Я вытащу тебя из ада.

— Ты утверждаешь, что тебе лучше. Ты избавился от Хвоена? — Спрашивал психиатр, нежно поглаживая Чимина по руке, сохраняя серьезное выражение лица. — Да, мне лучше. Голова кружится, желудок ноет, и я чувствую, что ломка усиливается. — Признался пациент. — Что касается голоса в голове, то я давно его не слышал. Признать, так хорошо я и не помню, когда себя чувствовал. — Пожал плечами Пак. — Это хорошо. Будет легче доказать, твою вменяемость. — Записывал в блокнот Юнги, попутно рассуждая. — Ты сам-то себя как чувствуешь? — Заботливо спросил Пак, удивляясь, что он еще знает, как это — заботиться о ком-то. — Хорошо. Голова побаливает, но терпимо. Остальное заживает, прошло пару дней, а я как прежде. — Продолжал что-то помечать в записной книжке Юнги, улыбнувшись. — Юнги, ты ведь не простой психиатр. — Решил прояснить давно назревший вопрос Чимин. — С чего ты взял? — Спросил Мин, не отрываясь от тетради. — Я сразу это увидел, как только ты заговорил. Доктора общаются не в такой манере, а я перевидал их много. — Объяснял Пак, внимательно следя за выражением лица мужчины. — Ты же говорил, что знаешь мой секрет. — Перевел взгляд на парня журналист. — Так к чему этот разговор? — Не хочу быть обманутым, прости, но слишком много людей предавали меня. — Сглотнул Чимин, убирая руку из-под Миновской. — Чима, то, ради чего я сюда пришел, только поможет тебе. Я об этом позабочусь. И кстати. — Пододвигаясь ближе к Паку, проговорил Юнги. — Может расскажешь мне всё-таки о Джей-Хоупе? — А ты еще не выяснил сам? — Не хотел отвечать на вопрос пациент. — Ты знаешь больше всего о нем. — Смотрел в упор психиатр, видя, как его подопечный мнется, пытаясь увернуться от разговора. — Он глава местной шайки, которая теперь держит город. — Вздохнул Чимин, перебирая пальцами с опущенным взглядом. — До того, как я попал сюда, это была маленькая группировка, которая стремительно развивалась. А после, я из новостей по телевизору в общей комнате узнавал о их деяниях. — Сделал паузу Чимин. — Джей, я так понимаю, их главарь? — Решил сам спросить врач. — Да… Теперь да… Я знаю, кто он… Он тот мальчишка, впервые давший мне попробовать наркоту, которую больше никогда не пробовал. Она вызывает сильнейшее привыкание с первого употребления. Он был старше меня на 4 года. Когда я понял, что к чему, я сказал ему, что посажу его. На что он рассмеялся и пригрозил мне. А я что, я держу свое слово. Друзья моего отца любили меня, поэтому они припугнули J-Hope… и пытались сдать полиции, но было поздно. У них уже и там было все схвачено. — Выдохнул Пак, не поднимая головы. — Как с этим всем связаны Хосок и Намджун? — Благодаря им я сижу здесь очень…очень…долго. — Грустным тоном произнес Чимин. — Намджун притащил старые газеты мне, когда я попросил что-то почитать, а после я понял, что те, кто считается особо опасным, получают большую дозу препаратов. Тут у меня и возник план… А после уже начали приходить свежие газеты, и тут не было труда представить меня кровожадным убийцей в глазах общественности. — Хмыкнул Пак. — Газеты были липовыми. Я думаю, что тебе их подсовывал Хо, чтобы повесить на тебя все нераскрытые дела. — Заключил Юнги, гладя по волосам Чимина. — Как ты смог сохранить частичку себя? Ведь когда я увидел тебя и поговорил впервые, то я и не подумал, что ты сумасшедший. — Я сам не знаю, что-то не давало мне сломаться. Знаешь, в такие моменты веришь в судьбу, ведь если бы я потерялся тогда, то сейчас бы не знал тебя, и у меня бы не было такого дикого желания жить. Меня воротит от одного вида таблеток. — Заблестели глаза Пака, доказывая психиатру, что это необычайно умный и сильный человек. — Я рад, что ты мой. — Обнял больного Юнги. — Но таблетки ты некоторые пока будешь принимать, чтобы организм не испытал еще больший стресс. — Строго произнес Мин — Да, док. — Улыбнулся Чимин.  — Чим, а какое настоящее имя J-Hope? — Резко спросил психиатр. — Прости, Юнги. Я не могу сказать. Ты узнаешь сам, совсем скоро. Я боюсь представить, что нас с тобой ждет дальше… — Прижимая к себе мужчину, проговорил пациент.       Ответить психиатру не дал телефонный звонок. — Привет, Юнги. — Раздался злорадственный голос на той стороне. Говорили через искажатель голоса. — Кто это? — Нахмурился Мин. — Оу, как неудобно с моей стороны. Я тот, чьи ребята преподали тебе урок. — J-Hope…– Понял журналист. — Что тебе нужно? — Твердо спросил парень. — Съебись из города и тогда, возможно, твой любовник не пострадает. — А если я не сделаю этого? — Тогда попрощайся с ним и со своей жизнью. — Позвонивший сбросил трубку.       Юнги нервно поднес ее к губам, думая, что же делать дальше. Почувствовав руку на своем плече, он обернулся к Чимину. — Я всё слышал…может, тебе стоит уехать? — Эти слова давались тяжело пациенту, ведь он попрощается с самым дорогим в его жизни. — Нет, Чима. — Уверенно и твердо отрезал Юнги. — Я узнаю, кто такой этот J-Hope, раз ты не хочешь говорить. И буду постоянно рядом с тобой, чтобы больше никто не сделал тебе больно.       Мужчины смотрели друг другу в глаза, общаясь в тишине, не издавая ни единого звука. Юнги наблюдал, как еще впалые щеки немного начинали розоветь, такие сладкие губы редко делались фиолетового цвета, а глаза продолжали развивать свое сияние. Чимин любовался глазами цвета весенней травы, который красуется в колечках некоторых дам. В них читалось искренность и теплота, нежность и ласка, которую дает и будет продолжать давать Мин, сделав то, что задумал. — Эм, простите. — Раздался голос мужчины, вошедшего без стука. — Я, конечно, всё понимаю, но вы совсем страх потеряли? — Нахмурился парень. — Что случилось, мистер Ким. — Спокойным тоном, выпуская из рук Чимина, произнес Юнги. — Кроме того, что мой специалист со своим пациентом обжимается на виду у всех, подрывая мой авторитет? Вы хотя бы запирайтесь что ли. — Продолжал негодовать врач. — Ким Намджун. — На тон выше окликнул его Мин. — Вас что-то не устраивает в моей работе помимо этого? — В общем. — Выдохнул мужчина. — Вы здесь больше не работаете. — Как гром среди ясного неба прозвучали эти слова, ошарашив обоих парней, сидевших на койке. — Почему? Чем вы недовольны? — Пытался не язвить Юнги. — Я доволен всем. Почти…– Он посмотрел на Пака, давая понять, что их отношения теперь не тайна. — Но ради вашей безопасности… — Подождите. — Перебил его психиатр, подняв указательный палец. — То есть и тебе позвонили и сказали меня выгнать? Или это ты J-Hope? — Встал с кровати доктор, медленно приближаясь к Киму. — Что? Он сначала пригрозил тебе? — Не понимал главврач. — Нет, это не я. Вот — Он протянул свой телефон. — Сравни номера. — Я не верю не единому твоему слову. И я имею право доработать еще несколько дней, верно? — Поднял одну бровь журналист, зная свои права. — Юнги, пойми. — Перешел в более мягкую форму Намджун, убирая официальности. — У тебя нет такой мощи, как у него. — Пытался вразумить своего работника Ким. — А что если…– Задумался Мин. — Ты его тоже боишься? — Уже знал ответ мужчина. — Да…я ему должен…должен жизнью…– Выдохнул Ким, смотря куда-то в стену. — Помоги мне, а я помогу тебе. — Предложил журналист. — Да что ты можешь. — В отчаянии заговорил доктор. — Он все здесь держит. — Здесь, возможно. — Ухмыльнулся врач. — Желательно, чтобы вы мне сказали, кто он такой. — Он перевел взгляд с одного мужчины на другого, но они оба отвели взгляд. — Что ж… Намджун… Ты согласен помочь? — А у меня есть выбор? — С иронией произнес главврач. — Выкладывай. — Для начала нам нужны новые телефоны, ибо эти легко отследить. Далее позволь мне увезти из больницы Чиму, потому что здесь находятся шестерки вашего наркодилера, но нужно сделать это как можно тише, чтобы он не узнал об этом как можно дольше. — Подробно объяснил психиатр.       Чимин удивился такой просьбе, что и не знал, как реагировать. Сама мысль о свободе как-то пугала мужчину, ведь он не был там почти шесть лет. — Как ты себе это представляешь? — Нахмурился доктор, говоря все тем же отчаянным тоном. — Медперсонал заметит это. — Ограничь к нему людей, сказав, что у вас особый курс лечения. Придумай что-нибудь. Мне нужно несколько дней времени. — Четко проговаривал план Мин. — Чимин, ты ведь не против подышать свежим воздухом по ту сторону и увидеть в живую свои любимые явления? — Повернулся к пациенту мужчина. — Я не знаю, что ответить. — Растерялся Пак. Глаза округлились от такого внезапного предложения, ведь Юнги никогда не упоминал о том, что хочет сделать так. — Думаю давно пора мне выбираться из небытия. — Ухмыльнулся Чимин. — Ох, да. Джин в курсе. — Улыбнувшись пациенту, просветил доктора Мин. — Куда ты его повезешь? Твой адрес и Джина он по-любому уже знает, и машину твою тоже. А везти неадаптированного социопата в маршрутке как-то рискованно, не находишь? — С ноткой сарказма проговорил врач. — Сеул большой. Не уж то ты думаешь, что я не подготовился заранее? А вот на счет машины…да, тут я еще не придумал. — Задумался Мин. — А если на скорой? — Выдвинул свою мысль Чимин очень тихо. — Их вроде несколько. Если вдруг передвигаться, то брать разные. — Хмм, хорошая мысль. Что скажешь, док? Можно? — Обратился к Намджуну психиатр. — Да, конечно. — Вздохнул мужчина, понимая, что теперь не отвертеться от этих двоих. — Кто будет водителем? — Думаю, Джин или я. Хоть это и рискованно, но тебе я не доверяю до сих пор. И если ты нас сдашь, то боятся тебе придется меня. — Пугающим тоном проговорил Юнги, глядя прямо в глаза Джуну. — Прикрывайте лица, чтобы вас не могли узнать. Вы и представить не можете масштаб его шайки. — Сглотнув, посоветовал доктор. — Когда выдвигаетесь? — Как только Джин приедет. — Просветил Юнги.       Пока мужчины активно обсуждали свою проблему и возможные пути решения, забыв о том, что и в здании есть уши, за дверью находилась уже знакомая тень, внимательно слушая план докторов по поводу пациента. Она злилась, что особых тонкостей не слышит: что за машину они выбрали, на какой адрес повезут Чимина, для чего Мину нужно время и другие некоторые вопросы, которые шестерка Джея не смогла выяснить. Ее спугнули приближающиеся шаги. — Привет всем. Готовы? — С взбудораженным видом проговорил Сокджин. — Что на счет авто?       Все были возбуждены этим делом, думая, как сделать все по красоте, не привлекая особого внимания. Только один человек в комнате сомневался во всем этом — Пак Чимин. В его голове творилась такая дикая смесь всего, что произошло с ним за эти годы. С уменьшение психотропных препаратов воспоминания участились, ведь запирать их теперь некому. Буря новых и неизведанных чувств поглощали его, раздирая внутри, но на лице красовалась лишь легкая часть его волнения.       Продолжая обсуждение, все сошлись на том, что подождут еще пару часиков пока стемнеет. Чтобы не вызывать подозрение у медперсонала, двое Кимов покинули палату, поднимаясь в кабинет главврача, тем более все в больницы уже знали о их увлеченности друг другом. — Юнги. — Жмуря глаза и и перебирая пальцами, прижимая руки к телу, болезненно позвал Чимин. — Мне что-то нехорошо. — Что такое? Тошнит? Головокружение? Ты принимал таблетки? — Засуетился Мин. — Как-то помутнело в глазах. Видимо организм пытается привыкнуть. Боже — Он откинулся на подушку, протирая глаза. — Ничего, Чим…– Сел рядом мужчина, поглаживая руку парня. — Ты вылечишься до конца. — Надеюсь… Юнги, мне страшно. — Признался Пак, сглатывая. — Не бойся J-Hope, я не дам тебя в обиду. — Нежным тоном проговорил психиатр. — Я не об этом. Я о плане. Зачем тебе понадобилось увозить меня, ведь ты и здесь всегда рядом. — С некой раздраженностью от головной боли произнес Чимин. — А ты не хочешь наконец-то выбраться из этих удушающих стен? — Не понимал своего пациента доктор. — Я не знаю…я не помню каково там. Последний раз мое пребывание за стенами этой больницы и привели меня в нее. Там было столько жестокости и боли, что я и описывал при признании в убийствах. Было не сложно. — Закусил губу Пак, понимая, что таблетки помогали ему быть бессердечным, говоря о таком, а сейчас вновь проснулись те давно забытые эмоции и чувства. — Я же ничего не знаю и не умею, и тебе охото возиться со мной, как с ребенком? — Поднял голову больной, чтобы лучше понять ответ журналиста. — Да, хочу. — Уверенно заявил Юнги. — Но почему? Ты уверен, что твои чувства ко мне действительно то, о чем все так мечтают, а не просто из жалости и сострадания? — Выпытывал мужчина, подавляя в себе истерику, потому что данная ситуация посеяла в нем панику. Он сел и уставился на партнера. — А ты уверен во мне? Что я чувствую тоже самое, а непросто схватился за тебя, как за спасательный круг? — Выпалил пациент, сделав больно Юнги, который опустил глаза, думая, что ответить.       Он понимал, что Чимину это всё нелегко дается, и это еще мягко сказано. Он боится быть преданным вновь, и это понятно. Что хорошего Пак видел в этой жизни? Вечные издевки и упреки со стороны матери, насильственные действия не только физически, но и морально, сексуальное насилие человеком его же пола, который сильнее и старше и еще многие пережитые травмы по типу увиденного: сношения родной матери, кровь, настоящие преступления…список можно продолжать до скончания века, однако журналист все равно восхищался своим подопечным. Этот человек, не смотря на исполинский груз на своих плечах, только закалился, пройдя через это, ведь наркоману с таким стажем трудно хоть на миллиграмм сделать дозу меньше, а тут сразу шоковая терапия, которая с первого раза дала свои плоды. — Чимин~и…– Впервый раз таким именем назвал его Юнги. — Я знаю, что для тебя это всё ново, и если ты привязан ко мне только так, я пойму. — Тяжело вздохнул Мин, не выпуская любимую нежную руку. — Но я тебя поставлю на ноги и помогу адаптироваться в обществе. И если так случится, то при чувстве одиночества просто представь, как моя рука заботливо опускается на твою спину, поддерживая тебя. Если я не рядом физически, то я буду рядом в твоей душе. — Закончил Мин, не решавшись поднять взгляд, поэтому отвел его на дверь. Хоть его работа и требует красноречивости, но выражать свои чувства мужчина умел немного иначе.       Буквально через пару секунд Пак притянул к себе мужчину, взяв нежно за лицо и страстно поцеловав. Он не хотел думать о том, какую перспективу описал его психиатр. Пациент не мог представить себя без него, ведь тогда, он закрутится в вихре своего неудержимого безумия, которое сможет прорваться через стены контроля, поглотив последнюю частичку сознательной души мужчины. — Это безумно. — Тихо произнес Пак. — Безумно, потому что я даже не знаю, когда ты стал таким важным для меня. Это как смотреть на снегопад. — Мужчина не отрывался от глаз на против. — Ты видишь, как падают снежинки, но не осознаешь, как они прибавляются. Затем неожиданно весь твой двор покрыт снегом. Вся эта мелочь суммируется. — Его голос изменился, став таким нежным. Он приблизился к психиатру, дотрагиваясь до его кончика носа. — Ты мой снегопад. — Пак с жаром прильнул к любимым губам, пуская руку под халат парня. — Значит, ты без сомнения и страха поедешь со мной? — С детской наивностью в голосе проговорил Юнги. — Буду волноваться. — Улыбнулся Чимин. — Если ты не меняешь то, что создает тебе проблемы, значит ты выбираешь сохранить это. А я хочу сохранить только одно…– Он специально сделал паузу, разрешить которую не позволил постучавший. — Ну что? Джун все устроил. Никто из персонала не догадается, что Чимина нет в больнице. — Проговорил Джин, волнуясь. — Да, пойдем. Нужно сделать это. — Вставая с кровати и помогая подняться слабому мужчине, сказал Мин.       Мужчины шли по коридору, вечно оглядываясь. Чимин держался за партнера, но через время почувствовал прилив сил и движение пошло быстрее. Выйти из здания не составило труда: доктор Ким действительно позаботился о секретности операции, ожидая «беженцев» на заднем дворе у машин. — Вот ключи. — Судорожно отдал врач. — Будьте максимально осторожны. — Наказал им главврач. — Хорошо, Джун. Не беспокойся. — Проговорил Ким обнадеживающим тоном.       До места мужчины добрались без проблем. Всю дорогу Чимин находился в ласковых объятьях Юнги, которые помогали тому не бояться этих перемен, но то ли еще будет… На них были надеты специальные костюмы и маски, которые скрывали их лица. Конспирация превыше всего. У здания, где находилась квартира, было несколько человек, несмотря на ночь. Аккуратно, не привлекая внимания, все трое поднялись в квартиру. Не то ли бог, не то ли судьба, но и в лифте они оказались одни. Без лишних слов парни зашли в квартиру и только тогда смогли вздохнуть. — Так, я купил телефоны и разные сим-карты к ним. — Протянул пакет Джин. — Если что, на связи. Список моих номеров там есть. Удачи, Юнги. — Хлопнул по плечу друга Ким. — Спасибо тебе. — Искренне ответил Мин. Он был рад, что имеет такого друга. — Не скучайте. — Помахал парням заместитель шерифа. — Ох, Юнги, подойди. — Уже в дверях опомнился мужчина. — Что еще? — Удивляясь, подошел Юнги, боясь, что что-то еще случилось. — Я там кое-что купил для вас. — С ехидной улыбкой прошептал Джин. — Ой, иди уже, а. — Буквально вытолкнул за дверь своего друга журналист, который заливался хохотом.       Юнги захлопнул дверь, закрыв ее на все замки. Повернувшись к Чимину, он увидел, как тот рассматривает квартиру, трогая стол, диван, проходя в другие комнаты. Он осмотрел ванную и направился в спальню. Мин медленно следовал за ним. Мужчина уткнулся носом в макушку любимых волос, вдыхая их горьковатый от больницы запах и обнимая за плечи парня. — Так вот как живут нормальные люди. — Ухмыльнулся Чимин, скрывая свою потерянность и взволнованность. — А ты не думал о том, что, может быть, мы нормальные такие, какие есть? — Не отрываясь от Чимина, произнес Мин. — Возможно. — Падая спиной в объятья партнера, улыбнулся Пак. — Может, ты хочешь принять душ? — Поинтересовался Юнги, положив голову на плечи парня. — Оу, Юнги. У меня же совсем нет одежды. — Пробормотал Чимин, поворачиваясь к мужчине. — Есть. — Психиатр с лукавой улыбкой подошел к шкафу и открыл его, показывая содержимое: там было пару рубашек, осеннее пальто, простые и осенние ботинки, пара брюк и пижама. — Пока немного, потому что мы через двое-трое суток переедем в другую квартиру, чтобы хорошо запутать преследователей. — Он взял с полки вещи для сна и протянул Чимину, который стоял в полном шоке, ведь считал, что Юнги просто даст ему свои вещи, но никак не купит новые. — Эй, Чим, ты чего? — Встряхнул мужчину журналист, заглядывая в глаза. — С…спасибо, Юнги~я. Я очень тебе обязан…– Начал Чимин, пытаясь подобрать нужные слова. — Прекрати. — Прервал его Мин, прижимая. — Иди прими душ, а после я сделаю тебе укол, и ты выпьешь таблетки.       Хоть Чимин и ведет себя, как полноценный человек, нельзя забывать, что в его черепушке всё еще живет некая сущность, которая на время утихла. — Юнги…– Немного мялся Пак. — А ты можешь принять душ вместе со мной? — Тоненьким голосом вымолвил Чимин, сам не ожидая такой интонации. — Конечно. — Согласился доктор, с улыбкой идя за мужчиной.       Горячие струи обжигали бледное тело, смывая с него все те яды, которые копились в эпителии многие годы. Наконец-то, впервые за многое время Чимин смог почувствовать, что его жизнь в его руках, что он может стать кем-то и добиться чего-либо. Возможно, это просто душ, но сколько он смыл проблем и помог раскрыться чему-то новому.       Мин зашел в кабинку, вставая под горячую воду. Он взял мочалку, намылив ее, и стал аккуратно тереть спину возлюбленного. Нежно и осторожно, боясь сделать больно и так ослабленному телу. Смывая белую пену, мужчина целовал мокрые плечи, не видя блаженного лица парня. Чимин медленно повернулся к психиатру, рассматривая его худощавое, но подтянутое тело, на котором красовались еще не затянувшиеся раны и синяки. Он поцеловал ссадину на ключице, перешел к ране на груди, не забывая оставлять касания своих губ на гематомах. Юнги сначала дернулся от неожиданной легкой боли, зато потом просто наслаждался этим моментом, стараясь не возбудиться, но как тут устоять? Вернувшись к губам мужчины, Чимин гладил его по спине, тихонько царапая, не осознавая этого. Все происходило молча и до самого сумасшествия чувственно. — Юнги, а мы ведь вместе ляжем в постель? — Раздался голос мужчины, который сушил полотенцем волосы. — Что за глупый вопрос? — Нахмурился Мин, надевая халат. — Или ты не хочешь? — Ухмыльнулся журналист. — Даже не знаю, пускать ли мне тебя в кровать или нет. Я привык спать один. — Осмелел Чимин, ехидничая с милой улыбкой на порозовевшем лице. — Ой все, пошел стелить себе диван. — Обиженно отвернулся Юнги.       Чимин закинул голову назад с улыбкой, а после взял за руку мужчину и повел в спальню. — Ты будешь спать здесь, понял? — Серьезно проговорил Чимин, указывая на большую и мягкую постель, которая точно не сравнится с больничной койкой. — Только если с тобой. — Уткнулся в шею парню Мин, обнимая его.       Пусть за дверями, за стенами, в этом городе, в этом мире существует зло, алчность, бездушие, хладнокровность, циничность и многие другие человеческие пороки, которые не сулят ничего хорошего и с которыми уже скоро придется столкнуться героям, сейчас им не хочется об этом думать. Данный момент как первый появившийся росток на поле после великой бури, которая приказала «долго жить».