Лес, где живут светлячки

       — А ты слышал, что в Доме появился призрак? — маленький рыжий пацанёнок с оттопыренными ушами захлопал светлыми ресницами, в то время как его собеседник заговорщически понизил голос, поправляя огромные круглые очки, — Осы убили двух Котов, но один из них вернулся! Он в серой толстовке, весь оплетён бинтами и в крови, а ещё он скрывает свою самую страшную рану под чёлкой! Теперь бродит по коридорам и ищет своих убийц…        Пацанёнок ойкнул и затравленно оглянулся, ожидая увидеть кого-то полупрозрачного и злого, но увидел лишь унылый замызганный плакатик о пользе здоровой пищи на стене за собой, а его друг гордо приосанился, насколько это вообще можно было сделать, когда сидишь на скамье в столовой.        — Вот такую историю я буду рассказывать на весенней Ночи Сказок! Не вздумай её у меня украсть!        Рыжий в ответ испуганно замотал головой и начал хлебать суп, радуясь, что к старшим он попадёт лишь через два года. К тому времени он научится хоть как-то драться, а ещё перестанет пугаться каждый раз, когда мимо проходит кто-то из обитателей второго этажа, недобро скалясь.        — Скорей бы к старшим! — рассказчик истории о призраке покосился на обклеенную плакатами перегородку, отделяющую столы младших от старших, — У них там столько свободы! И никто им не указ!        — Я тебе печень на вилку насажу, если ты ещё раз заикнёшься про призрака! — зарычал Вышибала за столом Ос на посеревшего как весенний снег Растеряшу, — Заебал уже!        — Уже целый месяц мы твои бредни слушаем! — поддержал Эльф, ткнув в состайника вилкой с пюре.        — Да я говорю вам, он стоял там! У окна, весь в бинтах! И у него глаза горели красным! — Осы закатили глаза, — Нет, правда!        — У Циклопа один глаз, идиот, — усмехнулся Бычок, — Ты у нас просто впечатлительный. Тем более, эти олухи Голуби сами не стали отрицать, что он сдох. А они ж у нас дохуя честные.        — Это и без этих педиков было понятно, — пробурчал Фура с набитым ртом, — Я ему все кости переломал.        — Так уж и все? — за столом Ос послышались насмешливые хмыкания, — Однако ж этот псих всадил тому припадочному хлюпику в ногу грёбаный ключ!        — Да они просто под стероидами, — Вышибала покосился на стол, где Коты поглощали свой обед, — В четвёртую комнату по жизни всякий сброд ссылали. Вот они и пытаются быть круче. Скажи, Скорпион?        Новый вожак Ос степенно отставил от себя тарелку:        — Вы обращаете на этот самый «сброд» слишком много внимания. А ты, Растеряша, прекращай мутить воду в моей стае. Призраков не существует.        — А может, он и не умер, — хохотнул Вышибала, делая страшные глаза, — Он там в своём Лесу исцеляется, чтобы потом пугать таких как Растеряша! Бу!        Осы заржали, и даже Растеряша нервно захихикал. С соседних столов на них начали оглядываться, гадая, что же могло так рассмешить обитателей третьей.        — Ох, бля, не могу, — Бычок схватился за живот, — Как там Сверчок этого назвал? Ходок? Наверное, он перепутал со словом «торчок»!        Новый взрыв хохота вызвал у Прилипалы приступ икоты, и он трясущимися руками потянулся к стакану, едва не опрокинув его. Бычок зло и раздражённо зыркнул на него.        — Да, все, кто верят в эти бредни про Лес — конченные наркоманы, — Эльф пихнул вожака локтем, — Бьюсь о заклад, что их из Дома на Выпуске выпнут со справкой «Дауны».        Вожак осклабился, но промолчал, предоставляя своей стае возможность и дальше строить теории касательно того, какой наркотик вызывает такие мощные галлюцинации вроде исчезающих людей и прочих фокусов.        Шаман за своим столом какое-то время рассеянно наблюдал за ними, умудряясь делать вид, что ему безумно интересно слушать про какую-то из жён «великого кормчего» в исполнении Деда. С уходом Прилипалы вожак явно намеревался занять непочётное место самого болтливого, но его лекции несли хоть какую-то ценность, нежели сплетни и бредни бывшего Клеща. Стая праздновала его уход больше недели, а освобождённую койку демонстративно забросали разным барахлом, чтобы никто и близко не приблизился к «поганому месту». Сейчас же Бывалый и Пёс уныло ковырялись вилками в пюре, а вот Свин слушал вожака внимательно, изредка задавая вопросы.        Манул рядом с Шаманом налегал на еду, а вот парню совсем не хотелось есть. Он давно уже не получал никаких пророчеств, но какими-то потаёнными фибрами души чувствовал, что близится нечто масштабное. И дело тут было даже не в смене времён года, и не в конфликте Ос и Котов, который напоминал до краёв наполненную чашу — один неосторожный толчок, и всё выплеснется.        — Ешь давай, — Манул сунул Шаману вилку, — Не хватало мне, чтоб ты в голодный обморок грохнулся в Лесу. Я дико извиняюсь, но я тебя на себе не потащу!        Шаман усмехнулся, прекрасно зная, что в Лесу никаких обмороков не бывает, но совету друга внял и начал опустошать тарелку.        — Эй, Дед, — Пёс мотнул головой в сторону шумных Ос, — Если они будут драться, мы же не пойдём махаться за этих психов? Они же реально палку перегнули с этой их войнушкой!        Остальные Койоты тотчас замолкли, устремляя все взгляды на вожака, и тот веско протянул:        — Пёс, если мне понадобится твоё мнение, я обязательно им поинтересуюсь. А пока что настоятельно советую держаться подальше от неприятностей и решать проблемы по мере их поступления.        Манул закатил глаза так, что зрачки полностью ушли под веки, и Шаман тихо прыснул в кружку. Другие Койоты понуро вернулись к еде, всем своим видом выражая недовольство. Дед показательно проигнорировал все преисполненные досадой вздохи, переглядывания и фырканья.        За перегородкой у младших вдруг кто-то громко и тоненько завизжал, ещё несколько голосов присоединились к нему мигом позже.        — Эй вы, малолетки, а ну завалитесь! Ща как врежу по ушам! — рявкнул Вышибала. Однако увидев, кто вышел из-за перегородки с довольной ухмылкой, Оса уронил челюсть чуть ли не до самого стола, как и Эльф с Бычком. С соседних столов послышалась возня вперемешку с шепотками и чертыханиями:        — Он же умер? Это призрак? Не похож на призрака! Охуеть, так он реально не умер!        — О, Господи! — завопил Растеряша. Корица перехватил его взгляд и насмешливо покачал всё ещё забинтованной головой, проходя мимо Ос, чтобы добраться до своего стола, где на него с радостным визгом налетели сначала Танк, Мутант и Искра, а потом и все остальные, устроив свалку и перевернув пару пустых тарелок. Лишь Скороход не присоединился к всеобщему веселью, восхищённо и немного виновато разглядывая «восставшего из мёртвых».        — Нихуя себе… — Эльф потрясённо разглядывал картину радостного воссоединения состайников, которые наконец отпустили отдувающегося и держащегося за ребра Корицу, — Он же сдох, не?        Скорпион молчал, но костяшки его руки, в которой он держал вилку, заметно побелели. Остальные Осы выглядели страшно напуганными. А вот Фура с размаху глубоко вонзил вилку зубчиками в столешницу:        — Как этот урод тут оказался? Я ему рёбра переломал! Он кровью блевал!        — У тебя, по ходу, сбит прицел, — съязвил Вышибала, и Фура тут же разгневанно развернулся к нему, угрожающе приставив вилку к горлу:        — Хочешь проверить, чей там прицел сбит, а, сука?        — Фура, на место! — скомандовал Скорпион, возвращаясь к еде, — Нашли, из-за чего челюсти на стол ронять. Ну выжил он, что теперь, из-за этого трагедию делать?        Растеряша хлопал огромными оленьими глазами, пытаясь убедиться, что Корица — не призрак, а вполне себе живой человек, который уже успел разжиться компотом и сварганить себе бутерброд из того, что было на столе. Воспользовавшись этим, Прилипала стащил с тарелки состайника горбушку хлеба и запихал себе в рот, давясь. Фура вновь зло вперился взглядом в стол Котов, сгибая в кулаке несчастную вилку пополам:        — Я этой мрази лично череп проломлю. Чтоб точно сдох!

***

       В свою комнату Коты едва ли не ввалились, спасаясь от всеобщего внимания. В столовой обитатели третьей не переставали на них пялиться, выглядели растерянными и озлобленными, а ещё время от времени грызлись между собой, пытаясь понять, кто виноват, что избитый ими до полусмерти через пару месяцев заявляется вполне себе живой и на своих ногах. Коты время от времени перехватывали эти взгляды и улыбались, а Танк показал очень выразительный жест, указывающий, на чём Осам нужно повертеть своё недовольство.        Хлопок двери и щелчок замка, которым пользовались довольно редко, заставил всех дружно выдохнуть, какое-то время копошась около вешалок.        — Дом, милый Дом… Уф! — Корица снова очутился в объятиях Танка, который едва ли не мурлыкал, — Да… кха… я тоже очень рад… кха-ха!        — Никогда не забуду ебала Ос, когда они тебя увидели! — Динамит, оказывается, умел смеяться, чем немало потряс даже невозмутимого Скелета. Коты торжествовали, и кто-то даже всерьёз предложил «наебениться».        — Вечером наебенимся! — Мутант едва ли не за капюшон поволок не успевшего прийти в себя друга к столу, нашарив на нём исписанный листок и суя в руки, — Зацени, кто нам письмо написал!        Почерк Мопса был узнаваем с первых слов, как и стиль написания. Бывший Кот весьма лаконично поведал о своей новой жизни в паре предложений, настрочив следом огромный абзац про щенка, которого они выбрали вместе с братом, его повадки и кличку.        … Ещё родители говорят, что нашли какого-то доктора, который возможно сможет мне помочь! Но я пока точно не знаю… Очень очень хочу снова ходить! Тогда я смогу к вам приехать сам на автобусе, не напрягая родителей!        Надеюсь, вы там живёте дружно и не ругаетесь! P.S. Я жду вашего ответа с нетерпением! Хочу узнать, как у вас дела, и как вы теперь соблюдаете режим по часам Панды?        — По часам Панды… — помертвевшим голосом повторил Корица вслух, кладя лист на место и оглядываясь на опустевшую койку. Все личные вещи Панды из тумбочки Виноградник унёс с собой ещё в один из первых дней после бойни. Интересно, а что стало с часами? Наверняка их отдали вместе с остальным скарбом безутешным родителям, неловко бормоча слова утешения…        Радостную атмосферу в комнате как ветром сдуло, стирая улыбки с лиц, словно брюнет горящей палкой расковырял только затянувшуюся рану.        — Мы пока не придумали ответ, — тихо высказался за всех Искра. Голос его был мягким, но довольно уверенным, — Тебя ждали.        — А что, я один умею на письма отвечать? — Корица изогнул бровь, не в силах удержаться от колкости, — Сказали бы ему как есть. А я не такая уж и важная персона.        — Ой, вот не набивай себе цену! — Мутант нервно заулыбался, пытаясь разрядить обстановку, — Радоваться надо, что ты наконец-то снова с нами!        Танк в знак согласия замахал головой как лошадь. Серый Кот процедил еле слышно:        — А вожак — нет.        — Ну, за вожака тут теперь я, — Искра немного смущённо зарылся рукой в светлые отрастающие волосы, — Я думаю, что Панда не хотел бы, чтобы мы грустили, так что… надо двигаться вперёд!        — И навалять Осам! — загудели остальные. Корица какое-то время молчал, прикусив нижнюю губу, а потом подался вперёд, вставая напротив светловолосого состайника:        — А я здесь, чтобы исполнить последнюю волю нашего вожака, — громко оповестил он, добиваясь всеобщей тишины, — Новым лидером должен быть я.        Скороход охнул, а Азиат тихо сказал Динамиту что-то вроде: «Я же говорил». Скелет смотрел настороженно, теребя пальцами завязки капюшона толстовки и пытаясь понять, что же такое задумал Корица, который боялся ответственности больше, чем походов к офтальмологу. Искра замер в оцепенении, когда брюнет принял боевую стойку и произнёс:        — Нашу участь решит поединок, и пусть стая и стены Дома будут тому свидетелями!        — Да какой поединок, ты что? — Искра попятился назад, — Я не хочу с тобой драться!        — Вот именно, ты чё, совсем дурной? Ты же только из Могильника притащился, а уже драться лезешь?        Вразумления Мутанта не произвели никакого эффекта, напротив, Корица угрожающе сделал пару шагов в сторону Искры, предупредив, что никто не должен вмешиваться.        — Они что, правда будут драться за титул вожака? — испуганно спросил Скороход у застывших на подоконнике Азиата и Динамита. Те синхронно кивнули, не отрывая взглядов от происходящего в центре комнаты. Искра медленно отступал и что-то негромко говорил, пытаясь охладить пыл друга, который шаг за шагом сокращал между ними расстояние. Мутант хотел было вмешаться, но Скелет осторожно схватил его за плечо, возвращая на место и молча мотая головой. Традиция поединков за пост вожака была священна, и это признавал даже Танк, похожий на натянутую до предела тетиву, готовый сорваться в любой момент, но при этом всё же не смеющий двигаться и вмешиваться.        Поняв, что драться действительно придётся, Искра подобрался и выбросил вперёд кулаки, демонстрируя готовность. Для Корицы это был сигнал к бою, и он рванулся напролом, намереваясь сходу врезать по уху. Блондин блокировал удар и перешёл в защиту, отражая выпады и не пытаясь атаковать.        — Сражайся! — вызверился Корица, — Бей в ответ! Сейчас мы враги!        В подтверждение словам он попробовал коленом ударить состайника в живот, и тому пришлось оттолкнуть от себя оппонента, ошалело выдыхая.        — Ты совсем чокнулся? И так ранен! Я не буду тебя бить!        Корица вместо ответа сделал очередной молниеносный выпад, рассекая блондину губу, и это словно переключило что-то в Искре, отрезвив его. С яростным воплем он накинулся на состайника, нанося череду быстрых ударов и легко уклоняясь от встречных. В скорости брюнет ему уступал, а потому теперь ему пришлось уйти в защиту, кружась и не давая противнику попасть в свою слепую зону. Однако парочку ударов он всё же пропустил и согнулся пополам, когда кулак Искры прилетел ему в живот. Во рту появился противный металлический привкус, и кто-то из стаи ахнул. Резко разогнувшись, серый ответил довольно сильным апперкотом, заставляя противника отшатнуться. Не давая ему опомниться, Корица тут же оказался позади, крепко обхватывая его шею локтем. Искра забился, силясь ударить в ответ, но состайник лишь сжал сильнее, громко зарычав:        — Осы не будут драться честно! Они будут убивать и наслаждаться, и только тебе решать, станешь ли ты их новой жертвой!        Блондин захрипел, и стая заметно перепугалась:        — Прекратите! Корица, кретин, ты же его задушишь!!!        Искра зашёлся в судорогах, хрипя и пытаясь освободиться, но состайник не разжимал хватки, его видимый глаз горел каким-то диким огнём.        — Так, ну всё, хватит!        Скелет с трудом отодрал рычащего Корицу от Искры, который повалился на пол, надсадно кашляя. Танк с Мутантом тут же метнулись к нему, помогая подняться.        — Пусти меня! — Корица шипел и вырывался, и на мгновение Скелету даже показалось, что зрачки в глазах друга стали вертикальными. Но это было лишь наваждение, — Пусти! Никого не пощадят, если всё так будет! Мы не закончили!        — Зато мы закончили, — невозмутимо ответил красный Кот, — Успокойся!        — Ты совсем что ли ебанулся? — набросился на Корицу Мутант, — Ты чё творишь? Ты же его чуть не убил!        Поддерживающий Искру Танк смотрел с недобрым укором, Динамит с Азиатом на подоконнике — ошарашенно, а Скороход на своей койке — испуганно, прижимая к себе костыль.        — Ну-ка давай выходи из своего режима берсерка, — Скелет ободряюще улыбнулся, будто успокаивал капризного ребёнка, немного ослабляя захват. Яростное рычание и шипение сменилось учащённым дыханием — Корица приходил в себя медленно, всё больше осознавая, что он только что натворил.        — Псих! — констатировал Динамит с подоконника.        Искра зашёлся кашлем, пытаясь что-то сказать, и Мутант снова начал возмущаться, но Корица его даже не слушал:        — Искра, я… Прости, я не хотел! — залепетал он одними губами, — Я реально не хотел!        — Да ничего… — Искра наконец откашлялся, избавляясь от поддержки Танка, — Жить буду… Всё нормально.        — Правда, прости меня! Я не знаю, что на меня нашло!        — Я же сказал, что всё нормально! — блондин старался звучать уверенно, хотя горечь, шок и обида в его взгляде прямо противоречили словам, — Становись вожаком. Ты победил.        Остальные молчали, не зная, как реагировать на подобную смену власти, а Корица чувствовал себя загнанным в клетку зверем для травли, кожей ощущая каждый преисполненный недоумением, недоверием и даже страхом брошенный на него взгляд, а потому слегка отстранился от Скелета и шагнул вперёд, исчезая и не желая никого затягивать с собой.        — Какого чёрта сейчас было? — Мутант оторопело смотрел на Искру, который хмуро потирал шею, искренне надеясь, что синяков на белой коже не останется. Танк почесал огромной ладонью макушку, а потом лёг на свою койку, намереваясь прыгнуть в Лес.        — По ходу, у него крыша съехала, — предположил Азиат, — Раньше он бы никогда на состайника не напал. Искра, сильно он тебя?        — Да нормально всё, — блондин начал раздражаться, — Вырубайте там свои режимы заботливых наседок! Вожаков по традициям Дома так и выбирают, так что всё было справедливо.        — Да, вот только проигравших уже давно не убивают, — Динамит снова закурил, хотя в переполненную пепельницу уже некуда было кидать окурки, — А он тебя чуть на тот свет не отправил!        — А Дылда убил прежнего вожака, — Скороход говорил робко, будто боялся получить оплеуху за то, что заговорил без разрешения. Не вытравились ещё из него привычки жить в стае Ос, — Мне Эльф со Скорпионом рассказывали.        — Вот я всегда говорил, что Осы — ёбаные животные, которые пускают людей в расход! — Динамит повозился на подоконнике, — По ходу, Корица решил стать таким же, чтобы не раздумывая раздать всем пиздов.        — Блять, тогда ему прямиком к Осам и надо идти! — Азиат даже выронил сигарету, и она укатилась куда-то под батарею, — Зачем нам поехавший вожак, который может наброситься и убить?        — Ты палку то не перегибай, — Скелет уселся на один из стульев, пока состайник чертыхался, шаря рукой под батареей, — У вас чуть что, так сразу человека гнобите.        — Ух, посмотрите, какой защитник выискался!        — Ой, вот только не начинайте и вы! — воззвал к гласу разума Мутант, — Динамит, Азиат, вы серьёзно считаете, что Корица опасен? Он же ваш друг и состайник!        — Был, по крайней мере, — тяжко вздохнул Динамит, — Но кто, мне, блять, сможет гарантировать, что если я что-то не то спиздану, меня не придушат?        — Тебя и без этого давно пора, — хмыкнул Азиат, ловко уворачиваясь от пинка, — Но я согласен. Корица изменился, и далеко не в лучшую сторону.        — А ты бы не изменился? — Искра гневно сверкнул глазами, обводя взглядом всех присутствующих в комнате, а потом стянул один из рукавов куртки, демонстрируя всем длинный шрам от запястья до локтя, — Вот это всю жизнь будет напоминать мне о том, что я доверился не тем людям. Но мне ещё повезло отделаться только шрамом, а вот Корице — нет. На его глазах убивали Панду. И убивали его самого, а потом ещё и закрыли в Могильнике. Он даже когда на меня напал, про Ос говорил. А вы сразу заладили: «Псих, псих!» Знаете, мне бы на него обижаться, но сейчас мне его реально жаль: ведь ему теперь разбираться с тем, как вести такую лицемерную стаю, от которой лично меня сейчас тошнит!        — Э, а хули на нас то наезды? — окрысился Динамит, — Надо было ему дать тебя прикончить?        — Да прекратите уже сраться! — не выдержал Мутант, — Кто бы с катушек не слетел после такого? Мы то тут все кучковались, а он один был! Может он думает, что Панду из-за него… Ему наверняка помощь нужна!        — Да уж, мариноваться в своих негативных мыслях — весьма сомнительное удовольствие, — угрюмо подтвердил Скелет. Стая ненадолго затихла, обдумывая, что же теперь делать, пока Азиат не выдал:        — Так он у нас что, оправдан теперь?        — Пусть вернутся из Леса с Танком, а там и видно будет, — Искра всё ещё оставался лидером, которого слушали, — А пока, раз у всех дохуя энергии, Скелет, доставай наш «сюрприз», будем тренироваться!

***

       — Да даже не пытайся, Танк. Стая теперь наверняка решит, что у меня совсем крыша поехала, — сумрачно выдал Корица, пресекая попытку заговорить, — И они правы. Я действительно поехавший.        Они с Танком сидели на скале, глядя на усыпанное звёздами небо. На тёмно-синем полотне, подёрнутом светлой полосой на горизонте, не было ни одного знакомого им созвездия из тех, что они видели в книжках в библиотеке. Пахло нежным и слегка дурманящим ароматом белых ночных цветов, а ещё где-то звучно ухала сова, собираясь на охоту. Танк повозился на остывающем после дневного тепла камне:        — Зачем ты это сделал? Вот нахуя? Тебя и так собирались сделать вожаком, так зачем вся эта хуйня нужна была?        — Это всё должно было быть не так! Панда выбрал меня, но Искра бы тоже отлично справился, и я был бы с этим согласен, если бы всё не получилось так, как в итоге получилось… Вожак мёртв, а я… я не знаю, что на меня нашло, когда я дрался с Искрой, — Корица зарылся руками в волосы, — Я ведь его чуть не убил, понимаешь?        — Как будто бы мы тебе дали это сделать! — фыркнул Танк, — Может, там я и не могу орать и пытаться вразумить вас словами, как остальные, зато рука у меня тяжёлая! Таких бы пиздюлей прописал обоим!        Корица криво и натянуто оскалился, будто услышал ну очень уж неуместную шутку на чьём-то смертном одре. Танк шумно вздохнул, разглядывая звёзды, которые блестели как крупинки сахара на бархатной ткани.        — Кроме того, и без тебя тут дрались, — сообщил он, — Когда наших отпустили из Клетки, Динамит с Искрой всё дерьмо друг из дружки повыбивали. Мы их еле разняли со Скелетом.        — Бедный Скелет, — с театральным трагизмом хмыкнул Корица, — Ему явно не по душе влезать в чьи-то свалки.        — Ничё с ним не будет! Сейчас куда важнее с тобой разобраться!        — Ну, вот он я. Можешь прямо тут убить и где-нибудь под деревом зарыть.        — Я тебе сейчас так врежу, что никакая регенерация Леса тебе не поможет!        — Хах, так ты заметил…        Корица осторожно провёл пальцем по подбородку, стирая невидимую здесь кровавую дорожку, потом приподнял толстовку, осторожно щупая рёбра. В Доме он бы уже наверняка опять угодил в Могильник, чего сейчас ему хотелось меньше всего.        — Да похуй, тут быстро заживёт, — под взгляд опешившего Танка брюнет приспустил толстовку обратно, — Только вот футболку после Могильника стирать придётся, блять… У меня вроде где-то была запасная.        — Ты точно рехнулся, — Кот зажмурился, с трудом контролируя рвущиеся наружу эмоции, — Скажи мне по-нормальному, если тебе было так хуёво одному в Могильнике, то почему ты ни разу не переместился к нам? Ты же мог это сделать!        Корица помялся, но осёкся, не решившись говорить, а потом отвернулся, пряча взгляд. Танк сощурился:        — Говори.        — Ну, я хотел… — начал серый, запинаясь, и его тут же возмущённо перебили:        — Растеряшу ты значит напугал лично, а нам только Пончика подослал с известиями! Какого хрена ты вообще делал в спальне Ос ночью, зачем ты…        Вопрос повис незаконченным, а Танк, боясь даже на миг допустить, что его предположения верны, выдавил севшим голосом:        — Ты же не хотел… ? Не хотел ведь, правда?        Корица зажмурился, будто его ударили. Слышать мольбу в голосе Танка было невыносимо. И ещё хуже было то, что его догадка близка к истине, поэтому серый заговорил жёстко, отрывисто, уронив голову и завесившись чёлкой.        — Я хотел, Танк. В ту самую ночь. Я собирался. Стащил скальпель из соседней палаты. Поднабрался немного сил в Лесу и переместился в третью. Хотел перерезать их всех как свиней… Никто бы не понял и ничего не узнал… Списали бы на коллективный суицид…        Танк судорожно сглотнул, отказываясь верить в то, что слышит. Корица же продолжал, словно прося не об оправдании, одобрении или прощении. Он просил просто понять:        — Я не смог. Смотрел на них спящих, собирался с силами, но не смог. Стоял и понимал, что не могу я убивать вот так. А там уже и Растеряша проснулся и заорал, увидев меня. И я уже только здесь в Лесу когда в себя пришёл, то понял, что и вы бы мне потом этого не простили. Я готов был стать убийцей ради вас, ради Панды… Но разве вы этого хотели бы?        Танка стало мелко трясти от злости. На Корицу, на себя, на стаю, на это грёбаное безумие, которым столь щедро был приправлен этот мир.        — А ещё вас загрести бы могли, — серый снова начал кусать губу, — На меня то бы точно подозрение не упало, а вот у вас все мотивы налицо. Ящики и другие взрослые даже бы разбираться не стали… Я только потом сообразил…        — Ты совсем ебанутый? — Танк едва удержался, чтобы не наброситься на состайника, — Ты, блять, ёбаный террорист-смертник! ААААААААААААА!        Полный ярости и исступления крик разорвал ночную тишину в клочья, на корню загубив неудачливой сове всю охоту. Взбешённый Кот в ярости шарахнул кулаком по камню, с хрустом сломав пару пальцев. Корица испуганно охнул, а Танк даже не пикнул от боли. Сломанные кости моментально начали срастаться под тяжёлые вздохи вперемешку со всхлипами.        — Полегчало? — осторожно осведомился Кот у Танка, на что получил вполне очевидное и громкое «НЕТ!», едва не разорвавшее ему барабанные перепонки.        — Вы, блять, кончи все! — ломающийся голос придавал сходство с рыданием, — В драку лезете, будто у вас, сука, девять жизней! Жизни готовы отнимать, будто лопатки в песочнице! Только вот нихуя это не так! Я не хочу больше видеть смерть, не хочу, чтобы кто-то из вас ещё умер!        — Я тоже этого не хочу, — глухо отозвался Корица, — Поэтому и затеял этот поединок с Искрой. Хотел показать, что с Осами только так и придётся решать наши распри. Думал, что так будет правильнее… Идиот, блять!        Какое-то время каждый из них сидел, утонув по уши в болоте из собственных тягостных мыслей, пока Корица не прервал эту тишину продолжением своего монолога-самобичевания:        — Охуенный вожак из меня получился… Чуть не убил одного из подопечных, съебался в Лес от ответственности, а теперь сижу тут и не имею ни малейшего представления, что с этим делать.        — Идти к стае и заслужить доверие, — ответ Танка как всегда был прост и понятен до безобразия, — Я думаю, они всё поймут. Тем более, у тебя наверняка до сих пор этот самый ПТСР, про который постоянно Дудка говорит.        — Он почти у каждого в Доме есть, — фыркнул Корица, — Тоже мне, новость…        — Вот и становись тем, кто от него избавился, — рассудил Танк, потирая уже совсем исцелившуюся руку, — Шути опять свои шутки, можешь даже на пару со Скелетом — и сам не заметишь, как придёшь в норму.        — Спасибо, что разрешил, — не удержаться от язвительного ответа было просто невозможно.        — Пожалуйста, — Танк либо не понял сарказма, либо предпочёл сделать вид, что так и было задумано, — Слушай, я почти ничего не помню о жизни в Наружности, как и того, что со мной произошло. Может это и к лучшему. Но вот Панду я запомню на всю жизнь. И забывать не буду. Так что и ты не забывай и поступай так, как посчитаешь нужным, а стая тебя поддержит.        Грузно поднявшись, он мотнул подбородком куда-то в сторону, намекая, что пора возвращаться. Корица покачал головой, давая понять, что ещё немного задержится, и рассеянным взглядом проследил, как Танк исчезает в воздухе, помахав рукой.        Звёзды в тёмно-синей бездне холодно взирали на мальчишку, который мог сбегать от ответственности, реальности и боли, но не мог сбегать от развернувшейся пропасти в свалке из собственных мыслей.

***

       Шаман вздрогнул и открыл глаза. Похоже, что он задремал прямо на столе в комнате Койотов, где последние пару часов пытался хоть как-то вникнуть в текст учебника, вопросы по которому Гриб обещал в своём жутко занудном тесте. Рядом с ним над тем же корпели Свин, старательно конспектирующий всё в тетрадь, и Пёс, водящий пальцем по шрифту Брайля и изредка спрашивающий у друга непонятные для себя термины. С другой стороны устроился Манул, больше раздражаясь, чем читая — дислексия доставляла ему немало проблем с учёбой, и парень зачастую уходил с учебниками в Лес, дабы не превращать жизнь состайников в местный филиал Ада. Пытаясь сосредоточиться, он даже водил пальцем по строкам как слепой Пёс, но постоянно сбивался и возвращался к началу, матерясь сквозь зубы.        — Эй, Манул, — Шаману меньше всего хотелось отвлекать друга сейчас, но другого выбора не было. Дом хотел ему что-то сообщить.        — Не мешай! — зашипел состайник, — Я почти прочитал этот абзац, и я дико извиняюсь, но если ты меня собьёшь с мысли, я тебя этой же книжкой в плинтус вколочу!        Шаман послушно затих, а сидящие рядом Пёс и Свин тихо прыснули, не отрываясь от книжек. Манула же хватило минут на пять, прежде чем он с досадой громко захлопнул учебник, от чего похрапывающий на своей койке Дед, который никогда не готовился к тестам, считая себя гениальнее этого, сонно хрюкнул, резко переворачиваясь на другой бок, и плакат над его койкой слегка всколыхнулся.        — Ну и что ты там хотел? — Манул сердито буравил друга взглядом, — Я сегодня в Лес не собираюсь!        — А мне туда, кажется, надо… — Шаман замялся, понимая, что это звучит как-то глупо и по-детски, словно он просился в туалет, вызвав новый приступ веселья у Свина и Пса.        — Ну, надо, так надо, — Манул просто пожал плечами, как будто ему предлагали вынести мусор или сходить за хлебом, — Пошли.        Оставляя стаю в другом мире, Койоты очутились в Лесу, под звёздным небом, которое из синего стало тёмно-зелёным, а на горизонте уже забрезжил рассвет.        — У тебя опять что ли видения твои? — хмуро поинтересовался Манул, убедившись, что Шаман отцепился и сам стоит на ногах. Тот лишь кивнул в ответ, отходя подальше и неотрывно глядя на звёзды, которые вдруг начали двигаться в каком-то хаотичном движении, задавая направление. Койот знал, что это значит, и позволил им себя вести, словно они теперь управляли его телом как марионеткой.        Манул как-то говорил ему, что со стороны это похоже на какие-то судороги и конвульсии, но Шаман предпочитал называть это танцем. Только вот стая не смогла реагировать на такое адекватно даже под таким соусом, поэтому Лес стал идеальным местом, где можно услышать пророчества о грядущем. Вот и сейчас голоса гремели в голове набатом: какие-то кричали, а какие-то бормотали, пока все они не были перекрыты одним, чью речь Шаман услышал чётко, жадно впитывая каждое слово. Кажется, он где-то слышал этот голос раньше — размеренный, спокойный, с ноткой загадочной грусти. Но сейчас вспомнить не мог, сосредотачиваясь на том, что услышал.        Всё оборвалось так же резко, как и началось, и Шаман тяжело опустился в траву, хрипло выдыхая. Манул мгновенно нарисовался рядом с ним, ненавязчиво помогая помощь, а потом опускаясь рядом.        — Ну и что там? Ты что-то услышал?        Шаман кивнул, сглатывая слюну, а потом произнёс отчётливо и слово в слово то, что услышал:        Грядёт битва когтей против жал, и новый вожак поведёт за собой тех, кто решит остаться до самого конца.        — Когти, хм… — Манул всегда хмыкал и утверждал, что пророчества Шамана ему интересны лишь тогда, когда они исполняются, но каждый раз не мог удержаться от того, чтобы попробовать их истолковать по-своему, — Когти — это Коты, а жала — Осы. Это даже Блаженному будет понятно. А вот вторая часть какая-то странная. Кто-то откажется драться?        — Ох! — Шамана озарила внезапная догадка, — Как я сразу не понял! Коты! Вот кто со мной говорил! Панда!        Манул лишь присвистнул, вытянув ноги в траве. Рассвет отхватывал себе всё больше и больше пространства на горизонте, пробуждая ранних пташек и насекомых. Однако даже нарастающий лесной шум не смог скрыть чужого присутствия, и Койот закатил глаза:        — Мама с папой не учили чужие разговоры не подслушивать?        — Мама с папой меня бросили лет восемь назад, — из кустов выбрался ощетинившийся облезлый лис, — И я не подслушивал! Это вы тут орали на весь лес про голоса и Панду, пока я пытался охотиться!        — Прости, — Шаман понаблюдал за зверем, который сердито опустился в траву, сплёвывая в траву несколько тоненьких ивовых веток, бывшие до этого в зубах, — А это зачем?        — Для дела, — Корица требовательно махнул хвостом, — Так что там про Панду?        — Я дико извиняюсь, но Шаман тебе не телеведущий из прогноза погоды, чтобы отвечать! — огрызнулся Манул, но состайник мягко остановил его:        — Думаю, он имеет право знать.        Пересказав лису всё, что он услышал от Панды, Шаман смог разглядеть всю гамму эмоций, которую только могла выразить лисья морда. И никто явно не ожидал, что Корица разразится исступленным лающим смехом полнейшего безумца:        — Панда, ну ты и скотина! — лис задрал морду к небу, будто вожак Котов теперь взирал на них оттуда, — Где ты раньше то был?!        Манул с Шаманом с недоумением переглянулись, ожидая, пока приступ лисьей истерики закончится, сменяясь полнейшим опустошением.        — Простите, — Корица вонзил когти глубоко в землю, — Просто… я вроде как теперь новый вожак Котов.        — Чего?! — в унисон взвыли Койоты, распугав и без того беспокойных птиц. Теперь уже лису пришлось кратко обрисовывать ситуацию, борясь с желанием прикусить нижнюю губу, что с такой мордой было не очень то и удобно…       … — В Лесу поселилось чудовище. У него были страшные когти и острые зубы, а ещё глаза с вертикальными зрачками. Сам монстр рычал по-волчьи и матерился по-человечьи, беснуясь среди деревьев и оставляя глубокие борозды в коре…        — Так себе история, — фыркнул Корица, втягивая и вытягивая когти на одной из лап, а ещё вывалив язык, — Лучше пусть глаза будут красными как у настоящего злодея. Это же не байка для младших.        — Не мешай, я придумываю! — насупился Манул. Лежащий в траве Шаман хихикнул, наблюдая за тем, как состайник самым натуральным образом спорит с лисом, чья серая шерсть на фоне рассвета казалась сиренево-оранжевой.        — Похоже, что весенняя Ночь Сказок будет весьма интересной. Тут и сказки про ожившего призрака, и про чудовищ, — Шаман усмехнулся, — Вы, Коты, прям постоянно в центре внимания.        — Да, хорошо быть нами, — протянул Манул, улыбаясь как сытый кот, — У нас скучная, размеренная и обыденная жизнь, которая нас более чем устраивает… Ну, за исключением тех моментов, когда Деда не накрывает, и он не пытается повесить на двери флаг КПК, а нам устроить тест на знание биографии дедушки Мао…        Все трое расхохотались, а потом Корица поднялся, ловко подхватывая зубами ветки и шамкая:        — Было приятно провести время с разумными и интересными людьми, но мне, наверное, пора линять и пояснять за базар перед стаей, а до этого ещё ветки надо спрятать.        — Расскажешь им? — Шаман был почти уверен, что информативности в том, что Кот услышал, было мало, но всё же поинтересоваться следовало. Лис задумчиво склонил голову набок, прижимая уши к голове.        — Думаю, что лучше ты им скажешь. Когда проигравшие Осы будут кровавыми слезами плакать! — хищно оскалившись, Корица нырнул в кусты, оставляя Койотов одних. Манул шумно и протяжно вздохнул, проводив мелькнувший серый хвост взглядом:        — Похоже, Осы реально нажили себе опасного врага. А ведь он в форме лиса мог быть таким милым и пушистым!

***

       Мутант понёсся на Азиата, но тот легко увернулся, обрушивая на спину оппонента удар, силясь выбить того из равновесия. Но в последний момент парень вывернулся, и кулак лишь чиркнул по ткани футболки. Возвращаясь к боевым позициям, противники собрались продолжить свой спарринг, когда между ними материализовался Корица.        — Что за?..        Коты разбились на пары, отрабатывая стиль боя. В комнате было так жарко, что не спасали даже открытые настежь окна, а максимально придвинутые к стене стол и стулья были завалены разномастными толстовками и кофтами. При виде вернувшегося Корицы тренировка остановилась, как будто всех поставили на паузу.        — Привет, — неловко выдал Мутант в повисшей тишине и сдувая упавшую на лицо мокрую прядь волос, — А мы тут… тренируемся, вот.        Корица с приоткрытым ртом разглядывал стаю:        — Это… вы всё это время тренировались?        — Ну не хуи же пинали! — фыркнул Динамит, — И вообще это Скелет придумал.        — Придумал тренировки?        — Не только! Вот, смотри! — Азиат и Мутант, стоявшие к Корице ближе всех, выбросили вперёд перчатки, кончики которых украшали неуклюже вырезанные кусочки пластмассы от пластиковых крышек бутылок.        — Ээээ, это…        — Это лишь тренировочный вариант, — Скелет лязгнул протезом, которым защищался от выпадов Танка, — Наши «когти».        — А вот и настоящие! — Искра сгрёб со стола какой-то мешочек и приблизился к Корице слегка с опаской, демонстрируя содержимое. Танк в одной майке скуксился от холодного порыва ветра и захлопнул окна, что-то ворча себе под нос.        — Жёваный торт! — брюнет вытащил из мешочка змеиный клык, — Откуда?!        — Скелет из Наружности притащил, — в голосе Динамита промелькнули неприкрытая гордость и восхищение, — Их хуева туча!        — И ты додумался до… такого? — Корица смотрел на Скелета, теряя дар речи, на что тот лишь пожал плечами.        — Да мы ему уже тыщу раз сказали, что он ебанутый, но его задумка весьма неплоха, — подтвердил Мутант, а Азиат вздохнул:        — Ебанутых у нас в стае хватает…        — За себя говори! Я всё ещё считаю, что это самая всратая идея, какая только может быть, чтобы вломить Осам так, чтоб на всю жизнь запомнили!        — И именно поэтому она сработает! — оборвав Динамита, Корица восхищённо повертел клык в пальцах, рассматривая его, — Скелет, ты гений!        — Ну, бываю иногда, — тот слегка смутился, но быстро собрался и посерьёзнел, — Мы пока не всем сделали такие «когти», да и тренироваться с ними опасно, так что работы ещё много.        — Ничего, мы быстро справимся! — бодро заверил Искра, чей голос всё ещё был немного сиплым. Корица дёрнулся и повернулся к блондину, виновато склоняя голову:        — Я знаю, что не имею права просить у тебя прощения, и всё такое…        — Да проехали уже! — с напускной беззаботностью Искра отмахнулся, — Тем более, ты же теперь вожак. Твоё слово — закон, и мы должны ему следовать.        — Вожак, хм… — Корице казалось, что всё должно было быть как-то пафоснее и эпичнее, но потом вспомнил тот вечер, когда лидером стал Панда, и поёжился. Он вообще не имеет права жаловаться после такого. Стая молча ждала вердикта, но в их взглядах уже не было былой затравленности, что была после драки с Искрой, а скорее надежда. И немой вопрос: «А что будет дальше?». Глубоко вздохнув и запоздало припомнив, что речи ему никогда не давались, брюнет прочистил горло:        — Я не смогу быть вожаком! — провозгласил он, и тут же добавил, пресекая все охи и ахи, — Только если… если Искра не поможет мне с этим.        — Э, чего? — блондин на всякий случай шагнул назад, едва не утыкаясь спиной в Танка, который понял всё быстрее остальных и растянул довольную улыбку до ушей.        — Я не смогу найти в стае человека, на которого бы мог всецело положиться в вопросах лидерства, — Корица шагнул навстречу, — Никого лучше тебя не было и не будет.        — Оу… — Искра с сомнением покосился на Азиата с Динамитом, которые пожали плечами, и Скорохода, который заулыбался, показывая большие пальцы.        — У тебя будет священное право пинать вожака побольнее каждый раз, когда он будет творить хуйню, — неловкая попытка шутить была прервана возмущённым возгласом Мутанта: «А разве это не моё право?».        — Ну заебись! — Искра гневно сверкнул глазами, — Припёрся сюда, чуть меня не грохнул за пост вожака, а теперь ещё и хочешь спихнуть на меня часть своих обязанностей?        Новоиспечённый вожак уставился в пол взглядом побитого щенка, и кто-то в толпе шепнул:        — Ща будет мясо…        — Да шучу я! — блондин хохотнул, при этом пряча взгляд, и Корица понял, что Искра не простил, но будет стараться, — Само собой, я согласен! Тем более со взрослыми во время отчётов я давно уже чуть ли не чаи гоняю, и хрена с два я пущу кого-то на своё место!        — Тьфу, блять! — Динамит едва не сплюнул на пол с досады, — То ли будет драка, то ли нет…        — А тебе не хватило что ли тренировки? — сразу наехал на него Искра, — Мы сейчас исправим!        — Это всё влияние нового вожака, — хмыкнул Скелет, хитро прищуриваясь, — Сейчас все начнём шутить на грани фола как Корица, а потом и вовсе из Котов станем Клоунами…        — Клоун уже у нас есть один! — не остался в долгу Динамит, на что парень с протезом флегматично заметил, что у него уже давно сформирован иммунитет к шуткам, в том числе и в исполнении их новоиспечённого лидера.        — Я не хочу быть клоуном! — взвыл Мутант, притворно хныкая, — Я тогда лучше к Голубям уйду, к Иисусу!        — Да вы чё бля, эй? — Корица старался выглядеть серьёзным, но улыбка сама предательски наползала на лицо, — Я вас сейчас тут всех репрессирую! Так что… Раз уж я теперь главный… А ну вернулись к тренировкам, суки сраные!        — Неубедительно, — Динамит насмешливо покосился на Азиата, ожидая поддержки, и тот фыркнул, соглашаясь, — Лучше уж шутки шути тогда, чтобы мы знали, что с нами на связи Корица, а не псих с ПТСР…        — Динамит! — Искра испуганно покосился на Корицу, чьё лицо мигом потемнело, — За языком то следи!        — Да нет, он прав. Я не обещаю, но если буду совсем вызверяться, то тормозите меня.        Динамита это вполне устроило, и он потуже натянул перчатки, шмыгнув носом:        — Ну чё, будем дальше пиздиться или беседы вести?        — А праздновать не будем что ли? — раздосадованно протянул Мутант, — У нас же новый вожак теперь, да и вообще… Или тут так не принято?        — Отпразднуем после тренировки, — Корица отошёл в сторонку, — Я сначала хочу поглядеть, чему вы научились, пока я прохлаждался как мудак.        Стая начала разбиваться по парам, а к вожаку подошли Скелет и постукивающий костылями Скороход.        — Прости, если отвлекаю, но… Я ведь могу…? — Корица не дал закончить фразу, уже понимая, о чём попросит Скороход, и тепло улыбнулся:        — Искра принял тебя в стаю, как и все остальные Коты, и я не имею права, да и совершенно не хочу выгонять человека, который заслужил своё место здесь!        Скороход смущённо потыкал костылём пол, бормоча что-то вроде «да что я мог заслужить?», и Корица сказал уже куда серьёзнее и вдумчивее:        — Я обязан тебе жизнью. Если бы не ты и твоя смелость пойти против своей стаи, меня бы забили насмерть. Так что это я должен просить тебя остаться с нами.        — Кстати об этом, — Скелет вклинился в разговор, и Скороход, кивнув вожаку, тут же поковылял в сторону поджидающего его Искры, растроганно моргая, — Отойдём?        Рассеянно глядя вслед Скороходу, который уже ловко делал подсечки то одним, то другим костылём, вынуждая энергичного Искру быстро выдыхаться и переходить из нападения в защиту, Корица потащился за своим другом. Нахмурив брови, тот начал шустро шарить в своей нычке под бывшей койкой Мопса. На полочке, где колясник раньше держал свои амулеты, уже скопился слой пыли, и серый Кот с тоской подумал о том, что его собственные нательные сокровища теперь где-то на помойке.        — Я проебал твой ключ, — тоскливо озвучил он вслух прежде, чем осознал это.        — Знаю, — Скелет даже не повернулся, продолжая что-то искать, пока наконец не достал нечто блестящее на нитке тёмно-зелёного цвета, — Я тебе новый сделал.        — Да ты гонишь! — Корица осторожно принял подарок, рассматривая ключик. Он немного отличался от прежнего, а ещё на нём была криво выцарапана минималистичная лисья морда.        — Я подумал, что ты оценишь, — Скелет слегка виновато хмыкнул, — Но я не очень хорош в рисовании, а уж в гравировке с помощью шила Мопса и подавно.        — Да это даже лучше, чем было раньше! — брюнет накинул амулет на себя, пряча под футболку и довольно прикрывая глаза, — Вот теперь просто охрененно, а то чувствовал себя каким-то неполноценным.        — Носи на здоровье.        — Спасибо, буду! И этот уже точно постараюсь не потерять, — Корица присоединился к молчаливому наблюдению за тем, как состайники кружат, ловко уворачиваются и делают выпады, и как горят азартом их глаза. Их движения были отточенными, резкими и молниеносными, а их решимость говорила о том, что стая готова драться изо всех сил.        — А знаешь, — Скелет редко нарушал молчание первым, — Котодракон и правда больше не приходит. Эх, даже жалко, ведь если бы я знал, то я мог бы взять у него пару уроков по когтям…        — Больше и не придёт, — вполголоса отозвался собеседник, — По крайней мере, если ты сам этого не захочешь. Да и зачем он нужен, если есть спец по когтям вроде меня?        — Хочешь показать? — Скелет оценивающе окинул новоиспечённого вожака взглядом, и тот осклабился:        — Ага, пошли. Руки чешутся стереть эту гримасу невозмутимости с твоей рожи. Совсем не рад ты моему возвращению!        Последнее было сказано с явным сарказмом, и лучший друг охотно подыграл, усмехнувшись:        — Вообще нисколько по тебе не скучал.

***

       Новость о том, что у Котов сменился вожак, прогремела в Доме уже следующим утром во время завтрака как удар колокола. Голуби восприняли информацию вполне адекватно, выразив беспокойство насчёт состояния Искры, Койоты, а особенно Дед, отнеслись со скептицизмом, лишь Шаман и Манул загадочно переглянулись, заслышав весть. Осы, успевшие отойти от первичного шока, насмешливо запереглядывались, шепча что-то про слабаков и клоунов, и только Скорпион слегка нахмурился. Куда более бурной реакция была, когда Искра торжественно объявил, что Коты вызывают обитателей третьей комнаты на бой в начале апреля в том самом разрушенном ещё осенью спортзале. Иисус понурился, но ничего не сказал, зато Голуби зашептались, а Койоты зашумели, переживая больше за свою судьбу, чем судьбу соседей. Осы же внимательно изучали соперников глазами, надеясь разглядеть хоть какие-то признаки сомнения и страха. Но Коты держались твёрдо и уверенно, а их новый вожак и нахально-надменно скалился, и лишь Скороход отвернулся, чувствуя на себе колючие взгляды бывших состайников, пока в класс не зашёл Американец и не объявил о начале урока.        В тот же день после занятий в комнате Ос, судя по грохоту, не иначе как летала мебель. Причём швырял её ни кто иной как Скорпион, молча и фанатично, пугая свою стаю до мурашек.        — Да в чём проблема то? — не выдержал Эльф, который единственный не боялся схлопотать отвёрткой, — Хули завёлся? Один хрен там шило на мыло поменяли… Не велика беда!        — А ты сам то подумай, — Бычок не сводил глаз с вожака, который теперь сидел на подоконнике, выкуривая одну сигарету за другой, — Во-первых, эти уроды давно что-то замыслили, а во-вторых…        — Искра не повёл бы Котов в драку, — закончил за него Вышибала, — Кишка тонка. А вот новый вожак поведёт, и стая его послушает. Этот псих недобитый не побоится ручки в крови замарать. Все ещё скажут, что он жертва и имеет право.        Растеряша ойкнул, бросая взгляд на дверь, будто за ней притаился мстительный злобный Кот, а вот Фура впечатал кулак в стену, оставляя в штукатурке трещинки:        — Да хули вы вообще из-за этого одноглазого сучёныша тут развели?! Вот попадётся он мне один, я ему шею сверну так, что он потолок увидит!        Остальные зашумели, поддерживая состайника, особенно Прилипала, хищно потирающий ручонки при одной только мысли о предстоящей расправе.        — Никаких «один», — безапелляционным тоном заявил Скорпион, затягиваясь, — Не стоит недооценивать одержимых психопатов. Особенно выживших и знающих своих обидчиков в лицо. С этого дня держимся вместе. Если они захотят поиграть в войнушку — поиграем. Оружие у нас есть, и какими бы игрушками там ни баловались в четвёртой, они точно не смогут раздобыть то, что раздобыл я. Но если кто из вас, хуесосов, первый к ним сунется, я тому лично распорю брюхо и посмотрю, какого цвета у вас потроха, усекли?        — А может, не будем драться? — робко спросил Растеряша. На него тут же уставилось несколько вытянувшихся от удивления лиц, — Мы ведь и правда виноваты… Может мы просто извинимся перед ними?        — Ты опух что ли, мелкий? — зарычал Фура, вскакивая и сгребая состайника за ворот свитера, — Струсил?!        — Отпусти его, Фура, — отчеканил Скорпион, лениво туша сигарету и тяжело вздыхая как старик, — Поздно идти на попятный, Растеряша. В нашем мире ты либо устанавливаешь правила, либо прогибаешься под таких и становишься их сучкой. Нужно уметь быть безжалостным. Только так и можно выжить. Я хочу, чтобы ты это усвоил как можно раньше и не забивал голову всяким бредом, понятно?        Растеряша сглотнул и кивнул, не переставая коситься в сторону Фуры, который пригрозил младшему кулаком. Скорпион уже поджёг новую сигарету, приоткрывая окно.        — Коты настроены серьёзно. Возможно раньше их и сдерживали какие-то духовные скрепы под предводительством Панды. Теперь же, когда лидером там заделался напрочь отбитый одноглазый, придётся драться в полную силу, ясно? Если не хотите быть пущены в расход.        — За кого ты нас держишь, вожак? — вызывающе рыкнул Вышибала, играя мускулами, — Мы их всех ещё пару месяцев назад собирались перерезать, так закончим же начатое!        Осы страшно и утробно завыли, поддерживая состайника. До апреля ещё есть время, так что пусть Коты проведут его с пользой, ибо третья комната всегда доводит свои дела до конца…

***

       Март был близок к своему завершению, приближая день драки и придавая всему какое-то странное состояние низкого старта. Будто сам Дом ждал этого, нетерпеливо поскрипывая полом и стенами. Каким-то образом весть дошла даже до младших, и Танк, который возвращался из столовой с парочкой новых стаканов (старые разбились вчера, когда во время тренировки великан едва не разнёс половину комнаты, зацепившись за костыль Скорохода), даже услышал, как два мальчугана делали ставки и оживлённо спорили, кто же кому наваляет. Одного грозного взгляда хватило, чтобы они пискнули и слиняли, и Кот, посмеиваясь, направился наверх по обшарпанной лестнице. Краска на ней совсем облупилась, а пара ступенек и вовсе грозили провалиться в самое ближайшее время, но у руководства Дома сейчас не было денег даже на то, чтобы банально заменить эти ступеньки новыми досками. Осторожно перешагивая через них, Танк поднялся в коридор, где уже несколько дней царила кромешная тьма, ибо последняя лампочка почила с миром, и теперь единственным источником света стал вход в Кофейник, тускло освещающий кусочек пространства вокруг себя. Теперь не было видно ни номеров дверей, ни рисунков на них, ни тем более той надписи на стене напротив комнаты Котов, которую Осы так и не смогли оттереть полностью. А может они просто и не захотели этого делать.        Танк почти наощупь преодолел большую часть расстояния, торопясь в комнату, как вдруг с размаху наткнулся на кого-то в темноте, едва не выронив стаканы. Влетевшего в него бедолагу и вовсе отбросило к стене с жалобным всхлипом, и Кот искренне испугался, замычав извинения.        — Танк? — тело у стены в темноте шевельнулось, а Танк нахмурился, узнавая голос Растеряши, — Это ты?        — Я.        — Господи! Я всё время забываю, что ты немножко можешь говорить! — Танк собеседника не видел, но предполагал, что прямо сейчас он испуганно и затравленно озирается по сторонам, судя по звукам. Чего-то боится?        Кот даже не успел ничего предпринять, когда Растеряша сунул в его руки какой-то клочок бумаги и поспешно ретировался, словно за ним гнались. Сжав бумажку в кулаке, Танк дошёл до своей комнаты, постучав в дверь. С того времени, как начались тренировки, дверь в комнату Котов запиралась на замок, что было весьма неудобно, но с другой стороны гарантировало минимальную утечку информации.        Дверь распахнулась, являя собой запыхавшегося и мокрого от пота Азиата. Впустив состайника, он хлопнул дверью, щёлкая замком, и с трудом поволочил ноги в сторону подоконника, с блаженным стоном распластавшись на нём. На другом подоконнике, как ни странно, курил вожак, наблюдая за стаей и изредка давая советы, как и куда лучше бить когтями. Танк не смог не сдержать ухмылки, когда Мутант по наставлению Корицы едва не располосовал шустрому Динамиту лоб, заставляя того разразиться безудержной бранью.        — Хороший удар! — похвалил вожак, — Если глубоко поранить лоб, то кровь начнёт заливать глаза, и это лишит противника маневренности и ориентации.        — Молчали бы лучше уж про ориентацию… — Динамит насупился, но совету лидера внял. Всё же Корица хоть и пробуксовывал в плане лидерства, решив остаться тем, кем и был раньше, отказавшись даже от смены имени, его советы и стратегии оказались весьма полезны, а его репутация «восставшего из мёртвых» приводила Ос в полнейшее бешенство, что лишь играло на руку.        Оставив стаканы на тумбочке рядом с одной из ничейных коек, Танк наконец развернул бумажку, воспользовавшись тем, что все заняты, в том числе и вожак, покинувший свой пост наблюдателя и демонстрирующий теперь Мутанту какой-то приём, похожий на восьмёрку. Азиат всё ещё «остывал» на подоконнике, и к нему уже подошли Искра, Скороход и Динамит, тормоша друга за плечи и хихикая. Скелет же устроился на койке Мопса с гитарой, сочиняя что-то на редкость торжественное про когти, которые сокрушат жала, «чтоб бежали и больше не жужжали». Рядом с ним аккуратно лежала конструкция из медной проволоки и змеиных клыков, которую тот собирался пристроить на свою правую руку подобно причудливому кастету.        — Как будто он и без этого не сможет отмахаться, — подумал Танк, вчитываясь в записку. И без того кривой почерк Растеряши скакал по бумаге, будто рука пишущего дрожала, и он писал своё послание на коленке: Я пишу это, потому что мне жалко вас и я не хочу напрасных смертей! Отмените бой! У Скорпиона есть смертельно опасный яд, и он смажет им всё наше оружие! Если хотите жить, то не приходите!