Лунный свет

Всё произошло прямо под носом. От этого и чувствуешь себе последним дураком. «Мой бедный мышонок», — сердце разрывало от состояния Айлин. Хотелось бить кулаком в стену до крови. Его мышонок, его маленькая судьба… стала жертвой нападения какого-то безумца. То, что это мог сделать двенадцатилетний мальчишка, не верил никто. Явно он был околдован или что-то в этом роде. Аглая тоже пострадала. И без того болевшая простудой, сейчас к этому прибавилась вывихнутая рука. Она молодец — позвала хотя бы мать Равенну со стражей, пусть и этого не было достаточно.

***

В момент нападения они с матушкой были в Зале Теней. Было очередное собрание, Гвэйн мало что помнил. Но потом… Двери Зала были полуоткрыты и сквозь них просачивался едкий дым. Отступник сразу же узнал в дыме щепотку сильного яда. Присутствующие закашлялись, но Нерейве хватило времени убрать дым, но вдохнуть его она успела. — Что происходит снаружи?! — отдышался с трудом Гвэйн, подходя к согнувшейся пополам матушке. — Мам… — Всё в порядке, — она прокашлялась на руку, обтянутую тонкой чёрной тканью перчатки, и показалась кровь. — Ветка, помоги остальным, — обратилась та к ассасину, обнимавший её. — Я пойду наружу, — сообщил юноша, выбегая на выход. «Яйца минотавра…» — чёрные очи непонимающе смотрели на площадку вокруг замка, где всё было в дыму. Въедливый запах быстро добирался снова до верха, как волшебная платформа, на которой Гвэйн планировал немедля спуститься. Что-то страшное произошло. А ещё более страшное произойдёт с тем, если кто-то причинил вред Айлин… — Что за чудеса? — эльф чуть не свалился за уступ, не обнаружив платформы, но перед самым лицом вдруг пролетело тело на ней! Кажется, он даже не заметил отступника. — Ты ещё кто такой?! — мужчина замешкался, не зная, что делать. — В бездну! — разбежавшись, он прыгнул в самый дым…

***

Заклинание телепортации сработало. Перед самой землёй, которую Гвэйн едва смог разглядеть сквозь толщу дыма, он аккуратно оказался на земле, тут же применив очищающее заклятье. Он не был силён в магии Света, но что-то знал. Дым постепенно рассеивался, являя площадь. Два десятка стражей-минотавров, несколько чародеек и ассасинов. Быстро же новости передаются по замку… — Все целы? Есть раненные? — юноша прошёлся по площади, занимая центральную часть, обводя тем самым всех взглядом. — Король Гвэйн! — закашлялись голоса в унисон. — Как хорошо, что вы появились! Чернокнижник легонько улыбнулся, смакуя в голове слова: «Король Гвэйн!» Так величественно это звучало! Но мысли не об этом должны сейчас быть… — Что произошло?! — неожиданно крикнул эльф. — Нападение, — прохрипел один минотавр, — выбежала раненная служанка вашей супруги… Гвэйн не стал более слушать, разворачиваясь и летя в замок. В ушах стучала мысль о нападении… Аглая. Значит, и с Айлин что-то не так. Только не это… — Твою… — схватился от испуга за двери мужчина, когда увидел и внутри половины стражей. Они лежали без сил. — Эй! — он подлетел к одному зашевелившемуся. — Где моя жена?! Минотавр с трудом привстал, а вместе с ним стали потихоньку подниматься и другие, но колючий взгляд короля был обращён именно к нему. — Комната детей, там должна быть мать Равенна и два моих брата… — Помоги остальным, — вымолвил эльф, подлетая с места в сторону кухни.

***

Гвэйн потряс маленькое тельце девочки. У неё была разбита губа, и виднелся синяк на щеке. Она лежала без чувств неподалёку от своей комнаты. Юноше совсем худо. Мёртвых он пока не наблюдал, но столько бесчувственных тел… только не Айлин… Два шага. Поворот. Ещё три бездыханных тела, в числе которых матушка Равенна. Что ж такое-то! — Кто же ты, дрянь такая? — прошипел чародей, собираясь с духом, чтобы заглянуть в распахнутые двери. Медленные шаги. Гулкие удары сердца, готовые выскочить из груди, пробив все рёбра. Вдруг послышался всхлип, едва слышимый даже для сумеречного эльфа. Ускорил шаг. — Айлин! — сорвал крик Гвэйн, увидев возлюбленную в луже крови. Эльфийка тряслась на каменном полу, тихо содрогаясь от плача и невыносимой боли. Из-под белоснежных волос была небольшая лужица, испачкав макушку, а на лице несколько капель крови вперемешку со слезами. Рука… левая рука абсолютно вся изрезана в длину, от запястья до плеча. Столько крови… Айлин испуганно раскрыла с трудом очи, плохо видя мужа из-за слёз. Она захныкала ещё хлеще, не плача так ни в детстве, ни в ту ночь. Девушка не думала, что может быть так больно! Та думала, что ничего не сравнится с моральной болью, но это такая чушь! Лучше бы он успел её прирезать до конца… перерезать шею и дело с концом. — Мышонок! — отступника разрывало на части при виде искалеченной эльфийки, а горькие слёзы действовали не хуже яда. — Боже… — Мне так больно! — плакала девушка. — Гвэйн, добей меня! — Да что ты несёшь?! — на ватных ногах он подошёл к Айлин, не зная даже, где и как поднять её. — Тебе помогут, маленькая… — Задери меня Пустота! — в комнату вбежала Нерейва. — Дитя-я-я… — Ветка едва успел подхватить пошатнувшуюся женщину, стоя не с менее шокированным видом. — Да что здесь произошло?! — Матушка, надо срочно отнести её в Ложу, — одна рука осторожно приподняла кровавый затылок, она зажмурилась от боли. — Прости меня. — Она сейчас истечёт просто кровью! — метала молнии эльфийка. — Ей придётся потерпеть. Поднимай её на руки! — Ей больно! — рыкнул Гвэйн. — Можно просто телепортировать. — Её может просто расщепить в пространстве в таком состоянии! — также зло ответила Нерейва. — Поднимай её на руки, пока этого не сделала я! — она раздражённо сбросила руки тихого Ветки, но он повторил свою попытку, и та крепко сжала его ладонь. Чернокнижник дрожащими руками приподнял хрупкое тело, которое, казалось, стало ещё легче, чем пёрышко, под крик полный боли. Айлин всю трясло. Хотела прижать руку к груди, но оно так нежадно загорела, что не смогла сдержать вскрика. Гвэйн старался идти, как можно быстрее, но не бежать, чтобы не причинить лишнюю боль. Матушка с Веткой спешили за ним.

***

— Лейла, быстрей созывай своих лучших целительниц! — Нерейва забежала в раскрытые ворота, какие по обыкновению всегда закрыты, но из-за сегодняшнего инцидента все ворота и двери были повсюду раскрыты. Чародейка, разговарившая с одним из стражников, удивлённо обратила внимание на женщину, но её ореховые глаза испуганно расширились, завидев окровавленную эльфийку на руках не менее кровавого Гвэйна. — Милостивый Феникс! — приложила руку к груди главная чернокнижница, а после решительно крикнула: — Фара, Келли, Тенси! Бегом в белую комнату! Белая комната — помещение для оказания помощи. В ней лечили и размещали всех раненных в замке. Из другой комнаты выскочили три чародейки, мигом направляясь в белую. За ними последовали Лейла с Нерейвой и Гвэйн с Айлин. Ветка остался. — Это какой-то кошмар! — поделилась главная волшебница, расстилая мягкую ткань на холодную поверхность стола. — Что натворил мальчишка! — Мальчишка? — не поняла Нерейва, напряжённо смотря на притихшего сына и всё ещё плачущую невестку. — Эйгер, кажется. Постоянно мать Равенна отправляет его в город по мелким поручениям передать что-то. — Вы издеваетесь?! — не выдержал отступник. — Хотите сказать, что какой-то сопляк смог нас всех провести, едва не отравив всех ядовитой дымкой, и искалечил мою жену?! — Стража говорит так, и ассасины тоже, — ничуть не испугалась тона короля чародейка. — Мне жаль, господин, — она виновато отвела глаза, обращаясь уже к своим девочкам: — Ну что вы там возитесь, как курица на насесте? Эльфийки искали нужные зелья и припарки на полках. Магия магией, но она не всемогуща. Да и к тому же магия Света у них не развита так, как на поверхности. — Гвэйн, — подошла к сыну Нерейва, — не переживай, — шепнула тому. — Мне она тоже дорога… Эльф широко раздувал ноздри, несмотря на тонкость носа, а глаза выражали крайнюю степень нетерпения и отчаяния. Последнее могла увидеть только мать… — Клади её и уходите, — предупредила Лейла, помогая раненной с положением. — Нет, — процедил юноша. — Я уже оставил её. — Гвэйн, — слабым голосом обратилась к нему Айлин, несмотря на боль, прильнув к нему, — не уходи, пожалуйста, — слёзы не прекращались, но рыдать перестала. — Айлин, дитя, — обратилась женщина к невестке, — Мы будем рядом. Никто тебе больше не навредит. Отступник с трудом расстался с супругой, аккуратно укладывая на ткань, мигом пропитавшуюся кровью. Сколько же крови… Как она ещё вообще держится?.. — Я буду рядом, — шепнул на ушко Айлин муж, сжав здоровую руку. Мать с трудом увела чадо, а чародейки приступили к бедной девушке. Процедура будет не из приятных и долгих…

***

— Гвэйн, куда ты? — пыталась удержать сына чернокнижница. — Найти ублюдка, — коротко ответил тот. — Где же? — хмыкнула мать, разводя руками. — Он улетал в сторону рынка, когда я хотел спуститься на платформе, которую он также сломал! — А-а, так вот, что с платформой случилось, — задумчиво произнесла эльфийка, — а мне пришлось создать новую из пары кристаллов и щепотки магии. — Молодец, мам, — сделал поклон эльф, а после развернулся в сторону выхода. — Гвэйн, сын Шадоре! Хотя бы переоденься, ты весь в крови! — она также оглядела свои кровавые ладони. — Плевать, — крикнул он, развернувшись на ходу. Гвэйн в очередной раз подумал о свежем воздухе. Глоток и может хотя бы капельку его голова полегчала. Он с трудом удерживал эмоции. Хотелось кричать, бить, убивать, плакать… прижаться к матери, которая никогда бы не осудила его… Одни напасти на их отношения. Только всё хорошо и снова испытание! Они ещё от прошлого не отошли до конца, а тут новое. Гвэйн везде винил себя. Ему казалось, что дело в нём. Так всегда было. Ещё с детства… — Ты куда ещё направился? — вдруг догнал его Ветка. — Зачем мать оставил? — Вот иди и сам с ней будь, — пробубнил отступник, едва сдерживаясь, чтобы не огрызнуться. — Айлин там надолго — что, я Ложу не знаю? Вечно они медлят, а матушка не уйдёт. Ассасин хмыкнул, пытаясь сравняться с быстрым темпом шага длинноного Гвэйна. Нерейву оставлять ему не хотелось, но за бестолковым сыном поглядеть стоит. Куда он вообще спешит? — Так куда ты направился? — эльф не понимал, почему они спускались по лестнице, ведущей прямо к рынку. — «Эйгер», — тщательно выделил слово, — я видел его, и он летел в ту сторону. — Летел? — усмехнулся шпион. — Так вот куда делась платформа. — Да-да, очень увлекательная история, расскажу на досуге, — скривился Гвэйн, шустро спускаясь с раздражённо-длинной лестницы. Ветка покачал головой — мальчишка всегда был таков. По крайней мере, после смерти отца. Однако ему всегда казалось, что… он смог, точнее попытался заменить ему отца. Мальчик был привязан к нему. А потом и Нерейва привязалась…

***

— Ты так и будешь идти за мной? — закатил глаза эльф, когда они ходили по главной площади рынка. Половина всех лавок преждевременно закрылась из-за суеты в городе. Это было плохо. Всё уже просочилось. Как же быстро всё-таки распускаются новости… — А как же, — ответил матёрый ассасин, рыская повсюду цепкими глазами. Ничего примечательного. Все, кого они опросили, ничего не видели. Очень странно. Площадь всегда оживлённа, но никто не видел, как мальчишка возвращается. Это как он так пролетел? И главное куда? — Что за пакость, а? — качал головой Гвэйн, обходя очередную запутанную улицу. — Могли бы у него сообщник? — Да вряд ли, — пожал плечами бывший учитель, — его многие знали, но вряд ли пустили бы в дом сироту. Может… стоит заброшенные дома посмотреть? — А у нас их много? — выдохнул зло чернокнижник, готовый плюнуть от досады. Он присел на какую-то лавку, приняв обречённую позу. Ветка терпеливо ждал. Сделав вдох, Гвэйн медленно выпрямился, и вдруг сощурил глаза, глядя прямо перед собой. Небольшой проулок между двумя маленькими домиками, едва такой заметный, больше смахивающий на внутренний дворик, но нет! Это был всё-таки проулок! — Ветка, — тот резво поднялся на ноги. — Смотри, видишь проулок? Мужчина повернулся, сохраняя безмятежность, но когда повернулся, так сильно прищурился, а потом вдруг улыбчиво протянул: — Задери меня Феникс. Как я сразу не заметил? Точно! Там должно быть ещё дома два… Гвэйн не дослушал, а побежал в неизвестность, дивясь мрачности и узости места. А ещё… пахнет серой.

***

Если вспомнить карту Ирдэна, составленную лично Нерейвой, то можно было узнать, что около рыночной площади находятся жилые районы. Они отдалены от замка, нередко размещаясь практически в стенах. Численность было невелика, но всем хватало. О заброшенных домах было редко слышно. Кто-то умер и оставил дом на поживу паукам и крысам? Очень странно. — Это запах серы, — поучительно произнёс король ассасину. — Чувствуешь? — Ещё бы не чувствовать такую вонь, — поморщился Ветка, хоть и не был из брезгливых. — Пахнет так, будто яйца стухли или ещё чего похуже. Юноша нервно улыбнулся, внутренне напрягаясь ещё более. Он рад, что они вышли на след. Но они же вышли на след демонов! Неужто снова? Да что им нужно от Айлин?! — Помнишь, нашу вылазку с Айлин в Снежные топи? — спросил тот у соратника. Он угукнул, а Гвэйн продолжил: — Тогда ведь тоже демоны были. Спасибо Золуну и Или, что навели на них свет. Как они там интересно? — Вот и два заброшенных дома, — неожиданно громко произнёс Ветка, сжимая кулак и кинжал на поясе. — Пахнет сильней от вот этого! — оценил он обстановку. Атмосфера под стать заброшкам. Безлюдно, жутко и угнетающе. Неудивительно, что демон был тут. — Пойдём, — Гвэйн разомнул кисти рук, готовясь к магической атаке. Осторожно отворил дверь. Скрип протяжный и раздражающий. Мрак комнаты немного освещался с раскрытой двери, но эльф наколдовал шар света, проклиная про себя отца, который не додумался уйти куда-нибудь на поверхность, а не под землю. Серой завоняло пуще, преследуя спутников при их приближении. Было очень тихо. — Смотри, — Ветка неожиданно подлетел к углу, и когда Гвэйн приблизился, то увидел тело мальчишки. Ассасин перевернул его к себе лицом — по мертвецки белое и заострившееся. — Мёртв, — пульса на сонной артерии не было. Юноша грязно выругался, стукнув кулаком об стену, даже не глядя. На него посыпалась каменная крошка с потолка, и кулак увяз в паутине. Снова выругавшись, он зацепился взглядом за странную дверь. Что за ерунда? Это дом был сделан тесно к стене пещер. Она не могла никуда выходить. — Надо отнести мальчишку в замок и отдать на волю милости Феникса, — тела умерших сумеречные эльфы сжигали, чтобы точно никакая зараза не просочилась. — Видишь дверь? — Дверь? Что за бред? — искренне удивился Ветка. — Дом же встроен прямо в пещеру. — Вот именно, — развернулся к нему король с безумным блеском в глазах. — Это портал. Вот откуда демонская зараза просочилась! Значит, прислужники Тьмы до сих пор имеют доступ к старым обителям демонам? Зараза…

***

Человек спокойно поднимался по лестнице, причём с закрытыми глазами. На изящных ладонях он нёс клинок, ещё хранивший кровь девицы, рождённой под знаком Луны. Какая же чудная кровь была у неё! Он даже завидовал наёмнику — знал бы, самолично отправился бы в подземелья к той эльфийке! Уж тот сполна бы насладился ею… — Скоро затмение, — улыбнулся широко, как только мог медноволосый, глядя на туманное небо. — Ах, какой же чудесный день! А ночь будет ещё лучше! На каменном постаменте давно приготовлена чаша, в которой уже было кровь девицы, рождённую под знаком Солнца. Кровь Евы не будила в нём такого возбуждения, но для ритуала была нужна именно её. Демонопоклонник капнул с лезвия несколько капель крови. Солнечная кровь тут же зашипела и забурлила, сливаясь с лунной, а после приподнялись над чашей, сливаясь окончательно. Мужчина поднял голову — туман рассеялся, как по волшебству и ясное ночное небо глядело на него, а над ним возвышалось прекраснейшее явление природы — затмение. Оно бывало редко, но сколько же крылось за ним! Ритуал требовал определённой подготовки и он успел. Наконец-то… — Взвываю к вам, О Повелители Тьмы! — смеясь, начал тот речь, высоко подняв руки к небу, постепенно застилающийся кровавой пеленой за место синей. — Явитесь же! Накажите глупцов, что заперли Вас много веков назад! Отправьте их в к себе домой — отправьте их в пустоту! Во Имя нашей темнейшей прародительницы — явитесь же! Сгустилась ночь, запах чем-то горьким и больным. Небо заволокло кровавой завесой, исчезнувшей кровью из чаши. Ветер нёс с собой боль и страдания. Холод… Неупокоенные души на воле. Они уже здесь.

***

Грей не спал дня два точно. Не думал, что сопоставлять расположение артефактов окажется такой скрупулёзной работой. Это и вправду было сложно. К тому же помимо Эфлы парень решил узнать про артефакты на островах. Про остров Полумесяца он и не сомневался, но и на архипелаге Черепа была парочка неплохих артефактов. Но первый остров — настоящий кладезь их. Эфла тоже богата, пусть и в основном простенькими. Карта вышла готовой. Красными крестиками и цифрой он помечал артефакт, на обратной стороне была расшифровка, где и какой. Всего он смог насчитать около тридцати пяти артефактов вместе с островами. Жаль. Грею казалось, что их будет намного больше, но видно время не щадит даже их. Многие сломались так, что починить не возможно, другие уничтожены, другие под сомнением, другие утеряны навсегда… Что ж. Цель свою юный принц выполнил. Недавно пришло ещё одно письмо. Ева интересовалась, как обстоят дела с поисками артефактов, особенно её волновал очень древний и могучий, носящий название «Чело Скорби». Вообще у королевы была уже карта, составлена картографами королевства, но почему-то вышло так, что все помеченные им места не содержат ничего интересного. Интересовал её только один. Очень странный. — Эх, надеюсь, тётя скоро вернётся на престол, а она, как и обещала, оставит меня в покое и я буду заниматься тем, что сердце желает, а не королевство, — говорил с собой Грей, имея такую привычку. — Это так скучно. Править… Он вздохнул ещё сильнее, когда понял, что через пять дней ему подготовят корабль и придётся плыть к Еве и Дункану. Как пожелала королева, во время отсутствия принца все дела будет решать Морвен. То-то он обрадовался… «Хорошо, что у нас спокойное королевство, без всяких бунтов, а то в Равии уже нашлись такие. Но разве старый и вредный дед Дункана, переживший сына и, по-моему, всех он ещё переживёт, даст кому волю? Хм. Они с Морвеном стоят друг друга!» Парень ещё раз зевнул. Сгрёб бумаги, спрятал карту тщательно в рабочий стол, закрывающийся на замок, и с чистой совестью и затуманенным взглядом направился в спальню. Покои принца находились на самой верхней башне шпиля замка, поэтому пока тот поднимался, частенько заглядывал в высокие окна. Ночь и тихота. Хотя нет… — Затмение! — Грей прилип к стеклу, удивлённо взирая на небо. — Точно! Астролог предсказывал… Небо заволокло буйно-красным цветом, будто звёздам перерезали горло, и сама природа как сникла. Стекло плохо пропускало звук, но юноша отчётливо слышал, как ночные птицы беспокойно заверещали и стали лететь в разные стороны, словно летели от чего-то страшного… Не будь Грею так неспокойно, он бы сказал, что затмение притягательно. Но тут что-то не так. Что за… кровавое затмение? Разве такое бывает. — Эй! — вдруг побледнел юноша. — Кровавые затмения! Когда демоны и нечисть выходят наружу и охотятся за живыми, забирая в Пустоту. Не может быть! И правду не могло быть. Такие явления природы могли устроить только демонопоклонники, используя магию крови. Но… они остались? И каким-то образом смогли выпустить наружу всё то зло, что веками было заперто? — Недостаточно я читал историю Эпохи Мифов видимо, — поражённо прошептал принц, видя, как из горизонта вылетает легион ворон. Чёрный горизонт. Вестники смерти. Какие хорошие новости. Надо немедленно предупредить народ! На дворе глубокая ночь, но именно ночью случаются все несчастья… Похоже.

***

— Нимра, сегодня будет затмение. Ты представляешь, — толкнула плечиком подруга. — Самое то, для романтической прогулки с Джохи! — Кира, — закатила глаза Нимра, но после расхохоталась. Они с подругой шли на свидание. Кира со своим излюбленным Талларом, а сама она с Джохи, давно добивавшийся её расположения. Было уже прохладно, особенно к вечеру очень холодало, поэтому подружки придумали донельзя банальный и хороший план по согреванию… Сейчас, конечно, было не то время, когда можно свободно идти за пределы поселения, но зов молодости был сильнее маминого предостережения. К тому же… хотелось забыться. Девушка так переживала за отца! Мама тоже на пределе. Ещё эти ассасины. Контролируют всё издалека. Все это знали. — Ну и пусть смотрят, как мы будем согреваться, — снова расхохоталась на это Кира, когда они шли по деревне по направлению выхода. — Девочки, шаманка Миримэ настоятельно рекомендовала не покидать поселение до выяснения ситуации на юге. Девочки синхронно обернулись на занудного стражника. Конечно. — Мы ненадолго, — произнесла уверенна Нимра, и вдруг голубые глазки зацепились за два силуэта позади эльфа. — Вот, мы с мальчиками! Кира тут же кинулась на шею с поцелуями к Таллару, а подруга ограничилась обычными объятьями. Парни сразу поняли ситуацию и пообещали: — Не бойтесь, уж мы защитим своих дам, а в случае опасности сразу же отправимся домой, — почти чистосердечно объявили они. Стражник махнул на них рукой, недоверчиво поглядывая. Он дал знак лучникам на башне, чтобы открыли ворота. Верно. Ассасины своё дело знали. Они последят за глупой молодёжью. — Смотрите! — крикнул Таллар. — Скоро будет затмение, надо поскорее найти место, где устроиться. Эльфы чуть ускорили шаг, а Нимра замечала горячие взгляды партнёра, отвечая на них не менее горячими. Ночь будет жаркой. — Давайте, здесь, — Кира указала на место у речки, где было несколько удобных брёвен и симпатичное местечко. — Очень уютно. Парочка расселись по разным брёвнам, чтобы не мешать друг другу. Однако для места уединения это место не совсем подходило… Только, если одна пара уйдёт в лес… — Джохи, — Нимра прошептала своё желание на его ухо, а он довольно улыбнувшись, обнял её, прижав, а она показала жестом Кире, так же обнимавшейся с Талларом, чтобы уходили. Подруга покачала головой, пригреваясь в руках возлюбленного. Ну нет. Нимра обязана провести эту ночь не одна! — Что за звук? — невинно поинтересовался Таллар, услышав какой-то грохот. Все дружно подняли глаза в небо и ужаснулись. Они так были увлечены друг другом, что не то что не заметили наступившее затмение, но и его разительные изменения — тёмное небо преобразилось в красное, а природа сникла, утратив звуки сверчков и порхание птиц. Кстати, о птицах… Штук десять, не меньше, валялись на земле совсем без движения. — Что произошло? — пискнула Кира, задрожав всем телом. — Магия какая-то! — удивлённо пробубнил Джохи, сжимая со страха Нимру сильнее, чем хотел. — Пошлите отсюда, а? Вдруг что-то серьёзное? Хотя бы скажем, что тут… фауна с флорой шалят. — Моя мать меня убьёт! — обречённо всхлипнула эльфийка, стукнув себя ладошкой по лбу. — Но ладно. Итак влипли. — Вот именно, — поддержала её подруга. — Валим отсюда, пока ещё что-нибудь с неба не свалилось! Уходя оттуда, они с опаской поглядывали на… кровавое затмение. Они и не заметили, что во многих местах цветки увяли полностью, а многие птицы просто падали замертво.

***

Аши с Кацом играли в камень-ножницы-бумага от скуки на посту. Третью ночь они стоят на одном и том же посту. Но скука стояла такая, что можно было загнуться. Пусть они и наги, славившиеся своей безмятежностью, но не настолько! После собрания ничего интересного не происходило. Абсолютно. Что королеву, что Анель оба не видели. Да и где их видеть? Их поставили охранять самые крайние ворота подводного царства. Никто не входил и не выходил. Печально… — Никогда не думал, что может быть так скучно, — прозевал Кац, в очередной раз проигрывая другу. — Почему именно здесь? Неужели Лоу узнал о том, что мы подслушивали? — Да ну, — протяжно зевнул Аши, пятый раз выигрывая у нага только потому, что случайно забывался и выкидывал универсальную бумагу против камня. — Откуда ему знать? — Ширена забыл? — усмехнулся соратник. — Я вот его уже никогда не забуду. Странный он. — Ну, — пожал скользкими плечами друг, — он всегда такой был. Загадочный. Будто не от мира сего. — Это точно, — улыбнулся по-доброму Кац, подмигивая. Вдруг парней отвлёк шум. Что-то упало в воду. Не одно. Много… — Пойдём, — кивнул Аши. Оба насторожились и достали утигатаны. Проскользя чуть вперёд, они огляделись. Было непонятно. Логично, что если что-то упало, то от него будут идти пузырьки — ведь они под водой. Но пузырей было много. Где-то росли такие растения, а где-то… — Пойду, проверю, — вызвался Кац, негромко прошипев в конце. Наг подобрался к одному из мест образования пузырьков. Он удивлённо смотрел на это чудо, думая, что сошёл с ума от скуки. Тот подозвал друга: — Эй, Аши, мне кажется, я всё, — покрутил пальцем у виска. — Что ты там, — хмыкнул торговец, приближаясь к товарищу. — Что?.. Теперь они оба взирали на мёртвую рыбу. Что за проделки?! Подплыли к другому месту, ещё к одному — рыба и только она. Может, им это всё-таки кажется на почве скуки?.. — Мне от всего этого жутко, брат, — поделился Кац, осторожно приподнимая лосося за хвост. — Смотри, — он зачем-то всунул палец в открытый рот рыбы. — Что это? — палец был весь чёрным. — Люди решили рыбу потравить? — на ум Аши ничего не приходило. Вдруг раздался пронзительный вопль. Наги тут же поплыли на крик. В зарослях бурых водорослей застряла одна из русалок. Водоросли окутали всё её тело и не отпускали. — Ты не можешь выбраться? — практически одновременно спросили парни. Кац озабоченно покачал головой, доставая клинок для того, чтобы разрубить крепкие водоросли. Со стороны это выглядит абсурдно. Морской народ любит есть водоросли, но чтобы наоборот… «Происходит полная околесица!» — посетила голову Аши мысль, а когда он поднял случайно голову, то обомлел. Ему казалось, что произошло цунами и всех людей смыло с их островов, а теперь синих и чистых вод их застилала кровавая завеса. Может, ему кажется? Вроде ночь на дворе. Может, затмение какое? — Благодарю, — прошелестела русалка, падая на землю подальше от разрубленных водорослей. — Смотрите наверх! Лица вытянулись. Русалка испуганно зажала рот рукой, боясь издать такой вопль, что явно услышат во дворце. Теперь к кровавым водам добавились плавающие на самой пене вод тела…

***

У Элдора было странное предчувствие. Часто они сбывались, но это может быть и просто на нервной почве. Вспомнить бы только прошлые события… Сейчас бы помогла разобраться Миримэ. Как же она там? А дочурки?.. Горюют ли они о нём, или даже не знают о том, что Афрор проигран? Зябко поёжившись, он тихо вышмыгнул из своего деревянного укрытия. Лесные обитатели жили в небольших домиках, даже шалашах, тесно привязанные к деревьям. Сейчас друид раскрыл мховую дверь, выходя на ночную прогулку. Лёгкий ветер упрямо сбрасывал капюшон чародея, и он повиновался ему, сняв окончательно. Наполовину русые, наполовину седые прямые волосы развивались на ветру, а в немолодую кожу забиралась свежесть. Осенний ветер становился с каждым днём холоднее. Скоро зима. Тяжко время будет для Мив и афрорцев… — Вам не спится, верховный друид? — вдруг одно из деревьев пошевелилось, и показался Энрот во всей красе — обычный дуб преобразился в светящийся синевой крон, а листья сделались пышнее и серебристей. — Почему? — Тяжёлые времена грядут, — поделился неохотно заботами эльф. — Наш народ страдает… — Все в той или иной степени страдают, — рассудил энт. — От чего же страдаешь ты? Снаха вопрос порядком взволновал. Подобное никогда не спрашивали у него. Все привыкли, что он вождь и отвечает за всех. Страдания детей — его страдания. Но если капнуть глубже?.. — Скучаю по семье, — опустил глаза на сверкающую при лунном свете траву. — Моя супруга в одиночку пытается управиться с деревней и выжить, старшая дочь не такая зрелая, как кажется, а младшая… может кануть в пещерах. Это её спасение и погибель. Люди до всех рано или поздно доберутся. Закончив пламенную речь, Элдор выдохнул. Глубоко. Посмотрел вдаль, на залитое белым светом озеро, в котором иногда сверкали скользкие хвосты рыб и коварно квакали лягушки. Природа была чистой и невинной. Само лоно природы будто окружало его. Всё Энрот, его сила. Вечнозелёный лес был обширен, но маленькую его часть не видел никто… если только сам Дух природы не позволял. Необычный барьер окружал территорию, где всегда царил покой. Даже сейчас, все эльфы были защищены от треволнений их мира. — У меня тоже есть семья, — произнёс наконец Энрот. — Не удивляйся, друид, — кажется, там, где было лицо энта, он показал что-то наподобие улыбки. –Это все вы. Живые существа. Каждый клочок природы. Я есть само воплощение и Матери-Земли, и Отче-Неба, — яркие синие глаза духа вдруг потускнели, потеряв блеск. — Но каково же было моё разочарование, когда самый верный мой народ потерял Древо Жизни! Вся природа тогда горевала… — Нам всегда будет стыдно за свою недальновидность, — друид покорно опустил голову, не поднимая глаз. — Если бы мы только знали, что собственные братья и сёстры отвернутся от нас… — А-а-а, — вдруг протянул энт, чуть покачнувшись на двух передних стволах, служащие неким подобием рук. — Вот, что действительно гложет тебя помимо семьи. Предательство близких. Элдор замялся, не зная, как оправдаться, а когда собрался со словами и встал, Энрот качнул головой, став возвышаться в размерах. Снах не понимал в чём дело, опасливо оглядываясь вокруг. Та же умиротворённая и обособленная от всех обстановка. Что-то не так? — Мне придётся снять барьер, — Старейший Энт стал сужаться в размерах, представляя в прежнем виде. — Вокруг нас что-то происходит. Вожак инстинктивно провёл по спине, натыкаясь на пояс, намереваясь достать. Тот ничего не чувствовал. Возможно, барьер блокировал его, не давая прочувствовать происходящее извне… К ним слетелись все феи и прочие, вняв немлимому зову повелителя. Потихоньку стал оживать и их лагерь. Это было плохо. Энрот дал знак, чтобы нимфы помогли уснуть простым эльфам и солдатам. Не стоит их будить, особенно, если ничего серьёзного. Вскочили только вожаки и молодая королева. Они поравнялись с таким же не совсем понимающим обстановку Элдором. — Я верю Энроту, — произнёс тот только. — Он сильный дух и что-то чувствует. — Наверное, что-то серьёзное, — предложила ещё сонная Мив, пряча зевоту за смуглой ладошкой, — иначе, зачем столько шуму поднимать? Мужчины считали также. Их подозрения подтвердились, когда природа стала вокруг меняться. Тёмный небосвод заволокло кровавой завесою, ветер поднялся, а флора стала стремительно увядать. — Это ещё что за напасть?! — крикнул Эдд, окончательно теряя остатки сна. Все были с ним согласны. На них что-то надвигалось. И что-то опасное. Элдор развернулся к Энроту, но его там, оказывается, не было. Были только обеспокоенные прислужницы леса с серьёзными лицами. Друид едва подавил в себе крик страха, завидев приближающегося из ниоткуда Духа, громко стукая конечностями. — Поглядите! — взвизгнула Мив, тут же испуганно прижимая руки к сердцу, но взгляд был решительным. На самом краю леса, на кровавом горизонте было несколько силуэтов. Кажется, не всё. Вожаки озирались по деревьям, явно замечая шевеления в позолотевших от осени листьев. Силуэты приближались. Они были невысоки и безобразны. Но многие были так стройны и притягательно, даже не показывая себя! И что за запах? — Нет… — покачал головой Элдор, припоминая поединок с Евой. Одно из красивых существ вышло к ним ближе. Это была очаровательная девушка… с ярко-буйными красными локонами и рогами на них! Постепенно опуская взгляд по почти оголённому телу, сзади был замечен хвост, а красивые ноги оканчивались копытами. Настоящая демоница! Суккуб — существо, продавшее душу Тьме. Тут же рядом с ней пристроился безобразный силуэт. Пасть такая, что там поместится доброго половина всего лагеря, а взгляд такой безумный и ужасный, как и их изувеченные тела. Плоть была изувеченной, оголена до мяса и костей, но им это будто не мешало. Проклятые демоны. Элдор поверил про них, когда ещё с Евой боролся, но никому так и не сказал. Он поверил Нерейве, впервые, за столько лет. Но ему до конца не верилось, что они тут. Демоны…