Город восковых фигур

      Ещё одна подпись в правом углу, и Аарон закрывает папку, устало откидываясь на спинку кресла. После открытия офиса прошло около трех месяцев, а работы меньше не стало. Он всё также задерживался допоздна, разбираясь с бесконечными счетами, договорами и претензиями, совсем забыв, что такое здоровый восьмичасовой сон.       Проверив список должников, Хилл в недовольстве сдвинул брови и выглянул за дверь, выискивая взглядом Вишню.       — Хардин! — кивнул он головой и скрылся в кабинете.       — Что случилось? — Вишня явно не спешил, зайдя к Аарону лишь через десять минут. Оперев гитару в чехле о стул, он вальяжно уселся на него и приготовился слушать.       — Ты рассылал дебиторку по списку, который я тебе давал в понедельник?       — Конечно, сразу, как ты его дал, — тряхнул кудрями Эванс и посмотрел на часы.       — Отправь повторные письма вот этим адресатам, — протянул Хилл листок с емейлами и суммами.       — Сейчас? Время уже семь, рабочий день закончен, — насупился он. — И вообще, я же тебе говорил, что в пятницу, то есть сегодня, играю в баре, мне нельзя опаздывать.       — Ничего ты мне не говорил! — возмутился Аарон. Ему давно следовало вести себя жёстче с подчинёнными, даже если один из них и является другом. Смешивать работу и личные отношения было неверным подходом. — Отправишь и можешь быть свободен.       — Через двадцать минут мне нужно уже быть в Рокс.       — Это сугубо твои проблемы, Хардин. Мы договаривались, что твоя подработка не будет мешать основным обязанностям, — стал закипать Хилл, постукивая карандашом по папке.       — Я могу попросить Джона, он все равно ничего не делает.       — Я сказал отправить письма, Вишня, — глаза потемнели, затягивая в черную бездну.       — Отлично. Просто замечательно! — психовал парень, хватая листок со стола и выскакивая из кабинета. — Опоздаю на первую репетицию, — доносились его недовольства из-за двери.       Аарон прикрыл глаза, потирая виски и пытаясь сдержать себя, чтобы не выйти следом и не высказать всё другу. Они обязательно обсудят границы допустимого поведения, но только когда оба будут не на взводе.       Ещё одна сумбурная неделя пролетела слишком незаметно. В эту пятницу Аарон даже смог закончить все дела до конца рабочего дня. Ярчайшее событие за последние месяцы его жизни, и это точно стоило отметить в баре, обязательно пригласив Винса, который снова в тихую обижался на постоянную занятость друга.       Только Хилл потянулся к телефону, как тот затрезвонил сам. На дисплее высветилось имя босса, и Аарон глухо застонал, принимая вызов.       — Хилл! Какого хрена? — достаточно частый вопрос от мистера Барденса, но что конкретно он имеет в виду, каждый раз требовалось уточнять.       — В чём проблема, сэр? — Аарон вытащил сигарету из пачки и, зажав фильтр зубами, начал шарить по карманам в поисках зажигалки, пока начальник вываливал бессвязное недовольство подчинёнными. — Всю информацию об оплатах я отправил вам ещё с утра. Вы опять не проверяли почту?       — Я-то как раз всё проверил, и даже мне, человеку далёкому от ваших электронных монстров, в глаза бросились эти зависшие счета!       — Клиенты проинформированы. Единственное, что я могу сделать, — это заморозить услуги до погашения долга.       — Меня не устраивает данный вариант. При таком отношении они могут уйти к конкурентам. Реши вопрос быстро и деликатно! До понедельника! — рыкнул Барденс и отключился.       Хилл тяжело вздохнул, затушил окурок и вновь включил ноутбук. Пятничные посиделки в баре, как ни прискорбно, откладывались на неопределённый срок.       Отправив письма ещё раз и добавив тексту большей убедительности, Аарон завис над последним адресом, который сознательно откладывал напоследок.       Миссис Кинг.       От одного её нового имени грудь сдавливало так, словно это было магическое заклинание на поражение, даже авада кедавра была не так страшна, как этот статус «миссис».       — Будем вынуждены приостановить услуги, — пробормотал он себе под нос и нажал «отправить».       Домой теперь совершенно не хотелось. Аарон спустился на первый этаж, опуская монетки в автомат и получая взамен охлажденную фанту, и снова вернулся в кабинет, решив заняться делами, что были отложены на следующую неделю.       Телефон на столе снова оповестил о звонке, и Аарон на секунду замешкался, слушая режущую слух полифонию.       — Ты издеваешься? — быть грозной у Оберг выходило не очень. Она, скорее, звучала, как обиженный ребёнок, а не начальник отдела. — Я уже уехала из офиса и не успею оплатить счёт! — шум автомобилей и гул голосов на фоне подтверждали её слова.       — Лек… Миссис Кинг, ничем не могу помочь, вы проигнорировали наши письма. В понедельник оплата уже должна поступить. До обеда, — безэмоциональным тоном проговорил Хилл и сбросил вызов.       Около получаса он просидел над бумагами, так и не начав работу. Сигареты одна за одной тлели между пальцев, но никотин не поступал в организм, исчезая мутной дымкой над потолком.       Резко открывшаяся дверь заставила Аарона оторваться от прострации и вскинуть голову.       — Что за детский сад, Аарон? — Алексия быстрым шагом процокала по кабинету и опустила дорогой ридикюль на стол.       — Тебя не учили стучать? — прищурил он глаза, сканируя блондинку взглядом.       — Мне хватает проблем и без твоих обиженных подсечек, — попыталась она разогнать дым руками, но быстро сдалась и открыла окно.       — Причём тут я? — удивился Аарон, привставая и упирая руки в стол. — Вашей компании было отправлено два письма со счетами, которые вы решили игнорировать. Я же, напротив, дал ещё время, не прекращая обслуживание.       — Это первое письмо, что я получила! Не надо делать из меня дуру! — сделала она шаг вперёд, упираясь бедром в деревянный уголок.       — Они были не с моей почты.       — Я просматриваю только письма, внесённые в доверительный список. Так что…       — Так что это не мои проблемы. Фирма свои обязанности выполнила.       Алексия тяжело вздохнула, не сводя голубых озёр с Хилла. Она словно перебирала в уме варианты такого ответа, который сможет убедить. Только это уже не требовалось, ведь она была здесь. Так близко. Совсем рядом.       Можно сколько угодно строить стену из обид, отгораживаясь от всего мира, но всегда есть человек, для которого будет открыта одна единственная дверь. Начинать скучать по солнцу, когда идет снег — это то, что лучше всего говорит о людском непостоянстве.       — Я понимаю, что ты злишься на меня, — Оберг откинула светлые волосы назад и продолжила. — Но во вторник у нас важная встреча, нужна усиленная охрана. Компания не должна страдать из-за наших отношений.       — Наших «отношений»? — ухмыльнулся Аарон, подходя к Лекси. — И какие же они, наши отношения?       — Натянутые? — сглотнула девушка едва слышно, ощущая его близость.       — Ещё, — тёмные ониксы неотрывно наблюдали за ней, в то время как последний шаг сократил расстояние до минимума.       — Незавершённые?       — Хм, ещё, — Аарон медленно провёл рукой по шёлковым прядям, ожидая реакции, но она и не думала отстраниться и разорвать зрительный контакт. За эти годы Алексия явно стала увереннее в себе.       — Я не знаю…       — Ты его любишь? — неожиданный вопрос пропитал и так полную напряжения комнату до максимума.       — Не провоцируй меня. Твои манипуляции давно потеряли влияние, — покачала она головой, но так и осталась стоять в нескольких сантиметрах от Хилла, а до него снова доносился аромат земляники, что за столько лет не потерял свою прелесть, будоража сознание.       — Это же так просто сказать, любишь ты его или нет, — пожал он плечами, убирая руку, но Алексия в последний момент перехватила его пальцы, прижимая к щеке, как тогда, восемь лет назад в той чёртовой ванной.       Все вопросы, которые ему хотелось задать, потеряли смысл, стоило их губам встретиться. Все ответы, что она собиралась произнести, так и остались лишь тихим стоном, сорвавшимся из приоткрытого рта.       Руки Аарона блуждали по её телу, вспоминая все изгибы и чувствительные точки. Она отзывалась на каждое прикосновение, торопливо избавляясь от одежды. Бежевый шёлк скользнул с плеча, обнажая кожу покрытую россыпью бледных веснушек, давая возможность Аарону оставить невесомый поцелуй на впадинке, задержаться на острой ключице, слегка прикусывая.       В то время как в его голове промелькнула мысль, заставляя злость на секунду завладеть разумом.       «Она не твоя. Не оставляй следов».       Хилл нервно дёрнул пуговицы, помогая снять с себя рубашку. Её тонкие пальцы плавно очертили контур шрама, задерживаясь на нём намного дольше, чем следовало, но Лекси не сказала ни слова, прижимаясь к белёсым полосам губами, словно могла стереть эту отметину, а вместе с ней и все плохие воспоминания.       Папки с глухим грохотом полетели со стола, когда Аарон опустил её на прохладную поверхность, рассыпая все документы, которые ещё утром он тщательно раскладывал в алфавитном порядке. Но сейчас это было совсем не важно.       Его грубые толчки в ответ на её ласковые касания — разговор без слов, где каждый доносил то, что хотел сказать.       Она оставалась всё той же хрупкой статуэткой, которая безропотно подчинялась всем приказам. Целовала всё смелее, наполняя смыслом серые дни, что прошли в разлуке, доказывая, что всё было ради этого момента, ради прежних чувств, что они так отчаянно загоняли в самые дальние уголки души.       Говорят, секс не решает проблем, может и так. Зато он чётко даёт понять, что ты никогда не сможешь отпустить этого человека. Простишь, забудешь обиды, заткнёшь гордость, лишь бы всегда слышать это сбивчивое дыхание рядом, видеть, как горят страстью голубые глаза, чувствовать, как дрожат тёплые руки, всё крепче сжимая твои плечи.       — Теперь ты скажешь, что это было ошибкой? — чуть слышно прошептала Алексия, отстраняясь от него и убирая локон с лица.       — Нет. Я не хочу притворяться. Мог бы ответить, что мне хочется стереть это из памяти, но я плохой лжец.       — Мы увидимся снова? — внимательно следила она за лицом Хилла, застегивая блузку.       — Не думаю, что это будет правильно, — горько ухмыльнулся он, поднимая брюки с пола. — Ты замужем, Лекс. Давай оставим всё, как было.

***

      — Чёрт, Вишня! Ты всё время был здесь?       Вопль Алексии раздался так внезапно, что Аарон в одно мгновение оказался в коридоре, прикрываясь пледом.       — Вообще-то, я тут живу, — спокойно пожал он плечами и отхлебнул кофе.       — Тебе не кажется, что они с Янгом словно братья? — посмотрев на Хилла, девушка недовольно поджала губы и проскользнула в ванную.       — Какого хрена, Хардин? Мы же договорились! — Аарон открыл холодильник, доставая банку содовой и сел напротив Эванса.       — Что? Ты сказал на пару часов. Тем более, там дождь, особо не погуляешь, — перевел он хмурый взгляд за окно, где по стеклу скользили капли. — И вообще, мой тебе совет — завязывай с этими играми.       — Теперь ты меня будешь учить? — улыбнулся Аарон, но в душе бушевал ураган.       Вишня был прав. Так больше продолжаться не могло. Минуло больше полугода с того дня, как вспыхнувшая страсть обратилась регулярными тайными встречами. И Аарон ни разу не предпринял ничего, чтобы это остановить. Потому что просто не мог отпустить её. Только не снова. Только не после всего, что пришлось пережить.       Мораль и принципы отошли на второй план, и Хилл решил просто плыть по течению, зная, что смена статуса их отношениям не грозит.       В начале Лекси была полна решимости поговорить с мужем и подать на развод, но чем чаще она об этом говорила Аарону, тем яснее он понимал, что ничего не изменится. Она не скажет. Не сможет. Испугается. Единственное, что оставалось — делать вид, что он всё ещё верит её словам.       — Аарон! — крикнула из коридора Оберг. — Не забудь, завтра нужно десять человек к семи вечера! — и, не дожидаясь ответа, выскользнула на улицу.       Аарон приехал на объект уже в обед. Хоть он и заглядывал сюда на прошлой неделе, но всегда есть вероятность что-то просмотреть, не заметить маленькую деталь: темный закуток или оставленную кем-то коробку. С одной стороны, Хилл был бы и рад, если бы кто-то из добродетелей прихлопнул Кинга, но допустить подобное, пока он является ответственным за сохранность этой седой башки, не мог.       Дэвид Кинг и Вильгельм Оберг являлись соучредителями компании, которая занималась помощью странам третьего мира. Благое дело, как думали все, но Хилл слишком хорошо знал отца Алексии, чтобы верить в эти добрые порывы.       В любом случае, его мнение здесь было совершенно неважно. От Аарона требовалось лишь снабдить охраной зал, где будет проходить приём, и проследить за тем, чтобы все было «на уровне», как любил говорить Кинг. Чем он сейчас и занимался, внимательно изучая все входы и выходы и объясняя своим ребятам важность полного контроля.       Зал постепенно наполнялся людьми, официанты без устали предлагали аперитив, а команда Хилла невидимками рассредоточилась по согласованным точкам, наблюдая за гостями и время от времени обращая внимание на подозрительных личностей.       Аарон всё это время праздно прохаживался между приглашенных, следя за точностью выполнения обязанностей своих подчинённых, и бросая на Алексию быстрые, неуловимые взгляды. Кулаки напряжённо сжались, когда он заметил, как Кинг притянул её за талию, знакомя с вновь прибывшими, и Хилл поспешил удалился в другой конец зала, дабы не провоцировать себя ещё больше.       Этим утром он думал о том, что ситуация с тайными свиданиями его вполне устраивает, пока воочию не увидел их рядом.        Алексия — его женщина, всегда была. И, если Оберг сама боится рассказать обо всем мужу и подать на развод, то это сделает Аарон. Разумеется, предупредив перед этим девушку, чтобы избежать недопониманий. И пускай после этого он потеряет работу; самое главное, что рядом будет она.       Благотворительный вечер тянулся бесконечно долго. Аарон успел пересчитать все подвески на люстре, каждый раз представляя, как этот хрустальный гигант валится прямо на головы Вильгельма и Дэвида, подминая их под своей тяжестью и разбиваясь вдребезги. Детское злорадство клокотало в душе, добавляя подробностей фантазийному происшествию, и Хилл слегка прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы не рассмеяться.       — Простите.       Аарон чуть отклонился, краем глаза успевая заметить мужчину, что толкнул его плечом, пытаясь пройти к фуршетному столу. Лицо показалось смутно знакомым, а предчувствие ржавой иглой скользнуло в груди. Сделав несколько шагов, Хилл слегка прищурился, разглядывая человека в конце зала и безумно желая, чтобы зрение его всё-таки подвело.       — Ты знаешь мужчину у того столика? — едва слышно шепнул Аарон, придерживая Алексию за локоть и отвлекая от беседы с незнакомцами.       — Хм, да. Он работает в Хелпчанс, компании моего отца.       — Как его зовут? — процедил Хилл, не сводя глаз с объекта.       — Кажется, Стэн, — сморщила она нос, пытаясь выудить из памяти данные.       — А фамилия?       — Не помню, — пожала девушка плечами, осторожно высвобождаясь из его усилившейся хватки.       — Алексия, пожалуйста, соберись и попробуй вспомнить. Его фамилия Дарси?       — Дарси, да! Точно! А ты откуда знаешь? — но Аарон не дослушал, быстро скрываясь в коридоре.       Включив холодную воду, он вынул наушник из уха и подставил голову под ледяной поток. Сердце ударялось о грудную клетку, отражаясь пульсацией в висках. Аарон до последнего надеялся, что обознался, но всё оказалось правдой. Стэн Дарси, тот самый лейтенант, что подставил весь отряд, сдал своих, играл на два лагеря, убивал и калечил ради зеленых бумажек. Тот самый Дарси, который смог скрыться, тот самый Дарси, который смог избежать трибунала.       Первой мыслью, после того, как Хилл едва сдержался от желания выйти и набить ему морду, было позвонить в ФБР, но слова одного выжившего свидетеля явно не примут всерьез в суде. Тут были нужны куда более веские доказательства, чем просто крикнуть: «Волки!».       Аарон откинул голову на гладкий кафель, прикрыл глаза и сосредоточился на вариантах, что выстроились в ряд, надеясь, что выберут именно их, но тут нужно было действовать осторожно, ведь за Дарси стоят куда более влиятельные люди, раз способны вывести из горячей точки дезертира, да ещё и покрывать столько лет. И его очень смущал тот факт, что работал Дарси на Оберга и Кинга. Каким образом они могут быть связаны с Ираком?       Когда Аарон вышел в зал, внешне выглядел совершенно спокойным, ни одна мышца на лице не выдала нервозности и злости. Он уверенным шагом обошёл зону охраны, проверяя, как работают ребята без его надзора, и тихо выскользнул на улицу, доставая телефон.       — Коди, добрый вечер. Это Хилл, — хрипло сказал Аарон, как только на том конце приняли вызов. — Ты же сейчас работаешь в ФБР?       — Ну, если это можно так назвать, — замялся парень. — Всё ещё перебираю бумажки, до дел меня не допускают.       — Я знаю, как помочь тебе продвинуться по карьерной лестнице в кратчайший срок, — ухмыльнулся Аарон, когда Коди деловым тоном спросил, что от него будет требоваться. — Пока ничего, но будь готов сорваться ко мне по звонку.       С Коди они познакомились три года назад, когда вместе оказались на военной базе перед отправкой в Ирак, а после попали и в один отряд. Хоть тесной дружбы между ними не было, Аарон запомнил его как принципиального, умного и профессионального солдата. Они несколько раз выручали друг друга в боях, и Хилл даже словил пулю в плечо, успев прикрыть сослуживца, для которого выстрел по такой траектории оказался бы смертельным. Несколько раз после возвращения домой они созванивались, поздравляя друг друга с праздниками и справляясь о делах. В один из таких звонков Хилл и узнал, что Коди теперь несет службу в ФБР, что сейчас оказалось как никогда кстати.

***

      Весна в Нью-Йорк в этом году пришла слишком рано. Несмотря на начало марта, солнце уже вовсю согревало жителей вечно кипящего мегаполиса, предлагая забыть про куртки и провести побольше времени в парке с семьёй.       Аарон мерил шагами маленькую дорожку до скамейки, что стояла в тени деревьев Центрального парка, и всё время поглядывал на часы.       Алексия позвонила ему пару часов назад, встревоженным голосом настояв на встрече как можно скорее. Паника в её голосе всерьез напугала Хилла, и он тут же сорвался из офиса. За полтора месяца, что прошли с благотворительного вечера, они виделись от силы пару раз. Аарон полностью погрузился в свои детективные замыслы, выискивая любые доказательства против Дарси, но за это время так ничего стоящего ему не попалось, что невероятно злило и расстраивало.       — Аарон!       Алексия юркнула к нему в объятия, прижимаясь дрожащим телом и пряча лицо на груди. Он провел рукой по её распущенным светлым волосам, пытаясь успокоить, но не сказал ни слова, ожидая момент, когда она будет готова и заговорит первой.       Прошло не больше двух минут, но Аарон за это время успел накидать десяток вариантов, начиная с того, что она пришла расстаться, до того, что её муж узнал об их связи, но даже и близко не был к причине, что перевернула его мир с ног на голову всего одним движением руки.       Алексия всё так же молча засунула трясущиеся пальцы в сумку и, взглянув на Хилла, достала тонкую белую полоску, протягивая мужчине.       Аарон машинально взял вещь, внимательно разглядывая, и поднял на девушку черные ониксы, в которых невозможно было прочитать истинные чувства.       — Это точно? — Алексия коротко кивнула, прикусывая губу. — От меня?       — Да, — бесцветный голос пролетел вместе с шелестом листьев.       — Как давно ты узнала? — ему безумно хотелось закричать от радости и обнять до хруста костей любимую девушку, но слишком много «но» стояло между ними. Где гарантия, что именно он отец ребёнка? Почему им не может быть Кинг? Если Оберг говорила правду и с мужем они действительно не спят, то как Дэвид отреагирует на столь шокирующую новость?       — Сегодня утром. Сделала тест, а потом сразу поехала в клинику, — исподлобья смотрела она на него, говоря новое слово ещё тише предыдущего. — Шесть недель, как раз те дни, когда…       — Я умею считать, Лекс, — слишком сухо. Какого хрена он творит? Так нельзя. — Сядь, — легким кивком указал он на скамейку и, как только девушка опустилась на деревянные бруски, присел рядом, накрыв её холодные руки своими.       — Что нам делать, Аарон? — голос едва слышно подрагивал, готовясь сорваться в любую секунду.       — Ты готова отказаться от всего, сказать правду мужу и развестись? — Лицо Лекси побелело, когда она представила весь масштаб проблем, которые последуют после признания, но все же кивнула, поднимая на него глаза, в голубой дымке которых читалась решительность. — Я пойду с тобой. Буду рядом. Что бы ни произошло.       В просторной гостиной, обставленной антикварной мебелью, стоимость которой исчислялась сотнями тысяч долларов, стояла напряженная тишина. Аарон не сводил сосредоточенного взгляда с мужчины напротив, медленно прокручивая в руке зажигалку. Закурить хотелось безумно, но в сложившейся ситуации это было бы признанием поражения в битве двух характеров.       — Алексия, оставь нас с мистером Хиллом вдвоем, пожалуйста.       — Мне лучше…       — Иди, Лекс, — кивнул Аарон, и Оберг сделала несмелые шаги к выходу из комнаты под печальную ухмылку Кинга.       — Да, мистер Хилл, — заговорил он, как только дверь за девушкой закрылась. — Я думал, что на меня работает профессионал в сфере охраны, а не соблазнению чужих жён. И как давно?       — Восемь лет, — пытаясь говорить таким же ровным и деловым голосом, ответил Аарон, сдерживая смешок от возникшего непонимания на лице Дэвида.       — Встречались в школе, верно? — мгновенно взял он себя в руки, кидая верную догадку.       — Были обручены, — продолжал ходить с козырей Хилл.       — Занимательные факты я сегодня узнаю о жене, — улыбнулся мужчина, пытаясь делать вид, что его ничуть не задевает щепетильная ситуация. — И что же делать? Как бы вы поступили на моём месте, мистер Хилл?       — Я не держу людей, если они не хотят быть рядом, мистер Кинг.       — Это, конечно, правильно. Но у нас есть несколько проблем: одна из них брачный договор, а вторая — мое задетое самолюбие. Как думаете, что меня больше волнует?       — Я не психотерапевт, разбираться в ваших детских травмах не собираюсь и отгадывать загадки тоже.       — Она не получит ни цента, — теперь его лицо потеряло сдержанность. Венка на лбу слишком явно пульсировала, а кожа приобрела розоватый оттенок сливаясь с краской на стене. — Адвокат привезет документы завтра, пусть подпишет всё без колебаний. С вашей компанией договор расторгнут.       — Это всё? — Аарон приподнял бровь, ожидая подвоха. Слишком легко отреагировал Кинг на измену супруги, такие люди редко прощают подобные выходки, а значит, расслабляться ещё рано.       — Да. А теперь оба пошли вон из моего дома, — процедил Кинг, резко вставая с дивана и исчезая за дверью кабинета.