Лунный свет

Идеальное равновесие, чистое серебро, блики от маленького оконца играли на коротком мече, переливая всеми оттенками серого. Такую вещицу Сайдэн смог стащить совершенно случайно. Люди любят пить, а эльф наблюдать за ними. Лёгкий поворот. Рука не дрогнула. Движение вперёд, вбок, назад. Меч чуть качнулся в неуверенной руке. Решил повторить свой старый трюк с подкидыванием за спину меча, но едва отскочил, так как, не смог правильно рассчитать, и оружие звякнуло об каменную стену камеры и изменило траекторию полёта, чуть не поранив принца. «Да что же такое! Левой рукой невозможно долго сражаться. Никакого от меня толку. Но я же не могу позволить остаткам народа гинуть в небытие!» — кофейные глаза принца с грустью обвели каменные стены тюрьмы и небольшой камеры, в которой расположились ещё пять эльфов. — Осторожней, принц, — шепнул один из самых старых эльфов в Афроре старик. — Вы так быстрее ненароком прирежете кого-нибудь, или сами поранитесь. — Если я совсем не буду тренироваться, совсем сплохаю. Мне и так… неудобно левой рукой, — сглотнул Сайдэн, с брезгливостью поднимая правый обрубок, который ему залатали тканью оставшиеся женщины. — Мне надоело сидеть на одном месте! — Ну так, принц, — приподнял кустистые белые брови афрорец, едва достававший эльфу до плеча из-за сгорбленности. — Как даве мы пытались прорваться… — Да, мы каждую неделю устраиваем бунты, — поддакнула одна женщина в их камере. — Я и считать стала. Не пойму, сколько мы здесь, но наших побегов ровно семь. — И ни один не смог увенчаться успехом, — Сайдэн устало облокотился головой о стену. — Это так невыносимо. Сидеть здесь взаперти и не знать, что происходит с нашими братьями и сёстрами. Может, мы уже покорились, а может победили. А мы просто давно умерли, и нам это всё кажется… — Отче-Небо вам на голову, принц, за такие слова, — покачал с недовольством старик, с опаской глядя на других в камере. Когда-то Фэл сам был стражником в этой тюрьме. Эльфийские темницы не славились большим местом и уютом, и тем более не рассчитаны на долгое заключение. В каждой камере было по шесть мест, и то все ютюлись буквально друг у друга в ногах. Всего камер было двадцать. И все они были наглухо заполнены. Эльфы стойко держались, терпя голодный паёк и вечный сквозняк в полурасыпчатой темнице, наперекор людям, которым надоел их мятеж. Приставленные в темницу караул нечасто менялся, поэтому от скуки они напивались, истощая эльфийские запасы. Сайдэн не понимал одного. К чему они ещё держат их живыми? Да, они не жалуют их, но и не лезут, если совсем не припрёт. Да и остатки эльфов молча терпели, пока Сайдэн брал на себя весь зачин и удар. Большая часть афрорцев, несколько челофов, винтеров и пару снахов видела в нём неиссякаемую надежду. Многие были на пределе, думали сдаться, как сделали их собратья, когда на них надевали колодки. Эльфы их почти не осуждали… однако, спасать их никто не спешил, когда они почти выбрались наружу! Почти… Что-то не хватает планам Сайдэна. Какой-то крохи. Принц пытался разобрать каждый вариант побега, но они всегда кончались идентично — их снова заковывали в колодки, били плетьми и несколько дней приносили не самую чистую воду и несвежий батон. Помимо культяпки, у афрорца теперь и спина расписана всеми оттенками от красного до фиолетового… — Фэл, — не обратил внимания на его реплику Сайдэн. — Скажи мне, как прожитый почти век эльф. Что я делаю не так? Почему нам никак не удаётся сбежать? — Ох, принц, — почесал полу лысую голову Фэл, чуть смутившись. –Я об этом не раз размышлял. И вот что думаю: нам просто не хватает додуманной стратегии. Как только мы всеми правдами и неправдами отвлекаем стражу, а после обездвиживаем хоть на несколько секунд, мы мчимся наверх просто без всего. Ваша цель одна — просто сбежать. Да, пусть здесь всего пара тройка стражников, которые любят перепить и потом приставать к нашим оставшимся четырём дамам. Но и они не дураки. Мы бежим наверх, а там ведь уже знают, кто сбежал. И стоит нам открыть последнюю камеру, как сюда врываются люди и всё повторяется. Это нас ещё недооценивают, а то бы давно сама Ева стояла прямо перед вами, как я сейчас, — старик помолчал. — Мой принц, вы очень стараетесь, но, видно, не судьба. Даже люди не верят в нашу затею, каждый раз они смеются, когда ловят нас! — Пусть смеются, — тихо произнёс Сайдэн, без эмоций глядя на широкую прореху в каменной клади стены. Он сощурился, и вдруг ударил со всей силой здоровой рукой, сказав: — Вот и пускай смеются, а затем они захлебнутся в собственном смехе и крови, когда мой клинок рассечёт их глотки! Злобный вопль заглушил громкий стук камня и поднявшийся шум от напуганных эльфов. Поднялась туманная завеса и все закашлялись. — Что у вас там, остроухие? — гнусавый стражник подошёл к камере принца, прикрыв от столба пыли глаза. — Дошли до такого отчаяния, что стали биться о собственные стенки? — довольно рассмеялся человек. Когда туман каменной крошки рассеялся, то лицо человека вытянулось, и он подозвал ещё двух стражников. Мужчина вытянул палец и стал неприлично показывать на эльфов пальцем. — Эти подонки разрушали половину камеры! И даю голову на отсечение, что это вот этот проклятый каркуша! — процедил человек, глядя на пыльное лицо принца. Сайдэн усмехнулся данному прозвищу от этого вечно больного то кашлем, то соплями, человека, пока отряхался. В голове его образовался бутон идеи, который с каждой секундой разрастался и был готов распуститься. — А ну подойди-ка сюда, остроухий, — приказал один из самых грозных стражников тюрьмы, с которым даже Сайдэн предпочитал бы не связываться, если совсем не понадобиться. Поэтому он молча подошёл к нему, и прошипел от неожиданной боли, когда его приложили к грязным прутьям камеры, оттягивая со всей силы ухо. — Снова порядок нарушаем?! Я недостаточно тебя высек в тот раз? — Достаточно, — заранее ответил принц, зная, что на его вопросы лучше отвечать. — И зачем мы вообще держим эту лесную мразь в живых? — страж со всей жеманностью поглядел на ещё перепуганных эльфов в камере. — Ева что-то тянет с вами, но Дункан — наш истинный король — не промах. Скоро всё решится. А вы все! — вдруг гаркнул он так, что даже другие люди вздрогнули. — Молчать в тряпочку, и пусть хоть кто-то сегодня ночью издаст какой либо звук. Мужчина отпустил ухо эльфа, не отказав в желании толкнуть его, что и сделал. Сайдэн неловко упал, пытаясь удержать вес на правой руке, но не вовремя вспомнил, что её теперь нет, и приложился прямо лицом об бедно постеленный соломой пол. Люди загоготали, возвращаясь на пост, чтобы поиграть в карты. — Принц, — Фэл единственный, кто всегда помогал Сайдэну и приходил на помощь. — Вставайте, мальчик. Афрорец тяжело дышал, уткнувшись в солому, не пытаясь даже подняться, глядя на своё разрушенное творение. Один неслабый удар — и половина всей стены рухнула, и теперь он видел всех, кто был в соседней камере. Одна мысль отчаянно крутилась. Так крутилась, что он не мог не высказать её. — Фэл, смотри на стену. — Смотрю, мой принц. — Видишь, какой камень хрупкий? Ты же служил в тюрьме, верно? Может, знаешь, что… — Сайдэн сам приподнялся, хоть и с усилием на колени, приобняв левой рукой эльфа. — Что за теми стенами? Культяпкой он обвёл ту половину камеры, где виднелись крохотные оконца, немного пропускающие лунный или солнечный свет. Но свет всегда был очень тусклым и редким, всё зависело от расположения небесных светил. Темница ведь уходила чуть под землю, и Сайдэна жгло любопытство и безумная идея. — За стенами-то? Ой, да этим стенам не меньше двух веков, а обновляли их раз в десятилетия. Они постоянно осыпались и портились. Если, допустим, постучать по ним, то услышишь глухой стук. Стены не так прочны, несмотря, что из камня. — А можно ли их разбить, как вот эту? — Давот не знаю точно, что там, но ещё отец мой говорил, что пустота там кругом и темень, а ещё проходят старые пути под городом, ведущие в Бурую пещеру… А что такое, принц? Фэл посмотрел на принца, наткнувшись на лёгкую полуулыбку на разбитых устах. Афрорец перевёл взгляд на полуразрушенную стенку, снова на принца, на ту часть стен, что он говорил… Старик не сдержал вздоха то ли радости, то ли испуга.

***

— Начальник, так что со стеной делать? А то там пролом такой, голову просунуть можно, — спросил гнусавый стражник у главного, когда они приземлились на стулья на своём посту. — Завтра утром позовём кузнецов. Пусть разбираются сами, — махнул рукой капитан стражи, поправляя меч в ножнах. — Что до утра-то может случиться? — Да кой знает этого каркушу. Постоянно что-то затевает. — Да, — согласился второй стражник, потирая короткую рыжую бороду. — Кажись, стащил у меня меч, когда камеру отпирал, а этот как долбанёт меня по голове, и я ничего не помню больше… — Магия могущая, — цокнул языком капитан. — Тебя второй раз проводят. Ничему не учишься! — Ну, кэп, — развёл латными руками мужчина, — не молод я уже… — Да, оправдывайся, дубина! — солдаты дружно рассмеялись, чокаясь кружками с эльфийским сидром.

***

Довольный смех быстро переходил в чуть пьянеющий, но Сайдэн помнил, что если с ними дежурит капитан, то напиться он им не даст, а может даже и отправить караулить их, а не как обычно — те сидели на посту и скучали. Сайдэн ломал голову над тем, как освободить тех, кто на противоположной стороне. Если следовать цепочке — пока только всё в теории — то с горем пополам, но они смогут сделать прореху в стене, а дальше она несложно ломается руками. Жаль, конечно, что темница хоть и некрепкая, но магически защищена… — Ох, как же нам так продумать ситуацию, ведь, если стены ломать будем, то шум будет стоять по всему материку! И сегодня как назло дежурить этот лысый! — афрорец карябал стену грязными ногтями, насупившись. — Ох, принц, — вздохнул Фэл, задумчиво глядя на дыру. — Давайте, не будем спешить, и просто дождёмся другой ночи, когда капитана не будет. Сайдэн медленно развернулся к нему с горящими от негодования глазами. Но стоило ему заглянуть в почти чёрные глаза старика, как эльф весь обмяк и вздохнул. — Фэл, — начал слабым голосом он, — если мы не сбежим сегодня, не сбежим уже никогда! Эти остолопы же не оставят дыру просто так. А потом что, заново ломать? И так по проклятому кругу? — Воистину так, мой принц, — покорно кашлянул старец, отходя к маленькому оконцу. — Ночь сегодня лунная. — Воистину так, — как призрак, повторил слабо Сайдэн. Изначально безумная идея сейчас же казалось ему верхом помешательства. Он давно понял, что сходит с ума, не зная, что происходит за той таинственной дверью, за какой кроется свобода. «Мы никак не сможем сломать стены, и не наделать шуму. Коль только караул напьётся — даже проклятый капитан! — и мы просто с божественным вмешательством сможем проломать стены между камерами, а затем и к старым тоннелям…» Всё это сказки. У принца в левом глазе скопилась непрошеная влага. Перед ним всё витало лицо Мив.

***

«Так, если верить карте тоннелей, то я должна буду выйти прямо к их темницам, а уж там дело за мной», — Нерейва ступала по слабо освещённым катакомбам, ориентируясь по карте и необычным бурым кристаллам. Эльфийка пусть и не жила в Афроре тридцать с лишним лет, но прекрасно помнила все тайные выходы и входа города. Например, сейчас она воспользовалась входом из Бурой пещеры, где обитали довольно буйные медведи, но заклинание невидимости оправдывало свой успех. Но тотчас она сняла его — навряд ли демоны здесь будут патрулировать… а уж люди тем более. Нерейва знала, что стоит по максимуму оценивать противника, но не в этом случае. А насчёт демонов… Нерейва как раз подходила к подземному ходу, собираясь открыть проход, но тут налетели лазутчики демонов. Скрученные существа с хлыстами и маленькие уродцы — плевать ей, как их называть. Миримэ предупреждала её о частом нападении на одиночек, но отступницу это не отпугивало, а интересовало. По совести сказать, она ожидала, что демоны посимпатичней будут на личико, хотя кроха шарма и грации в них присутствует! «Очень верю, что поход на остров Полумесяца даст толк. Айлин в него так верит… а у меня больше и идей нет. Ах, и как же демоны пролезли в наш мир?» Женщина тихо выругалась, когда каблук увяз в месиве грязи. Значит, она приближается. Кристаллы буроватого цвета неясно освещали путь, но отличное зрение сумеречных эльфов не подводило. Как и чутьё Нерейвы. Она чувствует эльфов.

***

Мив сошла с единорога, которого ей одолжил сам Энрот, и дальше она со своим отрядом направилась пешком. Она узнала родные леса! О, но как же лес помрачнел. Все растения будто потеряли свой истинный цвет. И дело вовсе не в осени. Хоть бы снова увидеть ярко-зелёные листья кедров и крепкие стволы дубов; где же маленькие, шустрые белки, что любят скакать с одного дерева на другое; не слышно воздушного колыхания самой природы. Где же ты, жизнь? — Ваше величество, — обратился один из солдат к Мив. — Может, стоит послать кого-нибудь на разведку? — Не стоит, — ответила она. — Больше нас никто не застанет врасплох, после того, что мы пережили! Солдаты с уважением переглянулись; лучники готовили стрела, мечники держали на готове короткие мечи, а друиды беззвучно посылали благословления на собратьев. Они ускорили шаг, готовые к встрече и с людьми, и с самими исчадиями геенны огненной. Земля под их ногами была мягкой, а ветер благоволил.

***

Сайдэн-младший не смыкал глаз, лишь изредка моргал, бессмысленно уставившись во мрак камеры. Лунные лучи почти не попадали, а на большее освещение надеяться не приходилось. Принц устало перевернулся на бок, когда услышал довольный смех из верхних комнат, там, где был пост людей. А вот ещё выше была свобода… «Интересно, как там Мив? Моя любовь, молю, чтобы всё у тебя было хорошо! Как и у Тиеру…» — внутри всё скручивалось в тугой узел от таких мыслей. Тоска и озадаченность. Сейчас бы хоть на мгновение увидеть родные лица!.. Послышался взрыв. Все в камерах вскочили, с испугом озираясь — взрыв-то прогремел где-то под ними. Засуетились не только эльфы. Солдаты, едва не заснувшие, тут же повыскакивали с мест, беря на ходу факелы и доставая мечи. — Что это такое? — Фэл опустился на колени, прислонив уши к полу. Все суетились, только Сайдэн привстал на цыпочки, выглядывая в окошечко. Но ничего не было видно. На небо набежали непонятно откуда тучки, заслонив собой последний источник света… но не надежды. «Люди тоже заволновались. Это не демоны. Значит, чужие!» — эльф лелеял надежду на то, что это вернулись его братья, коих он отпустил в битве. Послышался ещё один взрыв, и этот взрыв встретила камера принца, когда стена развалилась на части. Все закашлялись, стали махать руками, чтобы хоть немного избавиться от пелены пыли. — Живей! Живей! — кричал капитан своим подчинённым, брызгая слюной от злости — в его смену могло что-то произойти! Да он готов этих эльфов за уши повесить, чтоб выбить всю дурь! — Кто это там? — взволнованно перекрикивали друг друга эльфы, с ужасом и интересом разглядывая камеру с принцем. — Не… госпожа Нерейва? — откашлялся Сайдэн, но тут же подавился, завидев знакомое лицо в клубе пыли. Вся пелена вдруг спала — разумеется, не без помощи Нерейвы, которой надоело слышать крики, хрипы и кашель собратьев. Она брезгливо поморщилась, лицезрев грязные лица, но смягчилась, когда увидела их взгляд — в нём плескалась надежда.

***

— Слушать меня! — после того как друиды нагнали чёрные тучи, дабы скрыть их ещё больше, как матерь своё дитя от недобрых глаз, Мив остановилась неподалёку от ворот в южный край. — Нападаем быстро и стремительно! Припомнив им Афрор и… всё припомним! Не жалеть никого, и если завидите наших — освобождайте без вопросов. С ними разберёмся позже. В этот миг приоритетом является освобождение нашего края и месть Еве и Дункану! Полилась первая капля. С завидной быстротой начался ливень. Но эльфам это было на руку! Отче-Небо с ними! Мив с войском поспешили к воротам, где их уже завидели городские лучники. Но эльфийские лучники ловчей и быстрей. Также как капли, с высоких башен полетели людские тела. Пролилась первая кровь, и она не будет последней. Земля всё впитает, будто и не было ничего. Но она запомнит каждую пролитую каплю… Мать-Земля с ними!

***

— Эта что ещё за баба?! — гнусавый стражник приостановился у камеры, и уставился на отступницу, как на Банши. Нерейва, которая сломила защитные чары особой фиолетовой травой, прикасалась к решёткам, и они тут же плавились в её руках — уже пятая камера была открыта. Как только люди застыли на лестнице, она повернулась к ним с недоброй улыбкой. — Что за хамство! За столько десятков лет, меня никто не назвал «бабой»! Тебе, сопляк, следует держать рот на замке, — мах руки, и рот гнусавого наглухо захлопнут. Он истерично пытался растянуть губы, но капитан оттолкнул его, вбегая в темницы. Тот уже замахивался мечом на наглую гостью, но освободившиеся эльфы накинулись на него прямо с голыми кулаками. Человек ругнулся — хотелось ему проломить пару голов, да вот Ева приказала не убивать их, ссылаясь, что лишняя пара рук при строительстве новой Империи, да и меч у него смогли отнять. Остроухие ублюдки! — Вырубите как-нибудь его! Мне надо скорее освободить остальных, — чернокнижница бегала от одной камеры к другой. Озлобленные на капитана эльфийские женщины не сговариваясь, одновременно врезали ему по лицу. Докончил дело Фэл, какой стащил его меч, он воткнул его как можно глубже в грудь человека. Капитан закатил глаза, бешено вцепившись в лезвие, царапая руки, но было поздно. — Умнички. Надеюсь, подкрепление нескоро… — Их было трое. Один сбежал, а второго здесь и не было, — Сайдэн, до этого флегматичный стоявший в стороне, вдруг оживился, увидев поверженного человека. — Мы отбираем город? — Разогнался, — с трудом выдала смешок Нерейва, плавя решётки. — Здесь практически одни мирные, кем воевать-то собрался? Принц призадумался, но тут спохватился, когда услышал с улицы крики. Все переглянулись и тут же сникли — отчаявшиеся эльфы ожидали погибель — но Сайдэн так не думал. «Кажется, я совсем чокнулся!» — как ведомый, афрорец пошёл к лестнице. Он услышал то, чего желал много дней. Он чувствовал то, кто был здесь. Была. Его Мив!

***

— За Афрор! Разбушевавшийся ливень заливал грязные дороги и размыл ещё оставшийся пепел на домах. Какое же запустение… И это некогда красочное поселение, самое масштабное на материке! А теперь что? Мив было больно смотреть на те места, в которых росла. А что же случилось с резиденцией! Даже издалека эльфийка видела, что некогда зелёные насаждения и блеск здания утратили свою былую красоту. Всё какое-то… серое. — Эльфы! Эльфы! — перекрикивали один другого люди, спускаясь с башен, зовя остальных из казарм. У новоявленной королевы руки так и чесались о мысли встречи с Евой! Наверняка, они с Дунканом в резиденции… Подонки! Даже не удосужились отстроить сгоревшие дома. Где же все мирные эльфы? Тревога за невинные жизни обострялась в особенности, когда Мив вспоминала битву… Отогнав самые мрачные моменты в своей ещё короткой жизни, афрорка размахнулась посохом, ударив подлетевшего к ней рыцаря прямо в пах. Он скрутился пополам, а к ней уже пришли на помощь эльфийские воины. «Что-то странно пока всё», — Мив заметила, что половина людей бежит к затхлым темницам, а другая к ней. — Минор. — Что, королева? — Ты не заметил, что люди какие-то… сбивчивые. Где их командиры? Я, конечно, так и рассчитывала — напасть и бить неожиданно, но что-то больно это чудно. В темницах что-то происходит. — Можем, проведать, — эльф кивнул на воинов, что ловко расправлялись с новых подходом людей. — Идите, — согласилась Мив. — Я пойду к резиденции. Проследи, чтобы меня подстраховала пара лучников и друидов.

***

Скорей, Нерейва! — Иду я уже, иду! — Нерейва расправилась с последней решёткой, дав на всякий случай очередное напутствие: — Идите в этот проход. Выйдите к Бурой пещере, сейчас она пуста и неопасна. Там мы вас после всего и встретим. Напутствие предназначалось мирным, что сейчас жались друг к другу, опасливо поглядывая на очередного врывающегося солдата, то на отступницу. Им всё ещё не верилось, что это начало их спасения. — Кто может сражаться — вперёд! — эльфийка рванулась к выходу, откуда ещё недавно выскочил бестолковый мальчишка. «Треклятый эльф! И где мне сейчас искать его в гуще людей?» — женщина огненным шаром взорвала дурацкую дверь, а за ней спешили несколько боеспособных эльфов. Нерейва чутка жалела, что не взяла с собой ассасинов…

***

— Мив! Мив! — перекрикивал буйный ливень и крики людей Сайдэн-младший. Каким-то образом дождь действовал для него облагораживающе, смывая не только внешнюю грязь, но и внутреннюю. Кто-то пытался на него замахнуться, но у принца не было ещё в планах умирать. Он был с голыми руками, поэтому старался уклоняться и бежать быстрее. Вдруг тот раскрыл рот, перебегая очередного людского солдата — перед ним стоял эльф! Афрорец! Казалось, Сайдэн помнит все лица в день битвы. — Принц Сайдэн! –воин изящно извернулся от нового удара, исхитрившись кольнуть в бок человека. — Секунду, — новый удар в живот, и тело плюхнулось лицом в грязную лужу. — Возьмите его меч. Здесь самый накал страстей. Принц воспользовался советом, потянувшись левой рукой за оружием. Хм, железо, меч был неидеально начищен, весь в зацепках, крови и острие притуплено, но лучше это, чем правая культяпка. — Ты видел принцессу? — Королева Мив уходила к резиденции… Сайдэн стрелой помчался к своему старому дому, едва ли разбирая, кто у него на пути и где бежит.

***

— Ого! Заварушка в самом разгаре. Нерейва с кривой улыбкой наблюдала за битвой людей и… эльфов! Если бы отступница могла бы быть ещё бледней — она бы стала! Сразу подумала о вожаках и принцессе. Надо бы их тогда разыскать! Со своими, безусловно, бравыми, но истощёнными ребятами, ей толку мало. Вот, стоило бы объединиться со всеми ними… может, и войну бы они закончили, убив Еву и Дункана! Ах, ещё демоны… — Не стойте столбом! — прикрикнула на эльфов чернокнижница. — Вызвались сражаться — сражайтесь до последнего! Ради сгоревшего Древа… не стойте столбом! Вместе с громогласным криком, Нерейва вызвала громогласную цепь молний, пронёсшийся к не зевающим, в отличие от них, людям. Это помогло избавиться от десяток солдат, но тем самым она навлекла на себя внимание. Все тут же заострили на ней своё внимание. — Что ж, — она похлопала себя по бедру, где в разрезе юбки к чулкам было прикреплено зелье, восстанавливающий запас магических сил. — Что-то у нас прохладно. Добавим огоньку! — страстное пламя вырвалось из тонких пальцев женщины, осветив половину площади. «Надо потихоньку пробиваться к резиденции!»

***

— Ми-и-и-ив! — что есть силы крикнул Сайдэн, когда увидел знакомый обруч волос в виде толстой чёрной косы на чьём-то затылке. Возлюбленная не услышала его в потоке рыцарей, что с остервенением сторожили вход к резиденции. Прочные доспехи отлично защищали от воздействия холодного оружия, но Мив ещё сохранила остатки сил, подморозив им руки с двуручными мечами. Она побежала к некогда величественной белоснежной резиденции, теперь же с её потолка сыпался пепел, а стены посерели. — Мив! — поднял снова крик Сайдэн, отставая от своей любимой на несколько шагов. — М-м, немного-немного! Эльф разогнался, собрав расшатанные остатки энергии. Он видел, как заклинание Мив теряет силу, и рыцари почти вырвались их холодного плена льда. Он видел… видел и бежал, сломя голову. Чуть не сломал. Чуть замешкавшись на ступеньках, один ближний рыцарь ударил со всей силы своей ледяной коркой, зарядив эфесом по лицу эльфа. Его откинуло на приличное расстояние. В голове всё завертелось, запуталось, а в глазах стояла неясная пелена, но губы шептали чётко: — Я должен идти к Мив.

***

Было ожидаемо, что в самой резиденции её встретят люди. Но вот чтобы встретили сами Дункан и Ева! Мив даже опешила, еле не споткнувшись на начищенных ступеньках. «В самой резиденции гораздо чище, чем снаружи». — А вот и нарушительница… а-а, да. Я тебя помню, — тихо говорила Ева, сощурив глаза. — Дункан, это эльфийская принцесса, дочь мёртвого короля эльфов, — тонкие губы в издёвке изогнулись. — Срубили голову, но забыли про хвост? — усмехнулся мужчина, с презрением разглядывая хрупкую эльфийку. — Давай, покончим с этим. Нас и так разбудили средь ночи. Дункан стянул со спины двуручную секиру, зачарованная на ослабление и замедление противника. Мив попятилась, а Ева стояла, сложив руки в замок, наблюдая за исходом, словно каменная статуя в их Афрорских садах. «Ну же, Мив!» — пыталась собраться с духом девушка, но почему-то бездействовала, уловив что-то неладное. Внезапно она заметила, как губы Евы зашептали: «Он мне не нужен». Эльфийка совсем растерялась, ссылая всё на то, что она просто немножко утомилась. Как могла такое сказать королева! Разве он ей не нужен? Дункан же её муж… — Меня так просто не победить! — Мив выставила вперёд свой посох, что светился лёгким зеленоватым светом с чарами рассеянности. Немножко тёмной магии не повредит… — Молодец, веришь в успех даже перед смертью, — качнул головой мужчина, опасно медленно приближаясь. — Ты одна и такая молоденькая… — Она не одна! — прорычал Сайдэн, метая молнии одним взглядом на здорового человека, почти замершего у его невесты. — Мы вас прижали! — в проходе за парнем показалась чуть лохматая Нерейва, сжав в готовности кулак с огнём. — Как приятно лицезреть вас, после всего наслышанного. — Ещё смертники? — хмыкнула Ева, поглаживая худыми пальцами кольцо на руке. Нерейва обратила внимание на этот жест, а приглянувшись, разглядела кольцо и ахнула. Это же было «Кольцо Скорби»! Один из тройки легендарных проклятых артефактов! Должен быть ещё браслет и чело… — Отойди от неё, бугай! — Сайдэн в прыжок оказался рядом с Мив, тут же прижав её к себе. — Сайдэн… — большего вымолвить девушка не могла, шокировано глядя на приживающего к себе жениха и отступницу, что шла к Дункану и Еве. — Ева, ты носишь проклятое кольцо! Оно отравляет твой разум, а Дункана делает твоей пешкой! — чернокнижница почти вплотную подошла к мужчине. — Что вы делаете? — очнулась Мив, хотевшая вырваться, но эльф удержал её, и к удивлению стал уводить к выходу. — Что ты… — Эльфы могут выиграть эту битву, идите к ним, — шикнула на них Нерейва. — Это я-то пешка?! — взревел Дункан, сильно сжимая рукоять секиры, что костяшки побелели, а глаза налились кровью. — А-а-а-а! Мив испуганно прижалась к груди Сайдэна, когда сверкнуло лезвие секиры, но предсмертного вопля, каких девушка была наслышана, она не уловила. Отняла голову от мужской груди, и увидела, как отступница защищается посохом от удара. Её посох был металлическим, тонким, и больше красивым, чем крепким, но каким-то чудом он сдерживал напор короля. Руки Нерейвы тряслись, но она держалась. Ева захохотала: — Да, Дункан, да мой пламенный муж! Отруби эти жалкие хвосты! Хохот был безумным, а женские глаза светились адской дымкой, окрашивая в красный. Мив не могла оставить Нерейву, поэтому неохотно вырвалась из плена рук Сайдэна, и побежала к Еве, готовая выстрельнуть ледяными шипами. Королева вдруг сжала кулак, и эльфийка почувствовала сильное жжение внутри — внутренние органы обдавало жаром, будто курочку на вертеле. Принц разочарованно выдохнул, кидаясь на помощь, вытаскивая один из мечей, который висел на стене в виде декора, но меч самый настоящий. Ещё бы щит, только держать нечем его… — Вам не победить! — прошипела Нерейва, ослабляя хватку и кидаясь в сторону от удара. Дункан замешкался, чуть не резанув секирой по цветной плитке, но поняв манёвр, развернулся к ней, замахиваясь со всей силой. «Его секира! Она зачарована. Кажется… чары замедления!» — женщина понимала, что придётся действовать с помощью магии, пока она окончательно не ослабла. У всех завязалась борьба. Нерейва и Дункан. Ева и Мив с Сайдэном. Очень не хватает кого-нибудь эльфам для их перевеса! — Попробуйте отнять у неё кольцо! — умудрилась дать совет отступница, бегая от ударов Дункана. — Как хотите. Желательно, отрубите всю руку, а заодно и голову! Ева снова засмеялась, но более приглушённо, и Нерейва что-то заподозрила. Она хотела было крикнуть, чтобы поменяться, но было поздно — королева андарская преобразилась. Красные, горящие очи и такие же волосы, раньше блеклые, тёмно-русые, сейчас же отливающие рыжим золотом. Рука, сжатая в кулак, сделалась больше, и появились когти, но кольцо по-прежнему сияло на среднем пальце. Преобразование дало секундную передышку Мив, и её тут же толкнул Сайдэн-младший, выставив храбро меч. — Глупые эльфы! — рычал Дункан, кажется, не заметивший новую внешность жены, продолжая наступать на проворную сумеречную эльфийку. — Ты! Дубина! — Нерейва выпустила ледяное кольцо, окольцевавшее тело человека, а главное, замедлив на время руки с секирой. — Смотри, кто твоя жена! Неужели вы продались окончательно демонам? Мужчина недоверчиво оглянулся на супругу, и, кажется, его лицо вытянулось, а рот приоткрылся. Если он и был под частичным воздействием артефактов, но раньше никогда не видел вторую ипостась Евы. Он вдруг скривился: — Так, значит, правда… Все эти слухи при дворе и здесь… Ты принадлежишь семье, что годами были приспешниками демонов! И пока я был на Шрилассе… Вот почему ты была так уверена в победе! Призывала тёмные силы, ведьма! — А ты не такой твердолобый, как я думала, — низкий голос Евы эхом отражался от эльфийских стен здания. — Разумеется, я была верна хозяевам, которым мы служили. Ну и что с того? Я — из уважаемого рода! Нас всегда уважали, а в те времена, мы могли бы быть правителями всего Аркхема, а демоны давали нам особые силы… например, демонскую ипостась, увеличивающая наши силы и жизнь. Мы бы и не победили, только благодаря моей вере в демонов мы завоюем эти земли! — последние слова она прокричала так, что все стены задрожали, а картины и наборы мечей и щитов свалились глухо на пол. — Так вот в чём секрет людей — твоё содружество с демонами! — Мив неуклюже приподнялась, но встала благодаря протянутой руке жениха. — Вот что с моим отцом… Ты отравила его своей демонической скверной! — в дрожащих руках она сминала семена от Энрота. — Отпусти меня! — процедил Дункан Нерейве. — Я хочу лично снести ей голову, змее-предательнице! — Да пожалуйста, — чернокнижница видела неподдельный гнев в налитых глазах, чары на него точно больше не подействуют. Щёлкнула пальцами, отменяя волшебство. — Не вмешивайся, — шепнула Мив Сайдэну, шажочками приближаясь к королеве, будто пума к лани. Король Равии ступал тяжело и громко; тяжёлые пластинчатые доспехи чуть подпрыгивали на нём, когда он ускорился. Ева уже не обращала внимания на поверженную принцесску и калеку, а смотрела прямо в глаза мужа, получив, наконец то, чего желала всеми фибрами души эти месяцы — выговорится ему. — Ты мне никогда не был нужен. Наглый и тупой северянин. Но твоё королевство — вот, за что стоит продаться тебе и знати. Терпеть тебя было легче, когда перед сном приговариваешь заклятье подчинения, усиленное двумя из трёх самых могущественных артефактов. Мне нужен Аркхем. Нужна Шриласса. Нужна Эфла. Нужно всё! Тогда Хозяин дарует мне титул, и я стану полноценным демоном. Я смогу жить вечно, и построить новый мир, а не этот… Вы не видите? Прошлые войны лишь сократило численность всех живущих примерно вполовину. А почему? Потому что все воевали друг с другом. Но я могу это исправить. Мы сможем с Хозяином. Придётся, конечно, кем-нибудь жертвовать, но куда без жертв? И я готова… Мив с ужасом слушала её проклятые речи, а также с ужасом приближалась к ней сбоку так, чтобы не было видно. Сайдэн не мог спокойно стоять, но он верил Мив, поэтому просто держал меч. Нерейва же решила подойти чуть ближе, одновременно прислушиваясь к улице. Бои ещё идут. Узнать бы, на чей стороне фортуна… — Думаешь, что добьёшься мира, если сотрёшь его половину? — усмехнулась отступница на её речи, давно заметив, как Мив крадётся к ней. — И кем же ты собралась править? Шрилассу мы скоро отобьём, Эфлу точно уж защитим всеми силами. Ты гонишься за призраком собственной утопии, вот только это больные речи, навязанные прислужниками Тьмы и Пустоты! Мечтаешь о вечной жизни — мечтай дальше, Ева! — В лагере ведь говорили, что видели лазутчиков демонов… Это ты их сюда привела? — тяжело дышал Дункан, сжигая её глазами. — Я считал, нас преследуют общие цели, а ты просто… Тьфу! — не выдержав, он плюнул ей в лицо, а Мив тут же выпрыгнула перед Евой, бросая в неё семена. «Также я дам вам волшебные семена. Они происходят ещё из первой эпохи, и содержать частичку той чистой магии Луны и Звёзд», — это были слова Энта, и молодая афрорка их помнила всю дорогу, гадая предназначение золотых семян. Семена взорвались под Евой, опутывая её золотыми путами и ветками. На её коже стали образовываться уродские рубцы, а она верещать, что есть мочи. Нерейва для приличия, конечно, опешила, хоть и ждала чего-то невероятного, но подбежала к застывшему Сайдэну, и притянула пятившуюся назад Мив, унося собой заклинанием телепортации.

***

Мив вскрикнула, когда перед ней оказался перекошенный от злости человек с занесённым мечом, но кто-то позаботился о нём, выстрельнув в него пять стрел, и все в лицо. — Они ещё сражаются! — разочарованно воскликнула Нерейва. Она с недовольством оглянулась, оценивая силы противников и эльфов. Так. Люди уже жались к резиденции, в надежде, что сейчас Дункан им поможет — верить в Еву многие перестали, особенно северяне. Эльфы с особой яростью бросались в бой, и в большинстве выходили победителями. «Пора заканчивать». — Так! — гаркнула Нерейва, топнув ногой для убедительности — под ногой разрослась небольшая дыра, оглушив всех поблизости. — Короткоухие! Бросайте оружие, или клянусь, я вас лично закрою в этом земляном проёме! — Ваша королева и король повержены! — поддержала женщину Мив, съедаемая любопытством, что сталось с королями. — Мив, ты уверена?.. — шепнул ей Сайдэн, а она неопределённо качнула головой. Неожиданно раздался взрыв. Он случился в резиденции, окончательно разрушав дом для Мив и Сайдэна. Всех поблизости либо отбросило, либо осыпало с головой обломками. — Это Ева! — едва не хныча от злости, произнесла афрорка, чувствуя, как от напряжения затряслись ноги. — Это не Ева… — сглотнула Нерейва, выглядя необычно напуганной. Нерейва — и напуганная! Мив мало её знала, но точно знала, что эта женщина отличается не только живостью ума и невероятной находчивостью, но и истинной смелости. Как женской, так и обычной… Улучшенное зрение позволяло увидеть ей того, кто пока никто не мог разглядеть. Видимо, Афрор снова в пролёте… — Глупцы, — вкрадчивым шёпотом отозвалась темнота. — Сражаетесь для того, чтобы отсрочить неизбежное. Что было однажды, то случится вновь… Огонь везде загорится, а звёзды потухнут… Мрак и тьма проникнут в мир, а свет останется в тени… Избранные отмечены, то, что мертво, будет мертво… Он придёт в этот мир, позовёт, поведёт, и надежда от вас… снова уйдёт… — темнота отозвалась довольным смехом, а насеянный мрак стухать, поэтому все смогли лицезреть молодого мужчину с яркими волосами и красивым лицом. — Это сама Тьма воплоти, — кто-то проговорил в застывшей толпе. Все застыли, даже ливень прекратился, а ветер… исчез. — Вы забавные, смертные. Вы меня повеселили, — улыбался человек, а когда он вышел вперёд, все ахнули — на руках была Ева, обычная Ева, вот только вся измученная и в крови. — Как же вы любите бороться… Что ж, сегодня победа за вами. Я разрешаю вернуть вам поселение — может, и отстроите заодно, а то затрачивать свои ресурсы… сами понимаете. Но кое-что я заберу с собой, — мужчина подмигнул всем, остановив взгляд на Мив, а после просто растворился. Послышалось завывание ветра, ливень тщательно смывал кровь и пот с воинов, а сердца снова забились. Все побросали оружие. Даже люди. Они просто опустились на колени… просто опустили руки. Мив чувствовала, что сейчас потеряет сознание, но старалась продержаться, пока не почувствовала тёплое плечо жениха. Нерейва просто поблагодарила Феникса за то, что пережила этот день. Они отбили Афрор. Отбили его остатки. Его руины. Мирные спасены, большая часть эльфов тоже. Они так много потеряли, но как же приятно это потом снова получать. Хотя бы на время.