Внушая страх монстрам

Собираясь утром на работу, Руслан размышлял о предложении Невидимки. Скорее всего, она подготовит кого-то заслужившего смерти, да и терять Руслану нечего: он уже убийца. Усачев был удивительно спокоен и рассудителен, принимая сторону в, казалось бы, остром моральном вопросе. И это ощущалось так легко и отчуждённо, словно в магазин сходить. Чувство власти и значимости ударило в голову: он уже не слабый мальчик из Норильска и не доверчивый студент первого курса — он тот, с кем заключила сделку опаснейшая преступница современности.

***

— Добгхое утгхо, — даже не посмотрев в сторону двери, поздоровался Ларин. Руслан первым делом заглянул в морг, так что других коллег на пути не встретил. — Ты здесь спал? — преданность делу не могла не вызывать уважения. Дмитрий на вопрос лишь махнул рукой. — По всем пгхиметам, Зеленицкий. Ночью получили обгхазец его ДНК, совпадает полностью. Отчёт составлю в течение часа. — А какие-нибудь вещества в теле убитого обнаружены были? — Тгхуп пгховалялся на кгхыше два дня. Если там что-то и было, оно испагхилось, гхазлажилось или вытекло. Но увегхенно могу заявить, что сгогхел он не там. — Ладно, спасибо. И если не будет ничего внезапного, иди домой. Трудовой день ты отработал, — ну нельзя так изматывать человека. Руслан прекрасно помнил, как отсутствие нормального сна чуть не сгубило его. — Не стоит делать вид, что мы внезапно стали закадычными дгхузьями. — Я с тобой разговариваю как начальник отдела, которому кофеиновые овощи на рабочем месте не нужны. Никакого дружелюбия, только холодный расчёт. Ларин усмехнулся, но кивнул. Кажется, сегодня всё идёт по плану. Во вторую очередь Усачев всё-таки взял личное дело доктора Шац. Сорок один год, дочь живой легенды федерального сыска — иначе о Михаиле Шаце сказать было нельзя. Училась и проходила стажировку в США, имеет профильное психологическое образование, посещала курсы криминалистики и психиатрии. Работала в более чем двадцати странах и, судя по рекомендациям, специалист на хорошем счету у верхушки. Но больше всего вопросов вызывал рост. Метр девяносто. Каков шанс, что Усачев чисто случайно встретится с двумя женщинами, ощутимо более высокими, чем он сам, имеющими удивительно похожие тембр голоса и цвет глаз? Их схожесть была явной. Слишком явной, чтобы быть правдой. Руслан решил действовать наверняка. Время семь утра, значит, Луиза должна находиться в своём кабинете. К счастью, женщина сидела за столом совсем одна, что-то печатала на личном компьютере. — Опять без стука? Вырабатываете вредную привычку, Руслан Эдуардович, — через саркастичность и официоз Усачев переступил молча.

Просто удостовериться, что это она.

Агент позволил себе немного вольности и повернул голову женщины на себя за подбородок.

Она достаточно умна, чтобы притвориться, но есть кое-что неподвластное разуму, что нельзя сыграть.

И Руслан коснулся её губ своими, втягивая Луизу в поцелуй. Та ответила, не оттолкнула, и Усачев на секунду обрадовался, расслабившись, а затем пришёл в ужас: Шац целовалась не так: доминировала безоговорочно, не оставляя даже возможности вести — Невидимка лишь раз очерчивала границы, формально, но властно и никогда не позволяла через них переступить. Брюнет медленно разорвал поцелуй, старательно удерживая маску хладнокровия, но внутри кричал от отчаяния. Невидимка об этом узнает. Луиза самодовольно усмехнулась: — В тихом омуте, — Руслан утопится. — Не забудьте допросить домработницу, — Усачев сосредоточенно дошёл до туалета и, удостоверившись, что внутри никого нет, взвыл, схватившись за волосы. Он был уверен, что Невидимка узнает об этом, и не был уверен, как отреагирует. Руслана в лучшем случае не будут долго пытать. Как он вообще мог предположить, что Невидимка и Луиза — один и тот же человек? Даже намёк на такое подозрение звучал оскорбительно. Следующие несколько часов агент провёл в мандраже, не способный ни работать, ни даже анализировать работу других. — Чувак, с тобой какая-то херня происходит, — Поперечный поймал друга в коридоре, в прямом и переносном смыслах прижав того к стенке. — Уже, блядь, даже Егор это заметил. Усачев молча кивнул, потому что ситуация патовая: отрицать — бессмысленно, объяснять — тупо. — Это как-то связано с Карательницей? — Руслан снова кивнул. — Вы продолжаете видеться? Она тебе угрожает? — Возможно скоро начнёт. — Ты сделал что-то противозаконное? — кажется, Данила сам удивился своему вопросу, но брюнет отрицательно покачал головой. — Ну тогда и не бойся. Высокая мораль у неё. Такой глупый вывод, но почему-то подействовал успокаивающе.       У неё высокая мораль. Допрос горничной ничего не дал, и Луиза заключила: «Дмитрий прекрасный специалист, пока не лезет в расследование». Версию со сговором прислуги пришлось отложить.       Руслану удачно удавалось не думать о совершённой ошибке до окончания рабочего дня, но по дороге домой паника накатила с новой силой: перспектива разочаровать Её висела прямо перед носом, светясь неоновой вывеской в подсознании. Может, Невидимка его и не убьёт, но обнулит все договорённости и исчезнет бесследно. Мужчина импульсивно заперся в квартире, выключил везде свет и сел на кровать, вперив взгляд в электронные часы. Возникали порывы сделать несколько надрезов на руках, чтобы отрезвить мысли и выпустить внутренние переживания наружу, но усугублять положение ещё и нарушением правил не хотелось. Ровно в девять часов, когда солнце уже зашло, с кухни донёсся звук открывающегося окна. — Руслан? — Невидимка проверяла, здесь ли он. Для Усачева, уже изрядно себя накрутившего, это стало последней каплей: у него началась откровенная истерика. С каждым едва слышным шагом в сторону спальни на глазах, уже привыкших с темноте, уплотнялась мутная пелена подступивших слёз. Дверь медленно открылась и высокий тёмный силуэт с любопытством уставился на агента с порога комнаты. Неужели не узнала? На секунду стало легче, словно камень с души свалился, но Руслан быстро одёрнул себя: скрывать подобное он не имеет морального права. — Я, — Усачев глубоко вдохнул, пытаясь вернуть голосу твёрдость. — Я целовался с другой женщиной, — стыдно. Руслан взрослый человек, он знает, как строятся отношения, даже если вы ничего друг другу не обещали и ни о чём не договаривались. Более того, Руслан бы никогда в жизни так не поступил, он ненавидел подобное. И ему не хотелось из-за идиотской оплошности похоронить всё то, что только начало зарождаться между ними. — Не потому, что она мне нравится, а потому, что думал, будто бы это ты, — и за это стыдно тоже. Луиза и рядом не стояла с Ней. — Я подумал, что ты могла бы притвориться, сыграть кого-то такого, прости. Руслан не решался поднять ни голову, ни взгляд, покорно дожидаясь вердикта. — Ты даже не представляешь, насколько ты умён, — тихо, почти завороженно. Эту интонацию в её голосе Усачев до этого не слышал. Невидимка... восторгалась? — но в следующий раз просто спроси. Мне незачем скрывать от тебя своё Альтер-эго, — в голосе читалась привычная улыбка. — И ты не злишься? — рациональный подход — это конечно хорошо, но неплохо было бы узнать и эмоциональную составляющую. — Нет, твои выводы обоснованы, хоть методы и весьма спорны. Сейчас твоя первоочередная задача — дать понять Луизе, что она тебе безразлична, — Руслан взглянул ошарашенно: она действительно всё знала. — Лучше расскажи: вспомнил что-нибудь по поводу отца? Девушка легко и ненавязчиво затянула его в разговор, пока Усачев успокаивался и приходил в себя в этой доверительной атмосфере.  — Позволишь мне личный вопрос? — ещё одно отличие между ней и Луизой: Невидимка действительно спрашивала, ей было знакомо чувство такта. — Да, без проблем, — «Проще спросить, чего я тебе не позволю», — мысленно добавил Усачев, но решил не торопить события. — Ты ведь уже практиковал анал до этого? — Невидимка говорила о сексе так… просто, Руслана же подобные темы смущали до невозможности и вместе с тем запускали какие-то механизмы в голове, разжигающие фантазию и желание продолжить разговор. — Это продолжение разговора про отца? Да, я думаю, что ты права по поводу, — Вихлянцев заставил себя произнести это слово: — изнасилования. — Изнасилование — это не сексуальный опыт, я говорю именно о сексе с другим человеком. Илья. Один из тех немногих людей, которых Руслан действительно любил. Как же… давно это было. Сейчас Усачев надеялся, что больше никогда не увидит этого человека, но когда-то действительно не мог и дня прожить, чтобы хотя бы не прикоснуться к нему. Лип, как банный лист, и исполнял каждую прихоть, словно долбанный джин. — Да. Это проблема? — Нет, это просто странно. Ты быстро согласился на моё предложение, но в процессе ощутимо нервничал. То есть, я хочу сказать, что... — Не утруждайся, я понял. Скажем так, опыт был на троечку, — Невидимка кивнула, натянуто улыбнувшись. Возможно, ей не понравилось, что её перебили, а может, что-то другое. — А опыт со мной? — Руслан на секунду впал в ступор. Пожалуй, это первый вопрос, который девушка задала неуверенно. Десять из десяти, на кончиках пальцев, изумительно, невероятно, волшебно, бесподобно, до конца жизни бы занимался. Кстати, не хочешь повторить? — Ну, нормально. Кстати, не хочешь... чай? — чуть не сорвался. Как же хорошо сидеть в темноте — не видно румянца. Нормальному мужчине не должен нравится анальный секс. Не дол-жен. А Руслан нормальный? Нормальный. — Нет, у тебя только какая-то фруктовая хрень, зелёный и кофе. Я это не пью. — А я тут вспомнил, — похоть сражалась с чувством стыда. — что так и не сделал приятно тебе. — Какие метафоры, — с ироничным восхищением отметила гостья. — Мы называем это кунилингусом.

***

Они снова сделали это, и Руслан подумал, что, в принципе, быть нормальным в его ситуации не так уж и нормально. Дни потянулись один за другим, складываясь в неделю. Невидимка приходила уже каждый вечер, а новых трупов всё не было — Вихлянцев брал это на свой счёт. В какой-то момент у команды стали закрадываться подозрения, что убийца сменила локацию, но брюнет поспешил убедить их, что это не так. После работы Руслан, как правило, заглядывал в Адам, выпытав у Вали график работы. Бармен по началу отнёсся с подозрением, но быстро убедился в том, что Усачев преследует исключительно дружеские интересы. — После смерти Зеленицкого в городе нарастает беспокойство, наверху обсуждают возможность введения комендантского часа. От нас требуют результатов, требуют поимки маньяка, — вкрадчиво объяснял Илья. — Мы делаем всё возможное, но вы же и сами понимаете, что она залегла на дно, — смотря начальнику в глаза, отвечал Руслан. — Дело в том, что начальство считает, будто бы ты, Руслан, испытываешь личную симпатию к ней. Это правда? — Конечно нет, я прилагаю максимум усилий для её поимки, — Усачев почти не врал. Он действительно делал всё от него зависящее. — Доктор Шац, вы можете подтвердить или опровергнуть его слова? — Прусикин, очевидно, и сам не хотел верить, что Руслан пошёл на поводу у маньяка, но спорить с начальством не мог, а потому нуждался в авторитетном мнении на этот счёт. — Руслан действительно самый продуктивный детектив по делу Карательницы, лучшей кандидатуры нет и быть не может. Илья удовлетворённо кивнул и отпустил агентов заниматься своими делами. Нет Невидимки — нет и задач, так что отдел маялся чем душе угодно, чуть ли на ушах ни стоял, но работу посещал упорно. — Ну что, может, сегодня в бар? — предложил Даня. Руслан отрицательно помотал головой: у него этим вечером встреча с Ней, ни о каком баре и речи быть не может. — Миш? — Да я как-то... настроения нет, — отмахнулся Кшиштовский. Что-то он в последнее время совсем мрачный стал. Руслан понимал, что это может быть связано с ним, но у него просто не было сил на что-либо влиять. Само как-нибудь рассосётся. Егор смог найти счёт, с которого оплачивался шугаринг — счёт Зеленицкого. Тупик-тупиком, но в этот раз Усачев не чувствовал досады или разочарования в потраченном впустую времени (времени Егора по большей части). Вечером того же дня Руслан, вытирая с живота сперму влажными салфетками, решил спросить в лоб: — Почему нет трупов? — ...не думал игрушек прикупить? — одновременно с его вопросом Невидимка задала свой. — Что? Каких игрушек? — растерялся агент, решив отложить тему с убийствами на потом. — Вибраторы, пробки там... кольца для контроля эрекции, втулки анальные, — девушка сильно вдалась в подробности, так что Руслану пришлось перебить её. — Нет, спасибо. Мне с головой хватает твоих пальцев, — в голове Усачева это звучало как злая насмешка, но, поняв, что именно он только что сказал, мужчина залился краской. Невидимка пожала плечами, мол как знаешь, и спросила, о чём хотел узнать Усачев. Вопрос он повторил, но добавил также, что отвечать вовсе не обязательно, да и неважно это в общем — слишком был смущён. — Может ты забыл, но мою информаторшу убили, ещё и на заказ. — Так ты хочешь добраться до Хованского? — Бинго. Выпрашивать другие подробности Руслан не стал: если Невидимка отвечала сухо, значит, тема ей приятна не была. Вместо этого он пошёл в душ, девушка привычно сбежала через окно. Мысль о том, что всех этих событий Руслану удалось бы избежать, поставь он решётки на окна, его повеселила — решётки на окна были бы роковой ошибкой.