Часть 13
5 июля 2020 г., 23:00
Знаете, как это сидеть в ожидании, допустим, в очереди к врачу, от слов которого зависит ваша жизнь. Вот только сейчас это чувство носило исключительно тревожный и пагубный характер. Здесь недалеко до развития паранойи, когда следишь за каждым шорохом, за каждым шагом, за каждым разговором и покосившимся взглядом.
Никто из мужчин не представлял, когда их найдет J-Hope и что именно с ними сделает, но точно знали, что это неизбежно. Юнги сидел за компьютером, работая над статьей и пытаясь связаться с особым человеком, который поможет им. Чимин разбирался с техникой в доме: за пять лет многие штучки стали в новинку. Он радовался как дитя, когда у него получилось включить кофеварку, хотя до этого пыхтел и ворчал, как старый дед. Мин помогал ему во многом, хоть Чимин и отправлял его обратно, не давая с ним носится, «как курице с яйцом», — слова самого пациента. Он теперь пытается готовить что-то для Юнги, который полностью ушел в работу над всеми проблемами, которые навалились на них. Получается, конечно, не очень, руки не слушаются порой и в голове всё еще каша, но Мин с удовольствием съедает всё и хвалит своего подопечного.
Как и говорил психиатр, через пару дней они переехали в другую квартиру, запутывая следы. Пак также принимал лекарства, пытаясь не срываться и не давать агрессии захватить им. Этим вечером Чимин сидел у телевизора, просматривая новости и поражаясь модернизации техники.
— Чим, мне нужно отъехать. Джин за тобой присмотрит, он уже в пути. — произнес мужчина, поднося к больному горячий шоколад, и садясь рядом на махровый ковер.
— Дядя Джин придет. — детским голосом съязвил Пак.
— Ну Чимин~иии. — промурлыкал умоляюще Мин. — Тебе нужно принимать таблетки по расписанию, и ты еще слаб. Вдруг ты поранишься или еще что-то. Годы, проведенные вне общества…
— Да понял я тебя. — фыркнул Чимин, перебивая Юнги. — Ты надолго?
— Я уеду через пару часиков, а вернусь скорее всего ночью. Ехать далеко и разговор будет, чувствую, долгим. — выдохнул мужчина, отпивая из кружки. Он уже предупреждал парня о своих планах.
— Джин останется со мной на ночь? Он умеет делать уколы? — также отпил шоколада Пак.
— Нет, но если я приеду до того, как ты уснешь, то курс не нарушится. А если нет…рискованно, конечно, но попытка не пытка, верно? — улыбнулся журналист, прижимаясь к Чимину.
— Хорошо, надеюсь, ты приедешь поскорее. — обнял мужчину Пак.
До приезда друга Юнги мужчины сидели и разговаривали: Чимин расспрашивал о мире, о новом в разных областях жизни человечества и прочем, а психиатр с охотой рассказывал ему об этом. Пак почувствовал, как многое изменилось и при этом, многое осталось таким же.
— А вот и дядя Джин. — с легкой грустью улыбнулся Чимин, услышав дверной звонок и смотря, как Юнги встает, чтобы открыть другу. — Будь осторожен. — заботился о своем партнере Пак.
— Обязательно. — чмокнул в губы Юнги своего подопечного и скрылся, выходя из комнаты, оставив пациента в одиночестве допивать остывший шоколад и смотреть телевидение.
— Привет. — улыбнулся Сокджин.
— Привет, заходи. Почему так долго добирался? — сразу наехал на мужчину журналист.
— Ехал окольными путями и всё такое, к тому же — пробки. — оправдывался зам, закатывая глаза.
— Ладно. Смотри, вот эти таблетки дашь через полчаса, а эти вместе перед сном. Ты сможешь сделать укол? — посмотрел на парня Мин ожидающим взглядом.
— Прости, но я сам боюсь уколов с детства, а это еще кому-то делать. — отнекивался мужчина, мотая головой.
— Ладно…будем надеяться это не скажется на Чиме. — закусывая губу, в слух рассуждал врач. — Я поехал. Он сидит в спальне перед телевизором. Ноут я беру с собой, поэтому развлекайся. — хлопнул по плечу друга Мин.
— Класс…- оценил шутку Джин. — Ладно, поговорю с Чимином о тебе. Спрошу, как он вынес тебя за это время. — ушел от мужчины Ким, ехидничая.
***
— Ты ничего не хочешь мне сказать? — в ярости говорил мужчина, пытаясь не кричать. — Как ты и просил, психиатра больше нет в больнице. — сохранял спокойствие собеседник. — Что-то не так? — Да? А мой источник говорит, что вы что-то с ним придумали. — ходил по комнате Хосок, бешенными глазами смотря по сторонам. — С кем? С Юнги? Я тебя умоляю. — пытался соврать доктор. — Пусти меня к Чимину. — вдруг приказным тоном попросил Чон. — Думаю, это в данный момент невозможно. Он в тяжелом состоянии. Я ввел его в него специально, чтобы он не сболтнул лишнего. — убедительным тоном проговорил Намджун. — Сейчас он находится в специальной палате, к которой только я имею доступ. — Хмм, интересно. — ухмыльнулся шериф, приближаясь к мужчине. Он резко схватил его за горло и повалил на стол, сжимая так, что доктору стало трудно дышать. Мужчина хватался за бумаги на столе, за пустоту и пытался произнести, хоть что-то, но воздуха катастрофически быстро кончался в дыхательных органах. — Не провоцируй меня, Ким Намджун. Не с тем решил в шутки играть. — спокойно и злобно произнес Хо, озабоченно смотря на лицо красневшего мужчины. — Иначе твой любимый Джин пострадает. Ммм? Есть, что сказать? — он немного ослабил хватку. — Да. — выдавил из себя Ким, желая наполнить легкие кислородом. Чон отпустил мужчину, который тут же закашлялся, жадно хватая жизненно необходимую примесь газов. — Юнги уехал, а Чимин сбежал. Я подозреваю, что с ним. Твоя шестерка слышала, как он уговаривал меня разрешить ему забрать его, но я выгнал самого Мина. Я помню, что ты можешь. — пытался правдоподобно соврать Ким, зная, что Хо доверяет ему больше, чем своим сучкам. — Я сразу не сказал, потому что испугался. — объяснялся мужчина, держась за шею, пытаясь стабилизировать дыхание. — Подозреваю, что Джин в этом замешан. — в слух рассуждал Чон. — На работе его нет… Ты случайно не знаешь, где он может прятаться? — чуть спокойнее произнес Хо. — Нет. Мы поругались, последний раз, когда он был в этом кабинете, мы расстались. — грустно проговорил Ким, убеждая своего босса в его верности. — Я думаю, он помог Мину. — У меня есть план. Мы найдем этих засранцев. Ты поможешь? — нахмурился Хосок. — Конечно. Что я должен делать? — ухмыльнулся доктор. — То, что у тебя получается лучше всего. — неестественная и злая улыбка расползлась на лице рыжеволосого мужчины. — Помнишь, я привозил вам новые лекарства? — Они очень сильные и опасные. — поправился мужчина, предостерегая парня. — Да, но Чимин не умер. Почему же? — давил на врача Чон. — Потому что противоядие оказалось смешным и Мин подоспел вовремя, однако, я знаю, что он не обнаружил яд в крови Пака. — усмехнулся Джун. — Тара мне уже сказала об этом. Мне нужна одна передозировка инсулина. — Для чего? — специально пытался выудить побольше информации из Хосока главврач, предварительно включив встроенный в часы диктофон, для психологических сеансов. — Правильнее — для кого. Я уберу с пути этого психиатра. — фыркнул обозленно мужчина. — А это не вызовет ни у кого подозрения, ведь его тоже нельзя обнаружить. — расхохотался Чон, заполняя всю комнату жутким смехом, подобно одному из больных данного заведения. — Интересный план. — поддержал Ким. — Только не трогай Джина. — Посмотрим, как он себя поведет. — взгляд дал ясно понять, что церемониться он ни с кем не собирался. — Ну значит, сам напросится. — скрывал свое волнение Намджун за маской безразличия и хладнокровности. — Может расскажешь что-то подробнее про план? Что я должен делать? — выуживал детали доктор. — Помириться с Джином или просто встретиться, чтобы поставить ему жучок. — объяснял мужчина. — С этим будут проблемы. — поджал губы доктор, облокачиваясь на стол и скрещивая руки на груди. — Он сменил номер, а в соц. сетях его нет. — Ах, да. Это наше глупое правило. — пробормотал Хо. — Так приди туда, где он живет и подкарауль. — А почему ты сам этого не сделаешь? Они еще не знают, что ты J-Hope. Чимин не раскололся, насколько я помню. — пытался не сболтнуть лишнего главврач. — Вот именно. «Еще». Возможно, уже знают, иначе почему Джин не появился на работе? — сложил пальцы в замок и подпер им голову Хосок, упираясь локтями в ноги. — Логично. — согласился Намджун. — Хорошо, буду надеяться, что долго мне ждать не придется Джина. Завтра попробую его застать. Давай жучок. — протянул руку мужчина. Хосок схватил его и подтянул со всей силы к себе, что доктор еле удержался на ногах, нагнувшись к самому лицу шерифа, ощущая весь гнев и грязь, которые живут в нем. — И только попробуй меня предать. — он оттолкнул мужчину на диван, а сам встал и испепелял его яростным взглядом, пока не вышел из кабинета. Намджун быстро опомнился и проверил — нет ли поблизости Тары или еще кого-нибудь. Убедившись в этом, он набрал Джина. — Алло, привет. Юнги с тобой? Отлично, а Чимин не спит? Включай громкую связь.***
— Ну что, все в порядке? — шепотом спросил Юнги, раздеваясь. — Да, он спит. Ты все уладил? Он согласился? — потер ладошками мужчина от нетерпения. — Еще бы. Такую сеть прикрыть. — ухмыльнулся Мин. — И еще, у меня к тебе разговор. — серьезно произнес Юнги, садясь за стол и приглашая друга. С полчаса или может час друзья разговаривали о предстоящем деле. Юнги в подробностях рассказывал роль Джина в этом. Мужчина продумал многие детали, но все же не знал наверняка, как всё произойдет. Сокдждин рассказал, что звонил Ким, и рассказал то, что поведал ему его любовник, который упустил тот момент, что Хосок — J-Hope. Однако, это и не было нужно. Все уже догадывались об этом. — Потом он попросил Чимина. — закончил Ким. — Ты не слышал, о чем они говорили? — заинтересовался с волнением Мин. — Нет. Он ушел даже в другую комнату, а после даже не рассказал, что же такое они там обсуждали. — немного раздраженно проговорил заместитель шерифа. — Ладно, моя миссия здесь закончена. — встал из-за стола друг. — Пойду готовиться выполнять новую, на связи. Не провожай. — махнул рукой на Юнги, который дождался, пока друг выйдет за дверь, и та автоматически закроется. Психиатр просидел еще немного один, сделав себе чай. Было время подумать обо всем: как делать дело, как помочь Чимину, как вообще остаться в живых, можно ли доверять людям рядом, знает ли наркодилер, где они и многие другие. От тяготеющих мыслей его отвлек пугающий и пронзительный крик. Мужчина тут же ринулся в спальню, где на кровати извивался Чимин, крича от боли. — Чима, проснись. Это всего лишь кошмар, все хорошо, я рядом. Чимин~иии. — он трепал его за плечи, пытаясь разбудить. По щекам непроснувшегося парня текли слезы, он то и дело повторял, что не хочет этого, он умолял кого-то не делать этого. Мин в ужасе представлял сон Пака. Он прижался к нему, пытаясь успокоить его тело, которое дрожало в холодном поту, приговаривая на ухо, что всё хорошо, и Чимину нечего бояться. Через несколько секунд в плаче пациент открыл глаза, из которых без остановки продолжали течь слезы. — Юн~ии. — обрадовался Пак, целуя мужчину. Он тут же повалил его рядом с собой оказываясь сверху, не давая тому сказать ни слова. Горячо и страстно Чимин медленно обцеловывал лицо парня, блуждая руками по телу, осторожно спускаясь к паху. — Чима, что такое…- с придыханием смог произнести Юнги, не сопротивляясь ласкам Пака. — Я давно хотел сделать это, но не решался, а этот сон… - сглотнул пациент. - Он показал, как коротка наша жизнь, и я могу просто не успеть. Кто знает, может сейчас ворвется Джей. — оторвался от мужчины Чимин, тараторя свои мысли. — Позволишь мне насладиться тобой, я хочу вспомнить, как это. — смотрел в глаза Юнги парень, и, не дожидаясь ответа, мягко провел языком по его шее, оставляя мокрую дорожку. Разве здесь можно отказать? Мин проводил руками по спине парня, спускаясь к ягодицам, которые так и манили себя потрогать. Чимин медленно расстегивал пуговицы черной, шелковой рубашки, которую так любил видеть на своем психиатре, мечтая сорвать ее с парня, однако в действительности делает это крайне нежно и аккуратно, боясь оступиться. Он покрывает мокрыми губами каждый сантиметр белоснежной кожи, позволяя на ней расцвести ало-красным пятнам, подобно растеканию брусничного варенья по поверхности молока, ловя сладкие и сдержанные вздохи Юнги, который боится спугнуть этот момент. Каждое прикосновение мужчины вызывало мурашки на теле психиатра, закрывший от удовольствия глаза. Пак дошел до джинс, стянутых противным ремнем, отделяющий пациента от такого лакомого кусочка. С нетерпением он открыл бляшку и также медленно и томно, еще больше возбуждаясь и возбуждая своего партнёра, расстегнул пуговицы штанов, освобождая проснувшийся половой орган. Сквозь боксеры Чимин провел пальцем по члену, который дёрнулся от прикосновения, ожидая нечто большего. Ухмылка красовалась на его лице. Мин замер в ожидании, смотря в потолок. Он дико смущался, ведь такого у него не было давно. Одно дело сходить в душ, а другое — заняться любовью. Пак оттянул кромку нижнего белья, освобождая внушительного размера орган. Панический страх атаковал пораженную голову: в подростковом возрасте ему приходилось делать и не такие вещи, против своей воли, но, взглянув на оголенное тело любимого человека, лицо которого излучало столько теплых эмоций, Чимин понял, что впервые в жизни ему хочется сделать приятно кому-то. Целуя выпирающие кости таза, мужчина снял ненужные вещи с ног и отбросил в непонятном направлении. Одна из рук Юнги нашла свое место в любимой жидкой шевелюре брюнета, иногда слегка их оттягивая от удовольствия. Пак, не прикасаясь руками к члену, взял его в ротик, делая плавные движения головой. Язык творил удивительные вещи, заставляя журналиста сжимать в кулак хлопковую золотистую простынь и помогать двигаться в такт действиям возлюбленного, причиняя легкую боль Чимину, цепляясь за волосы. Пак сжимал бедра Юнги от прилива новых ощущений, оставляя небольшие царапины, которые только придавали эстетичность этому худощавому телу. Закончив ласкать такую вкусную сладость, мужчина тем же путем вернулся к губам Мина, которые двигались, часто выдыхая горячий воздух. Он смачно вцепился в них, будто пытаясь поглотить как можно больше блаженных всхлипов парня, будоражащих сознание. Юнги, не отрываясь от Чимы, снял с него ночную рубашку, пуская руку в такие же штаны. Ощутив нежную плоть, Мин вместе с Паком издали стон, который нес в себе столько желания. Юнги перевернул пациента, сразу спускаясь к ненавистной одежде, снимая ее вместе с нижним бельем. Тело активно регенерировалось, что безумно радовало Мина, уже не было видно таких выпирающих ребер. Он сел сверху, чувствуя между ягодицами вставший член партнера. Чимин прикасался губами к ключицам, водя пальцами по спине Мина, пытаясь прочувствовать каждое мгновение, запомнить каждое ощущение от столь прекрасного. Наконец, Пак снял приятную черную ткань с Юнги, которая нежно спустилась с плеч парня, сильно мешаясь. Чимин потянулся к тумбочке. — Скажем потом «спасибо» Джину за его подарок. — чуть громче, чем шепот, произнес Пак. Он достал из верхнего ящика тюбик с названием известной фирмы, выпускающая товары для взрослых. — Также твой друг любезно согласился объяснить мне, как правильно пользоваться. — ухмыльнулся парень. Юнги закатил глаза, не желая что-либо отвечать, а просто заткнул своего партнера поцелуем, с нетерпением ожидая продолжения. Не раз ему снились сны с подобным и подробным описанием секс-сцен с участием его пациента, от которых он просыпался с каменным стояком. Все мы не без греха. Пак выпустил на пальцы немного холодной жидкости и провел ими по промежности, заставляя мужчину немного вздрогнуть от прохлады. Проведя еще раз туда и обратно, пальцы стали проникать в давно не тронутую дырочку, от чего Юнги схватился за плечи Чимина, сжимая их, выгибаясь так, что его голова оказалась слева от Паковской. Он оказался таким тугим, что на одном пальце дело не закончилось. Пак начал массировать стенки, помогая своему партнеру привыкнуть и немного расслабиться, тихо постанывая. В ход пошел второй палец, который без проблем вошел в анал, раздвигая его еще больше и помогая прорваться громкому стону, сквозь закрытые губы. Резкие, но точные движения мужчины, нащупали ту самую приятную точку сильного пола, от чего пациента оглушил громкий и открытый стон блаженства. Не желая продолжать эти «мучения», Юнги сам отодвинулся назад, насаживаясь на не меньший размер члена парня. Закусив губу и сожмурив глаза, Мин позволил вырваться из самого нутра довольному мычанию. Он медленно делал движения вверх-вниз, кладя парня на спину и упираясь руками в ключицы, оставляя кровавые царапины, выдыхая свои вздохи удовлетворения прямо в губы партнеру, а после страстно и яро их целуя, получая такой же ответ. Когда мужчины отрывались друг от друга, то они не моргая смотрели друг другу в глаза, часто закрывая их от этого райского наслаждения. По телу бродили руки, сжимая его до синих отпечатков пальцев на нем, но кому какая разница сейчас. За столько лет первый в жизни хороший и мягкий секс в почти сознательном состоянии. Разве не волнующе? Чимин снова сел и целовал шею парня, которая была вытянута за счет того, что Мин закинул голову назад. Пак сжимал мягкие половинки возлюбленного, помогая Юнги скакать на его плоти, доставляя обоим неимоверно приятные ощущения: секс сам по себе очень приятная вещь, если он по обоюдному согласию, но когда это происходит еще и с любовью, то это непросто соприкосновение двух тел — это соприкосновение двух душ, осторожное и такое осязаемое, что воздух в комнате становится плотным, дав редкую возможность разрезать его ножом. Через несколько минут Чимин перевернул Мина, быстро наращивая темп, буквально выбивая из глотки мужчины уже хриплые, но такие же возбуждающие крики наслаждения, которые сводили с ума итак уже пропитанное безумием разум. Он гладил по внутренней стороне бедра журналиста, целуясь развязно, не стесняясь, с языком. Мин закинул руки на плечи парню, скрестив их и одновременно одной кистью поглаживая его голову, отвечая тем же на эти пошлые и мокрые поцелуи. В данный момент не существовало никаких границ, никаких правил. Для двоих мужчин были правильны они сами и то, что они чувствуют к друг другу, боясь, что кто-то может помешать их счастью. Но зачем о грустном сейчас. Кровать скрипела, того гляди проломится под тяжестью этих двоих, но все же послушно выполняла свои функции. Чимин чувствовал, как что-то внутри него ликует, будто тысяча новых бутонов раскрылись на новом дереве, возродившееся на месте старого из него же. Находясь сверху, с каждым толчком, целуя разгоряченную спину и приподнимая его бедра, лаская член, Пак слышал, как Юнги зубами хватается за одеяло, не зная, как справиться с таким приливом гомонов. Ему приятно, и это сейчас было главное для кареглазого брюнета, ведь так он может хоть немного отблагодарить мужчину за его старания, за то, что всегда был рядом и не бросил его погибать в психиатрической больнице. — Чимин~ии. — проскулил Мин хриплым голосом, не открывая век и сжимая постельное белье так, что побледнели костяшки. — Юнги~я… — пролепетал Чимин. — Раз… — толчок. — Два…- толчок. — Три… Оба парня содрогнулись в экстазе, часто и басисто дыша. Голова приятно кружилась, а сердце пыталось покинуть тесную грудную клетку, стуки которого отдавались по всему телу. — Юн~и, я кажется…- пытался выговорить Пак, что излился внутрь, хоть и чувствовал приближающийся оргазм. — Тссс…- поднес к его губам палец Юнги, пытаясь восстановить дыхание, улыбаясь. — Все хорошо. Я люблю тебя. — вырвалось с уст Мина. — Юнги~я…- не веря своим ушам, произнес еле слышно Пак, заключая в свои объятья уставшего и счастливого парня. — Я, кажется, тоже тебя люблю. — он ласково чмокнул его в лоб, боясь, что сейчас он проснется, и все это окажется самым прекрасным сном, который в реальности разобьет сердце, заставив впасть в депрессию. Теплые и такие родные руки обвили шею парня, от чего тот понял, что это действительно все взаправду. Неужели такая радужная действительность существует, после стольких лет мрака и заточения в стенах собственного саморазрушения, одна рука вытащила его на свет, подобно первому лучу солнца в ненастную погоду. Можно ли рассчитывать на хеппи-энд?
