Что-то дикое зовет тебя домой

Кожа Баки на вкус оказалась точно такой, как мечталось Стиву. Соленый, горьковатый пот, медовые хлебцы и ваниль — как он и думал, плюс неожиданный привкус пряного чая. Яркий, такой «мужской» аромат кружил голову. Губы скользили по доверчиво подставленному горлу, целуя и посасывая каждый дюйм тонкой кожи. Баки оказался горячим на ощупь, стоило коснуться вены — в губы быстро застучал пульс. — Мммф, — пробормотал Стив. Вдруг вспомнилось, что он так и не попробовал на вкус губы Баки — и тут же захотелось исправить эту ошибку. Баки сидел у него на коленях уже минут двадцать, согревая своим теплом. Они вжимались друг в друга так, будто пытались слиться в одно — Стив грудью чувствовал, как быстро колотится его сердце. Еще одно напоминание, что они принадлежат к разным видам. Стив посмотрел в узкие зрачки. Как ему вообще могло прийти в голову, что Баки стоило родиться человеком? Да, так было бы проще, ну и что? — Я сейчас тебя поцелую. Это нормально? — Пожалуйста, — тихо попросил Баки, на миг переставая урчать. — Да. Стив поднял руки и осторожно проследил кончиками пальцев край челюсти Баки — до самых волос. Потом зарылся в волосы, ища маленькие островки шерсти под ними — там, где могли быть человеческие уши. Интимное прикосновение заставило Баки шире распахнуть глаза, но когда пальцы Стива погладили нежную шерстку, плечи его опустились. По металлической руке пробежала дрожь — пластины спешно перестраивались. Зрачки Баки расширились, заполнив почти всю радужку. В них плескалось неприкрытое желание. Баки смотрел Стиву прямо в глаза, не стесняясь показывать все: голод, возбуждение, слабый намек на страх. Скрывать что-нибудь ему и в голову не приходило. Стив почесал шерсть ногтями, и урчание перешло в негромкий стон. Он так долго мечтал о поцелуях, но теперь, держа в руках лицо Баки, просто не мог на него наглядеться. Он никогда не обращал внимания, какие длинные у Баки ресницы, как красиво они ложатся на бледную кожу, когда Баки прикрывает глаза. Понимает ли он, насколько доверчивым и беззащитным выглядит вот так, медленно, лениво моргая? Стив даже загордился немного — он читал язык тела Баки даже тогда, когда тот сам толком не осознавал, что делает. Губы Стива наконец встретились с мягкими губами Баки, и тот задрожал в его объятиях. Колени Баки стиснули бедра Стива так, что член болезненно заныл. Стив приподнял бедра навстречу, пытаясь потереться хоть обо что-нибудь. Баки выгнулся назад и всхлипнул. Невозможно было поверить, что это происходит на самом деле. Вдруг выяснилось: их тела прекрасно знают, что делать, и более того — идеально подходят друг другу. Ладони Стива огладили горло Баки, отследили мягкие складки на футболке и наконец опустились на бедра, притягивая ближе. Теперь они двигались быстрее, эрекция Баки ощущалась даже сквозь одежду, ладони Стива легли на его талию, задавая темп. Баки подчинялся во всем, улавливал малейшие намеки, но стоило лизнуть языком его губы — чуть заметно отстранился. — Нет? — уточнил Стив, готовый отступить в любую секунду. — Для кошачьих это не совсем. Мы не… и я… я никогда, — Баки растерянно покачал головой, и Стив ободряюще поцеловал его в кончик носа. Ничего, и с этим разберутся. — Имеешь в виду, что никогда не целовался раньше? С открытыми ртами? — следовало говорить серьезно, без малейшего намека на веселье. Он и так видел, что Баки не по себе. Не хватало еще случайно унизить его, выбрав покровительственный тон. — Не так, как это делают люди, — его клыки впились в нижнюю губу, на скулах проступил румянец. Стиву как-то не выпадало случая сравнить, но звучало вполне логично. Баки часто сидел перед телевизором, успел насмотреться на все виды человеческих отношений — неважно, шла речь об эмоциях или собственно действиях. А вот про кошек ничего такого не показывали. В фильмах и шоу они выступали исключительно в роли домашних животных. Баки пожал правым плечом. — Коты обычно… мы вылизываем. Это другое. — Когда я был маленьким, мы называли это «целоваться по-французски». Мне казалось, что это очень классно — пока не вырос и не попробовал, — Стив хихикнул и подмигнул Баки. — Подозреваю, у всех разные представления о том, куда стоит совать язык, а куда нет. Баки сильнее прикусил губу и даже как-то съежился. Вид у него был несчастный. На это невозможно было смотреть спокойно. Любовь пылала в венах Стива, превращая кровь в жидкий огонь. Баки оглянулся по сторонам, очевидно стесняясь, хотя его руки по-прежнему обвивали плечи Стива. — Не могу сказать, что я не хочу. Просто… тебе может быть больно. А, это верно. Греховные сочные губы Баки скрывали очень даже острые клыки, а еще шершавый язык и верхнее нёбо. Неудивительно, что кошки не целовались друг с другом, но блин. Только представив этот рот на других частях своего тела, Стив вздрогнул в предвкушении. — Может, я все-таки попробую? Баки сглотнул, но потом кивнул и потянулся к губам Стива, спеша воспользоваться вторым шансом. Стив немедленно толкнулся языком ему в рот, от ощущений захватило дух. Во рту у Баки было жарко, куда жарче, чем у него самого, и вообще обнаружилось, что целоваться с гуманоидным кошачьим это вовсе не то же самое, что целоваться с человеком. Нёбо оказалось ребристым, язык Стива цеплялся за него. И вкус — другой, непривычный, хотя с изрядной примесью соевого соуса, которым они только что поливали суши. Когда Стив целовался в последний раз — с Сэмом — все было иначе. Но так тоже было хорошо, с Баки было хорошо всё. Рот Баки, язык Баки, зубы Баки; горячая мокрая слюна тоже принадлежала ему. Стив попытался шевельнуть языком и тут же поцарапался о шершавый язык, они зацепились друг за друга, стало трудно дышать. Баки заметил, испугался — и тут же открыл рот пошире, чтобы Стив мог высвободится. — А я предупреждал, — укорил он с легким смешком, но на его лице отразилось беспокойство. — Это было… — Стив скользнул языком по собственному небу, удивляясь, насколько оно гладкое, — это было удивительно. Баки фыркнул и приподнял бровь, давая понять, что ни капли не поверил. — Я имею в виду, — Стив поцеловал его в губы один раз, второй, третий — чуть задержавшись, но больше не пытаясь углубить поцелуй. Баки пытался отвечать, но не успевал, — нам с тобой в кровать не пора? Баки удивленно моргнул, потом отвел взгляд — лицо его помрачнело. — Не знаю, — тихо ответил он. — Наверное, я съел слишком много суши… Стив перевел взгляд на пластиковые контейнеры, которыми был заставлен журнальный столик, а потом дошло, что над ним подшутили. Он фыркнул в шею Баки, и тот мгновенно сдался, рассмеявшись в ответ. Его губы нашли губы Стива, поцеловали ласково, потом снова послышалось урчание. Может, опыта Баки и не хватало, зато решимости было хоть отбавляй — стоило подумать об этом, по венам снова побежал огонь. Слова стали не нужны. Стив просто поднялся с дивана, удерживая Баки на весу, и понес вон из гостиной. Лодыжки Баки скрестились за его спиной, разрывать поцелуй никому и в голову не пришло. Язык Баки нерешительно проскользнул между губ Стива, заставив его вздрогнуть и почти потерять равновесие. Мелькнула мысль, что ученик оказался талантливым, а потом стало не до мыслей — язык потянулся назад, царапая губы изнутри. Дверь спальни пришлось открывать ногой, а потом они все-таки сумели расцепиться и рухнули на кровать с дружным «Уффф!» В следующий миг Стив снова накрыл рот Баки своим, одновременно оттаскивая его подальше от края кровати. Он уселся между ног Баки и навалился сверху, вжимая в матрас — так можно было чувствовать, как бешено колотится его сердце, как то и дело вздрагивают бедра. Баки продолжал урчать, прерываясь только, чтобы застонать или лизнуть Стива еще куда-нибудь. Хвост беспорядочно мотался рядом по покрывалу, будто желая поучаствовать в процессе. Стив вздрагивал, когда его язык цеплялся за острые сосочки на языке Баки, стонал, когда тот задевал чувствительное небо, но ни на мгновение не отрывался от поцелуя. Порой становилось больно, но это была правильная боль — тело как молнией прошивало аж до самых яиц, и член дергался так сильно, что шов от брюк начинал больно давить. — Господи, Баки, — выдохнул Стив между поцелуями, с трудом оторвавшись от настойчивых губ. — Хочу этого. Хочу его везде. Баки прикусил его нижнюю губу, и бедра Стива дернулись, их члены столкнулись через одежду, которая вдруг показалась совершенно лишней. — Сними, — потребовал Баки, дергая воротник кителя так, что чуть не оторвал верхнюю пуговицу. — Сними сейчас же. — Слушаюсь, сэр. Чертов китель отказывался сниматься. Обычно Стив берег его — расстегивал пуговицу за пуговицей, аккуратно складывал, чтобы не потерять значки и ленты, чтобы не отвалился синий пехотный шнур, но сейчас терять было нечего. Что-то хрустнуло, когда он, с активной помощью Баки, сдергивал китель с плеч, отлетела пуговица, почти оторвалась кнопка на хлястике, а значок КНШ укатился под кровать. Остались штаны — Стив вытянул ремень из шлевок и принялся расстегивать пряжку, пока Баки возился с ширинкой. Они работали синхронно, без всяких подсказок идеально дополняя друг друга. Но как только брюки оказались стянуты до колен, Баки замер. Урчание оборвалось. Баки заметно сглотнул. Его лицо как-то разом покраснело, беспокойно вскинулись брови. — Это совсем другое. Стив мысленно дал себе подзатыльник. И о чем он только думал? Баки и целоваться-то нормально стеснялся, а тут ему буквально тычут членом в лицо. К слову, не удосужившись поинтересоваться его мнением. — Я слегка увлекся, — виновато сказал Стив и попытался отползти в сторону. — Давай помедленнее, что ли. — Нет, нет! — Баки крепче сжал обнаженные бедра Стива коленями. Он кинул единственный взгляд на грубый келоидный шрам, уродующий бедро, а потом коснулся его металлическими пальцами. Стив подумал, что в каком-то смысле протез тоже можно считать «шрамом». — Я имел в виду, что он отличается. От моего. — Ой, — выпалил Стив, опуская взгляд на свой торс и ниже. Член мучительно стоял, пурпурный кончик сочился смазкой, и выглядело это чертовски пошло. Стив никогда в жизни не был так возбужден. До сих пор ему как-то не приходило в голову переживать, как интимные части его тела выглядят с точки зрения партнера. Сэм, помнится, не жаловался, но что если коту всё это кажется мерзким и противным? — А… а что не так? Он должен быть обрезан? — Да просто, — Баки смотрел куда-то в сторону, пытаясь подобрать слова, но понял, что не сумеет, и просто покачал головой. Потом наклонился вперед и быстро стащил через голову футболку. Одним щелчком расстегнул пуговицу на ширинке и принялся выпутываться из штанов. — Погоди, погоди, — Стив взял Баки за руки, борясь с соблазном помочь ему избавиться от одежды побыстрее. — Мы никуда не торопимся. Давай… давай разберемся сначала? Глаза Баки вспыхнули, он стряхнул руки Стива и снова взялся за штаны. Терпение Стива его то ли пугало, то ли раздражало. — У тебя просто все такое… — Баки мечтательно закатил глаза и улыбнулся краем рта, — нежное. Стив невнятно замычал и толкнул Баки на спину. — Давай посмотрим, удастся ли сделать его тверже, — предложил он и накрыл рот Баки своим. Игриво подшучивать друг над другом вдруг показалось совершенно нормальным. Вылетели из головы все условности, все правила общения людей и котов, принятые в обществе. Стива учили, что они могут быть рядом, но никогда — вместе. Можно заботиться, но нельзя лишний раз дотронуться. Можно нежить и баловать, можно заставить работать, но нельзя любить. Не так, как отец любит сына, не так, как любят друг друга супруги. А теперь Стив запросто флиртовал с Баки, как с любым другим парнем, которого пытался заманить в постель. То есть, глупо и неумело. Но шутка заставила Баки фыркнуть — необычно звонко. Стив ни разу не слышал от него подобных звуков. И тут же подул в углубление между ключицами Баки, надеясь услышать его еще раз. Приподнявшись на локте, Стив провел ладонью по груди Баки, скользнул по плоскому животу, коснулся тазовых косточек. Баки извивался под его рукой, сильно выгибая спину, потом всхлипнул Стиву в рот, требуя большего. Только что Стив готов был остановиться, испугавшись, что зашел слишком далеко, и вот он без малейшего стеснения исследует просторы кожи Баки, прижимаясь так близко, как только может. Баки был нежен и аккуратен — его правая рука осторожно гладила Стива по лицу, избегая синяка на челюсти, а левая, металлическая, была откинута в сторону, сжатый кулак лежал на подушке. Какая-то часть мозга еще сохраняла рассудок, она кричала, что расплата за похоть будет страшной. Но Стив не обращал на нее внимания — как обычно игнорировал чувство вины за то, что в одиночку слопал целую пиццу. Поэтому он продолжал исследовать горячий рот Баки все новыми и новыми способами; рука скользнула вниз, к поясу штанов, — так Стив пытался отвлечься, чтобы не сойти с ума от блаженства, когда шершавый язык в очередной раз цеплялся за его собственный. — Капитан, — простонал Баки ему в рот. Пришлось разорвать поцелуй и на всякий случай отстраниться. Стив на секунду отвлекся на стучащий по покрывалу хвост, а потом Баки добавил: — Пожалуйста. К счастью, останавливаться Стив не собирался. — У нас полно времени, — успокоил он. Пальцы скользнули под резинку трусов — Стив доказывал, что не стесняется. Губами он исследовал кожу Баки — провел влажную дорожку вниз по шее, до ошейника и ниже, усыпал беспорядочными поцелуями грудь. А вот и шрамы — Стив благоговейно коснулся сморщенной блестящей кожи. — Я хочу узнать тебя получше. Баки резко двинул бедрами, вжимаясь напряженным членом в ладонь Стива. Хвост колотился по покрывалу. «Кому-то не терпится», — подумал Стив, но ему и самому все труднее было сдерживаться. Он погладил член Баки, одновременно накрывая губами его сосок. Пока все шло неплохо. На ощупь член Баки не сильно отличался от его собственного. Ничего лишнего — кожа невероятно гладкая, тугая и очень горячая. На кончике не было утолщения, как у людей, по форме он походил скорее на пулю. Стив осторожно сомкнул пальцы, ощущая горячую тяжесть в ладони. Баки задохнулся и утянул Стива обратно в поцелуй. Да уж, научился он быстро. Стив сдвинул руку пониже, обхватывая яйца Баки. Они тоже были гладкими и горячими на ощупь, как его член, только мягкими. Стив нежно помассировал их, невольно задумываясь о том, насколько отвратителен мир, в котором котов заставляют физически отрезать эту часть тела. В груди вдруг заболело, из горла вырвался странный звук, заставивший Баки вздрогнуть. — Что такое? — переведя дыхание, спросил он. Немного растерянный и все равно до ужаса красивый. — Ничего, ничего, — успокаивающе пробормотал Стив. Тоже, нашел, о чем вспомнить в такой момент. О проблемах он подумает позже, когда закончится этот невероятный сон. — Не могу поверить, что ты такой классный на ощупь. И не так уж сильно отличаешься от меня. Баки слабо вскрикнул, когда пальцы Стива обхватили его член, двинулись вниз, вверх, и сжались на кончике. В долгу Баки не остался — лизнул Стива в щеку, потом в ухо, потом в шею. Потом обхватил его за плечи обеими руками и притянул ближе. Шершавый язык терзал кожу Стива под бесконечное громкое урчание. — Господи, Бак, — простонал Стив, сжимая кулак — Баки двигал бедрами вверх и вниз, его член скользил в ладони Стива. — Господи. Безумно хотелось трахаться, чтобы жар тела Баки обхватил ноющий член, или блядь, чтобы Баки растянул его и наполнил собой — какая разница? Но Стив заставил себя не торопиться. Стоило наслаждаться моментом, действовать нежно и ласково, Баки и так досталось в жизни, не хватало оставить ему еще одно плохое воспоминание. — Ммнфф, — сообщил Баки, пытаясь одновременно урчать, вылизывать Стива и тереться об него носом. Потом поправился: — Осторожнее, сэр. Если вот так сжать… Большой палец Стива вдруг пронзило острой болью. Он зашипел и тут же вытащил руку из штанов Баки. — Что за херня?! Внутреннюю сторону большого и указательного пальцев усеивали мелкие красные точки. Примерно в тех местах, где они касались члена Баки. — У меня что, кровь идет? — А я предупреждал, — промурлыкал Баки так же самодовольно, как в прошлый раз. Он лениво раскинулся на покрывале, закинув руки за голову. Глаза его были мечтательно-стеклянными, на губах играла улыбка. — Это совсем иначе. — На нем что, зубы?! Баки широко усмехнулся, демонстрируя клыки. Теперь он гладил сам себя — пальцы вели от ошейника к животу. Стоило взглянуть один раз — и Стив уже не мог оторвать взгляда. Баки плавно приподнял бедра от матраца, выгибаясь всем телом. Стив жадно смотрел на широкую грудную клетку, кубики пресса на талии, смотрел, как пальцы Баки подцепили пояс штанов и лениво потянули их вниз. Проскользнул в дырку хвост и медленно опустился обратно на одеяло. Бедра Баки плавно двигались из стороны в сторону, изгибалась тонкая талия. В конце концов штаны полетели на пол вместе с трусами, а на Баки остался только ярко-красный ошейник, на котором болтался значок лицензии, да перчатка на металлической руке. Что ж, теперь они оба полностью обнажены. Баки взял Стива за руку и провел ею по дорожке волос, которая вела вниз от его пупка. — Видишь? — Баки обернул его пальцы вокруг своего члена, и Стив наконец разглядел, что тот и правда отличается от человеческого. Ярко-розового цвета, кожа тонкая и нежная, как веко, но туго натянутая и блестит. Ни цвет, ни текстура не менялись по всей длине, головка обозначалась только двумя прорезями по бокам. Вспомнились почему-то рыбьи жабры. — Разница не такая уж большая, — признался Баки. — Но если нажать вот здесь, — он сложил пальцы Стива щепотью и сжал ими кончик, — появятся колючки. Жабры (а как их еще называть?) раскрылись, обнажая крошечные зубцы. Стоило отпустить — зубцы исчезли, но Стив так и сидел с открытым ртом. Охренеть. У гуманоидных кошачьих член с колючками. Отлично. Шикарно просто. — Да, он отличается, — признался Стив, борясь с нездоровым желанием немедленно взять этот странный член в рот. — Ты можешь управлять этим? — Неа. Баки покачал головой, не отрывая ее от покрывала — кажется, ему просто нравилось тереться ушами о мягкую ткань. Глаза его все еще смотрели в никуда, улыбка была легкой и дерзкой. Стив решил бы, что он пьян, если бы не был уверен в обратном. — Они выходят только во время оргазма, — улыбка превратилась в озорную, когда глаза Стива удивленно расширились. — Хочешь посмотреть? Во рту разом пересохло. Оказывается, Баки тоже не прочь был флиртовать. Теперь он смеялся над Стивом, явно гордясь своими умениями. — Да, — решительно подтвердил Стив. — Конечно, блядь, да. _____________________________ Баки чувствовал себя в стельку пьяным. Мягкий и бархатистый рот Стива каким-то чудом находил все новые чувствительные места, которые, кажется, были созданы для влажных прикосновений. Поначалу Баки стеснялся — как стеснялся бы с любыми другим партнером: он только что поел, времени принять душ не оставалось, и блядь, запах Брока, который касался его последним, до сих пор держался на загривке. К счастью, в этот раз рядом был Стив. Стив касался его, не обращая внимания ни на что, Стив забрал все его страхи и спрятал их подальше. С того момента, как эти мягкие губы коснулись тела Баки, он больше ни о чем не беспокоился. Бесстрашие то и дело ударяло Баки в голову, и он начинал ужасно гордиться собой — ровно до того момента, пока Стив не касался очередного чувствительного места, после чего Баки только и оставалось, что беспомощно скулить в воздух. — Ммм, — сказал Стив, обводя языком соски Баки и одновременно перекатывая его яйца в ладони. — Так хорошо? Хорошо? Это было настолько потрясающе, что плакать хотелось. Кто знал, что с телом можно обращаться вот так? Стив даже не думал о себе, его твердый член упирался в бедро Баки, безнадежно забытый. Стив полностью сосредоточился на том, чтобы искать и находить чувствительные точки на шее Баки, приподнимая языком ошейник; гладить член Баки и его яйца; на том, чтобы тяжестью своего тела удерживать Баки на месте, когда тот начинал извиваться от наслаждения. Ощущения складывались во что-то странное: будто ты доминируешь и покоряешься одновременно. С кем только Баки ни спаривался за эти годы, но такого не бывало никогда. У него даже не хватало смелости протянуть руку и коснуться Стива. Несмотря на размеры, его тело казалось хрупким, уязвимым — тем более сейчас, когда на нем не было одежды. Шелковистая кожа обтягивала мускулы, золотистые волосы смешно торчали в разные стороны с того самого момента, как он снял фуражку. Баки привык защищать это тело еще со времен войны, и теперь казалось неуместным касаться его своими огрубевшими пальцами. Но почему-то каждый раз, когда язык Баки скользил по прохладной коже Стива, тот вздрагивал от удовольствия, его бедра сжимались, как бы в награду потирая член, застрявший между их телами. Хотелось позволить ему все, дать то, чего ему хочется, чтобы Стив стонал и задыхался, полностью потерявшись в наслаждении. Так было бы честно. Только вот никак не удавалось сосредоточиться. Вот сейчас губы Стива нежно касались шрамов у плеча, и чувствительная кожа отозвалась на ласку. Стив не стеснялся дарить свою любовь даже самым уродливым частям его тела. — Как тебе? — Стив подул на влажное пятно, которое осталось после его касания. — По-прежнему хорошо? Баки честно попытался сказать «да», но вышло какое-то «аххха!», и Стив рассмеялся над его стараниями как полный придурок. Тогда Баки воспользовался шансом и выскользнул из-под него, после чего ухватил за локоть и без труда перевернул на спину. — Ни фига… — начал было Стив, но тут же сорвался на невнятное «аааа», стоило Баки накрыть ртом розовый сосок. Он вцепился Баки в волосы, смяв одно ухо, и задрожал. — Блядь! Баки! Аа! Баки прижал язык к кольцу ареолы и даже не лизнул, просто напряг мышцы, сжав и тут же отпустив. Кулак Стива в его волосах сжался крепче. — Мне нужно… пожалуйста! Я хочу… Ох, Бак! Сильнее! Вот оно как: Стив оказался запредельно чувствительным. Баки расслабил язык и длинно лизнул сначала один сосок, потом другой. Стив тихо всхлипнул и подался бедрами вверх. Их члены вжались друг в друга, и Баки пришлось на мгновение уткнуться носом в центр груди Стива, чтобы перевести дух. Но вот так тереться кожей о кожу оказалось невыразимо приятно, никак не устоять — и все остальное оказалось забыто. От каждого движения по ногам пробегала дрожь. Потом Стив поцеловал его уши, сначала левое, потом правое, потом снова левое, а потом застонал, уткнувшись лицом Баки в волосы. — Баки, — шепотом позвал он, — можно тебя трахнуть? Баки только и хватило, чтобы всхлипнуть в ответ — говорить он уже не мог. Пришлось оторваться от Стива, чтобы сесть и посмотреть на него сверху вниз. Волосы лезли в глаза, металлическая рука почти не шевелилась. Баки чувствовал себя потным и разбитым, но заставил себя кивнуть. Согласие — это самое важное. — Подожди, подожди минутку, — попросил вдруг Стив. Ну что, блядь, блядь, что еще-то?! Стив хмыкнул, загадочно изогнулся, придерживая Баки за бедро, и потянулся к тумбочке у кровати. Дверца открылась со второго раза. Пошарив там рукой, Стив вытащил маленькую пластиковую бутылочку. — Нашел! — радостно заявил он и триумфально помахал бутылочкой в воздухе. — Нашел что? — Баки нахмурился, удивляясь сам себе — на черта ему было задавать вопросы, если все, чего он сейчас хотел — побыстрее забраться на член Стива. — Смазка? — неуверенно уточнил Стив, демонстрируя Баки этикетку. — Это хорошая фирма. Купил пару штук… ну, сравнительно недавно. Баки покрутил бутылочку в металлических пальцах (правая рука все еще лежала на талии Стива). Судя по этикетке, эта хрень и правда предназначалась для секса. — Ну-ну, — все, что пришло ему в голову. Вчитываться в этикетку было просто-напросто лень. — И что, помогает лучше, чем слюна? — Эм, — лицо Стива на мгновение помрачнело, ему потребовалось заметное усилие, чтобы выкинуть из головы лишние мысли и улыбнуться. — Помогает просто офигенно. Баки мог представить, о чем он подумал. Угораздило же сморозить такую ерунду, напоминая Стиву о том, кто они, и чем сейчас заняты. Но чтоб Баки провалиться, если они сейчас сойдут с рельсов. — Покажешь мне? ____________________________________ У Стива ёкнуло в груди, когда он понял, что Баки не имеет даже понятия о смазке. Тут же ударило воспоминанием, навязчивым, как застарелая боль: Стив заходит в душ и видит, как Брок прижимает Баки к стене. Он не был идиотом и еще тогда прекрасно понимал, что об осторожности и ответственности там речи не идёт. Но почему-то сама мысль о том, что Баки всю жизнь приходилось заниматься сексом, используя слюну вместо смазки, превращала его в комок ярости. — Покажи мне? — доверчиво попросил Баки, возвращая бутылочку. Его искренность тут же отогнала неприятные воспоминания. Прошлое — прошлому, сейчас куда важнее было показать, каково это, делать всё правильно. Стив выдавил на ладонь побольше и несильно прижал пальцами, чтобы побыстрее согрелось. — Тебе понравится, — пообещал он, — Начнем с этого. Он взял член Баки в руку и несколько раз провел по нему вверх-вниз. — Ох, Стив, — выдохнул Баки. Его бедра сжали бедра Стива. — О, ооо… — Ага, — согласился Стив, любуясь как красиво изгибается тело Баки — тот весь отдался наслаждению, запрокинув голову назад и приоткрыв рот. Видны были острые зубы, ребристое небо и кончик языка, который загнулся вверх, когда Баки начал задыхаться. Урчать он уже не мог — только скулил, стонал и выкрикивал имя Стива. Стив не то, чтобы возражал. — Как оно? — уточнил он, подбирая собственный член и сжимая в руке оба сразу. Оказалось не так-то просто двигать собственную крайнюю плоть вдоль блестящей кожи члена Баки, но пару минут спустя удалось приспособиться и набрать скорость. Баки только и мог, что судорожно хватать ртом воздух. Он то и дело пытался закусить губу, но потом снова начинал задыхаться. На его лице было написано бесконечное наслаждение. — Хорошо вроде, а? — Да! — вскрикнул Баки, и Стив чуть не рассмеялся над этим наивным восторгом. — Хорошо! Да! Стив! Баки сейчас был невозможно красив. Такой живой, такой счастливый, весь мокрый от пота; дико было вспоминать, что кто-то мог причинить ему вред. Стив зажмурился, пытаясь отогнать образ — в Красной комнате Баки был измучен до такой степени, что не хотел жить, отказывался даже надеяться на спасение и мечтал, чтобы всё побыстрее закончилось. Но вот он здесь: стонет, просит большего, задыхается, пытаясь сказать что-то, пока Стив водит ладонью по его члену. Наконец он получил свой кусочек счастья, и Стиву хотелось бросить к его ногам весь мир. Свободной рукой он придерживал Баки за талию и думал о том, что готов защищать его до последней капли крови. Изнутри поднималась уверенность в собственной непобедимости: вот сейчас он одной левой положит всю армию Соединенных Штатов, а потом возьмет Баки за руку и покажет, насколько любящим и нежным может быть мир. — Всё хорошо? — выдохнул Баки, выдергивая Стива в реальность. Надо ж было настолько отвлечься… Баки внимательно смотрел на него, полуприкрыв глаза. Темные волосы намокли от пота и теперь висели сосульками. — Потрясающе, — ответил Стив. — Всё просто потрясающе. Баки застенчиво улыбнулся и, наклонившись, отнял ладонь Стива от своего бедра. Взял два пальца и положил их к себе в рот. — Ох, бля, — только и мог прошептать Стив, разом потерявшись в ощущениях. Баки сосал оба сразу, шершавый язык поглаживал подушечки пальцев. Острые зубы чувствительно, на грани боли, прикусили второй сустав. Когда Баки открыл глаза, в них светилось такое неприкрытое обожание, что Стив чуть сознание не потерял. — Черт! Пришлось немного сдвинуть Баки назад, чтобы сесть. А потом Стив проник языком ему в рот, прямо поверх собственных пальцев. Получился неряшливый, мокрый поцелуй. Баки не возражал — напротив, он отчаянно стонал Стиву в рот, одновременно двигая бедрами — между их телами было горячо и влажно. — Стив, — проныл он, когда им пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. — Я даю тебе разрешение, — он задохнулся снова. — Доминируй. Пожалуйста. — О Господи, — пробормотал Стив. Мозг кипел, перебирая аргументы: возразить, выяснить сначала, что оба понимают под этим словом, объяснить, что это значит для людей… Но Баки просительно заскулил, и мысли тут же вымело из головы. На хрен мораль и все остальное, Стива охватило лихорадочное желание сделать так, как хочет Баки. И немедленно! — Да, — выдохнул он и сглотнул, потому что рот успел наполниться слюной в предвкушении. — Как скажешь. ______________________________ Баки вдруг стало страшно. Когда он сделал первый осторожный шаг, запрыгнув к Стиву на колени, ему и в голову не приходило, как странно это будет. Тело затопило жаром, хотелось все больше удовольствия, хотелось секса, но это ерунда. Куда хуже было то, что в его внутренней броне появилась трещина, которая росла с каждой минутой, открывая уязвимое нутро. Баки никогда в жизни не мечтал, чтобы над ним кто-то доминировал. Он был слишком крупным, слишком сильным, слишком хорошо обученным, чтобы чувствовать себя защищенным рядом с кем-то другим. Но капитан — Стив — показал ему столько всего, о чем он даже не подозревал. Хуже - не представлял, что такое вообще возможно. Баки учили защищать этого человека, он признал, что эта жизнь важнее его собственной, еще девять лет назад. Но теперь все было иначе. Баки смотрел на его улыбку и чувствовал себя маленьким, но драгоценным; сокровищем, принадлежащим другому. — Доминируй, — умолял он, вбиваясь в руку Стива. — Пожалуйста. Тот на мгновение заколебался, и Баки вспомнил, что для людей это означает совсем другое. Но думать уже не было сил, ему просто отчаянно хотелось — вместо слов из горла вырывался только жалобный вой. — Да, — Стив попытался успокоить его, вжав грудью в себя. — Как скажешь. Его ладонь скользнула вниз по спине Баки, но наткнулась на хвост — и Стив испуганно отпрянул. Похоже, он успел напрочь забыть об этой части тела. Баки поежился, это заставило Стива виновато замереть. — Прости, — быстро выдохнул он, будто испугался, что сделал Баки больно. — Можешь потрогать, — разрешил Баки. Хотел вроде поддразнить, но прозвучало почти как мольба. Яйца сжались, буквально требуя облегчения, не исключено, что он и вправду умолял. — Вот, начни отсюда, — предложил он, направляя руку Стива. Тот не сводил с него глаз, когда пальцы коснулись основания хвоста, там, где мягкий пух на пояснице переходил в заметное утолщение. Самая нечеловеческая часть его тела. — Потянуть здесь означает, ну, попросить о сексе, — объяснил Баки. Стив настороженно смотрел, и Баки не мог его винить — для человеческого уха звучало, наверное, странно. Но потом Стив все-таки потянул. — Ах! — бедра Баки дернулись назад, а сам он свалился на Стива, утыкаясь носом ему в плечо и поскуливая. Стив отдернул было руку, но потом сообразил, что это не крик боли, и вернул обратно. Вторая рука придерживала Баки за бедро. — Вот так? Стив снова потянул, не отрывая взгляда от лица Баки. Кости плавились, превращаясь в желе, Баки изогнулся и толкнул Стива так, что тот свалился на спину. Вот теперь можно было встать на четвереньки и поднять повыше хвост, чтоб хоть немного расслабиться. Иначе его просто разорвало бы от желания. — Бля, — выдохнул Баки, уже не думая, насколько это отчаянно звучит. Он хотел, и хотел немедленно. — Трахни меня, а? Пожалуйста. Говорить было уже не о чем. Стив просто вытянул ноги, а потом снова открыл бутылку со смазкой. Пальцы легко скользнули по коже — такие гладкие, маслянистые, это ощущалось иначе, совсем не так, как он привык. Когда пальцы Стива раздвинули его ягодицы и коснулись напряженного кольца мышц, на Баки будто откровение снизошло. — Там-то нет колючек, правда? — поинтересовался Стив на всякий случай, безумно ухмыляясь. — Нет! Ну, я почти уверен… Стив фыркнул от смеха. Когда его пальцы скользнули по коже, Баки задрожал от нетерпения. Он подумал сначала, что его дразнят, и собрался было разозлиться, но ласка подарила нежданное облегчение — сладкая боль между ног немного утихла. — Почти уверен? — насмешливо переспросил Стив. — Звучит как-то не очень убедительно. — Чест-но? — с трудом простонал Баки, когда палец Стива мягко толкнулся внутрь него. — Никогда — о блядь, бляядь! — никогда не задумывался об этом. — Ммм, полагаю, стоит рискнуть, — решил Стив, но Баки уже не слушал. Он сосредоточился на ощущениях: тело послушно раскрывалось навстречу Стиву. — Ух ты. Баки, тебе не нужна подготовка. Ты уже готов. — Хвост, — потребовал Баки, — хвост просит секса. Прозвучало как полный бред, но какая уже разница? Баки изогнулся назад, когда Стив убрал палец. Одной рукой он удерживал член, а другой потянул бедра Баки вниз. — Блядь! Целых три секунды тело сопротивлялось вторжению, но потом все-таки поддалось. У Баки подвело живот, и он вскрикнул. Стив замер под ним, натянутый, как струна, пока Баки принимал его в себя. — Так… нгх!.. так хорошо? — Да! — Баки каждый раз ловил кайф, когда его спрашивали. До сих пор не верилось, что его согласие настолько важно. — Да! Еще! Конечно, Стив только рад был послушаться, дать всё, чего Баки хочется, всё, о чем он просит. Бедра уверенно толкнулись вверх. Хотелось раздвинуть ноги как можно шире, но Баки наоборот сдвинул колени, удерживая Стива на месте, а потом приподнялся, позволяя члену почти выскользнуть из него. Он успел разглядеть — собственный член Баки был тоньше, острее и, похоже, немного длиннее. По сравнению с ним член Стива казался толще, он был тяжелым и большим, как все его тело, Баки чувствовал себя заполненным до краев. — Черт, Баки, — задыхаясь, повторял Стив, пока Баки выравнивал ритм, поднимаясь и опускаясь на нем. Пальцы Стива обвились вокруг члена Баки — горячего, всё еще скользкого от смазки, вторая ладонь надежно легла на бедро. — Баки, черт! — Да! — всхлипнул Баки. — Стив! _______________________________ Грохот крови в ушах перекрывал все остальные звуки. Единственное, о чем мог думать Стив — как тесно напряженные мышцы внутри Баки обхватывают и сжимают его член. Осталось немного, земное притяжение как бы отключилось, Стив уже не понимал, лежит он на спине или парит в воздухе. Тело Баки вдруг прошила дрожь — похоже, член удачно задел что-то у него внутри — и Стив закрепил успех, вбиваясь в это место снова и снова. — Да! — всхлипнул Баки. — Стив! Стива буквально швырнуло на землю, когда Баки неожиданно выпрямился и застыл. Даже хвост не шевелился. Потом он медленно откинул голову назад, рот открылся как бы в крике — но из него не вырвалось ни звука. Наконец послышался невнятный хриплый стон — Баки просил о чем-то, но слов было не разобрать. — Что? — Мой хвост! Дерни за него! — Стив дотянулся до напряженно торчащего хвоста Баки и потянул. — Сильнее! Стив резко дернул, и крик наконец вырвался из груди Баки, смешавшись с рычанием — он полностью потерял над собой контроль. Бедра дернулись вперед, и Баки замер — горячая струя ударила Стиву в грудь. Канавки на кончике члена открылись, и оттуда показались шипы. Стив в благоговении наблюдал за ними, пока Баки дрожал от запоздалого озноба. — Господи! Боже мой, Бак… — Стиву в голову не приходило, что оргазм может быть настолько красивым. Баки снова вскрикнул, а потом прерывисто выдохнул — в горле его до сих пор клокотало рычание. — О-ох, — выдохнул он, и начал заваливаться вперед. Стив поспешно отпустил хвост, и Баки пошатнулся, абсолютно расслабленный, будто из него разом вынули все кости. Когти спрятались обратно, металлические пластины на руке ходили ходуном, пока он медленно покачивался из стороны в сторону, как пьяный. — О… ооо… А потом он наконец упал, и Стив поймал его, укладывая себе на грудь. Шипы слегка кололись в том месте, где член Баки сдавило между их животами, но теперь это казалось ерундой. — Я с тобой, — прошептал Стив, прижимая голову Баки к своей шее и целуя его в висок. Бедра Баки все еще двигались — вверх, вниз. — Я буду с тобой всегда. — Я тебя люблю, — сказал Баки, лизнув Стива в шею. А потом прикусил зубами тонкую кожу. Этого оказалось достаточно. Стив вцепился Баки в бедро, когда давление в нижней части живота стало невыносимым и наконец выплеснулось. — Твою мать! — вскрикнул он, когда оргазм захлестнул с головой. Дышать он уже не мог, тело будто вывернуло наизнанку, а перед глазами вспыхнули звезды. Сил хватило только на то, чтобы втиснуть Баки в себя. Зубы разжались. По телу пробежала последняя судорога — и все кончилось. С ума можно сойти. Шевелиться не осталось ни сил, ни желания. Прошло довольно много времени, прежде чем Баки сонно дернул бедрами, пытаясь приподняться, чтобы разделить их горячие, слипшиеся тела. — Ауч, — пожаловался он, потирая поясницу. — Ой-ёооо… — Тебе больно? — перед глазами все плыло, Стив ни черта не видел. Или на улице успело стемнеть? Баки наконец оторвался от него, мягкий член легко выскользнул и упал на бедро. — Что? Зачем? Блин! — пришлось сначала как следует отдышаться, а потом попытаться еще раз: — Прости, я не… — Не смей извиняться, — Баки смеялся, явно довольный, но на матрац скатился, заметно поморщившись. Стив последовал за ним, перекатившись на бок, чтобы уткнуться носом Баки в плечо, когда тот наконец устроился. — Если это настолько больно, зачем ты просил меня дернуть? — Ну больно, — согласился Баки, позволяя ему прижаться ближе. — Но все равно охуенно, знаешь. Будто все тело разом открывается, впуская в себя кайф. Стив поежился — звучало как-то странновато. Теперь не верилось, как он мог быть настолько безрассудным, да еще и в первый раз. Он осторожно погладил двумя пальцами несчастный хвост, который тряпочкой лежал между ними на покрывале. Надо ж быть таким идиотом! Хвост такой тонкий, оказывается. Баки коснулся его запястья и коротко мурлыкнул. — Не волнуйся так, — сказал он, и, поймав неуверенный взгляд Стива, добавил: — Каких-то десять минут, и я снова почувствую свои ноги. — Блин! Стив ударил себя по лбу, но Баки только рассмеялся. Этот засранец опять умудрился подшутить над ним! ________________________________ Способность здраво мыслить возвращалась очень медленно. Вечер к тому времени успешно превратился в ночь, в комнате окончательно стемнело. Стив свернулся в надежных объятиях Баки. Мозг постепенно включался обратно, и Стив едва сдержал дрожь, когда в голове снова вспыхнуло всё, от чего он так старательно отмахивался раньше. Опасность, в которой они оказались. Все ужасы, которые Баки пережил. Он так и не рассказал, почему оказался в Красной комнате. В какой кошмар превратил его жизнь доктор Лукин, если смерть показалась лучшей альтернативой? Как посмел кто-то резать это драгоценное тело, рвать чувствительную кожу, просто касаться его не для того, чтобы приласкать?! Стив зажмурился и вздохнул так тяжело, что Баки заметил — обнял его крепче и прижал к себе. — Стив? — Да, Бак? — голос почти дрогнул, предатель. — А как это у людей? Первая встреча с родителями партнера бывает настолько жуткой? Стив пропустил пару ударов сердца, честно задумавшись над вопросом. Когда валяешься в постели после обалденного секса, о родителях как-то не думается. Но Баки в принципе мыслил иначе. — На самом деле — да, — признался он и вдруг рассмеялся. Ничего смешного тут не было: отец Стива был по-настоящему опасен для них, мама Баки жила в ужасных условиях, и против них ополчился буквально весь мир, но это вдруг показалось ужасно забавным. Баки тоже затрясся от смеха. Знакомое чувство эйфории — то же самое было с ними после того, как операция «Лемурианская звезда» с треском провалилась, и они оказались в ловушке — в тесном пространстве среди рухнувших обломков, честно готовясь умереть в самое ближайшее время. Стив смеялся, пока не заслезились глаза, а потом уткнулся Баки в бок, изо всех сил пытаясь отдышаться. Наконец нервное хихиканье стихло, и воцарилось молчание. Они просто лежали, сжимая друг друга в объятиях, наслаждаясь тем, что дышат одним воздухом, позволяя тому, что они сделали, накрыть их как покрывалом. Стив нарушил уютную тишину первым. — Еще не спишь? — Ммм? — вопросительно пробормотал Баки. — Дассэр. Баки словно вспомнил о субординации, но сейчас это не имело значения. На самом деле, он просто идентифицировал того, кто рядом. — Послушай меня внимательно, пожалуйста, — начал Стив. Тон его заставил Баки удивленно посмотреть на него, уши встали торчком от любопытства. Стив приподнялся на локте, пригладил пальцами волосы Баки, мимоходом приласкав одно ухо, задержал ладонь на щеке. — Я хочу, чтобы ты сбежал, если вдруг они придут за тобой. Баки медленно моргнул, потом устремил на Стива доверчивый взгляд. Кивнул — просьба была воспринята как очередной приказ. — А кто может за мной прийти? — Директор Фьюри, директор Коулсон, военная полиция. Блин, да хоть рядовая Лорейн. Они могут послать кого-нибудь знакомого, чтобы завоевать твое доверие. Сказав эти слова, Стив почувствовал себя так, будто предал Натали. Но только дураку не придет в голову самый очевидный путь. Баки честно обдумал его слова, а потом уточнил: — Майор Уилсон? Блядь, подумал Стив. Стоило только подумать, что Сэму велят привести Баки, как сердце неприятно заныло. Но сейчас не было возможности рассказать ему обо всем, что случилось. Черт с ним, со временем — как, как вообще о таком рассказывать? Баки — его любовник. Сэм был лучшим другом Стива, таким, которому без страха доверяешь жизнь, но ждать понимания в подобном вопросе — верх наивности. — Кто угодно, кроме меня, — подытожил он, чтобы не объяснять причин. — На этот раз я найду тебя, клянусь всем, чем хочешь. Я не позволю им снова забрать тебя у меня. Баки кивнул. — А как насчет этого? — он постучал по металлическому значку в углублении между ключицами. С трекером внутри далеко не уйдешь. — Выбрось его, — велел Стив, и Баки отвел взгляд, явно недовольный такой идеей. — Без этой штуки не так просто выжить, — признался он. — Опасно. Почти невозможно. — Я знаю, — сказал Стив и поцеловал его. — Я понимаю, о чем ты. Но если они заберут тебя снова, я просто не переживу, — он покачал головой и поцеловал Баки снова. — Ты должен сбежать. — Так и быть, — согласился Баки и подпихнул носом нос Стива, намекая, что неплохо бы поцеловать еще раз, лучше в губы. Некоторое время им было не до разговоров, а потом Баки вдруг задумался о чем-то и нахмурил брови. — Стив? — очень серьезно позвал он. — Да, Бак? — Я опять есть хочу. Стив расхохотался так, что свалился лицом в подушку. Он пихнул Баки с кровати, тот немедленно возмутился: мол, хвост все еще болит. Стив, однако, не слушал. Баки пора было идти — без гребаного второго ужина ему не обойтись никак.