Kill Me / Heal Me

Найл идет к кабинету отца, его разум затуманен смятением и ненавистью. Охранники открывают дверь в кабинет, и Найл заходит внутрь. Он видит, что отец стоит у окна и смотрит на улицу. Он помнит тот день, когда впервые пришел сюда. Его отец смотрел в то же самое окно, не находя себе места и умоляя его вернуться обратно в Ирландию. Он никогда не был так благодарен за то, что принял правильное решение. Дверь за ним закрывается, и он делает еще несколько шагов к отцу. — Почему мама все еще не в порядке, даже после стольких лет лечения? — обращается к нему Найл. С тех пор, как он вернулся, он задавался этим вопросом, но что он знает о психических заболеваниях и их лечении? Теперь он понимает, что ее состояние только ухудшилось. Лорд Джеймс поворачивается к сыну. По его лицу текут слезы, но он не произносит ни слова в ответ. — Ты что, вмешиваешься в ее лечение и лекарства? — спрашивает Найл без малейшего колебания в голосе. — Ты пытался убить ее так же, как убил моего деда, тетю и дядю? — Значит, теперь ты знаешь правду, — говорит лорд Джеймс с поражением в голосе, его плечи опускаются. — Мне так стыдно за себя сейчас, — говорит Найл. — Я чувствую отвращение к собственной шкуре. Итак, прежде чем я сделаю что-то непростительное, скажи мне: почему ты это сделал? — голос Найла срывается на крик. — Скажи мне, чтобы я мог встретиться с моим кузеном и объяснить ему, почему мой отец обрек его на сиротство? Лорд Джеймс делает несколько неуверенных шагов навстречу сыну. — Я сделал это для тебя. Король хотел, чтобы престол перешел Джоанне. Её и ее неспособному муженьку. Никто его даже не помнит, а его сын правил бы Королевством. Как я мог допустить такое, когда Мария была старшим ребенком? Трон принадлежал ей. — Нет, трон принадлежит тому, кто способен управлять страной. И я помню, как мама говорила мне, что она никогда этим не интересовалась. Лорд Джеймс качает головой: — Она была вежлива. Все всегда хвалили Джоанну. Она всегда затмевала Марию. — У моей матери никогда не было такого чувства, в отличие тебя. И это дорого обошлось этой семье. — Почему ты так себя ведешь, Найл? Разве ты не счастлив, что будешь править этим Королевством? Все будет твоим. Власть, богатство… Назови что угодно и ты это получишь, — восклицает лорд Джеймс. Найл ничего не говорит, только с отвращением смотрит на отца. — Я думал, что в ту ночь мы избавились от всей семьи, но нет. Ее сыну приспичило выжить. Я до сих пор не знаю, как и кто спас его. Я не слышал о нем много лет и думал, что мы избавились от него навсегда, что может быть, ребенок умер после того, как кто-то пытался спасти его от огня. Лорд Джеймс делает несколько шагов и падает в кресло. — Но нет, годы спустя письмо должно было прийти и преследовать меня. Если бы я получил письмо первым, я бы прикончил Луи прежде, чем кто-нибудь узнал, что он жив. Но, конечно, этот крестьянин-врач все понял. Разве у меня был другой выход, кроме как впустить его в Королевство? Один взгляд на него, и все, что я мог видеть, это Джоанну. И в моей голове я опять слышал, как все ее хвалят, — он скрипит зубами. — Я пытался избавиться от него во второй раз, послав Ангуса напасть на Академию, но он снова выжил. Я понятия не имею, из чего сделан этот ребенок, и почему судьба всегда благоволит ему. Как он всегда переживает самое худшее. Вот он: живой, дышит, ему ничего не угрожает, — его разочарование очень заметно. В комнате воцаряется тишина, ни единого звука. — Я сказал твоей матери, что ты ее сын. И сказал ей, что она должна гордиться и рассказывать об этом всем. И она это сделала, — Лорд Джеймс улыбается. — Это было бы так легко. Нападавшие входят, убивают его и избавляются от тела. Мы все живем в мире и радости. — Но почему ты пытаешься причинить вред своей жене? Она ничего не сделала, — Найл пытается сдержать слезы. — Я не могу рисковать. Она слишком сильно любила Джоанну, чтобы никогда не интересоваться ее смертью. Кроме того, она впала в депрессию, когда услышала новости о своей семье и о тебе. Я просто каждый день добавлял ей в чай несколько капель токсина, который сводит на нет действие ее лекарства, так что она никогда не поправится. Найл чувствует кислый привкус на языке. Он даже не может ясно мыслить, не говоря уже о том, чтобы составить предложение. Его плечи поникли. Никогда еще он не чувствовал себя таким беспомощным, таким побежденным. Поражение от предательства — худший вид поражения. Если уж на то пошло, этому его научил отец. Ему больше нечего сказать. Остается только одно: никогда не быть таким, как он. Стать лучше. Дверь кабинета открывается, и в комнату входит несколько охранников. Лорд Джеймс испуганно смотрит на них. — Если бы ты знал, как сложить два и два, то понял бы, кто спас Луи много лет назад и кто — несколько месяцев назад, — произносит Найл. Он жестом приказывает стражникам схватить Лорда. Лорд Джеймс встает со стула и делает несколько шагов назад. — Ты не можешь так поступить со мной, Найл. Я твой отец. У меня всегда были добрые намерения, я все сделал для тебя, — в его глазах и голосе чувствуется страх. Найл разворачивается, пытаясь скрыть подступающие слезы. — Сынок, послушай меня… — кричит лорд Джеймс, когда стражники приближаются к нему. Найл видит, что Рой стоит перед ним, беспокойство написано на его лице. Рой мягко кивает в сторону Найла, давая ему понять, что он обо всем позаботится. Найл сжимает кулаки по бокам, ногти впиваются в кожу. Ему удается сделать несколько шагов, и с тяжелым сердцем он выходит из кабинета, не обращая внимания на крики отца, зовущего его обратно. * Лиам смотрит на отца абсолютно безэмоционально. Он не может поверить ни единому услышанному слову. Как мог его отец сделать что-то подобное? Быть вовлеченным в нечто подобное? — Гарри должен умереть, сын, — говорит Джерард. — Это единственный способ победить Артура. Только так он забудет о троне и оставит нас в покое. — Ты же знаешь, что я ненавидел Гарри всю свою жизнь. Я ненавидел все, что он делал. Но в последние несколько дней я думал о том, почему я ненавижу его, и я не могу найти никакой другой причины, кроме той ненависти, которой вы меня научили, — Лиам качает головой. — Я не могу согласиться, отец. У меня есть мораль. Лиам поворачивается и начинает прикладывать тщетные усилия, чтобы освободить Зейна. Слезы текут из его глаз: — Отпусти Зейна! — Он слишком много знает, мы не можем его отпустить, — объясняет Джерард. — Он представляет опасность для всех нас. — Как и твой сын, Пейн, — произносит Артур Стайлс, входя в комнату. Его шаги громко стучат по полу. — Ты не прикоснешься к моему сыну, — с вызовом отвечает Джерард. — Если что-нибудь случится с моим, я позабочусь, чтобы твой не выбрался отсюда живым. Вы с Джеймсом глубоко заблуждаетесь, если считаете себя умными людьми. — Твой сын охотится за Ангусом. Его нужно убить. — Вы с Джеймсом хотите от меня избавиться. Если я паду, то заберу с собой все Королевство, — в тоне Артура слышится обещание. Лиам смотрит на них обоих, смущение затуманивает его разум. Приближаются новые шаги, с каждой секундой они становятся все громче. Такое чувство, что на них совершают набег. Слишком много шагов, слишком громкий звук. Все они поворачивают головы в сторону входа, не зная, что их ждет. Первым входит Гарри с мечом в руке, за ним Луи. Дэн и Пол немедленно ищут Лиама и подходят к нему, чтобы помочь освободить Зейна. Гнев исходит от всей сущности Гарри. Он делает быстрые шаги навстречу Артуру и одним взмахом разрезает его пальто. — Ты убил мою мать? — кричит Гарри, его глаза покраснели от слез и гнева. Несколько охранников входят, чтобы удержать Гарри. — Она стала угрозой, — Артур поправляет воротник, на его лице нет ни капли раскаяния. — Хуже, чем ты? — громко спрашивает Гарри. Он смотрит прямо в глаза отцу и указывает на Ангуса, которого охранники держат в плену. — Ты попросил его отравлять мою мать медленно в течение многих лет, — Гарри делает еще один шаг вперед. — Ты, блять, сделал это. Почему? — Она узнала, что именно мы с Джеймсом сговорились убить Джоанну и ее мужа, — отвечает Артур и тут же осознает, что только что сказал вслух. Луи чувствует себя лишенным каких-либо эмоций. Ему кажется, что он просто не способен чувствовать в этот момент. Земля под ногами Гарри раскалывается. Цвет сходит с его лица. Он всегда думал, что его отец мог быть замешан в этом деле, но слышать то, как он признается в этом вслух, вызывает у Гарри тошноту. Где-то в глубине души он втайне надеялся, что его отец не был тем, кем он себя считал. Тишина в комнате настолько глубока, что один резкий вздох Артура отдается в ней эхом. Гарри поднимает меч и приставляет острие к горлу Артура. — Теперь правду! Артур чувствует, как ярость закипает в теле сына. Возможно, он не очень хорошо его знает, но он знает, что Гарри очень любил Эбенезер, и даже после стольких лет он все еще оплакивает ее смерть. Гарри — самый страшный человек, которого он знает, и Артур понимает, что в этот момент его сын без колебаний отомстит за смерть матери. Артур вздыхает: — Я всегда хотел управлять этим Королевством, и никто об этом не знал. Однажды Джеймс пришел ко мне и сказал, что поможет мне вернуть трон. Взамен я буду содержать его в роскоши до конца его жизни. И я согласился. Но мы должны были избавиться от препятствий на моем пути. Мы планировали устроить пожар, который уничтожит всех в очереди на трон. Джеймс сказал, что знает подходящего человека и мы написали письмо Ангусу и наняли его слугой в покои Джеймса. Я заманил всех в комнату, и Ангус зажег проводку. У Луи кружится голова. Он садится на корточки, закрывает лицо руками и разражается рыданиями. — После этого Джеймс стал правителем. Он оставил меня в полном одиночестве. Он предал меня, и я не позволю ему уйти безнаказанным. Когда Эбенезер услышала наш спор, она пообещала хранить тайну, но мы оба знали, что она этого не сделает и однажды объявит об этом публично, — Артур делает большой глоток и чувствует острую боль от острия меча, скользящего по его коже. — С каждым днем она становилась все более и более опасной. Я сделал Ангуса членом ее службы безопасности и попросил его медленно травить ее каждый день. Джеймс знал об этом. — Она поступила бы правильно, — слезы текут из глаз Гарри. Он слегка толкает меч вперед, заставляя Артура ахнуть от боли. Артур продолжает: — Мы попросили Ангуса уехать из страны и больше никогда не показываться. Потом вернулся Луи. Мы хотели избавиться от него, поэтому Джеймс вызвал Ангуса обратно в Шотландию и отдал ему приказ напасть на Академию, — Артур скрипит зубами, — но угадай что, у Ангуса была не одна работа. Вместе с Луи он получил приказ убить и тебя. Так что Джеймс мог уничтожить всех и править этим королевством без чьей-либо помощи. Но я никогда этого не потерплю. Я убью всех, кто отнял у меня трон… — Мы потеряли трон сто лет назад, — громко произносит Гарри. — Они отняли его, — пытается возразить Артур. — Вот как это работает. Ты теряешь свое королевство — ты больше не имеешь на него права. Если ты хочешь его вернуть, ты его выигрываешь. Таков закон, — отвечает Гарри, удивляясь, как его отец был ослеплен троном, что он даже не мог видеть дальше него. — Я думал, что ты умер, когда не получал от тебя вестей целых пять месяцев. — Хотел бы я, чтоб так и было, — Гарри роняет меч, и его тело обмякает. Охранники, державшие его сзади, медленно отпускают его. — Ты убил мою мать? Ты забрал ее у меня? — шепчет Гарри, слезы застилают ему глаза. — Ты забрал единственную, кто заботился обо мне. Почему? Артур опускает глаза на землю. Гарри продолжает: — Ты никогда не думал, что я буду скучать по ней? Ты никогда не думал, что это будет преследовать меня, не зная, как она умерла? Ты никогда не думал о том, как я буду расти без нее? — он хватает Артура за шиворот. Слезы потоком хлынули из глаз Гарри. У него вырывается громкий крик: «Мама!» — он соскальзывает к ногам отца. Беспомощный страдальческий стон покидает его, наполняя всю комнату рыданиями. * В спальне Мария чувствует себя беспомощной, когда видит, что ее сын плачет у нее на плече. Она крепче прижимает его к себе. Она понятия не имеет, что заставило ее сына ворваться в ее комнату и разбросать все ее лекарства. С тех пор он все время плачет, и она не знает, как его остановить. — Найл, все будет хорошо, сынок, — говорит Мария, проводя рукой по спине Найла, пытаясь успокоить его. — Всё будет хорошо. Она оглядывается вокруг в поисках помощи. — Я не знаю, что мне делать. Что же случилось? Скажи мне, — она разражается рыданиями, просто глядя, как он плачет. Снаружи до нее доносится громкий вопль. Весь дворец наполнен криком Гарри. — Что происходит? Скажи мне, — паника в голосе Марии становится все громче. Она крепко прижимает Найла к себе — Сынок, тебе хорошо со мной. Я буду защищать тебя, я буду. * — Вызовите врача! Дэн, сделай что-нибудь, — кричит Лиам, паникуя из-за Зейна, когда его везут в реанимацию больницы. — У него высокая температура! — сильная дрожь Зейна не прекращается даже после того, как его завернули в четыре одеяла. Больничный свет режет Лиаму глаза. Он лихорадочно озирается в поисках врача. Он видит, что Амелия бежит к ним, ее волосы в беспорядке, слезы текут по ее лицу. — Амелия, спаси Зейна, — он берет Амелию за руку, — Ты ведь спасешь его, правда? Я не могу потерять его, Амелия, я так много потерял сегодня, — он задыхается, — я не могу потерять Зейна. Пожалуйста, сделай что-нибудь, Амелия! Рыдания становятся все громче, и она падает на колени. В этот момент Лиам видит охранников позади нее, готовых взять их обоих под стражу. От него не ускользает, что его отец был замешан в серии преступлений и что им придется сдаться. Хуже того, они будут изгнаны из Королевства. * Охранники находят Гарри, склонившегося над могилой матери и беспомощно плачущего. Его мучительные крики растопили бы камень. Как бы ни старались охранники, Гарри не двигается с места. Он лишь держится за могилу и не отпускает ее. В конце концов Рой отдает приказ оставить его одного горевать и взять под стражу после того, как он закончит. * В доме Дэна Луи прижимает к груди фотографию родителей и плачет, пока не отключается и не засыпает.