Внушая страх монстрам

      Рыжих осталось очень мало и с каждым годом становится меньше. Некоторые проживают всю жизнь, так и не встретив солнечных людей, но Руслану везло: рыжие его просто окружали. Может, Питер так пытался компенсировать недостаток солнца в жизни детектива?       Миша — старший лейтенант — очень интеллигентный человек. Они вместе учились в полицейской академии в Москве, правда, Кшиштовский поступил в более зрелом возрасте и из-за своего веса не прошёл на федеральную службу, поэтому карьеру начал простым участковым, кровью и потом дослужившись до нынешней должности. — Бля, Кшиштос, что это за волос у меня в картошке? — Даня протяжно взвыл. — Какого чёрта твоя борода вечно оказывается у меня в еде.       Даня был, что называется, похожей противоположностью: тоже рыжий, тоже творческий и трудолюбивый. Их голоса даже ассимилировали друг под друга в разговоре: было сложно понять, кто говорит, если отвлечься. Но Поперечный был скорее сангвиником, чем меланхоликом и на интеллигента не походил от слова совсем. Даже когда молчал. Ну вот на лице у него написано: «Бить ебало буду». Но и быдлом его назвать было нельзя — слишком образованный и умный. Просто миллениал. — Да с чего ты взял, что это мой волос? Может, твой. По цвету же не отличишь, — Миша даже спорил как коренной москвич, воспитанный в частной школе. — Зато по длине отличишь. У меня такие волосы только на жопе могут расти! — на парней уже начали недовольно оглядываться другие посетители. — Товарищи старший и младший лейтенанты, — хмуро перебил друзей Усачев и подтолкнул к последнему свою порцию фри. — На вас уже люди смотрят с нескрываемым желанием убить. Даня воровато посмотрел на красную картонную коробку, предложенную ему Русланом, словно сомневаясь: это его угощают, или брюнет просто так показывает, что его от них тошнит. — Да ешь уже, у меня всё равно диета.       Когда конфликт утих, парни вернулись к обычной беседе: о кино, о политике, о работе. Волей-неволей разговор зашёл о маньяке-Невидимке, который как полгода орудует в России, в Москве. Паника нарастала, но никому ничего не рассказывали. Всё как обычно. — Рус, ты же должен знать больше, — не удосужившись прожевать, с набитым ртом спросил Данила. Кажется, частички месева из мяса, соуса, теста, салата и помидоров полетели прямиком на идеально выглаженную чёрную рубашку федерального служащего.       Руслан, поморщившись, ответил без всякого раздражения — привык: — Мне не жалко, было бы что рассказывать. Во-первых, не я веду дело. Во-вторых, то, что я знаю, засекречено, — парень флегматично потянул клубничный смузи через трубочку. — Меня могут уволить за разглашение. — Так всё жёстко? — Спунтеймер (кличка Дани с академки) аж перешёл на шёпот от заинтересованности и наклонился к Руслану, словно они секретный план по ограблению банка обсуждали. Или засосаться хотели.       Усачев без колебаний отодвинул лицо назойливого приятеля ладонью на безопасное расстояние. — Кир говорит, что фотки трупов с каждым разом всё тошнотворнее. Последнего и вовсе собирали по кусочкам. Но я вам ничего не говорил.       Рыжие синхронно закивали, аки болванчики перед лобовым стеклом автомобиля. — Стрёмно, — подытожил Миша. — Мы в зоне риска по причине пола. Какая ирония, — усмехнулся Даня. Какая ирония — знал только он, видимо, а его друзья лишь согласно кивнули, делая вид, что поняли. — Мы в зоне риска, потому что в полиции работаем, — поправил коллегу Кшиштовский. — Тоже верно, не поспоришь.       Дело серийного убийцы вёл Евгений Попадинец, ровесник Руслана, очень быстро продвинувшийся по карьерной лестнице, раскрывая сложные дела в рекордные сроки. К своему глубокому сожалению Вихлянцев лично знал Женю. Крайне неприятный и заносчивый тип. За шесть месяцев он успел отработать около десяти подозреваемых и был готов поймать Невидимку. Его главной версией был убийца-хирург, Василий Лужков. Его уже взяли под стражу и на днях должны были передать в руки суда. Наступили выходные, Попадинца никто, как обычно, не видел — на то и выходные. Все пьют, отдыхают. А в понедельник тело следователя нашли Поперечный и Кшиштовский, когда приехали на вызов. Бедняга был прибит к стене среди гаражей, а на его спине красовалось кровавое послание: «Don't call the police». Даню чуть не вырвало от подобного зрелища: кое-где виднелся хребет.       Усачева отправили на место как ближайшего агента в зоне доступа. От вида мёртвого коллеги его вывернуло. Кир, как ни в чём не бывало, делал снимки. Словно и не был знаком с убитым лично. — Я думаю, это угроза, — Спун сплюнул себе под ноги. — Или серийник решил спасти невиновного, — чуть более позитивно взглянул на ситуацию Михаил. У него всегда так — видит лучшее в других, а худшее — в себе. — В любом случае, он ясно дал понять, что будет с теми, кто решится его искать, — но пессимизма ему не занимать, конечно.       Телефон пиликнул, и брюнет быстро схватил гаджет, желая хоть на немного отвлечься от крови. Наивное предположение не оправдалось. Усачев побледнел, тело пробрала мелкая дрожь: — Его дело передают мне.       Чтобы прийти в себя и начать задаваться логичными вопросами, мужчине потребовались две таблетки успокоительного и час разговоров с друзьями. — Всё ведь было засекречено, откуда он узнал?! — федерал наворачивал круги по офису. Затем вдруг остановился: — Это либо крот, либо… убийца работает с нами, — удивлённо закончил он. Такой вариант ему нравился меньше всего. Да и поворот как в дешёвом детективе: полицейский — убийца! — Откажись от дела, — серьёзно попросил Миша. Он всегда хмурый, но сейчас — сильнее обычного. Как мило, забота о друге. — Не могу, — Усачев помотал головой. Начальник отдела с дерьмом смешает и его, и карьеру. — Но… на одной территории Невидимка задерживается на несколько месяцев. Хотя бы несколько недель он будет здесь. Где-то десять на район. Он только что сменил локацию — есть шанс. — Руслан, район, в котором ты живёшь, — Кшиштовский всё взывал к здравомыслию брюнета. — Переедь на время. Хоть ко мне.       На это предложение Вихлянцев лишь отмахнулся: у него с собой оружие и знания самообороны. А шанс умереть просто по дороге домой куда выше, чем от рук серийного убийцы.       Всю неделю Руслан почти жил в участке, постоянно мониторя пропавших. Спал по три часа в сутки, реагировал на каждый вызов. Всё впустую. Пропали трое мужчин, двое обнаружились через день: один сильно напился и ночевал на лавке в парке, второй — у любовницы. В том, что третий сегодня-завтра объявится, Усачев не сомневался, как и не сомневался в том, что скоро начнёт видеть галлюцинации. Нужно поспать.       Вернувшись домой в час ночи, Вихлянцев дважды провернул ключи в замочной скважине и сразу понял, что что-то не так. Он не боялся темноты даже в детстве — в городе, где он вырос, полгода была ночь — но сейчас почему-то ощущал лёгкое беспокойство, под ложечкой засосало. Мимо окна мелькнул силуэт. И это точно не снаружи — на втором-то этаже. — Кто здесь? — Руслан наощупь включил свет правой рукой, а левой достал табельное оружие из кобуры, снимая предохранитель. С поднятыми руками ему навстречу вышла молодая женщина, с головы до ног перепачканная в крови, но вот ранений на ней агент не заметил. Зато заметил безумный блеск в глазах. Наркоманка? Голова немного закружилась, но мужчина постарался взять себя в руки. Не сейчас, организм! Мысленно мужчина поклялся спать хотя бы по пять часов ежедневно, если выживет. — Пожалуйста, не звони в полицию, — лелейно попросила она, склонив голову набок.