Лунный свет

Айзек до сих пор дивился своей затее, но он уже решился и не уйдёт с пути. Затея не отличалась ни гениальностью, ни простотой. Было лишь безрассудство и риск. Парень не особо любил перемены в своей жизни, предпочитая порядок, но он делал это не ради себя. Хотел просто спасти ту, что была насильно выдана и увезена в пещеры к этому бледнолицему уроду. Традиции традициями, но… Снах как-то пас единорогов, зашёл немного дальше, чем обычно, почти забрёл в Вечнозелёный лес, а под осень туда соваться… За ним следили, определённо кто-то следил. Он подозревал бледнолицых. Кто, если не они? Недавно пришла весточка от их вожака Элдора. Столица готовиться к обороне. Друид призывал быть всем осторожными и не зевать, а также быть готовыми к обороне, если что пойдёт не так. Узнал Айзек это от отца, что со знахаркой Миримэ общается неплохо. Парень особо не интересовался политической жизнью, но даже идея объединиться с отступниками, казалась ему отвратной. Он хорошо помнил начало многообещающего лета, когда тот хотел сблизиться, наконец, с Айлин. Даже про день Выданья невест сумел выяснить и уже готовился, но появилось большое «но», носящее имя Гвэйн. Мысли о том, что сейчас бледнолицый рядом с его подругой детства и юности, будоражила его и злила. — Может, мне удастся связаться с ней напрямик. Она нужна Родине, а не отступникам, — говорил про себя эльф, пробираясь сквозь чащу запретного леса, пытаясь уловить хоть единый шум или движение. Тишина…

***

Элдор лениво перебирал завядшие цветки на окраине Афрора. Почему-то здешняя природа вяла здесь очень интенсивно. А ему ещё казалось, что с лесами Глаоссая что-то неладное. Везде неладное. Дни текли, как вода в близ лежащем море. Море Звёзд и Луны. Считаются самыми тихими водами. Чушь. Скоро здесь будет не продохнуть. Дикое море оправдало своё название, когда там развернулась битва с нагами. Страшная бойня… «Скоро все моря и весь океан обагряться кровью павшим и слезами живых». — Доброе утро, друг мой, — к друиду плавно приближался верховный король. — Прекрасное утро, — подойдя ближе к снаху, он остановился и поднял тяжело голову, глядя на яркий и пылающий давно диск нежно-жёлтого цвета, что не спал уже давно. — Надеюсь, — Элдор тоже приподнял голову, немного щурясь, — не последнее… — Не унывай, друг, — легонько стукнул тяжёлым посохом афрорец, что передаётся от правителя к правителю, как и зелёная корона. — Итак, знаешь… я слышу плач. Ты тоже его слышишь? — Да-а, — грустно улыбнулся снах, поправив чуть сползший вперёд, чем позволено, колпак. — Травинка, лепесток, ветка, дерево… вся природа кричит! И я не понимаю первоисточника сей проблемы. Так началось… с лета, — прищёлкнул пальцами он. — Даже конец весны. Ещё совсем незначительные, совершенно обычные повреждения. Дальше всё хлеще… — Не хочу снова показаться… дотошным, но, — поднял глаза король, где плескалось смятение, — Нерейва и Гвэйн. Всё с них. — Да, я тоже об этом размышлял, — кивнул тут же Элдор, тря не очень длинную бороду, часть из которой была заплетена в косы и хвосты. — Подозревать абсолютно во всём отступников выглядит слишком явно, но обстоятельства складываются против них. Как после этого не подозревать их? Мужчины тяжко вздохнули. У обоих были явные причины и счёты с Нерейвой, но в половине она была права. Ссоры. Сократить их до минимума. Это меньшее, что они могли бы все сделать. Эльфов и так мало, наг было меньше, конечно, но это не сильно меняет дело. Люди чересчур своевольны во всём. У них нет явной религии. Нет того, кому поклоняться. Хуже то, что они сами хотят стать Богами! «Поторопились летописцы, назвав эру эпохой Равновесия. Ой, чувствую, поторопились…» — покачал головой друид, снова склонившись над растениями, пытаясь хоть что-то исцелить.

***

Аши не спал несколько суток. Ему не в первой, но всё же он предпочёл бы отдых. Тяжело… «Сколько же прошло? Неделя? Месяц, Несколько лет? Дракон вас знает!» — часто возникали подобные мысли в человекоподобной голове нага во время дежурства. Шло дежурство. Он и ещё пару воинов, а также пара русалок. Следили за ними. Мир миром, но они не у себя на островах. Королева Жемчужных русалок — Анель — была не особо добросердечной, но о древних союзах не забывала. Кто-то толкнул в бок Аши. Он на минутку всего прикрыл глаза… Шёл Лоу. Сильный дух. Хвост ещё не полностью восстановился… едва ли восстановился. Хвост долго отрастает. Люди смеялись над ними, называя ящерицами. Но они не ящерицы. Регенерация у них есть, но не такая мощная, а уж у хвоста тем более. Хвост — продолжение их позвонка. — Приветствую, — серебристо-голубые чешуйки немного отлупились от груди и живота мужчины. — Как служба? Наги молчали, чуть испуганно переглянувшись. Лоу они видели впервые, но крики, раздаваемые из нижней палубы дворца русалок — обитали они на неизвестном потонувшем корабле — были слышимы отчётливо. Все выжившие жрецы и жрицы исцеляли члена Совета. Селена и Ширен были в относительном порядке — их названные брат и сестра были поражены. Лоу ещё как-то смог выкарабкаться, а вот Алси… Женщина вроде была жива, но и не жива. Что-то среднее. Иногда она могла очнуться, но тут же провалиться в беспамятство. Русалки помогали, чем могли, но видно только время исцелит все израненные души…

***

Через пару дней начнётся осень… Вступит в свои полноправные сезонные права и будет готовить всех к зиме. Ежегодный праздник Первого дня осени не будет по определённым причинам, хотя сначала верховный король думал над тем, чтобы провести его. Он считал, что так сможет немного поднять дух своих поданных, но всё же отказался. Затишье убивает. Ставит в неопределённость. Ничего не ясно. Люди будто специально тянули время. По расчётам вожаков, флота людей должны были причалить ещё несколько дней назад, но почему-то они… запаздывали. «Какая абсурдность. До островов нагов они добрались быстро, а вот до желанного материка эльфов что-то тянут», — думал Тиеру, сидя в саду, слушая пение птиц и шелест природы. От частых собраний его голова уже пухла. Особенно от ругани. Люди всегда больше ненавидели эльфов, нежели нагов. Это было известно всем. В разум афрорца отчаянно прорывалась мысль о том, что, скорее всего, Ева ждёт подкреплений от своего мужа. Было бы разумно. Для людей. Но плохо для эльфов. Собрания вожаков племён стали частыми и временами пустыми. Племя челофов всячески выражали своё недовольство тем, что они так долго в Афроре, и, конечно, что отказались от помощи отступников. Эдд даже как-то ненароком обмолвился о том, что возможно для его племени было бы разумней… развернуться восвояси и воевать бок о бок с сумеречными эльфами. Сказал он об этом раз, но король хорошо помнил его слова, и предупредил своих людей, чтобы тщательней следили за его солдатами. Тинтур как всегда оставался в «золотой середине», не особо соглашаясь с тем или иным предложением, но и не отказываясь. Тиеру казалось, что и он не прочь принять предложение Нерейвы, но он немногословен. Элдор тоже нервничал от такого бремени. Мысль о том, что его Глаоссай могут вторгнуться враги, пока он тут, глодали его. Хотя не одного его. — Отче-Небо, пусть воздух и солнце всегда будет на нашей стороне. Мать-Земля, пусть почва под ногами и все её ходоки будут в порядке.

***

Айлин была в библиотеке. Очень часто она стала посещать её. Ей было за радость быть тут и читать книги, но главной целью было не книжное удовлетворение эльфийки, а найти что-то об спрятанных артефактах по всему Айн-Двену. Девушке всегда помогала маленькая Аглая, с которой Айлин иногда занималась историей, а в благодарность ученица учила уже свою учительницу магии. С мужем девушка занималась ею, но всего пару раз и не так уж и эффективно. Но теперь она обладала более мощным телекинезом и немного знает магию Тьмы и Хаоса, что не приветствовалась на поверхности. — Ой, забыла сказать! — произнесла отступница, когда складывала прочитанные книги по полкам. — Господин хотел сегодня помочь вам, а меня отпустить. Эльфийка тихо фыркнула, сидя спиной к девочке, среди вороха книг. Гвэйн где-то три раза помогал ей за эти пять дней, и то на пару часов, а потом ему надоедало, и он уходил по своим делам. По каким, Айлин не знала, что будило её интерес. — Конечно, лапочка, — повернулась к ней она. — Ты можешь идти. — Спасибо, — улыбнулась девочка, поправив отросшую прядку около глаз. Аглая удалилась, и теперь Айлин осталась одна в громадной библиотеке, засыпанная книгами об истории. Украдкой она продолжала искать что-то и о демонах… об их ритуалах и алтарях.

***

Гвэйн лениво потянулся всем телом и широко зевал, пока поднимался в библиотеку. Слишком зачастила быть там его милая супруга, что его временами огорчало. А всё матушка. Сама та безвылазно сидит в Зале Теней, таща и сына, и всех его членов. От природы не обладая усидчивостью, юноше быстро надоедало слушать ничего интересного, а дела в Ирдэне плавно текли, ещё не ухудшаясь. Единственное, что эльф с интересом чувствовал, так это редкие доклады о делах на поверхности. Дела шли не очень. Похоже, что люди где-то окапываются. На берегах Эфлы их нигде нет. Лазутчики Ирдэна тоже не могут найти их. Будто они пропали вовсе. Но это полная околесица! — Война, война, когда уже мир? Надоели, — говорил чернокнижник, пока шёл по закоулкам замка прямиков в обитель знаний. Через пару часов будет обед, что Гвэйн с нетерпением ждал. Когда он в очередной раз ходил на кухню, чтобы тайком стащить бутылочку вина, молоденькие кухарки переговаривались между собой, обсуждая то, что будет на обед — сочные стейки в маринаде с соевым соусом! Мясо тот любил, особенно тщательно прожаренное. «Наконец-то мясо. Рыба надоела. Как и похлёбки», — горячую пищу, как супы и похлёбки, не любил. — Сейчас её напугаю, — кровожадно произнёс Гвэйн, как только показались двери библиотеки. Эльф осторожно открыл и закрыл за собой двери, мигом прислушиваясь. Айлин любила засесть где-нибудь далеко так, чтобы её не видно, не слышно было. Любительница одиночества. Он и сам был иногда рад одиночеству, но остаться совсем без всех не хотел никогда… «Ага, вон там!» — подумал юноша, уловив шлейф полевых цветов. На цыпочках он прокрался к книжному шкафу, разделяющий их. Аккуратно выглянул и застал жену в компании книг. Затем вышел, став тихо прокрадываться — тот мог бы и просто пройтись к ней обычным шагом, ведь та за каким-то делом не замечала никого — не зря учился на ассасина! — О-ой! — дёрнулась девушка, когда чужие руки надавила на её плечи, а губы куснули её ушко. — Гвэйн! Сколько раз говорила не пугать меня. — Ну, всё-всё! — вздохнул со смешком он, плюхаясь рядом. — Ай! — не рассчитал, и приземлился прямо на острый уголок одной из книг пятой точкой. — Хи-хи, — не удержалась Айлин, улыбнувшись. — Это наказание за мой нарушенный покой. — Ну-ну! — пригрозил ей юноша, подмигнув. — Это я потом тебя накажу, — придвинулся к ней ближе, — в постели… — Ну-ну, — многозначительно приподняла она брови, не посмотрев даже не супруга. — Так, ну всё! Общайся поменьше с мамой, а то становишься такой же хитроумной, как и она!

***

— Да-а-а, и как ты выдерживаешь? — Что выдерживаю? — Это всё — столько книг, а информации так мало. Гвэйн так много жаловался, что Айлин только и оставалось, что вздыхать и не прибить его случайно. Искал-то он искал, но когда долго не находил что-то, то сразу начинал: — А, может, пошли, отдохнём перед обедом? — Нет, отстань, Гвэйн, — немного нервно ответила девушка, читая об одном артефакте — Маска всевидящего. — Смотри, как интересно! — подвинулась она к мужу. — Маска всевидящего позволяет видеть, что обычному взгляду не видно. Она состоит из девяти зачарованных рубинов, по форме напоминающие глаза. Хранится на острове Полумесяца в храме около кладбища! — Очень романтично, — кивнул эльф. — Но неужели ты хочешь раздобыть её? — Это ценный артефакт, — нахмурила эльфийка светлые бровки. — Можно будет увидеть призраков и неупокоенных… — Айлин. Какой прок от умерших? — детская наивность забавляла чернокнижника, довольно скептично настроенного к таким вещам. — В том и прок, что они умерли! Тем более на том острове, — маленький пальчик застыл на слове «остров Полумесяца». — Это место сплошь засеяно необъяснимым вещам. Вдруг можно будет узнать что-то о демонах? Эльф молчал, даже не зная, что и сказать. Затея была настолько грандиозной, что он усомнился в бесполезности артефакта. Но это было опасно. Судя по тому, как загорелась Айлин, она бы прямо сейчас отправилась на этот дурацкий остров, где одни туманы и действительно необъяснимые явления. — Мышонок, идея неплоха, но давай остановимся пока на теории, а не практики, — девушка опустила глаза. — Будем искать что-то ещё. Ты находила что-то за эти пять дней? — Да, — поднятые на мужа глаза загорелись белым огнём. — Мне удалось найти артефакты, которые есть у моего племени. Гвэйн приподнял брови, готовясь слушать. Айлин продолжила: — Это «Плащ совиного пера», — из-под шкафа она достала книгу, название которой он не успел прочитать, — её носит мой отец. Он даётся высшему друиду. А вместе с тем также дают «Ожерелье Кровавого Когтя», «Браслет друида», «Посох Флоры». А у мамы я видела «Кольцо предостережения», «Кулон Грифона» и «Ожерелье защитника». — Не простая у тебя семейка, а? — Это обычные артефакты, не столь могущественные, — покачала головой на сарказм Гвэйна Айлин. — Они есть у многих эльфов… вот этот, например, есть у… — Всё-всё, понял! Давай всё-таки искать что-то более могущественное. — Я хоть что-то нашла, — задрала нос девушка, отдаляясь от супруга. — А ну куда! — одной рукой он привлёк к себе любимое тельце. — Сиди тут. — На твоих коленях? — эльфийка недовольно заёрзала. — Да, мне удобно, не переживай, — хитро улыбнулся ей муж. — И не ёрзай так сильно. Ты меня смущаешь…

***

После двух часового осмотра книг и шуточных приставаний со стороны Гвэйна — и всё же умудрился поцеловать Айлин, да и ещё несколько раз! Сейчас они шли на долгожданный для эльфа обед. — Пришли, — встретила их Нерейва, как только они зашли. — Да, матушка. Твои глаза тебя не подводят. — Гвэйн, не дерзи, — махнула рукой женщина, причём так легко и изящно. — Смотри, что на обед. Твоё любимое. Айлин с улыбкой глянула на довольного мужа, который едва ли сдерживался от того, чтобы не облизнуться. Любил мясо. Очень. Девушка тоже любила, но отдавала больше предпочтения в сторону растительной пище. — Ты опять бутылку стащил? — между делом поинтересовалась Нерейва, когда они ели. — Что? Матери Равенны не было на кухне! Неужели эти девчонки проболтались? — закатил глаза юноша, звякнув вилкой по тарелке. — Может, не надо так много пить, м? — Мам, — Айлин с ехидцей наблюдала за тем, как вычитывают мужа. — Да я не пил ещё. Просто на вечер. Как молоко детки пьют перед сном, а я вино, — весело заключил тот, широко улыбаясь. — Мать природа. Ну, вылитый отец, а! — поморщилась отступница, зло откусывая кусочек ароматной говядины. — А чем отец плох? — вдруг стал серьёзным Гвэйн. — Не начинай, сын, — интонация его матери не понравилась эльфийке, которая уже заприметила, что сыном она зовёт его, когда предостерегает от поспешных слов или действий, чтобы не поругаться. — Вкусное мясо, — добавила Айлин для разбавления накала. — Соус очень хорош. Эльфы не ответили, но и говорить больше не стали. Девушка расстроилась.

***

Рыжие листья застревали в таких же локонах, а сухие ветки били по румяному от бега лицу. Его преследовали. Он знал, кто это. Только бы не обернуться… Стрелы мчались с высокой скоростью, едва не задевая лавирующего меж деревьями снаха. Это были лазутчики бледнолицых. Они что-то делали на их землях, что именно, Айзек не имел понятия. Он просто хотел проследить за ними, как только увидел, может, попал бы в подземелья к Айлин. Например, мог бы попросить встречи, чтобы хоть увидеться с ней. — Не убейте его! Он будет нужен живым, — крикнул один из ассасинов другому. — Нельзя никого трогать! — Мать! — выругался агрессивно настроенный убийца, убирая стрелы с ядом, доставая обычные. — Но замедлить мы его должны! — Но не замедли его навечно! Айзек не смог точно расслышать крики ассасинов, да и некогда было. Дело близилось к вечеру, а он бегает по Вечнозелёному лесу, абсолютно не зная его. Наверняка здесь полно всяких мерзких тварей, похуже отступников, да и болот немало, в которых можно было погрязнуть навечно, сделав неправильный шаг в сторону. «Как иронично, крыса ты подземная», — усмехнулся про себя парень, подумав об том, что сейчас начинает понимать чернокнижника, что был жертвой во время летнего праздника. Айзек и его друзья были охотниками. Гвэйн дичью. Сейчас парень один и он дичь, а люди отступника преследуют его явно не с благими намерениями! — Не останавливаться! — судорожно прошептал про себя снах, чувствуя разрывающуюся боль в лёгких. Ноги едва чувствовали почву под ногами, а полуголые и мрачные деревья искололи всю юношескую кожу. — Мы его догоняем! — вот это Айзек действительно расслышал и старался ускориться. Да-а. Это не единорогов пасти, что даже если и убегали, то не так далеко и стремительно! Парень не сдавался, должен был не сдаваться, но в один момент его лодыжку пронзила резкая боль. Он вскрикнул, прежде чем свалиться в какую-то яму, едва не угодив в чёрное болото.

***

Гвэйн был каким-то понурым. Конечно, как они вернулись с обеда и продолжили свои поиски в книжных переплётах, он то шутил, то болтал без умолку, но было с ним что-то не так. Айлин иногда замечала перемены в его лице: когда эльфу было грустно, его тёмные и прямые брови были чуть изогнуты, рот слегка сжат, а самое главное… в глазах не плескались звёзды. Девушка могла развидеть его чернющие зрачки. — Так, ну мы всё же нашли «Кулон Мастерства», дарующий магическую силу, «Проклятое кольцо», уменьшающий удачу и дух противника, «Кольцо Глаз дракона», повышающий физическую силу. Вполне сильные артефакты, не находишь? — Гвэйн, — решила напрямик спросить Айлин, — что произошло во время обеда? Ты так расстроился. — Что? — удивился на момент тот. — Маленькая, ну что ты… — Это связано с твоим отцом? — застенчиво и почти шёпотом спросила эльфийка, отнимая книги из его рук. Айлин совершенно не знала, кто такой Шадоре. Точнее не знала, каков он был в семейной жизни. Только от Нерейвы и Аглаи она слышала о том, что отступник был великим чародеем, бывшим друидом, увлёкшийся запретной магией, что и повлекло за собой новую расу эльфов. Гвэйн никогда не говорил о нём, да и она не спрашивала. Но сейчас, видя настроение супруга, та не могла не разобраться в ситуации. Юноша поморщился и раздражённо глянул на девушку, но его взгляд немного смягчился, как начал неохотно рассказывать: — Шадоре — мой отец. Он был великим чернокнижником, часто проводил опыты, последний который и сгубил его, — он замолк, но Айлин видела, как недосказанные слова вырывались наружу. — Наверное, ты также любил его, как и матушку? — боязливо взяла его за руку. — Да, — зло процедил отступник, а рука под женской напряглась. — Айлин… — Гвэйн, — вторая рука накрыла свою же, усиливая давление на него. — Ты же хочешь что-то сказать. Ну же, скажи мне. Прежде девушка, постеснялась бы так открыто выражать свою заботу к мужу, но многое поменялось в ней и открылось, пусть и не полностью. Было видно, что отец сыграл немаловажную роль в жизни сына, а вот положительную или отрицательную, он не говорит. — Встретимся на ужине, — удивил Гвэйн, вскакивая с места, и эльфийка едва не упала на место его недавнего пребывания. — Прости. Юноша чуть ли не бегом вырвался из плена книг и жены. Ему есть, что сказать. Всем.

***

Кажется, тащили его волоком. Многочисленные сухие травинки и веточки остались в косматых волосах, напоминая об осени. О поверхности. Так темно… Айзек не помнил, как оказался в этом тёмном месте. Пытался сконцентрировать взгляд, но он всё уплывал. Может, в стреле что-то было? Всё-таки яд? Умирает… медленно. — И что этому снаху не сиделось на месте ровно? — сквозь пелену расслышал тот. — Да может шпион. Людям помогает. — Да ну. — Что «да ну»? Я таких встречал. А, может, нас увидел, и подумал, что это мы шпионы! — послышался довольный хохот. — Ну, с этим он угадал. Только служим мы не той стороне. — Да умолкните, — заговорил какой-то грозный и низкий голос. — Высокородные сами разберутся кто он. Шпион или дурак. Бледнолицые фыркнули, однако дальше шли в молчании. А Айзек смог немножко оглядеть здешние виды. Пещеры, пещеры и пещеры. На кривых стенах горели кристаллы различных оттенков. Единственное красивое здесь. Может, что-то и ещё, но вид сырых и влажных пещер не прельщал его.

***

Сознание Айзека на время покинуло его, а вернулось к нему уже в самом сердце Ирдэна, в замке. Лазутчики поймали его в лесу, а после телепортировались к тайному входу, оставив в Глаоссае пару ребят. Снаха могли, конечно, и убить, чтобы он не распространялся на тему следящих за их поселением сумеречных эльфов, впрочем, не только в восточном поселении, но и в других. Только в западном они ходили открыто. Ассасины повели рыжего на нижние ярусы, где находилась Ложа и темницы, желая предупредить сначала Ветку, их главного. А он уж точно решит, что делать с нарушителем. — Что это вы несёте? — женский и мелодичный голос был высокомерен и горд. — Нарушителя одного. Можно временно поместить его в темницах? — Да пожалуйста, — равнодушно произнёс женский голос. Послышался короткий треск и скрип дверей. Потом снова спуск, что снах туманно помнил, какой-то странный запах, который он чувствовал только в приёмной Миримэ. — Кладите его сюда и свободны. Я позову Ветку, — произнёс тот самый грозный голос. Айзек не открывал глаз, но ясность постепенно возвращалась, и он прислушивался к происходящему. Худое тело опустили на мягкую поверхность, кажется, кровать, а после послышался звон решёток. Медленно он открыл глаза, обречённо выдохнув. Он был в камере. Никого нет. И кто знает, когда появится.

***

Ветка немного удивился, узнав о каком-то чудном снахе, вознамерившийся куда-то сбежать. Заниматься им лично ему было некогда, а уж и Нерейве и подавно, поэтому сейчас поднимался на средний ярус, надеясь найти Гвэйна. — Да где ж ты… Едва он не сбил какую-то девчонку. Наверняка помощницу по замку. Опустив суровый взгляд, тот смягчился, узнав в девчонке жёнушку бывшего ученика. — Прошу прощения… — Ветка? — удивилась девушка, высоко задрав голову на долговязого мужчину. — Вы что-то хотели? Нерейва сейчас в Зале Теней. — Да я знаю, — отвёл он взгляд, дёрнув плечами. — Я Гвэйна разыскивал. Где это диво подземное? — На медитации, — опустила грустно глаза молодая королева, и тот заподозрил что-то нечестное. — Может, я могу помочь? — Вы? — ассасин не хотел напрягать девочку, тем более вести в неприятное место, как темницы, но она член королевской семьи. «Пусть приучается к обязанностям. Давно я говорил Нерейвы больше использовать девчонку в делах Ирдэна», — он с лёгким любопытством разглядел цветастые книги в её руках. — Да, можете помочь. Может, вы даже и знаете его… Айлин непонимающе глянула на Ветку, пока тот без слов направился вниз, а она за ним.

***

Ложа, где обитали чернокнижницы подземного королевства. Место столь великолепное, но не настолько, как Зал Теней. Эльфийка до сих пор не понимала, зачем они здесь. Она слышала о Ветке от Гвэйна, знала о его немногословности, поэтому не спрашивала, справедливо рассудив, что он сам бы давно рассказал, если хотел. — Зачем ты её сюда привёл? — шлейф из сладкой вишни. Голос принадлежал Катрине. Была явно недовольна присутствием Айлин, как, впрочем, и она. Не виделись они где-то с месяц, и хотели бы ещё столько и не видеться. Катрина была страшно обижена на Гвэйна и его замарашку. — Во-первых, поприветствуй нашу молодую правительницу, — холодный голос Ветки действительно холодил слух. — Во-вторых, проводи её к темницам, куда недавно мои ребята привели эльфа. Чернокнижница раскрыла рот, чтобы возмутиться, но обиженно захлопнула ярко накрашенные губы, круто развернувшись на месте. Главный ассасин кивнул девушке, выглядя всё также отстранённо, но она не могла хотя бы улыбнуться ему в знак благодарности. «Как он её поставил!» — Ветка тоже улыбнулся ей, только этого она уже не видела.

***

Темницы были ужасны. В них стоял запах, будто гниющей плоти, что очень вероятен, ведь тут обитали чародейки всего королевства. Мало ли, какие эксперименты они ставят… — Прямо и налево, босоножка, — сложила руки на полуголой из-за большого разреза груди Катрина. — Благодарю, — как можно небрежней бросила Айлин, едва избавившись от желания задеть её плечом, когда шла по указанному направлению. Прямо и налево. Камеры и камеры. Они были пусты. Но в самой дальней эльфийка заметила тусклый свет свечи. В самой дальней камере. Она ускорила шаг. — Кто здесь? — произнёс до боли знакомый голос. Такой хриплый и уставший. — Айзек!