Глава 6. Дела прошлых дней.
30 апреля 2025 г., 13:54
Около тринадцати лет назад
Старая дверь противно скрипнула под натиском, словно протестуя против вторжения, и в тот же миг свет, яркий и ослепительный, залил всё пространство перед ней, вырывая его из полумрака. — Данте, ты дома? — раздался её голос, дрожащий от волнения и надежды. Но в ответ лишь повисла тишина, глухая и угнетающая, а отсутствие плаща и меча на стене красноречиво намекало на то, что Данте куда-то ушел. Время неумолимо ускользало, и с каждой минутой оставалось всё меньше и меньше... Но как бы там ни было, ей приходилось лишь ждать и надеяться, что Данте вскоре явится. Она окинула взглядом убранство агентства — внутри царила та же атмосфера хаоса и беспорядка, что и в последний раз, когда девушка была здесь. Груды пустых коробок из-под пиццы, словно забытые воспоминания о недавних застольях, лежали где попало, а ряды пивных банок на полу напоминали о беззаботных вечерах. Девушка подошла к столу, который был завален различными предметами. На нём, помимо привычного старенького телефона, фотографий женщины в рамочке с нежной улыбкой, початой бутылки виски «Jack Daniel’s» и гранёного стакана, лежал белый конверт. Он выглядел неуместно среди этого беспорядка — чистый и нетронутый, без адреса отправителя. Женщина принялась было изучать конверт, её пальцы скользили по гладкой поверхности бумаги, когда в тот же миг она почувствовала, как кто-то деликатно положил руку ей на плечо. Резко обернувшись, она увидела Данте. Он стоял в полумраке, его фигура четко выделялась на фоне яркого света, пробивающегося через окно. Вероятно, он уже некоторое время наблюдал за ней, тихо и незаметно, как тень, ничем не выдавая своего присутствия. — Тьфу! Напугал… — воскликнула она, сердце её забилось быстрее, а гневный взгляд пронзил мужчину. Но тот лишь развел руками в ответ, словно извиняясь за своё внезапное появление. — В следующий раз, так и быть, повешу себе колокольчик на шею! — не смог сдержать Данте свою улыбку, его глаза сверкали озорным огоньком. — А зачем это ты, кстати, рылась в моих вещах? — Смотрю, не завалялось ли чего-нибудь ценного, — ухмыляясь, произнесла давняя знакомая, её голос звучал игриво, но в нём сквозила лёгкая нотка настойчивости. Она сделала шаг ближе к столу, при этом её взгляд скользнул по беспорядку вокруг: пустые коробки из-под пиццы, разбросанные бумаги и старые фотографии с незнакомыми лицами. — В конверте можешь не искать, — усмехнулся легендарный любитель пиццы, кивнув на письмо, лежащее на столе. Его тон был лёгким и непринужденным, но в глазах читалась тень усталости. — Там нет ничего, кроме информации о моем последнем заказе, успешно, кстати, выполненном. И это несмотря на то, что пришлось два дня выслеживать демона, не имея возможности даже ненадолго вздремнуть. Она приподняла бровь, удивлённо рассматривая его. На мгновение в её глазах мелькнула искорка восхищения: он всегда умел находить выход из самых запутанных ситуаций. Но тут же мысли вернулись к долгу, который он ей задолжал. — Не переживай, я всё равно тебе всё расскажу. Ты ведь знаешь, что я всегда держу свои обещания… даже если это обещание касается только пиццы. Договорив, охотник с легким вздохом вылил остатки виски в стакан, оставляя на дне лишь капли янтарной жидкости, как символ прошедшего вечера. Но Леди, словно ястреб, молниеносно выхватила его из рук Данте, стоило тому поднести стакан к губам, и её решительный жест напоминал о том, что она не собирается позволять ему расслабляться. — Считай это прогулкой, а то дрыхнешь все дни напролет, — произнесла она. Взгляд её гетерохромных глаз, одного голубого и другого красного, пронзительно вперился в его душу. — И я пришла за долгом. — Можно отдам натурой? — подмигнул Данте, облокотившись на стол с ухмылкой, которая могла бы растопить даже ледяное сердце. — Я на мели. — Только не твоей, — с иронией ответила Леди, скрестив руки на груди, как будто готовясь к битве. — Погоди, родимый, ты ведь только что с задания, а значит деньги у тебя сейчас должны быть. Давай сюда и со всеми процентами. — Её упорство всегда удивляло Данте; она была как штурмовая волна, не знающая пощады. Он же неизменно сопротивлялся до последнего. — Но мне тоже на что-то жить и… — начал охотник, но его слова потонули в её настойчивом взгляде. — Ты потратишь всю выручку уже сегодня же, — настаивала Леди, сверля его душу взглядом опытного охотника,. — Не сегодня, — пробурчал себе под нос полудемон, ощущая нарастающее напряжение между ними. — Не сегодня, так завтра. — девушка поставила стакан на стол и протянула руку, ожидая свои деньги. — Можешь заливать кому угодно, но не мне. Кто у меня постоянно деньги занимает? Осознав, что подруга вцепилась в него мертвой хваткой, Данте медленно, словно под прицелом, достал бумажный пакет. Он осторожно раскрыл его, и вскоре на свет вышли три аккуратно сложенные пачки зелёных купюр, сверкающих под тусклым светом лампы как драгоценности. С присущим ему актёрским мастерством, он почти с слезами на глазах протянул деньги, словно расставался с частью своей души. Леди, с жадностью хищного зверя, принялась пересчитывать купюры, её пальцы быстро и ловко перебирали деньги, как будто это были не просто банкноты, а золотые слитки. Охотник тем временем спокойно уселся за стол, погружаясь в размышления о том, как бы пропустить стаканчик чего-нибудь покрепче. Удостоверившись, что все деньги на месте, боевая подруга разложила финансы по карманам своей кожаной куртки, довольная улыбка расползлась по её лицу. — Хороший мальчик, — произнесла она с явным издевательством. — Кстати, я пришла не только за деньгами. — Решила выпить всю мою кровь? — парировал Данте с лёгкой усмешкой, облокотившись рукой об стол и глядя на неё с прищуром. — Смотри мне, ты ж сейчас договоришься… — её тон стал более серьёзным, но в глазах всё ещё сверкали искорки веселья. — Я чего, собственно, пришла-то. Даю тебе ещё один шанс отработать долг. — Всё-таки натурой взять решила? — лукаво предположил Данте. — О, да, знаю, соблазн был велик. В ту же секунду, ровно между пальцами получеловека, в дубовую поверхность стола с глухим звуком вонзился нож. Лезвие блеснуло в тусклом свете лампы, отразив искры недовольства в глазах Охотника. — И не мечтай, — произнесла Леди, её голос звучал, как холодный ветер, проникающий в самую душу. — Ну знаешь, меня-то ладно, не так и жалко, а вот стол… — Охотник, словно старый знакомый с этой мебелью, убрал лезвие и с легким вздохом осмотрел повреждение. — Интересно, можно его лаком замазать? — Ой, распереживался тут за свою деревяшку, — ухмыляясь, Леди села на диван, её фигура казалась неуловимой тенью в полумраке комнаты. — Ну так что, хочешь услышать мое предложение? — Надеюсь, это предложение по охране пиццерии от демонов? — усмехнулся он, скрестив руки на груди и приподняв бровь, как будто это была самая абсурдная идея на свете. — Не летай в облаках, дорогуша, — прервала его мечты коллега, её голос был полон лёгкой насмешки. — Если говорить кратко, то завтра утром в заранее оговорённом месте ты должен забрать один артефакт. — А чего ты не можешь сама? Боишься испортить маникюр? — поддразнил её Охотник, его глаза искрились озорством. — О, неужели ты заметил? — лукаво улыбнулась Леди, её губы изогнулись в игривой ухмылке. — К твоему счастью, я сегодня уезжаю на две недели в небольшой отпуск, а забрать вещь надо именно завтра. — Что меня радует, так это то, что хотя бы две недели отдохну от тебя, — не смог сдержать улыбки Данте, его голос звучал с легким налетом иронии, словно он только что вспомнил о забавной шутке. — Да, еще и получишь с этого выгоду, — добавила охотница, её глаза блеснули, как острые грани драгоценного камня. — Половина стоимости артефакта твоя. Леди вытащила из кармана аккуратно сложенную бумажку, на которой красивым почерком была выведена сумма. Она была чертовски привлекательной для стремительно нищающего Данте. На фоне тусклого света лампы цифры на бумаге казались почти волшебными. — А если потеряю или забуду взять эту безделушку? — спросил он, приподняв бровь и глядя на неё с легким сомнением. — Тогда твой долг вырастет в пять раз, — произнесла Леди с каменным лицом, её голос был холодным и решительным. — Ты давай думай, как говорится, время – деньги! А мне ещё вещи собирать… Она взглянула на часы, которые тихо тикали на стене, словно напоминая о неумолимо ускользающем времени. Данте почувствовал, как напряжение нарастает в воздухе, и его разум быстро прокручивал возможные последствия. — Не могу же я отказать в помощи, — развел руками Данте, его улыбка стала шире, хотя внутри него всё бурлило от противоречивых чувств. — Старому другу… — Которому должен денег, — перебила его Леди, её губы изогнулись в хитрой усмешке. Она знала, что Данте не может просто так отказаться от этой сделки.***
— Так, значит, это и есть место встречи? — произнес Данте, его голос отразился в пустоте, словно искал отголоска ответа. Он лениво плёлся по улицам, обрамленным высокими, облупившимися зданиями, которые когда-то были полны жизни. Теперь же они стояли как мрачные памятники забытому прошлому, приветствуя его пустым и темным пространством. Утро уже наступило, но солнечные лучи не могли пробиться сквозь плотные облака пыли и тумана, окутывающего этот район. Охотник помнил, что когда-то здесь царила суета: смех детей, крики торговцев, звуки музыки из уличных кафе. Но с течением времени жизнь начала покидать это место, и теперь оно напоминало заброшенный театр, где не осталось ни зрителей, ни актеров. Ближайшие кварталы опустели, стали безжизненными и мрачными. Поэтому здесь и устроили место для личной встречи… Идеальное место — никаких свидетелей. Данте знал, что таинственный мужчина, с которым ему предстояло встретиться, страдал паранойей. Ему казалось, будто за ним кто-то следит. Леди об этом уже предупреждала, и, видимо, не зря. Полудемон, облокотившись на холодную каменную стену, окинул территорию внимательным взглядом. Его острый слух улавливали малейшие звуки: шорохи листьев, отдаленные шаги и даже тихий стук капель воды, падающих с крыши. Не заметив ничего подозрительного, он позволил себе прикрыть глаза. Ночью он совсем не выспался — даже глаз не сомкнул. Внутри него нарастала усталость. Данте давно не мог нормально спать по ночам; вероятно, сбил режим своими ночными заданиями и бесконечными стычками с врагами. После того, как охотник вернулся из Ада, ему до сих пор вспоминалось всё, что он там видел — мрачные пейзажи, наполненные огнем и горем, и шепоты душ, затерянных в бескрайних тенях. На землях отца его встретили с намерениями лишить жизни как сына Предателя, но он к этому уже давным-давно привык. Охотник провел там меньше месяца, хотя они показались ему вечностью, тянущейся как бесконечный коридор страха и боли. Прервал раздумья Сына Спарды небольшой шум с правой стороны. Он лениво приоткрыл один глаз и увидел, как с другого конца улицы к нему целенаправленно, но при этом чуть ли не каждые пять секунд оглядываясь, шёл мужчина преклонного возраста. Его фигура была обрамлена тусклым светом уличных фонарей, которые едва пробивались сквозь густой туман. Одетый в потёртое пальто с заплатами на локтях и шляпу с широкими полями, он выглядел так, будто вышел из старого фильма о детективах — загадочный и немного жалкий. Мужчина шагал осторожно, словно опасался привлекать внимание. Его лицо было иссечено морщинами, а в глазах читалась тревога. Охотник напрягся. Он знал: даже в самых безобидных встречах скрываются тайны и опасности. — Виктор? — произнес охотник, голос звучал низко и уверенно. В подтверждение этих слов мужчина кивнул головой, его лицо исказилось от страха, словно он только что увидел призрак. — Вы как раз вовремя. Виктор вновь оглянулся назад, его глаза метались по темным переулкам, где тени казались живыми, а шорохи напоминали о том, что опасность может подстерегать на каждом шагу. Он жутко трясся, словно осенний лист на ветру. Охотник заметил, как пот скапливается на лбу Виктора, и усмехнулся про себя: Леди была права на его счет — жуткий параноик. — Ну и? — развел руками охотник, его выражение лица было смесью недоумения и легкой насмешки. Он смотрел на трусливого цыпленка, который продолжал нервно ерзать на месте. — Я не собираюсь стоять здесь, пока ты родишь мысль. Мужчина, казалось, собрался с духом. Виктор полез в карман своей черной куртки, изношенной и потертой, как будто пережившей множество бурь. Его пальцы дрожали, когда он достал небольшой деревянный футляр, искусно вырезанный и украшенный тонкими узорами, которые сверкали в тусклом свете уличного фонаря. С минуту тот колебался, словно выбирая правильные слова, прежде чем медленно протянуть футляр охотнику. — Бу! — произнес Данте с попыткой шутки. Виктор от неожиданности вздрогнул, его сердце забилось чаще, и он чуть не уронил предмет. Однако охотник был настороже; его рефлексы сработали мгновенно, и он вовремя ухватил футляр, прежде чем тот успел упасть на землю. Когда вещица, наконец-то, попала в руки Данте, он с нетерпением открыл футляр, его сердце колотилось в груди от волнения. Внутри лежал стеклянный флакон, украшенный изысканными золотыми узорами, сверкающими в тусклом свете фонаря. Красный колпачок, словно капля крови, плотно закрывал его. Но куда больший интерес представляла поблескивающая внутри флакона жидкость, переливающаяся золотым цветом, как будто сама магия заключалась в этом маленьком сосуде. Охотник закрыл футляр, краем глаза замечая движение. В той стороне, откуда пришел Виктор, вырисовывались несколько зловещих силуэтов, их очертания были четкими и угрожающими. Обладатели этих теней явно не пришли с добрыми намерениями. Адские Каины медленно продвигались к Данте, их огромные косы сверкали в свете . — Слышишь? Кажется, к нам гости… — произнес Данте с ухмылкой, его голос звучал уверенно и дерзко. — Устрою я им милый приём! Виктор, увидев приближающиеся силуэты, запаниковал. Его крики разносились по улице так громко, что казалось, будто он пытался предупредить весь город о надвигающейся опасности. В следующую секунду мужчина прыгнул в мусорные баки, оставив Данте наедине с демонами, словно трусливый заяц, укрывшийся от хищника. Без каких-либо предупреждений оппоненты кинулись на Сына Спарды, выставляя вперед свои смертоносные орудия. Однако Данте лишь усмехнулся и достал своих любимиц — Эбони и Айвори. Пистолеты в его руках казались продолжением его самого, готовые к действию. — Где же ваши манеры, м? — произнес он с легким презрением, когда череда выстрелов из пистолетов осыпала свинцом подбегающих Каинов. — Могу преподать парочку уроков! Каждый выстрел был точен и смертоносен; пули пробивали воздух с оглушительным треском, оставляя за собой лишь трупы и куски плоти. Вокруг раздавались крики и стоны падших демонов, а сам Данте танцевал между ними с лёгкостью и грацией, словно это была не битва на жизнь и смерть, а просто очередной захватывающий танец. Сапог Данте с глухим ударом врезался в морду подбежавшего беса, заставив его издать пронзительный визг, который смешался с гулом битвы. Следом за этим последовал мощный удар Мятежника — клинок, сверкающий в тусклом свете фонарей, прорезал воздух и с размаха вонзился в плоть демона. Демоническая кровь брызнула, как яркое красное вино, забрызгивая все вокруг, оставляя на камнях улицы зловещие следы. Грохотали выстрелы, словно разрывы грома, пули нещадно осыпали демонов, дробя их кости и терзая плоть. В воздухе витал запах пороха и крови. Немного времени прошло, и демоны, получив свою порцию свинца, рассыпались в пепел, заполняя улицы облаками серой пыли, которые медленно оседали на землю, словно тени их прежних жизней. Казалось бы, битва подошла к концу, но на поле боя появился глава этой шайки — величественный и угрожающий. Он был значительно выше своих собратьев, его фигура возвышалась над ними, словно тёмная башня. Алую мантию, развивающуюся на ветру, украшали золотые вышивки, а оружие отличалось по размеру — огромный двуручная коса, сверкающий острием, словно готовый поглотить свет. — О, а вот противник побольше, — не смог сдержать язвительную улыбку Данте. Глаза блестели азартом, когда он выставил руку вперёд и поманил к себе врага, словно призывая его к танцу смерти. Вокруг них разразилась тишина — даже демоны замерли в ожидании, словно предчувствовали приближающуюся бурю. Тот без лишних слов, словно смертоносный вихрь, начал размахивать своей косой, желая разрезать Сына Предателя на кусочки. Каждое движение его руки было наполнено яростью и ненавистью, а лезвие сверкающей косы ловко рассекало воздух, оставляя за собой зловещий шлейф. Но Данте, как опытный танцор в этом смертоносном балете, играючи уворачивался от ударов, каждое его движение было продумано до мелочей. Каин, охваченный безумной яростью, начал атаковать всё более яростно и необдуманно. Его глаза полыхали жаждой крови, а разум был затуманен желанием убивать, что и стало роковой ошибкой. Удар косы с глухим стуком пришелся в стену, и монстр, не сумев вытащить своё оружие, оказался в ловушке. В этот критический момент, когда его внимание было отвлечено, Данте быстро воспользовался шансом. Словно хищник, поджидающий свою жертву, он приставил дуло пистолета к виску демона. Взгляд Данте был полон уверенности и насмешки. — Бинго! — торжественно произнёс охотник, словно это была не жизнь, а игра. Прозвучал выстрел, и в воздухе повисло мгновение тишины, прежде чем раздался предсмертный визг Каина — звук, который эхом отразился от стен, как последний аккорд симфонии смерти. В этот момент улица наполнилась запахом пороха и крови, а тени демонов вновь начали бежать прочь от света.
