Нет никаких нас

В раздевалке как обычно было шумно. Гэвин прыгал на одной ноге, пытаясь натянуть на себя белье. Мокрые после тренировки вещи и полотенце, которым он наскоро обтерся, валялись рядом на лавке. Осознание того, что впереди аж целых два выходных, которые можно провести как душе угодно, заставляло сердце периодически пускаться вскачь, а сам Гэвин находился в состоянии лёгкой эйфории. — Эй, Гэвин! — сзади послышался звонкий голос Тины, а следом — смачный шлепок по Гэвиновой заднице. — Мы собираемся сегодня в бар, ты с нами? Гэвин фыркнул и увернулся от следующего шлепка. Его задница ему нужна была целой и невредимой. Особенно сегодня. — Держи себя в руках, Чэнь, — он беззлобно щёлкнул ее по лбу и снова отвернулся к шкафчику, наспех вытаскивая свои вещи. — Давайте сегодня без меня. У меня планы. Вся раздевалка на секунду погрузилась в тишину, а потом со всех сторон понеслись тупые шутки и одобрительный свист. — Идиоты. Гэвин фыркнул, быстро натянул на себя шмотки, мало обращая внимания на то, что они слегка помялись, так же быстро запихал грязные вещи и полотенце в сумку. Накинув на себя куртку, Гэвин выудил телефон, набрал нужный номер и нажал на вызов. Через пару гудков трубку на том конце провода сняли, и усталый голос Коннора произнес "Я слушаю". У Гэвина в груди стало тепло от этого голоса. Раздевалка и двери учебного корпуса остались позади, и Гэвин ухмыльнулся, оказавшись на улице. — Я по голосу могу определить степень твоей заебанности. Привет, детка, — в трубке раздалось фырканье, и улыбка Гэвина стала шире. — Привет, ты уже закончил? — Коннор звучал устало, и Гэвину захотелось обнять его прямо сейчас. Он снова перескочил через две ступеньки и ответил: — Да, только вышел. Заедешь в магазин? А то у меня все мыши холодильнике перевешались. Приготовлю все, что захочешь. Гэвин не видел лица Коннора, но был уверен на сто процентов, что тот улыбается. — Конечно, увидимся. — До вечера. Гэвин нажал на отбой и поймал себя на том, что улыбается как идиот. Ну и похеру! В конце концов, у них с Коннором в кои-то веки совпали выходные, и Гэвин собирался использовать это время с пользой. *** Гэвин как раз вышел из душа и теперь вытирал голову полотенцем, когда в замке повернулся ключ. Потом в коридоре включился свет и кто-то зашуршал пакетами. Гэвин так и пошел на звук, оставив полотенце на голове. Коннор стоял посреди коридора в каком-то жутком прикиде и пытался стащить ботинки, не отпуская при этом пакетов. — Ты что, ограбил бомжа? — Гэвин шагнул к Коннору, отобрал пакеты с едой и потянулся за поцелуем. Он не учел только одного — очень уж послушно Коннор разжал пальцы. В следующее мгновение Гэвин едва не заорал и не подпрыгнул до потолка, потому что этот коварный говнюк облапал его ледяными руками, пока целовал. — Это брендовые вещи. — Тогда у меня для тебя плохие новости, — Гэвин наконец отпихался от ледяных рук и потащил пакеты на кухню, все ещё ежась и ощущая фантомные прикосновения. От мест, куда Коннор приложил свои ледяные пальцы, по коже волнами расходился жар и мурашки. И почему-то Гэвину хотелось, чтобы Коннор сделал так ещё раз и прямо сейчас, и вот прямо тут на кухне и… — Привет. Коннор незаметно подкрался сзади и поцеловал Гэвина в загривок. Если бы пакеты уже не были сгружены на стол, то Гэвин бы позорно уронил их на пол. Член в штанах заинтересованно дернулся, когда Коннор снова оставил лёгкий поцелуй на загривке. Гэвин шумно вздохнул, и развернулся к Коннору лицом, и оказался прижат к столешнице. Не то чтобы он был против. Даже совсем за. Гэвин зарылся пальцами в волосы, притянул к себе Коннора и жадно поцеловал. Он правда очень соскучился. От Коннора слабо пахло какой-то медицинской фигнёй, но Гэвину было плевать. Главное, что он сейчас рядом с ним, отвечает на поцелуи и обнимает уже горячими руками и стонет от каждого поцелуя. И его член недвусмысленно упирается в Гэвина. — Детка… Гэвин с трудом оторвался от чужих губ и только потянулся к ширинке джинсов, как желудок Коннора утробно заворчал, видимо протестуя против такого развития событий. Гэвин укоризненно глянул на Коннора. — Ты что, опять нихрена не ел на своем дежурстве? Коннор пожал плечами и опять потянулся за поцелуем. Но у Гэвина были свои принципы. Он коротко чмокнул Коннора и выскользнул из объятий. — Не-не. Даже не думай, умник. Вали давай в душ, а я пока что-нибудь приготовлю. Коннор закатил глаза, но в душ все же поплелся и уже оттуда проорал: — Хочу пасту с фрикадельками. — Да кто бы сомневался. Гэвин фыркнул и принялся разбирать продукты. *** В отношениях с Коннором всегда была проблема: его невозможно было с первого раза загнать в ванну, а потом оттуда вытащить, раз уж он там оказался. Но сейчас это было Гэвину на руку. Чем дольше Коннор будет плескаться, тем больше у Гэвина будет времени на готовку. И тем меньше продуктов погибнет от Конноровой руки. Гэвин все время удивлялся, как тот, кто может сделать идеальный надрез скальпелем на человеческом теле, не может ровно порезать морковку. Поэтому Коннор с кухни был гоним, обычно полотенцем, а Гэвин являл собой непримиримую кухонную фурию в дурацком фартуке, подаренном Коннором. Сегодня фартук сиротливо висел на крючке, и Гэвин крутился на кухне в одних домашних штанах. Он очень надеялся, что все пройдет гладко, и ни одна кастрюля не плюнет в него содержимым. С другой стороны в доме находился почти медик, и первую помощь ему окажут. Вместе с пиздюлями, на которые Коннор был щедр, если Гэвин не берег свое здоровье. Гэвин снял крышку с кастрюли с соусом и потянулся за лопаткой. И едва опять не заорал, когда Коннор снова подкрался к нему сзади и положил подбородок на плечо. — Никак не могу понять твоей любви к гелям для душа с запахом клубники. — И именно поэтому ты обливаешься ими с ног до головы? Гэвин развернулся к Коннору лицом и потянул носом. От Коннора так сильно пахло клубникой, что захотелось его облизать, но Гэвин сдержался. — Это чтобы ты не мог мне сопротивляться. Коннор тоже заинтересованно потянул носом, но его интерес был более приземлённым. — Как будто я могу. Гэвин фыркнул и потянулся отложить лопаточку, перемазанную в соусе, на стол, но Коннор перехватил его руку и медленно поднес лопатку ко рту. И так же медленно ее облизал, вгоняя Гэвина в предынфарктное состояние. Пальцы дрогнули, и капелька соуса сорвалась с лопатки и упала Гэвину на грудь. Он было потянулся ее стереть, но Коннор оказался быстрее. Он наклонился и медленно слизал каплю с кожи, и в общем-то Гэвин даже не заметил, как Коннор усадил его на столешницу и прижал к себе, неторопливо целуя. Из башки вымело все мысли, кроме одной. Гэвин плавился от каждого прикосновения и поцелуя. Гладил Коннора в ответ и прижимался к нему своим стояком, ловил его стоны и прикусывал губы. И, наверное, он готов был уже трахаться на кухонном столе, если бы кастрюля с пастой не начала с шипением извергать из себя пену, заливая конфорки и отсекая пламя. Гэвин выматерился и соскочил со столешницы, выключил конфорку, стащил крышку с кастрюли и обозрел масштабы бедствия. В целом ничего не сгорело, и Гэвин вдруг рассмеялся. — У тебя поразительный талант к готовке, Коннор. Ты умудряешься ее почти запороть, даже если напрямую не участвуешь. Коннор только закатил глаза и напоследок успел куснуть Гэвина в плечо, прежде чем праведно возмутиться: — Мы сегодня хоть что-нибудь будем делать? Я есть хочу, Гэвин. И не только есть. Гэвин отпихнул его плечом и загремел тарелками, посмеиваясь. Он тоже хотел не только есть. Из-за Коннора у него в штанах было тесно, и думать о чем-то, кроме секса, получалось плохо. Но тут желудок Коннора вновь утробно забурчал, и Гэвин снова покачал головой. Ужин, на удивление, прошел мирно, за исключением того, что Коннор взял в плен его ступни и гладил их своими под столом. От этого по телу разливалось приятное тепло, и Гэвин млел от каждого движения. Он, наверное, так бы и сидел, пялясь на Коннора оленьими глазами, но тут Коннор встал из-за стола и подошёл вплотную к Гэвину. — Пойдем в спальню? Гэвин притянул его к себе и поцеловал в живот, описав языком дугу около пупка. — Иди, я сейчас. Коннор улыбнулся, провел пальцами по плечам Гэвина, вызвав очередную волну приятных мурашек и вышел из кухни. Гэвин сунул тарелки в раковину и убрал остатки еды в холодильник. В спальне скрипнула кровать под весом Коннора, и Гэвин оставил кухню в покое. В конце концов, уберется завтра. Вряд ли ложки и залитая плита куда-то денутся за ночь. Гэвин щёлкнул выключателем и пошел в спальню, уже предвкушая, как нежно укусит Коннора за задницу за все его сегодняшние провокации. Потом, конечно, он с ним сделает все, что тот попросит, но сначала укусит. Гэвин так размечтался, что едва не запутался в штанах Коннора, валяющихся на полу. Ещё мгновение и он бы наверняка поцеловался с полом. Желание укусить Коннора за задницу разгорелось с новой силой, и Гэвин вознамерился это сделать прямо сейчас, но одного взгляда на кровать хватило, чтобы остудить его пыл. Коннор спал. Наверняка вырубился ещё до того, как его голова коснулась подушки. Он раскинулся на постели в самой соблазнительной позе, которую только мог представить Гэвин. Член снова заинтересованно дернулся в штанах от одного только взгляда на длинные ноги на простынях. Гэвин скинул штаны и забрался на кровать следом, стараясь не разбудить Коннора. Подтянул одеяло повыше, увернулся от руки возмездия, кое-кто почему-то не любил, когда его накрывали, и притянул сопящего Коннора к себе поближе. Гэвин почувствовал, как тот ткнулся ему носом куда-то в шею, и сам провалился в дрёму.