Стокгольмский синдром

Почти в одиннадцать ночи в дверь комнаты Нагито постучали. Он проснулся и приподнялся на руках, сонно смотря по сторонам. Тишина. Подумав, что всё это ему приснилось, Комаеда перевернулся на другой бок и снова задремал. Но спустя пару минут в дверь снова постучали, но уже настойчивее. Беловолосый нехотя встал и посмотрел на время. Он в очередной раз подумал, что всё это ему приснилось, но снова раздался стук. "Нет. Я точно не сплю... Слишком часто и правдоподобно. Или же я схожу с ума..." — с этими мыслями счастливчик открыл дверь и увидел на пороге русоволосого. — Хината-кун? — Нагито удивлённо посмотрел на своего гостя. Он ожидал увидеть кого-угодно, но не его. Любого ученика. Да хоть маньяка с бензопилой, но не его. — Милая пижамка... — Хаджиме посмотрел на пижаму с изображением спящего котёнка. — А? Ох, прости, я просто спал. Почти одиннадцать. Сам понимаешь, — Комаеда покраснел и зашёл за дверь, пытаясь не дать гостю увидеть его. — Чего ты прячешься? — Немного неловко... Хе-хе! — Кхм... Нанами говорила, что ты свободен сегодня ночью... — А, ты об этом! Свободен, потому что сплю. Ты что-то хотел? — Да, хотел. Давай погуляем? — Ч-что? Тебе необязательно гулять с таким мусором, как я! Нанами-чан, наверное, пошутила! — Ты хочешь пойти? — А ты?.. — Мне важно твоё мнение, но я не против. — Тогда идём, если ты этого хочешь. Я ничего против не имею. — Хорошо. Я буду ждать тебя у входа в Пик Надежды, когда ты переоденешься. — Ладно. Я быстро.

***

Через пять минут парни встретились на улице. Оба были смущены и заинтригованы. Беловолосый боялся накосячить и снова разозлить своего возлюбленного, но прогулка ночью... Разве это не романтично? Повсюду стоит тишина, и только эта парочка наедине друг с другом гуляет по территории Академии. Русоволосый появился перед счастливчиком, как призрак. Нагито до последнего не верил, что, похоже, он прощён. Ему казалось, что всё это всего лишь сон. Такой приятный и волшебный сон. Он боялся проснуться и понять, что Хаджиме нет рядом, что он — просто плод его воображения. Хината же переживал из-за того, что может спугнуть возлюбленного. Всё-таки ночь. В такое время обычно не устраивают свиданий, так ведь? Оба понимали, что это свидание, но боялись признать это вслух. В животе русоволосого появились бабочки. Это было так волнительно. Наконец-то он смог пригласить Комаеду куда-нибудь. Теперь они будут наедине, и никакой Изуру не помешает. Хаджиме задал себе цель — сделать беловолосого этой ночью самым счастливым, заставить его искренне улыбаться. — Идём? — счастливчик посмотрел на Хинату, укутавшись в своё пальто. — Пошли. Оба спустились со ступенек, но дальше виденье обоих на их ночное свидание разошлись. Нагито пошёл в сторону спортивной площадки, а русоволосый направился к воротам. — Ты куда? — Комаеда подошёл к Хаджиме. — К воротам. — Это я понял, но ведь они заперты на ночь. — Ты думаешь, что это меня останавливает? Идём, я тебя подсажу, если хочешь. — Ты уверен, что это правильно? — Мы быстро. Никто и не заметит. Доверься мне. — Ладно. Эти двое подошли к нужному месту, где Хината подсадил беловолосого, чтобы тот не покалечился, и сам перелез через забор. Будучи на другой стороне, русоволосый помог счастливчику спуститься, поймав его, придерживая за талию. — Жив? — Хаджиме поставил возлюбленного на землю. — Да, — Нагито улыбнулся, — куда ты хочешь пойти? — Это уже тебе решать. — Ты точно хочешь, чтобы... — Да, точно хочу. — Тогда... Хм... Даже не знаю. У меня столько мест, куда бы я хотел пойти. — Ночь длинная. Выбирай. — Может, я тебе предложу, а ты сам решишь? — Могу только посоветовать. — Давай. Я хотел бы домой, на пляж, а ещё здесь есть холм, откуда хорошо видно больницу, где я лежал! В общем, в какое-нибудь тихое место. — Ну... Стоп. Домой? Мы ведь только вышли. — Да. Не тот "домой", что в Пике Надежде, а "домой". Совсем домой. Где я жил до того, как мои родители погибли. — Мы можем сходить сначала к тебе, потом на пляж неподалёку, ещё я знаю хороший ларёк, где готовят отличные хот-доги и чай, а затем на холм. Думаю, что этого будет достаточно. Плюс отоспаться можно будет. — Да, вполне, — Комаеда слегка улыбнулся, — мой дом на окраине города. Я до сих пор помню номера автобусов, которые туда ходят. Доберёмся минут за пятнадцать. Ты точно не против? — Я сказал, что точно, значит, точно. Веди.

***

Пока эти двое ехали на автобусе, ещё не до конца очнувшийся беловолосый аккуратно положил голову на плечо Хинаты, засыпая. Почувствовав на своём плече мирно спящего счастливчика, русоволосый покраснел и замер, боясь даже дышать, чтобы не спугнуть Нагито. Улицы пустовали, как и автобус. Некому было оскорбить этих двоих, отругать за чрезмерную близость, кинуть недовольный взгляд. Город спал. В такой тишине вместе с Комаедой Хаджиме готов был ехать куда угодно и сколько угодно. Хината мог слышать равномерное сопение беловолосого, из-за чего он не смог сдержать улыбку. "Совсем как котёнок. Такой милый. Пушистый белый котёнок" Русоволосый аккуратно прижал счастливчика к себе, ласково поглаживая его по спине. "Сегодня я просто обязан заставить это облачко сиять от счастья"

***

Прибыв на место, оба пошли к нужному зданию. Внезапно Нагито замер и посмотрел на свой дом. Точнее, остатки от него. Остались только обгоревшие доски, камни, сгоревшие вещи. "Отлично. Я всё испортил. Это изначально была плохая идея. Единственная связь с прошлым, похоже, сгорела" Дом Комаеды снесли из-за того, что он пустовал. Некому было его продать, позаботиться о нём. Особняк фамилии Комаеда пришёл в негодность, зарос, стал хрупким, пожароопасным, туда бегали дети, сочиняли о нём страшилки, будто в нём ходят призраки его хозяев, а их сына так и не нашли, и он ищет успокоения. Родители этих попрошаек стали жаловаться, администрация приняла решение снести здание из-за опасности, которую оно представляет. Спустя пару недель после сноса особняк загорелся. Никто не тушил его. Он сам потух, никому не навредив. Дети всё равно бегали сюда и рассказывали свои истории, связанные с ним. Для них этот дом был таинственным и одиноким, никому не нужным. Он стал частью их игр, их детства. Многие мальчишки любили пробираться в заброшенные здания и хвастаться этим. Этот особняк был чем-то особенным. Хаджиме посмотрел на беловолосого, который молча смотрел на пепел, доски и всё остальное, чему повезло уцелеть. Счастливчик, не сказав ни слова, подошёл к какому-то камню, лежащему на земле, и сел на него, вздохнув. Хината впервые не знал, что ему делать. Он никогда не видел такого подавленного Нагито. Русоволосый подошёл к нему и сел рядом. — Ну ты чего? — Хаджиме положил руку на плечо Комаеды. Но тот не ответил. Он встал с места и отошёл на пару шагов. Хината уже начал паниковать и думать, что сделал что-то не так, и поэтому беловолосый не хочет его видеть. Он всё-таки решился подойти к нему ещё раз. Не успел русоволосый и слова сказать, как счастливчик обнял его, уткнувшись носом в плечо. Хаджиме обнял его в ответ и прошептал: "Всё будет хорошо. Я рядом". — Эй, мальчик, беги! Мы его задержим! — дети стояли неподалёку, наблюдая за объятиями этих двоих. — А? — оба покраснели, но не отошли друг от друга. Хината всё ещё обнимал Нагито за талию, а тот держал свои руки на его плечах. — Это призрак! Он здесь раньше жил, потом его родители умерли. И он тоже, но тела его родителей похоронили, а его не нашли! Теперь он скитается по свету и ищет успокоения! Мы тебя защитим! — мальчики уже начали искать палки. — Вы думаете, что... — русоволосый решил подыграть, — я наделся, что вы не узнаете. — Почему? — дети удивлённо посмотрели на парней. — Потому что это действительно носитель фамилии Комаеда, который жил в этом особняке. И я единственный, кто может успокоить его, — Хаджиме крепче прижал Комаеду к себе. — Получается, если бы не ты, он бы нас всех съел? — один из мальчиков пытался что-то понять. — Не съел бы. Он хороший. Просто расстроен, что его дом сожгли. — А вы как красавица и чудовище? Ты единственный, кто полюбил его и исправил? — Да. Только тут наоборот. Вы смышлённые. Только интересно, почему вы не спите. — Получается, что ты ходил к нему каждую ночь, и вы полюбили друг друга? — Правильно, — Хината улыбнулся, — могу доказать, — он поцеловал беловолосого в щёку, отчего тот покраснел и сжал в руках ткань его одежды, смущённо смотря прямо в глаза. — Что ты делаешь? Они же дети, — счастливчик прошептал это так, чтобы мальчики ничего не услышали, — психику им сломаешь. Не успел русоволосый и рта открыть, как Нагито вырвался из его объятий и подбежал к камню, на котором сидел, пытаясь его поднять. — Что ты делаешь? Надорвёшься. — Я вспомнил кое-что очень-очень важное. — Тебе сейчас очень-очень важно вернуться и отдохнуть. — Нет. Здесь... Здесь часть моего детства. Хаджиме ничего не оставалось, кроме как помочь. Дети тоже пытались что-то сделать, но парни могли сдвинуть камень и сами. Когда валун был убран, Комаеда сел на колени и убрал оттуда фальшивую траву, под которой лежал какой-то сундучок, внутри которого парни обнаружили старое фото в рамке, но его невозможно было разобрать из-за грязи, письмо, ошейник, газетную вырезку и прочие вещи, связанные с прошлым беловолосого. — Она уцелела, — счастливчик облегчённо вздохнул. — Что это? — Хината наклонился и посмотрел на все те вещи, которые казались мусором, но что-то значили для Нагито. — Капсула времени, которую я оставлял на будущее. Возьму её в общежитие. Воинам Надежды покажу, как всё раньше было. Эх, жаль, что мой любимый мишка сгорел... — Хочешь забрать её в общежитие? — Да. Хоть что-то. — Мы можем заскочить в Пик Надежды и припрятать капсулу времени, чтобы ты не носил её в руках. — Хорошая идея. Я отмою рамку. Там фотография с моими родителями. — Ты сильно расстроен? — Немного, но, наверное, так надо. Не думаю, что есть смысл сидеть здесь. Куда мы теперь? — Ты уверен, что не хочешь побыть один? — Уверен, — Комаеда слегка улыбнулся, давая понять, что всё в порядке, а затем обернулся, посмотрев на детей, и погромче сказал: — А вам, детишки, советую ложиться баиньки. Я лично проверю. Мальчики сразу убежали, смеясь. Они уже предвкушали, как будут рассказывать одноклассникам о призраке и его возлюбленноМ, чему дети не удивлялись. — Мило, что ты подыграл им. Они даже не испугались, — беловолосый встал, взяв в руки сундучок. — Пусть порадуются, пока не поняли, насколько тяжела жизнь... — Ты слишком серьёзный, но дети тебе доверились. Думаю, из тебя бы вышел хороший отец. — Отец?.. — русоволосый покраснел и отвернулся. — Пошли уже. Не будем терять время зря. — Хорошо.

***

Пока эти двое ехали на автобусе, счастливчик рассматривал содержимое его капсулы времени и пытался убрать грязь с рамки, но тщетно. Хаджиме же думал над его словами. "Я буду хорошим отцом?.. Почему он так решил? Хотя, я был бы рад, но это невозможно. Интересно, если бы Комаеда был девушкой, какие у нас были бы дети? Хм... Может, мальчик с белыми волосами и моими глазами? Или девочка со структурой волос, как у меня, а глаза, как у Комаеды? Или наоборот. Так. Я явно пошёл не в ту степь. Куда мы сейчас? На пляж, да?" Хината посмотрел в окно, прислонившись лбом к стеклу. — Ты устал? — Комаеда оторвался от своего дела. — Нет. Просто задумался. — Тебя что-то беспокоит? — Нет. Всё в порядке. Кстати, собирайся. Сейчас будет наша остановка. — Я уже готов. Парни вышли из автобуса и поставили капсулу времени в кусты возле ворот Пика Надежды, а затем направились на пляж.

***

— Здесь так красиво. Жаль, что пасмурно. Луна и звёзды красиво бы отражались в воде, — беловолосый сел на песок. — Ну, нас никто не держит. Мы можем прийти сюда снова, но в безоблачную ночь. — Не стоит тратить на меня время, Хината-кун. Такой отброс... — Что с тобой не так? — А? —Ты какой-то... Зашуганный. — В каком смысле? — Ты всегда держишь дистанцию в классе, стараешься не подходить к одноклассникам ближе, чем на метр. Тебя иногда силком затаскивают, чтобы подойти поближе. Я видел, как ты играл в видеоигры с Ханамурой, Кузурю, Содой и Танакой. И между тобой и остальными было огромное расстояние. Почему ты это делаешь? — Не хочу нарушать личное пространство Абсолютных. — Нарушение личного пространства — это вот это, — русоволосый навис над счастливчиком, упираясь руками в песок, — а ты держишь дистанцию безо всякой на то причины, — заметив смущение Нагито, Хината встал и отряхнул руки от песка. — Почему тебя так это волнует? — Потому что... — "Вляпался же я. И что мне сказать? Потому что потому? Потому что баклажан? Потому что гладиолус? Не могу же я сказать: "Потому что я хочу быть ближе к тебе, а ты подпускаешь к себе очень редко?", — это неважно. Просто странно выглядит со стороны. — Вот как?.. — Комаеда задумчиво посмотрел на воду. — Может быть и так. — "Возможно это так. Однако, возможно, это и не верно", да? — Хаджиме сел рядом с беловолосым, но тот сразу отсел. — Вот опять. А в автобусе ты нормально сидел. — Если бы отсел, то это было бы грубо. — А сейчас это не так? — Не знаю. Нет? Русоволосый снова подсел, но счастливчик опять восстановил дистанцию. Так продолжалось ещё пару раз, пока Нагито не встал с места. В итоге всё свелось к тому, что Хаджиме погнался за Комаедой, пытаясь догнать. Эти двое сами не заметили, как забежали в воду. Когда беловолосый выдохся, он остановился и брызнул в Хинату водой, а тот со словами: "О, так это война?" тоже облил его. В итоге эти двое начали плескаться, счастливчик забыл о дистанции. Оба пытались больше намочить друг друга, смеясь, но победу одержала волна, накрывшая обоих по пояс. Заметив, что Нагито завис, пытаясь понять, что произошло, русоволосый резко положил руки на плечи Комаеды, но тот не ожидал атаки с тыла, поэтому вздрогнул и поскользнулся, утащив за собой Хаджиме. Оба оказались в воде. Они промокли с ног до головы, но не расстроились. Наоборот, эта их беззаботность разрушила все те преграды и мысли, которые забивали голову, создавали недопонимание. Смеясь, парни встали и вышли из воды. Беловолосый снял с себя мокрое пальто, а Хината пиджак. Развесив вещи, оба разулись и оставили обувь сушиться. Ещё не успевший остыть еле тёплый песок приятно ощущался на стопах. — Теперь нужно ждать, пока одежда высохнет. А потом перекусим, — русоволосый сел на землю рядом со счастливчиком, а тот совершенно забыл о своей дистанции, поэтому не сдвинулся с места, — хочешь отдохнуть? — Я не устал. — Ложись давай, пока я добрый, — Хаджиме уложил одноклассника к себе на колени. Наступила тишина. Она продлилась пару минут, но за этот короткий промежуток времени Нагито успел вспомнить о том, что его официально не прощали. Да, Хината пришёл к нему и позвал на прогулку, но вдруг он всё ещё обижен глубоко в душе? Комаеда пытался понять, что ему делать. "Может, спросить? Или это слишком грубо и совершенно неуместно? Тут так тихо... — беловолосый посмотрел на Хаджиме, который перебирал его волосы, прикрыв глаза, — наверное, он сейчас о чём-то думает. Мне не стоит прерывать тишину. Или стоит?" — Хината-кун? — Да? — А ты простил меня? — счастливчик внимательно посмотрел в глаза русоволосому. — За что? — Я, честно, не знаю, но ты был так холоден в последнее время. — А, так ты об этом. Тебя не за что прощать. Я сам виноват. Не забивай себе этим голову. — Ну хорошо... — А когда ты говорил, что я буду хорошим отцом, что ты имел в виду? — То, что ты хорошо ладил бы с детьми, я полагаю. Ты серьезный, сосредоточенный, заботливый. Не знаю всех причин наверняка, но у меня просто такое предчувствие. Дети бы не поверили тебе, что я призрак, если бы ты не умел с ними обращаться. — Да тебя легко за призрака принять. Ты довольно бледный с таким необычным цветом волос... Но я в хорошем смысле. В хорошем. — В общем, ты действительно добрый, но плохо, что ты куришь и пьёшь. Это влияет на твоё здоровье. Сейчас ты этого не чувствуешь, но потом поймёшь, что сделал большую ошибку. Может, обдумаешь своё решение? — Хорошо, я брошу. — Что? Ты серьёзно? — Да. — Ты делаешь это ради своего здоровья? Ты такой молодец! — Угу, — "Вообще-то ради тебя, дурачок. Мне-то на себя плевать. Главное, что ты будешь счастлив". — Без спиртного и табачного ты станешь более выносливым и сильным. — А я сейчас разве не такой? В баскетбол играть могу. — Да, но... — Вот так тоже сделать могу, — Хината поднял Нагито на руки. — Э-эй! Поставь меня! Надорвёшься! — Ты легче, чем я думал. Всё нормально. — Сочту за комплимент... Наверное. — Хм... — русоволосый поставил Комаеду на ноги, — но я не считаю себя добрым. — То есть то, что ты переводишь через дорогу старушек, — это зло? — Ч-что? — Я видел, как ты помогал одной пожилой леди перейти через дорогу, а потом ты донёс её пакеты до дома, слушая рассказы о её жизни. В тебе больше надежды, чем ты думаешь. — Иногда ты пихаешь свою надежду совсем не кстати... — Надежда всегда кстати! — В любом случае, просто никому не говори об этом. —Но почему? Зачем жить чужой жизнью? Будь собой. Ты тратишь свои школьные годы на то, чтобы притворяться тем, кем ты не являешься. Какой в этом смысл? Ты обманываешь окружающих и, главное, себя. Далеко не каждый может различить твой истинный характер. Хочешь ли ты и дальше терпеть тех, кто тебе не нужен? Твоё окружение из резервных. Ты дорожишь ими? Можешь ли ты назвать их друзьями? Все эти девушки, которые вертятся вокруг тебя. Вокруг созданного тобою образа. Если ты продолжишь это делать, то не найдёшь свою истинную любовь. Представь. Ты навсегда будешь заперт в этом обличии. В тебя влюбится какая-нибудь такая же девушка. Вы поженитесь. Но будет ли она той самой? Ты будешь страдать. Например... Как ты представляешь себе идеальную вторую половинку? — Идеальная вторая половинка, говоришь?.. Думаю, что у неё бы были светлые волосы, серо-зелёные глаза, бледная кожа. Она бы любила детей, была заботливой, милой, умной, счастливой, нежной, хрупкой, любящей, умела бы готовить. — Вот. А ты со своим характером такую не нашёл бы. Пришлось бы жениться на полной противоположности. Она бы была, допустим, с тёмными волосами, другого цвета глазами. Она бы не хотела детей, была бы грубой, безразличной, глупой, в вечной депрессии, жестокой, чёрствой, ничего бы не умела, целыми днями курила и пила. И в итоге что? Ты бы закончил свои дни, ненавидя себя за то, что не открылся. Тебя полюбили за чужой характер, а если бы ты открылся, то тебя бы бросили. Твоя жизнь прошла бы зря. — ... — "То есть ты сейчас не заметил, что я описывал тебя? Ты издеваешься?", — допустим. И что дальше? — Тебе этого не хватило? Ты не понял, что я пытаюсь сказать? — Ну? Чего ты на меня так смотришь? Хочешь услышать моё мнение? — Меня не волнует твоё мнение. Меня волнует результат. Хватит сидеть в скорлупе с подписью: "плохой парень". Будь тем, кем ты являешься. — Просто закроем эту тему. Позволь мне самому решать, как распоряжаться моей жизнью. Беловолосый нахмурился, подкатил джинсы и зашёл в воду, рассматривая своё отражение. "Нет. Так я его точно счастливым не сделаю. Я всё только порчу. Ничего не могу сделать нормально. Как мне его развеселить? Сделать комплимент? Подарить цветы? Обнять? Поцеловать? Нет, он ведь не девушка. Не сработает. Заварил же я какую-то огромную кашу. Молодец, Хаджиме, молодец!" — Эй? — Хаджиме подкатил свои джинсы и тоже зашёл в воду. — Не хочешь перекусить? — "И это всё, на что меня хватило?.." — Хм... Давай. — Тогда идём, — "Серьёзно? Это сработало?", — я же обещал показать тебе то место с хот-догами. — Да. Надеюсь, одежда хотя бы немного подсохла. — В руках понесем, если что. Оба вышли из воды. Счастливчик надел своё пальто, а Хината пиджак, после чего они обулись и пошли к нужному месту. Парни говорили на левые темы. Казалось, что их разговора на пляже и не было. Комаеда был всё таким же весёлым и болтливым. Хотя, возможно, он симулировал, и это у него очень хорошо получалось. На самом деле беловолосый не обижался. Почему-то он был уверен, что когда-нибудь возлюбленный прислушается к его словам и снимет маску. Когда же оба были на месте, продавец в ларьке принял счастливчика за девушку его давнего клиента, с которым у него сложились довольно дружеские отношения. — Здравствуйте! Не устали работать? — Хаджиме поздоровался с парнем, который было всего на пару лет старше него. — И тебе привет. А кто эта девушка рядом с тобой? Ты ко мне никого не водил. Даму сердца нашёл? Я вам тогда хот-доги даром отдам. Сегодня я добрый. — Это... — Да, мы встречаемся, — счастливчик не дал Хаджиме и слова вставить. — Но.. — Чш-ш. Это же халява, — Нагито оттащил Хинату в сторону и прошептал это. — Знаешь, почему-то я не удивлён, что вы с Омой сошлись. — Ещё никогда от того, что меня принимают за девушку, не было такой пользы, — Комаеда посмеялся, — хоть где-то я пригодился. — Ах ты хитрюга. Я в деле.

***

Спустя минут пять эти двое сидели на обочине дороги рядом с ларьком и ели хот-доги, а рядом стояли стаканчики с горячим чаем. Почему-то в такой час обоим это казалось максимально уютным и... Романтичным? Вот так сидеть, прижимаясь друг к другу, чтобы согреться, возле дороги, которая была такой оживлённой днём, а сейчас пустовала, есть и говорить на левые темы, изредка прерываясь на то, чтобы взять стаканчик с горячим чаем и погреть об него руки. Тишина и безмолвие создавало ощущение, будто они остались в мире вдвоём. Но полному погружению мешал изредка шуршащий в ларьке продавец. Они неспеша жевали и говорили об учёбе, как вдруг счастливчика будто осенило. — А какое у тебя любимое блюдо? — Нагито отрывался от трапезы и посмотрел на русоволосого. — Кусамочи, но мне не нравятся сакурамочи. А у тебя? — Я не особо привередлив. Люблю готовку Ханамуры-куна. — Он извращуга... — Но готовить умеет очень даже вкусно. Он ведь Абсолютный Повар. Точнее шеф. — Хм... А как ты себя чувствуешь? — Нормально. С чего такой вопрос? — Ты сидишь в мокрой одежде. Тебе не станет плохо, как в тот раз? — Не знаю. Не беспокойся. — Легко сказать. — Тебе правда не стоит забивать свою голову мусором. — Хватит. Я просто хочу повеселиться. — Повеселиться? Хорошо. Тогда... —Комаеда доел свой хот-дог, подождал несколько секунд, а затем встал, быстро снял с Хаджиме галстук и убежал, крикнув: "Догоняй, если сможешь!". — Эй, вернись! — Хината хотел побежать следом, но не мог оставить просто так пластмассовые стаканчики и салфетки, которые лежали на земле, — а как же фора в пять секунд?! Русоволосый убрал всё в мусорку, а затем побежал искать, а не догонять, счастливчика. Хаджиме бегал по закоулкам, но беловолосого уже и след простыл. Когда Хината уже не надеялся найти Нагито и собирался звонить ему, начиная волноваться, не стало ли ему плохо из-за таких нагрузок, или, может, он заблудился, он заметил шуршание неподалёку и знакомую белую макушку рядом с больницей, к которой он пришёл, отталкиваясь от плана пойти на холм рядом с ней. Русоволосый побежал за Комаедой, который действительно побежал на возвышенность, поднимаясь на которую, Хаджиме успел выдохнуться. Пытаясь восстановить дыхание, он осознал, что снова потерял из вида беловолосого, но стоило ему заглянуть за дерево, как он заметил беглеца. — Ладно, ты меня догнал, но сможешь ли ты у меня отнять свой галстук? — Серьёзно? Ладно, — Хината прижал счастливчика к себе за талию, чтобы тот вновь не сбежал, после чего забрал свою вещь и отошёл, завязывая галстук, — готово. — Так нечестно! — Это закон джунглей. А нечего было убегать. — Ты сам хотел повеселиться. — Но не умирать от отдышки. — Вот. — Что? — Отдышка. Ты ведь курил. — Я пытался тебя догнать и особо не останавливался. Не надо тут мне. — Ну ладно. — Фух... — русоволосый опёрся на свои колени и попытался восстановить дыхание, — ну и пробежка вышла. — Зато развеялись. — Не то слово, — Хаджиме провёл рукой по своей шее, — чёрт... — Что-то случилось, Хината-кун? — Шея болит. Старею я, старею. — Глупости. Ты просто, наверное, неудобно спал или потянул её. — Тоже возможно. — Может... Хотя, нет. Забудь. — Что? Договаривай, раз начал. — Нет. Ты откажешься. — Не ломайся, говори давай. — Ну... Я бы мог попробовать сделать тебе массаж, но такой мусор, как я, просто сделает ещё хуже... — Давай. — Что? — Я не против. — Т-точно? — Да. Если ты не против, то и я. — Тогда присядь. Хината сел на траву и посмотрел на больницу, которую было видно с холма. Нагито положил руки на плечи русоволосого, аккуратно начиная массировать их, слегка краснея. Хаджиме рефлекторно немного напрягся, но после расслабился, прикрыв глаза. В какой-то момент Хината взял ладони беловолосого и положил поближе к шее, чтобы тот помассировал там. Сначала Комаеда замер, подумав, что снова всё испортил, но затем продолжил начатое. — Так значит, ты часто посещаешь именно эту больницу? — русоволосый рассматривал здание, в некоторых окнах которого ещё горел свет. — Да. Меня там скоро все по имени будут знать. — Ты не боишься? — Кого? Врачей? Уже нет! Я давно не ребёнок! — Я про твои болезни. — Оу... Ну... Нет, наверное. Я не задумывался об этом. Я хотел бы умереть любимым, но это не произойдёт. А ещё я готов умереть ради надежды! — Я серьёзно. Я общался с некоторыми врачами... На твоей стадии лимфома лечится, да? — Наверное. Пока никто мне ничего не говорил. — Хм... — Ты напряжён. — Я бросаю свои вредные привычки, а ты тогда следи за своим самочувствием. И... Не умирай... — Хорошо. — Твоя очередь клясться. — Я буду следить за своим здоровьем и не умру. Клянусь. — Вот специально на врача пойду и в этой больнице работать буду, чтобы точно знать, что ты в порядке. — А? — И заботиться о тебе... — Хината-кун, всё в порядке? — Нет. Я не хочу, чтобы ты умирал. — С чего бы у тебя появились такие мысли? — Я не знаю... — Может, ты просто устал? Ночь же. Вернёмся? — Нет. Я не устал. — Я всё равно скажу, что буду жить ещё долго. Не переживай. Я живучая крыса. — Буду работать врачом и женюсь на тебе, чтобы наверняка. — А может выйдешь замуж? — беловолосый хихикнул и покраснел. — Хорошая шутка, Хината-кун. — Кто знает... — "Вообще-то, это не шутка. Это что-то вроде клятвы самому себе"

***

После массажа, который, кстати, очень понравился Хаджиме, эти двое сидели на земле и смотрели на двор больницы. Хината чувствовал беспокойство за счастливчика, который сидел рядом, и ничто не предвещало беды. Вся эта атмосфера ночи нагнала на него плохие мысли, которые он стремительно пытался отогнать, но сделать это получалось только тогда, когда Нагито прижимался к нему и говорил о чём-то, поэтому русоволосый не давал ему молчать и отсесть. Комаеда же был не против. Он чувствовал себя максимально комфортно. Но прекрасное времяпровождение оборвал ливень, начавшийся максимально внезапно. За пару минут оба промокли. Беловолосый услышал писк с дерева и вскочил с земли. — Эй, ты куда? Промокнешь! — Хаджиме наблюдал за тем, как счастливчик забрался на дерево, под которым они сидели. — Что ты там вообще забыл?! — Тут птенцы. Они ведь промокнут. — А в противном случае промокнешь ты! Спускайся давай! —Секунду! — Нагито достал из кармана платок и сделал над гнездом небольшой навес из него, прикрыв сверху сухими листьями. — Вот так. Так ведь намного лучше, правда? Вы такие милые! — С птенцами ты ещё не разговаривал! Пошли в общежитие! — Хорошо! — Комаеда хотел спуститься, но случайно повис на ветке, а его лицо было расположено очень близко к лицу русоволосого, - Извини, я не хотел... Я такой неуклюжий... — Ничего... Это совсем как в той сцене с Человеком-пауком и Мери Джейн. — Да. Не хватает только... Парни медленно приблизились к лицам друг друга, прикрыв глаза, ещё бы секунда, и у этих двоих произошёл бы их первый поцелуй, но Нагито упал с дерева. — Это, ты в порядке? — Хината покраснел и помог беловолосому подняться. — Да, я цел. Упал к твоим ногам, преклонил колено! И лицо... И вообще всего себя, — счастливчик пытался разрядить обстановку, улыбаясь. — Теперь мы точно возвращаемся. Оба сняли с себя пальто и пиджак, накинули над головами и побежали в общежитие.

***

Парни забежали в здание мокрые с ног до головы. Нагито пытался убрать прилипшие волосы с лица, но всё тщетно, они всё равно каким-то образом оказывались у него на лице. Русоволосый выкручивал свой мокрый пиджак, пытаясь привести себя в порядок. — Весело было, — Комаеда улыбнулся. — Ты правда не расстроен? — Хината вздохнул. — Правда-правда. Спасибо за всё. — Это тебе спасибо. Тебе надо обсохнуть. — Тебе, кстати, тоже. — Высохнет само. Я не собираюсь идти в свою комнату. — Что? Почему? — Потому что там Изуру. Если он услышит скрип двери, то проснётся и начнёт задавать вопросы. — Вот как... Может, тогда ляжешь со мной? — А? — Не делай такое удивлённое выражение лица. Нам не впервой, — Нагито хихикнул и потянул русоволосого в сторону своей комнаты. — Ты точно не против? — Точно. Всё в порядке.

***

Парни зашли в комнату Комаеды. Беловолосый отдал Хаджиме свою сухую одежду, чтобы тот не заболел. Сам же счастливчик переоделся в ванной и постелил на полу одеяло и подушку. Когда же переоделся Хината, Нагито сидел на одеяле и смотрел на капли, стекающие по стеклу его окна. — Чего на полу расселся? Протянет, — русоволосый сел рядом с Комаедой, — ложись. — Просто смотрю на дождь. Ладно. Спокойной ночи, — беловолосый лёг на подушку и закрыл глаза. — Ты чего не на кровати? — Я её освободил для тебя. — Ты понятия не имеешь, как правильно принимать гостей? Обычно они спят на полу или диване, а хозяин на кровати. — А я хочу по-другому. Иди. — Ты же знаешь, что я добьюсь своего? — Нет. Всё, я устал. Я сплю. — Эх, — Хаджиме взял счастливчика на руки и перенёс на его кровать, — а вот теперь спокойной ночи. — Так нечестно... — Нагито надул щёчки и слегка покраснел. — Спи, — Хината лёг на пол и закрыл глаза, — доброй ночи. — Сладких снов.