L:аmour toujour

      Парни взбалмошно собрались, за пару дней собрали сумки и двинули на колёсах Хосока в деревню к деду Киму. Тот их в свою очередь ждал с распростёртыми объятиями, настаивая градус самогона до высшего уровня, сравнимого с дорогим немецким коньяком.       Хосока пришлось уговаривать невыносимых три дня, упёрся рогами, хотя по знаку зодиака водолей. Выдвигали самые мерзкие, но некоторые даже были ничего так аргументы «Почему стоит поехать в деревню».       Ким Тэхён на этот случай даже сделал презентацию, проанализировал ситуацию, собрал все минусы и плюсы, умолчав конечно о «Уродских минусах», например, толчок на улице, но это и не важно, главное же отдохнуть хорошо. Лайк за старание Чимин поставил, но когда нашёл в одном слове несколько ошибок — удалил её нахрен и сказал не позориться.       На что тот вскликнул: «Я программист, а не лингвист, чухоблох!»       Чон согласился, но смотрел на это предложение с диким недоверием, на что Пак сказал: «Отказ делу не поможет, а вот самогон — да, приживёшься». Как итог Хосок растаял и даже предложил поехать на его машине, парни болванчиками закивали, ведь на автобусе из года в год ездить надоело, где ворчливые бабки, бубнящие себе под нос, расталкивали их огромными сумками в клетку по салону и помидорными плантациями, тыча в нос кустами на высадку.       Развалившись на заднем сидении машины, Чимин на чиле, на расслабоне затягивался электронной сигаретой, выпуская клубы пара, хихикая себе под нос, когда Тэхён тяжело вздыхал и взглядом побитого щенка смотрел на развлечения заднего сидения. Ему-то нельзя, он заменяет электронный навигатор, потому что эта система шальная долго не могла найти деревню, вбитую в запрос.       Долгие шесть часов, и они уже практически приближаются к пункту назначения: деревня находилась в пригороде города Сунчхон, прямо у подножья гор. Парни мчатся вдоль трассы по ухабистой дороге, меж тех самых заснеженных гор, вдоль высажены ёлки с елями, покрытые лёгким покровом снега. На улице значительно повечерело, а худая дорога была через чур пуста, не было видно даже редких машин, сплошное умиротворение.       Тэхёну вдруг на дурную голову пришла идея: дорога свободна, а его не сданный экзамен по вождению не означал, что он водить не может. Хосок, поддавшись на уговоры останавливает машину у обочины и меняется с Кимом местами, когда Чимин сидит сзади и сжимает свои булки, чувствуя, что ничего хорошего из этого не выйдет.       Как Богом чувствовал Пак, потому что у них началась гонка не на жизнь, а на смерть. Чимин, пока Тэхён вёл машину, поседел на пару волосков, а когда машина, виляя из стороны в сторону поехала по диагонали в кювет, он испустил духа с громким криком «Блять».       Хосок же сидел в полной прострации, не реагируя ни на какие звуки, казалось, он отошёл на тот свет, оставив после себя бренное тело, лишь руки, вцепившиеся в ручку на потолочной панеле автомобиля, говорили о присутствии в мире живых.        «Как замечательно» — Думает Чимин, открывая дверь и оценивая масштабы их прекрасного времяпровождения.       — Что за пиздец? — Выдыхает Хосок, наконец, отойдя от нахлынувшего на него шока.       «Это что за бесплатная карусель, блять?» — Орёт в себя Пак, улыбаясь, всем своим видом показывая, что всё под контролем. Он не психует, у него всё отлично, просто невероятно хорошо, поэтому он сейчас скалится. Вовсе не из-за того, что они позволили на глухой местности Тэхёну повести машину, вовсе нет.       И не из-за того, что Ким съехал в ёбаный кювет передней частью автомобиля, из-за чего сейчас без помощи кого-то не выбраться.       — Моя ласточка, ей плохо! — Кричит Чон, выбираясь с пассажирского сидения машины.       На улице всё запорошило снегом, из-за расположения деревни: вблизи к горам — снега здесь всегда было значительно больше, а температура бесспорно ниже той, что сейчас была в Сеуле; в тапочках не походишь, тут сразу валенки надевать. Тэхён прыгает на месте, сверкая красными щеками, в своей дурацкой шапке с бомбошкой и отпугивает волков ядерной курточкой.       Чимин, тяжело вздыхая, встает, уперев руки в бока и хмурится, в душе надеясь хотя бы на одну несчастную душу, которая бы решила в эту залупу на трёх козлах поехать, надеется на таких же бедных родственников. Тэхен говорил, что до деревни эта дорога единственная, так что ждём, надеемся и верим, успокаивал себя Чимин, наматывая круги вокруг себя.       Хосок ойкает и ахает, осматривая машину на степень повреждения, под нос бубнит, что больше никогда не даст Киму сесть за руль. На что тот агрессивно возмущается, перечисляя по пальцам, что сделал всё правильно, просто во всём виноват ветер, именно он. У чимина в голове истерия, они посреди глуши съехали в кювет, при том что уже начинает темнеть, а волки или же собаки лесные придают этой ситуации не самый радужный вид.       После чего Пак уже представляет, как его ничтожное тело разрывают дикие звери на куски.       На улице с особым усилием начинает дуть ветер, а с деревьев полетели снежные хлопья, приземляясь на их покрасневшие лица. Пак натягивает капюшон пуховика, почти закрывая глаза, потому что его шапка где-то глубоко в чемодане и суёт руки в карманы, заледеневшие от минусовой температуры.       — мы все умрём! — Выносит вердикт Пак, после тридцати минут прибывания на улице. — Нас съедят, — Всё продолжает нагнетать атмосферу Чимин. — Волки и медведи!       — Придурок, здесь нет медведей, — Хрипит Тэхён, переминаясь с ноги на ногу, вглядываясь в тьму ночной трассы.       — Моя малышка, папа не уберёг тебя, — Продолжает ныть Хосок, поглаживая холодный багажник автомобиля.       — Так значит волки есть?! — Пищит Пак, расширяя глаза. — Хороший тамада, Тэхён, и конкурсы интересные, например, какую часть моего тела сожрут в первую очередь! Я даже с Юнги не попрощаюсь, тут нет связи, блять.       — Да захлопнись, ты не умираешь, — Тэхён закатывает глаза, начиная вновь прыгать на месте, чтобы согреть конечности. — Да и вообще, я думал, что у вас прошла любовь — завяли помидоры.       — Да схуяли, он просто уёбок.       — По мне так он просто бережёт своё личное пространство, — Задумчиво тянет Чон, облокачиваясь на машину.       Чимин же конечно им не рассказал о последних встречах, где они задели друг друга за больное, также умолчал про то, что живут они, как оказалось, в одном доме. А вот про чёрный список выложил со всей ему присущей эмоциональностью, перечисляя факты почему он придурок и мудак.       — Почему ты так паришься, просто будь дальше фанатом, который дрочит на него в тайне, зачем пытаться это менять, ваши отношения также маловероятны, как и то, что Тэхён однажды научится водить.       — Эй, ты ахуел, я прекрасный водитель.       На что парни одновременно, в один голос кричат громкое: «Нет!»       — Мне просто любопытно? Считай спортивным интересом.       — Псих, — Говорит Ким, мотая головой.       — Я не псих, это судьба, — Улыбается Пак на одну сторону, потому что искренне так считает.       Он бы задумался, чтобы бросить всё, но Юнги не тот человек, мимо которого он бы прошел на улице, оставив в памяти как обыкновенного прохожего. Юнги тот человек, с которым они пересеклись неожиданно, в самых непонятных обстоятельствах и до сих пор, потерпев разлад, сталкиваются лбами, мозоля друг другу глаза.       Они, чёрт возьми, живут на одном этаже, это ли не судьба       Им просто надо больше времени, чтобы привыкнуть к той мысли, что их встречи неизбежны, что они оба — не такие, визуальная картина отличается от их внутреннего состояния души, они — другие, потому что бояться показать свою плохую сторону.       — Быть влюблённым, как фанат в своего кумира — одно, но любить человека — другое, что если ты доиграешься и влюбишься, искренне полюбишь его, что будешь делать? — Интересуется Хосок.       Полюбить невыносимого и вечно недовольного Мин Юнги, а не идеального Agust D возможно? Пак не скрывает, что Мин в его вкусе, но о чём-то большем особо не задумывался. Он устремляет взгляд вверх, вспоминая слова Чонгука «Если ты всё это делаешь по приколу, то сразу можешь пройти мимо. Юнги сложный человек, с ним не будет легко и весело»       Возможно, он не прав и ему действительно стоило бы остановиться здесь и сейчас, но что делать, если он уже не может.       — Я смогу справиться со своей любовью, я много раз проходил через это.       — А если это будет взаимно? Отношения с айдолом, как тебе? Ты же об этом всегда мечтал.       — Не думаю, что я потяну их, точнее навряд ли буду соответствовать требованиям, которые идут в комплекте.       «Правда»       — Почему бы тогда не бросить всё это, зачем продолжаешь, — Невзначай интересуется Тэхён, пряча нос в болоньевую курточку.       — Хули нет, если да?       — Информативно, — Закатывает глаза Хосок и пищит сиреной, когда видит вдалеке свет от машинных фар.       Старенькая Hyundai Accent едет со скоростью улитки, а вот красный цвет легковушки Пак разглядел даже за пару километров от них. Парни, что уже отчаялись, начали прыгать на месте, махая руками из стороны в сторону, лишь Чимин — адекватная душа, закатил глаза и выставил руку, подняв палец к верху, переминаясь с ноги на ногу, пальцы знатно онемели.       Сейчас бы горячий душ принять, а не вот это вот всё.       Каждый из них читал про себя матру: «Остановись, остановись» и «О, Боги! Он тормозит»       Машина тормозит у обочины и парни подбегают к водителю, дедушка в очках на них смотрит с улыбкой.       — Ребятня, вы чего тут стоите такие красивые, ночь на дворе, — Пожилой мужчина с глубокими морщинками выходит их салона автомобиля.       — Господин! Это дурак в кювет съехал, без вас никак! — Орёт Хосок.       — Я свиньям дедовским тебя скормлю, недоросль! — Пыхтит Ким, складывая руки на груди.       Дедушка смеется и подходит к съехавшей машине, снимает шапку, потирая седой затылок; на ногах того утепленные дутые ботинки, в которые заправлены брюки серого цвета, словно намокший асфальт; одет в чёрную выцветшую шубу, а на шее намотан тёплый шарф из шерсти. Мужчина располагал к себе по-отечески доброй улыбкой и лучиками, которые блистали в его глазах.       — Эх, молодёжь, ну вы даёте! Такая красотка и так с ней поступаете! — Цыкает дед, осматривая место происшествия. Хосок отталкивает Тэхёна от мужчины и цепляется к нему под руку, начиная осыпать обзывательствами ахриневшего Тэхёна, который в свою очередь хлопает глазами.       — Этот шлепок водит словно петух без головы, ну вы понимаете, да? Дерьмово, я к моей малышке со всей любовью, скажите, что вы ей поможете, она же у меня совсем слабенькая, заболеет ещё, на таком холоде стоит!       Чимин подходит к Тэхёну и хлопает его по плечу, наблюдая за картиной Репена «Чон Хосок и дед с акцентом»       — По-моему, он нашёл себе друга, — В итоге заключает Пак, складывая руки на груди, закатывая глаза от уже мелькающих слов из уст Чона про «Братан, братишка и крутой чел, мощный». С этим надо завязывать явно.       — Я дико извиняюсь, но машину-то вытащить поможете, — Встревает Пак.       — Ах, конечно, а ну, ребятня, ща я свой шланг притащу и мы вам её мигом достанем, только сзади толкайте ещё! А ты, Хосок, давай в свою, газовать будешь! — Чимин с Тэхёном замерли, открыв рот, всматриваясь в ехидную улыбку этого козла треклятого, который летящей походкой занырнул в авто.       — Во-первых, какого хрена? Во-вторых, какого хуя? Схуяли я должен заниматься этим, я вам блять эвакуатор что ли, да чтоб ещё раз я, да вы, — Шипит Пак, стреляя огненным шаром во всё это дерьмо, в которое они ввязались и идёт к переду автомобиля, чтоб подсобить.       Лучше бы на автобусе ехали, ей богу!       Никогда. Даже на чуть-чуть, даже если земля резко станет квадратной Ким Тэхён больше не сядет за руль. Не в эту смену!       Когда трос зацепили за оба автомобиля, все разошлись по своим позициям, как бы прискорбно это не звучало, но Чимин с Тэхёном с мрачными лицами, облокотились об капот, приготовившись толкать. Холодный снег засыпался им в обувь, из-за чего помимо имеющего обморожения ступней, добавилось ещё одно: щиколотки сковывало морозной яростью.       — Раз! Два! Три! Толкаем! — Кричит мужчина.       Тлен.       Парни с громкими криками начали толкать машину, упираясь ладонями в ледяной металл машины. Сам же автомобиль только чуть-чуть сдвинулся с места.       — А ну, парни, как бабы толкаете, давайте сильнее! — Кричит всё тот же дед, из-за чего Пак готов прям тут разрыдаться. Его жизнь явно не готовила к такому сюрпризу в канун новогодних праздников, вашу мать.       Мимолётные картинки его любимого турецкого сериала; тёплый плед и кружка горячего латте только добавляла уныния к его физиономии. А могло быть всё иначе, родись он с хорошей кармой, видимо в прошлой жизни императора прикончил и на него наложили проклятие «Перерождаясь стать немыслимым неудачником», хотя стоит поблагодарить и за то, что он не таракан.       — Я ненавижу тебя, Ким ссаный Тэхён, — Кричит Чимин, зажмуривая глаза. Они толкают машину и неожиданно Пак падает лицом в сугроб, почти рыдая в голос. Общими усилиями они смогли вытащить её из небольшого кювета и как итог: Ким стоит на коленях, уставший и заёбанный, а Чимин лежит лицом в сугробе, обмораживая его окончательно.       — Думаю, сегодня нам понадобится баня и много алкоголя, — Вздыхает Ким, поднимаясь с колен.       — Тебе ничего из этого не понадобится, — Сквозь зубы цедит Пак и поднимается на ноги, — потому что я убью тебя раньше, ублюдок! — Договаривает он и срывается с места, догоняя Тэхёна, чтобы отвесить ему пару мощных ударов.       — Чиминушка, дорогой, будь благоразумен! — Визжит девчонкой Тэхён на повышенных тонах, бегая от Пака вокруг Хосоковой машины.       — Да чтобы я ещё раз связался с тобой, шалашовка рублёвая! Живи теперь в страхе, потому что однажды я подгажу тебе так, что в этот же день пойдёшь в курятник с верёвкой и мылом, — Запыхавшись пыхтит Пак, сужая глаза.       — Напугал! — Закатывает глаза тот.       — У меня до сих пор осталось то самое видео, — Ехидно произносит Пак, наблюдая за округлившимися глазами друга, который в дополнение открывает рот, словно карась выброшенный на берег.       Видео, которое заснял Чимин в день их празднования выпускного. Они собрались выпуском, чтобы отметить конец школьных будней и поступление в университет. В тот день Пак практически не пил, живя своими собственными загонами, но вот Тэхён оторвался по полной, от чего пьяный вусмерть в кругу одноклассников поспорил на деньги, что сможет подрочить на Тора из вселенной «MARVEL».       Когда-то он пообещал удалить это видео, но сами понимаете, такое нельзя ни забывать, ни удалять. Показав на утро это видео Тэхёну, он сбежал домой и пару дней не выходил ни с кем на связь — было стыдно неимоверно.       На отснятом видеоматериале тот со спущенными штанами сидит на диване, вокруг кучка одноклассников и одноклассниц, визжащие и подбадривающие его, нелестные комментарии и самое главное — надрачивающий свой член Ким Тэхён, закатывающий глаза и в последствие бурно кончающий. Отвратительно-весёлая картина.       — Ты обещал его удалить! — Кричит Ким, вспыхивая.       — Я много чего обещал, но желаниям не суждено сбываться, мой дорогой друг, — Мило щебечет Пак, показывает язык и открывает дверь машины, садясь внутрь.       Ким заскакивает следом и поворачивается с переднего сидения на заднее, продолжая.       — Удали!       — Пошёл нахуй, — Вторит Пак, потирая руки.       — Козлина!       — Поцелуй меня в зад, дорогой! — Слащаво улыбается Чимин, проходясь языком по пухлым губам.       — Эм, чуваки, завязывайте свои гейские игры, мы едем? — Вставляет свои пять копеек Хосок, до этого наблюдающий за своими друзьяи.       — Да! — Одновременно визжат парни.       Мужчина, который им помог, пожелал удачи и счастливого пути. В тёплом салоне, вслушиваясь в умиротворенную тишину, парни уснули, лишь Чон продолжал ехать по предварительным наставлениям Тэхёна «Едь прямо, не прогадаешь!». Парень тяжело вздыхал, потому что за окном поднялась снежная буря. Множество ледяных кристаллов переплетались друг с другом, создавая плохую видимость, от чего затруднялось движение.       Ехать пришлось медленно, чтобы не угодить в аварию и не скатится по прошлому опыту куда-нибудь, не дай бог в кювет.

***

      Зима определённо является замечательным временем года, поистине волшебной она становилась тогда, когда на крышах домов ослепительно белым покровом ложился снег. Не столь белоснежный — располагался на земле, но вопреки всему атмосфера располагала к детскому восторгу. В вечернее время, улицы погрузившиеся во мрак, освещались только деревенскими домами, заснеженные дороги без значительного освещения казались сумрачными и пугающими. А тени, отбрасываемые деревенскими фонарями, расположенные на каждом доме, выглядели словно ночные монстры, вышедшие на прогулку.       Из-за снегопада луна исчезала за пасмурными ночными тучами, оставалось лишь гадать насколько бы ярко она светила сейчас. Улицы небольшой деревни были узкими, а дома шли друг за другом по периметру снежных гор, около домов бежала небольшая речушка, которая в особенно холодные зимы замерзала, покрывшись корочкой льда.       Вопреки всему, эта деревня была живой. Она не из тех сельских пунктов, которые стираются с лица земли, остаются заброшенными — нет. Днём жизнь бурлила особенно, а в ночи становилось тихо, никто не желал нарушать атмосферу покоя.       Зимой добираться до неё особенно сложно, но истина на лицо, именно зимой — это волшебное царство прекрасного. Тэхён нередко рассказывал, что в канун Рождества местность особенно наполнялась людьми, к старикам приезжали их дети, имеющие уже собственные семьи, к некоторым заявлялись по две, даже три семьи, от чего шум и гам наполнял каждый дом.       Территория деревушки небольшая, но чуть выше по улице, на небольшой возвышенности бросалась в глаза церковь, дорогу к ней прокладывала каменная ограда, которая двумя виляющими стенами протягивалась вплоть до тяжёлой двери церквушки. В рождество она была украшена особенно, да и сами владельцы домов не отставали, наряжать дома семьёй вошло в привычку.       Чимин мягко улыбается, воздух тут намного чище. Зимой они приезжают впервые, Тэхён на самом деле не хотел оставлять деда одного в этот праздник, в марте были похороны его бабушки, поэтому рождество дедушка отмечает один впервые. Отец Тэхёна ни за что бы не поехал, да и мать тоже.       — Внучата! — Раздается громкое на всю улицу, от чего эхом уносится куда-то вдоль дороги. Старик открывает калитку и гордой поступью вышагивает по заснеженной тропинке в тёплых уггах, которые опять же подарил ему Тэхён. Чимин считает на самом деле до чёртиков смешным, что его друг в самом деле старика за отца считает больше, чем родного, от которого сплошные упрёки и надменные издевательства.       Как однажды сказал его дед: «Родила же бабка урода безхребетного».       Обычно хреновое отношение к своим родителям идёт из детства, обиды и недопонимания портят отношения. Чимин наблюдает как дедушка сжимает в объятиях внука и радостно хлопает того по голове. Вопреки этому всему, никаких недопониманий не было, дедушка и бабушка растили сына в любви и заботе, позволяя слишком много. Именно в их ситуации, семя раздора взрастил сын, обтерев ноги об родного отца и мать, оставил их на произвол судьбы и даже не интересовался их здоровьем.       Когда умерла бабушка Кима, дедушка позвонил только внуку, а с сыном родным не связался. Лишь чуть позже Тэхён уведомил об этом своих родителей, получив в ответ лишь хмурый взгляд и тяжёлый вздох. Отец Тэхёна на похороны не приехал. Разобравшись с похоронами, дед съездил в город и единственным наследником его имущества стал Ким Тэхён.       — А ты чего стоишь, любитель мужских задниц, — Крикнул старик, вынув Чимина из вороха размышлений. Пак улыбнулся во все тридцать два и тоже шагнул в тёплые семейные объятия. Из-за того, что у деда Кима не осталось никого кроме них — молодых придурков, он был поистине счастлив их приезду.       Однажды они разговаривали об этом с Тэхёном, тот искренне поделился, что его мать стала жертвой обстоятельств, она была замужем за его отцом, который был полнейшим ублюдком воплоти. Благо он не распускал руки, распускал лишь язык, который мог действовать хуже рукоприкладства.       Освободившись от крепких объятий, дед взглянул за их спину, где стоял Хосок, разинув рот, явно ожидавший другого, на что Чимин хмыкнул.       «Ну ничего страшного, ты ещё просто в ведро ссать не ходил» — Про себя думает Пак, зевая. На улице почти доходило 12 ночи.       — А это что за придурок? — Спрашивает старик, почёсывая подбородок, — Неужели мужика нашёл! — Удивляется мужчина, прежде чем вздрогнуть от громкого крика.       — Да чтоб у меня член отсох! Я его сосиску об него сто раз обкручу, чем позволю себе засадить! — Кричит Хосок, сжимая булки. Дед хлопает глазами и хмурит брови, а потом хмыкает.       — Ты мне нравишься, айда я тебе погреб с самогоном и вином покажу, — Говорит тот, закидывая руку Хосоку на плечо, от чего ему приходится чуть согнуться — старик чуть ниже. Они уходят куда-то в глубь придомовой территории, оставляя опять же хлопать глазами Чимина и Тэхёна.       — А мне он погреб только на третий день знакомства показал, — Обиженно произносит Пак.       — Тебе не кажется, что он ладит с стариками лучше, чем с нами? — Задумчиво говорит Тэхён, — Может ему надо не в клубе работать, а в доме престарелых, поди там и любовь найдёт, — Хихикает он, представляя эту картину, от чего на лице Пака расползается ухмылка отвращения, когда он представляет какую-нибудь старушку за ручку с Хосоком.       — Фу блять, головой ударился? — Задаёт риторический вопрос Пак, мотая головой, пытаясь прогнать из свей головы представленную картину.       Они идут по тропинке к дому, закрывая после себя калитку и Чимин осматривается, вновь улыбаясь своим мыслям. Всё осталось точно также: сарай с оборудованием для огорода; амбар, в котором он однажды трахался с милым деревенским пацаном, располагаясь на втором этаже, где по сути лежало сено для животных, но это их ни капли не смущало; небольшой курятник, в котором сейчас нет кур; рядом с летним душем и туалетом стояла небольшая баня, за баней протягивался вновь забор, где и пробегала та самая речушка, которая на данный момент уже покрылась льдом.       — Чимин? — Негромко зовёт Тэхён, обращая на себя внимание.       — Спасибо, правда спасибо, что согласился, — Мнётся он, вздыхая, — когда я думаю о том, что дедушка мог остаться один, мне становится хреново. Он не заслужил этого, не заслужил всего этого дерьма от моих родителей, — Измученно заканчивает он.       Чимин слабо улыбается, поворачивает голову в его сторону и кладёт ладонь на его плечо, похлопывая. Пак его правда понимает, никто не заслуживает такого отношения. Стариков принято списывать со счетов, никто поистине не заботится о их чувствах.       — Порядок, я люблю твоего деда, — Мягко произносит он.       Чимин ещё раз оглядывает сумрачную территорию и приходит к выводу, что эта поездка может стать для него хорошим шансом для размышления.       Он явно предполагает, что на протяжении этих каникул будет пережёвывать свои мысли, разбираться со своей жизнью, но явно не ожидает, что итог окажется таким, что вокруг него развернётся любовная драма в двух актах.       Парни заходят в дом, снимают обувь и втягивают уже родной запах.       Чимин чувствует как из кухни пахнет жареной картошкой, а Хосок вовсю уже рассказывает о их приключениях по пути сюда, от чего когда они заходят с Кимом на кухню, где бутылка с самогоном уже раскупорена, на них срывается шквал криков.       — Ким Тэхён, верблюд плюгавый! Ты на кой чёрт за руль сел, давно по пятой точке не получал? Я тебе сейчас устрою порку похлеще чем на порно сайте, на который ты дрочил в детстве, а ну иди сюда, вошь сивая, БДСМ проворачивать будем! — Дед прихлопывает стопку самогона и встаёт в позицию, которая именуется «Пизда тебе, дружочек!».       — Дедушка… — Тэхён пятится назад, — Дед, давай договоримся! — Ещё шаг, — Пощади моих будущих детей! — Воет Ким, срываясь с места и убегает, за сегодня уже второй раз.       — Какие к гусям дети, да кто тебе несчастному даст-то! — Бежит за внуком старик, хватая веник.       Опять веник. Чимин хихикает, видимо гнать Тэхёна веником уже традиция.       — По факту, — Задумчиво говорит Хосок, непонятно когда успевший напиться, но лицо у него выглядело чутка охмелевшим.       Чимин выключает плиту, снимает с неё сковородку и кладёт её на стол, пока за окном семейная драка разворачивается. Они уплетают картошечку, чокаясь переменно стопками.       — Не ему дадут, так он даст, — Всё же поучительно говорит Чимин, продолжая слышать крики за окном про импотента несчастного.       — Спорим уже дал? — Хихикает Хосок.       — Да и спорить не надо, у этого придурка всё на лице написано, пидорас несчастный, — Вздыхает Пак. Они просто не лезут в это, если захочет, то сам расскажет.       Они сидели и выпивали в одиночестве, но чуть позже вернулись блудные родственники. Тэхён побитый, а дед довольной, улыбка в обе стороны растекалась, такая же как и у Тэхёна, к слову, квадратная такая, она у них по мужской линии передавалась.       Чуть позже они уже сидели пьяные, дедушка выл частушки с родным акцентом, а следом они с голыми задницами в баню побежали, злых духов прогонять. В итоге уснули только к утру, Тэхён с Хосоком на кровати, а Чимин бедным родственником на раскладушке, но довольный словно мартовский конь.

***

      Проснулся Пак с дикой головной болью, которую разрывало от чьих-то криков за окном. Продрав опухшие глаза, он начинает осознавать также и то, что кричат его имя.       — Какого хуя? — Задавать этот вопрос после очередной попойки видимо вошло в привычку. Только проснувшись, он совсем не понимал кто его звал, но в отголосках памяти этот голос казался знакомым. Мужской, но приторный.       — Чимин, придурок, выруби сирену, — Хрипит Тэхён низким голосом, кладя себе подушку на голову, чтобы заглушить крики.       — Чимин-а! — Вновь кто-то кричит его имя, от чего Пак только громче стонет.       «Да кто это блять такой» — воет в душе Чимин, но переборов себя, поднимается с твёрдой раскладушки и плетётся по холодному полу на выход с полузакрытыми глазами. Вчера он уснул в своей одежде, поэтому можно было не одеваться; он влез в пуховик и дедовские угги, дёрнул тяжёлую дверь и вышел на застеклённую террасу дома, из которой открыл ещё одну хлюпкую дверь, шагнув на крыльцо, где ему радостно махал парнишка.       Глаза Чимина в миг открылись.       — Дьявол, — Шипит Чимин, — Вонхёк.       Помните про амбарный секс, так вот он.       Только Пак не упомянул одну деталь, он уехал на следующий день в город; оставил пацана, не объяснив один нюанс: это был одноразовый перепих.       Пробная версия, бесплатный фрагмент, бесплатно, но некачественно.       Нет печальнее на свете, чем драма меж озабоченным козлом и оттраханной Джульеттой.