Legacy: Part 1

      Вновь переступив порог агентства «Devil May Cry», Леди и Триш ожидали увидеть его владельца, но вместо этого их встретила лишь тишина и легкий запах старого табака, пропитавший стены. На столе, среди разбросанных бумаг и пустых бутылок, лежала маленькая записка, в которой было всего несколько слов: «Ушёл с Эвелиной. Вернусь позже». Это известие повергло женщин в недоумение.       — Ну, когда же он придёт? — недовольно протянула Леди. Она скрестила руки на груди, глядя на пустую дверь, словно могла заставить Данте появиться одним лишь взглядом. — Сбежал что ли обратно в Ад?       — Ну да, лишь бы нам долги не отдавать, — утвердительно произнесла Триш, с ухмылкой наблюдая за подругой. В её голосе звучала едва сдерживаемая ирония. — Да, и, наверное, расспросов не хочет по поводу ребенка.       Леди фыркнула, усаживаясь на стол Данте, рядом с коробкой пиццы, которая всё больше теряла свой первоначальный вид. Аромат расплавленного сыра и томатного соуса уже начинал угасать, как и их терпение.       — А они уж будут, — произнесла она с лёгкой ухмылкой, глядя на Триш.       — Он должен понять, что это не просто забавная история, — добавила демоница, откидывая волосы назад. — и все таки как он умудрился ребенка заделать? Как я помню, он не стремился заводить семью.       — Хотя, вниманием женщин, он не был обделен.       Леди усмехнулась.       — Хотя сам он не проявлял инициативу, мы неоднократно становились свидетелями того, как к нему подходили незнакомки.       — Пх, давай будем честны, — продолжила брюнетка. — В этом нет ничего удивительного: красивый, высокий и с белоснежными волосами, он выглядит, как демон-соблазнитель — да, это звучит иронично, но так оно и есть.       — Однако бабником сложно его назвать: за все время, что я с ним знакома видела парочку девушек, но ничего серьёзного там не было.       — Но судя по реакции Данте и его отношению к Эвелине, между ним и этой Элизабет было нечто большее, чем просто «случайная связь на задании». — предположила Триш. — Возможно, чувства были настоящими — настолько, что заставили его потерять бдительность.       — И вот тут вспоминалось, что Данте перестал обращать внимание на девушек в целом; точнее говоря, он стал холодно отказывать всем желающим познакомиться. — рылась в своих воспоминаниях Леди. — а началось около тринадцати лет назад. Неужели после Элизабет он действительно не хотел никого видеть?       Триш лишь пожала плечами.       — Об может сказать, лишь Данте.       — Только где же он? — Леди вновь взглянула на часы, будто они могли дать ей ответ. — А то пицца уже остывает.       — Она уже... — Триш усмехнулась, указывая на коробку. — На такой пицце можно уже ставить свечи и ее поминать.       — Если он не появится в ближайшие пять минут, я заберу в уплату долго одно из его оружий, — заявила Леди с решимостью в голосе.       — Ты знаешь, что он всегда приходит в самый последний момент, — заметила Триш с лёгкой улыбкой. — Это его стиль.       — Да уж, стиль! — Леди закатила глаза. — Как будто он супергерой или что-то в этом роде.       Внезапно за окном раздался ослепляющий синий всплеск, и от него повеяло демонической энергией, словно сама ночь содрогнулась от его мощи. Девушки мгновенно напряглись, их сердца забились быстрее, а воздух вокруг наполнился напряжением. Леди вышла к стеклу, крепче сжимая своё оружие, готовясь к нападению.       Однако тревога тут же отпала, когда на улице, под тусклым светом уличного фонаря, появились три знакомые фигуры. Леди заметила, что Неро, с его привычной уверенной осанкой, держал что-то укутанное в плащ — это была Эвелина. Судя по всему, они провели время вместе, явно развлекаясь.       — Ну наконец-то! А то мы уже заждались! — произнесла Леди, когда дверь в агентство с глухим стуком открылась. — Теперь пара слов о деталях...       Но тут девушки замерли: на руках Неро сидела Эвелина, закутанная в его плащ, и вся в крови. Мягкий свет фонаря выхватывал из темноты её испуганные глаза.       — Что произошло? — спросила Триш, взгляд был полон недоумения.       — Стефано Валентино… — буркнул Данте, голос звучал так, будто он проглотил гвозди. Презрение и ярость его переполняла. — Он её похитил и…       Охотник перевёл взгляд на девочку; её лицо выражало страх и непонимание, она явно не хотела вспоминать события, которые недавно произошли с ней. Маленькие руки дрожали, а глаза блестели от слёз.       — Этот псих что ли? — произнесла Леди с горьким недоумением.       — Да, — подтвердил Неро, не отпуская Эвелину из своих объятий. Его голос звучал тихо, но в нём слышалась твердость. — То задание, что я вчера получил от Мориссона, было связано с этим ненормальным.       Наконец-то девочку аккуратно поставили на пол, и она сняла с себя плащ Неро. Видок Эвелины был не самым лучшим: вся мокрая и в крови, её платье, выглядело как изношенная половая тряпка, изрядно потертая и запачканная. Слабые лучи света, пробивавшиеся сквозь окна, лишь подчеркивали её несчастный вид.       Девочка ещё дрожала, но уже не от страха — теперь её тело тряслось от холода. Однако, несмотря на все испытания, она оставалась прекрасной с головы до пят, словно хрупкий цветок, который выстоял в бурю.       — Так, — решительно произнесла Леди, подходя к малышке. — Нам срочно нужно идти в ванную. Данте, надеюсь, у тебя есть хоть какое-то полотенце и чистая одежда?       — Должна быть, — ответил он, тут же направляясь вверх по лестнице в поисках всего необходимого.       — Триш, помоги мне! — командным голосом проговорила женщина. — Нам предстоит большая работа.       Эвелина уже хотела направиться к ванной, как вдруг остановилась и начала быстро искать что-то в карманах своего изношенного платья. Вскоре она вытащила фотоаппарат, записную книжку и диктофон.       — Когда я была там, то встретила Алана Карпера, — произнесла она, голос дрожал от воспоминаний. — Он журналист и… — Внезапно перед её глазами возникла сцена его ужасной смерти, и девочка на мгновение застыла в ужасе. — Попросил передать Марко Вильто, он собирал какие-то улики…       Неро, понимая важность этих вещей, аккуратно взял их у неё и положил на стол.       — Я тебя понял, мелкая, — произнес он с серьёзным выражением лица.       Тем временем Данте вернулся с подходящими вещами для малышки. Эвелина наконец-то зашла в ванную с Леди и Триш.       — Мы можем помочь… — начала было Триш, но Эвелина резко покачала головой, на её лице появилась румянец стыда.       — Я могу сама… — тихо произнесла она, и в этот момент женщины поняли, что ей действительно не нужна помощь. Эвелине было далеко не три года; и была вполне взрослой и самостоятельной девочкой.       Леди и Триш обменялись взглядами, и на их лицах отразилась неловкость.       — Тогда вот, — произнесла Леди, аккуратно положив вещи на небольшую тумбочку, которая была завалена различными мелочами и пылью. Она обвела взглядом ванную, и её сердце сжалось: это был настоящий рассадник всякой мерзости. Вода в раковине застоялась, а на плитке виднелись следы от грязных ног, словно здесь не было Пэтти уже целую вечность.       — Ну, удачи, — слабо улыбнулась она, после чего вышла и закрыла за собой дверь.       Как только дверь захлопнулась, Эвелина услышала недовольный голос Леди за стеной:       — Ну и у тебя бардак в ванной, Данте! — пробухтела она, явно не скрывая своего недовольства. — Сразу видно, что Пэтти давно не была здесь.       Тем временем в комнате все собрались вокруг стола, уставленного файлами, которые собрал журналист. Они изучали материалы о Стефано — таинственном человеке, который готовил нечто грандиозное и явно не был в восторге от своей приставленной помощницы. По крайней мере это удалось найти в записях, где говорилось, что он общался с неизвестной личностью женского пола. Данте и Вергилий обменялись взглядами и тут же пришли к выводу, что, возможно, речь идет о Мальвине.       — Знаете, — начал Данте, — я впервые столкнулся со Стефано несколько месяцев назад. Меня попросили проконсультировать по делу о серии убийств моделей в Кримсон Сити. Мол, возможно, задействаны демоны. Сначала проходил как свидетель, но мне он с самого начала показался странным. А потом выяснилось, что он маньяк, и заключил сделку с демоном ради силы.       — Ну, это, явно, не простой демон, — начал Неро, вспоминая какие у фотографа способности. — Что раздают силы с 50% скидкой.       За это время Эвелина насладилась теплым душем. Когда она вышла из ванной, ее обволакивал пар, а на ней была огромная черная футболка, которая почти спускалась до колен, словно платье.       Её тут же завернули в клетчатый плед, чтобы не простыла, и предложили остывшую пиццу — единственное, что было из еды.       Леди смотрела на девочку с легкой тоской.       — Если бы ты была хотя бы на пару лет постарше, я бы предложила бокал вина. Оно согревало бы и помогало справиться с душевными терзаниями.       — Не спаивай ребенка!       Леди развела руками.       — А теперь расскажи нам, — начал Вергилий, садясь напротив неё, словно полицейский, что допрашивают заключенного. — прошло столько времени и никто не ищет тебя, Эвелина. Почему?       Девочка посмотрела на него. Теперь она боялась его намного меньше, но стальной голос брата отца всё равно вызывал дискомфорт. Эвелина выдохнула, смотря на всех, в особенности надолго оставляя взгляд на Данте и Неро.       — Возможно, они уже поняли, что я...       Девочка вздохнула собираясь с силами.       — Я сбежала из дома… — Тихо прошептала она. — Дедушка и дядя думают, что я на ночевке у подруги.       Данте вздохнул и недовольно посмотрел в сторону брата. Но все же тогда догадки Вергилия, о том, что малышка врёт. Подтвердились.       — Я просто думала, что могу узнать, что-то для поисков мамы, ведь. — Эвелина взглотнула, собираясь со словами. — Дядя и Дедушка, собираются ставить маме могилу. Но ведь её ещё не нашли. Зачем хоронить того, кого не нашли? — Она искренне этого не понимала, ведь мамочка жива, девочка в это верила.       От такого выражения лица и тихого голоса, сердце сжалось почти у всех.       Данте помассировал переносицу, понимая, какую, чуть, не совершил ошибку, решив отправить Эвелину обратно, какой же дурак.       Подойдя к ней, встав на одно колено и погладив её по голове.       — Я сделаю всё возможное, чтобы найти Элизабет. — Она улыбнулась ему, веря каждому слову. — Обещаю.       В её глазах светилась искорка надежды, и Данте почувствовал, что должен сделать всё возможное для этой хрупкой девочки.       — И кстати… — Начал Данте с нелёгкой темы. — тебя не пугает тот факт, что я демон? Точнее мы с братом, полудемоны. Неро на четверть. Чисто демон у нас только Триш. Так что все мы демоны, кроме Леди. Она Дьявол.       После этих слов, он получил по затылку какой-то книгой.       — На самом деле, я поначалу сильно испугалась, и хотела убежать… — начала неуверенно Эвелина, боясь осуждения. — Но мне мама говорила, что ты очень хороший и никогда не обидишь. А я мамочке всегда верю.       Это не могло не заставить Данте улыбнуться.       — Что ж. Тогда я и пожалуй…— охотник поудобнее сел на диван. — стоит тебе кое-что рассказать...       Так началась история о роде Спарды, хоть ее пришлось сократить, скрывая некоторые моменты. Хотя по итогу на разъяснения ушло больше часа. Но несмотря на это, рассказ внимательно слушали все. Хотя бы для вида, чтобы мелкая не чувствовала себя одиноко.       — Я думала, это просто персонаж из легенды… — тихо произнесла Эвелина, опуская взгляд вниз. — А оказывается он был настоящим.       — Да, вот такая вот у нас семейка. — Данте улыбнулся, почесав затылок.       — Я видела, как ты расправился с демонами с помощью разного оружия, — с восторгом произнесла Эвелина, её глаза сверкали от восхищения. Она, казалось, была готова рассказать о каждом моменте, когда он сражался с тёмными существами.       — Неро так ловко и метко стрелял в демонов, прям бах-бах! — добавила она, поднимая руки, словно сама имитируя его движения, и на мгновение в её голосе звучало детское восхищение. — И мистер Вергилий… — продолжала Эвелина, её голос наполнился трепетом. — Он одним ударом убил демона! Это было так круто! Я никогда не видела ничего подобного!       Неро обернулся в сторону синего полудемона, и в этот момент на его лице мелькнула тень улыбки, будто призрак, который он не решался показать. Его холодное выражение лица на мгновение смягчилось.       — Ну, как я мог оставить свою дочку в опасности? — произнёс Данте нежно, трепля волосы девочки.       Вдруг его взгляд упал на цепочку на шее Эвелины.       — Это… — начал он, но не успел закончить, как Эвелина тихо произнесла:       — Спасибо вам за всё.       Данте почувствовал щемящее чувство гордости и нежности. Он наклонился к ней и сказал:       — Ты всегда будешь в безопасности рядом со мной.       Тут Эвелина начала сонно тереть глаза, что было, естественно, на часах было уже за двенадцать часов ночи.       — Кому-то уже пара спать. — Данте тут же подхватил ее и понес по лестнице. — Сегодня переночуешь на верху.       После этого, он занёс малышку комнату и положил на кровать заботливо уложила Эвелину, укрыв её одеялом.       — Доброй ночи, малышка. — проговорил Данте выключая свет.       — Спокойной ночи, папа. — нежно проговорила Эвелина, закрыла глаза, и вскоре её унесло в мир сладких снов.       Эти слова йекнули в сердце Данте, отдаваясь горечью и нежностью. Хотя последнее больше.       И по итогу он закрыл за собой дверь и вернулся к остальным.       Тем временем взрослые остались внизу. Атмосфера была наполнена лёгким напряжением.       — Знаешь, я тут копалась в своих воспоминаниях, пытаясь вспомнить, видела ли я маму Эвелины, — задумчиво проговорила Триш, её голос звучал как тихий шёпот, наполненный ностальгией. Она сидела на краю дивана, облокотившись на его мягкие подушки, а в её глазах мелькали огоньки воспоминаний.       — И что же? — спросил Неро, открывая банку холодной газировки с характерным щелчком. Пена весело вырвалась из банки, и он с удовольствием начал пить, наслаждаясь освежающим вкусом.       — Как раз тринадцать лет назад я заходила в агентство, а Данте был в душе, — продолжила демоница, её губы слегка приподнялись в улыбке. — Я тогда осматривала комнату и под диваном наткнулась на чей-то белый лифчик. Видимо, тогда в душе он был не один.       Неро от услышанного резко повернулся к ней с газировкой в руках, его лицо выражало смесь удивления и недоумения.       — Белый кружевной с цветочками? — уточнил Данте, не удержавшись от искреннего интереса. Его голос звучал немного игриво.       — Да, именно такой, — подтвердила Триш, её глаза блестели от лёгкого озорства.       — Значит, это её, — проговорил Данте, отпивая глоток своего пива, что до этого взял из холодильника и сдерживая усмешку.       — Я не хотел знать такое. — произнёс Неро, его лицо покраснело от смущения. Ему было неловко участвовать в этом разговоре.       — Честно, я тогда думала, что он мог принадлежать Леди, — сказала Триш, переводя взгляд на подругу с загадочной улыбкой.       — Не с этим кретином… — хмыкнула Леди с лёгким презрением в голосе.       — Да, я знаю, дорогая, — ответила Триш с пониманием. — Да и к тому же... он тебе великоват.       Женщина с неким интересом посмотрела на подругу.       — А какой размер? — спросила Леди с искренним любопытством, её глаза сверкнули от игривости.       — А может, не надо подробностей? — вновь заговорил Неро, стараясь избежать дальнейших обсуждений. Он чувствовал себя всё более неловко под их внимательными взглядами.       Триш ухмыльнулась, но чтобы лишний раз не смушать «мальчика», шепнула информацию на ухо подруги. Леди удивилась тому, что узнала, и закусила губу, пытаясь скрыть улыбку.       — Теперь я поняла, какой у тебя вкус в женщинах.— произнесла она с лёгким сарказмом.       — Причём хороший! — довольно проговорил Данте.       — Кстати, мы ещё насчёт долга… — начала Леди и вместе с Триш хищно посмотрела на охотника, словно собираясь устроить ему допрос.       — Ой, кажется, чайник кипит! — воскликнул полудемон, резко вставая с места и пытаясь уйти от разговора. Его движения были быстрыми и резкими.       — А ну стоять! — произнесла обладательница гетерохромных глаз, её голос звучал как тихий, но уверенный приказ, пробираясь сквозь гул разговоров.       Теперь стревятницы отбирали у Данте все сокровища, которые он прихватил из Ада. Блестящие монеты и драгоценные камни исчезали в их руках, как будто они растворялись в воздухе. Девушки довольные ушли, уже предвкушая как они потратят деньги. Вскоре за ними последовал Неро, который с недовольным выражением на лице наблюдал за происходящим.       — Ладно, я пошёл, — сказал он, махая рукой. Его голос звучал немного устало, но в нем всё ещё оставалась искорка добрости. — Приду завтра, надеюсь, без приключений, как сегодня.       — Я на это надеюсь, — ответил Данте, тоже помахав рукой в ответ. Он оперся о стол, его фигура выглядела расслабленной, но в глазах проскальзывала тень усталости. Затем потянулся к коробке с пиццей, надеясь заполучить последний кусок. Однако его ожидания разбились о реальность — пицца исчезла.       С недоумением он посмотрел на коробку, а потом перевёл взгляд на стоящего в стороне Вергилия. Тот, казалось, только что завершил свой обед и с удовольствием доел последний кусок пиццы, хотя до этого сидел, отказываясь от еды и напитков.       — Ты же говорил, что не голоден! — недоуменно произнёс Данте, скрестив руки на груди.       — Я не был голоден… до этого момента, — ответил Вергилий с лёгкой усмешкой.       Данте уже хотел разочарованно уйти и сесть на диван.       — Ты правда веришь в то, что Элизабет может быть еще жива? — вопрос Вергилия, повис в воздухе, словно тяжелый туман.       Послышался тяжёлый вздох младшего, но все же ожидал этот вопрос, знал, что рано или поздно он прозвучит.       — Я не знаю, Вергилий, — протянул Данте, его голос звучал слабо, словно он сам не верил в свои слова. — Возможно, и нет.       Для него одна лишь мысль о том, что Элизабет могла уйти навсегда, вызывала болезненные мурашки на коже полудемона. Но ещё хуже было бы рассказать о подобном малышке, которая с трепетом ждёт возвращения своей матери. Если Элизабет действительно мертва, то эта невыносимая боль останется с ним до конца дней, как тень, навсегда запечатленная в его сердце. Данте и Вергилий прекрасно знали, что такое потерять мать — это был опыт, который оставлял неизгладимый след.       — Но хуже всего оставаться в неведении, — произнес охотник, глядя на брата с серьёзностью, которая придавала его словам весомость. — Лелеять себя в сложной надежде — это лишь добавляет боли.       Данте понимал, что взваливает на себя большую ношу, но он не мог позволить себе слабость.       — Но как её отец, — его голос звучал твёрдо и непоколебимо, словно сталь. — Я буду с ней.       Возникло напряжённое молчание. Каждый из братьев погрузился в свои мысли, обдумывая все возможные исходы и делая тем самым итог своих размышлений.       — А ты куда более серьёзнее и ответственнее, чем я думал, — произнес Вергилий, в его голосе звучала гордость за брата, которая придавалась особым оттенком.       — Видимо, возраст всё-таки даёт о себе знать, — с лёгкой усмешкой ответил Данте, в его голосе вновь зазвучал задор. — Не забывай, нам уже за сорок лет.       Охотник зевнул знатно, потянувшись так, будто хотел вытянуть из своего тела усталость прошедшего дня. Сегодняшний день был насыщенным событиями и опасностями, и единственное, чего он сейчас желал — это сладкий сон.       В этот момент Данте заметил, что Вергилий пристально смотрит на него, не отводя взгляда. Затем охотник сделал несколько уверенных шагов вперёд,       — И вот ещё что… — произнёс Старший брат, его тон стал более серьёзным.       Он шагнул вплотную к младшему брату, их взгляды встретились.       — Поздравляю с отцовством. — Вергилий кладет руку на плечо. При этом лицо нечитаемое, тон его обычный, ровный.       А после так же спокойно отходит.       — Это что вообще было? — шокированно проговорил Данте. Но сразу ответ пришел в голову. — а это своеобразная месть за все его шутки, про «Отец года».       — Ну, ладно… — решил отогнать от себя все мысли полудемон. — Раз в этот раз был взята спальня, то прощу на мой диван. Вот только проблема, он не совсем располагает на два места…       — Могу и в другом месте… — произнёс Вергилий, его голос звучал с лёгким вызовом, как будто он готов был принять любое предложение.       — Остается ванная, — сказал Данте, с хитрой улыбкой на лице. — Но какой из меня гостеприимный хозяин, если брата оставлю в ванной? Давай решим всё по-взрослому…       В Вергилия мелькнуло недоумение, уже начал думать, что речь идёт о драке, и в его руке уже было желание обнажить меч. Однако младший брат, с улыбкой, протянул кулак.       Синий полудемон закатил глаза, как это делают дети, когда их пытаются разыграть. Но, не желая уступать, он выставил кулак вперёд, готовый к любым испытаниям.       — Цу-е-фа, — быстро проговорил Данте, его голос звучал уверенно и весело.       Братья тут же выставили свои «оружия» — у Вергилия в руках оказались ножницы, а у Данте — бумага. Победа была очевидна.       — Но все же я могу… — уже хотел отказаться от победы Старший брат, но его голос звучал неуверенно.       — Забей. Ты выиграл, — буркнул Данте с лёгкой усмешкой, а затем схватил с дивана подушку, и исчез за дверью ванной. — Доброй ночи!