Я вытащу тебя из ада.

      Началась еще одна неделя проведения журналистом собственного расследования в стенах психиатрической больницы. Его пациенту стало лучше, но он всё также за ним ухаживает, и теперь они проводят свои сеансы у окна в комнате для ассоциативных индивидов. В большинстве случаев мужчины сидят там вдвоем, потому что остальные пациенты с таким же диагнозом предпочитают оставаться в своих палатах. Редко кто из них составляет компанию парням. — Ты так и не сказал мне правду о своих деяниях. Почему? — Нагнетал врач уже третий день подряд. — Мне никто не поверит. Я же сумасшедший. — Усмехнулся Чимин. — К тому же мой тебе совет — не ввязывайся. — Голос стал максимально серьезным. — Почему же? —Пододвинулся ближе доктор. — Потому что ты пострадаешь. — Наклонился к Мину пациент. — Не хотелось бы, чтобы твоя милая мордашка пострадала. — Пак протянул руку, чтобы прикоснуться к щеке Юнги, но тот опрокинулся на стул, не дав это сделать и поставив Чимина в неловкое положение. — Я уже ввязался. — Покашлял доктор. — До своего приступа ты хотел мне сказать о том, кто поставлял наркотики. Так как его имя? — Постучал по блокноту ручкой психиатр. — Не понимаю, о чем ты. —Громче, чем положено произнес Чимин, поднимая брови и указывая глазами на дверь. — Снова твои шуточки. Вечно ты мне лжешь, зачем? — Подыграл доктор. — Ну проведи здесь столько времени, сколько я. Тогда вот посмотрим, как ты будешь развлекаться. — Закинул ногу на ногу больной. — Наркотики мне поставляли всегда разные люди от одного наркодилера, имя которого мне неизвестно. — Он взял с колен Юнги записную книжку и из кармана белого халата карандаш. — А всех поставщиков давно уже убрали. — Рассказчик записал что-то в блокнот психиатра и протянул обратно. Он жестом показал наклониться мужчине, что тот молча выполнил. — Это псевдоним. Имя я не могу сказать, иначе и тебя уберут очень скоро, а так ты можешь сделать хоть что-то. — Шепнул Пак, сжимая руку врача. — Пообещай, что с тобой ничего не случится, ведь ты не уйдешь, пока не поймешь, что здесь происходит. - Ухмыльнулся Пак. — Верно. — Также тихо ответил Юнги. — Простите. — Потревожил их санитар Сонин. — Не хочу отвлекать, но в вашем кабинете гости.       Многие из медперсонала замечали, что между этими двоими что-то происходит, поэтому Юнги старался быть максимально спокойным и естественным, когда санитары входили не в самый подходящий момент — А кто их туда пустил? — Грозно и хмуро произнес психиатр, незаметно вынимая руку из- под чужой. — Доктор Ким.       Юнги закатил глаза. — Присмотри за мистером Паком. — Чуть мягче проговорил врач, выходя из комнаты.       Журналист пытался догадаться кто же нагрянул в его кабинет и для чего, пока шел по коридору. — А вот и он, босс. — Двое мужчин встали с дивана. — Здравствуйте, мистер Мин. — Протянул руку Сокджин. — Приветствую вас. — Ответил взаимностью доктор. — Меня зовут Чон Хосок. Я шериф этого округа. — Протянул руку второй мужчина. — Приятно познакомиться. — Слукавил Мин. — Мое имя Мин Юнги. — И мне приятно. Да, мой зам мне говорил. — Он мотнул головой на Джина.       Этот мужчина был высоким, с темно-рыжими волосами в коричневом костюме. Ботинки начищены до блеска, что говорило об особой аккуратности. — Хорошо, что вы приехали. У меня есть несколько вопросов именно к вам. — Начал доктор, заходя за стол и приглашая лиц властей присесть. — Хорошо. — Принял приглашение Чон. — Простите, но мистер Чон, мне нужно…– С волнением в голосе начал Джин. — Да знаю, куда тебе нужно. — Перебил его Хосок, махая рукой. — Иди уже, можешь не скрываться, но если это отразиться на работе… — Он повернулся, испепеляя своего подчиненного взглядом. — Нет, не отразиться. — Мужчина скрылся в коридоре, закрывая за собой дверь. — Итак. — Вернулся в исходное положение шериф. — Что вас интересует? — Меня интересует на каких основаниях вы признали виновным мистера Пака? Судя по делу, у вас мало, что имеется. — Без особых эмоций проговорил Юнги. Ему не терпелось увидеть мимику шерифа. — Зачем вам это знать? — Не терял спокойствия Чон. — Вы просто врач. Или Намджун не сказал вам, для чего вы тут? — Этими словами он пытался напугать Мина, показывая, что все под его контролем, но он не понимал, кто сидит перед ним. — Я здесь для того, чтобы помочь Чимину вылечиться. И я знаю, что он не виновен. — Продолжал спокойно говорить психиатр, не поддаваясь воздействию мужчины. — Да? А кто он вам? — Поджал в ехидной улыбке губы Чон. — Он всего лишь очередной монстр, благодаря которому на свободе находятся такие же упыри. Он породил множество подражателей. — Нет. Он всего лишь жертва этого равнодушного и категоричного общества, которое не видит реальности, а живет под пеленой того, что говорят ему власти и медиа. — На одном дыхании выговорил Юнги. — Вы знаете, через что ему пришлось пройти? Не удивительно, что он оказался в смирительной рубашке. Один из 10 только остается практически здоровым после такой жизни. — Заключил Мин. — Мистер Мин, он преступник. Лечите его, без проблем. Я не против его посадить. — Опустил уголки губ вниз мужчина. — Только у вас это не выйдет. — Прямо в упор глядел Юнги. Он терял контроль, но все же кое-как пытался не повышать голос. — Не лезьте, куда не следует, иначе вас здесь не будет. — Ярым взглядом ответил Хо. Он четко дал понять, что его рука здесь присутствует. — Уже влез. — Ухмыльнулся доктор. — Я не позволю ВАМ или кому-то еще навредить Чимину больше, чем есть. — Он медленно поднимался, упираясь руками в стол. — Вы видимо действительно привязались к маньяку. — Ухмыльнулся Хо, складывая руки в замок. — Думаю, что это плохо кончится не только для вас, но и для него. — С злорадной ухмылкой на лице произносил шериф спокойным голосом. — Думаю, нам больше не о чем говорить. — Взял себя в руки журналист. — Мне пора работать. — Хорошо. Молитесь, чтобы мы больше не встретились. — Вставая, пригрозил Чон. — Я вас не боюсь. — Открыл дверь психиатр.       Дождавшись, когда этот мерзкий тип со злым взглядом спуститься вниз, Юнги направился искать Джина, ведь на улице его не было, а машина стояла на улице. Решение пало на проверку кабинета Кима. Мужчина и забыл о том, что сказал своему заму шериф. Он постучал и тут же открыл дверь, как и полагается по этикету. — Ох, черт…– Открыл не до конца дверь психиатр, отворачиваясь. Из кабинета доносились тихие маты и возня.       Перед Юнги предстала любопытнейшая картина: двое обнаженных мужчин целовались, сидя на столе. Теперь понятно, почему Мин так часто видел машину Джина около больницы, только вот никогда не встречал в коридоре самого мужчину. — Входите. — Послышалось из комнаты. — Простите, что помешал. Можете не оправдываться, не мое дело. Джин, мне нужно с вами поговорить. — Быстро сказал Мин, под растерявшиеся и испуганные взгляды мужчин, и вышел из кабинета, дожидаясь оппонента в коридоре.       Через секунду из-за двери вышел раскрасневшийся смущенный Джин. — Что случилось? Где Хосок? — Пытался собраться зам. — Он уехал. Пойдем со мной, я тебе кое-что покажу. — Направился на лестницу психиатр. — Я могу тебе доверять? — Покосился на друга Мин. — Да, Юнги. Конечно. Я же тебе и помог пробраться сюда. — Не понимая, почему вдруг журналист засомневался в его верности. — Почему ты спишь с доктором Намджуном? — Резко спросил врач, входя в кабинет. —  Выгода или он твой тот самый тайный поклонник, о котором ты мне не хотел говорить? — Второе…давай закроем тему. — Замотал головой и руками Джин. — Зачем звал? — Он знает, кто я на самом деле? — Поднял бровь Мин. — Нет, ты что. — Честно ответил Ким. — Хорошо, потому что твой любовник замешен в этой истории. Только я еще не разобрался соучастник он или его заставили. — Рассуждал Юнги, отодвигая последний ящик стола и доставая свои бумаги. — А поподробнее? — Сел в кресло мужчина, чуя, что еще немного и все проясниться. Дело, которое жило более пяти лет, может закрыться в данную минуту. Мужчина решил промолчать о том, что сам Ким просил усмирить рвение его друга. — Сейчас. — Юнги потянулся за своим блокнотом, но не обнаружил его на привычном месте. В растерянности он похлопал себя по всем карманам и проверил все ящики стола. — Вот же говнюк. — Закусил губу от злости психиатр, с силой ударяя ногой по столу. — Ты что-то потерял? — Немного испугался от неожиданности парень. — В моем блокноте записан псевдоним наркодилера, который поставлял, а возможно, до сих пор поставляет наркотики. Только вот он исчез. Что-то мне подсказывает… — Это дело рук Хосока. — Договорил за друга Сокджин. — С самого начала было понятно, что Хосок творит здесь свою анархию. Как выглядит твоя записулька? Возможно я ее узнаю. — Уверенно произнес мужчина. — Синяя мягкая обложка с моими инициалами. — Хорошо. Я поищу, сохраняй спокойствие. — Пытался усмирить пыл Юнги Ким. — Там все, понимаешь. Весь материал. — Тер глаза Мин, ходя взад-вперед по комнате. — У меня есть правда копия. Но я не успел прочитать последнее. Только если Чимин мне снова скажет. — Давай ты мне расскажешь о деле, а после уж я займусь твоей проблемой, и ты расспросишь своего пациента. — Не сдавался Джин. — Да. Ты прав. — Присел Юнги. — Вот это поможет убрать его с должности. — Он указал в заголовок одной из газет. — И что это? Просто какое-то старье. — В недоумении посмотрел на психиатра заместитель шерифа. — Именно так все и думают. — Ухмыльнулся доктор. — Вчитайся в саму статью. — Он скрестил руки на груди в ожидании. — Ты хочешь сказать, что…– Глаза Джина округлились. — Да. Но это еще не всё. — Юнги взял еще одну газету и протянул мужчине. — Теперь сравни их. — Так. — Усердно всматривался в бумажки Джин, не понимая, что хочет показать журналист. — Ну и? Заголовки разные, год выпуска разный. Старье, говорю же. — Раздражался Ким. — Да? — Усмехнулся Мин. — Потрогай. Одна действительно прожила годы, а вторая была напечатана сравнительно недавно. Понюхай пергамент. — Побуждал к действию друг. — Верю на слово. — Отложил макулатуру Джин. — Нужно узнать, кто давал Паку газеты. Или ты уже знаешь? — Высматривал правду мужчина, слегка улыбнувшись. Он знал своего друга слишком хорошо. — Почти… Я не уверен. Нужно уточнить у Чимина. Пойдем. — Позвал жестом Юнги Кима.       Подходя к палате, доктор удивился, что она закрыта.       «Не к добру» — пронеслось в голове мужчины. Он тотчас ворвался внутрь. Психиатр увидел, мирно спящего больного, но что-то подсказывало ему подойти к Паку. Юнги медленно, боясь разбудить, подошел к мужчине, аккуратно трогая его за плечо. — Чимин…– Позвал Мин.       Тело, подобно творожной массе, плюхнулось на спину, показав побледневшее лицо, на котором слились все черты в одно. — Твою мать…– Вырвалось у Юнги. — Джин, зови персонал, живо. — Приказал Мин, трепля своего подопечного.       Друг тут же выскочил из палаты, горланя крики SOS. На его возгласы тут же сбежались медсестры и медбратья. — Эрик, принеси чистый шприц и пять миллилитров апоморфина. — Скомандовал психиатр. — Ну же, друг. Очнись. — Обеспокоено бормотал психиатр.       Он посадил Чимина, поднимая ему голову. К нему присоединились еще пара человек, помогая не упасть пациенту обратно. Нельзя было допустить, чтобы язык попал в горло. Юнги смог нащупать еле ощутимый пульс, и выдохнул с облегчением. Такое состояние могли вызвать какие-то препараты, но какие, предстояло только выяснить. — Вот держите. — Выдохнул парень, протягивая шприц со содержимым врачу. Тот незамедлительно вколол его больному, доставая тоже самое ведро.       Ожидание было мучительно долгим по меркам мужчины, а на деле прошло всего несколько минут. У Пака задергались веки, а после покраснели щеки. Уже через мгновение он извергал содержимое своего желудка в приготовленную Мином емкость. Все присутствующие почувствовали легкое облегчение, хоть и сталкиваются с подобным почти каждый день. — Можете идти. — Немного нервно, но уже не с таким сильным волнением, произнес мужчина. — Дальше я сам.       Он гладил больного по спине и придерживал волосы, чтобы они не мешали Чимину. После того, как Пак полностью очнулся, он прильнул к груди Юнги, обессиленный. Тот поцеловал его в макушку, прижимая за плечи. — Всё хорошо. Я здесь, а ты жив. — Тараторил от волнения врач.       Его друг стоял в ступоре, наблюдая за происходящим большими от удивления глазами. — Эм, Юнги…– Начал было Джин, но друг тут же пресек его разговор: — Не сейчас. — Думаю, я здесь только мешаю. Позвони, как что-то еще узнаешь. — Направился к выходу Джин.       Журналист продолжал сидеть на койке и обнимать Чимина, который не мог вымолвить ни слова и тяжело дышал открытым ртом. Мин поднял его лицо. — Может воды? — Заглянул в то и дело закрывающиеся глаза врач.       На его вопрос последовал ответ в виде согласительного кивка. Психиатр потянулся за бокалом, который стоял на тумбочке. Взяв его, он почувствовал странный запах. Ему всё стало ясно — Чимина отравили, вот только кто. Юнги аккуратно прислонил больного к спинке кровати, наказав ему держаться, а сам быстро налил чистой воды и поднес к уже синим губам мужчины, аккуратно помогая ему пить. — Прополоскай горло. — Нежно произнес психиатр.       Чимин молча выполнил просьбу и снова очутился в объятьях мужчины, прокашливаясь. — Юнги…– Еле слышно прошептал пациент. — Что, Чим. — Наклонился к лицу мужчины врач, касаясь его носа.       Пак из последних сил слился с сухими губами психиатра. Сейчас это первое, что он хотел, ведь буквально пару минут назад больной был одной ногой в мире Осириса. Журналист прижал к себе это хрупкое в данный момент тело, придерживая его голову, отвечая на запретное и такое желанное прикосновение холодных, как ночь на севере, губ. Отпуская их, больной положил свою внезапно потяжелевшую голову обратно на мужчину.       Юнги поцеловал его в лоб, держа так, будто это было самое ценное во всем мире. С каждым днем Мин погружался в этого парня все больше и больше, тая свои чувства глубоко внутри под замком. Он понимал, что так нельзя и это неправильно, однако, кто пишет эти глупые правила?