L:аmour toujour

      Неожиданно пробравшиеся в комнату лучи яркого, но именно в данный момент раздражающего солнца опустились на закрытые веки Чимина, спускаясь по оголенным плечам, продолжая прогуливаться до самых кончиков пальцев на ногах, заставляя жертву неприятно поморщится и прикрыть глаза рукой, отгораживаясь от света.       Погода за окном была на первый взгляд вполне себе приемлемой, если не брать во внимание время года — осень, движущаяся маленькими поступательными шагами к началу зимы.       Из-за едкого утреннего солнца и неприятной прохлады, Пак открывает глаза, находясь в заведомо плохом расположение духа после резко прерванного покоя, но имея в дополнение к этому ещё и ужасную боль в голове.       Продрав глаза, он оглядывает среднюю по размерам комнату, с большими панорамными окнами, выходящие в сад особняка. Одеяло валяется где-то на полу, вокруг кровати небольшим беспорядком разбросаны остатки презервативов и смазки, одежда раскидана по всей комнате в самых неожиданных местах.       Казалось бы, каким образом его брюки оказались на ручке двери, держащиеся там с помощью божьей силы — не иначе.       Чимин абсолютно обнажён и не имеет даже малейшего понятия с кем переспал этой ночью. Ситуация напоминает первый секс, тогда он точно также обкурился и импульсивно занялся сексом. Противоположная сторона кровати помята, и кажется, до сих пор сохраняет тепло незнакомого человека.       Парень тянется к тумбочке, выкрашенной в молочный цвет, имеющая некие узорчатые вырезные закорючки. Он хватает ладонью телефон, переворачиваясь на живот, оголённым задом к верху, совсем не переживая о своей наготе.       Разблокировав телефон, он проверяет сообщения, последнее написано в два часа ночи Agust D. Пак, находясь в здрвом уме, точно не хочет знать, что именно писал под кайфом. Нажимая на диалог, последнее сообщение осталось за Паком:       «Приезжай, вот геолокация»       — Какого хуя? — Хмурит Пак брови, оглядывая ещё раз комнату. Взгляд вновь падает на непотребства в виде презервативов и смазки, поднимается с кровати и подходит к куче, подбирая и читая.       — С ароматизатором клубники, — Надоедающая боль мешает думать, но картинка с вчерашним походом в магазин почему-то ярким пятном появляется перед глазами, где они устроили перепалку на улице. В тот момент Юнги держал, вроде как, клубничный коктейль.       — Да ну бред, не может быть такого, — Чимин бросает смазку на кровать, — ну всякое бывает, кто в наше время смазку без ароматизаторов берёт? — Риторически задаёт себе вопрос, очень кстати мысленно отвечает на него же: «Ты – Пак Чимин». Прохлада комнаты ещё раз проходит по оголенному телу, заставляя мурашей маленькими лапками расползаться вдоль.       Он подбирает своё нижнее белье и подцепляет брюки, надевая их не спеша, ещё раз оглядывая комнату на наличие каких-либо вещей. Чимин обходит кровать, обращает внимание на что-то блестящее между тумбочкой и панорамным окном. Из окна открывается вид на небольшой фонтан, около которого посажены декоративные кусты в виде лабиринта, а статуя среднего размера так и голосит о излишестве.       — Какой же пафос, — Негромко говорит Чимин, подбирая вещь в виде кольца, на котором выгравировано маленькими буквами «Джонхван», обдумывая ситуация, предполагает, что перстень никак не может принадлежать хозяевам дома. Считает более вероятным то, что парень, с которым Пак переспал, обронил побрякушку этой ночью.       Он кладёт его в карман, обещая подумать об этом позже.       Хочет дать себе подзатыльник за то, что успел надумать себе всякого. Действительно, зачем здесь быть Мину, в особенности, осознавая опасность такого поступка, да и тот сейчас, вероятнее всего, зол. Чимин иногда начинает забывать о имеющейся популярности этого парня; в голову звоном колокольчика приходит ещё один вопрос: «А сколько ему вообще лет?».       Мин Юнги — это сплошная книга заклинаний Хогвартса, если ты не волшебник, то никогда не разберёшь значение каждого. Компания или сам Мин этого пожелал, но информации о настоящей личности исполнителя было мало, возможно, это всё пиар-ход компании, манипулирующая любопытством фанатов, подогревая интерес неизвестностью.       Если бы не череда удивительных совпадений и случайных встреч, Пак не знал бы даже имени.       Дальше, не задерживаясь, он накинул на себя молочный пуловер и схватил кожаную куртку, двигаясь на выход из комнаты, выделенной ему вчерашним вечером именинником. Хотя навряд ли он спрашивал разрешения, в большинстве комнат сейчас люди, получившие этой ночью единоразовый перепих.       Комната находилась на первом этаже, поэтому пройдя небольшой коридор, выходит парень прямо в гостиную, которая так и кричит о глобальном мероприятии этой ночи, ушедшая в убыток от студентов. Огромный холл комнаты, мягко говоря, был засран, множество стаканчиков в хаотичном порядке были разбросаны по полу; жестяные банки пива стояли небольшой пирамидой на столе и хаосом валялись подле; помимо строения, сделанного неудачным архитектором, на столе также валялись пакетики с порошком, стоит предположить — кокаином, потому что его остатки были у краёв стола, где также лежали кредитные карты, помогающие построить линии наркотических дорожек.       Кроме мусора, по всему холлу в свой черёд спали ещё студенты, обнимающие бутылки с алкоголем. В зале стоял отвратительный запах алкоголя, смешанный с приторными добавками вейпа, ну и в дополнение неприятными отходами из чьих-то организмов, перебравших, по всей видимости, с алкоголем.       Чимин проходит кладбище полуживых тел, направляясь к выходу из дома, чтобы проветрить свою туманную голову, и запинается об ногу девушки, которая спала в сидячем положении, та морщится и стонет, но глаза так и не открывает. Преодолев полосу препятствий, он, наконец, выходит на улицу, где морозный воздух иголочками вонзается во всё его тело. Пак обращает внимание на шум сбоку от него, прикрывая двери в дом, он встречается глазами с Чонгуком, который зажимает в пальцах сигарету.       — Тоже не спиться? — Спрашивает третьекурсник, затягиваясь едким сигаретным дымом, редко вздрагивая от пробирающего ветра. Нос у парня уже покраснел от холода, от чего выдавало его долгое пребывание на улице.       — Да, — Кивает Пак, натягивая курточку, — Как прошёл убойный вечер? — Интересуется Чимин.       Чон докуривает сигарету и тушит в пепельнице, но тут же достаёт из заднего кармана пачку, вытягивая ещё парочку.       — Будешь? — Спрашивает Чонгук, протягивая одну. Пак принимает благодарно, обхватывая губами и поджигая конец Чоновой зажигалкой, — Кажется, мы переспали с Тэхёном этой ночью, — Он давится дымом, начиная откашливать неприятную горечь во рту и стреляет глазами в право.       — Ты всё-таки бисексуален?       — Не знаю, мне нравятся девушки, некоторых парней я просто могу считать привлекательными, но ничего больше? — Говорит Чон, отгораживаясь от ветра, и закуривая ещё одну никотиновую палочку.       — Чонгук, какого хрена? Он мой друг, — Шипит Чимин, вонзаясь взбешённым взглядом в крепкую фигуру.       — Я понимаю, окей? Поэтому сейчас тебе об этом и говорю, я не хочу этой ошибкой портить ему жизнь и себе, — Чимин смотрит на младшекурсника, как на умственно отсталого, сдерживая гулкий порыв покрыть человека матом, размазывая при этом его лицо об асфальт. — Он красивый, — Задумчиво тянет парень, выпуская клубок дыма, — Я в этом месяце дебютирую, понимаешь? Я никогда не осмелюсь на такие отношения, поэтому пусть это останется между нами, — Договаривает Чон.       Пак докуривает сигарету, бросая окурок в пепельницу, попутно плотно сжимая челюсти, пытаясь унять раздражение. В этот момент входная дверь дома вновь открывается и выпускает двух парней. Тэхён выходит из проёма, поворачивая голову в бок, поджимает губы, оглядывая двух парней, стоящих около переполненной пепельницы.       — Отлично, ты не пойдёшь отсюда пешком, — Парень отворачивается и идёт дальше, направляясь к машине. Хосок, выглядевший максимально убито, зевает и приглаживает ладонью волосы.       — Этот бешенный разбудил меня и сказал, что хочет домой, — Парень потирает глаза, наблюдая за пятками Кима, ускакавшие с горизонта видимости. — Чимин, давай в темпе вальса, спать хочу, что пиздец.       Пак вздыхает и переводит взгляд на Чона.       — Он мой лучший друг, держись от него подальше.       Чонгук остаётся стоять на крыльце, докуривая сигарету, а друзья покидают загородный дом их общего знакомого.       Находясь уже в автомобиле, мчась по трассе в сторону Сеулу, Чимин не выдерживает и поворачивается с переднего сиденья на заднее, открывая рот для продолжительной террады, но встретившись с нахмуренным взглядом, прикрывает.       Но не надолго.       — Ким Тэхён, когда я говорил на счёт того, чтобы отдаться во все тяжкие, я не просил прыгать в постель мать твою к Чонгуку, — Прикрикивает Пак, ловя на себе возмущенный взгляд. Хосок же от шока дёргает рулём в право, скрипя шинами, сворачивая на обочину и оборачиваясь к Киму.       — Ещё один опидарасился, не дай бог и мне на эту тропу лютую свернуть, — Восклицает Хосок.       — Если ты сейчас же не заткнёшься, то я трахну тебя палкой, Хосок! — Возмущается Ким.       — А ну заткнулись! — Орёт Пак на весь салон, — Поздравляю ты открыл маску клоуна и пидораса, но что будешь с этим делать? — Интересуется он, глядя на друга.       — Ради паршивого Дьявола, что вы несёте, — Тэхён прикрывает лицо ладонями, отворачиваясь к окну.       — Ну и хрен с ним, чище воздух! Ты только вены не режь из-за несчастной любви, окей? — Говорит Хосок, потирая подбородок, — Матушка недавно скинула пост в инстаграмме, где девушка сбросилась с двадцатого этажа из-за того, что ей отказали, мужики — это не главное, Тэхён, понимаешь? — Хосок сидит с лицом, будто сам Сократ сказанул.       — Выжарки кошачьи, мы не трахались, блять! — Сейчас уже кричит Ким на весь салон, из глаз его стрелы вылетают огненными линиями.       — Почему? — Спрашивает Чимин. — То есть, о правда?       — Как не спали? — Интересуется Хосок.       — Он надрался в щщи вчера, сукин сын недоёбанный начал лезть ко мне, я ему начал объяснять всё по понятиям пацанским, а тот взял и во время этого блеванул на меня, — Морщится Тэхён от воспоминаний, — урод, всю одежду мне загадил! Я его отвёл в одну из комнат, уложил, а сам пошёл шмотки стирать, поэтому так вышло, что я в трусах уснул вместе с ним! Не знаю какую он разыграл драму, но не пидорас я, не пидорас!       Чимин смотрит, прищурившись на друга, проводя логическую цепочку у себя в голове, называемая «Кто в этой ситуации пиздабол».       — Так, ладно, господа-пидоры, поехали домой, — Хосок отворачивается и выруливает с обочины, продолжая движение по трассе.       Машина погружается в тишину, лишь усыпляющий звук движения разрезает немое спокойствие, спустя некоторое время Пак не выдерживает и прикрывает веки, засыпая.       Небольшое шуршание и приглушённые голоса выводят его из дремоты; Чон, припарковавшись уже около комплекса Чимина, разговаривал с Тэхёном на улице. Выходя из машины, холодный промёрзлый ветер пробирает с головы до пят, обволакивая в кокон из леденящего воздуха; листья, что летят бурным потоком с деревьев, осенним шуршанием переговариваются о приближающихся зимних днях.       Пак прощается с друзьями, проговорив: «Увидимся в понедельник».       Заходит он в квартиру, скидывая с себя курточку и падая на диван; включает телевизор на развлекательном канале, на котором идёт прямая трансляция развлекательного шоу. Чимин идёт за газировкой и пачкой чипсов, вскрыв упаковку, забрасывает горсть в рот. Телешоу уже подходит к концу, смотреть его — бессмысленная задача, из-за чего пока он дожидался следующей программы, успел сходить в душ и переодеться в домашнюю одежду.       Закончив приводить себя в порядок, Чимин вновь забрался на диван, телешоу закончилось и начались новости развлекательной индустрии. Ведущая перечислила какие темы будут затронуты сегодня и самая первая тема, которую она осветила это «Интервью с Agust D — о его карьере, планах на будущее и новом альбоме». Молодая женщина увлекательно рассказывала о успехах популярного артиста и про безумный ажиотаж вокруг последнего альбома. Она отходит от экрана, который находился позади неё и там появляется картинка интервьюера и рэпера.       — Добрый день, мы рады, что вы согласились ответить на некоторые наши вопросы, — Радостно говорит ведущий, — Мы бы хотели знать, почему именно этот альбом получил такую высокую цифру во всех его аспектах, цифровые и физические продажи, а также первая строка во многих номинациях, в чём его секрет?       — Тут нет никакого секрета, в этот альбом, как и во все другие — я вложил душу и сердце. Но хочу отметить, что в этом альбоме затронуто больше жизни, обыденные вещи, у которых есть несколько сторон.       — Скажем нет романтизации? — Посмеивается ведущий. — В этом альбоме, вы открыто раскрыли тему депрессии и других проблемах. Вы прошли через это, как вы сейчас?       — У меня было безусловно такое время, когда я задумывался о плохих вещах, казалось, будто весь мир рухнул. Сейчас мне комфортно, и я чувствую себя хорошо, но все эти негативные эмоции приходят и уходят. Это почти как холодная погода. Она может возвращаться в цикле. Но когда я слышу, как люди говорят, что когда они слушают мою музыку, чувствуют себя комфортно и утешаются текстами, в которых я выражаю свои эмоции, я чувствую себя очень хорошо. Это очень обнадёживает. Я думаю, что никому эти эмоции не нужно скрывать. Их нужно обсуждать и выражать. Какие бы эмоции я ни испытывал, я готов выразить их сейчас.       — Мне нравится песня «First Love», в которой вы рассказываете о своём раннем увлечении фортепиано и музыкой. Тексты предполагают, что ваша любовь к музыке также является источником мучений. Что тогда происходило?       — Когда я работал над «First Love», я хотел выразить смесь разных эмоций, потому что первая любовь — это не всё хорошее, но есть ещё и грустные вещи. Итак, я разговаривал с мистером Баном о том, как связать метафору первой любви с первым моментом моего знакомства с музыкой. Затем я хотел показать эмоции, которые вы переживаете.       — Многие прониклись чувствами, вложенными в строки песен. Появились сомнения, невозможно написать о такой боли, не испытав её однажды. Ваша первая любовь закончилась не очень хорошо?       Чимин застыл с набитым ртом и грязной рукой от чипсов, буквально перестал дышать, дожидаясь ответа. Смог прочитать секундную растерянность на лице Юнги, но тот быстро взял себя в руки, улыбнувшись на слова интервьюера.       — Я не особо хочу это обсуждать, давайте вернёмся к альбому.       Пак на эти слова буквально вскидывает руки, матерясь с набитым ртом.       — Невозмутимая скала! — Бурчит Чимин, кидая одинокую чипсу в телевизор.       Дальше молодой интервьюер расспрашивал о дальнейших планах, ответ на вопрос вышел простой — «Продвижение альбома»; спросил правдивы ли слухи о переезде, на что получил утвердительный кивок; также Чимин узнал о нынешних ценностях рэпера, в которые он внёс слово «Счастье», как самое главное. — Я понял, что материальные вещи больше не доставляют мне большого удовлетворения. Вот почему теперь я пытаюсь найти счастье даже в мелочах.       Когда интервью закончилось, а ведущая, появившаяся на экране телевизора продолжила вещать о других, не менее важных артистах, Пак обратил внимание на календарь, расположенный около телевизора, в котором было обведено красным число.       «28 ноября — начало зимней сессии», да начнётся Ад и поклонение всему святому.       Валяясь на кровати, он вспомнил про кольцо и пообещал расспросить свой поток о студенте, хочется вернуть безделушку хозяину. Попытаться порыться в глубинах своего подсознания он даже не пытался, после травки у него всегда пробел в памяти, никогда не мог понять хорошо это или плохо. Каждый раз он надеется лишь на то, что человек, с которым он потрахался в неадеквате — красавчик или хотя бы милый.       Схватив телефон, он хотел поговорить немного с Юнги, но зайдя в их диалог, нежданно и явно уж негаданно, он ахринел, когда увидел, что его внесли в чёрный список контактов.       — Какого хуя, — Пак хмурит брови, разглядывая нижнее подчеркивание красным, где ярким пятном мигает надпись «Вы не можете отправлять сообщения».       — Здравствуй, мама, я блять Санта, с пасхой нахуй поздравляю, Христос Воскрес я вам желаю, — Хмуро произносит Пак, — Он ебанулся? Я же буквально нихрена не сделал?       Чимин в полном здравии и уме, но буквально утром он ещё не был в чёрном списке. Отбросив телефон, он смотрит в потолок, тяжело вздыхая. Теперь уж точно они неизвестно когда смогут пересечься, началось продвижение альбома, а значит — полная занятость артиста, а следом сессия у Чимина, в которую он из библиотеки и дома вылазит только в случае экстренной необходимости.       — С наступающим днём клоуна, Пак Чимин.       Гневное сообщение не отправить, мерзкие подкаты не протестить, опять придётся трансляции засорять, думает Чимин, погружаясь в сон.

***

      — Последний билет, ответите на него поставлю отлично в зачёт.       Проговаривает преподаватель, а Чимин клянётся всем богам, что сейчас отключится. Две недели усердной подготовки и неделя экзаменационной сессии, у него вместо глаз — коды, а вместо мозга — процессор, который перегружен до невозможности.       За дверью в аудиторию ещё свыше пятидесяти человек стоят и ждут свою очередь, с мешками под глазами, тухлым видом и ненавистью к этой дисциплине. Те, кто были до Чимина, выходили или с диким рёвом, или с благополучной «удовлетворительно» в зачёте.       У Чимина за душой «Синдром отличника», поэтому он готов лечь под этого старого, невыносимого хрыща, чтобы получить «отлично». Последний билет, в котором он не должен проебаться, звучит, как вызывание самого Дьявола для его грешной души.       — Внешние интерфейсы компьютера. Последовательные и параллельные порты. Последовательный порт стандарта RS-232: назначение, структура кадра данных, структура разъемов. Параллельный порт ПК: назначение и структура разъемов.       Если честно, он даже сам себя не слышит, в ушах звон, в желудке годовая норма кофеина и энергетиков, зато в его синей зачётке грёбанное «Отлично»       Выходя из аудитории, студенты налетают на него, как коршуны с вопросом — «Ну и как?», а отвечать ему прикажите что, его три недели морально, коллекцией marvel клянётся, физически — тоже, выебала учёба. Каждые полгода он от сессии отходит ещё столько же, только в себя придёт, а там на пороге его снова поджидает хуйня, махая ручками, с надписью «Добро пожаловать».       Теоретический экзамен для него всегда был Преисподней, а вот практический — отдыхом, он практик, а не теоретик, к сожалению.       Следующий мученик — это Хан Херим, обычно настроенная на всё с позитивом, являющаяся местной заводилой, но сейчас выглядевшая, как труп с районного похоронного бюро, восставший из мёртвых. На голове растрёпанная гулька, сделанная на скорую руку, впалые щёки и злобный взгляд.       Пак вздрагивает, окрещивает аудиторию и двигает в сторону Тэхёна, который стоит с таким же максимально заёбанным видом; на голове миленький маленький хвостик, в который убрана чёлка, а одежда «Я великий и слепой, ничего не вижу, вам показалось», растянутая футболка с надписью «Nirvana» и серые спортивные штаны с пятном, по всей видимости, от кока-колы, на ногах шлёпки, а поверх дутая курточка ядерного зелёного цвета, от которой в глазах рябит.       Все дома мод, посмотрев на Кима, подпишут петицию о его удалении из жизни или уйдут из жизни сами, скрестив руки на груди и попросив плотнее заколотить гроб, чтобы наверняка.       — Это был последний, я никогда ещё так не радовался концу сессии, — Стонет Ким, беря с подоконника бутылку энергетика, выпивая остатки.       — Братан, нам ещё дипломную работу писать, осталось полгода, а я даже тему не выбрал, — Хмуро говорит Пак, присаживаясь на белый подоконник, осматривая людей за окном.       Не так давно в Корее выпал первый снег, который Чимин не заметил бы, если бы не весёлые возгласы людей, проходящие мимо него, пока он по все гланды сосался с учебником, уткнувшись в множество непонятных с виду слов.       — Давай подумаем об этом после каникул, дедушка для нас уже самогон отложил! — Весело восклицает Тэхён, улыбаясь во все тридцать два квадратной улыбкой.       «Губка бог несчастной выдержки, я хочу просто спать» — Стонет Чимин у себя в голове, но знает отвертеться не получится. Тэхён слишком любит деда, а Чимин самогон, если собой ещё пару косяков захватить, то не жизнь, а сказка.       Тэхён цепляется взглядом за спину Пака, удерживая опасный прищур, на что Чимин следует за ним же, вглядываясь в предмет, изменивший выражение на лице друга. Собственно, за окном третьекурсник собственной персоной, воркующий с одной из первокурсниц их специальности, Пак закатывает глаза.       Иногда он сомневается в правдивости слов Тэхёна, правда ли ничего не было, реагирует странно, да и ведёт себя, как жена ревнивая. В любом случае, он в чужую постель не лезет, да и советы давать бессмысленно, придерживается позиции, что и Чон — не стоит портить друг другу жизнь.       — Ты сталкеришь, — Хмыкает Пак.       — Ничего не сталкерю, он меня просто бесит.       — Ага, тогда я встречаюсь с Селеной Гомез.       — Ты гей, — Переводит Тэхён взгляд на Чимина.       — Она секси, — Вторит Пак, улыбаясь.       — Может тоже татуировку сделать? — Задумчиво спрашивает Ким, поглядывая на свои руки.       — Сделай, — Кивает Пак, — Хуй на лбу набей.       — Да иди нахуй, я серьёзно.       — Я тоже, обдумай хорошо, а потом уже и делай, — Мягко произносит Пак, похлопывая друга по плечу.       — А пирсинг?       — Сосков? — Ржёт Чимин, интересуясь.       Чимин понимает, что в Киме началась нездоровая фигня, он уверен, что тот не хочет этого делать, возможно, просто хочет привлечь внимание. Тэхён сам не уверен, что он делает, просто вкидывает спонтанные предложения, на которые, если говорить честно, навряд ли пойдёт.       — Языка, — думает Тэхён, — я в младших классах хотел проколоть язык, после того как увидел старшеклассницу с проколотым.       — Обдумай на каникулах, нам ещё Хосока уговаривать на поездку в деревню надо, так что погнали из этого душного места.       Покинув кампус универа, они шли на остановку, обдумывая план действий на каникулы, обсуждая экзамен и не затрагивая фанатскую мечту Чимина в виде холодного артиста, с которым, как Пак и предполагал, не виделся уже почти месяц.       Его, к слову, так и не разблокировали, чем он заслужил бан — не знает, но думать об этом не было сил, как и следить за его жизнью. Так что Пак понятия не имеет, что вообще происходит с Agust D, единственное, что делал так это слушал треки, расслабляя свой мозг после огромного количества информации.       Обладатель кольца так и не объявился, а в университете на слуху ни у кого нет даже подобного имени, поэтому он его просто засунул в коробку к свои аксесуарам и благополучно забыл о его существовании.       Чимин с Тэхёном договорились, что встретятся завтра в клубе у Хосока, уломать его на эту поездку стало главной задачей после закрытой экзаменационной сессии, а сегодня они проведут, наслаждаясь отличной компанией кузин: кровать и сон. Оба вымотались, что прыгай с обрыва.       Так они и разъехались по домам, воодушевившись дневным сном.       Когда Чимин плёлся домой, шаркая ногами по хрустящему снежному покрову, а в наушниках у него играли треки Юнги, он осознал, что в какой-то мере соскучился. Хотелка увидеть всплыла в голове неожиданно, но также неожиданно погасла, они как два полушария, которые никогда не пересекутся.       Подходя к подъезду, он увидел слишком знакомую машину, от чего потёр глаза, предполагая возможность галлюцинаций из-за отсутствия отдыха в последний месяц. Он не верующий, но опять хочет поклясться, что видел как когда-то из неё выходил артист. Чимин переводит взгляд на свой подъезд, а потом вновь на машину.       — Секундочку? — Пак поджимает губы, — Секундочки не хватит.       «Я явно свихнулся, Пак Чимин, иди проспись» — Мысленно говорит себе он, взбираясь по лестнице к подъезду, тащя за собой рюкзак, набитый учебниками и распечатками. Зайдя в подъезд, он облокотился на стену, дожидаясь лифта, который спускался с его этажа, открывающие створки выпустили двух мужчин, один из которых запнулся об ногу Пака почти улетев, если бы не человек рядом, придержавший его вовремя за локоть тот валялся бы на грязной плитке подъездного холла.       — Упс, мне не жаль, — Улыбаясь говорит Чимин, получая в ответ испепеляющий взгляд лисьих глаз, — это похоже не шутку, но какого хрена ты делал на моём этаже? — От улыбки и следа не остаётся.       — Я здесь живу, придурок низкорослый, — Фыркает рэпер, максимально пытаясь не выдать своего удивления.       — От гнома слышу, — Закатывает глаза Пак, — Я бы с тобой конечно ещё пообщался, но тебе я предпочту компанию моей дорогой кровати, чао.       Сказал Пак и зашёл в лифт.       Менеджер, именуемый Сокджином стоял с лицом «Не хватает пива и чипсов»       Чимин, стоя в лифте, пытался переварить информацию и осознать тот факт, что два месяца он жил на одной лестничной площадке с мать вашу Agust D, ни о чём не подозревая.       Судьбы не существует говорили ему, на это Пак готов ответить — «Пососи мой хуй».

***

Мы ещё повесим наши ботинки на звёзды, так и знай. Стивен Кинг «Длинный путь»