Смерти алый цветок

      Полулюди-полузвери в мире встречались крайне редко, относясь к легендарным существам. Все они имели демоническую природу, но могли появляться разными путями: от союза демонов, либо под действием проклятья. И те, и другие были абсолютно одинаковы по своей сути: имели частично людское, частично звериное тело, огромную силу, а также по желанию могли приобретать полноценную человеческую форму. Разве что настоящий полузверь не мог избавиться от своей демонической составляющей, когда проклятье можно было уничтожить.       Правда, обычно никто не разбирался.       Черная Вода в действительности соответствовал всем пунктам своей сущности. Диковинная демоническая кровь разбавляла и отравляла человеческое естество, придавая слабой своей половине чудовищную силу. Но все ее количество уходило на самые тривиальные вещи.       Полузмей предпочитал сидеть в своих пещерах, выползая на поверхность в искаженных тенях, только чтобы схватить посланную ему жертву и утащить в темные глубины. Вот только он ее не желал.       Но кто же поверит…       Эхо чужих проклятий плотной дымкой стояло в ушах. Он старался сделать свою работу быстро, пока каждый попавший в его руки заклинатель находился в тревожном сне, а после — продолжал там же и находиться.       В первый раз эти мощные руки тряслись, а змеиное тело выворачивало от судорог, будто от вонзившихся в него ядовитых стрел или мощных заклинаний. Черная Вода смотрел в такие же лица — в знакомые лица! — и дрожал. Из легких вырывался сдавленно воздух, смешиваясь с гортанным рычанием и болезненным писком на языке. Все это превращалось в какой-то натянутый хриплый вопль.       Раньше он мог держать эти холодные руки на поклоне, но теперь ему приходилось вырывать маленькие души людей из их хрупких тел.

***

      — Смотри! Смотри же! — скорбный рев устлал собой всю пещеру, будоража голубую воду подземной реки. Вода лизала базальтовые стены, трепетала у самого берега, омывая дно пещеры.       Ши Цинсюань, выпущенный из оков змеиного тела, глухо ударился о зернистый камень. Ладони и колени вспыхнули жаркой болью, кожа стерлась о наросты речных ракушек. Но ослабленный разум успел ухватиться за этот нарыв, чтобы постепенно прийти в себя. Дикий звон наконец-то превратился в отдельные звуки, а потом и слова, разноцветные пятна выстроились в картинку.       Ледяные волны лизали тело Ши Цинсюаня, оживляя воспоминание о том, как он тонул, упав во сне в озеро, как демон тянул его на дно. Он пытался куда-нибудь отползти, руки его плохо слушались, но змей упрямо толкал мужчину обратно к воде и рычал.       — Смотри! Смотри на них!       Ши Цинсюань открыл глаза и замер.       Река текла в глубокой и широкой расщелине на дне пещеры. Подводные стены, изрезанные цветной породой и поросшие минералами, мерцали в темноте. Чистая вода преломляла свет, рассеивая и бросая его на своды, окружение, на змея и заклинателя, на сотни тел, лежащих на дне.       Цинсюань сжал в зубах рвущийся крик, когда его взгляд наткнулся на безмятежное лицо юного заклинателя из клана Пэй. Мужчина рванул в холодную пелену реки, чувствуя, как ее покров смыкается над головой, а в ушах стоит гул течения и биение собственного сердца. Он знал Пэй Су, они вместе ходили на ночную охоту. Их ордена состояли в хороших отношениях.       Ши Цинсюань пытался справиться с потоками воды — река петляла в расщелине, набирая скорость и становясь хаотичной. Он старался ухватиться за скользкие стенки расщелины, чтобы поднять со дна тело. В ледяной воде мышцы начали быстро уставать и неметь.       Черная Вода вытащил заклинателя, который мертвой хваткой вцепился в тело, осторожно опустив их на камень. Казалось, что он нервничал, смотря на них, что даже оглянулся по сторонам, а после отполз и свернулся хищными кольцами в полутьме.       Цинсюань промок насквозь. Снова. Вода стекала по его волосам, лицу, плечам. Бело-зеленое ханьфу с лазурным узором смотрелось жалко и блекло. Мужчина дрожал и трясущимися пальцами начал разрывать саван из мягкой тины, жилистых водорослей и широких листов подводных цветов.       Заклинатель коротко глянул в сторону змея, тот смотрел в ответ совершенно спокойно и, кажется, мягко? Сердце заволновалось, обвитое теплой сухой тоской. Руки разорвали последние слои кокона, открывая сине-красные одежды клана Пэй.       Черная Вода незаметно усмехнулся. Он знал, что члены клана Пэй всегда отличались особой горделивостью и воинственностью, даже цвета одежд подчеркивали их необузданный нрав и несокрушимость. Этот юноша, даже проиграв в неравной битве с полузмеем, все равно не выпустил меч из рук. Пришлось его замотать в водоросли вместе с ним.       Ши Цинсюань посмотрел в лицо Пэй Су, скинув мелких рачков с кожи. На берегу его черты не размывали потоки воды, бледный свет не ложился жутковатым оттенком, на щеках еще сохранился легкий румянец. Глаза Пэй Су были плотно закрыты, а губы сжаты, он чуть хмурился, будто ему что-то снилось…       Ши Цинсюань коснулся руки юноши. Она оказалась теплой! Заклинатель подскочил — настолько громко заколотилось сердце. Он пытался схватить онемевшие пальцы, но те намертво прижались к ножнам и рукояти меча.       — Пэй Су! Сяо Су!       Ши Цинсюань вновь упал на колени и прижался щекой к груди юноши. Чужое сердце размеренно стучало! Пэй Су был жив.       Радость и жар навалились на заклинателя, заставив щеки пылать. В глазах собрались слезы. Мертвенная синева лиц теперь казалась лишь зачарованной игрой глубинного света.       Ши Цинсюань вновь посмотрел на змея. Он не убил ни одного. Не испил человеческой крови, к которой так тянулась змеиная сущность с ее неконтролируемым голодом. Не пожрал никого.       Эти люди, которых сослал сюда Великий Советник Императора, лежали на лазурном дне озера в объятиях мягких водорослей и коконах тины. Как он мог их тронуть?       — Почему он не просыпается? — мягкий голос немного дрожал.       Черная Вода лишь спустя пару долгих секунд наконец выполз на отсветы, выглядя уже не таким грозным, но все еще опасным. Тихо скрежетали о камень чешуйки, колодезная стужа исходила от змея. Веяло подступающей зимой.       Змей наклонился, подхватывая лоскуты тины и водорослей, кутая в изумрудные слои тело Пэй Су. Бережно и неспешно. Действовал он очень нерешительно.       Черная Вода был смущен чужим присутствием. Это вдруг напомнило ему далекие времена о его детских проказах, за которые приходилось публично получать наказание — будь это битье палкой или скучное переписывание трактатов по нескольку раз.       Обычно он вытаскивал пойманных заклинателей на этот берег, раскладывал в ряд мягкие тела, после чего заматывал их в речной саван, окружая проклятой демонической силой.       Одного за другим.       Молча и кропотливо.       А насмотревшись лиц, под грузное давление необъятной тоски и вины погружал их в реку. Каждое его движение сопровождали слезы капели, тяжелые и гулкие. Сейчас ее заменило дыхание другого человека, шуршание его одежд и голос.       Нахождение Ши Цинсюаня здесь ему не мешало, даже было в какой-то степени забавно наблюдать за этим заклинателем. Но его присутствие несло какое-то неясное, неуловимое волнение, объяснить которое пока не удавалось.       Ши Цинсюань молча следил за длинными, тонкими пальцами. Они были молочными, узкими, с серыми тенями у выступающих напряженных жил и круглых суставов. Пальцы ловко погрузили тело в саван. После чего Черная Вода тяжело вздохнул.       — У них нет души.       Ши Цинсюань уже успел почувствовать это. Эти заклинатели были живы, но как будто крепко спали, не в силах отозваться на чужой зов или прикосновение. От них не исходила та мощная, знакомая каждому сила, с помощью которой совершенствующиеся творили магию. Они были пусты и спокойны. Это немного ужасало.       — Кто ее забрал?       Цинсюань отнял руку от собственной груди — его духовная сила, слитая с душой, размеренно пульсировала, немного ослабев, но не угаснув. Он вскинул голову, посмотрев в человеческое лицо Черной Воды, который невероятно легко поднял на руки Пэй Су, окружая его хладной и колкой, как иней, силой, и погрузил в проточные воды.       Спящее лицо Пэй Су снова размыл поток. Магия змея и течение защищали тело от возможных повреждений, действия пещерных существ, разложения.       Но змей так и не ответил на вопрос.       — Кто это сделал?       Ши Цинсюань повысил голос, который отразился треском от каменного свода.       — Ты все равно мне не поверишь.       Чешуя с легким угрожающим рокотом зазвучала вновь, когда демон неспешно заскользил к туннелям, ведущим в темноту.       Не было смысла говорить правду, поскольку она была запутанной и страшной. А он был всего лишь жутким демоном, похищавшим души.       — Хорошо, что ты своей дорогой сюда пришел.