Комета с того света

Уже на подлёте к Ксандару Стражи связались с Нова Прайм и запросили срочную медицинскую помощь, обрисовав ситуацию. По пути Питер очнулся всего на минуту, но только бредил и хрипел от боли. В остальное время он рвано поверхностно дышал и периодически кашлял сгустками крови, пока Гамора держала его голову на коленях и следила, чтобы он ею же не захлебнулся. Стоило кораблю приземлиться, Квилла тут же забрали медработники и на каталке увезли в глубины коридоров штаб-квартиры Нова, оставив встревоженных друзей на попечение Романну. Первые полчаса прошли в напряжённой тишине. Все просто сидели и ждали новостей. Первой не выдержала Гамора: — Да к чёрту это! — Ты о чём? — уточнил Дей. — К чёрту этого Пересмешника! Если при первой же попытке захвата случилось такое, то на хрен эту работу. Даже миллиард не стоит того, чтобы так рисковать. После того, что случилось с Квиллом, если я увижу этого рогатого шута, прикончу его на месте! Но намеренно гоняться за ним — я пас. — Я согласен с тобой, Гамора, — мрачно отозвался Дракс, — но я считаю, что мы всё же должны его найти. Таких, как он, просто так на улице не встретишь, поэтому мы должны его найти и отомстить! — Согласен с Драксом. Обломаем ему рога и все остальные конечности, — показательно размял кулаки Ракета. — Друзья, — вдруг заговорил Тор, и по его голосу было ясно, что едва ли он сейчас предложит наиболее мучительный вариант казни, — я очень хорошо понимаю, что вы сейчас чувствуете, правда. Но послушайте, в увечьях Квилла Пересмешник не виноват. — Не понял. Ты чё, защищаешь его?! — возмущению Ракеты не было предела. Вслед за ним уже хотели высказать свои гневные тирады и остальные, но Тор их сразу остановил: — Нет! Я лишь хочу открыть вам глаза. В том, что Квилл пострадал, виноваты мы, а не Пересмешник. Это мы решили использовать его, как орудие для расчистки пути через толпу противников. И это мы не остановили его, хотя знали, что его устройство для полёта сломано, и позволили ему врезаться в тот спутник. Безусловно, Пересмешник — тот ещё засранец, но он не толкал Питера на спутник, его в тот момент вообще по близости не было. — Ты не знаешь, о чём говоришь! — в отчаянии крикнула ему в лицо Гамора. — Я прекрасно знаю, о чём говорю! — подскочил Одинсон, закричав в ответ. — Я тоже раньше так делал! Я тоже сваливал свою вину на!.. на одного человека. Потому что он всегда был рядом, а я не мог, не хотел признаваться ни себе, ни другим, что раз за разом именно я ошибался, поэтому во всём обвинял его. И ничем хорошим это не закончилось. В комнате снова повисла звенящая тишина, будто сам воздух до предела натянулся, как тетива, тронешь — лопнет, порезав палец на прощание. Не ясно, сколько времени так прошло, но, наконец, Гамора перестала сверлить Громовержца уничтожающим взглядом и тяжко вздохнула. Стражи угрюмо понурили головы, признавая правоту Тора. — Так что, вы ещё ловите Пересмешника, или мне других наёмников искать? — решил встрять в разговор Дей. Судя по ошарашено-осуждающим взглядам, не вовремя. — Ловим, — ответила за всех Небула. — Сделка в силе. #Забвение — Мой дорогой друг! Рад снова вас встречать в своей обители, — Коллекционер был в приподнятом настроении, ведь ему, наконец, доставили то, о чём он грезил не один год, но раньше наёмники, вопреки своей храброй браваде, либо возвращались сильно потрёпанные и ни с чем, либо не возвращались вовсе. Но, на его счастье, нашёлся один умелец, на которого Тиван возлагал большие надежды и не прогадал. — Уже в который раз вы меня радуете качеством и скоростью выполняемой работы. Вы стали моим, не побоюсь этого слова, любимчиком. — Польщён, — равнодушно откликнулся мужчина голосом самого Коллекционера, ловко вертя на пальце алую ленту Мёбиуса. — Но не забывайте, что скорость и качество стоят соответственно. — Разумеется, мистер Пересмешник, пожалуйте за мной. Оплата, полагаю, как обычно, в юнитах? — Верно. Когда обмен внушительного денежного платежа на уникальный артефакт состоялся, Пересмешник бросил короткое прощание и уже собирался уйти, но Тиван его окликнул: — Позвольте узнать… Дождавшись, когда собеседник обернётся, Коллекционер продолжил: — Я в этом бизнесе уже очень давно, и мне приходилось сталкиваться с ситуациями, когда наёмники решали оставить некоторые артефакты себе, намереваясь использовать их в своих целях. Однако, к вам я обращаюсь уже не в первый раз, вы доставили мне немало вещей, которые могли быть вам намного полезнее денег, и ни разу не пытались присвоить их. Позвольте узнать, в чём причина? Пересмешник озадаченно приподнял бровь — такие странные вопросы ему задают не часто. Как же на это ответить? А что, если сказать правду? Ради интереса. — Просто я сейчас преследую иные цели. И пока мне с головой хватает собственных способностей, порой даже сверх меры. Ну, а если мне понадобится что-то из того, что я вам доставил, то я знаю, где это искать. И при необходимости возьму это так же, как и в первый раз, — озорно сверкнув глазами, Пересмешник снова направился к выходу. — До свидания, сэр. — До новых встреч.

***

Взойдя на борт своего корабля, Пересмешник расслабленно плюхнулся в кресло пилота и сладко потянулся. Скинул, наконец, этот капюшон, являя на свет массивные, но в то же время изящные чёрные рога, а к алым глазам внезапно добавилось остальное лицо, будто кто-то вынул из шляпы синего кролика. Башлык не то, чтобы мешал, но за целый день успел надоесть. Тонкие перчатки тоже можно снять и закинуть куда-нибудь в угол приборной панели. Сегодня был насыщенный день. Личный счёт радовал глаз шестизначным числом, и даже удалось использовать замедлитель времени. А эта планетка, — Анирти, — довольно приятное место, если не обращать внимания на её население — носятся, орут постоянно, агрессивные какие-то. Надо будет наведаться туда как туристу. Сразу, как только план будет доведён до конца, а цель достигнута. До тех пор он просто не сможет нормально жить с этой тяжёлой, тёмной мыслью, что давит на мозг ежесекундно, не даёт спокойно спать. Эта невыносимая мысль, что какой-то ублюдский выродок посмел!.. Ладно-ладно, тише, спокойно, не надо заводиться. Всё идёт в точности, как и задумано: корпус Нова уже заинтересовался и нанял Стражей Галактики. Лишь одно оказалось неожиданным — Тор Одинсон. Его появление было столь обескураживающим, что почти выбило из колеи. Одно небо знает, чего стоило Пересмешнику так быстро взять себя в руки. О, Тор! Во что он себя превратил?! Это просто… просто… омерзительно! Конечно, с самого начала было ясно, что события вот уж почти шестилетней давности не пройдут для него бесследно, но чтобы настолько?! Видимо, потеря царства и почти всех его жителей ударила по Громовержцу сильнее, чем можно было предположить. А ещё отец. Да уж… Ведь Тор его так и не оплакал: тогда сразу пришла Хела, было не до того. Но это всё равно слишком! Просто жирокомбинат какой-то! Как он вообще поспособствовал победе? Съел Таноса и всю его армию, да бочонком пива заглянцевал? Ну ничего-ничего, вот надо довести дело до конца, и тогда уж Тор попляшет. Возможно даже в буквальном смысле. Стоит начать с зажигательного фламенко и не забыть впихнуть в руки эти трещащие ракушки. О, а если ещё такую пышную юбку забацать! Это ж какая трясучка получится — и юбка, и ракушки, и пузо… Это будет зрелищем года! #Планета Ксандар, штаб-квартира корпуса Нова Наконец, к Стражам вышел хирург, оперировавший Квилла. Заприметив обеспокоенные взгляды и сыграв на опережение, в обход града вопросов, он сразу сообщил, что состояние пациента стабильно и жизни ничего не угрожает, но заходить к нему пока нельзя — он в отделе интенсивной терапии и вообще без сознания. — А когда он проснётся? — не успокаивалась Гамора. — Повреждения были серьёзные, и чтобы восстановление прошло быстрее, было решено давать ему препараты, из-за которых он не проснётся. Курс — ровно неделя. Вероятно, через пару дней после пробуждения его можно будет выписать. — Ну зашибись! И чё нам делать почти десять дней? — сразу заворчал Ракета. — Продолжать охоту за Пересмешником без Квилла, а позже вернуться за ним, — пожала плечами Небула, будто сказала нечто крайне очевидное. — А… да, вообще, я именно это и хотел предложить. — Я есть Грут! — А ну молчи! — Нет, я останусь здесь, — заявила Гамора. — Вы летите, а я присмотрю за Питером, чтобы он после пробуждения Нова ненароком не разнёс. — А может, все останемся? — предложила Мантис. — Мы ведь давно уже хотели немного отдохнуть. Почему бы не сделать это сейчас? Все призадумались. — А ведь мысль здравая, — высказался Тор. — Сейчас начнётся погоня за Пересмешником и кто знает, когда закончится? Перед таким мероприятием неплохо бы перевести дух и набраться сил. — Ты только смотри, чего лишнего не набери, — захихикал Ракета. — Запомни, сила — не равно вес, окей? — Молчи, кролик. — Да я не!.. — Тогда решено: остаёмся здесь, — подвела итог Небула. — Ну, раз такое дело, — встрял в разговор Дей, — мы можем предоставить вам комнаты. Они для солдат, но, думаю, и вам подойдут. — Ура, отпуск, а-ха-ха-ха-ха!!! — подскочил с места Дракс и радостно унёсся в небытие коридоров. — …Он же не заблудится? — Определённо заблудится. — Ну, ничего. Захочет есть — придёт на запах Ракеты. — Э-э-э?!

***

Следующие несколько дней дались Ксандару очень тяжело. Стражи решили, что кутить — так по полной, чтобы запомнилось не хуже огромного Пакмена. Грут, заскучавший по себе подобным, забурился в ближайший парк и отказывался вообще уходить оттуда до отлёта. Так что жителям ближайших окрестностей пришлось забыть про спокойные пикнички семьями или парами, про игры с домашними животными, а про ночные прогулки даже думать стало страшно. На территории парка Грут был везде и всюду. В любой момент из дерева, к которому ты прислонился, могло внезапно вырасти лицо и крикнуть прямо в ухо: «Я есть Грут!», вызвав преждевременное поседение или инфаркт. Любая фауна рано или поздно была поймана и досконально изучена и затискана. Если ты гуманоид, но показался Груту интересным, тебя тоже поймают, изучат, и, возможно, затискают. Ночью же ты можешь идти довольно долгое время в тишине и покое, но как только ты расслабишься и потеряешь бдительность, со всех сторон заорут: «Я есть Грут!», а из темноты на тебя побежит сам Грут. Как после этого поведёт себя твоя самооценка и психика в целом — зависит от качества работы твоего психолога, а он точно понадобится. Больше Стражей, охреневших от того, что Грут позабыл про свою игровую приставку, охренели только птицы и белки, чьи дома вдруг ожили и стали подъедать запасы орехов. Мантис, как истинная леди, решила для начала пробежаться по магазинчикам. И даже как-то умудрилась утащить за собой Небулу и Гамору. Они сопротивлялись упорно и стойко, но после щенячьих глазок и тоскливой фразы: «Мы же с вами подружки?» сдались и просто старались не оторвать голову очередному консультанту, подошедшему с вопросом: «Вам что-нибудь подсказать?», а ограничивались простым: «Отошёл!» и показательным поигрыванием ножами. По началу они думали, что в этом ТЦ и полягут, — плакала достойная смерть на поле боя, — пока Мантис примеряла то одну кофточку, то другие туфельки. Но позже… Небула окончательно убедилась, что лучше уж она сама вышибет себе мозг, когда её сестра начала заинтересованно коситься на элегантное чёрное платье, не решаясь его взять. Зато Мантис это заметила и без вопросов запихнула её в примерочную вместе с этой тряпкой. Из примерочной Гамора так и не вышла, но из магазина ушла с пакетом, старательно игнорируя ошалевший взгляд Небулы и счастливые повизгивания Мантис. Небула, словившая, видимо, короткое замыкание от таких событий, вежливо удалилась на окраину города, чтобы там найти третьесортный бар и начистить рожи всем там присутствующим. Приехавшие на место полицейские, которым чуть ли не на блюдечке подали верхушку крупной криминальной группировки, не знали, как реагировать и кого арестовывать. Но красноречиво приподнятая бровка Небулы решила их дилемму в тот же миг. Выигравшая в споре с Мантис Гамора вскоре присоединилась вместе с эмпатом к сестре. Так приличные девушки быстро стали карателями и грозой Северного района. Но в юбках — Мантис уговорила сестёр надеть поверх штанов короткие пышные юбочки, красиво развивающиеся при вращении. У-и-и-и! Ракета в первые несколько дней как сквозь землю провалился, зато когда его обнаружили, он сидел в огромном заброшенном амбаре на здоровенной самодельной бомбе и хохотал, как окончательно сбрендивший безумный учёный. Сквозь смех можно было распознать что-то вроде: «Эта малышка взорвёт к чертям собачьим даже чёрную дыру!» А когда «малышку» конфисковали, он обиделся, и вскоре горожане начали жаловаться на бесследно исчезающие протезы. Тор долго маялся без дела, не зная, чем себя занять. Первой мыслью было пойти в бар и отведать местной выпивки и еды, но в голове тут же всплыл момент, когда он представился Пересмешнику и его реакция. Неверящий взгляд, быстро ставший таким знакомо насмешливым, что тут же захотелось сбежать. Колкие слова, вдвойне обидные оттого, что правдивые. Да с какой стати его волнует мнение какого-то ворюги?! Вопрос действительно хороший, но ответа на него так и не нашлось. Был только факт — почему-то именно это мешает Одинсону переступить порог злачного места. Поэтому он пошёл просто бродить по улицам в поисках занятия. Во второй день он наконец наткнулся на миловидного дедушку с длинными седыми усами, кожей тёплого оранжевого цвета и огромными фиолетовыми глазами, сидящего на лавочке с надписью: «Приглашаю желающих поиграть в «Го». Что ещё за «Го» такое Тор не знал, но решил, что это лучше, чем ничего, да и дедуля явно обрадовался желающему поиграть. Выслушав и запомнив правила игры, Тор подумал, что это должно быть несложно, но, Одинова борода, как же он ошибся! Если не считать первые разы, когда оппонент ему поддавался и объяснял каждый ход в целях обучения, он проигрывал раз за разом, не продержавшись и пяти минут, как бы старичок ни пытался растолковать всё получше. Таким недалёким идиотом он чувствовал себя лишь однажды — когда, видимо, утратив здравый рассудок, вознамерился, — по собственному желанию! — сыграть с братом в карты. Правда, тогда он психанул после второго или третьего проигрыша и ушёл, злобно пыхтя и топая, как беременный слон. С тех пор его выдержка знатно окрепла и Тор приходил к своему учителю почти неделю. Пока не психанул снова и, наплевав на обострившиеся из-за Пересмешника муки совести за свой образ жизни, завалился в ближайший паб и упился в сопли, после чего пошёл крушить всех и вся, наведя не хилый такой шухер, от которого вздрогнул весь город, а Нова Прайм не удержалась от фейспалма. Наконец, на вечер седьмого дня, Питер очнулся. Получив известие об этом, его друзья бросили всё и примчались к нему, только чтобы отдышаться прямо перед дверью в его палату и весь разговор делать вид, что не шибко-то они за него переживали, только нашли лишний повод задержаться на цивилизованной планете и подлатать нервишки, давно пора. Квилл на это только закатывал глаза на все сто восемьдесят градусов и рассказывал, какой чудный сон ему снился — он бороздил космические просторы в гордом одиночестве, да вместе с Гаморой, мечта просто. — А где Дракс? — вдруг заметил отсутствие ещё одного отморозка Питер. — А, да он ещё в первый день убёг. С тех пор не появлялся, — озадаченно пожал плечами Тор. — Так, ну всё, — их разговор прервал врач, — с мистером Квиллом вы сможете наобщаться всласть завтра утром, ему уже можно будет выходить на улицу, а сейчас ему нужен покой. Прошу, покиньте палату. — Да не, док, мистер Квилл нормально себя чувствует, всё за-амечат-тельно… — попытался возразить Питер, но слишком резко сел и стремительно стёк обратно на подушку, как желе. — Ну да, ну да, пошё… кхм, я хотел сказать, покиньте палату. Нехотя, но Стражи всё же ушли и сразу разошлись по койкам. Завтра нельзя дать Квиллу заскучать!

***

Но заскучать даже при желании не получилось бы не только у Квилла. Все думали, что Стражи Галактики на отдыхе — это бедствие, но настоящий движ начался в тот же самый день. Ничего не предвещало беды, как вдруг прямо на главной площади резко началась пальба. Будто из ниоткуда образовалась многочисленная группа, явно намеревавшаяся усеять улицы трупами. Началась паника, горожане кричали и старались убежать подальше, толкаясь, дезориентируя друг друга и топча тех, кому не повезло упасть. Многих настигали пули и ножи преступников. Они никого не щадили: мужчины и женщины, старики и дети — им было всё равно, кого убить, главное — насладиться страхом жертвы, пролить чью-то кровь. Ранее белые плиты на земле окрасились в алый. Всё это произошло за считанные секунды. Стражи даже не успели понять, что случилось и где враги. А когда поняли, нападать в лоб было уже поздно. Главарь взял в заложники мирного жителя. И Тор с ужасом узнал его — это же тот самый дедушка с игрой «Го»! Сейчас его удерживает высокий широкоплечий громила с трупно-серой кожей и бельмом на глазах, приставив к горлу странный меч из тусклого золота. Убедившись, что на него смотрят, главарь молча продемонстрировал свойства оружия — взмахнул острием в сторону бедолаги, не успевшего убежать, и тот сгорел заживо, даже не успев вскрикнуть. А потом громила заговорил низким раскатистым голосом: — Я, Дэрвиж Сенгул, обращаюсь к Нова Прайм! Полгода назад бойцы корпуса Нова при аресте участников сопротивления на планете Регло безжалостно убили многих моих соплеменников. Среди них были мои дети. И семьи пришедших сегодня со мной. А мою жену вы отправили в тюрьму! Я пришёл за справедливостью и возмездием. Освободите всех пленников с нашей планеты — и тогда, возможно, я пощажу жителей вашей. Было понятно, что никого тут щадить не собираются. А при помощи этого меча можно действительно убить многих за секунды. — Мистер Сенгул, — включился ближайший голопроектор, с его помощью говорила Нова Прайм, — мы поняли ваши претензии и готовы всё обсудить мирно. Прошу вас… — Не будет ничего мирного! Мой народ уже много лет страдает от внутренних конфликтов, а тут ещё вы пришли. Решили, что имеете право как-то влиять на наши жизни?! Я даю пять минут на обдумывание, после чего начну убивать всех, кого встречу! — с этими словами он снова взмахнул мечом и голопроектор взорвался. — Эй, мужик, давай не будем горячиться? — к нему обратился Квилл, как на зло, не прихвативший на прогулку никакого оружия. — Я понимаю, ты обижен, Нова — сволочи и заслуживают анальной кары, но… а-а-а! — на него уже замахнулись проклятым мечом, но Тор успел нанести удар прежде, и Сенгулу пришлось блокировать атаку. Одинсон сразу же попытался обезоружить врага, но тот поднёс лезвие опасно близко к шее заложника, Тор был вынужден остановиться. — Послушай, — начал он, — так ты ничего не решишь. — Не желаю слушать поучительных речей от какого-то бомжа! — Я не!.. — Тор буквально зарычал от злости, но ему нужно было выиграть время, чтобы другие могли подобраться незаметно. А это было почти невозможно — шайка встала кольцом и следила за каждым их движением, не давая и с места сдвинуться. — Не важно, кто я, а вот ты сейчас поступаешь не лучше тех, кого обвиняешь в варварстве. — Да что ты можешь знать?! — Ты прав, я не знаю, что там произошло, но то, что ты делаешь — точно не лучше. Сенгул явно отвлёкся, однако этого было мало, заложник по-прежнему был в опа… сности? Стоило громиле отвлечься и немного ослабить хватку, как вдруг дедушка-божий одуванчик резко вышел из захвата, точным взмахом ноги выбил меч из его рук и, поймав его, одним быстрым слитным движением снёс обидчику голову. Это случилось так быстро, что никто не успел хоть как-то отреагировать. Все могли только стоять и молча пялиться на дедулюшку. У Тора от удивления искусственный глаз чуть не выкатился. Но всё стало ясно, когда обезглавленная туша упала к ногам вовсе не безобидного старца, а лишь принявшего его облик Пересмешника! — Ха-ха! Видели бы вы свои лица! — выдал он голосом Тора. Тут кто-то из шайки с яростным криком понёсся на него, замахиваясь ножом, но Пересмешник, ничуть этим не впечатлённый, развернулся и широко взмахнул мечом, разом испепеляя всех головорезов. Не давая ему опомниться, Тор запустил в вора молнией, но тот успел отразить её и направил лезвие меча на Тора, предостерегая кого-либо двигаться. Даже Ракета, уже взявший Пересмешника на мушку, не рисковал стрелять — их загадочная цель уже успела продемонстрировать свою чрезвычайно быструю реакцию. — Занятная вещица, не правда ли, — усмехнулся красноглазый. Но в ответ получил лишь хмурые напряжённые взгляды Стражей. — Эй, почему вы такие серьёзные? Ох, блин, не та вселенная…* Между прочим, мы с вами только что избежали кровавой резни, разве не здорово? А впрочем, не отвечайте, вижу, вы сегодня не в духе. Хотя Тора я прекрасно понимаю: так за несколько дней и не выиграл у меня ни разу, ай-ай-ай! — Что? Это… ты? Это был ты?! Всё это время?! — С прозрением, Гроза Углеводов. Ты так долго сидел. Я порой начинал опасаться, как бы ты не проголодался и не решил закусить мной. — Ах ты гад! — Не отрицаю, но и ты полон пороков и не только их. О, Небула, какая милая юбка! Тебе очень идёт. Честно. — Чт?.. — Ну, а теперь я отчаливаю. Тут ещё генеральную уборку надо провести — столько крови. Чао! — и он испарился в воздухе, будто его и не было. Никто ничего сказать не мог. Нашёлся только Квилл: — Офигеть, блин, вышел на прогулочку!