Брат Избранного — Тёмный Магистр

      — Мистер Поттер, — произнёс Снейп, оглядев собравшихся школьников и невольно напоминая Вэйленду о присутствии близнеца в кабинете. — Что необходимо смешать, чтобы вы вновь обрели брата?       В классе послышались смешки, а Гарри, застигнутый в расплох с вопросом в глазах уставился на своего мучителя. В руках у него по прежнему была зажата лягушачья лапка, забытая кем-то из предыдущей группы. Стоило мальчишке отвлечься от своих мыслей, как его хватка на лапке усилилась, и по побелевшем костяшками стало понятно, что если дело продолжится таким образом, то беды не миновать по крайней мере треть класса украсится остатками сока и кожицы, а ещё несколько котлов получат дополнительный ингредиент ещё до начала приготовления зелья.       — Ну же, мистер Поттер? Попробуйте помочь своему брату, назвав зелье способное вернуть прежний облик!       — Я не зн… — Начал было старший из близнецов, как его осенило: — Зелье Преображения!       — Ещё варианты?       — Окрашивания!       — Зелье гламура, — неуверенно подняла руку одна из слизеринок.       — Плюс четыре балла Слизерину, это не самый практичный вариант. Плюс два балла за ответ и минус три за нарушение дисциплины, мистер Финниган.       Рядом с жертвой допроса, когда-то прославленной как победителя Тёмного лорда, но потерпевшей сокрушительное поражение из-за школьного преподавателя, трепыхалась рука всезнающей Гермионы, но прошла целая минута, за которую чёрные глаза осмотрели весь класс, прежде чем Гриффиндорке дали возможность ответить:       — Пропоно!       — А теперь вы все за исключением двух отличившихся распределяйтесь на четыре группы и попытайтесь приготовить одно из названных зелий с помощью инструкций. Мистер Малфой, Поттер, подойдите ко мне.       В какой момент Вэй стал для Северуса просто Поттером — неизвестно, но различное обращение было необходимостью, пусть ради него и пришлось пожертвовать преподавательской этикой.       — Советую уделить больше внимания зельям! Сегодня у нас есть подопытный, так что если вы не хотите случайно убить Вэйленда Дамиана Поттера, не отвлекайтесь.       Воспользовавшись переключенным вниманием студентов, названные слизеринцы поспешили приблизиться.       — Итак, я так думаю, вы уже поняли свою роль в конце занятия, — спокойно и совсем не злопамятно заговорил Северус, когда провинившиеся студенты замерли перед ним в ожидании долнейших распоряжений. — Но до того, как мистер Поттер пожертвует собой во благо образования, а вы, мистер Малфой, выполните роль моего ассистента, вам предстоит помочь мне рассортировать образцы зелий, — торжественно договорив, профессор шагнул в сторону, открывая вид на стойки с пробирками, которые стояли в несколько рядов.       В головах у Вэйленда с Драко пронеслась мысли об эксплуатации детского труда. Впрочем, как показывала практика, с совестью и бескорыстием у всех выходцев со змеиного факультета было плохо.       Тем временем за столами работа только начиналась. Подростки толпились у стеллажей, пытаясь выбрать самые сохранные ингредиенты, и не спешили отходить от полок пока не убеждались в этом. Подобное безумие не коснулось слизеринцев, те сразу направились к ингредиентам, а вот гриффиндорцы, захотевшие понаблюдать шоу, начали вливаться в толпу, пытаясь прорваться в первые ряды без очереди, усиливая хаос.       Наконец студенты схлынули, и у полок остались считанные единицы. Ещё через несколько минут все устроились за столами, разными взглядами сверлили учебники по Зельеварению, оставив всякую надежду на понимание написанного. Отчаянные, в числе которых был Невилл Лонгботтом и Рон Уизли, сразу начали уничтожать ингредиенты — сложно было иначе охарактеризовать то, что мальчишки с ними делали. К счастью, на их долю выпало относительно простое зелье Окрашивания, с которым при всём желании ничего не могло пойти не так. Гарри же на пару с Гермионой, как относительно продвинутые (из-за родословной к Гарольду предъявлялись дополнительные требования) пытался соорудить Пропоно, требующее только внимательности.       Драко отвернулся, не сумев выдержать подобные пытки, но даже стоя спиной к аудитории, блондины могли слышать то, как Невилла сводит с ума Зельеварение:       — Корица и перец, пустырник, лимон.... Раздавить ягоды пустырника и добавить в воду... Варить десять часов... Натереть корицу...       К счастью, прогрессирующее безумие мальчишки было остановленно его кошмаром и по совместительству преподавателем:       — Мистер Лонгботтом, вы собрались варить зелье Живой Смерти или Окрашивания?! Откуда у вас в рецепте взялся пустырник вместо ягод беладонны? И что это за десять часов!?       Пухлый мальчишка нервно икнул. Ещё раз. И ещё. Вскоре уже все осознали, что у того началась икота.       Мужчина потёр переносицу. Он, действительно, не понимал, что забыл со своей степенью в стенах школы, где почти не было шанса вырастить новое поколение зельеваров, а попытки хотя бы приобщить детей к этому делу прерывались очередным приказом Министерства или пожеланием директора. Да и сами дети были...       Тихий вздох был задушен в корне. Начни он проявлять свое недовольство этот мальчишка точно станет заикой.       Мысленно сделав пометку, урвать компенсацию за материалы, зельевар, отлеветировал к нервному студенту флакон с прозрачной коричневато-зеленой жидкостью. Он бы подошёл и сам, но у него внезапно появилось опасение, что в этом случае у мальчишки произойдет сердечный приступ.       — Что... Ик... это? — Едва слышно проговорил мальчишка с выражением лица незаслуженно приговоренного к смерти.       — Это экстракт пустырника, — от закатывания глаз удержаться всё же не удалось. — Выпейте.       К радости зельевара, на данный момент гриффиндорец ещё не поставил котёл на огонь, так что, можно было сказать, что убытки были незначительными (злосчастный пустырник на краю стола был чудовищным образом поломан и измят, но других жертв всё ещё не наблюдалось).       Профессор Снейп вновь оглядел кабинет и устремился вперёд, заметив котёл, в котором ярко голубое зелье внезапно приобрело золотое сияние. На сколько мог судить Вэйленд, если он правильно угадал, изначально содержимое котла должно было быть бирюзовым.... Додумать мысль ему не дали:       — Поттер! Быстро к мистеру Лонгботтому, и чтобы к назначенному времени я смог увидеть нормальное зелье!       Стоявший рядом с Вэем Драко тихо хмыкнул, делая очередной ярлык для образцов. Его почерк не смотря на все вензели и закругления в отличие от экономных букв Вэйленда хорошо читался и радовал взгляд. Ему роль надсмотрщика не грозила.       С грустным вздохом заняв свой пост, артефактор забрал книгу и вчитался в текст. Рецепт по прежнему казался очень лёгким.       Раздавить десять грамм ягод беладонны, после чего положить в котел с обычной водой и варить двадцать минут, пока та не приобретет карамельный оттенок, помешивая каждые две минуты в обе стороны. Добавить мелко нарезанную шкурку лимона, через пять минут бросить в котёл размельченную корицу и зерна черного перца. Продержать на огне две минуты, после чего охладить.       Было ли это так сложно сделать?

***

      Спустя полчаса, три минуты из которого ушло на спасение из рук Невилла результата их усердной работы, Вэйленд снова стоял посередине кафедры. Ещё через полминуты уже сидел, ожидая предстоящей пытки. Его волосы, прежде забранные в хвост были распущенны и поделены на четыре сектора.       Северус торжественно стоял за своей трибуной в нескольких шагах от жертвы. После избежания взрывов на этой паре занятий у него поднялось настроение, так что, когда профессор предложил смельчакам испытать результат своего творчества, разумеется, после оценки зельевара, реакция неожиданно... Была.       А через несколько минут вперёд выступили четыре человека с разноцветными пробирками, среди которых были Невилл и Гермиона. К сожалению или счастью, но цвет у всех вызвавшихся оказался правильным.       — Что ж, первым было названо зелье Преображения, так что начнём с него, — на этих словах вперёд вышла слизеринка, держащая в руке стеклянный сосуд с булькающей голубовато-зелёной жижей, который был быстро передан Драко. — Вы могли приготовить зелье и лучше, мисс Булстроуд. Изначально, оно должно быть бирюзовым, а не иметь голубой отлив...       Это было второе спасенное за занятие зелье.       Несмотря на критику Северус кивнул Драко, разрешая ему нанести вещество на белые пряди. Те остались неизменными, зато черты лица юноши заострились.       — Как вы можете видеть, Преображение не имеет сильный эффект, изменяя одну случайную черту. С его помощью можно маскироваться, но на многое не надейтесь, — коротко прокоментировал изменения Снейп.       От следующего зелья глаза начинали болеть, ядовито розовое и блестящее, оно одним существованием разрушало весь шарм кабинета зельеварения и заставляло усомниться в реальности происходящего. А после его использования сомнений стало ещё больше: никто не ожидал, что эффектом от него будет сияющий блонд.       У нескольких увидевших теперь уже точно белоснежную шевелюру девчонок вырвался восторженный писк. Судя по всему, они начали проникаться этой наукой, способной сделать локоны более блестящими и яркими...       Когда очередь дошла до зелья окрашивания раздались уже разочарованные вздохи — от одной капли пряди окрасились в серебристый и потеряли большую часть своего шарма.       — Прекрасная основа зелья Окрашивания, но вы забыли добавить сам краситель, — это была первая похвала, которой смог добиться Невилл от зельевара. И, возможно, единственная.       И лишь последнее зелье Пропоно имело необходимое действие возврата цвета волос, вот только.... Без побочных эффектов не обошлось, и спустя несколько минут глаза Вэйленда, терпеливо дожидающегося возможности сбежать покраснели. Радужка из стальной изменила свой цвет на оттенок крови, и Вэйленд начал жалеть, что вообще согласился на эту авантюру. О том, что его мнение не спрашивали, все благополучно забыли.       — Что ж... Иногда такое бывает. Пройдет через несколько дней. На этом занятие оконченно, жду от всех рефераты по зельям, а мистеру Лонгботтому советую хорошо подготовиться к следующему занятию. Ему предстоит самостоятельно варить успокоительное.       На оставшиеся лекции Вэю пришлось идти уже с менее приметной прической, но зато алоглазым.       Их декан был слишком мстительным.