Плётки, Гнойный и тентакли

Почему ёбанное такси так долго едет?! Мирон думал сейчас только о двух вещах: ему не хочется пересекаться с Гнойным и что Слава КПСС забыл на Фреш Бладе? Фёдоров не сразу увидел его. Он сидел за барной стойкой и херачил пиво. И вряд ли Ресторатор не знал об этом. Почему он не сказал Мирону? Как Слава вообще прошёл на баттл? Он же ни разу не из тусовки Версуса. Блять, подумать только: Мирон проебал такую охуенную пьянку с Топором, Джубили и Рестором. И всё потому, что он бегает от Гнойного. Мирон ненавидел себя за эту мысль. Она съедала ему мозг. Но это же блять было так! Он бегает от встречи со Славой. Не из-за страха, не из-за ненависти. Фёдоров сам толком не знал почему. Стоп, а хули? Почему он должен избегать этого долбаеба? Мироном сейчас руководили резкие, неожиданные мысли. Он решал быстро. Один звонок об отмене такси и виски со льдом, выпитый за компанию с Гарри и ненужные домыслы отогнались сами собой. Фёдоров всегда забывал обо всём в компании друзей. Но задать вопрос Рестору всё таки нужно было. - А ты чего мне не сказал, что Гнойный приехал? Санёк виновато потупился и подвинул пустой стакан бармену. - Я решил, что вам лучше вообще не встречаться. Думал, ты не заметишь. - А он нахуя пришёл? Рестор пожал плечами и переключился на Джубили, который что-то увлечённо рассказывал. Мирон огляделся, ища глазами длинное непропорциональное тело. Зачем? Он сам не знал. Но Гнойного нигде не было видно. Фёдоров ещё раз пробежался взглядом по бару, посмотрел на стакан, выпил холодный виски и присоединился к друзьям. *** Прохладный ночной воздух щекотал ноздри. Свежесть ударила в голову и немного отогнала алкоголь. Мозг заторможенно пытался переосмыслить всю ту хуйню которую они только что делали в баре. Как всё таки классно дружить с рэпером – первым слушаешь его шедевры. В голове настойчиво вертелся новый, ещё не выпущенный альбом Гарри Топора. - Привет, Мирон. Мелкая дрожь пробежала по телу от ядовитого звука знакомого голоса. Мирон минуту собирался с духом, чтобы обернуться. Да, он стоял там. Высокий, несуразный, непричёсанный, с лицом, которое никогда не покидала издёвка… без очков? Нет, он держал их в правой руке. Этот образ снова встал перед Мироном ярко и живо, как тогда на баттле. Ком застрял в горле, мешая говорить. А сказать надо было. Слава улыбался как всегда, с колючей, давящей усмешкой и пристально разглядывал Фёдорова. - Привет. Господи, что с ним?! Мирон давно не чувствовал себя так странно. Он не боялся, не волновался. Окси сам не знал, как называется то, что он сейчас испытывает. Лицо Гнойного оставалось неизменным. - Как Фреш Блад? Мирон не ответил. Он отвернулся от Славы и глядел невидящими взглядом в асфальт. Перед глазами стоял тот самый баттл. Фёдоров так яростно ненавидел Славу, так хотел показать ему его место на рэп-сцене. А теперь? Стоит и пытается вслушаться в новое чувство, которое какого-то хуя вызывает присутствие Гнойного. Слава, кажется, спросил про Фреш Блад просто так, потому что больше не о чем было говорить и особо не ждал ответа. Он только всё внимательнее всматривался в Мирона. Окси чувствовал это спиной. Нужно было наконец поставить хоть какую-то точку. Хотя бы для себя. Фёдоров обернулся на Гнойного и впервые заглянул ему прямо в глаза. - Зачем? Слава усмехнулся. - Что зачем? - Зачем приехал? Мирон продолжал смотреть на него пронизывающим взглядом. В речи Карелина всё так же слышалась усмешка, но теперь чуть менее явная. - Баттлы посмотреть. Фёдоров хмыкнул и отвёл взгляд. Повисла длинная пауза. Каждый думал о чём-то своём. Мирон всё пытался понять намерения Гнойного. Он заглядывал в его глаза, изучил с головы до ног, но так и не приблизился к ответу. Карелину, казалось, было абсолютно похуй. Нестерпимо долго тянулись минуты. Сильно захотелось пить. Похер что. Слава вытащил из кармана маленькую бутылочку коньяка и начал делать небольшие глотки, чтобы растянуть на подольше. Мирон жадно посмотрел на бутылку, облизал сухие губы и шумно проглотил. Гнойный пил медленно, небольшой, еле заметный кадык не спеша двигался вверх-вниз. Он оторвался от бутылочки и удовлетворённо выдохнул. Оставалась ещё половина. Мирон отвернулся, чтобы меньше мучиться от желания выпить. Слава потряс бутылочку, слушая слабый плеск коньяка и протянул Фёдорову. Окси недоверчиво взглянул в лицо бывшему оппоненту, но чувство жажды было выше. Гнойный самодовольно следил за Мироном, натянув на лицо чеширскую улыбку. Окси видел это боковым зрением и старался пить как можно дольше. Нужно было это прекратить. Легче спросить напрямую. Пустая бутылка отправилась в урну. Мирон решительно уставился на Славу. - Что тебе нужно? Кошачья улыбка Славы начинала бесить. Фёдоров чувствовал закипающую ненависть. Будто он снова написал твит с вызовом на баттл и каждую секунду представляет как будет охлаждать пыл Карелина. Гнойный не ответил. Он будто надел маску с чеширской улыбкой – она не сходила с его лица. Мирон вдруг понял, что ненависть резко пропала. В глубине сознания ему хотелось вечно видеть перед собой эту улыбку. Слава развернулся и пошёл в сторону, к углу 1703. Фёдоров, будто ведомый за невидимую верёвочку, послушно двинулся за ним. Лунный свет, освещавший вход в бар, за углом здания сменялся на густую тень. Вдоль стены ровно друг за другом стояли машины Ресторатора и Яныча. Гнойный зашёл в проём между капотом машины Рестора и багажником машины Яныча и облокотился о стену. Окси встал напротив. - Ну и? Его голос звучал уже не так строго. Молчание Карелина уже не бесило, но всё же нестерпимо хотелось узнать причину его приезда. А Слава молчал. Молчал так долго, что у Мирона звенело в ушах. Ему надоело стоять, но машины мешали опереться о стену. - Мне нужно поговорить с тобой. Голос Гнойного звучал уже без усмешки. Он был серьёзным. - Говори. - Не здесь. Мирон почему-то не возражал. Он молча смотрел как Карелин вытаскивает ключи от машины и за спиной отзывается серая, неприметная легковушка. Окси обернулся. - У тебя есть машина? - Это Фаллена. «И куда он, интересно, собрался в машине Фаллена?» Гнойный опередил его вопрос. - Поехали ко мне. Мирон сразу представил старый разваливающийся дом, ободранные стены, вонь и ржавчину – почему-то именно в такой квартире должен жить такой человек, как Слава. Фёдорову всё это явно не улыбалось. - Давай лучше ко мне. Окси только сейчас понял, какая пидорская хуйня тут происходит. Интересно, скоро Рестор заметит, что их обоих нет в баре? В машине Фаллена было душно, сильно воняло бензином. Мирон полностью опустил стекло, хватая свежий воздух. Алкоголь почти выветрился из головы. Зачем он вообще едет куда-то с Гнойным? «Ещё не поздно уйти» - подумал Мирон, слушая тарахтящий звук заработавшего двигателя. Подумал и почему-то не ушёл. Гнойный откинулся на сиденье, давая двигателю прогреться. По его лбу стекали капельки пота. Мирон взглянул на Славу, разглядывая приятные очертания профиля. Карелин тяжело выдохнул и перевёл взгляд на Окси. - Тебе не жарко в толстовке? Это самое пидорское начало разговора, какое только может быть в этой ситуации! - Немного. - Так сними. Мирон провёл рукой по мокрой от пота голове. - У меня под ней ничего нет. Карелин как-то странно оскалился на эти слова. Его рука сначала легла на коробку передач, а потом слабо потянула Фёдорова за рукав. Мирон удивлённо посмотрел в его глаза и у него резко отпали все вопросы. Ему показалось, что именно про такие глаза говорят, что в них можно утонуть. Лицо Гнойного незаметно приближалось. Его сухие губы обожгли горячим дыханием. Фёдоров обхватил Карелина за шею, провёл ладонью по спутанным волосам. Слава завёл руки Мирону за спину и потянул толстовку. Поцелуй прервался так же быстро как начался. Окси опомнился когда уже вытащил голову из горловины. Его толстовка была в руках Гнойного. Он улыбнулся и откинул её на заднее сиденье. Машина тронулась. Мирон отвернулся к окну. Он пытался каким-то образом выкинуть это всё из головы. Блять, невозможно выкинуть что-то из головы, когда ты полуголый едешь в чужой машине! Фёдоров, вдруг вспомнив изначальную цель их поездки, нашёл в себе силы посмотреть на Славу. - Ты знаешь мой адрес? В глазах Карелина появилось что-то весёлое и неожиданное. - Нет. Мирон качнул головой, прекрасно зная этот ответ наперёд. Его сегодня больше ничем нельзя было удивить. - А куда мы тогда едем? Слава прерывисто засмеялся. Со стороны казалось, что он задыхается. - А хуй его знает. Антихайп.