Брат Избранного — Тёмный Магистр

      — Береги себя, — несколько неуверенно произнесла Петунья.       — Покажи им там! — Напутствовал кузен, хлопнув со всей силы по плечу Вэйленда.       Прощание с семьёй было до обидного скомканным, но Вэйленд на это ничего не сказал — на чужое решение повлиять он не мог. Прошли сутки с момента получения письма, и стало ясно, что отношение старших родственников, как бы ему и кузену этого не хотелось, жизни как прежде уже не будет. Дурсли решили отказаться от него лишь из-за магии, и он примет их выбор. Не из-за нового прохладного отношения, которое начало проскальзывать в разговорах — из-за безопасности семьи Дурсль. А вот как вести себя с Дадли ещё предстоит разобраться... Но прежде стоило разведать обстановку в магическом мире.       Мальчишки шагнули в камин вслед за отцом и ядовито—зелёное пламя безмолвной стеной сомкнулось за их спинами. На душе у Вэя было тоскливо, но он понимал, что так надо... Опять этот долг чести, жизни, совести... Добровольный отказ от важных для себя людей был всё таким же болезненным и необходимым, но внутри всё ещё тлела надежда, что спустя время настанет новый этап жизни, и чувства отойдут на задний план, став обезличенным счастливым воспоминанием.       По какой-то причине Вейленд Дамиан Поттер не сомневался, что это было последнее их посещение такого родного дома на Тисовой улице, и ничуть не сомневался в радостной реакции брата на это известие.       Поместье Поттеров встретило их тишиной. Забыть о своих детях... Как же глупо.       Через десять минут после их появления перед мальчишками появился дворецкий и сообщил им о сегодняшним расписании. Гарри, усевшийся к этому времени на одиноко стоящий в маленькой комнате стул, безропотно поднялся и, прихватив с собой чемодан, направился в свою комнату, а слуга тем временем, посчитав, что свою работу выполнил, направился по своим «важным делам». А самый младший из Поттеров, осознал, что не знает, куда требуется идти, и чисто инстинктивно ухватил дворецкого за локоть.       — Меня давно не было дома, и я верю, что вы сможете провести для меня интереснейшую, — говоря всё это будничным тоном, Вэй сам того не замечая, не оставлял ни малейшего выбора окружающим. Быть может, всё дело в вкрадчивый нотках, то и дело проскальзывающих в его речи, или в его уверенности, но спорить с ненаследным Поттером в такие минуты не решались, на чём и играл подросток: — Экскурсию?       Дальнейшие протесты слуги удалось подавить на корню взмахом руки, что странно, до этого момента Вэйленд не замечал в себе жестов и манер свойственных лишь представителям высшей аристократии, а к ним он до этого момента точно не относил. В конце концов, его жизнь не располагала к подобному.       Дворецкий вздохнул и поплелся в главное крыло господ — перед долгой прогулкой требовалось занести вещи. По истечению нескольких минут Магистр дьявольского культа, как когда-то прозвали Вэй Ина, наконец увидел свои апартаменты. В его владениях было несколько комнат, впору оглядеться и придаться радостной лени, но нет. Первым делом мальчишка поставил свои немногочисленные вещи, а затем выпустил ворона, с которым и не думал расставаться.       А дальше... Дальше была экскурсия.

***

      Спустя ровно два часа состоялся семейный обед, но за пятнадцать минут до начала торжества объявился Сириус Блэк, крестный Гарри Поттера. У Вэя крёстного не было, так как потенциальным сквибам они не требуются. А отношение со «вторым отцом» Гарри у Вэйленда не сложились. Что было этому виной: собачий запах, пробивающийся сквозь парфюм, редкие встречи или его детская болезненность, о которой не любят упоминать родители — не понятно, но факт остаётся фактом. Вэйленд Дамиан Поттер и Сириус Блэк Третий были чужими друг другу людьми.       И сейчас этот чужой друг семьи удивился ещё одному, пятому прибору на столе.       — У нас гости?       «У нас» резало слух младшего Поттера ещё больше чем предположение Бродяги. Впрочем, никто кроме него никак не возражал против подобной фамильярности.       — Дядя Сири, — обрадовался Гарри, которого никто так и не смог переучить называть крёстного иначе.       — Дядя Блэк! — наигранно строго поправила сына единственная представительница прекрасного пола и поспешила поздороваться, — привет, Сири!       А Вэй всё так же стоял в дверном проёме столовой позади брата, и его никто по-прежнему не замечал. Не интересный... Бесполезный... Это они думают при встрече? В груди шевельнулось недовольство.       Непривычно быть тенью кого-то великого и очень трудно не сорваться, став невидимкой, после мгновений славы. Но раз за разом в голову проникала мысль: «А не этого ли он хотел? Покоя, возможности ничего не решать и быть второстепенным персонажем?». Вэй Ин не раз мечтал о таком, стоя у моста, единственного пути объединявшего его деревню с миром.       Он делал этого, но всё же... Непривычно. Хотя, если говорить откровенно, то Вэй Ин никогда не хотел брать на себя решающую роль — каждый раз это происходило случайно и без его стремления остаться в истории.       Может, слова Цзян Чена были и не лишены смысла. Настала пора жить в свое удовольствие и только для себя. Долги отданы, новых ещё нет, а родственные связи не являлись помехой — уж слишком слабыми они были по отношению к нему.       Тем временем представление под названием «Долгожданная семейная встреча» продолжалось.       — Брось, Лили, всё же не чужие друг другу люди, — лукаво усмехнулся Сириус, ограничив своё общение с крестником хлопком по плечу, после чего поспешил к своему другу, разве что не виляя хвостом как верный пёс.       Осознав, что ещё пару минут, и он будет обнаруженным в столь неприятном положение, Вэй вышел из-за широкой спины брата:       — Здравствуйте, мистер Блэк.       — Вэйленд, ты чего как не родной? Бери пример с младшего Сохатика, сколько раз я говорил обращаться ко мне на ты?       Сероглазый промолчал. Да и зачем отвечать, если это не требовалось? Хотя было бы интересно понаблюдать на реакцию взрослых, скажи он это им со всей несуществующей у него детской непосредственностью, что ему ни разу не предлагали сменить обращение. К слову, говоря пора начинать пользоваться возможностью издеваться над окружающими по праву возраста, иначе это преимущество исчезнет... Ну а пока хватит и того, что он устремит глаза в пол и чуть наклонит голову, чтобы отросшие почти до плеч волосы скрыли большую часть лица. Знак был распознан совершенно «верно».       — Сири, Вэйленд смущается, отстань от него.       «Вот именно, что «Вэйленд», которого по полному имени называет даже его мать, поэтому даже не пытайся, дядя Сири».       А через некоторое время, детей озадачили:       — А с завтрашнего дня у вас начнутся занятия с репетиторами, поэтому советую освежить в памяти то, что забыли, особенно тебе, Гарри. Ты наш наследник. А Вэйленд... — Названный уставился на главу семьи с воистину детским любопытством, но внимание лишило главу семейства всякого энтузиазма. Не мог же он в самом деле сказать своему ребенку: «мы не были уверены в твоих способностях, и по этой причине ты почти ничего не знаешь о магическом мире, не говоря уж о школьной программе».       Речь плавно подхватила Лили:       — Вэйленд, твой брат, живя в этом доме, много узнал о волшебстве, пока для тебя магия оставалась загадкой. Ты уже знаешь про школу Волшебства, но она не заменит взросление в магическом мире. Ты был так слаб в детстве...       Раскрывать истинное положение дел взрослым никто из детей не собирался.

***

      — Вэйленд, верни книги!       — Да-да, сейчас, — механически ответил Вэй, не отрываясь от своего занятия — кормления птицы, которой отчего-то не понравилась местная кухня. И из-за этого зеленоглазому Гарри выпал редкий шанс видеть брата домашним.       Подобное состояние было редкостью, обычно мальчишка не стремился создать кому-либо зону комфорта. А сейчас... Растрёпанный после погони за вороном, в чёрных домашних штанах и малиновой футболке навыпуск, суета избавила его внешность от всякой холодности и язвительности.       И другой образ для сравнения: белая рубашка до локтя, чёрные брюки, тёмные скорее прямые чем волнистые волосы, туго завязанные в хвост на затылке...       — Так что с книгами? — Поспешил напомнить о себе и своей проблеме старший из близнецов.       — А что с ними? Их же только вчера купили , — «не понял» младший. — Ты их испортил, спрятал и решил взять мои вместо своих? Или...       — Я не про школьные учебники. А про те книги, что ты взял «почитать».       — Может, их у меня вообще нет...       Старший вздохнул и странно (для Вэя) себя повёл: по хозяйски уселся на чужую кровать и заявил, что не уйдёт пока исчезнувшие книги не появятся.       — Жадина, — сообщил Вэйленд, с лёгкостью отыскивая на полке необходимое. Не уйдёт же и сам не найдёт... Смешно сказать, но Гарри даже не помнил названия книг, что ему дарили.       — Я-то? А кто вечно настолько не уважает родственников, что готов назвать ворона собственностью оленя?       Вэй промолчал. Он не был виноват в этой досадной ошибке брата.

***

      Как проходили уроки — это отдельный разговор. Учили скорее Гарри, а Вэйленд был вольным слушателем. Из-за отсутствия магических выбросов в детстве, Поттеры посчитали, что не стоит тратить отдельно деньги, количество которых было ограничено унаследованными сейфами (вопреки желанию от прошлого поколения Поттеров Джеймсу досталось далеко не всё), а после войны и сильно уменьшено, на учителей для младшего и что сыну вполне хватит теоретических знаний. Впрочем, Вэя это вполне устраивало — можно было уйти с практического занятия и засесть в библиотеке, ища общую информацию о родах и их дарах. Заклинания Вэйленда интересовали меньше чем информация о новом мире — вряд ли школа будет ограничивать детей в практических знаниях.       Ему хотелось узнать свой потенциал, но родословной книги Блэков, уже не хватало.       Спустя полторы недели Поттер наткнулся на упоминание Перевеллов.       — Хм... Дары Смерти... Некромантия... — Оценив перспективы, Вэй отказался от подобного: — Лучше уж пока артефактика, а потом разберемся.       Ему ещё только предстояло воссоздать свою дьявольскую флейту Ченцинь.