда я навестила родных и осталась там на неделю. Вернувшись я заметила внимание главы ко мне и раздражительность. Ровно через день он запер меня, а после и женился даже без моего согласия. — Хм, у вас были недоброжелатели? — Вэй Ин стукнул себя по лбу, — нет, не правильно, у вас были люди говорящие, что он для вас хорошая партия? Или человек желавший вам счастья. — Да, мои родные желали мне счастья, но лишь один человек считал главу хорошей партией для меня. Но я отшучивалась и напоминала, про разные статусы. — Вам нравился Цихен-цзюнь как мужчина? — Не знаю, — госпожа Лань едва заметно покраснела, — я понимаю, что это важно. Он мне нравился до этого, но сейчас, скорее всего, — она задумалась,— нет. Да, точно так. — Вы кому-то говорили об этом?       Ничего не понимающие до этого момента Цансэ и Чанцзэ просто сидели и молча смотрели на это. В итоге Цансэ стукнула себя по ноге и сказала: — Ты намекаешь на приворот? — Да, мам, тут все очевидно. Да и ещё расширенные зрачки и, тем более, от него веет темной энергией, а это бывает лишь в двух случаях: когда у него интимная связь с темный заклинателем или заклинательницей, и надо, чтобы он много времени проводил с этим человеком, иначе аура не закрепится, либо же на него был проведен ритуал с использованием темной энергии. Но первое можно сразу исключить, глава всегда в уединении и верен жене, и при привороте измен не бывает. — Тогда как ты объяснишь медитации и уединение? Если бы это и правда был приворот, то он бы просто не выпускал Сань Мин из своих рук, — Цансэ задумчиво подняла взгляд вверх. — Не забывай, что он сильный заклинатель, но он не может бороться с темной энергией. Он может сохранять сознание в некоторые моменты и думает, что это поможет избавится от этого. Возможно, он не знает о привороте, но считает свой поступок неправильно. Так я повторюсь, кто считал главу хорошей партией? — Усянь перевел взгляд на госпожу Лань. — Моя сестра, — после напрягающей паузы, сказала Лань Мин. — Теперь стало все на места. Что я могу сказать. Если мы не умрем здесь от голода и холода, то я попробую снять этот приворот. — А ты не слишком мал? — спросила Лань Мин. — Нет.       Перспективы для снятия приворота были, но Вэй Ин не знал, как это сделать. Он обязательно сможет помочь матери Лань Чжаня, ведь он так искренне улыбался, когда Вэй Ин пообещал ему спасти её. Возможно в будущем у него не будет проблем с эмоциями и друзьями и ради этого Вэй Ин готов рискнуть. В таком случае вероятность того, что Лань Ванцзы найдет себе хорошую жену и не посмотрит на Усяня была больше. — Но как мы уйдем отсюда? — спросил Чанцзэ глядя на задумавшегося сына. — Честно признаться? — получив кивок бывший старейшина продолжил, — не знаю, но я обещаю, что смогу что-то придумать. — Спасли Сань Мин, значит, хоть бы нас кто-то спас, — Цансэ упёрлась локтями в ноги и уронила лицо в ладони. — Ну, утра вечера мудренее, нужно поспать и набраться сил, — Вэй Ин устроился на земле, — но нам надо будет отправить как-то весточку учителю Лань. — Разве учитель Лань не Цихен-цзюнь? — спросила Сань Мин, — и то, уйдя в уединение он не ведёт уроки. — М-м-м, ну мне казалось, что Лань Цижень учитель, — Усянь сонно взглянул на жену главы. На его причину, Цансэ лишь усмехнулась. — Тебе-то не знать, — это было последнее, что услышал Усянь перед тем как заснуть.