Лунный свет

В поселении все были взбудоражены. Человек-наёмник здесь, спустя стольких лет, когда эльфы большими потерями смогли отстоять свои земли и не покориться стальным мужам и их напыщенным лордам. «Как слухи быстро распространяются!» — Айлин с лёгкой досадой наблюдала за суетившимся племенем, сидя перед Плакучей ивой, вертя в тонких ручках ромашку. День стоял солнечный, хоть и ветряный, поэтому эльфийка скрылась в жёлто-зелёных ветвях поникшего дерева. Вытянув маленькие ножки без обуви — в ней необходимости не было — она с удовольствием растянулась на земле, упираясь головой в ствол, начиная медленно вырывать лепестки ромашки, гадая. Острое личико Айлин выражало некую меланхолию — ей не нравилась ни идея с выдачей невест, ни вчерашний ночной инцидент. Для себя девушка отметила, что люди очень даже похожи на эльфов — конечно, не острыми ушами и естественной природной красотой — но сходства были. Хотя раньше они ей казались какими-то демонами и чудищами из сказок. Старая, как, наверно, сама их земля, шаманка Олдруина рассказывала детишкам про них такие страсти, что маленькая Айлин по ночам забиралась к сестре, отказываясь спать одна. «Любит, не любит, любит…» — Здравствуй, — эльф с отросшими почти до плеч волнистыми волосами цвета осенней листвы склонился над задумчивой девушкой, с интересом разглядывая ромашку в её руках. Его чуть пухлые губы тронула улыбка. — Привет, Айзек! — заметив лукавый взгляд эльфа, обращённый к её руке с зажатой в ней цветком, она поспешно убрала его, запомнив, что остановилась на слове «любит». — Как ты? — парень осторожно приземлился рядом, не спуская с эльфийки зелёных глаз. — Бывало и лучше, — Айлин кисло улыбнулась, но тут же перевела тему: — А ты как? Как Янтарь? — Блестяще. И я, и твой единорожек, — Айзек широко улыбнулся, показывая милые ямочки на пухлых щёчках. — А вот Нэн и Клоп плохо себя ведут. Так и не скажешь, что они единой крови. — Нэн — очень упрямая, сколько раз пыталась сесть на неё, так она меня своим рогом чуть не заколола. Клоп — буйный, беспокойный, в принципе такой же, как и его хозяин, — Айлин заговорщически подмигнула. — Кого же Нэн выберет? Мне с Клопом повезло, а тебе с Янтарём. — Да, — девушка поджала ноги и обняла себя за плечи — ветер стал холодней, даже очень холодным. Такая резкая перемена в ветре не понравилась эльфийке — ветер был, но вполне тёплым, а тут резко стал холодным, пронизывающим. Ветви ивы качались в такт ветру. — Как-то холодно, правда? — Айзек сам повёл плечами, а после придвинулся к своей собеседнице, беря её ладони и нежно растирая их. — Может, пойдём ко мне, выпьем зелёный чай с жасмином. Ты такой любишь, я знаю! — парень с лёгкой полуулыбкой наблюдал за смутившийся девушкой. Он придвинулся ещё ближе, вызывая её короткий вздох и опущенные глаза. Она была такой милой и… красивой для Айзека. Они дружили с самого детства, а познакомились они, когда Айзек гонял с мальчишками, пугая девчонок лягушками и жабами, наловленными из уже высохшего пруда. Девчонки все визжали, бегали от них, как угорелые, одна Айлин притихла за углом дома, наблюдая с умным и победным видом. Мальчик был внимателен, и через минуту он гонялся за ней, и даже кинул в неё лягушкой, но она была не в обиде. Айлин ему показалось довольно спокойной, в отличие от её сумасшедшей сестрицы, которая с годами стала ещё несноснее. Они проводили много времени вместе, и эльф убедился, что за этой безмятежностью и покорностью прячется сильная личность, просто ждущая своего момента. «Какая она всё-таки…» — кошачий взгляд парня немного помутнел. Перевёл взгляд с глаз на хорошие губки, потом на тоненькую шейку, затем на часто вздымающуюся грудь, которая хоть и была всегда скрыта в материях платьев, в отличие от той же Нимры, не скрывала её наличие. — Айзек… пойдём, — парень тут же тряхнул головой, отгоняя постыдное наваждение, беря её за руку и уводя. Айлин послушно шла за ним, и незаметно для него достала ромашку и посчитала количество лепестков. Последний лепесток выпал на «любит»… Ветер стал ещё порывистей.

***

— Так сколько родилось единорогов за эту весну, ты говоришь? — от холода Айлин давно выпила весь чай, туже кутаясь в вязаном пледе, предоставленный от Айзека. — Тринадцать! Представляешь? — парень заваривал ещё чай, попутно общаясь с подругой. — За пять лет это самый плодовитое потомство получилось! Отец тоже рад. — Это прекрасно! — эльфийка действительно была рада за друга и его отца — они были хорошими эльфами, всегда помогали племени, хоть её отцу не нравится их взаимная и всё больше заметная симпатия. — Кстати, — эльф повернулся к спутнице с двумя деревянными кружками чая. От чая исходил аромат жасмина и прочих пряностей, что делало его изумительным. — Что теперь сделают с человеком? Эльфийка задумалась. Зная отца, она думала, что вряд ли он пожалеет преступника — скорее всего, просто сотрут память и изгонят. Публичные убийства, казни — всё это не для эльфов. — Тебе, наверно, неприятно об этом говорить? — поставив кружки, Айзек подошёл к девушке и вытащил её руку из-под пледа, крепко сжимая. — Надеюсь, больше такого не повторится! — Я тоже, — Айлин рассеяно улыбнулась, косясь на всё более активное поглаживание парня. — Айзек… — она смущённо подняла на него глаза и встретила его — зелёные-зелёные, такие яркие, со странным блеском в зрачках. Тут эльф резко опустился на колени, около её ног, но так, чтобы лицо было на уровне с его, и поцеловал, нежно водя ладонями по её рукам. Айлин не отстранилась, зависнув на секунду, но тут высвободила руки и мягко надавила тому на грудь. — Не надо… — Айлин сидела красная, как мак, впрочем, как и Айзек. Он так и продолжал сидеть у её ног, но тут он вдруг опустил голову на её колени и громко выдохнул. — Ну почему? — интонация парня не предвещала ничего хорошего, обычно звонкий и довольно певчий голос стал злым и колючим. — Почему ты не можешь быть моей из-за положения? Может я и простачок, но я не глуп! — девушка сидела неподвижно. — Завтра я подарю тебе священную лилию, и мы сможем быть вместе! Я же нравлюсь тебе. «О-о, милый, милый Айзек!» — Почему ты молчишь? — эльф выпрямился и требовательно сжал подлокотники кресла, нависая над ней, как коршун. — Я… я не нравлюсь тебе? — Нравишься, конечно! — откликнулась тут же Айлин. — Просто я не знаю. — Что не знаешь? — злые нотки в голосе Айзека начинали потихоньку угасать. — Просто мне не нравится сама по себе идея выданья невест. Это как-то… дико, — вздохнув, она произнесла: — Айзек, пожалуйста, давай не будем до завтра об этом говорить? — поборов смущение, эльфийка провела тонкой, маленькой ладошкой по его загорелой щёчке. — Конечно, — оставив короткий поцелуй на её запястье, Айзек всё же подал кружки с чаем, и даже дал девушке ватрушку.

***

«Ну и что это было? Все просто сошли с ума!» — негодовала Айлин, пытаясь сделать хоть набросок открытого перед ней пейзажа. Всё уже давно расцвело, повсюду зелень, пёстрые цветы, да и ветер угомонился наконец-то. Сейчас Айлин, вернувшись к иве, удобно устроилась в её ветвях, скрываясь от посторонних и весьма любопытных глаз, с маленьким альбомов из сыромятной, светлой кожи и куском старого карандаша. Конечно, наиболее старые и взрослые женщины осуждали её — мол, уже такая взрослая девушка, пора бы и под венец и принести пользу в развитие их племени, а она всё рисует. И всё-таки Айлин любили в племени не только за то, что она дочь верховного друида и вожака племени, но и за безотказную помощь, если обратиться, и доброту, конечно. Нимра пользовалась меньшей любовью… по крайней мере, у прекрасной половины племени. — Вот ты где! — как обычно Нимра подобралась незаметно к сестре и напугала. — Нимра, дурочка! — старшая сестра рассмеялась, плюхаясь рядом. — Пф-ф, опять ты рисуешь цветочки и ручеёк, моя малютка-сестричка. — А что мне с каждым встречным парнем флиртовать, как ты, сестричка? — Айлин смешно сморщила носик, тронутый небольшими веснушками. — Молодец! Скоро и разбивать мужские сердца начнёшь, как я! — старшая сестра девушки была довольна. «Какая она чудная, а! Откуда в ней столько страсти и флирта? Хотя с её внешностью и вечным вниманием от противоположного пола — это не так удивительно. Даже не знаю, хочется ли мне так? Я ведь и близость с Айзеком испугалась…» Айлин так сильно погрузилась в раздумья, что не заметила ни голос сестры, ни её щелчков пальцев. Очнулась она только, когда Нимра потянула её легонько за волосы. Оказалось, что два стражника прибежали и сообщили, что начали прибывать другие племена. Старшая сестра потянула младшую, и обе они направились встречать новоприбывших.

***

— А вот и вы! — несмотря на радостную интонацию, матушка девочек была недовольна. — Быстрее становитесь — надо приветствовать гостей, как подобает, — отец на девочек лишь коротко глянул, беря женщину под руку. Айлин чуть смутилась их холодности, но тут же собралась и встала рядом с Нимрой, а та с матушкой — по старшинству. К холодности родителей эльфийка давно привыкла, но понимала — каждый из них отвечал за любого члена племени; недавно девушка слышала из разговора нетрезвых стражников, что на всей их территории стали обнаруживать мёртвых диких зверей и пострадавших деревьев, и ни Старейшие энты, ни отец не знали в чём дело. И в разгар самых напастей появляются вдруг люди-наёмники… «Интересно, все ли племена приедут? В то лето не было винтеров», — думала Айлин, разглядывая свои босые ноги, но тут её толкнула локтем Нимра и, подняв голову, девушка увидела укоризненный взгляд матушки. Эльфийка чуть нахмурилась, но выпрямилась. Вдалеке послышался храп единорогов и шумные голоса. Подъезжали первые гости — афрорцы. Это был верховный король со своей дочерью и прочими приближёнными. Верховный король Тиеру правил довольно успешно на протяжении сорока пяти лет, и он успел доказать свою мудрость и решимость. Тиеру уже перешагнул сотый рубеж возраста, но выглядел ничуть не хуже отца Айлин и Нимры. Айлин также отметила, что зелёная корона — признак власти и мудрости — сделалась ещё больше, а усыпанные изумруды приятно радовали глаз своим сиянием на солнце. Позади короля ехали его дочка Мив и её суженный Сайдэн, мило переглядывающихся между собой. «Красивая пара!» — с некой грустью констатировала Айлин, рассматривая прекрасную принцессу со смолянистыми волосами и смуглой кожей, ну и Сайдэна — приятного юноши, довольно красивого, тоже чуть смуглого и темноволосого — чем-то даже на ворона смахивал. Нимра тут же выпрямилась, поправила шёлковое, жёлтое платье так, что пышная грудь чуть ли не вываливалась из довольно глубокого декольте. Айлин позволила себе усмехнуться — как бы её сестра не старалась бы, то ничего у неё всё равно не выйдет, ведь её распрекрасный Сайдэн не то что помолвлен с Мив, но и связан с ней неразрывной связью. Но вот старшая сестра это не понимала. Свита была малочисленна, хотя при положении короля не удивительно. В основном были солдаты. Опять же для безопасности. Как только король подошёл ближе, он тут же слез с единорога, такого волшебного, что было глаз не оторвать — грива была длинной, развивающейся, и выглядела, как вода, и тело было полупрозрачным. У Айлин даже дыхание захватило — эльфийка так любила животных, в особенности единорогов, а на такого красавца смотреть одно удовольствие. Она представляла, как садиться на спину к этому красавцу и скачет днями напролёт по родным краям, а может и дальше. Эльфийка так размечталась, что пропустила то, как король Тиеру и Сайдэн оставили ей лёгкий поцелуй на кончиках пальцев, и поняла это, только когда Мив коснулась губами её щеки. Неловко чмокнув ту, Айлин увидела ухмылку Нимры, хотя та стояла довольная, видно под впечатлением от поцелуя будущего короля. Афрорцы прошли за стол, как раз, приготовленный и обставленный за час до прибытия. Остались прибыть ещё два племени — это челофы и винтеры. Вот-вот кто точно ворчит, так это винтеры — северные эльфы, нелюдимые и дикие, как сам север. Первый день лета всегда отмечают у снахов, первый день весны у афрорцев, первый день осени у челофов, и первый день зимы у винтеров, к их счастью. Но до зимы ещё долго. «Я тут надолго», — Айлин с тоской посматривала на стоила единорогов, куда отводили стражи новоприбывших зверей, увидев тоненькую и немного подросшую фигурку единорожка и два глаза, похожие на крупный янтарь. Янтарь чуть качнул головой, от чего его рыжая грива чуть прикрыла правый глаз. Он был ещё не взрослым, подростком, но девушка полюбила того с первого взгляда. Вдруг эльфийка услышала звук, от которого чуть вздрогнула — приближались суровые сыновья севера, лязгая мечами. Их вожак Тинтур был, как обычно, хмурен, не особо дружелюбен на вид, но девушка знала, что отца он уважает. Позади него ехали его трое сыновей. Старший сын — Файдэн, непревзойдённый лучник, воин, достойный приемник отца; второй сын — Тирон — разгильдяй, кутёжник, многие думают, что он вообще бастард, ведь тот не соответствует поведением ни их племени, ни своему отцу, однако некоторые отмечают, что он прекрасный фехтовальщик, и два коротких меча на поясе могут это подтвердить; самого младшего зовут Фирос, все знали, что он заядлый путешественник и охотник, и чёрная повязка на глазу красноречиво об этом говорит. Все как на подбор копия отца — светловолосые, лица каменные, сами крепкие, высокие. Нейтрально поздоровавшись с отцом, и поочерёдно поцеловав самые кончики пальцев женщин, они прошли за стол, низко поклонившись королю. — Кстати, а младшенький… как его там? А, Фирос, ничего такой, а, — подмигнула мне Нимра, хитро смотря на стол, где расположился он. Айлин хихикнула. — Эге-ге-гей! — девушка снова вздрогнула и чуть не крикнула от неожиданности, но вовремя закрыла рот ладонью. Посмотрев на ворота, она ничуть не удивилась, увидев там представителей челофов. Челофов не особо долюбливали, но не только за экстравагантность и свободу действий в любой сфере, даже интимной, а просто из-за их природной трусости — когда была война с людьми, они были единственными, кто почти не противостоял им, и даже позволили временно поселиться в своих землях, от чего получились частые кровосмешения. Людей, конечно, они, в конце концов, изгнали, но трусость, проявленная ими тогда, очень отразилась на их восприятии других эльфов. Вожак челофов Эдд вместе с женой Раной кинули на девушку недобрый взгляд, чуть прищуренный, возможно, из-за отказа Айлин, когда они оба предложил своего сына Рэя — на вид скромного, но на самом деле он был страшным распутником и поэтом, как и его сестрица-близняшка Лиа, ничем не отличающаяся от него. Хотя Айлин нравились его рыжие локоны, чуть взлохмаченные и собранные в неаккуратный, длинный хвост. Сестрица была такой же симпатичной, но в её взгляде прямо читался вызов, а к Айлин и Нимре явное недружелюбие. — Милое платьице, деточка, интересно, кто завтра его с тебя снимет? — прошептала ей Лиа, когда они обменивались поцелуями в щёку. Айлин шокировано смотрела той в след, даже не заметив весьма красноречивого взгляда Рэя при лёгком поцелуе, чуть долгого, чем положено. Айлин совсем не нравилось сказанное девушкой! Все гости расселись за стол, единорогов отвели в стойла, и после долгой и жеманной речи отца, которого Айлин не особо-то и слушала, всё смотря на Лиа, но та делала вид, что ничего не произошло, выпивая третий бокал сидра, все члены семьи девушки расселись по своим местам. Стол был огромен, круглый, а сегодня его просто ломило от еды и напитков, стоящих на нём. Все были вполне радостны, даже Элдор позволил себе большой бокал сидра, чокаясь с Тиеру. Винтеры спокойны ели и пили, кидая насмешливые взгляды на челофов, которые либо в дороге, либо уже сейчас успели напиться. Айлин с улыбкой смотрела на Нимру, которая старалась как можно больше перегнуться через стол, завлекая бедного Сайдэна, по мнению Айлин, беседой и грудью. Однако Мив тоже не отставала, активно поддерживая беседу, положив голову тому на плечо. Нимра вида не подавала, но её сестра чувствовала, что та разорвала бы принцессу, не будь здесь никого. Это было единственным, что Айлин веселило — в отличие от той же Нимры, эльфийка ни с кем не общалась из высокородных, ей было намного милее общение с Айзеком, но низшие представители эльфов сидели не на этой поляне, чтобы «не смущать» своим присутствием. Хотя в отличие от неё, сыновья вожаков кидали на неё любопытные взгляды, а кое-кто и не лишённые пошлости.

***

Нимра рассказывала очередную историю, завлекая мужскую половину стола, как вдруг поднялся ветер и сгустились непонятно откуда взявшиеся тучки. Некогда закатное небо без единого облачка в один миг накрыло свинцовыми тучами, и ветер снова поднялся. «Погода не может так резко испортится. Это колдовство! Причём явно не хорошее!» — полагала Айлин, разглядывая климатические изменения. Все присутствующие, до этого веселившиеся и необременённые хотя бы на мгновение повседневными заботами, резко замолкли и посерьёзнели. Лучники, стоящие по округу и на сторожевой башне, приготовили луки, а мечники, окружающие всю процессию на поляне, достали из ножен мечи, встав в позицию. Все присутствующие были подозрительны, косились друг на друга, ожидая подвох. Неожиданно поляну окутал сизый и плотный дымок, а после того, как он начал понемногу рассеиваться, эльфы заметили два нечётких силуэта. Фигуры стояли неподвижно, ожидая момента, когда дымка окончательно исчезнет. Друид поднялся, крепко сжимая посох, за ним и остальные вожаки с оружием на руках, один король продолжал спокойно лицезреть происходящее. Айлин схватила руку Нимры, в страхе сжимая. Та ободряюще сжала её, однако сама стала бледней. Дымка рассеялась, являя мужчину и женщину. Оба эльфа, только… какие-то другие. Айлин прежде не видела таких. Оба страшно бледных, довольно мрачных, что делало их непохожими ни на одну разновидность, но очень красивых. Женщина была грациозна, во всём виде читалась холодность и некая загадочность. Мужчина тоже был невероятно красив, только красота была какой-то дьявольской — волосы, как вороново крыла, короткие, собранные в маленький хвостик, выражение лица насмешливое, а глаза… «О, Отче-Небо! Это же он!» — догадка так резко пронзила эльфийку, что в глазах мигом потемнело, а тело стало непослушным, и если бы не вовремя спохватившаяся во всей этой суматохе Нимра, то она бы запросто упала со стула. — Айлин! — сестра трясла её за плечо, но та будто впала в оцепенение, испуганными глазами смотря в сторону новоприбывших. — Нимр-р-ра-а! — девушка попыталась взять в себя руки и вымолвила: — Я видела этого мужчину вчера в Вечнозелёном лесу! — простонала она. — Ну, здравствуйте, Ваше Величество! Ваше Верховное друидство и прочие! — у загадочной женщины был властный голос с нотками издёвки. Она отвесила тем шутливый поклон, её спутник сделал также, нагло ухмыляясь. Они стали приближаться, и со стола поднялись уже все. Нимра кое-как подняла сестру, которая в ужасе уставилась на мужчину и вцепилась в руку сестры, не желая отпускать её. «Прямо, как в детстве. Я тоже боялась, воображала себе демонов под кроватью, а после в страхе бежала на кровать к сестре», — на пару секунд Айлин вернулась в детство, но мысли девушки мигом улетучились, как только странный эльф обратил внимание на неё. Его чёрные, дьявольские глаза, в которых не то, что черти кувыркались, а сам Уроборос, смотрели настойчиво и прямо в душу. На красивом лице появилась улыбка, кривая, но красивая. «Какая красивая?! Нет! Он что, гипноз использует на меня?» — Что вы здесь делаете?! — голос друида разнёсся по всей округе, а стук посоха почувствовали все присутствующие. — Вас никто не приглашал! — Вот как ты теперь говоришь, Элдор? — женщина улыбнулась, показав ряд белых и чуть острых зубов. — А Ваше Величество как обычно отмалчивается. — Нерейва, — процедил отец девочек. — Что вам нужно? — все эльфы молчали, но были готовы напасть или буйно ответить странной парочке. — Мне? Много чего, но уже поздно. А вот моему дорогому сыну — нужно, — Элдор напряжённо молчал. — Мой сын и наследник — Гвэйн, сын великого Шадоре и нынешний король Подземного Королевства — Ирдэн — хотел бы… присутствовать на завтрашнем торжестве и присоединиться к вашей трапезе сейчас. Все непонимающе переглянулись — было ясно, что не это было нужно незнакомцам. В обычном желании чувствовался подвох. Элдор сжал губы в тонкую нить, Миримэ напряжённо разглядывала женщину, как и остальные. Один король сидел, как скала, который, кажется, и бровью не повёл на происходящее. — Напоминаю, вам ваши же негласные и местами дурацкие законы, что любой страждущий может присутствовать на любом празднике, в том числе и Первый день лета, и Выданье Невест, — эльфийка игриво стрельнула глазками в сторону Элдора и Тиеру, крутя тёмный локон на длинном пальце, украшенном интересным перстнем в виде паука. «Это они-то страждущие?» — нервно подумала Айлин, сидя, белее снега. Молчание длилось с минуту, но вдруг король Тиеру поднялся и произнёс спокойным тоном: — Я, Тиеру, верховный король эльфов, принимаю Вас к этому столу и дальнейшим праздникам. — О, ты очень мудр, король, — сладким голоском пропела черноволосая эльфийка и, взяв сына под руку, направилась к столу, игнорируя настороженные взгляды. Несколько мест было свободно рядом с королём по правую руку рядом с женихом его дочери. Сайдэн испуганно отпрянул, прижимаясь ближе к своей избраннице, заслужив насмешливый взгляд сына властной женщины. С невозмутимым видом они стали накладывать себе оленину и овощной гарнир. Айлин, не сводя серых глаз с незваных гостей, тихо спросила сестру: — Только не говори мне, что это… — Отступники, да, — Айлин чуть не грохнулась под стол, услышав бархатный голос эльфа. — Но мне больше нравится «сумеречные эльфы». Мы сами придумали себя так называть. Так, более изящнее, не находите? — отступник лукаво смотрел на эльфийку, но после решил не смущать и продолжил есть, лишь изредка бросая на девушку любопытные взгляды. «Отступник?!»