Legacy: Part 1

      — Сейчас мы зайдём в агентство, закажем огромную пиццу, а в холодильнике уже ждёт холодное пиво, — мечтательно произнёс Данте, ощущая, как слюньки начинают собираться у него на губах. В его воображении возникали образы пышной, расплавленной моцареллы, щедро посыпанной ароматными травами. — А для тех, кто не любит спиртное, у нас есть газировка.       На это Вергилий лишь изредка бросал взгляды на брата, который, казалось, не умолкал ни на минуту. Его слова сыпались, как искры из фейерверка, и даже самые мрачные мысли отступали на задний план.       — Что скажешь? — с надеждой спросил Данте.       — Скажу, что ты слишком много болтаешь, — ответил Вергилий, его тон был сдержанным, но в глазах читалось легкое раздражение.       — А ты ведёшь себя, как старая ворчливая бабка! — выпалил Данте с игривой насмешкой, подмигнув брату.       — Так думаешь только ты, младший братец, — произнёс Вергилий с лёгкой усмешкой, его лицо оставалось непроницаемым.       — Хватит меня так называть! — раздражено проговорил охотник, уставившись на старшего брата с выражением недовольства. — С самого раннего детства будто это какое-то проклятие!       — Можно сказать, это твой титул, — Вергилий использовал упоминание о статусе младшего как подначивание, зная, что это точно заденет Данте.       — А у тебя дурак года! — парировал тот, закатывая глаза. — Хотя нет, десятилетия!       В этот момент парочка полупрозрачных клинков пронзила туловище Данте, словно он оказался мишенью на стрелковом турнире.       — Всё я ещё нахожусь в шоке от того факта, ты так легко согласился немного побыть на Земле. — произнес вытащив из мечи, что тут же растворились. — Это явно не просто желание выспаться на мягком матрасе и поесть вкусной еды. Определённо нет.       — Думай, что хочешь.       — Ой, да ладно, как раз с Неро наверстаешь упущенное. Сходи в ним в парк или на аттракционы, купи ему сладости или плюшевую игрушку. Короче веди себя, как типичный папаня.       Внезапно Вергилий развернулся и пошел в обратную сторону.       — Эй! — окрикнул его Данте. — ладно, больше не буду...       Старший остановился.       — Ну...попробую...        После чего старший вновь шел рядом.       — Я расположу тебя на диване, — произнёс младший сын Спарды с доброй улыбкой. — Не бойся, пледом обеспечу, брат не жадный.       — Мне это не нужно, — отрезал Вергилий с непроницаемым лицом.       — Ой, не надо только мне зубы заговаривать! — воскликнул Данте, не теряя оптимизма. — Знаю, как ты хочешь вздремнуть на мягкой поверхности старого диванчика.       На это Вергилий лишь закатил глаза, но не стал отвечать на идиотизм младшего брата. Он ожидал, что Данте от радости потеряет дар речи, но, похоже, не судьба.       — Эх, вот сейчас придём в агентство и…       Вергилий резко остановился, заставив Данте развернуться и посмотреть на него с недоумением. Брат стоял, как истукан, не выражая никаких эмоций.       — Земля вызывает Вергилия?! — закричал Данте, махая руками перед лицом брата.       В конце концов Данте тоже посмотрел в том направлении, куда уставился его старший брат. Они подошли к агентству, над которым светилось неоновое название. Электричество работало — это не могло не радовать. Значит, они не будут сидеть в темноте. Но Данте также заметил две фигуры — Моррисона и Триш. Как известно, если есть одна фурия, значит, вторая где-то неподалеку. Леди сейчас, вероятно, увидев его, сразу захочет обобрать Данте до нитки. Это совсем не радовало охотника; но что поделать? Тех сокровищ, что у него на данный момент были, он не отдаст даже под пытками.       Тем не менее братья уверенно направились к зданию.       — Какая радушная встреча… — произнёс Данте с легкой усмешкой.       — Ты вообще знаешь, что ты сделал?! — перебила его гневным голосом Триш, сложив руки на талии и пристально глядя на получеловека.       — Судя по твоему тону, я опозорил: себя, своё имя, семью, город, будущее поколение Спарды и, возможно, даже свою страну. — Данте произнёс это с лёгкой иронией в голосе; его настроение всё ещё оставалось весёлым. — Так давай это отпразднуем! Если только Леди не конфисковала бар в уплату долга.       — Так ещё ему и смешно! — Триш была до предела возмущена. — А пусть Данте сам войдёт в агентство и ему станет понятно!       — Моррисон, как ты тут самый адекватный,— обратился он к агенту с надеждой. — Объясни, что тут происходит?       В этот момент напряжение в воздухе ощутимо возросло. Каждое слово Триш звучало как выстрел из пистолета; она была готова взорваться от негодования. А Вергилий стоял рядом с Данте с выражением лица, которое трудно было прочитать: возможно, он тоже чувствовал эту напряженность или просто был погружён в свои мысли.       Пожилой мужчина, обветренный и с глубокими морщинами на лбу, закурил свою сигару, медленно выпуская облака густого дыма. Он смотрел на охотника с выражением, в котором читалось: «Извини, мужик, я не при делах». Это непринужденное безразличие не могло не напрячь потомка Спарды; все вокруг вдруг начали вести себя странно.       Краем глаза он заметил движение в окне — это был Неро. Их взгляды пересеклись, и на лице юного охотника сначала отразилось крайнее удивление, которое быстро сменилось явным недовольством. Вскоре на его лице заиграла ярость; даже волосы на его голове, казалось, начали дымиться от накала эмоций. И вот, как будто испарившись, он исчез из вида. Дверь с глухим стуком распахнулась, и из неё вышел Неро. На его лице читалось: «Я вам сейчас засуну меч так глубоко, что придется обращаться за помощью к врачу».       — О, к тебе сынок идет! — с легкой усмешкой обернулся к Вергилию Данте. Но тот стоял, словно каменная статуя, неподвижный и безмолвный, не выдавая никаких признаков жизни.       — Ну, здравствуйте, — остановился Неро перед ними, сдерживая в голосе явное раздражение. — Дорогие родственники.       — Отец, — Вергилий, стоявший неподвижно, как скульптура, наконец ожила, повернувшись к пацану и коротко кивнул; это можно было бы считать знаком приветствия.        — Дядя, — произнес Неро, уже глядя на Данте. Его взгляд стал тяжелым, полным осуждения и готовности в любой момент дать бой.       — Племянник! — радостно воскликнул охотник. — Извини, что не отправляли письма — местные проблемы с почтой!       — О, это не так важно, — фальшиво улыбнулся Неро. — Мы ведь месяц не виделись. Может, нам стоит устроить…       — Крепкие семейные объятья?! — яростно произнес Неро. За его спиной появились два полупрозрачных крыла с когтистыми руками, которые начали мять кулаки друг о друга, намекая на предстоящую драку. Неро начал двигаться в сторону близнецов.       — Может перенесем на завтра? — потянувшись произнес Данте, стараясь избежать конфликта. Он явно не хотел ввязываться в драку. — И что именно тебе от меня надо?       — Не мне! — почти закричал Неро, еле сдерживая эмоции. — А твоему ребенку!

***

      — Что там происходит? — взволнованно проговорила девочка, прислушиваясь к шуму на улице и заглядывая в окно.       — Да так, — вставила Леди, нервно стуча пальцем по дивану и преграждая собой окно. — Ничего такого.       Но в её голове звучало: «Неро, пожалуйста, бей Данте не так сильно, чтобы тот остался в более-менее здравом состоянии». Хотя ей самой хотелось высказать много чего ему; особенно направить на него новую Калину Энн. Но другую он благополучно не вернул, и это было лишь одной из причин дать охотнику по лицу. Главной же причиной оставалось то, что Данте сделал ребенка и при этом не давал о себе знать в ее жизни. Остается только надеяться, что Данте сможет ответить на многие вопросы и отнестись к этому серьезно.

***

      — Отличная шутка! — захохотал Данте. — Знаешь, если с профессией охотника за демонами не получится, то комиком тебе обеспечено будущее!       — Какие шутки?! — разозлился Неро, приближаясь к Данте решительным шагом, его лицо искажалось гневом. — Разве я похож сейчас на человека, который настроен шутить?!       — Так, как я понял, с тобой мы будем разговаривать долго, — произнес Данте, его голос звучал спокойно, но в глазах читалось легкое недоумение. Он обернулся к остальным, пытаясь уловить атмосферу. — Что тут происходит?       Моррисон и Триш обменялись взглядами, полными серьезности, но Данте предпочел думать, что это всего лишь часть затянувшейся шутки.       — Смотрю, ты и их подговорил, — усмехнулся Данте, пытаясь разрядить обстановку. — Не знаю, зачем ты устроил этот идиотизм...       Не успел он закончить фразу, как Данте, не ожидая от племянника удара огромным синим крылом по лицу, отлетел на два метра, врезавшись в фонарь. Мда, не очень приятная посадка… Как только Данте пришел в себя от удара, его резко подняли вверх.       — А теперь слушай меня, старый пердун, — произнес Неро с яростью в голосе. Это напомнило ему ситуацию, когда ему сообщили о том, что Вергилий — его отец; пусть дядя почувствует такую же пощечину от судьбы. — Ты сейчас пойдешь в агентство и убедишься в этом лично. И только попробуй мне что-то такое сотворить!       Он опустил Данте на землю, и тот сразу схватился за нижнюю челюсть, ощутив пульсацию боли.       — Чуть мне зубы не выбил, молокосос, — пробурчал тот, направляясь вперёд с явным недовольством.       Все слова о ребенке звучали для него как полный бред — аж смешно. Откуда?! Ну да, понятно, откуда, но всё равно. Да, у него были женщины, и порой моменты недетского рейтинга проскакивали мимо. Но на этот счёт не стоило переживать: он всегда использовал средства контрацепции, в отличие от старшего брата, который стал отцом сразу после потери своей девственности. Как обидно, что Вергилий скрывает интересные факты о своём прошлом! Но ничего, теперь есть шанс подпоить брата из своих запасов в баре. Тем не менее мысль о том, что ему сказали полный бред, не покидала Данте — если только…       Он не заметил, как вошёл в агентство. Прямо на пороге его встретили две пары глаз; одну он сразу узнал. Леди чуть ли не сверлила охотника насквозь. То ли от того, что он должен ей довольно приличную сумму денег, то ли от чего-то другого — она встала и прошла мимо него к выходу за дверь. Это было странно; она оставила наедине с неизвестном госте.       Однако Данте тут же обратил внимание на рядом сидящую девочку с чисто белыми волосами. Она сидела прямо как настоящая леди: спина ровная словно струна, ноги не болтались, как положено детям в её возрасте. Но не это привлекло внимание охотника; это были её глаза. Такие чистые и яркие, будто сияли как звезды на безоблачном небе. Хотя серая радужка была довольно частым явлением, но не в её случае — они казались из совсем другого мира. Данте такое встречал лишь однажды; это ощущение было знакомым и одновременно пугающим.       Он ничего не боялся. В его глазах горел огонь уверенности, и он мог победить любого демона или человека, способного встать на его пути. Данте был готов вступить в самый страшный неравный бой, даже не моргнув глазом, отпуская в процессе дурацкие шутки, которые могли бы вызвать улыбку даже у самого мрачного противника. Но именно в эту секунду, когда реальность обрушилась на него, как лавина, он сплоховал.       Сейчас охотник ощущал дикий всепоглощающий ужас, который сжимал его сердце в железных тисках. Здесь не было места для его привычных оружий — ни пистолету, ни мечу, ни даже куску пиццы, который он обычно использовал как средство борьбы со стрессом. Данте отчетливо почувствовал, как его жизнь разделилась на «до» и «после», словно он оказался на грани бездны, из которой не было возврата.       Эвелина подошла к нему, и в этот момент время словно замерло. Она внимательно разглядывала его.       Тут же девочка поправила свои белые пряди, там же смотря на волосы Данте.       Её сердце колотилось от волнения, когда она собиралась задать вопрос, но её перебили:       — Ты ведь дочь Элизабет? — произнес Данте с неожиданной спокойствием, теперь уже точно уверенный в ответе.       Глаза девочки засияли, словно звёзды на ночном небе, радуясь тому, что он произнёс это имя.       — Значит, вы видели маму? — взволнованно спросила она, хватая его за руку. Прикосновение её маленькой ладошки вызвало у Данте ощущение электрического разряда, пронзившего всё его тело. — Где она?       Этот вопрос потряс Данте до глубины души. Последний раз он видел Элизабет около тринадцати лет назад. И вот теперь девочка говорит о таком. И сам ребенок — его дочь… Это никак не укладывалось в голове и вертелось там, словно волчок, стремясь найти ответ. Почему Элизабет не рассказала ему об этом? Какова была причина её молчания?       Данте медленно опустился на одно колено, чтобы оказаться на одном уровне с девочкой. Его сердце забилось быстрее, когда он увидел её полные надежды глаза.