Огнем и мечом: Зов оружия

       Солнце уже давно встало на юге. Оно в тот день было как никогда ослепительным, по крайней мере так казалось. Легкий ветерок шуршал вокруг, и листья шумели, словно общаясь друг с другом. Быстрая речка спешила к озеру, спускаясь с гор, что возвышались севернее. Вода ослепительная, чистая и холодная, такая же, как и в озере. Все это тогда, в тот первый весенний день, было прекрасным.       На берегу озера грелись большие валуны и камни, между которыми еще таял снег. Зима здесь была тёплой и короткой во все времена. На одном из валунов сидел парень лет восемнадцати. Темно-русые волосы средней длины, голубые глаза и аккуратный нос делали из него привлекательного юношу. Он был полностью окутан в темный плащ с медвежьей шерстью у своей шеи. Парень сидел и любовался видом.       Он часто здесь бывал. Может даже чаще, чем дома. Ему нравилась природа, нравились реки и озера, горы и леса. Среди такой красоты он чувствовал себя счастливым и свободным. Возможно, он когда-то думал о жизни обычного человека среди всей этой красоты, от которого никто ничего не ждет. Но все же, он понимал, что не такая судьба уготована ему.       Юноша мечтал повидать мир. Из книг он знал многое, но разве одними рассказами о чудесных местах можно насытиться? Его разум сейчас был далеко от сюда: может в далеких восточных горах, за которыми жили кочевые племена, а может он гулял по теплой траве Старого леса, что простирался на многие мили и окружал собственные горы, словно море окружает маленькие острова.       Позади послышались шаги. Парень обернулся и увидел своего старшего брата, Артура. Он выглядел взрослее: длинные русые волосы, идущие назад, усы, побритые бока. Он был одет в тканую кожаную куртку. Рукава красной рубашки выглядывали из-под нее. Добрые сапоги хорошей работы и меч на поясе говорили о знатном происхождении Артура.        — Артур, — удивился юноша, — не ожидал тебя сегодня здесь увидеть.        — Я и не хотел сегодня приходить, дел по горло, — подошел к сидящему брату Артур, его голубые глаза смотрели под ноги. Он всегда так делал когда был чем-то обеспокоен.— но отец хочет тебя видеть. А ты знаешь, что он добивается всего, чего захочет.       Теперь Артур устремил свой взор в небо. Такое бескрайнее, бездонное и завораживающее. Оно казалось таким красивым. Ярко-голубое, словно чистое озеро, манило к себе. Этот цвет жизни и счастья привлекал Артура как ничто другое. Он любил это. Несмотря на свой вид: статный, высокий, широкоплечий, — и на твердый мужской голос, парень в душе был обычным мальчишкой, мечтающим жить в покое и радости со своими близкими. Он не хотел такой жизни, что уготована ему по праву рождения.        — Да, — согласился укутанный в плащ. Юноша напрягся. В последнее время он не разговаривал с отцом. На то были свои причины, но сейчас он решил насладиться моментом и пригласил Артура разделить с ним время. — Садись. Чуток можно посидеть.        — Вестар, ты как обычно.       Артур сел на соседний валун. Братья устремили свои взоры на восток, где были и озеро, и леса, и некоторые холмы с горами.        — Как думаешь, — спросил Вестар, — что там, на востоке?       Старший брат посмотрел на Вестара, смотрящего на верхушки деревьев и горы позади них. Он о стольком хотел поговорить с ним. О том, как они могли бы отправиться в путешествие, на встречу приключениям. К славе и богатству. Они могли пройти через весь мир вместе, словно не разлей вода. Но все эти дела, борьба за власть, наследство…       Слишком много стоит между ними.        — Если хочешь знать мое мнение, то я скажу, что не нашего ума дело. У нас забот и так много без твоих востока, других стран, морей и океанов.        — Ты все же скучный. — Вестар улыбнулся. Он всегда улыбался, когда мечтал о чем-то завораживающем душу. Он всегда представлял, как пересекает океан и встречает там новых людей. Как на лошади добирается до Восточного царства, о котором ходят славные легенды. Мечтал встретить нордов, которые славятся своими мужественностью и силой. Мир так велик, и Вестару хотелось побывать везде, где только возможно побывать. Он ненавидел это заточение на землях отца. Только здесь, на озере, Вестар мог расслабиться.        — Я практичный. Зачем лезть туда, где ничего не знаешь и ничего не надо, кроме удовлетворения любопытства?        — Разве тебе достаточно всего этого? — Вестар был в недоумении от слов брата, но его глаза так и смотрели на дальний лес, — Где тот Артур, который постоянно мечтал о путешествиях, сражениях, победах и приключениях?        — Я здесь, — ответил Артур, — но, как у наследника лорда, у меня есть обязанности. После отца всем заправлять буду я, как старший. И мне будет не до приключений и путешествий.        — Как скучно быть прямым наследником.        — В этом мы оба согласны.       Братья улыбнулись. Несмотря на все разногласия, они могли понять друг друга, ведь оба — родственные души. В детстве они вместе отправлялись в лес на несколько дней и представляли, будто ушли в далекий поход. А по возвращению думали, что они герои песен и легенд. Но все это было давно. Теперь они наслаждались моментом, сидя на валунах и смотря вдаль.        -Ну ладно, пошли, — встал Вестар спустя пару мгновений, а может и минут, — отец ждет.       Он подал руку брату, и они вместе направились домой через лес. Из-под его плаща показалось доброе северное пальто с золотистой вышивкой посередине. Оба были похожи друг на друга: волосы одного цвета, глаза, формы губ, бровей. Отличались они ростом, Артур был чуть выше, Вестар был гладко выбрит, а Артур оставлял малую щетину на подбородке вместе со своими короткими усами.       В лесу все было красиво. Только растущая трава, деревья, покрывающиеся почками и кое-где уже листьями, птицы и малые звери, подснежники, ветреницы — все это растущая красота молодого леса. Куда не глянь, везде зеленые, голубые с фиолетовым оттенком цвета, цвета жизни. Снег еще валялся островками в тени деревьев, но достаточно теплый климат все же делает свое дело.       Лес был молодым, так, кажется, сказал братьям Херевард, кузнец на службе у отца. Он еще рассказывал, что тут когда-то жил великий народ, поклонявшийся духам и богам лесов и рек, но несколько сотен лет назад сюда пришли захватчики с юга. Они провозгласили власть Империи на этой земле. Многие пали в сражениях с ними. Другие бежали, единицы ушли в этот лес, после чего о них никто не слышал.       Братья прошли сквозь дивный и одновременно загадочный лес и вышли на дорогу, извивающуюся как ленточка на ветру. Эта дорога ведет от сюда до большого города, окруженного большими крепостными стенами. Она была построена той самой империей, чья власть когда-то распространялась на эти земли. Мощеная из камня и извести, даже спустя две сотни лет, она сохранила свой превосходный вид. Имперские землемеры, строители, архитекторы и инженеры потрудились на славу.        -Вот и наш городок, — заметил Артур. Он отличался от всех своим зорким взором. Кто-то говорил, что он видел как орел, парящий в небе и ищущий добычу. Многие считали такое зрение даром богов, но Артур не верил в такие бредни. Он сам развил в себе способность видеть дальше других.       Вестар увидел городок чуть погодя. Маленький, но такой родной городок Хорсгер. Его тоже, как и дорогу, возвела империя. Каменные застройки, дома, черепичные крыши, фонтанчик на площади городка. Он, правда, не работал, ведь сложной системой снабжения управлять должны знающие люди, а таких в городке уже давно не было. На возвышенности величественно стоял большой чертог, с колоннами и пристроенной конюшней. Дом лорда.       Были и деревянные пристройки, построенные местными жителями и строителями. Империя покинула эти земли, уступив их нынешним обитателям. Они-то и строили деревянные амбары, конюшню, дома и малые хижины на окраинах городка.       В городке жило немного народу, восемь сотен, может больше, может меньше. Все были заняты своими делами: кто-то кузнец или земледелец, кто-то лесник, а кто-то конюх. Не было никого, кроме детей, кто бы не работал.       Вестар и Артур проходили мимо фонтана и приближались к чертогу лорда, когда услышали позади себя женский голос. Он был сильным и в чем-то даже величественным:        — Эй, два бездельника! Опять прохлаждаетесь, пока все работают!       Братья знали, кто это. Их сестра никогда не отличалась почтительностью. Все знатные дамы носили платья, гуляли по замкам и ждали своего замужества. Сестра же, по мнению братьев, имела надменный и слегка скверный характер. Она не любила платья, как не любила подчиняться кому-либо, кроме отца. Её привлекали мужские темы: борьба, сражения, выпивка.       Вестар и Артур переглянулись. Они знали, что делать. Не спеша, оба продолжили идти к дому. Так братья дразнили свою сестру.        — Эй, я с вами говорю! — голос сестры стал немного тоньше, она всегда начинала волноваться, когда её переставали слушать. И даже после сотен таких шуток от братьев, дочь лорда все продолжала удивляться, как в первый раз. — Не смейте меня игнорировать!       Братья все же повернулись. Они знали, что сестре особенно не нравится, когда к ней не обращают внимания.        — Кира, давай не сейчас, — сказал Вестар, и указал на их дом, — отец ждет.        — А кто мне помогать будет?       Она была одета в кожаные штаны и красную рубашку, которая явно была длиннее, чем нужно. Светлые волосы, зеленые глаза. Она была красавицей не только в Хорсгере, но и на всем севере. Многие хотели стать ее женихами. И красива, и умна, и за себя постоять может. Она превосходно владела восточной саблей, подаренной ей одним торговцем с дальних краев.        — Кира, — заговорил Артур, — не сейчас. Отец хочет видеть Вестара. У него к нему дело.       Вестар посмотрел на брата удивленными глазами.        — А почему мне не сказал?        — Ты и не спрашивал, — повернулся всем телом к брату Артур.        — Я было подумал, что отец хочет читать мне нотации, вновь. — Его голос понизился.       Вестар был весьма удивлен этому. Последние три года отцу от него ничего не было нужно. Они практически даже не разговаривали. В детстве он любил разговаривать со своим отцом. Но после…       Братья направились к чертогу, в то время как их сестра двинулась в сторону полей.       Чертог лорда всех близлежащих земель был действительно большим. На стенах красовались имперская символика, живопись и слова на древних изречениях. Где-то на стенах были высечены двуглавые орлы, смотрящие на запад и на восток. Большой вход напоминал чем-то арку с дверями, но чуть шире и не такой закругленный сверху.       Отец когда-то рассказывал Вестару и Артуру о том, как здесь правили магистраты и легаты, но все западные земли вдоль Великого моря восстали и прогнали империю далеко на восток. Это было, кажется, лет сто назад. С тех пор много воды утекло, но империя все еще жива и стоит гранитом на большей части материка.        Братья вошли в вестибюль, или как это место называлось по-имперски — вестибулу. Тут было холодно, темно-серые стены, хотя в полутьме нельзя было разглядеть точно, давили своей массивностью. На них были вывешены знамя короля, знак старшего лорда и герб семьи Сарбеллов. Золотой лев, готовый к прыжку на добычу, на красном поле. Именно этот лев был вышит на пальто у Вестара.       Братья вошли в главный зал, который на имперский манер назывался атриумом. Здесь было посветлее, чем у входа. Факелы висели на каждой колонне. Когда их отец был намного моложе, здесь всегда было много гостей. Торговцы, знатные лорды, известные артисты и поэты, религиозные служащие, сильные воины и полководцы. Дом Сарбеллов был влиятелен и богат в дни своей славы. Тогдашний лорд Хорсгера, Ульв Сильный, дед двух братьев, был первым приближенным короля. Истории гласят, что в битве при Сарготе Ульв в одиночку остановил целое войско врага, пока основные силы королевства перегруппировывались для атаки. Именно тогда Ульв был наречен Сильным, стал одним из влиятельнейших лордов королевства и получил фамилию Сарбелл, что с древнего языка означает «воин Саргота» или «сарготский воин».       Теперь же зал опустел, жители городка заняты мирскими дела, и никому нет дела до внешних проблем. Знамёна известных кланов и семей королевства больше не торжествуют здесь, как гости. Торговцы давно позабыли о существовании этого городка и не доезжают сюда. Только посланники приезжали в Хорсгер изредка, чтобы сообщить лорду важное послание короля, либо же огласить его указ. Городок стал никому не нужным после смерти Ульва Сильного.       Лорд сидел на кресле у камина. Его ноги были расположены на старой подставке и грелись у огня. Он был угрюм и печален, почти всегда таким был. Его волосы свисали с головы и ложились на плечи, словно уже устали от своей тяжести. Старая алая туника, черные штаны. Он уже давно не выходил на свет, словно чего-то боялся. После Великой войны лорд Викар стал замкнутым и необщительным. Он никогда не говорил, что с ним случилось. Его глаза были уставшими, изможденными. Его веки опускались все ниже и ниже, и казалось, что лишь сила воли не дает им закрыться. Его тело давно состарилось, будто в былые годы оно держало само небо. В последнее время лорд плохо спал, предчувствуя смою смерть, но и об этом он решил умолчать. Что-то ужасное посетило его и вот уже долгие годы не отпускает. Никто точно не знал, что с ним.       Он и раньше не был похож на остальных. Вестар помнил, как в дни его детства отец ходил с ним в лес. Они много общались о разных странах, о героях, их возлюбленных, о славе, подвигах. Даже о древних богах Викар любил рассказывать своему сыну. Но после…       После случилась война. Страшная война, коя затронула все народы, кланы и государства на материке. Эта война привела к страшным последствиям, среди которых было и изменение отца до неузнаваемости. Его словно оставили там умирать, а сюда вернулся неизвестный человек, который лишь внешне был похож на отца. Где та славная улыбка? Где тот статный и мужественный человек, что был приемником Ульва Сильного? Где тот добрый лорд, что заботился о своем народе?        — Отец, — подошел ближе Вестар. Его руки были холодными, как лед. Последние пять лет для Вестара ознаменовались плохими отношениями с отцом.— вы хотели видеть меня.       Лорд медленно повернул голову, и на Вестара упал взгляд человека, жаждущего лишь подчинения других. Его уставшие серые глаза, словно туман, заглядывали прямо в душу. Говорят, что раньше его глаза были голубыми, цвета льда и синеватого снега, были добрыми и красивыми. Вестар не помнил этого. Ему было тогда восемь, может девять, когда отец уехал на войну.        — Да, хотел, — наконец сказал лорд. Он приподнялся и поднес свои ноги к себе, поставив их на шкуру медведя, лежащего под креслом.       Он указал на сиденье, стоящее рядом с ним. Так он приказывал кого-либо сесть рядом с ним. Сиденье было старым, но крепким. Могло выдержать даже кабана.       Вестар не мог терпеть такого отца. В уме все всплывала картина того отца, которого он любил — жизнерадостного, счастливого и сильного, как дуб. Но все же он подчинился старому лорду и сел рядом с ним.        — Артур, — хрипло обратился отец к старшему сыну, даже не посмотрев на него. — Ты можешь идти.        — Да, отец, — наклонив голову в знак уважения, Артур покинул главный зал. Он знал, что почти каждый разговор с отцом Вестар не мог долго терпеть. После приезда отца с войны, Вестар много проливал слезы по отцу. Как-то он спросил у Артура: «Это точно наш отец? Он угрюм, и постоянно недоволен. Он бьет меня почти не за что! Где настоящий отец? Где мой отец?». Артур сам разочаровался в отце, но не подчиняться его воле Артур считал для себя не приемлемым. Он всегда любил охоту и походы в лес на долгие дни, и отец когда-то это поощрял. Теперь же он требовал четкого выполнения обязанностей лорда. И всегда ненавидел всех, кто не выполняет его приказы.        — Что именно вы хотели, отец? — спросил Вестар. Он хотел по скорее уйти, уйти подальше от отца, от его темной и отталкивающей ауры.       Лорд посмотрел на сына. Вестар сидел в северном пальто. Его лицо было хмурым, брови наклонились ниже, чем обычно. Его глаза явно говорили о не желании общаться. Отец подметил про себя, что у сына такие же глаза, как и у него когда-то были.        — Я хотел спросить у тебя кое-что, — спустя мгновения ответил отец. Его голос был раздражающим, стеклом он резал слух.       Вестар подумал, что может отец решил поменяться в лучшую сторону. Сначала какое-то дело, теперь отец спрашивает. Что-то скорее всего изменилось. Ведь за последние пять лет он никогда ни о чем не спрашивал. Ему не была более интересна жизнь собственного сына, но может теперь все наладится?        — Что ты думаешь о том, — худощавый и страшно опухший барон прищурился на этих словах, — о том, чтобы стать одним из гвардейцев короля?       Лишь спустя мгновение, одно мгновение, Вестар понял значения этих слов. И они привели его к страху. Отказаться от жизни, свободы, жены, детей, возможно даже денег, ради жизни короля. Короля, что не способен править королевством.       Парень был в недоумении от такого, хоть он и не показал свои эмоции. Только лишь бровь слегка дернулась от мысли стать тем, кем предлагает, нет, требует отец. Стать мальчиком на побегушках, или еще хуже, игрушкой в руках короля — это самое последнее, чего хотел бы юный мечтатель.        — Почему я должен становится гвардейцем короля, не способного удерживать власть в своих руках?       Вестар хорошо знал весь расклад в государстве и вместо настоящей причины решил подобрать самую весомую по его мнению. Король Дерзерт, думал парень, не был способен угомонить амбиции лордов, или баронов, как они любили называть сами себя. Служба такому королю скорее всего кончится плачевно, да и не хотел он этого. Он всё хотел отправиться в путь, а теперь воля отца пошла наперекор его мечте.        — Потому что, — сказал хриплый лорд. Этот голос вцепился в уши Вестара, не давая выбраться, — это твой долг, как моего сына. Я приказываю тебе отправиться в столицу и стать помощником короля, а в дальнейшем его гвардейцем, элитным стражем.       Вестар уже начал представлять, как его лишают титула и наследства, как его мечта ускользает от него, словно песчинки ускользают между пальцами. Парень посмотрел на свои руки. За столь недолгий разговор они успели из холодных превратиться в потные, его спина намокла, и от мыслей дрожь пробежалась по телу.       Нет, он не может этого допустить. Надо было что-то делать, и делать это надо сейчас. После будет поздно.        — Отец, — тихим и слегка дрожащим голосом сказал Вестар, — я не… — он осекся, словно предчувствуя надвигающуюся бурю.        — Что?        — Я не стану гвардейцем. — голос Вестара стал тверже, пускай все же и дрожал. Может, он не совсем понимал, что делал, но впервые за пять лет ощущения собственной силы множились, будто посажены на дрожжах.        — Ты, сейчас, — хрипло произносил слова старый лорд, словно дикий зверь встретивший отпор от жертвы, — отказываешься от моего наказа, так?       Вестар выпрямился и вновь повторил, уже со всей уверенностью. К тому же добавил, что отец хочет лишь одного — наладить отношения с королем через него.        — Ты смеешь перечить мне, щенок?! , — оскалился Викар Сарбелл, он не терпел, когда ему отказывают его подчиненные и его дети, — Мои желания, приказы и требования следует выполнять незамедлительно, или…        — Или что? — прервал парень отца, — Выпорешь меня? Прогонишь по улицам в тряпье, на потеху народу? Твои наказания для меня больше ничего не значат. Я не стану человеком, которому запрещено иметь титул, власть и семью. Это унизительно! Это непростительно для лорда!        — Я сказал, ты станешь гвардейцем, — повысил голос Викар, хоть и трудно ему было это сделать, — Это твой долг передо мной и своей семьей!        Вестар мотал головой. Куда же делся тот юноша, что даже боялся смотреть в глаза отцу? Теперь он без сомнений противостоял тому высокомерному, уродливому и злобному старику в открытую, пускай в памяти и всплывали те давние события радости и веселья.        — Никогда.        — Ах, никогда, значит, — лорд слегка оскалил зубы. Давно он не встречал такого упрямства. Его интонация настораживала, — Никогда?! Да кто ты такой, чтобы перечить мне? Ты не был ни на войне, ни на поле брани. Тебя не было там, где был я! Я — твой лорд, я — твой отец, которому ты должен подчиняться! — он грозно повышал с каждым разом свой голос, словно вот-вот его противник падет духом. Но силы с каждым сильным словом оставляли его.        — Я сын лорда, — гордо ответил Вестар, — и следственно сам лорд. Моя жизнь в моих руках, не в твоих.        Вестар встал и пошел прочь, подальше от отца.       Лорд Викар Сарбелл с тех пор, как вернулся с войны, с двумя огромными шрамами на лице, не встречал такого отношения ни от кого: солдаты, крестьяне, кузнецы, торговцы и сыновья — все подчинялись ему. Так было принято. Но на сей раз против него пошел его сын, тот, что по мнению лорда должен был спасти репутацию клана.        — Ты не лорд! — пытался прокричать вслед исхудавший барон, но упал в кресло, — ты… ты всего лишь мальчишка, де… девчонка, неспособная держать меч.        Вестар не слышал последних слов отца. Он вообще ничего не слышал. Его мысли занимало лишь то, что спустя так много времени он наконец-то чувствует себя свободным в этом доме. Свободным от воли отца. Возможно, теперь он сделает то, что всегда хотел.       Юноша вышел из дома. Сердце колотилось так, словно хотело выпрыгнуть из его груди. Стуки становились все сильнее, пока Вестар припоминал все события, произошедшие несколько минут назад. Маленькие капельки пота стекали по его лицу.       Парень вытерся рукавом. Он стал дышать и выдыхать так, как учил его дядя Херевард, главный кузнец городка. Вдох, выдох, вдох, выдох. Дышать животом, только житовом. Юноша слышал, как слуги бегали по дому, помогая старому дряхлому барону с его немоготой, которая лишь усиливалась. Вестар решил пройтись до окраины городка, чтобы поразмыслить и чуть развеяться. К тому же в данный момент он хотел отойти подальше от этого дома. Так он и поступил.       На окраине было довольно тихо. Солнце клонилось к западу, и юноша увидел красивую успокаивающую картину, словно он оказался на страницах какой-нибудь книги. Все озарилось оранжевым оттенком, и это успокаивало. Парень больше не думал о случившемся, возможно он задумывался о будущем. Его охватило сомнение: правильно ли он поступил?       И вот солнце спряталось за горизонтом, оставив малую полоску света. Вестар все думал, что же теперь ему делать. В конце концов, он решил самолично, без чьего либо благословения и напутствия, отправиться в путь. Он знал, что отец не оставит его в покое после отказа. Отец накажет его, возможно силком отправит в столицу королевства. И пока этого не произошло, надо было действовать. Благо состояние отца позволяло сделать первый ход.       В уме он прикидывал свою долю наследства: «Так, состояние у нас не богатое. Артуру должен достаться Хорсгер и половина всех денег. Следственно вторая половина должна быть поделена между мной, моей сестрой и младшим братом. Так, так, так. Выходит я имею право взять две тысячи монет. Неплохо, хотя могло быть и лучше. Тогда что же мне еще надо?» — он долго прикидывал в уме: что следует взять, а что можно и оставить. Он остановился на мече, коне, одежде и еде — самом необходимом для поездки.       И вновь его охватили сомнения: «А может не стоит? Смысл, если я один. Страшно и одиноко.»       Внутри него разрастался конфликт. Исполнить свою мечту или же выполнить наказ отца? Почему, почему из головы не уходит молодой отец? Почему спустя столько времени он вспоминает те события? Те далекие события, как будто он в силах вернут все назад. Все уже давно прошло и не вернется уже никогда. Остается лишь сделать шаг вперед.       У Вестара навернулись слезы. Ему стоит сделать выбор. Либо же пойти дальше, как он и продумал, либо остаться и греть надежды о возвращении милого сердцу отца. Может он и понимал, что второе уже никогда не случится, но отчаянно надевал на угрюмое, болезненное и нервное лицо лорда Хорсгера улыбку и блеск глаз настоящего отца.        — Вестар! — послышался голос. Это Артур видимо хочет поговорить с ним о случившемся.       Голос брата звучал все громче и ближе, что вот-вот глаза Артура найдут сидящего на траве поникшего парня. Так спустя некоторое время и произошло. Было темно, но старший брат видел все.        — Вестар, — тихим голосом позвал Артур. Тот лишь посмотрел на брата, словно прося помощи.        — Ты вновь поссорился с отцом?        — Ты не знаешь? -Вестар вытер слезинку со щеки.        — В городке об этом теперь только и говорят, — пояснил Артур, — слуги наболтали.        — Понятно, — выдохнул парень. Все же ему было не легко, словно он сходил с ума.        — Ты можешь мне рассказать, — брат сел с ним рядом. От него всегда веяло честностью, благородством и добротой. Ему можно было рассказать о самых сокровенных тайнах, не боясь разгласки.        -Я отказал ему, — Вестар решил не говорить брату о своих мыслях. Лишь отказ он задел в своих словах.       Артур сидел, положив руку на плечо брату, словно поддерживая его не столько морально, сколько духовно. Он понимал, это должно было произойти, и это произошло. Его взгляд вновь был направлен на ноги, он беспокоился за судьбу брата. В последний раз, когда кто-то сказал «нет» лорду Викару, он вздернул того смельчака на виселице за неподчинение своему господину. Все об этом знали, и рассказывать не было смысла.       Так они сидели до поздней ночи, не проронив ни слова. Артур боялся за своего брата, но ничего не говорил. Вестар же принял окончательное решение. «Что бы ни случилось, — сказал он себе, — Что бы ни произошло. Я отправлюсь в путь. Не завтра, так после завтра, но в ближайшее время. Мои решения — это только мои решения. Нечего бояться того, что ждет меня впереди. Это все же лучше, чем жизнь, отравленная лордом этих земель. Я отправлюсь в дорогу, и никто мне не помешает. Я не позволю.»       Так Вестар твердо решил, что будет дальше. Он даже не представлял тогда, как принятое решение в корне изменит его жизнь и жизнь его близких.