cigarette smoke

Холодный ветер неприятно обдувал веснушчатое лицо. Резинка уже давно слетела, и блондинистые кудри обдувал ветер, заставляя шею покрываться мурашками. Ноги ныли от длительного непрерывного бега. Проворный ветер забирался под тонкую футболку, заставляя дрожать. Утро было темным и холодным. Серые бесконечные тучи застилали небо, а промозглый ветерок шатал тонкие деревья. Мрачные пейзажи сменялись друг другом в след за бежавшим. Легкая куртка развевалась на ветру, совершенно не защищая от нещадного ветра. Ди не знал, сколько уже бежит. Он остановился только тогда, когда ноги уже подгибались, и отказывались держать его бренное тело. Он и не заметил, как забежал в какую-то богом забытую заброшку. Пошарпанные стены были закрашены граффити, почти в каждом углу были бычки и пивные бутылки. Ди было плевать, в груди оглушительно гремело сердце, воздуха критически не хватало, горло терзала сильная отдышка, перед глазами все плыло. На разгоряченное лицо упала холодная капля. Блондин с трудом поднял голову. В потолке красовалась дыра, через которую на лицо упало еще несколько капель. Начинался дождь. Ди ничего не слышал кроме оглушительных стуков сердца в ушах. Мысли беспрерывно крутились в голове, чувства жгучим неприятном комком встали поперек горла, хотелось кричать, биться головой об стену, лишь бы выбить слова отца из головы. Неужели он настолько бездарен и бесполезен? Неужели отец настолько ненавидит его? В голове звенела лишь одна мысль: «Бездарный, бездарный, бездарный». Ди со всей дури врезал кулаком по ближайшей стене. Боль немного отрезвила. Парень не считал, сколько еще раз это повторялось, но костяшки уже были содраны в кровь, а губа снова была прокушенная. В итоге Ди просто прислонился лбом к холодной стене, всхлипывая. Блондин глянул на руку, та сильно дрожала, по кулаку струилась кровь. Во рту был металлический привкус. Вскоре парень присел, опираясь спиной о стену, и в голос зарыдал, прям как ребенок. Появилось острое желание закурить. Весь в слезах тот пошарил по карманам. Там их не оказалось. Ди чуть снова не заревел, только теперь от досады. Видимо, нервы окончательно сдали. В карманах также не оказалось и телефона. Лишь помятая купюра, на самые дешевые сигареты точно хватит. Ди с трудом встал на ноги, коленки дрожали, а мышцы ныли от долгого бега. Парень стремительно вышел с заброшки и огляделся, думая, где он, дождь был мелкий и неприятный, но промокнуть не хотелось. Как спасательный огонек вдалеке виднелась яркая вывеска маленького ларька, там можно будет купить сигареты и спросить, как пройти до университета, оттуда он уже спокойно дойдет до дома. Как только мокрый дрожащий Ди зашел в ларек, в нос ударил тошнотворный запах клубники. Парень постарался делать как можно более маленькие вздохи, и торопливо подошел к прилавку. Продавщица, от которой как раз-таки и веяло этим запахом, лишь косо на него глянула, когда Ди попросил сигарет и спичек, и с явной неохотой рассказала, как дойти до небольшого университета. Выйдя и остановившись под небольшим козырьком ларька, блондин глубоко вдохнул свежего воздуха и закурил. Его совершенно не волновало, что он стоит зареванный, с окровавленной рукой, и с распущенными, мокрыми, кудрявыми волосами. Лениво втягивая никотин, Ди поплелся к учебному заведению, идти домой совершенно не хотелось. Так что он просто прошелся по парку, избегая людей, которых и так было немного из-за дождя. Увидев общественный туалет, парень в него торопливо зашел. Затушив сигарету о раковину, Ди глянул в зеркало, и скривился, выглядел он ужасно. Нос и щеки были красными, губы были окровавлены, а волосы были мокрыми и неприятно липли к лицу. Ди с шипением смыл с себя кровь, губа и костяшки нещадно болели. Убрав прилипшую челку назад, он стал выглядеть более-менее вменяемо. Он не знал, сколько он еще ходил по знакомым аллеям и паркам, размышляя, совершенно наплевав на дождь. Очнулся он только тогда, когда понял, что уже начало вечереть. Идя до дома, Ди начал придумывать отмазы. Но он так сильно физически и морально вымотался, что мозг отказывался работать, и вообще, было уже плевать. Ничего, кроме усталости и безразличная ко всему он не чувствовал. Единственное, что ему хотелось, так это упасть на мягкую кровать, закутаться в одеяло и забыться сладким сном. Перед тем, как открыть дверь своего дома, Ди подумал, что стоит почаще ходить в то место, чтобы хоть иногда давать волю чувствам и спускать пар. В прихожей было тихо, блондин неторопливо снял мокрую куртку, предварительно положив сигареты в задний карман штанов. Вдруг к нему подлетел радостный Хэви, и начал так же радостно говорить: — Ди! Где ты был? Пока тебя не было, я пробовал играть на гитаре! Хоть пальцы и режет, но, по словам папы, скоро это пройдет. Ты не против, чтобы я взял ту, которая в твоей комнате? Пожалуйста! — Ди ничего не чувствовал. Ни гордости за брата, ни радости. Лишь глухое раздражение от его криков. — Да, бери, что хочешь, только хватит орать. Раздражает. — Хэви, видимо, только сейчас заметил, что Ди выглядит помятым и дико уставшим. — Ди? Все нормально? — обеспокоенность в голосе брата, возможно, и вызывала бы приятное чувство раньше, но сейчас Ди хотелось лишь одного — чтобы его все оставили в покое. Пройдя мимо Хэви, тот лишь раздраженно ответил: — Все прекрасно, не видно? — блондин уже собирался идти в свою комнату, но его прервал голос, который сейчас хотелось слышать меньше всего — голос отца. — Ди? Где ты был? — Глэм вышел из гостиной, пристально глядя на сына. Ди отвернулся, чтобы отец не увидел его прокушенных губ, а руку засунул в рукав штанов. — Гулял. — голос был хриплым. Глэм выждал пару секунд, будто ожидая продолжения, но, так его и не дождавшись, сказал: — Хорошо. Предупреждай в следующий раз. — Угу — пробурчал Ди, торопливо направившись в свою комнату. Закрыв дверь, блондин облегченно выдохнул, ложась на постель. Достав из карман сигареты, а из-под кровати коробок спичек и пепельницу, Ди закурил. Видимо Виктория снова уехала на какой-то фестиваль байкеров, парень даже обрадовался что не придется выслушивать крики Вики. В комнату ворвался Хэви. — Ты вошел без стука. — устало сказал Ди, выдыхая никотин. Хэви во все глаза глядел на брата. — Э.., Ну, я за гитарой... — Бери. — хрипло сказал блондин, продолжая курить. Брату он доверял, и родителям он точно не разболтает. Хэви торопливо выбежал из комнаты с гитарой в руках, блондин тоскливо проводил взглядом инструмент. Было жаль, что он так и не сможет раздолбить эту гитару к черту. В итоге докурив, Ди потушил сигарету. Уже на автомате закинув курево под кровать. Блондин попытался встать, чтобы включить обогреватель, но это у него не получилось, настолько он вымотался. В итоге он просто упал на подушки, было тяжело даже укрыться одеялом, плевать. Едва прикрыв глаза, Ди провалился в сон. Через некоторые время в комнату парня вошел Глэм. Он сразу учуял запах сигарет, и увидел спящего сына. Бесшумно подойдя к кровати, он заботливо укрыл блондина одеялом, оглядывая прикушенные губы и опухшие глаза. Тяжко выдохнув и аккуратно убрав с глаз сына мокрую челку, Глэм вышел из комнаты, перед этим включив маленький обогреватель.