Посредник

— Кевин, — начал Ди негромко. — Мы знакомы с тобой уже пару месяцев. Немалую часть этого времени мы общались, и я только сейчас узнаю, что каждое мгновение твоего существования тебя пробирает ебаный инфернальный холод?       Кевин, метафорично прижатый к стенке, казался немного смущеным. — Да я не думал, что это хоть сколько-нибудь важно, — Кевин почесал затылок. — Это ведь было столь обыденным, что я думал, что стоит просто игнорировать. Ничего действительно интересного. — Это важно, по меньшей мере, тем, что есть нечто новое, привнесенное бытием призраком, — ответил ему Ди, явно пребывающий в раздумьях. — Но мне сложно сходу сказать, что это может значить на самом деле. Может, это просто вечное напоминание о том, кто ты есть, а может — показатель того, что тебя зовут обратно. — Мне кажется, ты придаешь этому слишком много значения, — заметил Кевин, неоднозначно пожав плечами. — Так или иначе, но за сколько времени это ни на что влияло. Значит, все в порядке.       Он промедлил. — Тем более, что ты все равно не сможешь сделать полноценного вывода, — метко добавил он. — Потому что информации недостаточно, а взять ее неоткуда. — Даже так, это все еще важно, — парировал Ди. — Возможно, я получу больше информации позже, а сейчас можно прийти к первичным выводам, дабы иметь общие ориентиры и исходить от чего-то конкретного. — Ты прав, скорее всего, — несмотря на согласие, Кевин неопределенно гмыкнул. — Хотя, это все еще кажется мне пустой тратой времени… как скажешь, короче. — Итак, — Ди задумался. — Очевидно, это нечто, присущее лишь потусторонним сущностям, — почесал затылок. — Это может быть и просто константа — небольшое напоминание о том, что этот мир чужд вам — как и действительный показатель того, что вы расходуете некие не бесконечные силы, либо нуждающиеся в подпитке, либо в итоге просто заканчивающеся, после чего происходит… что? — он поморщился — информации сильно не хватало. — А еще это может быть нечто еще — например, для исчезновения холода или возвращения обратно за грань надо выполнить какой-то… квест. — Квест? — Кевин фыркнул, явно не сумев выдержать достаточно демонстративную паузу. — Чел, ты... ты серьезно используешь геймерский сленг при обозначении потусторонней еболы?       Ди легкомысленно усмехнулся и перевел взгляд на призрака. — Да, Кевин. Именно это я и делаю.       С ходу у него ответа не нашлось. — Из прочих, кажущихся мне наиболее вероятными, вариантов остается только тот, где вы, ну, знаешь, просто делаете что-то не так, — он пожал плечами. — Но, в общем-то, это все. Я затрудняюсь в том, чтобы определять, что среди этого наиболее возможно, потому что не обладаю должным количеством информации. — Давай лучше обсудим другое, — предложил опомнившийся Кевин. — Чего у тебя нового, парень? — Помимо того, что мы только обсудили? — спросил он. — Одно не очень приятное понимание, но ожидаемое, но от этого не менее неприятное.       Он помолчал, явно пытаясь подобрать слова. — Я пришел к выводу о том, что отца били дома, — уточнил Ди. В некоторой мере ему было некомфортно — все же, разговаривать о делах семьи с тем, кого фактически ею не считаешь. — С чего ты вообще это взял? — с долей разумного скептицизма уточнил у него Кевин. — Я читал про то, что в некоторых интернатах детей наказывали ударами линейки по рукам, — пояснил Ди. — А тут просто слишком много сошлось воедино, и я вспомнил.       На некоторое время он замолчал — зашел в магазин, где купил пачку чипсов и банку колы. — А где ты был последние несколько дней? — вполне дружелюбно, даже заинтересованно осведомился парень, словно бы не понимал, почему Кевин в последнее время пропал. — Я посчитал, — Кевин смерил его многозначительным и несколько недовольным взглядом. — Что нам надо немного времени на то, чтобы отдохнуть друг от друга. Остаток времени, что ты был в Ирландии, я исследовал известные мне по жизни здесь места, а во время полета — все же не очень хотелось пытаться перелететь на другой контитент без ориентира — все время провел за бортом, ощущения от полётов в облаках просто заебись.       Ди похрустел чипсами. Было сложно понять, настолько он заинтересован или нет. — Классно, — оценил он. — Может быть, ты прав. Тогда я был немного на взводе из-за того, что ещё не свыкся с существованием Густава окончательно. — В любом случае! — опомнился Кевин. — Теперь снова все ок, верно, Ди?       Он сдержал ухмылку — его формальный дядя, так или иначе, оставался недозрелым ребенком со своими комплексами. — Конечно, Кевин. — он улыбнулся приветливо. — Все снова ок.       Так или иначе, он все еще мог быть полезен, и это не стоило игнорировать.       Время шло невероятно медленно: Ди предпочитал не возвращаться домой ранее девяти, но сейчас едва стукнуло семь вечера. Несмотря на это, у него уже не оставалось насущных дел — имеющиеся проблемы решены, уроки сделаны, знакомые бро разошлись по своим занятостям. Несмотря на это, он предпочитал потратить еще некоторое время, впустую гуляя по городу, чем приходить домой и выслушивать нытье Густава.       Ему бы, пожалуй, даже хотелось оставаться вне дома вплоть до комендантского часа, но это бы вызвало слишком много проблем из-за обеспокоенности родителей, а попадать под горячую руку Вики не стоило совершенно точно — здесь она была гораздо страшнее неустанно вежливого Глэма. — Нет в тебе этой подростковой романтики, — вторя его мыслям, заметил с усмешкой Кевин. — Ну, знаешь, по ночам сплетать веревку из простыни и сбегать из дома, чтобы встретиться с девчонкой. Или, может, задумчиво сочинять ей стихотворения в школе.       Ди был убежден, что риск имеет смысл лишь в случае его рационализированной оправданности, но не думал, что здесь они с Кевином сумеют найти общий язык. — Быть может, Кев, быть может, — он пожал плечами. — Я ведь простой парень в странной ситуации с всеми этими призраками, выбитый из понятия нормальности, куда мне интересоваться романтикой? — Может, ты и прав, — Кевин добродушно фыркнул. — Все же я никогда не сталкивался ни с чем подобным, у меня была своя, совершенно нормальная жизнь, а у тебя тут бац — и случилось… — Что-то типа того, — Ди кивнул. — Я, в самом деле, до сих пор не представляю, что мне с этим делать.       Исключая то, что он уже сумел воспользоваться что дружелюбным Кевином, что язвительным Густавом, получив от них немалое количество сведений о прошлом своих родителей, которые использовал, использует и будет использовать в будущем в своих целях.       Еще пока неторопливо, но он направился, ориентируясь сугубо по собственной памяти карты местности, в сторону дома — во время он более чем укладывался. — Да ладно! — Кевин доброжелательно улыбнулся. — Зачем что-то с этим делать. просто прими всю эту фигню с призраками как должное и живи дальше. — Думаю, да. — согласился Ди. Это было намеренной, и, пожалуй, даже излишне грубой ложью, но он посчитал, что может ее себе позволить. В любом случае, согласно кивнув ему, больше Кевин ничего не говорил. Это было неплохо — хотелось немного пройтись в благостной вязкой вечерней тишине.       К полдевятого Кевин, явно увидев время на экране телефона Ди, спохватился. — Мне бы не хотелось пропустить… не важно, короче, — он не стал договаривать. — увидимся позже, Ди! расскажешь потом, как все прошло.       Парень лишь пожал плечами — некоторые странности и неловкости от Кевина уже стали чем-то более чем привычным — и продолжил двигаться по направлению к собственному дому.       В итоге Ди оказался дома, конечно, не ровно в девять, но близко к этому времени. К его удивлению, в прихожей было темно и пусто — пусть он и не был осведомлен о наличии у своих родственников каких-то планов, вполне возможно, что Хэви с Вики ушли тусоваться или в кино, а Глэм либо у себя, либо по делам, либо… ну, примерно так же, как и остальные.       Он включил свет и, неторопливо переодеваясь, напевал какую-то мелодию, представляя, как сейчас передохнет и даже, быть может, выспится.       Продлилась подобная идиллия не так уж и долго — сквозь один из дверных проемов в его сторону пронесся Густав, явно выглядя, по меньшей мере, обеспокоено. Ди посмотрел на него озадаченно, когда дед, увидев его, резко остановился, явно сменив маршрут.       Старику явно сложно было заговорить сразу — пару секунд он вполне по-человечески хватал воздух ртом, вызывая с каждым мгновением экспоненциально больше вопросов, нежели до этого. — Это твоя вина, — Густав ткнул пальцем в сторону Ди, смотря на него с искренним отвращением пополам с непонятным ужасом. — Это твоя вина, что я не смог нормально помереть, и твоя вина, что он снова вернулся.       Ди посмотрел на него недоуменно. — Ты о чем, дед? Что-то случилось или ты окончательно поехал кукухой?       Лицо Густава исказила ненависть, он явно хотел что-то сказать, но, посмотрев назад и явно что-то увидев, отшатнулся, так и не произнеся боле ни звука.       Ди все еще искренне недоумевал. Проводив взглядом улетающего деда, он, недоуменно поведя плечами, заглянул в дверной проем.       Из него стремительным размашистым шагом в холл, явно не испытывая никаких затруднений, зашел совершенно незнакомый ему человек. Хотя, нет, не человек, — призрак. И он, конечно, не был великим детективом, но мог понять, что… — Сын мой, — негромко, предельно спокойно заговорил он с Густавом, приблизившись. — Неужели единственное, на что ты способен в итоге — лишь убегать от всего, что представляет хоть какие-то неудобства? — он медленно покачал головой из стороны в сторону. — Я очень надеялся, что тебе удастся осознать хоть что-то после нашей с тобой последней встречи, но, по всей видимости, нет. — Он прикрыл глаза на пару мгновений, вздохнул и добавил немного удрученно. — Я разочарован. Хотя мне, несомненно, казалось, что ты уже не способен разочаровать меня сильнее, видит Господь, тебе это удалось.       Сложно было прочитать всю ту кашу из эмоций, переполнявших Густава сейчас, но Ди не мог не заметить: тот близок к истерике. — Ты тоже не изменился, — ответил он до странного отрывисто. — И лучше бы больше никогда не возвращался.       С этими словами он поспешил просочиться сквозь стену. Незнакомец же остался на месте.       Он обернулся к Ди. — Доброго времени суток, Ди, — начал он вежливо, как если бы все было в полном порядке. — Если верно все понимаю, то я являюсь твоим прадедом. Рад знакомству с тобой. Думаю, мы сдружимся за отведенное нам время.       И улыбнулся.       Третьего призрака, которого увидел Ди, звали Максимилиан.