Богиня смерти. Мир Марвел

Над Асгардом восходил очередной рассвет. Сколько из них Хела видела — не перечислить. Да она, если честно, и не особо стремилась это делать. Сидя на вершине смотровой башни своего дворца и свесив вниз босые ноги, черноволосая богиня Смерти, наслаждалась прекрасными видами утреннего Асгарда. На вершину башни Хела поднималась когда хотела побыть одна и немного развеяться. Любуясь красотами асгардской природы, дочь Одина релаксировала. Хоть сейчас в Девяти мирах и не было каких-либо войн, но армия Асгарда не прекращала своих тренировок, и патрулирование границ всех Девяти миров было обязательным. Хела, являясь командующей всех легионов, время от времени проводила проверки подразделений на предмет готовности к отражению любой агрессии. В свободное время от своих обязанностей как в Асгарде, так и в Хельхейме, Хела ходила к Радужному мосту, чтобы следить за событиями в Девяти мирах, особое внимание богиня Смерти уделяла Мидгарду. После войны с йотунами и своего первого появления на Земле, Хела с большим интересом следила за развитием человечества. Богиня Смерти чувствовала, что в будущем люди сыграют свою роль в событиях, происходящих в Девяти мирах. Но своё мнение о перспективах мидгардцев дочь Одина предпочитала не высказывать, так как большинство асгардцев считали людей примитивными и недоразвитыми. И, хотя в данный момент это было правдой, в будущем ситуация обещала измениться. Страж Радужного моста, зная о интересе кронпринцессы к Мидгарду, предпочитал сохранять этот факт в тайне от Всеотца. Шло время, Тор и Локи росли, принцев стали подпускать к тренировкам с воинами легионов. Правда, Один не хотел, чтобы Хела присутствовала на этих занятиях. Потому тренировки и учёба двух принцев и проходили в столице. Но вот общение сестры и братьев правитель Асгарда запретить не мог, да и Фригга была против изоляции Тора и Локи от их старшей сестры. Когда Хела гуляла с ними, мальчики засыпали свою старшую сестру огромным количеством вопросов. Тора в основном интересовали истории, связанные с военными походами и разными битвами, Локи же интересовался магией. И Хела старалась отвечать на интересующие их вопросы. Местом для прогулок детей Одина (двух родных и одного приемного) служил огромный лесопарк в столице царства Вечности. Помимо историй, связанных с военными походами, Хела кратко рассказывала братьям об асгардской армии, в большей степени для Тора. Так как у старшего принца Асгарда с ранних лет обнаружился интерес и талант к военному ремеслу. На десятый день рождения Тора Один вручил ему Мьёльнир, который однажды изъял у своей дочери, но Хеле это было не важно. Она давно привыкла обходиться без молота, предпочитая свои парные клинки и магию. С течением времени двое братьев стали постепенно отдаляться друг от друга. У Тора появились свои друзья, с которыми сын Одина стал повсюду таскаться, а Локи был занят изучением магии под руководством Фригги по велению Одина, опасавшегося, что Хела может научить того опасным знаниям. Так что богине Смерти было запрещено чему-либо учить младшего принца. Зная о том, что Локи изучает магию, дружки Тора, да и он сам, всячески издевались над брюнетом, так как разделяли укоренившееся среди асгардцев мнение, что маги не имеют чести, поскольку сражаются не открыто, как обычные воины. Правда так в адрес командующей легионами Асгарда никто из дружков Тора не стал высказываться. И дело было не только в том, что Хелу чтили как величайшую воительницу в истории царства Вечности, но и в том, что никто не хотел злить богиню Смерти. Посидев ещё немного на вершине башни, черноволосая асгардка вскоре покинула своё укромное место. Спустившись по каменной лестнице, Хела покинула дворец, направившись на очередную прогулку по парку. Неспешно идя по тропинке, богиня Смерти наслаждалась тишиной и покоем. После окончания великого похода и войн с ледяными великанами Хела предпочитала проводить свободное время на природе, чтобы расслабиться. Присев на небольшую скамейку и слегка прикрыв глаза, дочь Одина стала медитировать. Перед её внутренним взором предстали многочисленные образы Мидгарда, как городов, так и разных континентов. Также Хела могла видеть неких лиц, большинство из которых являлись магами, но были образы и не волшебников. В такие моменты её выручала Смерть, тихо нашептывая нужную информацию о том, что Хела видела. Асгардка поняла, что это были отголоски её прошлой жизни, которые со временем постепенно исчезали. Углубившись в медитацию, дочь Одина сумела сохранить лишь часть этих образов, которые и обуславливали её тягу к жителям Мидгарда. Продолжая медитировать, Хела совершенно перестала следить за обстановкой, не заметив, что уже не была одна.  — Миледи, — вскоре раздался женский голос позади асгардки. Выйдя из медитации и обернувшись, дочь Одина увидела свою заместительницу из числа валькирий, светловолосую воительницу Кристиан. Она была не только замом Хелы, но и отвечала за тренировку девочек, которые пожелали связать свою судьбу со служением Асгарду. — В чём дело, Кристиан? — Тут такое дело, моя госпожа… — Да? — Одна из рекрутов прошла церемонию вступления в учебный легион и, согласно традициям, выбрала своего учителя. — Ну что же, передай тогда мои поздравления этому воину или воительнице… — Моя принцесса, рекрут выбрала Вас в качестве своего учителя, — ответила валькирия. — Вот как? Весьма смело и неожиданно с её стороны. Как зовут эту будущую воительницу? — Сиф из рода Аскольда. — Вот как? Весьма внезапно, — встав со скамейки, произнесла черноволосая асгардка. Помня о том генерале-участнике великого похода и сражений за Ванахейм, Хела удивилась иронии судьбы. Ведь он был активным соратником Одина, недолюбливая при этом его дочь. И то, что теперь представительница данного рода хочет учиться военному искусству у богини Смерти было весьма ироничным. — И что мне передать ей? — прервав затянувшееся молчание, обратилась к Хеле светловолосая валькирия. — Приведи её ко мне, во дворец, я хочу поговорить с ней, — обдумав сложившуюся ситуацию, произнесла Хела. — Как пожелаете, моя госпожа, — почтительно поклонившись черноволосой богине Смерти, ответила валькирия, после чего ушла в сторону столицы Асгарда. ******* Тем временем в центральном парке столицы царства Вечности неспешно прогуливалось несколько подростков. — Сиф, ты что, серьезно хочешь, чтобы твоей учительницей стала сама командующая легионами Асгарда? — идя рядом с Тором, обратился к своей подруге Фандралл. — Конечно. Для меня будет большой честью учиться у победительницы легионов Суртура, героини великого похода по Девяти мирам, — ответила единственная представительница женского пола в команде сына Одина. — Я бы на твоем месте, Сиф, не рассчитывал, что кронпринцесса согласится обучать тебя… — задумчиво произнес Огун. — И тем не менее, я думаю, что у меня есть шансы, — после недолгого молчания высказалась Сиф. Некоторое время подростки продолжали гулять по парку, пока не встретили валькирию Кристиан. — Сиф, мне нужно с тобой поговорить, — обратилась она к рекруту. Отойдя от своих друзей, девчонка направилась следом за валькирией. — Я передала твою просьбу командующей, — после недолгого молчания произнесла светловолосая валькирия. От нетерпения Сиф вся подобралась. — Что она ответила, леди Кристиан? — стараясь унять волнение, произнесла подруга Тора. — Завтра я отведу тебя во дворец Хелы, где командующая будет разговаривать с тобой лично. Надеюсь ты понимаешь, что кронпринцесса второго шанса не даст, потому постарайся показать себя с лучшей стороны. — Я понимаю, леди Кристиан. Я приложу все усилия, чтобы не опозориться перед командующей! — не в состоянии сдерживать волнение, воскликнула Сиф. После того, как светловолосая валькирия ушла, девочка в течение нескольких минут просто молча стояла и смотрела вдаль, не в силах поверить, что у неё завтра состоится встреча со своим кумиром. Читая хроники, посвященные великому походу по Девяти мирам, Сиф искренне восхищалась дочерью Всеотца, первой из воительниц Асгарда. ********** Сидя в позе лотоса, Хела, прикрыв глаза, медитировала. Делала это дочь Одина не только для того, чтобы успокоиться, но и просто чтобы поразмыслить над прошлыми событиями. Сейчас богиня Смерти вспоминала один случай, связанный с Мидгардом.

Флешбек

Норвегия 780 год нашей эры. После отражения нападения йотунов на Землю прошло несколько лет. Асгардцев некоторые народы считали богами, устроив культ в их честь. На обширной заснеженной равнине из яркого столба света появились две фигуры. В руках Одина находился специальный ларец, в котором находился ярко-синий куб. Следом за Всеотцом следовала высокая стройная девушка в тёмно-зелёной броне с плащом и рогатым шлемом на голове. — Я до сих пор считаю, что прятать Тессаракт в Мидгарде не лучшая идея. Я бы могла сокрыть его в своём царстве, как сделала с камнями Силы и Души, которые нашла во время своих странствий по Девяти мирам… — пыталась предложить разумное решение проблемы, связанной с сокрытием камня бесконечности, Хела. — Пусть камни Силы и Души остаются в Хельхейме, а другие должны находится в тех местах, где они и есть на данный момент. Тессеракт же будет надёжно спрятан в Мидгарде. Здесь никто не будет искать камень Космоса, — произнес Один.  — И всё же я считаю это безалаберным решением. Камень Бесконечности нельзя оставлять в руках смертных, пусть сейчас они и слабы, как в военном, так и в технологическом плане, про магию я вообще молчу. Пройдут века, прежде чем люди смогут хоть как-то приблизиться к уровню Асгарда, — высказалась Хела — С чего это тебя так интересуют люди? — продолжая идти по заснеженной равнине, спросил Один. — Рано или поздно смертные станут играть, пусть и небольшую по началу, но затем всё большую роль в Девяти мирах. Я чувствую это. И, когда люди станут более развитыми, чем сейчас, они смогут обратить Тессеракт себе на службу. И я почти уверена: это будет отнюдь не на благие цели. — Глупость. Люди никогда не смогут подчинить себе Тессеракт. — Но… — Я всё сказал. Камень Космоса останется на Земле, у одного моего доверенного лица. Можешь уходить, дочь моя. Твоё присутствие более не требуется. — Знаешь что, Отец, твоё упрямство в некоторых вещах может привести к довольно серьезным последствиям. И этот необдуманный шаг в отношении Тессаракта — как раз один из таких примеров. Когда смертные начнут пользоваться камнем в своих целях, не говори мне, что я тебя не предупреждала об этом, — высказавшись, Хела развернулась и молча ушла. «Твердолобый одноглазый старик», — мысленно высказалась асгардка перед тем, как покинуть Мидгард.

Конец флешбека

Выйдя из медитации, черноволосая девушка неспешно встала на ноги и молча направилась в сторону наблюдательной комнаты. Там Хела расположила специальный артефакт, при помощи которого могла следить за событиями в Мидгарде, чтобы часто не ходить к Радужному мосту. Богиня Смерти пристально следила за развитием человечества. Пока смертные не обнаружили Тессеракт, спрятанный в их мире. Впрочем, была пара камней Бесконечности, находившиеся на Земле, — камень Реальности, он же Эфир, и камень Времени. Они были хорошо скрыты. Если местонахождение первого даже Хела не смогла обнаружить, так как Эфир был спрятан в Мидгарде ещё задолго до её рождения, то второй камень богиня Смерти сумела вычислить: он находился у смертных магов. Обдумав ситуацию, асгардка в тайне от Одина спустилась на Землю и переговорила с местными магами по поводу камня Времени. Изначально она была настроена на то, чтобы забрать опасный артефакт у мидгардских чародеев, но после долгих бесед с лидерами магического ордена решила оставить камень в Мидгарде. Правда, с одним серьёзным НО: на камень Бесконечности Хела нанесла ряд защитных чар, которые должны были позволить взять камень в руки только тому, кто решил использовать артефакт ради защиты Мидгарда, а не ради своих корыстных амбиций. В противном же случае, маг, признанный недостойным, моментально сгорал в тёмно-зелёном пламени, едва коснувшись камня, так как чёрная душа не должна была владеть этим камнем. Перед тем, как покинуть Мидгард, Хела лично провела церемонию выбора хранителя камня времени. Осмотрев выбранных претендентов, дочь Одина остановила свой выбор на юной девушке из племени кельтов. Но прежде чем вручить ей камень, асгардка заставила волшебницу принести клятву, что она будет использовать артефакт только в благих целях и никогда не свяжется с Тёмным измерением. Как только мидгардская колдунья дала эту клятву, которую магия тотчас же зафиксировала, Хела передала новой хранительнице камень Времени. После чего богиня Смерти покинула Землю. Убедившись, что в Мидгарде дела идут нормально и камни Бесконечности, Тессеракт и камень Времени сокрыты от взоров обычных людей, Хела покинула комнату. Решив немного погулять перед тем, как валькирия приведёт к ней Сиф, Хела направилась в сторону парка. Стоит отметить, что с течением времени столица Асгарда серьёзно расширилась и теперь дворец Хелы входил в черту города. Углубившись в парк, девушка, тихо напевая одной ей известную песенку, мирно гуляла, пока не услышала вдали крики. Решив выяснить, в чём там дело, дочь Одина ускорила шаг и поспешила в ту сторону, откуда раздавались возгласы. Добравшись до нужного места, Хела увидела следующую картину. Двое её младших братьев, а также несколько других асгардцев, среди которых была и Сиф, устроили самый настоящий махач посередине парка. — Это что ещё такое?! — возмущённо высказалась черноволосая асгардка, когда увидела, что Локи, в ответ на действия Тора и его дружков, стал применять простейшие заклинания. Впрочем, и хулиганское поведение Тора и остальных подростков не осталось без внимания кронпринцессы. Заметив появившуюся дочь Одина, участники драки не сразу остановились, так что Хеле пришлось разнимать их. Парой довольно крепких подзатыльников богиня Смерти успокоила Тора и Локи, а остальных участников драки просто связала магическими веревками. — Вы что тут устроили? Я вас спрашиваю! — окинув молчавших участников драки цепким взглядом, обратилась к ним дочь Одина. Сидевшая чуть в стороне от Тора Сиф старалась не смотреть в сторону командующей легионами Асгарда. Юная асгардка понимала, что теперь, из-за участия в драке, шансов, что Хела захочет начать тренировать её, стало гораздо меньше. — Итак, я жду ответа, — скрестив руки на груди, произнесла черноволосая асгардка. — Сестра, понимаешь, Локи подстроил шутку по отношению к моей подруге Сиф, и я посчитал необходимым… — начал оправдываться Тор, но был прерван своей старшей сестрой. — И ты решил при помощи рукоприкладства разобраться с этим? Да ещё и друзей своих подключил. Нападение впятером на одного — уж очень благородно с твоей стороны, дорогой братец. Хотя то, что ты вступился за свою подругу, можно занести тебе в плюс, однако то, как ты это сделал, совершенно неприемлемо. Теперь что касается тебя, Сиф из рода Аскольда. Я весьма разочарована, что рекрут, которая подала прошение о личном ученичестве, решила участвовать в драке. И я бы закрыла глаза, если бы речь шла о потасовке один на один, но нападение впятером на одного?! Пожалуй, ученица, которая не имеет понятие о чести, мне не нужна. Так что твоё прошение о личном ученичестве я отклоняю. Что касается тебя, Локи. Магия призвана для более серьёзных вещей, чем шалости и издевательства над окружающими. А уж тем более применять её против юных асгардок — совершенно недопустимо. Будь моя воля, я бы так вас наказала, что никому мало не показалось, но, к сожалению, это не мне решать, — пока Хела говорила, участники драки понуро опустив головы, молча слушали речь кронпринцессы. — Значит так, следуйте за мной. Я отведу вас в царский дворец, где вам выберут наказание, — произнесла Хела и повела группу подростков в сторону главного дворцового комплекса Асгарда. Следуя за богиней Смерти, Тор, Локи и остальные хранили молчание.