Legacy: Part 1

       Неро заинтересованно осматривал пространство музея, и его глаза с любопытством блуждали по белоснежным шлифованным стенам, которые создавали ощущение безграничного простора. Свет, мягко льющийся из необычных окон всевозможных форм и цветов, играл на поверхности стен, отражая яркие оттенки и создавая волшебную атмосферу. Каждое стекло было уникальным, как будто само по себе являлось произведением искусства — одно переливалось всеми цветами радуги, другое было затянуто легким туманом, третье же напоминало осколок древнего витража.       Но больше всего Неро удивился, когда его взор упал на саму выставку: почти всё свободное пространство было занято великолепными скульптурами и картинами, которые словно оживали в этом светлом зале. Жанры были столь многообразны, что невозможно было даже попытаться назвать все — от абстрактного экспрессионизма до реалистичной живописи. Некоторые картины поражали своей эстетикой и гармонией, словно уводя зрителя в другой мир. На одной из них раскинулся пейзаж густых лесов, где солнечные лучи пробивались сквозь листву, создавая игру света и тени. На другой — глубины таинственного океана, где волны нежно ласкали берега, а внизу скрывались загадочные создания, словно призраки из другого времени. Натюрморты же были полны жизни: свежие фрукты и цветы, расставленные с такой тщательностью, что казалось, будто они вот-вот оживут и начнут рассказывать свои истории.        Но чем дальше парень шёл, тем более странные работы попадались ему на глаза. Всё становилось более абстрактным, больше отходило от привычного представления о искусстве. Никаких тонких и изящных изображений — теперь перед ним разворачивались полотна, которые походили на бред сумасшедшего. Яркие, кричащие цвета сливались в хаосе, создавая иллюзию движения, но в то же время вызывали ощущение полной неподвижности.       Некоторые картины были переполнены абсурдными образами: лица без глаз и ртов, тела с множеством конечностей, которые не имели никакого смысла. Взгляд задерживался на этих странных существах, вызывая смех и недоумение одновременно. Даже маленькие дети и то лучше малевали — их рисунки, пусть и простые, были полны искренности и непосредственности.        Обратив внимание на одну из фотографий, охотник медленно подошёл к ней, словно заворожённый. На изображении была запечатлена красивая темноволосая девушка, её волосы струились по плечам, словно тёмные волны в свете заката. Она была одета в элегантное синее платье, которое обвивалось вокруг фигуры, подчеркивая изящество и грацию. На шее блестело дорогое ожерелье из изумрудов, его зелёный цвет контрастировал с фарфоровой кожей и придавал образу загадочности.       Фон фотографии представлял собой стены, сплошь покрытые розами, которые распускались в ярких оттенках — от нежно-розового до насыщенного красного. Каждая деталь была проработана с любовью: лепестки казались почти живыми, а их аромат был ощутим даже на расстоянии. Всё смотрелось довольно гармонично; мягкий свет, падающий на девушку, создавал эффект волшебства, а правильно поставленная поза придавала ей уверенность и загадочность. Фотограф явно знал своё дело, мастерски играя с тенями и светом, чтобы передать не только красоту модели, но и атмосферу всей композиции.       Неро, погружённый в размышления о том, как удачно запечатлён этот момент, посмотрел вниз на таблицу, где красовалась гравировка «С. Валентино».       — Да, все разглядывают его работы, — произнёс мужчина сзади, неожиданно заставив Неро вздрогнуть. Его голос был глубоким и мелодичным, как будто он сам был частью этого искусства. — Прошу прощения, если потревожил вас.       Неро обернулся и встретился взглядом с незнакомцем.       В нескольких метрах от Неро стоял седой пожилой человек, облачённый в дорогой бежевый костюм, который идеально сидел на его худощавой фигуре. Мужчина с тонкими чертами лица и глубоко посаженными глазами смотрел в одну точку, словно погружённый в свои мысли. Лишь очки на его носу, с изящной оправой, слегка поблёскивали в мягком свете галереи, отражая окружающую атмосферу.       Охотник, обладая природным любопытством, заинтересовался и подошёл к нему ближе. Его внимание привлекло одно из белых холстов, на которое будто неудачно упала банка с болотно-зелёной краской. Пятно на полотне казалось случайным и невыразительным, лишённым глубины и смысла. Ничего стоящего и привлекательного. Однако, приглядевшись внимательнее, Неро заметил ценник, и его сердце пропустило удар — тридцать тысяч долларов? За это?       — Эта картина излучает спокойствие, хотя в ней есть и некая жестокость, — восхищённо произнёс мужчина, его голос звучал как мелодия, полная уверенности и мудрости. Он повернулся к Неро, его взгляд был проницательным и полным искреннего интереса. — Вы ведь и сами так считаете?       — Вот эти пятна, что в них такого? — ошеломлённо произнёс охотник. Неро скрестил руки на груди, словно пытался защитить себя от абсурдности происходящего. — И вам не кажется, что цена чуть завышена? Её вообще кто-то купит?       — Вполне возможно, — ответил седой незнакомец, его голос звучал спокойно и уверенно. Он слегка наклонил голову. — Искусство — это отражение человеческой души, а иногда оно бывает таким же сложным и непредсказуемым, как и сама жизнь.       — Чувак просто наблевал на холст и за это просит тридцатку… — Неро покачал головой, его губы искривились в недоумении. Охотник не мог понять, как можно ценить подобное.       — Скажите, как вы думаете, почему людей тянет к искусству? — продолжил незнакомец, его глаза блестели от искреннего интереса. Он сделал шаг ближе к Неро, и тот почувствовал лёгкий запах дорогого парфюма, смешанного с ароматом старинных книг.       Охотник задумался, его мысли метались между собственными предвзятыми мнениями и теми глубокими чувствами, которые искусство может пробуждать. В голове у него возникли образы: люди, стоящие перед полотнами в ожидании откровения; художники, работающие в тишине своих мастерских; моменты вдохновения и разочарования. Он медленно произнёс:       — Ну… может быть, это желание понять самих себя? Или найти ответы на вопросы, которые мы даже не знаем, что задаём?       Мужчина одобрительно кивнул.       — Человек вправе иметь своё мнение на счет искусства, — произнес он, его глаза сверкали от увлечения. — Это истинная природа человека — не соглашаться, — пояснил мужчина, протянув руку с жестом, который был одновременно дружелюбным и властным. — Думаю, нам стоит познакомиться. Вы, видимо, Нерон, а в сокращение Неро?       — Эм, нет, Неро - это просто Неро, — ответил парень, неловко почесывая свою макушку. — А вы, как я думаю, Ганс Рихтер, директор музея?       — Да, — подтвердил мужчина, его голос звучал с оттенком уважения. — Моррисон говорил, что вы довольно своеобразный молодой человек, но вы знаете толк в истреблении демонов?       — Что-что, а в этом я спец, — усмехнулся Неро, его голос звучал с легкой самодовольной ноткой.       — Мне как раз нужна помощь специалиста, — проговорил Ганс, его глаза блестели от тайного волнения. Легким движением руки он подозвал парня, жест был одновременно властным и дружелюбным. — Прошу за мной.       Охотник без каких-либо возражений шагнул за странным стариком, который, казалось, был погружен в свои мысли. Коридоры музея, обрамленные высокими потолками и освещенные мягким светом, казались бесконечными. На стенах красовались картины, их яркие цвета контрастировали с холодной белизной окружающих стен.       — Я рад, что вы так скоро смогли прийти на мой вызов, — произнес Ганс, бросив взгляд на наручные часы, которые тихо тикали в тишине коридора. — И сразу отмечу вашу пунктуальность — ровно в пять, как и договаривались.       Количество произведений искусства вокруг убывало, пространство становилось все более открытым и свободным. Воздух наполнялся легким ароматом старинных книг и восковых свечей. Лишь голые белые стены слепили своей гладкостью, словно ожидали чего-то важного.       Ганс остановился на перекрестке, прямо на середине. Здесь висели пустые листы — их чистота казалась почти зловещей.        Неро посмотрел на Ганса, его лицо выражало решимость и ожидание.       — Эти листы ждут своих рассказчиков, — произнес Ганс тихо, словно делясь секретом. — А я надеюсь, что вы сможете помочь мне написать эту историю.       — В детстве за рисование у меня стояла твёрдая пятёрка, так что думаю, могу сделать пару масков по холсту.       Мужчина усмехнулся.       Рихтер остановился посреди пустого коридора.       — Тут демоны оставляют свои «работы», — произнес Ганс, голос дрожал от подавленного чувства. На его лице читалось явное беспокойство, словно он был свидетелем чего-то ужасного. — Из-за этих скульптур многие участники выставки покинули зал, и теперь некоторые пространства кажутся пугающе пустыми. Особенно меня смущает тот факт, что эти скульптуры были созданы из человеческих остатков художников.       Неро, прислушиваясь к словам старика. Он обвел взглядом залы. Мрачные тени танцевали на стенах, создавая иллюзию движения, как будто сами произведения искусства были полны жизни.       — Как вы это поняли?       — На одной из частей тела была татуировка чайки, которую носил один из художников, — ответил Ганс, его глаза потемнели от воспоминаний. — И тест-ДНК подтвердил, что это он. К сожалению, других пропавших людей с выставки также удалось идентифицировать.       Охотник задумался, ум уже начал соединять разрозненные детали в единое целое.       — Получается, кто-то убивает людей, связанных с выставкой, а затем использует их останки для создания этих скульптур? — медленно произнес он, подбирая слова с осторожностью. — Это не похоже на обычное совпадение. У вас есть идеи, с чем это может быть связано?       Ганс нахмурился, его взгляд стал задумчивым. Он потер ладонью подбородок и посмотрел в сторону, как будто искал ответы в пустоте.       — Точно сказать не могу… — произнес он наконец, его голос стал тихим и полным тревоги. — Но мне кажется, что это не просто случайные преступления. Здесь замешано нечто большее...        Разговор прервал звук шаркающих шагов, который эхом разносился по пустынным залам музея. Неро напрягся, его сердце забилось быстрее, и он осознал, что определить источник опасности было непросто — шаги доносились с разных сторон, как будто сами стены шептали о приближающейся угрозе.       Спустя пару секунд охотник смог разглядеть в северном коридоре четыре тёмных силуэта, которые двигались медленным, почти зловещим шагом. Их фигуры были неясными, но в воздухе витала угроза, которую невозможно было игнорировать.       — Музей ведь закрыт, так ведь? — произнес Неро, его голос звучал уверенно, но внутреннее волнение нарастало.       — Да… — ответил Ганс, в голосе мужчины послышались нотки страха.       — Получается, либо это у вас смотрители, либо же к нам идут новички-художники. — Неро усмехнулся, но в его смехе не было радости, лишь ирония.       В предвкушении битвы охотник начал разминать суставы, чувствуя, как адреналин наполняет тело. Но внезапно он вспомнил о Гансе — свидетеле этой мрачной сцены, который вряд ли оценит подобное шоу. Это был не просто человек; это был хранитель искусства и истории, и Неро не хотел втягивать мужчину в свою кровавую игру.       Парень обернулся к директору, его лицо стало серьезным. Взгляд Неро встретился с глазами Ганса, полными тревоги и ожидания.       — Простите, но данная вечеринка не предусматривала вас в качестве гостя, так что советую пойти в другое место, желательно как можно скорее, — произнёс он с холодной уверенностью.       — Может, вам вызвать помощь?       — О, да, помощь обязательно понадобится, — не скрывая своей ухмылки, произнёс Неро, его голос был полон сарказма. — Ведь придётся кому-то отскребать демонические кишки от потолка.       С этими словами он сделал шаг вперёд, и в тот же миг Ганс Рихтер, словно призрак, быстро удалился из поля зрения, затаившись в тенях величественных чертогов музея. Так что Неро остался один на один с демонами.       Теперь он мог внимательно разглядеть прибывших «гостей». Высокие чёрные силуэты, словно вырезанные из самой тьмы, стояли в полумраке. На их маленьких головах были надеты белые маски, которые полностью скрывали лица и эмоции хозяев. Большие массивные руки этих существ несли подставку, на которой стояла скульптура из человеческих останков — изломанные кости и обрывки плоти были искусно соединены в жуткую композицию. Каждая деталь была проработана с пугающей тщательностью: от застывших выражений лиц до причудливых поз, в которых были запечатлены эти останки. Значит, это те скульпторы-любители, что нужны Неро.       В воздухе витал запах гнили и старой бумаги, смешанный с чем-то металлическим — возможно, это была кровь. Неро почувствовал, как его сердце забилось быстрее.       — А ну-ка стоять! — приказным тоном произнёс охотник, выставив вперёд руку. Его голос звучал уверенно, резонируя в мрачном зале, где тусклый свет ламп лишь подчеркивал зловещую атмосферу. Демоны замерли, их чёрные силуэты сливались с тенями, внимательно изучая незнакомца, который осмелился нарушить их таинственное собрание.       — Вы вообще в курсе, что для того, чтобы разместить здесь свою работу, надо подать документы? Они у вас имеются?       Однако демоны лишь молча всматривались в человеческого наглеца, их пустые глаза словно впитывали каждую деталь. Они принюхивались, и в воздухе повисло ощущение древней ярости, которая готова была вырваться на свободу.       — Сын Спарды… — произнес один из них, его голос был низким и глухим.       — Вообще-то внук, — поправил Неро, хотя ему самому было совершенно в новинку считать себя потомком Легендарного Тёмного Рыцаря.       — Кровь Спарды, — прорычали демоны в унисон, их голоса слились в зловещий хор, который эхом разносился по мрачным стенам. В этот момент Неро почувствовал, как холод пробежал по его спине, словно предвестник надвигающейся бури.       Взгляд Неро стал решительным; он не собирался отступать. В этом зале, полном тьмы и древних тайн, он был готов встретить свою судьбу лицом к лицу.        Те поставили поднос с изысканной скульптурой, словно на алтарь, и обнажили свои когти — острые, как лезвия, сверкающие в тусклом свете, в которых можно было разглядеть собственное искаженное отражение. Маски демонов начали меняться, их лица превращались в злобные ухмылки, излучающие ненависть и жажду крови.       — Ну же, идите к папочке, — произнес Неро, делая характерный жест рукой, который подзадоривал монстров, словно он дирижёр в этом зловещем симфоническом произведении.       Вой и рык, исходившие от них, оглушали, наполняя воздух глухим гулом. Они неслись к Неро с неистовой яростью, выпуская свои когтистые лезвия вперёд, как будто готовясь разорвать его на части. Но парень, предугадав их движения, сделал резкий выпад, заставив демонов ненадолго остановить атаку.       — Ну что, мои дорогие? — с ликованием произнес охотник, доставая свой меч. Он выставил его вперёд, и с характерным звуком запустил двигатель, который взревел как дикий зверь. — Начнём вечеринку!       Алая Королева, его верный меч, рычала от нетерпения, рассекая толстую шкуру одного из демонов и обнажая чёрные внутренности, которые вываливались наружу с отвратительным хлюпаньем. Неро убивал безжалостно: кровь хлестала из отрубленных конечностей, окатывая его и стены вокруг липкой жидкостью. Этот адский танец был полон ярости и наслаждения; адреналин звенел под кожей охотника, и он радовался, как ребёнок, которому удалось провернуть особенно крутой трюк. Каждый удар меча был как вспышка фейерверка в мрачном зале, а крики демонов становились музыкой для ушей. В этот момент Неро чувствовал себя не просто охотником — он был истинным повелителем этой битвы.        Но второй демон оказался умнее и проворнее. Он успел вовремя выставить свои когти вперёд, как блок, и мощный удар Неро встретился с ним с оглушительным гулом. От силы столкновения оба отлетели назад, оставляя на полу чёрные полосы и глубокие царапины, словно следы от когтей на дереве.       Активировав Увертюру, Неро собрал всю свою силу и, с яркой искрой энергии, долбанул монстра по лицу мощным зарядом. В этот момент его губы изогнулись в самодовольной улыбке, когда демон отлетел к стене, с глухим стуком ударившись о бетон, и, кажется, отправился в нокаут, оставив за собой облако пыли.       Однако не успел он отдышаться, как двое других чудовищ решили атаковать его сзади, размахивая острыми лезвиями, которые сверкали в воздухе, готовые разорвать плоть. Но внезапно из-за спины Неро вырвались два великолепных голубых крыла. Они прервали атаку, откинув нападавших на приличное расстояние, заставив их взвизгнуть от неожиданности.       Теперь пришло время Герберы. Неро раскрыл её железные лепестки, которые распустились, словно цветок смерти, готовый к атаке. Мелкие стрелы выстреливались с невероятной скоростью, пронизывая плоть демонов и оставляя за собой болезненные уколы, но не убивая — это было лишь предисловие к настоящему пиршеству.       Алая Королева, его верный меч, с нетерпением ждала возможности попробовать новую порцию крови. Она трепетала в руках Неро, словно живое существо, готовое к бою.       Убивать демонов — это не просто приятно, это было истинным искусством, в котором Неро был мастером. Он с наслаждением вонзил меч в твёрдую плоть врага, ощущая, как острое лезвие пробивает толстую кожу, оставляя за собой трещины, словно паутина на старом стекле. Каждый удар отзывался в его душе, напоминая о том, что эта жажда крови и насилия делает его похожим на тех чудовищ, которых он истребляет.       Второму демону тоже не повезло. Его руки были отрезаны с хрустом, и раздался жуткий рев, который заставил бы дрогнуть даже самых стойких. Неро, не желая позволить этому монстру продолжать свои мучительные звуки, сделал ещё один мощный взмах. В этот момент голова твари с глухим стуком упала к его ногам, как отрубленный плод, оставляя вокруг себя лужу черной крови.       Можно было бы уже праздновать победу, но Неро заметил, как один из оставшихся нападающих, истекая кровью и с трудом поднимаясь на колени, пытался встать. Охотник не раздумывая нанес тяжёлый удар ботинком в грудь демона, оставив ему лишь одну возможность — хрипеть и корчиться от боли.       — Отродье Спарды… — прорычал поверженный демон, его голос дрожал от ненависти и страха.       — Говорите всё одно и то же, — произнёс молодой охотник со скукой в голосе, демонстративно зевнув. — Пластинка заела?       — Наш господин скоро доберётся до тебя, а пока… — начал он угрожающе, но не успел договорить. В этот момент к его голове был приставлен холодный ствол пистолета.       — Пока, — произнёс Неро с ледяным спокойствием. За этими словами раздался резкий выстрел, который разорвал тишину, и предсмертные кряхтения демона затихли, уступив место зловещей тишине. Вокруг всё замерло, словно сама атмосфера ожидала следующего движения охотника.       Неро слегка усмехнулся, из-за лёгкости битвы и собирался уже уходить, когда его внимание привлекло лёгкое голубое свечение. Он обернулся, наконец-то обратив внимание на экспонат, который несли демоны. Брови парня моментально поползли вверх, когда он подошёл ближе. Экспонат стоял словно в большой пластиковой коробке. Неро протянул руку, касаясь его и был удивлен, когда не упёрся в твёрдую стенку. Наоборот, пальцы вошли в неё, словно в воду. Парень отпрянул, теперь смотря на всё это с недоверием.       — Что это за хрень? — Он отошёл от неё, чувствую как внутри нарастает некая тревожность.

***

       Неро вышел из здания музея современного искусства, где только что расправился с демонами, и, получив за это свои деньги, почувствовал прилив адреналина. Для него это была лёгкая разминка, да ещё и выгодная — как будто он только что выиграл в азартную игру, не рискуя ничем, кроме своей жизни. Солнечные лучи сквозь облака пробивались на улицу, создавая игру света и тени, и сейчас ему хотелось поскорее вернуться в свой гараж, где он мог бы продолжить поиски способа вытащить назад не совсем состоявшегося придурка-отца и дядю-идиота. Мысли о предстоящей встрече в "Devil May Cry" вызывали у него внутреннее напряжение; Неро понимал, что там будут подниматься темы семьи — а это то, чего молодой охотник совершенно не желал. Поэтому сегодня ему нужно было побыть наедине с собой. Если кто-то позвонит — просто не брать трубку.       Парень подошёл к автобусной остановке, где холодный ветер играл с его волосами. На часах было шесть вечера, но на улице почти никого не было; это создавало атмосферу уединения и расслабленности. Надев наушники, он погрузился в мир музыки, но внезапно что-то внутри него засигналило об опасности. Инстинкты охотника сработали мгновенно — Неро резко обернулся.       В этот момент его ослепила яркая вспышка света, заставив прикрыть глаза. Сердце забилось быстрее, но, к удивлению, не последовало ни ударов, ни выстрелов. Когда он открыл глаза и осмотрелся, то обнаружил, что опасности нету. Сняв наушники, он стал рассматривать нарушителя спокойствия.       Перед ним стоял мужчина в фиолетовом костюме, словно вышедший из другой эпохи, с красным шарфом, повязанным на манер платка. Незнакомец убрал камеру, которая только что ослепила Неро, и теперь можно было разглядеть его лицо. Это был человек лет тридцати с приятными чертами — острые скулы и уверенный взгляд. Заметной чертой внешности были пряди чёрных волос, аккуратно уложенные на правую сторону, которые придавали ему загадочный вид. В его глазах читался интерес.       — Ты выглядишь так, будто готов ко всему, — произнёс незнакомец с лёгкой усмешкой. — Или ты просто ждёшь автобус?       Неро нахмурился. Этот тип явно не был случайным прохожим. Внутри него зашевелились тревожные мысли: кто он и что ему нужно?       — Тебе не говорили, что сначала надо спрашивать разрешение, чтобы сфотографировать человека? — недовольно произнёс Неро, сжав кулаки и прищурив глаза, чтобы лучше рассмотреть незнакомца. Ветер играл его волосами, и он чувствовал, как напряжение нарастает.       — Прошу прощения, — ответил мужчина, слегка улыбнувшись, и в его голосе звучал мелодичный акцент, который характерен для людей из Италии. — Мне стоило попросить разрешения, но я боялся пропустить момент…       — Какой момент? — с недоумением переспросил Неро, его любопытство перешло в настороженность.       — Для снимка! — торжественно произнёс итальянец, а глаза загорелись вдохновением. — Чтобы создать идеальное произведение. Я вижу в тебе нечто особенное, как будто ты вышел из картины, полной драматизма и страсти!       Неро закатил глаза и попытался деликатно уйти от разговора, понимая, что этот странный творец явно не собирается оставлять его в покое. Он был не против быть объектом внимания, когда дело касалось работы, но сейчас ему хотелось просто уединиться.       — Рад за вас… — произнёс он с лёгким сарказмом, отступая назад. — Но мне пора.       Как раз в это время подъехал автобус, его гудок пронзил воздух, и Неро почувствовал облегчение. Он уже направлялся к двери транспорта, когда итальянец продолжил:       — Подождите! — Его голос звучал настойчиво, словно он только что придумал что-то важное. — Вы не хотите стать частью моего проекта? Я собираю истории о людях, которые пережили что-то необычное. Ваша история могла бы стать настоящим шедевром!       Неро остановился и обернулся, интерес вновь пробудился. Этот странный человек явно не был простым фотографом. В его глазах читалась искренность и стремление понять мир вокруг себя. Но охотник знал, что открываться незнакомцам — это рискованно.       — У меня нет никакой истории, — произнёс он, стараясь звучать уверенно. — Я просто делаю свою работу.       — Но именно это и делает вас интересным! — настаивал итальянец, его руки выразительно двигались в воздухе, словно он рисовал невидимые картины. — Каждый из нас — это холст, на котором написана уникальная история. Позвольте мне запечатлеть вашу! Ох, у вас просто интересные черты лица, почти как у Данте…       Эти слова остановили Неро прямо на ступеньках, словно невидимая сила притянула его к месту. Последнее высказывание пронеслось в голове, оставляя за собой громкое эхо, как выстрел в тишине. Получается, этот странный фотограф знаком с Данте? Но тот ни о чем таком не упоминал, да и самому охотнику явно не интересны такие личности.       Неро обернулся, чтобы уточнить, говорят ли они об одном человеке, но к этому времени итальянец уже исчез. Звуки улицы стихли, и запахи окружающего мира растворились в воздухе, оставив только неприятное ощущение неопределённости. Словно он оказался в пустоте, где время остановилось.       Хотелось поскорее удалиться от этого странного места, но мысли о фотографе не покидали его. Он чувствовал, что этот неожиданный встречный был не просто случайным прохожим. У Неро было предчувствие, что это не последняя их встреча.