Город восковых фигур

      Волны накатывают одна за одной, скрывая на мгновение в своей пучине курсантов. Аарон из последних сил держит бревно над своей головой, с каждой минутой все больше проваливаясь в состояние анабиоза. Сквозь мутную пелену видит, как несколько ребят, не выдерживая, бросают балку и выползают на сушу, откидываясь на песок и сразу теряя сознание.       Крепче сжимая влажное дерево, что так и норовит выскользнуть из ослабленных рук, Хилл закусывает щеку до крови и продолжает стоять, слушая, как старшина проходит вдоль берега, предлагая им опустить ношу и скорее закончить этот ад. Сходить в душ, поесть горячей еды, лечь на мягкие подушки и забыться в сладком сне. Дьявол, не иначе.       — Том, не вздумай! — шипит Хилл, уловив краем глаза движение справа от себя.       — Я не могу больше, — едва слышно шепчет парень.       — Всего час. Соберись!       Аарон и сам не верит своим словам. Неизвестно, как долго продлится последнее испытание, тем более что дни, часы и минуты без сна и еды слились в один кошмар, которому не видно конца.       Пять дней прошло под палящим солнцем, что сопровождало их в марш-бросках при полной экипировке через леса и болота, ловушки и точечный обстрел. На сон выделяется всего четыре часа, но спать ты можешь только стоя. Не удержался? Сон отменяется, будешь отжиматься до тех пор, пока руки не напитаются молочной кислотой до такой степени, что ты едва сможешь пошевелить одним пальцем. Не можешь отжиматься? Плыви. Руки свяжут за спиной и вытолкнут в открытую воду. Твои проблемы, как доберешься до конечного пункта. Пошел ко дну? Собирай вещи.       К концу пятого дня нагрузка и усталость столь велика, что за курсантами по пятам следует бригада врачей. Каждый час кто-то сдается, не выдержав тяжелых испытаний или надорвав здоровье. Группы становятся все меньше, а груз ушедших забирают на себя остальные, добавляя к своим тридцати двум килограммам ношу выбывшего.       Отсев во время адской недели составляет более пятидесяти процентов, и это еще не конец.       Аарон сильнее зарывает ноги в мокрый песок, пытаясь найти опору в морском дне, но помогает это только на несколько минут. Снова кто-то вышел на берег. И так хочется последовать за ним. Плюнуть на все! Послать к черту! Но нельзя. Столько уже пройдено. Нужно отвлечься, не думать о том, где ты сейчас, перенестись в приятные воспоминания.       Всего четыре месяца прошло, а кажется, что минуло пару лет. Вдали от дома, от друзей и родных… Он и подумать не мог, что это окажется столь тяжело.       Первая неделя в учебном центре, а его уже переводят в выпускную группу, ничего не объясняя. Просто приказ, собрать вещи и идти в соседний корпус. Список нормативов, что он должен сдать за месяц, также безмолвно лежит на тумбочке, не давая никаких подсказок.       Как можно это освоить в столь короткий срок? Курсанты проводят почти год в подготовке к этим тестам. Дак почему его скинули в жерло вулкана, как подаяние богам?       — Кто-то за тебя похлопотал, — выдает теорию инструктор по плаванию, когда Аарон задает снова один и тот же вопрос. — Не скажу, что это гуманно, но зато сэкономишь время.       — Я не плавал больше года, — бормочет он, подходя к краю бассейна и смотря на пятидесятиметровую дорожку.       — Плохо. Завтра будет заплыв с грузом, а в понедельник будешь истинным котиком.       — Что это значит?       — Свяжем по рукам и ногам, и плыви, — улыбнулся Марк, поднимая секундомер. — Пошел!       Тело рассекло водную гладь, перенося его на пять лет назад. Весенние каникулы, с озера едва успел сойти лед, солнце еще не властвовало над тучами, а редкие травинки с утра покрывал иней. Аарон стоял у кромки воды, внимательно слушая деда.       — Тебе нужно доплыть до того берега, — махнул он рукой в сторону, где едва можно было различить очертания земли.       — Но, дедушка, на улице пятьдесят три градуса, я замерзну, — зябко передернув плечами, он вперил в него испуганный взгляд.       — А ты активней работай телом, советую выбрать кроль, — прокряхтел он, стаскивая лодку в воду. — Не переживай, я буду плыть рядом с тобой.       — Это очень далеко, мне не хватит сил.       — Отставить стонания! Всего два километра, только крыса не доплывет. Ты же не крыса? — сощурился он, глядя, как внук отрицательно машет головой. — Вот и прекрасно. Дойдешь до цели и получишь приз!       — Какой приз? — в глазах мальчика тут же зажегся огонек любопытства.       — Доплыви и узнаешь. Иначе никак, — хохотнул он в рукав, веслом отталкиваясь от берега.       Кожу пронзили тысячи ледяных осколков, словно снежная королева приказала ни в коем случае не дать шанса на победу этому парню. Аарон греб на пределе своих возможностей, захлебываясь мутной водой, что вызывала приступ тошноты. На середине озера ногу пронзила резкая боль, значит, свело мышцу. Он, как и учил его дед, перевернулся на спину, расслабляясь на минуту и ожидая, когда снова сможет плыть. Но судорога не проходила, а вода лишь усугубляла ситуацию, все больше охлаждая организм.       — Что ты там возишься? — Грег дрейфовал рядом с внуком, поглядывая на часы.       — Ногу свело, — вновь захлебнувшись, выплюнул Аарон.       — Сдаешься?       — Да.       — Так я и думал, — рыкнул мистер Хилл, помогая мальчику забраться в лодку и накрывая зеленым пледом. — Значит остался без приза.       — Да понял я, понял, — насупился Аарон, отворачиваясь от дедушки и стуча зубами. Знать, что подарка не будет — ужасно обидно, но понять, что не справился с испытанием, было еще хуже.       Вдох, и он отталкивается от бортика, следуя обратно к инструктору, запах озера заменятся хлорированной жидкостью бассейна, а ледяная вода остается лишь дымкой воспоминания.       — Две тридцать семь. Неплохо Хилл. Очень неплохо. Занимался раньше?       — Не профессионально, — стягивая шапочку и ероша волосы, Аарон сел на скамью, смотря, как его новая группа спокойно расположилась на дне, даже не дергаясь. Может, и в картишки перекинуться успевают.       — Что, хочешь, как они? — кивнул он на ихтиандров.       — Было бы интересно.       — Рано тебе еще. На следующей неделе попробуем.       Тест по плаванию он сдал хоть и не блестяще, но до нормы дотянул, проскользнув на следующую ступень обучения. Если в бассейне все было легко и понятно, то оказавшись первый раз в открытой воде, облаченный в полное обмундирование, экипировку и снаряжение, Хилл испуганно сглотнул, не понимая, как можно не пойти камнем на дно, имев на себе такой вес. Но глядя на то, как остальные ребята резво ныряют в пучину, последовал их примеру.       Еще две недели тренировок, и он наравне со старшими тянул в воде груз в сорок килограмм и греб, стиснув зубы, против течения.       Второй тест дался намного сложнее, но заветная нашивка группы В все-таки оказалась на его плече.       Сухопутные испытания понравились Аарону куда больше. Тут не играют особой роли твои силы или выносливость, хотя, конечно, с ними проходить тест намного проще. Главное — твоя смекалка. Пехотинец должен не только слепо выполнять приказы, несясь сломя голову на врага, но и иметь тактику, просчитывать ходы, использовать знания.       — Итак, курсанты. Задача номер один: проникнуть в лагерь террористов, что отмечен на карте под символом дельта. Задача два: справиться без оружия, не допустить потерь среди пленных, — вышагивая перед ребятами, объяснял оперативный офицер. — У вас есть три часа. Время пошло.       Большинство ребят сразу пустились бежать в лес, не дожидаясь остальных. Аарон посмотрел на тех, что замешкались, и подозвал к себе. Изучив карту и отметив самые удобные места подхода, они разделились на две группы и отправились вдоль берега, хоть лесная дорога и была короче, но подозрительность брала верх, не дадут им так просто прогуляться вдоль деревьев, не поставив ловушек. Пройдя без происшествий большую часть пути, они свернули к холму, за которым, если верить карте, и располагался штаб.       — Пойдем по верху. Нам нужен обзор, — сказал Баклер, ступая на рыхлую землю.       — Там нас могут ждать. Есть вариант, что там гнездо, и противник сразу нас заметит.       Словно в подтверждение слов Аарона, с холма раздалась автоматная очередь, а вслед за ней кубарем скатывающиеся курсанты.       — Теперь террористы в курсе, что мы идем, — вздохнул Хилл, огибая холм и упираясь взглядом в непроходимое болото. — Просто потрясающе.       — Куда теперь, мистер Всезнайка? — хмыкнул один из ребят.       — Сейчас решим, — Том раскрыл карту, просматривая их отметки пути. — Если обойдем с той стороны, то есть мнение, что проберемся по кустам незамеченными.       — Хилл, что скажешь?       — Пробуем, это последний вариант, два других нас уже привели в тупик.       Трава едва слышно проминалась под осторожными шагами группы, даже дыхание легко было спутать с шелестом листвы. Том шел впереди, как самый опытный из всех ребят. Он был солдатом армии США и пошел на подготовку лишь для того, чтобы попасть в элитное подразделение взамен обычных войск.       Рука взметнулась вверх, заставляя всех замереть. Ребята прислушались к шагам справа и резко присели, скрываясь в густых зарослях. Мимо прошли трое во вражеской экипировке, и группа решила действовать. Набросившись на не ожидавших такой прыти от юнцов террористов, роль которых играли несколько их кураторов, парни забрали оружие и вещи, получив преимущество в бою.       До них то и дело доносились крики или звуки выстрелов, подсказывающие положение противника и провалы других курсантов. Время было на исходе, оставалось не больше сорока минут, чтобы обезвредить банду и спасти заложников, а лесная чаща все не кончалась, хотя карта явно указывала, что они на месте.       — Это точно тут, — Том, сдвинув брови, разглядывал чертеж, сверяясь к компасом.       — И где? В домике на дереве или они спрятались в норе? — Недовольно протянул Митч, садясь на землю.       — Может, ты и прав, — осенило вдруг Аарона.       Раздвигая ботинком листву, он метр за метром изучал землю, откидывал ветки и искал метки. — Это здесь, — кивнул он себе под ноги. Вокруг тут же собрались остальные, смотря на люк, что был почти незаметен среди лесного покрова.       — Спускаемся! — скомандовал Том, потянувшись к ручке.       — Думаешь нас так просто пустят внутрь? Мы уже нашумели. Они знают, что мы тут.       — И какие предложения?       — Выманим их, — с горящими глазами воскликнул Хилл, доставая из сумки дымовую шашку.       — Сбрендил? Там заложники.       — Ну, им она не повредит, а нам поможет.       — А если откроют огонь там?       — В бункере?       — Ну, может они дураки.       — Парни, осталось пятнадцать минут, — прервали их бессмысленный диалог остальные. — Нужно решать.       — Хрен с ним, кидай, — одобрил план Аарона Том, открывая крышку.       Пару секунд стояла звенящая тишина, пока на поверхности не стала появляться белая дымка, а вслед за ней и кашляющие противники.       — Какой долбоеб запустил дымовуху? — гневно крикнул один из них.       — Я, сэр, — сделал Хилл шаг вперед, понимая, что дальнейшего сражения не будет.       — Где вы вообще ее взяли, кретины?       — Отобрали у ваших.       — Чудесно, — протянул командир роты, доставая рацию и оповещая остальных. — Время вышло. Штаб не взят.       — Как не взят? — влез Том. — Мы выманили вас на поверхность, дело оставалось за малым, обезвредить и эвакуировать заложников.       — Обезвредил? — наступал на него военный.       — Сэр, мы…       — Эвакуировал? — уже кричал он, нависая над солдатом.       — Сэр, я…       — Все на базу. Вечером получите информацию по своему провалу.       Несмотря на то, что задание так никто и не выполнил, группа в составе Хилла, все же прошла дальше всех в этом испытании и получила заветные нашивки, хоть и под брызгание слюней недовольного их действиями лейтенанта.       Аарон почти расслабился, осознавая, что за три с половиной месяца почти завершил курс подготовки. Дело оставалось за малым. Пройти адскую неделю и вступить в ряды морских пехотинцев, чем в данный момент он и занимался, проходя последнее испытание и теряя связь с реальностью от перенапряжения.       Звук сирены раздался настолько неожиданно, что Хилл еще пару минут непонимающе смотрел на ребят, которые, побросав свои бревна, едва переставляя ноги, ползли к берегу. Последовав их примеру, Аарон с усилием опустил затекшие руки и вышел следом, падая на мокрый песок и закрывая глаза. Эту битву он выиграл.

***

      Два флага взметнулись вверх, величественно колышась на ветру. Стройная шеренга из курсантов гордо вскинула головы вверх, слушая гимн. Девяносто процентов добровольцев не дошли до этого дня, уступив место своим страхам и возвращаясь домой. Мандраж прошел волной по телу Аарона, когда на трибуну взошел адмирал Райнольдс, произнося торжественную речь и наставления для будущих Тюленей.       Один за одним ребята поднимались к нему, принимая из рук эмблему S.E.A.L., на которой был изображен орёл, держащий в когтях якорь, трезубец и кремнёвый пистолет — самую ценную вещь, что достается лишь избранным. Тем, кто действительно достойно прошел все испытания и не сломился под гнетом тяжелых будней.       Аарон широко улыбнулся, услышав свою фамилию, и двинулся навстречу Адаму, отдавая честь и сжимая нашивку, которая украсит его форму и откроет путь к новым горизонтам.

***

      Вся казарма стояла на ушах, радовалась победе и готовилась к вечернему кутежу. Помещение наполнил смех, что редко можно было услышать во время подготовки. Униформы бывших курсантов ровной стопкой лежали на краю одной из кроватей, а тумбочки, что еще утром хранили в себе весь нехитрый запас вещей, зияли пустотой.       Как не отметить такое событие? Ведь они, в отличие от Аарона, волшебным образом затесавшегося в выпускную группу, не видели гражданской жизни уже десять месяцев.       Глоток свободы. Две недели увольнения. И снова в строй, только уже в ряду официальных солдат ВМС США, специального подразделения S.E.A.L.       Хилл достал из дырки в матрасе сотовый, что так мастерски ему удавалось прятать все это время, и вышел на свежий воздух, включая телефон. Шум волн ласкал слух, солнце, что заходило за горизонт, раскинуло сияние своих багровых лучей по водной глади, даря океану необычный оттенок. Аарон закурил, отгоняя едкий дым, что норовил попасть в глаза и исказить картинку на телефоне, что мерцала десятком пропущенных сообщений и звонков от Винсента и… Сердце пропустило удар и забилось с бешеной скоростью. Она звонила. Шесть раз. И он пропустил, не смог услышать ее мелодичный голос, что отзывается перезвоном колокольчиков, когда она смеется. Больше не обижается. Хочет поговорить.       Он и сам несколько раз набирал ее новый калифорнийский номер, что любезно раздобыл Янг, но в последний момент сбрасывал вызов не в силах сказать хоть слово и нарушить свое обещание не портить ее жизнь. Все, что он узнал об Алексии за прошедшие месяцы, так это то, что она все-таки уехала в Стэнфорд, выбрала факультет экономики и живет в квартире на Палм Драйв, что в десяти минутах ходьбы от университета. Выяснить, появился ли у нее кто-то, Янг не смог, но все еще не терял надежды, пытаясь добраться хоть до кого-то знакомого, учащегося на ее потоке, и сообщить информацию другу.       Аарон глубоко затянулся, будто бы это могло заменить необходимость разговора и, пропустив ее номер, набрал Винсента.       — Чувак! — радостный возглас Янга, оглушил его. — Наконец-то! Звоню тебе весь день! — затараторил друг, не давая вставить и слово. — Как все прошло? Тебе дали крутую фуражку с золотыми лентами? А ты теперь везде в форме будешь ходить? Слышал, девочки любят военных. Может, мне тоже в комиссионке прикупить и ходить так в бар, цеплять красоток? А после убойной ночи печально говорить, что служба зовет, и пора защищать Родину?..       — Прекрати, — смеялся Аарон, держась за живот. — В городе я буду ходить в обычной одежде.       — Вот отстой, — расстроился он, но быстро отошел, найдя новый повод для радости. — Короче, чувак. Я уже еду по мосту Коронадо. Взял тачку напрокат и везу тебе подарок. Так что собирайся, буду через сорок минут.       — Какой еще пода… — не успел договорить Аарон, как связь прервалась.       Быстрое прощание с группой, и вот уже Хилл выходит за шлагбаум, махнув охране. Оглядывается по сторонам, нервно перекладывая ремешок сумки в другую руку, и сверяется с часами. Винсент должен подъехать с минуты на минуту. Словно в догонку его мыслям, подъездную дорожку окутывает громкая музыка, что льется из приоткрытых окон красного спортивного БМВ. Янг и тут не изменил себе, взяв в прокат одну из самых дорогих машин.       Сумка опускается на пыльный асфальт, как только хлопает дверца, и навстречу ему выходит друг. Широкая, радостная улыбка озаряет лицо, а руки сжимают в крепких объятиях. Аарону даже показалось, что Янг шмыгнул носом, не в силах справиться с эмоциями от долгожданной встречи.       — Рад тебя видеть! — отстраняется от него Хилл, хлопая по плечу. — Как долетел?       — Просто прекрасно, — довольно щурится парень, начиная словесную атаку. — В самолете рядом со мной сидела такая малышка. Взял ее номерок, будет чем заняться сегодня ночью.       — Я думал, сегодня мы с тобой отметим мое назначение.       — И это тоже, но ты вряд ли захочешь посвятить мне одному все это время.       — Не понял?       Аарон медленно повернулся на очередной хлопок двери, что раздался слишком неожиданно. Свет фар осветил хрупкую фигурку, неуверенно приближающуюся к ним. Ему хватило лишь уловить этот силуэт, чтобы челюсти непроизвольно сжались, очерчивая острые скулы. С каждым ее шагом дыхание становилось все беспорядочнее. Казалось, что и за милю было слышно, как из сжатых зубов с толчком выходит воздух.       Можно ли так страстно желать человека и в тоже время мечтать лишь о том, чтобы больше никогда не видеть? Все его попытки держаться подальше от нее рухнули, словно кто-то прошептал в его ухо: «шах и мат».       — Здравствуй, — этот тихий голос, робкая улыбка, взгляд из-под опущеных ресниц, сжирающий плоть лавой, пронесся по венам, обволакивая сердце, заставляя сжаться от щемящей боли.       — Привет, Лекс, — слишком равнодушно, так нельзя. Сколько еще сдерживать себя? Сколько жить воспоминаниями? Раз он не может без нее, то стоит прекратить эти жалкие попытки. Перестать обманывать себя самого.       Лишь два шага, что разделяли их, секундным рывком сократились до миллиметра. Ягодный аромат заполнил легкие, вытесняя мысли, заменяя кислород. Не осталось сил для нежности, только страсть и необузданное желание сминать эти губы, рвано, пошло, не как обычно. Пальцы очерчивают изгибы поясницы, пробираясь под замшевый пиджак с одной целью — чувствовать ее горячую кожу. Плевать, что они у всех на виду. Пусть смотрят. Ничто не заставит его отпустить эту девушку.       Янг присвистнул и поспешил забраться в салон, дабы не мешать этим двум гордецам наконец-то отдаться моменту, который они так рьяно старались не допустить. Винсенту пришлось несколько недель капать на мозги Оберг, чтобы та сдалась и решилась на эту встречу. И почему он всегда должен тыкать их носом в очевидные вещи? Кричать до сипоты, что они идеальная пара и пора уже сбить спесь, просто жить, не думая о том, «а что, если…».       Автомобиль проносился по улицам вечернего Сан-Диего, распугивая людей, что имели наглость переходить на разрешающий сигнал светофора, когда Винсент уже вошел во вкус скорости, не собираясь отпускать ногу с педали газа.       Алексия таяла в объятиях Аарона, теряла связь с реальностью, когда он перебирал ее тонкие пальчики в своей руке, прижимаясь губами к светлой макушке. Янг иногда поглядывал в зеркало, умиляясь этой парочке, что устроилась на заднем сиденье и не могла оторвать друг от друга счастливых глаз.       Бар в центре города гостеприимно открыл для троицы двери, запуская в свои владения веселья и алкоголя. Место явно было довольно популярным среди молодежи: не было ни одного свободного столика, где могли бы присесть ребята. Разношерстная толпа оккупировала барную стойку, не давая возможности добраться до бармена и сделать заказ, а пьяные танцующие перекрыли путь к выходу, заполнив своими влажными телами каждый дюйм.       — Фигня, сейчас устроим, — расслабленно сказал им Винсент, продвигаясь к хостес. — Леди, вы словно дивная роза в этом саду из кактусов, — начал свои приемы Янг, не обращая внимания, как прыснули за его спиной ребята. — Сколько стоит день вашей работы? Я дам в два раза больше, если вы сможете украсть для нас свободное местечко.       Неизвестно, что подействовало на девушку больше — сравнение с прекрасным цветком или двести долларов, что плавно перекочевали в наманикюренные пальчики, но она сразу подвела их к столику, убирая табличку «зарезервировано».       Первая порция шотов, и Аарон неторопливо начинает свой рассказ о проведенных в учении месяцах. Второй круг горячительной жидкости, и истории обрастают нелицеприятными подробностями. Третье и четвертое принятие на грудь, и Алексия с Винсентом роняют слезы на деревянную поверхность стола, сетуя на тяжелую жизнь парня.       — Перестаньте, — пытается успокоить он ребят, что сжимают его в объятиях с двух сторон, не переставая рыдать и не давая возможности вырваться. — Все закончилось. Я в порядке и даже рад, что прошел это.       — Это так ужасно, — шмыгает носом Оберг, прижимаясь влажными щеками к его шее.       — А я в это время тусовался и ужинал в ресторанах, знал бы что с тобой происходит — ни один омар бы в глоткую не залез, — вторит ей, пьяный друг, сжимая плечо Аарона.       — Так, кажется, вам пора спать, — Хилл едва был трезвее, но хотя бы не словил общей пьяный настрой.       — Э-э-э, нет. Я жду Сандру!       — Это еще кто?       — Ну как. Я ж тебе сказал, крошка из самолета.       — Черт, Винс! Никаких крошек. Едем в отель, — подталкивая друга к выходу, приказал он.       — А где мои ключи? — Янг, покачиваясь, словно молодое деревце на ветру, шарил по карманам.       — Машину заберем завтра. Никто из нас не в состоянии сесть за руль, — придерживая под руку градусных друзей, вел он их к такси.       — Я в норме! — тряхнул волосами парень, пытаясь развернуться в сторону стоянки.       — Я тебя сейчас вырублю, — прошипел Аарон, грубо заталкивая Янга в желтое авто, пока Алексия распласталась на капоте. — Господи, за что мне это? — вскинул голову к небу Хилл, закидывая девушку следом за Винсом, который уже пускал слюни, откинув темную макушку на сиденье.       Узнать название отеля у спящего друга оказалось проблематично, несколько раз они делали круг по центру, пока Алексия не вытянула из спутанного разума название. Преодолев полосу препятствий, что оказалась намного сложнее, чем та, что он проходил в центре подготовки, Хилл запер спящего друга в номере и вернулся обратно к Оберг.       Девушка уже посапывала в кровати, завалившись прямо в верхней одежде и обуви. Аарон аккуратно снял с нее ботинки и едва добрался до пиджака, как она сонно потянулась, обнимая его за шею и притягивая ближе.       — Не хочу снова расставаться, — бормотала она, тыкаясь, словно котенок, холодным носом в его щеку.       — И не будем, — укладывая ее на свою грудь, подтвердил он.       — Куда ты хотел отправиться на эти две недели?       — Думал сьездить в Сентфор. Повидать родных.       — А не хочешь поехать со мной? — запрокинула Алексия голову, встречаясь с темными, внимательными очами.       — В Сан-Хосе?       — Да, проведем это время вместе. Мне так тебя не хватало, — вслипнула Оберг, прижимаясь сильнее, будто это могло соединить их в одно целое, которое неподвластно будет разделить ни одной божественной силе.       Аарон несколько минут молчал, взвешивая свое решение, под неустанным, молящим взглядом голубых айсбергов. Самым верным было бы согласиться, но тем тяжелее будет уезжать после. А, может, предложить ей поехать вместе с ним в Сентфор? Нет, у нее учеба, он не будет мешать ей посещать университет. Весы превратились в заведенный механизм, опуская свои чаши каждый раз в другую сторону, пока не остановились на единственном правильном.       — Лекс, — хрипло прошептал он, опуская глаза, но ответ так и не произнес, убирая светлую прядь с лица заснувшей Принцессы.