Ведьма. Книга Ⅰ

Он так и не смог хотя бы задремать, что уж говорить о полноценном сне. Сейчас окно было плотно закрыто, комната нагрелась, но Джек все равно чувствовал холод. Теперь он не был уверен, что хотел бы видеть Криса, хотя мыслями и возвращался к нему весь вчерашний день (так что нет ничего удивительного в том, что теперь он видит сны… такого характера). Джек застонал и усилием воли заставил себя перевернуться на другой бок. Он почти справился с шоком из-за пережитого сна. «Почти» — потому что он продолжает видеть эту дьявольскую ухмылку каждый раз, когда закрывает глаза хотя бы на секунду. Было сложно объяснить, как окно оказалось открытым, словно Джек действительно кого-то впускал посреди ночи. Лунатизм — довольно страшная болезнь, но Джек никогда от этой проблемы не страдал. Медсестра пришла в восемь утра, принесла еды, поинтересовалась о здоровье и ушла, даже не дослушав его. Жуя абсолютно безвкусную кашу, Джек пообещал себе, что это последний день, который он проведет в больнице. Вещи так и стояли не распакованными у дальней стены. После обеда принесут результаты анализов, и, если они не покажут отклонений, можно будет уходить. Но прежде чем он бы снова позволил себе расслабиться, сотовый телефон, лежащий на тумбочке, завибрировал. Взглянув на дисплей, Джек скривился, но трубку взял. Опять.  — Да, Шэннон.  — Ты уже приехал? Ты в Мортоне? — на заднем фоне слышался гул, она явно шла по улице.  — Нет. В Солпорте. Шэннон неловко хихикнула. Несложно было догадаться, что именно Сара рассказала ей о его местоположении.  — На тебя не похоже. Говори уже, тебя там насильно держат? На цепи? Джек тяжело выдохнул, показывая, что ему не до ее шуток. — Тебе бы сразу сказать, что ты задумала, милая, — последнее слово он практически пропел, зная, как ее это бесит, — Прекрати юлить. Дело ведь не в моих вещах, да? — А ты хотел, чтобы так было? Ну нет, я тебе не расскажу. Это секрет. Обещаю, тебе понравится, хотя первая твоя реакция и может быть… неоднозначной. Джек, ты бываешь слишком вспыльчивым, тебе лучше сначала встретиться со мной. Мы ведь с тобой не враги, помнишь же? — Но и не друзья. Слушай, Шэннон, мне уже это надоело. Если не хочешь говорить прямо, то жди, когда я вернусь.  — Но…  — Твое дело очень срочное? Может подождать?  — Ну… — она призадумалась, — я уточню, конечно, но да, может. Почему нет.  — Вот и славно, не звони мне больше. Когда приеду, сам тебе наберу, — он сбросил звонок, после чего устало прикрыл глаза. Ветка дерева покачнулась и ударила в окно. Джек поднял голову и неожиданно вспомнил кое-что важное. Больных лежало здесь немного, так что найти мастера, который недавно свалился с крыши его дома, было несложно. К тому же Джек чудом умудрился запомнить его имя, лишь однажды произнесенное капитаном. Со второго раза (сначала он наткнулся на спящую беременную женщину) Джек нашел нужную палату, постучал и вошел. Лежащий перед ним человек выглядел не лучшим образом. Ноги его, перебинтованные, были подвязаны к специальному аппарату под потолком. Голова также была обвязана бинтами. — Здравствуйте, Генри, — поздоровался Джек, проходя внутрь. Генри сначала удивленно взглянул на него, словно вспоминая, где мог его видеть, а когда вспомнил, то попятился назад. Джек застыл, приподнимая ладони и ожидая, что будет дальше. Генри сам рассмеялся от своей реакции. — Мистер, я забыл Вашу фамилию. — Палмер. — Мистер Палмер, простите, я просто вспомнил о том, что произошло, — он убрал от себя газету и рукой указал на стул, стоявший рядом, — прошу, присаживайтесь. Вы тоже не по простуде в больницу загремели, да? Джек не стал говорить об истинных причинах своего недуга, предпочитая делать вид, что их с мастером хоть что-то сближает. — Как вы себя чувствуете? — О, уже неплохо, спасибо. По жене только скучаю. Ей не говорите, хорошо? Джек улыбнулся. — Хорошо. Не буду ходить вокруг до около, я хотел узнать, что на самом деле произошло с вами в моем доме. Генри вздохнул и развел руками. — Я поскользнулся на какой-то черной жиже и покатился вниз. Джек придвинулся ближе, переходя на шепот. — Я знаю, что там что-то есть. Что-то… злое. С минуту Генри смотрел на него, будто не зная, стоит рассказывать или нет. — Бежать вам нужно из этого дома, мистер Палмер, — он схватил его за рукав халата, смотря прямо в глаза. — Там зло! Я его чувствовал! Я видел, как из этой черной лужи вылезли руки и схватили меня! Нечеловеческие длинные руки с черными когтями! Эти твари… они сломали мне ноги, я услышал хруст костей, и только потом я упал! Никто мне не верит, — из его рта дурно пахло, но Джек не смел отворачиваться. — Говорят, я ударился головой, мне могло почудиться что угодно, но я знаю, что я видел! — Откуда там эта лужа? — Не иначе как от самого дьявола! — ноздри его то расширялись, то сужались, а маленькие глаза бегали из стороны в сторону. Джек отстранился, мотая головой. Если мастер прав, то Джек явно и представить не мог, насколько сам был близок к смерти, находясь рядом с этой черной жидкостью. — Скажите, а вы не знаете, были ли несчастные случаи в этом доме до моего приезда? Джек прекрасно знал, что были, но послушать новую версию был не прочь. Каждый раз он узнавал что-то новое. — Конечно, были! Чего стоит бедная женщина, которая упала с лестницы?! — Капитан говорил, что она напилась и упала сама. Генри категорично мотнул головой. — Нет! Ее толкнули! — Откуда такая уверенность? — Я труп и нашел, тоже пришел ремонтировать крышу, прихожу, а дверь-то открыта. Бедняжка вся была в синяках... как от побоев, сорочка изорвана. Такое ощущение, что она с кем-то дралась. А потом полиция все это замяла. А что до нее? Крыша подвала рухнула прямо на голову бедному парнишке! Я его помню, ему было… сколько ему было… лет десять, не больше! — Где в доме вход в подвал? — Он был на кухне, его засыпали. Я часто приезжал ремонтировать трубы и видел, что подпорки там после реконструкции на соплях стоят, сказал, но меня не послушали. Вот и результат. Потом все засыпали, хотя надо было бетоном залить, но он такой огромный оказался — пытались сэкономить. Ума не приложу, какого черта эту рухлядь все еще не сожгли и пытаются продать честным людям вроде Вас, мистер Палмер. Я так вам сочувствую! Он же денег стоит! Джеку от его сочувствия легче не становилось. Тем не менее он был рад, что посетил этого человека, теперь общая картина начинала немного складываться. Пациентов разогнала медсестра, которая пришла делать перевязки. Джек поговорил с доктором. Тот сказал, что при желании можно и прогуляться, но лучше далеко не отходить. Никто не собирался выпускать его так просто. Как бы Джеку не хотелось отложить свое «свидание» с шерифом, лучше все же разузнать, как обстоят дела. В сумке лежало все необходимое. Теплая кофта, два свитера, три футболки, джинсы, ботинки, запасная куртка, нижнее белье, носки и ноутбук. Вот и все его скромные пожитки на ближайшее время. Было бы здорово послать кого-то снова за всеми остальными вещами, потому что сам он не горел желанием возвращаться. Джек решил подумать об этом позже, оделся и вышел на улицу. Блаженно закинув голову и чувствуя прохладные порывы ветра, он остановился. Его тело немного успокоилось и расслабилось, ум прояснился. Больница находилась почти в центре, ровно как полицейский участок или мэрия. Последняя, кстати, явно была только что покрашена, белоснежное здание просто сияло в отличие от остальных блеклых построек. Все было украшено к празднику. Насколько Джек слышал по разговорам местных, мероприятие было решено перенести на несколько дней, но никто особо не расстроился. Люди кучковались в центре, сидели на лавочках и разговаривали. То и дело кто-то из них говорил о выстрелах, доносящихся со стороны леса. Это полицейские отряды отстреливали волков и парочку медведей, которых все-таки нашли. После отъезда капитана шериф сумел загладить острые углы, и чем меньше становилось хищников с его легкой руки, тем спокойнее было в Солпорте. Все облегченно вздохнули и засуетились. Охоте быть, и об этом говорило хотя бы вынесенное огромное чучело оленя, стоявшее на главной площади. Джек узнал его. Животное было изображено на одной из фотографий в «Плакучей иве». Полицейский участок, в отличие от больницы, просто кипел. Все бегали, носились с отчетами, каждую секунду можно было услышать новый звонок из какого-то кабинета. Многие рвались в отпуск, чтобы тоже поохотиться вместе со всеми. Проходя мимо, Джек мог слышать, как разговаривают несколько полицейских о том, что они как следует постреляют в лесах, но уже не по работе. Джек стоял в коридоре перед кабинетом шерифа, куда его проводила молодая девушка из регистратуры. Она сказала, что Джек сможет зайти, как только оттуда выйдет предыдущий посетитель. И вот он уже десять минут маленькими глотками отхлебывает воду из стаканчика. Именно рядом с этим кулером он и сидел в тот день, когда ему объявили о пропаже Питера. Но теперь каждый второй подходил к нему и выражал благодарность за обнаружение парня. Двое полицейских (один из них вроде бы дежурил у его дома пару дней назад) сказали, что сделают все возможное, чтобы найти похитителей, которые пытались убить Джека. Он просто поблагодарил, смотря в дверь перед собой. Кажется, эти ребята были не из тех, кто в курсе, что главный преступник скрывается в этом здании. Джек все еще подозревал шерифа в смерти Питера, потому что не верил в простые совпадения. Все походило на то, что именно так Терренс избавляется от несогласных — сбрасывает в реку. Только вот что ему сделал Питер? Дверь скрипнула. Из кабинета вышла Линдси. Надо было признать, что выглядела она сегодня не лучшим образом. Джек хотел было пошутить на этот счет, но остановился, как только увидел ее отстраненный холодный взгляд. Она изогнула бровь, словно не понимая, какого черта ему от нее понадобилось. — Привет, Линдси. Что-то с ней было не так. Ее глаза словно стеклянные, затуманенные. Она мотнула головой, и Джек увидел пластырь на правом виске, скрытый до этого челкой.  — Если у Вас есть заявление, оставьте его в регистратуре.  — Эй, сержант, ты в поря..? Не успел он договорить, как Линдси резко развернулась и быстрым шагом направилась дальше по коридору. Она будто и не узнала его, пребывала в своих мыслях. Джек подумал, что опростоволосился и не понял какой-то хитрой схемы, чем в итоге себя и успокоил. Возможно, с ней нужно поговорить потом наедине, а не у всех на виду. Быстро поборов противное чувство обиды и толику непонимания, он выкинул стаканчик в мусорное ведро и вошел. Кабинет был тот же, который до этого занимал капитан, так что Джек ощутил что-то вроде дежавю, когда переступил порог. Эти выкрашенные в пастельный голубой цвет стены он уже видел, как и потертый, но солидный стол из дуба. Только сама атмосфера несколько иная. Шериф не поднял на него глаза, подходя к картотеке и пытаясь что-то найти среди папок. Он казался слишком сдержанным и занятым. — Доброе утро, Джек, — удивительно вежливо начал он. — Подожди, я сейчас, — шериф присвистнул, когда нашел что искал, и улыбнулся. — Не шали, — а потом вышел из кабинета. В отличие от какой-то полумертвой Линдси, он был энергичен. Джек на секунду прислушался, ему понравился тот факт, что шаги шерифа еще были слышны какое-то время. Джек быстро схватил бумаги, лежавшие на столе, даже не успев хорошенько обдумать свое поведение. Отчет о вскрытии, и он был уверен, что Питера. «Извлечены внутренние органы: сердце… печень, почки… ребра сломаны… грудная клетка и брюшина разодраны чем-то достаточно тупым… у раны рваные края… многочисленные синяки и ссадины на… череп проломлен… причина смерти — асфиксия». «Асфиксия?» — это было странно. Если убийца зверь, то зачем сначала парня душить? С другой стороны, это могло объяснить, почему Джек не слышал криков Питера, которого разделывали под самым его окном. Когда шериф вошел в кабинет, Джек спокойно сидел в кресле, не оборачиваясь. Хорошо, что никто не мог слышать его сердцебиения. Даже если шериф что-то и понял (хотя папки лежали точно так, как их и оставили), то вида не подал. Он прошел к своему рабочему месту, сел в кресло и, сложив руки перед собой, смотрел на своего собеседника до тех пор, пока не встретился с ним взглядом. — Я верил в тебя. — О чем ты? — Что ты выкарабкаешься, — он ему подмигнул. — Хорошая работа, Джек, просто отличная, еще один труп нам здесь был бы ни к чему. Сегодня сумасшедший день. Еще и твое убийство расследовать было бы затруднительно, тебе пришлось бы встать в очередь. — Что? За последние сутки кто-то еще умер? — Не бери в голову. Я вечно говорю, не подумав. Джек поморщился, не скрывая своего отношения к ситуации. Подыгрывать сейчас, когда их никто не видит, смысла не было. Шерифу этого было и не нужно. Терренс мельком взглянул на бумаги, которые лежали перед ним, а потом убрал их в ящик стола. — От отца я слышал, что ты достаточно разговорчивый. Или ты со мной просто не хочешь говорить? — Может, сразу к делу? — начал Джек, пригибаясь чуть ближе к столу, к его раздражению, шериф движение повторил. — Теперь, когда труп Питера найден, у тебя нет причин меня задерживать. Это противозаконно. Шериф рассмеялся, но ответил почти беззлобно. — Это ты мне будешь говорить, что законно, а что нет? — он помотал головой, все еще улыбаясь, но глаза его оставались жесткими. — Тебе будет лучше посмотреть на свою новую комнату в отеле. Уверен, тебе там понравится. И что касается твоего дома… будет лучше, если ты пока будешь держаться от него подальше. Не мешай расследованию, ты меня понял? Джек удивился такому предостережению. «Неужели собрался и там наркотики прятать? Умно. Местные вообще туда не ходят». Джек чуть было не начал говорить, что обязательно дойдет до местных властей, все расскажет мэру, но интуиция подсказала вовремя прикрыть рот. И теперь они просто сидели, смотря друг на друга. Джек думал о том, что шериф, судя по всему, очень уверен в своей власти, раз не стал обыскивать его, чтобы найти диктофон или другие посторонние вещи. В кармане у посетителя вполне мог быть припрятан небольшой револьвер, который Джек мог бы вытащить прямо сейчас, направить на шерифа и… Джек помотал головой. Мысли его окончательно сбились. — Зачем я здесь? — О, все из-за того же. Ллойд должен был выступить на ринге, но он не справился. Я его отстранил. Подробности узнаешь у Криса, я думаю. — А меня это как касается? — Ну, ты выступишь вместо него. Джек боялся этого ответа, но вида не подал. Он сложил руки на груди и сжал губы в тонкую линию. — Неужели нет других людей? — Не поверишь, но их не так уж и много. Ну, тех, кто попадает под нужное описание: рост, вес, телосложение и прочее. А все, что есть, — заняты. Сам знаешь, какая у нас тут обстановочка. И ты эту кашу заварил, поэтому почему нет? Ну же, сделай это ради меня. Джек фыркнул, отворачиваясь. Недовольство отображалось на его лице. — А что потом, после матча? Я, наконец, смогу уехать? — А что будет после матча — мы обсудим после матча. Ответ максимально неоптимистичный. Джек ехидно улыбнулся. — Если я устраиваюсь на новую работу, то требую зарплату, страховку и возможность карьерного роста. Шериф рассмеялся. —Хорошо, Палмер, — кивнул он, — пока ты отрабатываешь долг, а там посмотрим. Свободен. Улыбка его резко сошла на нет, а взгляд стал холодным и диким. Точно так же смотрел и сам Джек, выходя из кабинета. Благодаря небольшой шутке он только что получил ответ на свой главный вопрос — у шерифа на него какие-то планы, и речь не о клубе. Выходя на улицу, Джек размышлял о том, что сказать его друзьям. А потом остановился на полдороге, и в него врезалась какая-то старушка, плетущаяся позади. Она извинилась, поправила свои очки и пошла ковылять прочь. Джек смотрел ей вслед и думал, почему ему еще никто не позвонил. Ладно Фрэнк, тому скажешь «не звони», он и не позвонит, но для Сары такое поведение было не характерно. На секунду он даже начал волноваться, а потом фыркнул себе под нос и пошел дальше. И своих проблем пока достаточно. Не успел он сделать и пары шагов, как затормозил, смотря перед собой. Молодой парень в зимней шапке и полицейской форме дружелюбно помахал ему, а потом скрылся за поворотом. — Твою ж мать, — выругался Джек себе под нос, узнавая в полицейском того самого бандита, который избивал его в машине накануне. Эти крысиные глазки хотелось выколоть прямо сейчас. Тело до сих пор ныло. Была мысль пойти к Крису, но, почувствовав недомогание, пришлось вернуться в больницу. Голова кружилась, а перед глазами все поплыло. Джек попытался посидеть на лавочке перед входом немного, но легче не стало, напротив, теперь и тошнило. Медсестра помогла ему переодеться и лечь в кровать. Доктор пришел через несколько минут и провел осмотр. — Вы здоровы, это переутомление. Как вы спите, мистер Палмер? Джек признался, что последние несколько дней совсем не спит и, кажется, теперь страдает лунатизмом. Доктор смотрел на него некоторое время, а потом сказал: — Нет ничего удивительного, что вы чувствуете слабость и тошноту. Вы пережили много стрессовых ситуаций. Все, что вам сейчас нужно, — покой. Избегайте лишних волнений, — на этом моменте Джек не удержался от саркастичного хмыканья. — Я также выдам вам рецепт на снотворное. Оно довольно эффективное, так что не злоупотребляйте. Под его действием вы не будете ходить во сне. Он выпил полтаблетки снотворного, принесенного медсестрой, и вырубился на несколько часов. В этот раз никаких странных снов ему, к счастью, не снилось. Вот только проснулся он ночью от навязчивого стука в окно, и по коже моментально прошлись мурашки, а ощущение дежавю на секунду сбило с толку. Но в этот раз стуки не были таинственно-вкрадчивыми. Можно сказать, что в стекло практически тарабанили, и Джек поднялся с постели в первую очередь для того, чтобы вернуть тишину. Он отодвинул занавеску, встречаясь взглядом с очень недовольным Крисом, лицо которого было с трудом различимо под большим капюшоном. Джек открыл окно. — Ну, конечно. Как обычному человеку тебе не заходится, да? Крис усмехнулся и схватился за оконную раму. Джек отошел на пару шагов, чтобы не мешать. Ситуация удивительно напоминала его сон, но он гнал эти мысли от себя подальше. Благо настоящий Крис совсем не выглядел таким расслабленным, как в том видении. Напротив, он сразу начал оглядываться по сторонам, настороженно прислушиваясь. — Сюда бы уже пришли, если бы слышали, как ты барабанил в окно. — Ты не открывал. — Я принял снотворное. Спал без задних ног, как говорится. — Виделся с шерифом? Что он сказал? Ты знаешь о Стэне? Почему-то никто ничего не говорит. Хотя Кевин рассказал мне все, так что неважно. — Почему мы сразу должны говорить о шерифе? Я так устал от него! И что еще за Стэн? — он поморщился. — И знаешь, было бы вежливо и учтиво с твоей стороны, если бы ты сначала проявил интерес к моему самочувствию, — только потом Джек понял, что сказал, захотелось врезать себе по лицу. Однако Крис оглядел его с ног до головы, отвернулся и прикрыл глаза на секунду, потом как-то тяжко вздохнул и сказал: — Извини. Как ты себя чувствуешь? Джек приоткрыл рот от изумления. Перед ним только что извинились? Теперь он не был уверен, что снова не спит. Крис все еще не смотрел на него, ожидая ответа. — Я… я в порядке, да… — Ты сказал, тебе снотворное выписали. Плохо спишь? — Еще и хожу во сне, судя по всему, но да. — Я слышал, от нервов такое бывает. Джек фыркнул. — Все в порядке у меня с нервами, — сказал он, переборов неловкость ситуации. — Что ты там говорил про этого Стэна? Что вообще за мужик? Крис помотал головой. — Я начну с самого начала, — Крис подошел к расстеленной кровати и сел на нее. Джек не стал ничего говорить о том, что он вообще-то спал на этих чистых простынях. Крис рассказал ему главные новости. На рассвете к нему прибежал растерянный Кевин, который предупредил об опасности. Он был уверен, что в лесу живет чудовище, ночью расправившееся с его другом — Стэном. На самом деле Крис не удивился бы, если б Стэна прирезали в очередной драке. Но нет. Кевин выглядел слишком испуганным, к тому же постоянно нес что-то про растерзанное тело Гарри, будто мог его где-то видеть. — Но пока это секрет, судя по всему. Наверное, шериф хочет, чтобы они «пропали» на время охоты. — Крис смотрел на Джека, но он явно думал о чем-то своем, чуть покусывая нижнюю губу. — Ты уже знаешь, что меня посылали в клуб с Ллойдом? Ллойд облажался. Подрался с одним боксером. Я так и не понял, что боксер такого ему сказал… но тут многого и не надо. Ллойд непредсказуемый, неуправляемый и агрессивный. Если он разозлится как следует, то даже боль перестанет чувствовать, — Крис улыбнулся. — Не удивлюсь, если он как курица. Отрежь ему голову, так он еще будет бегать. — Шериф сказал, что теперь я буду участвовать. И велел перебираться в отель. Не отпустит он меня. Паскуда. — Мне жаль. — Не могу понять, что происходит на самом деле. С чего шериф вообще стал мне угрожать? Ты ведь помнишь нашу первую с ним встречу? — О! Я помню! — Крис даже потер виски, прикрыв глаза. — Он был просто в бешенстве, давно я его таким не видел. Мне показалось, что он сейчас нас с тобой просто закопает. Мне кажется, его тоже разозлил инцидент с Гарри и Питером. — Думаю, один он с нами бы не управился. Может, стоило попытаться? — А он и не был один. В машине сидели еще люди. Терренс, наученный горьким опытом, больше в одиночку не ходит на разборки. Джек потер подбородок. — Вот как? Это интересно. Что произошло? — Я знаю, что это было на войне, и что ему голову чуть ли не по частям собирали. Собственно говоря, оттуда же и шрам. — Жаль, что собрали. Крис кивнул. — Жаль, что собрали. Они улыбнулись друг другу. До того, как момент стал бы неловким, Джек решил вставить свое слово: — Пока все ясно. У нас есть задание, мы его выполним. Черт с ним, буду драться с Ленни на ринге. Но у шерифа на меня и другие планы, это ясно. Как и то, что он заинтересован в тебе. Когда они избивали меня, шериф сказал, что хочет, чтобы ты вернулся. После боя для нас двоих ничего не кончится, тебе это ясно? — Как день. — Вот, — Джек довольно кивнул. — Я предлагаю тебе настоящее сотрудничество. Давай попробуем разобраться с этим монстром. И я сейчас не о том, что по лесу или дому бегает. И когда все закончится, когда я вернусь в Мортон, ты выступишь со мной в суде против шерифа. Мы соберем столько доказательств против него, сколько сможем. Согласен? — Я… — Крис обомлел, глаза его были расширены, они метались по телу Джека. В тот момент на его лице отразилось с десяток разных эмоций, сменявших друг друга за считанные секунды. Крис, словно оглушенный, замер, а потом… истерично расхохотался. Джек испуганно замер, а потом метнулся к нему, накрывая рот ладонью. — Идиот, сейчас же кто-то войдет! — он шикнул, находясь в опасной близости от его лица. Видимо из-за того, что совсем недавно Крис кусал губы, они были влажными. На глаза от истошного смеха навернулись слезы, но сам он не выглядел расстроенным. Напротив, взгляд его стал безумным, в нем плясали дьявольские огни. Джек медленно убрал руку, кожу нещадно жгло в том месте, где он касался чужих губ. Словно читая его мысли, Крис чисто инстинктивно облизнулся, а потом заговорил: — Это опасно. Тебе может угрожать смерть, — только Джек хотел сказать, что ему и сейчас нехило прилетело, как его перебили, — более мучительная и невероятно медленная. И не факт, что мы выиграем суд. Может, тебе было бы легче уехать куда-нибудь далеко и спрятаться там. Но если мы сейчас начнем, то потом повернуть назад не сможем. Джек, ты точно готов? Джек смотрел ему прямо в глаза, не отворачиваясь. Он все еще не мог понять, чем вызван был этот приступ смеха, от которого кровь встала в жилах. Но Джек не чувствовал себя по-настоящему напуганным. Можно было только гадать, откуда взялась вся эта решимость. Если когда-то в его разуме и была толика трусости, то сейчас ее затмевал чистой воды гнев. Джек знал, что выхода все равно нет. Он умрет, если не попытается, если что-то не придумает. Его уже чуть не убили. Таких людей не отпускают просто так. Крис ничего не говорил, терпеливо ожидая ответ. Взгляд его был трудно читаем, но этого и не требовалось сейчас, когда он был в кое-то веке открыт и честен. Джек поджал нижнюю губу. Он обязательно попытается сбежать, загнать шерифа в угол или натравить на него кого-то посильнее него самого, но не сейчас. Внутри настоящую бурю подняло собственное уязвленное самолюбие. Эго упорно кричало, что никто не может безнаказанно угрожать Джеку. И сейчас, когда здравомыслие, интуиция и чувства сошлись в одном мнении, он просто сказал: — Я готов, — и улыбнулся. Крис просиял, откидывая голову назад, а потом протянул ему свою руку. Джек крепко пожал ее. — Что ж, давай все начнем сначала. Джек Палмер, — он старался не обращать внимания на то, как холодят его разгоряченную кожу цепкие пальцы. — Кристофер Рошфельд, — ответил его официальный напарник и сообщник. — Приятно позна… Стоп! Что? Крис только улыбнулся и пожал плечами. Они гуляли по набережной уже полчаса. Было решено не выяснять отношения в больнице, да и общаться шепотом как-то надоело. Черное небо прорезал бледный диск луны. На улице стало к этому времени безлюдно, поэтому можно было не волноваться о том, что кто-то подслушает разговор. Да даже если бы и подслушал, вряд ли бы что-то понял. Даже Джек путался в объяснениях Криса, все-таки рассказчик из него тот еще. Значит, Крис все же непосредственно связан с этим проклятым домом. И самое главное, что удалось понять, — Джеймс Рошфельд, который продал семейный особняк за гроши, является его отцом. Он все еще в городе и никуда никогда не уезжал. — Даже если ты с ним познакомишься, я не уверен, что ты ему понравишься. Но в любом случае он может рассказать тебе больше, чем мне, это факт, — по лицу Криса нельзя было сказать ничего об испытываемых им чувствах. Он снова надел капюшон и сейчас кидал подобранные около причала камушки в воду. — И прости, что покопался в той твоей коробке, я просто хотел убрать информацию о себе. Джек, засунув руки в карманы, наблюдал за ним. Ночь была удивительно теплой, фонари разгоняли ночной мрак, хотя с этим бы и справилась полная луна, смотревшая прямо на них. — Ты с ним совсем не общаешься? — Нет. — Почему? Крис фыркнул и помотал головой. — Давай сменим тему. — Объясни нормально, почему ты сразу не сказал, что этот дом твой? — Он не мой. — Да-да-да, но ты там жил, улица названа твоей фамилией, точнее фамилией твоего предка. Ты знал, что я веду расследование о нем, почему не сказал? Почему вообще никто об этом мне не сказал? — Джек задумался. — Я уверен, что капитан знал об этом! Еще один камешек плюхнулся в воду. — Может, решил, что от тебя могут быть неприятности. Уверен, он хотел, чтобы ты сворачивался побыстрее, а не беседовал со всеми нами. Меня уже давно никто по фамилии не называет. Томас так ее вообще, наверное, не знает, если ты думаешь, что он мог бы тебе об этом рассказать. Они живут в восточной части города и далеки от ферм, даже детишки у них учились в Мортоне, а мы в местной школе. — Мне показалось или между тобой и Томом словно кошка пробежала. — Можно сказать и так. Он что-то говорил обо мне? — Почти нет, но… Крис отмахнулся от него. — Ну и забудь тогда, не твоего ума дело. Они оба замолчали, предпочитая думать каждый о своем. А потом Джек повернулся к нему и ткнул пальцем в бок. — И все же… почему ты мне ничего не сказал? Крис бросил один из камней в Джека, попав тому в грудь. — В этом и причина. От тебя теперь хрен избавишься. Как жвачка на подошве. — Вот и нет! — Вот и да. Ребячество. Джек закатил глаза и отвернулся. Несмотря на не совсем складывающийся разговор, он не жалел о том, что сейчас не лежит в теплой больничной кровати, а стоит на причале вместе с этим парнем. Легкий ветерок трепал волосы, а всплески воды успокаивали слух. Можно было дышать полной грудью, забывая хоть немного о своих неприятностях, если бы не прервавший их уединение телефонный звонок. Ленни все смотрел на фотографию, сделанную много лет назад. В горле засвербило, и он поспешил откашляться, подставляя кулак. Эти Джек и Крис показались ему интересными с самого начала. Один выглядит как богатенький пижон, а второй будто не от мира сего. Слишком уж странная из них выходила компания. И сейчас Ленни думал о них и о том, что они принесли с собой. Кольцо. Что-то над головой щелкнуло, а потом на секунду погас свет. Снова загорелся. Ленни обернулся, смотря на покачивающуюся из стороны в сторону лампочку. Кажется, эти двое знают что-то, но не говорят правду. Действительно ли кольцо исчезло из могилы? Ленни прекрасно знал, как Шон гордился историей своей семьи и этим самым кольцом. Дубликатов быть просто не могло. Лицо с фотографии будто ожило, с осуждением смотря на своего друга. Ленни чувствовал, как стыд гложет его изнутри. Первое, о чем он подумал, когда увидел кольцо на руке Джека — собственная выгода. Какая-то часть Ленни была готова предать память о друге, закрыть глаза на обчищенную могилу ради какого-то свертка с белым порошком. Сейчас было так мучительно стыдно. За последние годы Ленни стал слишком эгоистичен. И пусть его цель по-прежнему считалась им благой, он почти забыл те чувства, которые вели его вперед до этого. Но еще не поздно было стать чуточку лучше. Ленни грустно покачал головой, а потом резко треснул кулаком по лбу, сделал глубокий вздох. Он открыл глаза и почувствовал, как уверенность наполняет его грудь. Руки сами нащупали телефон в кармане. Ему ответили спустя всего пару гудков. — Алло. — Доброй ночи, Крис. Крис зевнул, однако голос его был все еще бодрым. Послышался гул, будто бы парень был на свежем воздухе. — Доброй, Ленни. Я же говорил звонить, только если у тебя будет что-то важное. — Оно и есть — это «важное». Я решился кое на что. Ты должен помочь. — Кое на что? Должен? Интересно. — Да, бери с собой Джека или еще кого, но только не того буйного, и приезжайте. Можете ведь, да? Это касается Шона. Наверное, это наш единственный шанс проверить наверняка, что… Короче, встретимся у кладбища. — Эм, Ленни. Я перезвоню тебе через пять минут. Только не выходи пока никуда. Крис на том конце провода выключил телефон и вздохнул. Это была такая хорошая спокойная ночь, а им требовалось столько всего обсудить… К тому же Джек плохо выглядел: слишком бледный, с темными мешками под глазами. Его туманный взгляд скользил по блестящим в свете луны волнам и отражал полные сомнений мысли. Крис немного подумал, брать с собой Джека или нет, а потом все же сказал: — Слушай, — Джек обернулся на его голос, вопросительно изгибая бровь. — Ты как в воду глядел, когда говорил про кладбище. Не хочешь стать моим коллегой? Крис все рассказал. Удивительно, но долгие уговоры не потребовались. Кажется, его названный напарник начинал уже свыкаться со своей ролью. Теперь осталось найти несколько подходящих лопат. Поострее, да покрепче. Уже сидя в машине, Джек с затаенной тоской посмотрел на циферблат, высвечивающийся на дисплее смартфона. — Два часа ночи, — с грустью отметил он. Перед глазами сами собой возникли образы незастеленной мягкой постели с откинутым в приглашении одеялом. — Я закурю, — не вопрос, а констатация факта. Крис ничего не ответил, только окно открыл со своей стороны. Он не был любителем запаха табачного дыма. Джек снова заговорил, но в этот раз не с самим собой. — Тебе самому-то верится, что мы таким занимаемся? Кладбище. В прошлый раз я не говорил всерьез. Я не особо горю желанием рыть могилы, — он сделал затяжку, не без удовольствия прикрывая глаза. — Понимаю, процесс не из приятных. — Не из приятных? Только не говори, что тебе доводилось это делать. Крис загадочно улыбнулся, так и не увидев, как расширились глаза Джека. — Ты опасный парень, Крис. Даже не знаю, что может произойти, чтобы кому-то захотелось копать могилы. — А я не хотел. Мне нужны были ногти мертвеца. Джек скривился. — Мерзость. — Ведьмы и не такие задания дают. — Больше не угощай меня своими отварами, пожалуйста. — Пф. Мои «отвары» еще надо заслужить. Их перепалка длилась недолго. За поворотом сверкнули фары полицейской машины. — О, черт, — простонал Крис, вставая у обочины. — Раньше тут патруля не было. Шериф контроль ужесточил. Теперь придется придумывать отмазку, почему мы здесь оказались в столь поздний час. — Это он сам? — Нет, его люди. Жди здесь, — он вылез из машины. Стоило только двери захлопнуться, как Джек обернулся, просовывая голову через сидения. В заднем окне отражались три силуэта, разговаривающие друг с другом. Патрули — это действительно проблема, которая может серьезно помешать ему в будущем. Крис пошел обратно, а полицейские, развернувшись, вернулись в свою машину. Никто из них не стал заглядывать в автомобиль Криса. Джек призадумался. Лицо Криса резко появилось в окне. Зеленые глаза заглянули в самую душу, зло сверкнули. — Я видел твою любопытную рожу. Даже не думай, — прошипел он. — Я не буду подставляться и вывозить тебя из города тайком, — он открыл дверцу и плюхнулся на свое место. Джек примирительно выставил руки вперед, выкинул окурок. Крис косо поглядывал на Джека время от времени, но потом сдался и решил пустить все на самотек. Джек, почувствовав на себе чужой взгляд, повернул голову. Улыбнулся. — Я ничего не планирую. Расслабься. Крис нахмурился. — Как же. — Серьезно, мы же только что пожали друг другу руки, я не собираюсь тебя подставлять. Лучше скажи, что ты рассказал тем парням. Какова официальная версия? — Что меня по работе срочно вызвали. У меня такое иногда бывает. Это нормально. — А что я? Они знают, что я с тобой? — Наверняка, — и то сказал, лишь бы уже закончить этот разговор. Оставшийся путь они проделали, даже не переглянувшись. Игра в молчанку продолжалась до тех пор, пока слева от обочины не возник широкий кованый забор. Крис сразу выключил фары. Старое кладбище выглядело слишком зловещим, некоторые могилы даже отсюда больше напоминали засыпанные холмики. Только приглядевшись, можно было увидеть осколки торчащих крестов. Другие же могилы, покосившись то в эту, то в другую сторону, создавали еще менее приятное впечатление. Джек мысленно сравнил это с тем кладбищем, где сейчас покоится его мать. Вспомнил вставшие в ряд одинаковые маленькие памятники и зеленый вечно ухоженный газон. Наверное, стоит наведаться к ней, когда все закончится. В конце концов он ни разу не был там со времен похорон. Может, поэтому она ему снится? Джек помотал головой, вновь предпочитая смотреть только на луну. В таком месте поневоле станешь суеверным. — Ну и где Ленни? А… вот он. Джек попытался увидеть что-то среди деревьев и усмехнулся. Сгорбленная фигура Ленни угадывалась неподалеку. Затесаться между деревьев у боксера не получилось. Крис остановился. Ленни подошел к машине, вытащил руку из кармана и показал куда-то за угол кладбища. — Лучше припаркуйся там. Здесь вы как на ладони. Крис согласился с ним и, предварительно вручив все необходимые вещи Джеку, вытряхнул того из машины. Колеса скрипнули, и автомобиль двинулся дальше. Джек же в это время с сомнением поглядывал на подозрительно бледного Ленни. — Ты в порядке? Боксер слабо улыбнулся. — Не каждый день роешься в могиле лучшего друга. — Просто не превращай это в привычку. Однако было что-то еще в состоянии боксера, насторожившее Джека, а именно — спина, согнутая без видимой причиной. — Что с твоей спиной? — Не обращай внимания. — Совсем плохо? — Нормально, — Ленни вздохнул и разогнулся, чуть вздрогнув. — Не думай об этом. Пошли. Крис незаметно подкрался ближе, чем испугал обоих напарников. Он отругал их и велел встать поближе к высоким кустам, что росли у ворот. — Так, давайте план, — сказал Крис, посматривая в сторону могил. — Я вот что придумал. На кладбище сейчас наверняка только старик Донован, но у него всегда при себе есть рация, так что он может вызвать полицейских, если заподозрит неладное. Можно попытаться проскользнуть, но… Джек фыркнул. — А давайте не играть в прятки. — Просто нападем? — удивился Крис. — Это твой метод? — Тебе охота здесь всю ночь провозиться? Это могло стать началом ссоры, если бы Ленни не вмешался. — Ребят-ребят, послушайте, — оба застыли, прислушавшись. — Сейчас я согласен с Джеком. Не закатывай так глаза, Крис, я серьезно. Мы и без этого будем шуметь, лучше обезвредить этого твоего охранника сразу и не париться. У него есть напарник, ну или сменщик? — Нет. Он вообще здесь живет. Один. Прям в этой будке. Тип прескверный, так что аккуратнее — может кусаться и бодаться. И я буду помалкивать, он знает мой голос. Ленни кивнул головой, а Джек косо посмотрел на Криса, теперь уверенный в том, что в прошлый раз его напарника поймали за рытьем могил. Перехватив лопаты и другие вещи поудобнее, они один за другим перемахнули через забор, ловко просовывая руки и ноги в отверстия в ограждении. Когда ноги Ленни, перелезающего последним, коснулись земли, Крис оттащил обоих напарников в дальний угол за широкий памятник. Ангел, сидящий на самой верхушке, неодобрительно смотрел на них, опустив крылья. Ни души, только собаки лают где-то вдалеке. Крис посмотрел на Ленни и спросил: — Итак, видел сторожа, пока здесь был? — Я видел, как он зашел в сторожку. — И больше не выходил? — Нет. Джек шикнул на них, следя за светом в окне небольшой постройки. — Можно потише сейчас? — шепотом сказал он. — Вы очень громкие. — Да ладно тебе, — усмехнулся Ленни. — Я даже отсюда слышу, что он телек на полную мощность врубил. Это действительно было так. Веселая песенка из рекламы содовой проносилась по всему кладбищу. В конце ролика звучал детский смех, от которого сейчас могли и волосы встать дыбом. Небо заволокло тучами. В любую секунду мог начаться ливень. Им повезло еще, что последнюю неделю не было дождя, иначе пришлось бы вычерпывать воду ведрами из разрытой сырой могилы, да и копать было бы тяжелее. Джек дрожал от гнева при одной лишь мысли о том, что сейчас ему придется пережить. На словах все было довольно просто, однако сейчас, стоя в абсолютной темноте и переговариваясь шепотом с сообщниками, Джек понимал — его прошлой добропорядочной жизни навсегда пришел конец. На ветке дерева каркнула ворона, а потом резко взлетела в ночное небо. — Если мы договорились, идем, — подвел итог Крис, первым вскакивая на ноги. Путь до сторожки был освещен светом, льющимся из окон. Ленни надвинул на глаза капюшон так, чтобы загородить половину лица, поднял воротник водолазки и просто постучал в дверь. — Я этому от тебя научился, — сказал он, бросая взгляд на спрятавшегося за стену Джека перед тем, как дверь открылась. В проем высунулась лысая голова, но рассмотреть ее не удалось, так как от резкого удара она отлетела в сторону. Тело охранника повалилось обратно в будку. — Он вырубился, залетайте. Поверить не могу, что он просто так открыл дверь ночью. Крис недовольно пихнул его вбок, разозленный такими методами, а потом вбежал внутрь, подхватил полноватого мужчину подмышки и затащил дальше в комнату. Соучастники вбежали следом. Из окон опасно лил свет — Джек сразу их занавесил шторами. — Так, а теперь это, — вздохнул Крис, завязывая руки охранника у него за спиной, кисти были такими полными, что пришлось взять дополнительную веревку. — Обожаю действовать без нормального плана. Ты в курсе, что мог серьезно повредить его своим ударом? У тебя же кувалды, а не кулаки! Я думал, мы это иначе как-то сделаем. — Я знаю, как драться со всеми мужиками. Любых возрастов, — гордо заявил Ленни. — Ты же хотел молчать, — напомнил Джек Крису. — Он пока в отключке, надень мешок ему на голову. — Это я могу. Джек без малейшего сомнения затянул мешок на чужой шее, стараясь не думать, что сам недавно оказался в такой же ситуации. Окинул взглядом свою работу и удовлетворительно кивнул головой. Ткань не слишком плотная, так что у мистера Донована не будет проблем с кислородом. Теперь, когда основная проблема была устранена, Джек внимательно осмотрелся. Включенный телевизор сделал громче, убрал сотовый телефон и рацию на шкаф. Охранник застонал. Ленни похлопал мычащего через кляп из носового платка мужчину и поднялся на ноги. — Будь паинькой, и мы тебя потом освободим, — он специально сделал свой голос гораздо более гнусавым. — Уходим. Мужчина продолжал громко стонать, но звук работающего телевизора с успехом заглушал его. Ночной воздух немного успокоил нервы, но вид надгробий не позволял полностью расслабиться. Крис поежился, напоминая себе, что это не впервой. Он не боялся мертвых, но копать чужие могилы было неправильно, и все внутри противилось этому. Пытаясь взять себя в руки, он посмотрел на Джека, поймав абсолютно спокойный взгляд напарника. Кажется, они поменялись чувствами. Извилистая дорожка вела их прямо к одной из могил в центре кладбища. Соучастники невольно двигались как можно быстрее, чтобы не попасться никому на глаза, хотя кладбище и так было безжизненным. Если не считать филина с желтыми глазами, сидящего неподалеку. Ленни и подумать не мог о том, зачем действительно пришли на кладбище Крис с Джеком. Их волновало не столько наличие кольца на трупе, сколько наличие самого трупа в могиле. Было только два варианта развития событий. Либо Шон и его кольцо находятся под землей, и тогда сообщники просто расходятся по домам. Либо Шона в могиле нет, и кольцо он свое потерял в доме номер двенадцать, охотясь за Джеком. Оба варианта Джеку не нравились, но второй хотя бы отвечал на его вопросы. Они дошли до места, вооружились лопатами и принялись за дело. Джек, обливаясь потом, копал могилу, стоя спиной к Крису. Ленни в задумчивости сидел прямо на земле, подложив под голову руки. — Копайте-копайте… — изредка произносил он, протяжно вздыхая и потирая спину. Все же она слишком сильно болела, и Джек, скрипя зубами, был вынужден делать работу за двоих. Крис же дал ему подзатыльник, чтобы больше не слышать недовольный бубнеж. Джек никогда не копал землю, и сейчас то и дело распрямлялся, вытирая пот со лба и пытаясь отряхнуть налипшую на штаны грязь. Крис был слишком увлечен, чтобы хоть что-то заметить, иначе обязательно бы сказал пару-тройку не очень приятных слов. Джек даже стал думать, что тот вошел во вкус — движения отточенные и быстрые. Опыт виден невооруженным взглядом. Неожиданно Крис поднял голову и недовольно оглядел проделанную работу. — Эй, халтурщик, а ну раскапывай давай. Я уже больше тебя земли в два раза выгреб! — Халтурщик не я, а Ленни. Я таким раньше не занимался. — Это не дает тебе поводов расслабляться. Стоишь и в ус не дуешь. Либо работай, либо сваливай! Только мешаешь! Джек рыкнул и демонстративно начал копать агрессивнее. Если раньше он боялся рассечь грубым ударом себе палец ноги или испачкаться лишний раз, то теперь даже не задумывался об этом. Крис довольно посмотрел на него и присоединился. Выпрямившись в следующий раз, Джек с удивлением понял, что работа почти выполнена. — Пять минут, — сказал Крис, выбираясь из ямы. — Нужен перерыв. Джек равнодушно пожал плечами, скрывая свою радость. Он, схватившись обеими руками за землю, легко подтянулся и встал на ноги. Теперь можно было не бояться испачкаться, штаны и так были все в грязи. Джек сел возле Ленни, чуть подвинувшись, когда Крис решил разместиться рядом с ними. — Ленни, у меня есть к тебе несколько вопросов. — Звучит максимально отстойно, Джек. — Понимаешь же, что все равно их задам. Хочу спросить, как ты пришел к выводу, что рытье могилы Шона — это самый правильный вариант узнать правду, — но Ленни продолжал молчать, тогда Джек продолжил: — Ладно, признавайся. В конце концов мы здесь ради тебя. — Ради меня? Я думал, вы здесь, чтобы разобраться с кольцом. — Кто-нибудь полез бы в могилу тупо ради того, чтобы узнать, настоящее это кольцо или нет? Нам, конечно, интересно, но по большому счету оно ничего не значит. — Тогда почему вы здесь? — Альтруизм, Ленни, врожденный альтруизм. Мы слишком добрые люди, чтобы оставить тебя в беде. — Красиво заливаешь, Джек. — К тому же ты… балуешься запрещенными препаратами, и спина у тебя отваливается, хотя ты спортсмен. Все как-то не вяжется между собой. Ленни, устав это выслушивать, повернулся. Его лицо исказила гримаса гнева. — Хочешь знать, зачем мне наркота? Все началось лет пятнадцать назад, когда я только начинал выступать. Образования у меня нет, работа паршивая и дерьмовая попадалась. Шон привел меня в этот клуб. Сам он уже два года к тому времени занимался, но никому ничего не говорил. У него всегда был пунктик на деньги из-за этой своей странной благородной семьи, у которой не осталось ни хрена. И сначала все было нормально, деньги действительно легкие и быстрые. Зрители не знали, что матчи подставные. То я его подговорю лечь, то он меня. И так все время, боссу тоже нравился этот подход, пока слухи о махинациях не пошли. Стали нас с бойцами из других клубов сводить, один из них — Макбет — чернокожая детина, их чемпион, — он сплюнул прямо на землю. — Он выбил из меня дурь в первом же раунде, но ему показалось, что этого мало… Его от меня отодрали, но травма осталась. А потом я в аварию попал, и все полетело в тартарары. Босс об этом не знает, но мой позвоночник на соплях держится, — к этому моменту ярость из его голоса окончательно испарилась, и Ленни стал говорить гораздо тише. — Если я лягу, то уже не встану. Но благодаря наркоте я боли не чувствую, ну или могу не обращать на нее внимания, сложно объяснить. Раньше я часто у босса подворовывал то тут, то там пакетик, он же покупает наркоту, чтобы во время матча клиентам втюхивать. Знаете, это особый кайф — смотреть бой под порошочком… — Но тебя спалили? — перебил его Крис. — Да, было дело. Неаккуратный я, что есть, то есть, босс мне запретил давать наркотики. Я пытался сотрудничать с дилерами поменьше, но и тут не свезло. Босс не знает, что дело не просто в ломке. — Почему ты просто не можешь бросить спорт? — спросил Джек. — У тебя есть семья? — Бросить? Семья? — он вскочил, постоял так пару минут, просто смотря в удивленные глаза напарников, а потом шмякнулся обратно. — Моему брату я больше не позволю меня содержать, ему и своей семьи хватает. Мы ведь даже не родные, да и младше он меня. Даже стыдно на глаза попадаться. Но и это не главное — я не могу просто бросить. Это… Макбет. Он убил Шона. — Как? — Это должен был быть мой бой, но у меня случилась первая передозировка. Я принял слишком много из-за страха оказаться с ним снова на ринге. Это все моя вина. Эти бои… ну, они не такие, как обычно, у нас есть правила, но в основном их никто не придерживается. Главное — зрелище. Так было раньше, после смерти Шона босс пересмотрел свои взгляды. Короче, — он сделал короткий вздох, — Макбет проломил Шону череп, — выдох. — Снял свои перчатки и просто проломил его голову своим огромным кулаком на глазах у толпы. Крис печально вздохнул, чего-то подобного он и ожидал. — Правда, Шон все равно выиграл, — не без гордости произнес Ленни, будто это этого стоило. — Серьезно? — с сомнением покосился на него Джек. — Да! Он был невероятным, — Ленни печально вздохнул и помотал головой. — Скинул этого ублюдка с себя и заломил-таки. Шон упал замертво, как только вышел за ринг. — Дай угадаю — ты хочешь отомстить? Хочешь убить его? Ленни обернулся и посмотрел в глаза Джеку. — Это будет мой последний бой. Просто победить его было бы уже достаточно. Джек недоверчиво сощурился, а потом пожал плечами. — Твой босс все еще тебя не вышвырнул, — сказал Крис. — И я не думаю, что он не знает о твоих делишках. И даже в таком случае не пойдет на уступки и не даст тебе дозы? — Да, ты бы видел, что происходило после смерти Шона. Делом даже копы заинтересовались. Все-таки, как бы мы не дрались, смерть — это совсем другое. Бизнес подкосился, были введены некоторые правила. Теперь босс следит внимательно за всеми бойцами, хрен что пронесешь. Мы должны быть здоровыми и сильными, — глаза его лихорадочно сверкнули. — Я часто видел, как проводились сделки наверху в кафе. Время всегда разное, как-то они обговаривают это с вашим командиром. Но обычно все происходит до обеда, с одиннадцати до часу. Единственное что — заказывают всегда одно безалкогольное пиво. А люди тоже менялись, хотя в последние несколько месяцев и приходил один и тот же парень. Я решил, если он сменится еще раз на кого-нибудь новенького, я обязательно попробую достать немного дури. — И тут пришли мы. — Да, мои ангелы-хранители, — он неожиданно выпрямил руки и приобнял парней за плечи. — Что бы я без вас делал. Он рассмеялся и быстро убрал руки, увидев, как сморщились напарники от такого проявления чувств, обвинил в ханжестве и велел возвращаться к работе. Лопаты снова врывались в землю, время полетело быстрее. Где-то на горизонте появилось кроваво-красное пятно, потихоньку приближающееся к ним, однако тьма еще не спешила сдавать свои позиции. Такой рассвет выглядел крайне мрачно и наводил еще больше жути, чем таинственный мрак ночи. В последний раз лопата рассекла воздух и врезалась в деревянные доски гроба. Джек посмотрел себе под ноги и неуверенно подпрыгнул. Дерево под ним скрипнуло и слегка подпружинило вверх. — Мы на месте, — сказал он. Ленни поднялся со своего места и заглянул ему за плечо. — Не верится, что все до этого дошло. Давайте закончим побыстрее. Я уже замерз. Джек фыркнул. — Замерз он. Поработал бы — согрелся. — Ну, у вас такая слаженная команда. Не хотелось прерывать. Крис подпрыгнул и вылез из могилы. — Эй, стой, — ему в след шикнул Джек, — ты же не заставишь меня это делать. Крис дерзко улыбнулся и сложил руки на груди. Взгляд его был вызывающим, а улыбка слишком красноречивой. Джеку оставалось только смириться со своей участью, если он не хотел получить прозвище слабака. Пришлось собраться с силами, встать поудобнее и с помощью лома, который подал Ленни, открыть крышку. Джек бы и хотел отсрочить неприятный момент, но крышка слишком легко поддалась. Джек невольно зажмурился, а когда услышал печальный вздох над головой, снова открыл глаза. Не смог сдержать довольной улыбки. — Пусто, — заключил он. — Мы видим, — колко ответил Крис. Он перехватил фонарь поудобнее и присел на корточки, освещая абсолютно пустое пространство гроба с отлетевшей грязной обивкой. — Что там за порошок? — Нет… невозможно, я… — Ленни встряхнул головой, ударил себя по щеке, нахмурился. — Почему вы не выглядите удивленными? — Потому что это вероятность была. Про этот порошок? Грязь? О, здесь будто рисунок. Никто ведь не возражает, если я… — Джек, не стесняясь присутствия Ленни, оторвал часть когда-то белой подкладки и подал ее Крису. Сам он не собирался разглядывать содержимое, оставшееся от покойника. Крис покрутил находку в руках, приложил к носу. Ленни скривился, стоило ему это увидеть. — Ты серьезно? Где его труп? Но Крис с Джеком его уже не слушали. — Джек, похоже, это тот самый порошок. — Тот самый? — Тот самый. Ленни с недоверием осмотрел своих напарников по преступлению. Кажется, они должны были рассказать ему несколько больше. Теперь приходилось врать. Крис сказал заготовленную версию о том, что на самом деле они слышали о пропавших мертвецах, и теперь пытаются найти преступников. Джеку оставалось только поддакивать время от времени и пытаться оттереть джинсы от могильной земли. Ленни слушал их, удивленно смотря то на одного соучастника, то на другого. Яма была уже слишком глубокой, так что Джек предпочел встать на старый гроб, чтобы оттолкнуться, вылезая наверх. Но что-то пошло не так. Джек услышал треск и хруст досок под ним, а в следующую секунду полетел вниз. Он вцепился ногтями в землю, но это не помогло. Теперь он сидел практически на промежности, а правая нога целиком ушла под землю через гроб. Джек сглотнул, ставя трясущиеся руки по обеим сторонам от себя, помотал провалившейся ногой. Он мог спокойно разогнуть и согнуть колено, не дотрагиваясь до земли. Под ним была настоящая пропасть. Сверху показалось две головы. Крис с Ленни одновременно протянули ему руки, и Джек схватился сразу за обе. Немного помучившись, его все же вытащили из ямы. Как только под ногами была почва, Джек обернулся, стараясь успокоить бешено стучащее внутри сердце. — Там дыра, — сказал он вслух. — Что за бред, — не понимал Ленни, — надо проверить, — и потянулся к гробу. — Стой! — Крис схватил его за плечи, заставив замереть. — Не двигайся! Джек! — Что? Джек подполз ближе, заглядывая за голову Криса, но не понимал, что происходит, пока не сконцентрировал внимание на том отверстии в гробу, что проделала его нога. Зияющая черная дыра будто бы стала еще чернее. На секунду показалось, что она засасывает все на своем пути, но потом ее края стали слишком неровными. — Да ладно… — выдохнул Джек, не веря своим глазам. — Это че? Нефть? — не понял Ленни, с сомнением разглядывая расползающуюся жидкость. — Ребят… Крис не договорил. Булькнув, на секунду жидкость остановилась, потом хлынула с такой силой, будто кто-то под землей открыл кран. Словно ванная, могила стремительно набиралась черной жидкостью. — Так, отойдите, — сказал Ленни. — Эй, Крис, тебе плохо? — Вонь дикая. Тошнит. Уходим отсюда, — сказал позеленевший Крис, встряхнув рыжеволосой головой. Джек подскочил к ним, оглядываясь. — Ну уж нет. Есть у кого банка? — Ты спятил? Уходим! — Но… Ленни поднялся, обернулся и застыл как вкопанный, его ноги будто приросли к земле, а рот беззвучно открывался и закрывался. — Срань господня… — сейчас он был уверен, что сходит с ума. Джек тоже обернулся и не смог поверить своим глазам, он моргнул пару раз, сглотнул, втягивая голову в плечи, и перехватил лопату поудобнее, будто она могла ему чем-то помочь. И снова это чувство. Ужас обволакивает внутренности, заползает прямо в череп, заставляет трепетать и подавляет инстинкт самосохранения. Перед ними, покачиваясь, стоял молодой парень. Его голова завалилась назад, показывая перерезанное горло, живот, вспоротый, будто готовился засосать их в себя и напоминал разинутую пасть. Во все стороны торчали белоснежные ребра. Парень чуть подрагивал и смотрел единственным уцелевшим взглядом прямо на Криса. — Стэн… — тихо произнес Крис. — Тебя же… — Крис перевел взгляд ему за спину, чтобы увидеть очередного призрака — женщину, с ужасно распухшим телом. Она тряслась и тоже глядела в их сторону. Джек не мог совладать со своим дыханием — оно все время обрывалось, а голова начинала кружиться. Он обернулся и сглотнул, понимая, что призраки окружают их со всех сторон. Практически у каждой могилы кто-то стоял. Все силуэты, удивительно четкие, чуть подрагивали. Они смотрели прямо на него, на бледных лицах отражалась потаенная боль и отчаяние, глаза блестели невыплаканными слезами и ненавистью. Но это ведь уже не люди, верно? Джек прикрыл глаза на долю секунды, убеждая себя в этом. Селена в прошлый раз сказала, что призраки не могут причинить вред физически, а значит, испуг — единственное, что им грозит? Джеку на секунду стало легче. Всего на секунду. Хлюп. Отвратительный звук раздался прямо из-за спины. Джек резко обернулся, понимая, что рядом с ним не хватает Ленни. — Чертов нарик, — скрипел он зубами, видя, как потерявший сознание боксер постепенно тонет в черной жидкости, еще немного и его голова полностью скроется под ней. — Крис? — Достань его, — Крис даже не обернулся, явно пытаясь установить контакт с призраками. — Ясно, — Джек засучил рукава, будто это могло помочь не запачкаться, а потом встал на колени, дотянулся до мускулистой руки и стал пытаться достать Ленни. Не получилось, складывалось ощущение, что жидкость затягивает его вниз, как зыбучие пески. Делать нечего, боксер практически полностью погрузился. Джек рыкнул и ринулся следом. Стоило Джеку скрыться в могиле, как Стэн и другие призраки стали смелее. Крис тяжело дышал, расставил руки перед собой, стараясь сконцентрироваться и хоть что-то сделать. Он попытался считать их энергию, но обжегся, не привыкнув иметь дело с такими молодыми призраками. — Стоять! — крикнул он. — Убирайтесь! — самые ближние призраки вздрогнули от его властного голоса, их тела затряслись, но присутствие собратьев явно дало им сил. Крис сглотнул, оглядываясь. Никто из призраков его не боялся, хотя и должен был. Стэн сделал шаг вперед, губы его шевелились, пытаясь что-то сказать. Крис сощурился и зашипел, все еще пытаясь сопротивляться. Стэн умер только вчера — его жизненная сила была слишком сильна и накатывала как тайфун. Призрак замер всего на секунду, чувствуя наиболее могущественный приказ Криса остановиться, а потом продолжил путь. За ним двинулись и остальные. Призраки не были настроены дружелюбно. От них исходила полная жадности аура. Их буквально тянуло к живой душе. Сквозь собственный липкий страх Крис смог осознать — во всем этом есть что-то еще. Стэн, пошатываясь, был уже близко, пытаясь дотянуться до него трясущимися пальцами. Мертвые губы, снова открываясь и закрываясь, не могли вымолвить ни слова. Крис, загнанный практически вплотную к яме, где скрылись Ленни и Джек, замер. Ему показалось, что в единственном целом глазе призрака горит мольба, и губы подозрительно складываются в его, Криса, имя. Крис окончательно взял себя в руки. Он тоже напомнил себе о том, что призраки ничего не могли сделать ему в физическом плане, они мертвые и больше не являются частью материального мира. Разве может он… Стэн был слишком близко, Крис даже почувствовал запах крови и разлагающейся плоти, заглянул в распоротое брюхо, понимая, что там нет внутренних органов, и еще раз посмотрел на перерезанное горло. Окровавленный палец достиг его лба. Мертвецы, удерживаемые до этого, ринулись к нему. Крис не стал сопротивляться. В этом не было смысла. Вместо этого он раскрыл свои объятия, стараясь выслушать всех, кто хочет ему что-то сказать. Разве не ради этого и существует его дар? Каждая душа стремилась к нему, пыталась пробраться внутрь, нашептывая что-то свое. В этом ворохе голосов и ощущений легко было потерять самого себя, но Крис будто бы смотрел на все со стороны. Его выдернули из этого водоворота, грубо швырнув куда-то в темноту. Стэн, с которым они были давно знакомы, но с которым никогда не общались, был ближе всех, и его боль была самой отчетливой. Крис опустил голову вниз и увидел, будто бы свой живот. Как на нем медленно появляется небольшая красная полоска крови. Рана расходится в стороны, обнажая края кожи, и ничем не удерживаемые кишки вываливаются вниз — под ноги. Он еще жив, да, но он не может кричать из-за своего саднящего почему-то горла. Зловонное дыхание на коже заставляет открыть оставшийся глаз. И последнее, что он видит, — огромную зубастую пасть в оскале, чернеющий провал чужого горла. Крис через Стэна смотрит на несколько рядов острых, как бритва, клыков, которые скрываются где-то внизу живота и, наконец, тьма настигает его. Но вместо долгожданного облегчения происходит обратное. Будто плоть была его защитой, и ее страдания теперь не могут сравниться с тем, что испытывает вырванная душа. Она бьется в агонии, а потом, делая последний вздох, открывает свои новые мертвые глаза. И они снова на кладбище, картинка немного подрагивает и плывет, когда он пытается сфокусировать взгляд. Теперь Крис смотрит сверху-вниз на тех призраков, которые так и остались неподвижными — возле своих могил. Он поднимается все выше, не смея отнять от них взгляда, и они, почувствовав это, синхронно поднимают головы вверх, смотрят на него немигающими мертвыми глазами, простирают свои руки к нему. Они все еще стоят, пытаясь что-то сказать, и, наконец, Крис видит. Видит, как они стоят, как стоят эти могилы. Видит выведенный телами призраков и крестами огромный ромб с уходящими от него волнами. Знак. Кто-то грубо схватил его и бросил прямо на землю в собственное тело. Крис зашипел и открыл уже собственные глаза. Вокруг никого не было, будто все происходящее было частью галлюцинации, но, напоминая о кошмаре, за спиной послышалось бульканье. Черная жидкость была отвратительной на ощупь. Она обволакивала, словно масло, заставляя чувствовать себя как в коконе. Джек держал руку Ленни, будто это она могла его спасти. Он невольно открыл глаза и тут же закрыл. Это была плохая идея. Он ничего не увидел, да и роговицу слегка обожгло. Он знал, что Ленни находится где-то внизу, свободно спускается все ниже и ниже. Джек попытался нащупать хоть что-то со всех сторон, но попалась только доска, оставшаяся от проломанного старого гроба. Паника охватила его, когда Джек понял, что ни дна, ни стен здесь нет. Джек вытянул свободную руку и ухватился за Ленни. Небольшая вспышка радости появилась в его сердце, когда обездвиженное тело боксера, наконец, поддалось. Джек обхватил Ленни руками за грудь, а потом стал молотить ногами так сильно, как только мог. Джек мог бы поклясться, что, прижимая тело так близко к себе, мог почувствовать чужое сердцебиение. Почему-то этот факт удивил больше всего, привел окончательно в чувства. Джек закинул Ленни на плечо, вытянул руки и поплыл вверх. Ему оставалось только надеяться на то, что за время своего путешествия он не сместился влево или вправо, иначе ему не выбраться на поверхность. Пальцы тянутся вверх, и Джек чувствует подушечками холод — воздух. И вот его голова всплывает на поверхность. Теперь можно открыть рот и сделать первый спасительный вздох. Джек не так долго пробыл внутри могилы, но слишком перенервничал и выпустил почти весь кислород. Еще и черная пленка налипла на лицо, мешает дышать. Джек срывает ее и, дотронувшись до края земли, скидывает Ленни, привстает и валится на землю рядом с ним. Нет сил даже на то, чтобы разлепить глаза. Крис быстро подошел к Джеку. Проверил состояние обоих и с облегчением вздохнул. Все живы и здоровы, даже Ленни не особо пострадал. Крис чувствовал запах, который преследовал Джека и в прошлый раз, но сейчас все казалось не настолько плохо. Как будто жидкость оказалась слишком старой и растеряла свои качества, была слишком пресной и не такой концентрированной. Спустя некоторое время Ленни пришел в себя. Боксер, покачнувшись, подполз ближе к могиле. Напряжение, до этого звеневшее в воздухе, испарилось, оставляя их одних. Испарилась и жидкость, постепенно возвращаясь туда, откуда пришла. Джек печально посмотрел на ее остатки, прекрасно зная, что скоро она превратится в порошок. Пора было возвращаться в Солпорт, уже забрезжил рассвет. Джек хотел было растормошить Ленни, но Крис остановил его, взяв за рукав. — Оставь, — сказал он. — Ему нужно время. — У нас нет времени, — воспротивился Джек. — Несколько минут есть, — Крис еще раз взглянул на Ленни, сидящего у могилы, на его трясущиеся плечи, и тут же отвел взгляд. Никто и слова больше не сказал о том, что произошло. Они закопали могилу в полном молчании. Теперь каждый из них выполнял свою часть работы, не отвлекаясь. В голове каждого вертелись абсолютно разные мысли. Ленни ничего не сказал о произошедшем, обещал взять сторожа на себя — нехорошо было оставлять человека связанным. Джек был слишком задумчивым, бросил внимательный взгляд на выезд из города и вздохнул. Крис продолжал думать о том, что ему показали призраки. Все же они не были настроены так враждебно, как показалось ему на первый взгляд (хоть и воспринимать чужие воспоминания было настоящей пыткой). Стоя на светофоре и нетерпеливо постукивая пальцем по рулю, Крис нащупал в кармане кусок подкладки, оторванной от гроба, и эта находка теперь заставляла думать о ней снова и снова. Они молчали всю дорогу, и только перед самой больницей Джек развернулся в его сторону: — Что случилось с тобой, пока я был там, в яме? — казалось, Джек специально избегает слово «могила». — Те призраки были реальными? Знаешь, я думал, они будут более прозрачными, как в фильмах, — он слабо улыбнулся, на автомате пытаясь очистить со своих штанов черные следы и грязь. Крис тоже попытался улыбнуться, но губы нервно затряслись и их пришлось сжать в линию. Ему было непросто вспоминать об этом. Но Джеку тоже было непросто. Он никогда в жизни не видел ничего подобного и в первую очередь нырнул в могилу, лишь бы на долю секунды абстрагироваться от происходящего ужаса. Теперь память милостиво пыталась заблокировать воспоминания о мертвецах, но страх все равно ощущался на языке. Крис отвлек его от мыслей, заговорив максимально равнодушным будничным тоном: — Они будут прозрачными, если будут постарше. Призраки состоят из памяти, и чем меньше они помнят, тем прозрачнее становятся. Как-то так. Потом вообще исчезают. — И сколько лет нужно, чтобы они исчезли? — Тут все зависит от призрака. Кто-то меньше года «живет», а кто-то столетиями народ пугать может. Они редко показываются людям просто так. Чаще всего они что-то хотят показать или рассказать. — И что же они тебе рассказали? Напарники встретились взглядами, Джек всем своим видом показывал, что готов выслушать все, что ему скажут, и Крис не стал ему отказывать в этом. — Зубастое чудовище и какой-то знак, — подытожил Джек, задумавшись. — Придется все рассказать твоей альма-матер, — видя сомнение в чужих глазах, Джек растерялся. — Разве нет? Крис закрыл лицо руками, плечи его окончательно поникли. — Я не хочу ей ничего рассказывать. Знаю, что нужно. Теперь вижу, сам не справлюсь, но… — он посмотрел вперед, на выглядывающую сквозь облака луну. — Может, все же есть что-то, что я еще смогу сделать без нее. Что угодно! Джеку вообще не понравилось услышанное. Зеленые глаза подозрительно блестели какой-то чуждой самому Джеку эмоцией, он не понимал чужих чувств, и это испугало его. Крис обернулся к нему, полный решимости, он заговорил: — Мне нужно еще немного времени. Совсем чуть-чуть. Я сделаю все, что смогу, прежде чем идти к ней. Хорошо? — Нет, не хорошо, — ответил Джек. Вариант свалить все на альма-матер казался таким соблазнительным. Не пришлось бы рыться по чужим могилам, можно было бы и дальше копать под шерифа. — Мне не нравится твой настрой. Не хочешь идти к ней сейчас — не иди, но ничего не делай, не поговорив со мной. Крис еле заметно улыбнулся, слегка кивнул. Джек тяжело вздохнул и замычал сквозь стиснутые губы, понимая, что не достучался до своего напарника. Однако большего он сделать все равно не сможет. Они попрощались, и Джек вышел из машины, направляясь к больничному корпусу. Крис смотрел ему вслед, пока тот не скрылся за массивной белой дверью. Сегодняшняя ночь практически испарилась, а вместе с ней исчезли и все плохие воспоминания. Крис завел мотор и постучал себе по голове, не позволяя расслабиться. В Солпорте происходит что-то странное, и он не имеет права отдыхать.