У костра

Лея Органа-Соло почти с ненавистью полоснула по Хану взглядом и стиснула в пальцах стенки бокала, едва не раздавив их. Опять, как всегда. Ну и вот зачем он притащил ее в эту глупую кантину? Переговоры по закупке техники сорвались, потому что в окрестностях образовался ОЗР. Что касается второго повода – ее дня рождения, - Лея старалась их уже не считать, и так слишком много. Но нет же, старый упрямец даже принес ей подарок, большущий веник белых, сильно пахнущих цветов… хотя мог бы за столько лет запомнить, что именно на них у Леи аллергия, а в прическе на свадьбе они были просто потому, что никаких других попросту не было; чтобы не чихать, она тогда проглотила целую горсть таблеток, да еще Люк помогал. - Ну, чего ты кипишь? Где я опять не прав? Лее хотелось плакать, или тихим вдумчивым матом выговорить благоверному все, совсем все, и про цветы, и про его раздолбайство, потому что именно ОН не проверил, и не учел очередные учения Первого Ордена. - Зачем мы тут сидим? – хмуро спросила Лея, и отставила злосчастный бокал. - Потому что у кого-то праздник. - У кого-то - может быть, - буркнула она и чихнула в цветы. - У тебя, если у кого-то склеразм кроме насморка... - У кого-то точно склеразм, потому что насморк у меня от ТВОИХ цветов. Аллергический, знаешь, такой бывает. - Ладно. Цветы не зашли, окай. А чего ты все-таки хочешь? Лея едва не зашипела. Прищурилась и глядя в лицо неисправимому контрабандисту проговорила: - Чего я хочу, дорогой? Ты уверен, что ты хочешь это услышать? Вокруг них за разными столиками хватало самых разнообразных посетителей, и на перепалку никто особо внимания не обращал. На сцене причудливо извивалась в танце алая твилека. - Ну давай, напугай меня, - Хан ухмыльнулся. - С удовольствием. Потанцуй со мной. О! Это сказать стоило просто для того, чтобы увидеть, как ироническая улыбка исчезает с губ Хана Соло, и сменяется напряженным, застывшим выражением. Лея знает, что Хан «не танцует», не умеет, не любит, совершенно не чувствует ритма и постарается избегать этого самого процесса до последнего. Криффт побери, он лучше себе в ногу выстрелит, а танцевать не пойдет. Он трижды обещал "хоть что-нибудь выучить", но никриффта, естественно, не выучил. А главная беда в том, что Лея до сих пор ЛЮБИТ и умеет танцевать, только ей совершенно не с кем. - Ну?.. На какую-то секунду Лее кажется, что Хан все-таки согласится, но он качает головой, как обычно делая морду бронепластиной. - Не, дорогая, я пас. С этим точно. Лея запирает в горле слезы обиды – не хватало еще разреветься, - и улыбается. - Ну если так, дорогой, то я найду другого партнера, а ты можешь сидеть и отдыхать. - Ну-ну… Лея окидывает помещение взглядом, потому что задача в самом деле достаточно сложная – она уже не девочка, хотя сумела тренировками сохранить хорошую физическую форму. По возрасту ей подходит разве что седоволосый мужчина за столиком по диагонали через зал, сидящий с трандошанином и невнятным пареньком, который Лее сразу непонравился: белокожий, светловолосый, как сефи, с характерной армейской выправкой, но не в форме – или дезертир, или еще что похуже. Впрочем, отступать Лее некуда, а капитан этого паршивца вполне неплох, хотя в любой толпе наверняка бросается в глаза, как крейсер на посадочном поле – за два метра роста, ширина плеч соответствующая. Он что-то рассказывает своей ящерице и щенку, рассказывает с улыбкой, жестикулируя и расставляя кружки в качестве карты. Лея встает, ехидно улыбнувшись потянувшемуся вслед Хану, и через зал подходит к троице. Взгляд мальчишки вблизи ей нравится еще меньше: кажется, он понял, кто подошел, и даже чуть подается назад, поближе к ящеру. (Точно первоорденец, хоть и бывший. Нашел заступника!.. Хотя трандошанин может просто любить драться.) Человек с седыми волосами и шрамом через щеку вскидывает на принцессу без королевства глаза – они синие, даже более яркие, чем у Люка, цвет, на который Лея всегда, с юных лет залипала. И улыбка хорошая, настоящая, живая... без насмешки. - Чем обязаны? – спрашивает он, а мелодия сменяется более быстрой и зажигательной. - Привет, - чуть смущенно говорит ему принцесса Органа-Соло, - танцы здесь не объявляют, поэтому белым может быть любой. И мне очень хочется пригласить вас. Или чтобы вы пригласили меня. Она смотрит контрабандисту или наемнику (этот человек и здесь вряд ли другой профессии) в лицо и чувствует, как нагреваются щеки. - Кое-кто вроде против, - взмахом ресниц указав куда-то ей за спину, говорит седоволосый, но встает, плавно и мягко, словно вытекает из-за стола. - Он мне отказал в приглашении, - честно говорит Лея, - поскольку не танцует. А почему не должна танцевать я, если люблю это делать? - Логично, - кивает головой тот. Сейчас Лея понимает, что волосы у его не седые, они цвета бескара или неполированной стали, серые, а шрам, скорее всего, появился от удара светового меча. На миг она задумывается, откуда такая отметина, и решает, что удар мог нанести один из инквизиторов или даже Дарт Вейдер. Ей почему-то хочется поверить, что дело было именно так, хотя тогда стоило бы задуматься, а кто именно перед ней и почему он сходился с инквизиторием? - Позвольте пригласить вас на танец? Лея улыбается, а в горле царапают слезы. - С удовольствием принимаю приглашение. Партнер ощущается почти как Чубакка, он нависает над миниатюрной женщиной башней, но танцевать умеет и движется на удивление легко и ловко. И Лея забывает о Хане, о дурацких цветах, обо всем прочем, она просто летит сквозь вихрь разноцветных огней, едва касаясь подошвами пола и на какие-то мгновения вообще делая опору на чужие, очень сильные руки. В самом конце ей хочется, чтобы Хан сейчас психанул и ушел, хлопнув дверью. Тогда можно было бы посидеть с синеглазым капитаном и поболтать о чем-нибудь совсем несущественном и легком. А дальше… Лея не хочет задумывать, что может случиться дальше, а может достаточно многое. Даже если удастся завербовать этого человека – будет уже плюс, правда? И тут танец кончается. Музыка замолкает, и Лея, понимая, как это жалко выглядит, снизу вверх смотрит на человека – еще. Словно голодной лот-кошке дали только одну рыбку, слизнула и не заметила. Вот только синеглазый, про которого она знает только имя – Рикерт, и то, что он прекрасный танцор, смотрит в другую сторону. Лея тоже смотрит в другую сторону, и внутри нее вспыхивает ярость, почти бешенство, и битой посудой Хан точно не отделается. Потому что старый мудак, где-то взявший еще человек десять разного сброда уже стоит у столика с ящером и первоорденцем. Ящер действительно подался вперед, не давая схватить своего приятеля, и его золотистые глаза сощурены – трандошанин готов к драке. Собственно, Рикерт уже тоже готов к драке – брови сошлись к переносице, взгляд стал прицельным и злым. - Эй? Какого крифта? В три широких шага он идет к столу, и ей приходится почти бежать следом. - Это я должен спросить, какого криффта, - медленно говорит Соло, и Лея понимает, насколько он в самом деле разозлился. – Какого криффта ты распускаешь руки с моей женой, например. - А я распускал с ней руки? – Спрашивает Рикерт. – Я с ней вроде бы танцевал. - И всю облапал, - говорит Хан, хотя это неправда. Лея вспыхивает, и пытается перехватить взгляд, но ее словно исключили из скандала. – Что, своя девочка уже не устраивает, наигрался? Беловолосый мальчик за спиной ящера вздрагивает, его насмешка задела. Трандошанин шипит, фраза могла относиться и к нему, глаза темнеют, становятся более рыжими, и тут в голове у Леи словно звякает предупреждающий колокольчик. В Сопротивлении не то чтобы очень много трандошан, но глаза у них цвета не меняют. Когда Лея подходила к столу, у ящерицы были фиолетовые глаза, почти под цвет розовой шкуры с черным крапом – она еще задумалась, что таких не видела раньше, редкий окрас. Но сейчас глаза трандошанина стали желто-оранжевыми, и это не отражение светильников. Но тогда – трандошанин как минимум темный джедай, возможно ситх, и кто тогда остальные?.. - Слушай, - мягко, почти вкрадчиво говорит Рикерт. – Ссора-то дурацкая. Красивой женщине захотелось потанцевать. Тебе такое не нравится, твое право... Ей хотелось, ее право. Я согласился, ничего дурного в танцах не вижу, возможно дурак. Но если ты был против с самого старта, почему этого не сказал громко, на весь зал? Сразу и поговорили бы. - Вот сейчас и разговариваем, - процедил Хан, хотя даже его группа поддержки слегка недоуменно переглянулась. – Скоро перейдем к полноценным аргументам, чтобы больше неповадно было. - Я тебе не рабыня! – возмутилась, наконец, Лея. – Раз ты не хочешь со мной танцевать, я нашла другого партнера! - Понравилось? – фыркнул Хан. - Понравилось, - хотя Хан наверняка имел в виду нечто другое, и Лея даже знала, что именно. - Ну, так сейчас еще раз потанцуют, раз тебе понравилось. - Я вот не понял, - проговорил Рикерт медленно и как-то очень неприятно, - леди между мной и тобой. А стволы смотрят на мой экипаж, который тут как бы не при чем. - А так ты точно не сбежишь, а если и сбежишь, то не взлетишь, - ухмыльнулся Соло. – Пилот-то твой сладкий - вот он. - Я тоже «вот он». И кончай цепляться к моим ребятам. Я и ты, ты и я, все остальные за бортом. - Так кто тебя заставлял брать орденского пилота на корабль? Они все сладкие, если что, - засмеялся Хан Соло, и в глазах Рикерта тоже очень ярко отразился золотистый светильник. Слишком ярко, и Лее стало холодно. - Решал бы ты за свой корабль, - также медленно проговорил Рикерт, - а я со своим как-то сам разберусь. Хочешь подраться – без проблем, я согласен. На чем тебе там больше нравится, ножи, стволы… Но без моих и без вот этих ребят. Жест, которым джедай закончил фразу, Лея регулярно видела у Люка. На Хане и на ней он почти не работал, сказывалась привычка, но «ребята» послушно подались назад, отступая от трандошанина и паренька, осторожно покосившегося по сторонам – насколько миновала угроза. Причем Лея была на сто из ста уверена, что бластер у него есть. И что Хан тоже узнал джедайский жест – тоже была уверена. - Достаточно. Я прошу вас обоих – достаточно. Рикерт безразлично шевельнул плечом - мол не я начал. Хан хмыкнул, глянул на Лею, глянул на джедая, и спросил: - Что, сильно понравилась? Мне, не поверишь, тоже… Он выхватил бластер в тот момент, когда Рикерт вдохнул, чтобы начать отвечать. Этим фокусом Хан Соло пользовался часто, как минимум успевая ранить противника, как максимум – убивая в один выстрел, и проигрывал очень редко. Вот, собственно, как сейчас. Лея только успела подумать, что человек – джедай, потому что будь он темным, Хан Соло был бы уже мертв. Джедай даже не шагнул, а коротко подался вперед, сжимая руку поверх извлеченного из кобуры оружия. Импульс ударил в пол. Лея услышала отвратительный влажный хруст – Хану только что сломали запястье. Свободной рукой Рикерт начал удар старому контрабандисту в лицо, и отступивший вместе с остальными Чубакка вскинул арбалет, потому что дотянуться до джедая не мог. Белобрысый орденец, взвившись с места, толкнул вуки всей массой, сбивая с выстрела. Чубакка ударил в ответ кулаком, и, наверное, убил бы человека на месте, но мохнатую лапу перехватил трандошанин. Вуки взревел, и почти мгновенно перенацелив арбалет выстрелил расовому врагу в лицо. Не попал, испортил стену. - Всем стоять! – Лея кричала во весь голос, пока в свалку не вписался кто-то еще, одновременно отсылая экстренный вызов Рей, и замечая, что Хан все-таки отхватывает в глаз и как-то слишком расслабленно, бессознательно падает. – Всем стоять на месте!!! Куда там… На джедая уже бросились двое родианцев, которых Хан когда-то в разговоре назвал «нормальными ребятами», трандошанин сцепился с Чубаккой, орденца смахнул на пол одним ударом кто-то здоровенный, расы которого Лея просто не знала. Рикерт расшвырял своих противников, как мягкие игрушки, с шага ударил здоровяка. Глаза у него тоже стали желтыми, страшными, и по пальцам на мгновение метнулись разряды. Лея попыталась схватить его за что-нибудь и оттащить, но едва не словила сама. Когда вбежала Рей со своей ученицей-твилекой, уже случилось все, что могло случиться. Товарищи Хана по большей части валялись на полу, на ногах были Лея, Рикерт и трандошанин, которому случайным импульсом превратило в кровавые лоскутки ладонь. Чуби возился у стены, но делал это не очень осмысленно, пришибленный по голове стулом. За стойкой официантки и бармен притворялись ветошью. Пилот джедая с разбитой и уже перевязанной головой полулежал в бессознанке на сидушке. Джедай наложил на изувеченную руку ящера толстый слой регенератора, и сверху зафиксировал повреждение жестким пластырем. Насколько Лея видела, один из пальцев почти оторван и висит на сухожилиях. Она попыталась подойти несколько секунд назад, но Рикерт так глянул через плечо, что что-то делать Лея не решилась. Хан был без сознания, остальные тоже, приводить в чувство вуки было опасно в первую очередь для вуки. Рей встала на пороге и активировала клинок. Трандошанин зашипел, его здоровая лапа ушла под стол, то ли к кобуре, то ли к чему похуже. Джедай в полтора движения повернулся ко входу. На нем свободная куртка и что висит на поясе, ее полы надежно скрывают. - Лидер? Лея настаивала много лет именно на этом обращении, и Рей к нему привыкла. - Мастер Рикерт? – удивленно спрашивает Алита ГунТа, падаван Рей и совсем еще девочка. Лея мысленно выдохнула – все-таки мастер, а значит джедай или хотя бы Серый джедай, как Люк. (У Люка тоже очень редко, но глаза светятся оранжевым.) - Слегка запоздали, - говорит Лея для Рей, но все равно улыбается ей. - Что случилось? – спрашивает Алита. - Помолчи, падаван. - Но почему, Мастер Рей? Мастер Рикерт? - Потом, – отрезает Рей. - Случилось недопонимание, - глядя в уже синие, но с еще желтыми огоньками в зрачках, глаза Рикерта (интересно, откуда его знает маленькая твилека?), выговорила Лея. - Сначала это была проверка, потом недопонимание и недоразумение. Сейчас, когда засветилась Рей со своим мечом, сказать, что случился именно скандал и разборка уже нельзя. Джедай молчит, и это не очень хорошо. Еще хуже, что он стоит между своим экипажем и Рей, словно бой еще не окончился. - Я, вероятно, виновата перед вами, Рикерт. Или правильно будет сказать – Мастер Рикерт? Я не хотела, чтобы кто-то получил травмы. Я была бы искренне рада, если бы мы продолжили так некстати прервавшийся разговор. - Ну? Что от нас нужно? Лею немного раздражает, что джедай упорно говорит во множественном числе – нас, обязаны, - но у них свои правила. - Продолжение беседы в более спокойном месте. Возможно, мы найдем точки соприкосновения. Возможно, у нас одна цель и возникнет сотрудничество. - Нет. - Почему так категорично? - Могу еще категоричнее, - произнес Рикерт, и огоньки в глазах стали ярче. – Идите вы к криффтам и с такими проверками, и с такими продолжениями. Следующие ревизоры сами не уйдут. - Нет нужды в угрозах, - улыбнулась Лея. - А это не угроза, это предупреждение, - холодно проговорил джедай. – Следующих долбоклюев, которые попытаются изувечить моих друзей, я оставлю лежать прямо там, и больше они не встанут. - Мастер Рикерт… Но ведь ничего критичного все-таки не случилось? Принцесса Органа-Соло и сама бы набивала цену, слегка преувеличивая потери в подобной ситуации, так что поспорить вполне могла. В конце концов трандошане способны отрастить не только палец, но полностью кисть, а пилот… Лея не верила, что джедай не сможет пилотировать сам. Ну поваляется пилот неделю-месяц в бакте... Алита рядом с Рей охнула. Глаза Рикерта опять стали цвета расплавленного металла. - Со своими, в том числе благоверным, делай, что вздумается, если они терпят. Бросай на форсеров, чтобы их проверить, на Первый Орден, на хаттов, мне не интересно. Кто трогает моих ребят – отхватывает. Второй раз – отхватывает по полной. А теперь – а’иос. Он отступает к своему пилоту, мягко подводит руку тому под затылок, стоя вполоборота к Лее. Парень вздрагивает, как от электрошокера, распахивает бледно-голубые, куда светлее чем у Рикерта, глаза, на мгновение прижимается щекой к руке. Принцесса (и, вероятно, одновременно с ней - Рей) узнает техника Первого Ордена, которого должны были найти и похитить, но попросту не нашли. Рей оглядывается на Лею, а та никак не может выбрать верное решение: корабль, ради которого затевалась операция, уже погиб, а если сейчас еще раз проявить агрессию – джедай пойдет в полноценный бой. С другой стороны, сейчас против него двое противников со световыми мечами, а трандошанин поврежден, и справиться будет проще. Лея едва заметно кивает. Рей делает шаг вперед. - Нет!!! Принцесса изумленно оглядывается – она как-то не ожидала, что маленькая твилека умеет так кричать. А Алита переводит взгляд с Рей на Лею и обратно, сглатывает и проговаривает, уже тихо: - Нет. Нет, Лидер. Нет, Мастер. Я не стану драться с Мастером Рикертом. Просто не стану, даже если прикажете. Поэтому нет никакого преимущества. На мгновение Лее хочется заклеить прямолинейному ребенку рот, но только на мгновение. Мастер Рикерт помогает подняться своему пилоту, Трандошанин первым отходит к дверям, минуя Рей, в полной готовности к бою; за ним отступает человек. За секунду до того, как закрывается дверь, Лея слышит в голове два голоса, очень похожих по интонации, и говорят они одно и то же: Рикерт и Люк. Уши и щеки вспыхивают огнем. - Только попробуй ее наказать.