Сложный выбор

Спустя два дня работа над клипом была полностью завершена. Дрю, улыбаясь, сообщил, что через пару дней ролик уже будут вовсю крутить на телевидении. Наоми всегда серьёзно подходила к промоушену, и поэтому Ван Ибо практически не вылазил со съёмок передач, в перерывах отвечая на вопросы интервью для газет и радиостанций. Всё это время Сяо Чжань был рядом. Он никогда не жаловался, что хочет есть или устал, всегда мог собраться и не допускал ошибок. Ван Ибо почти признал, что Сяо Чжань — лучший стилист, с которым ему доводилось работать. Возможно, Ван Ибо даже был рад, что не глядя поставил печать на их контракт. Удручало лишь одно: с того дня отчуждение между ними практически осязалось, и это давило. Сначала он думал, что Хайкуань бросил Сяо Чжаня, и даже хотел предложить помощь в налаживании отношений, но заметил, что каждую свободную минуту Сяо Чжань с улыбкой бросается к телефону. А вчера Хайкуань даже лично поднялся в студию, дождался Сяо Чжаня, и они в обнимку удалились. От их показушно-слащавых улыбок и глупых взглядов тянуло хорошенько проблеваться. Хотя какое, собственно, Ван Ибо до этого дело? — Большое, — наставительно сказал Цзаньцзинь. — Положение дел очень серьёзное. — Что ты тут вообще делаешь? — не особо впечатлившись, спросил Ван Ибо, пытаясь выудить из-под зада друга план предстоящего концерта. — Значит так, сейчас у тебя есть два варианта: повыделываться, подуться, подурить, погулять по девкам, напиться, пойти и извиниться. Или довериться моему гению и сразу идти налаживать мосты с этим твоим стилистом. — Знаешь Лю Хайкуаня? Цзаньцзинь открыл рот и сразу закрыл, мигом растеряв свой запал спасителя таращась в немом вопросе. — Так вот, они встречаются. — Да ну? — удивился Цзаньцзинь. — Хотя он может, — добавил он, почесав голову. — Откуда ты знаешь? — А давно они встречаются? — Откуда мне знать? Вроде давно. Даже живут вместе. — Ну тогда тебе просто повезло! — обрадовался Цзаньцзинь, соскочив со стола, попутно уронив на пол план концерта. — Забирай своего мальца на пару дней безвылазно и включай обаяние на всю катушку. Я тебе гарантирую, что всё будет как надо. — Цзинь-гэ, — недоверчиво отозвался Ван Ибо, — тебе стоит прекратить фантазировать. Я не влюблён в Сяо Чжаня, а они не расстанутся из-за короткой разлуки. — О первом мы с тобой поговорим позже, а о втором ты, пожалуй, прав. Сколько будут длиться твои концерты? — Три дня в Гуанчжоу и пять здесь. — Вот и отлично. Ладно, я всё устрою, в любом случае к мегере сейчас идти. — Сделаешь что? И как, кстати, тебе удалось от неё так легко отделаться? — Секрет фирмы, дорогуша, — самодовольно улыбнулся Цзаньцзинь. Цзаньцзинь ушёл, и Ван Ибо окончательно приуныл. А что, если он действительно влюбился? *** Хайкуань припарковался у входа на станцию и тепло посмотрел на Сяо Чжаня. — Обязательно позвони вечером и расскажи, как всё прошло, — улыбнулся Хайкуань, сжав его руку, — я буду очень скучать. — Я тоже, — Сяо Чжань поцеловал его в щёку и подумал, что не хочет никуда ехать. Первое время, когда они с Хайкуанем только начинали жить вместе, Сяо Чжань часто ловил себя на этой мысли по утрам. С продюсером всегда было слишком уютно и хорошо. Он был заботливым, и казалось, умел абсолютно всё. Завибрировал мобильник, и Сяо Чжань поморщился. — Понял-понял, тебе пора, — отодвигаясь от Хайкуаня, сказал он. — Это не мой сотовый, — улыбнулся тот, — так что это тебе пора. Сяо Чжань вздохнул. — Ничего, мы скоро увидимся, — Хайкуань отпустил его руку и вышел из машины. Он достал сумку, а за ней вытянул Сяо Чжаня из салона. — Ты всё ещё помнишь, что это твоя собственная затея? Я много раз предлагал тебе разорвать контракт и устроиться, куда душа пожелает. Я не буду тебе помогать, если тебя это смущает, просто уйди от Ван Ибо. Слова Хайкуаня помогли Сяо Чжаню взять себя в руки. Всё правильно, это он захотел самостоятельности, и это он гордился тем, что сумел заключить контракт со звездой такой величины, как Ван Ибо. Осталась всего неделя совместной работы, и весь этот кошмар исчезнет, оставшись печатной строчкой в портфолио. — Я справлюсь, — сказал он и бодро улыбнулся покачавшему головой Хайкуаню. Уезжающую машину Сяо Чжань проводил тяжёлым взглядом. У того инцидента с самовлюблённым придурком оказались и положительные стороны, правда, это выяснилось уже позже. А тогда, приехав домой с твёрдой уверенностью устроить скандал из-за того, что Хайкуань не приехал за ним после работы, Сяо Чжань очень удивился, когда злой продюсер отказался его впускать. Пожелания катиться к Ван Ибо поставили его в полный тупик. Практически с боем прорвавшись домой и, наконец, прояснив ситуацию, он рвал и метал, порываясь отправиться к Ван Ибо прямо ночью, чтобы разгромить его квартиру и наделать на надменной физиономии настоящих увечий. Хайкуаню с большим трудом удалось его успокоить и уложить спать. А утром всё встало на свои места. Сяо Чжань честно признал, что обиднее всего было из-за того, что поверил в искренность благодарности Ван Ибо и был тронут тем, что тот даже вызвал такси. Поверил в то, что его труд оценили, а выяснилось, что этот чурбан просто решил пошутить. Сяо Чжань был в бешенстве. Но Ван Ибо даже этого не заслужил после того, как проявил такое неуважение к нему и его личной жизни. С того дня он практически не разговаривал с певцом. Так было проще. Иногда Сяо Чжаню казалось, что на всегда сдержанном лице мелькает сожаление. Но он уже не верил в то, что у Ван Ибо могут быть нормальные человеческие реакции. Зато Хайкуань, встревожившись, что у него появился «конкурент», ухаживал с двойным усердием. Будто был шанс, что Сяо Чжань оставит заботливого и надёжного Хайкуаня ради кого-то ещё. Но Сяо Чжань был слишком умён, чтобы сказать это вслух, и просто наслаждался тем, что Хайкуань чаще появляется дома и каждый день подвозит до работы. Мобильник снова завибрировал, и Сяо Чжань нехотя отправился на станцию, думая о том, что снова увидит Ибо. После съёмок клипа и промоушена началась усиленная подготовка к концерту. Он занимался костюмами, а Ван Ибо — репетициями. За две недели они пересеклись трижды для примерок, пару раз на передачах и общих собраниях. И то недолго. Можно сказать, Сяо Чжань уже и забыл, какого это — находиться рядом с Ван Ибо несколько дней подряд. Наоми заметила его раньше, чем он успел смешаться с группой танцоров. Она подозвала его и оживлённо завела разговор о радостях совместной работы. Фань-Фань и Ван Ибо стояли чуть в стороне, окружённые телохранителями, и говорили только тогда, когда Наоми обращалась к ним. В самолёте они все, конечно, сели рядом, не дав Сяо Чжаню насладиться уединением с плеером и телефоном. После часового рассуждения Наоми на тему того, как хорошо они сработались, напрягся даже Ван Ибо. Он попытался перевести разговор в деловое русло, но не помогло. Сяо Чжань едва сдерживал саркастичную улыбку по мере её монолога. Когда он почти решился сообщить, что даже за всё золото мира не будет работать с Ван Ибо, самолёт, наконец, приземлился в Гуанчжоу. Концерт был запланирован на вечер следующего дня, но все суетились так, будто он начнётся через час. Полную репетицию в зале поставили на день, и в его помощи пока не нуждались. Стафф и участники едва не сбивали с ног, поэтому, оставив попытки найти себе занятие за кулисами, Сяо Чжань отправился в зал. Смотреть со стороны оказалось очень интересно. Декорации, свет, репетирующие танцоры — всё такое красочное и подвижное, будто живущий своей собственной жизнью отдельный мир. Его взгляд переходил от фигуры к фигуре, пока не остановился на серьёзном молодом человеке, внимательно слушавшем тучного мужчину. Сяо Чжань даже не сразу узнал Ибо в невзрачной футболке и тренировочных штанах. Внезапно Сяо Чжань поймал себя на мысли, что никогда не видел певца за работой. На съёмках клипа его больше интересовало наличие необходимых для грима материалов и общение с Хайкуанем чем то, что творилось на площадке. Сейчас Ван Ибо казался совершенно другим человеком. Он увлечённо жестикулировал, поясняя свои слова, внимательно, без всякого позёрства, слушал, и выглядел в разы более впечатляюще, чем в своём обычном «крутом» амплуа. Сяо Чжань попытался представить, как выглядит Ван Ибо на живом концерте, и не смог. Он поймал себя на этой мысли, и настроение ухудшилось. Объект размышлений совсем не устраивал Сяо Чжаня. Напросившись поехать с Наоми, он посмотрел Гуанчжоу и вернулся в концертный зал только вечером, когда продюсер решила, что пора отправляться в отель. Людей на сцене стало меньше, но Ван Ибо всё ещё был там, энергично отрабатывая танец с помощниками. Сяо Чжань заметил его смущённую улыбку, когда он ошибся и пришлось начинать сначала. Ван Ибо был сейчас настолько похож на обычного человека, что Сяо Чжань отвернулся и решил подождать остальных снаружи. Он хотел тут же забыть об увиденном, но воспоминание не уходило. Мысли вертелись вокруг этого эпизода, раздражая Сяо Чжаня. В холле отеля он услышал знакомый голос, отчитывающий танцора. — … и не считай так громко! Это раздражает. А со счётом до трёх и идиот справится. — Извините, господин Ван. «Всё на своих местах», — подумал Сяо Чжань, краем глаза отмечая недовольное выражения лица Ван Ибо. — «Как можно было заподозрить в нём человека?» — Так, послушайте все меня, — привлекла всеобщее внимание Наоми. — Сейчас разбираем ключи, ставим закорючки напротив своего имени и расходимся. Ван Ибо сразу же ушёл в одиночный люкс, и Сяо Чжань почувствовал себя намного лучше, видя, как за его широкой спиной закрываются двери лифта.