Никогда не забывай

Пять лет назад. — Хей, Арне! — знакомый голос эхом прокатился по полупустому коридору университета. Лекции закончились, и студенты в основной своей массе уже разошлись по домам. Арне задержался на кафедре сценической речи, обсуждал с профессором свое выступление на ежегодном смотре талантов, куда его пригласили, как одного из самых перспективных студентов Берлинской школы киноактеров. Зигфрид или просто Зиг, как звали его приятели, налетел на Арне и размашисто хлопнул ладонью по плечу. — Ты поедешь с нами в выходные на Хафель? — затараторил он. — Оскар снял Наутилус на два дня. Будут девочки и море выпивки. — Опять, небось, толпа народу на лодке соберется, не протолкнуться, — проворчал Арне, обдумывая предложение. Он был не против студенческих тусовок, тем более что Оскар обычно оплачивал львиную их долю. Хорошо иметь богатеньких друзей. Отец Оскара был владельцем строительного бизнеса, ворочал огромными деньжищами и своему сынку ни в чем не отказывал. Семья самого Арне тоже не была совсем уж бедной, но и до финансовых воротил им было далеко. Отец работал инженером на заводе BMW и хорошо зарабатывал. Мать подрабатывала воспитателем в дошкольном учреждении и была, скорее, волонтером, чем полноценным работником. Для содержания дома и семьи им хватало, но лишних денег не водилось. На карманные расходы Арне выделяли не очень много, но плюс еще стипендия, выходило не так уж и плохо. И все же, тратить на тусовки большую часть своих денег он считал неприемлемым. Но когда приглашали, отказывался редко. Если тот же Оскар мог себе позволить позвать друзей на крутую вечеринку за свой счет, то грех было не воспользоваться такой возможностью. — Да не, — Зиг задумался. — Вроде всего человек десять собирается. Это мы еще учимся, а многие уже закончили и разъехались кто куда. Так что — не дрейфь, не задавят тебя. — Ладно, — Арне улыбнулся. — Во сколько подруливать? — Давай в два часа на причале. Я тебя подожду, вместе пойдем. — Ок. Тогда до завтра. Зиг убежал, у него еще был факультатив по пластике. Арне, закинув рюкзак на плечо, пошел в противоположную сторону. До дома от университета добираться приходилось по часу, а то и больше. Когда он выбирал себе место для дальнейшего образования, расстояние было последним, на что он обращал внимание. Главным для него являлось, чтобы там обучали актерскому мастерству. Арне сколько себя помнил, всегда хотел стать актером. Грезил этим. В детстве, бывало, копаясь в родительском шкафу, находил какой-нибудь халат или мамино старое платье, надевал и представлял, что он играет короля. Именно играет. Когда он смотрел фильмы, то всегда представлял себя на месте актеров, а не на месте героев. Сидя в театре, куда его иногда брали с собой родители, он мечтал, что однажды так же выйдет на сцену и будет играть. Творить. Перевоплощаться. Мечта стала ближе, когда по окончании гимназии, его результатов с лихвой хватило для поступления в Берлинскую школу киноактеров. Это был идеальный вариант из самых лучших учебных заведений, в которых обучали актерскому мастерству. Выпускниками этой школы были многие из известных немецких актеров. В педагогический состав входили преподаватели, которым в свое время удалось сделать карьеру в Голливуде. И Арне Хофман тоже мечтал однажды оказаться там. Пробиться на вершину. Чтобы и его имя влилось в списки звездных людей. Он, безусловно, был талантлив, это отмечали все, кто видел его игру. Его даже приглашали сняться в сериалах. Правда, роли там были совсем маленькие, но ведь это уже прогресс. Шаг вперед, к своей цели. Пока он учится, но как только закончит — обязательно взлетит. Арне пообещал себе и был намерен сдержать свое обещание. Следующий год должен был стать последним годом его обучения. Для прохождения практики Арне выбрал театр драмы. Ему удалось договориться со знакомым, который пообещал помочь. Конечно, играть главные роли ему никто пока не доверит, но и небольшие эпизоды для Арне будут счастьем. Все начинают с малого. Весна уже давно уступила свои права лету, хотя по календарю был всего лишь май. Из окна автобуса Арне бездумно разглядывал проносящиеся мимо деревья, на которых вовсю зеленели молодые свежие листья, еще не запыленные городским смогом. В городе было душно. Зеркальные стены зданий отблескивали на солнце, слепя глаза. Асфальт, нагретый за день жарой, словно плавился, и дымка испарений поднималась в воздух, создавая едва заметную рябь. Арне подумал, что в такую погоду прогулка по реке будет в самый раз. Все-таки не зря он согласился. Хотя его слегка напрягало то, что Зиг опять с таким энтузиазмом упомянул про девочек. Разве что только бровями не играл. Он не оставлял попыток свести его с кем-нибудь из той армии девчонок, что хороводом кружились в их тусовке. Арне вяло сопротивлялся, объяснять Зигу, что на девочек ему всегда было параллельно, он не собирался. Он рос обычным ребенком. Активным. Жизнерадостным. Очень общительным. У Арне всегда было много приятелей как мальчишек, так и девчонок. С одними он лазил по деревьям, дразнил соседских псов и мастерил всякую ерунду, которую собирают все дети из окрестного барахла. С другими читал интересные книжки, бегал купаться на речку и придумывал страшные истории. В четырнадцать лет, когда его дружки стали проявлять к девочкам интерес, отличный от детской дружбы, Арне все так же обсуждал с ними прочитанные книги, продолжая общаться, как в детстве. Знаки внимания, направленные на него, он попросту не замечал. А в шестнадцать, когда его одноклассники с энтузиазмом обсуждали, у какой из девчонок в их школе лучше грудь, Арне вдруг влюбился. Неожиданно для него самого, первой его любовью стал мужчина, сосед, лет на десять старше. Арне фантазировал о нем, просыпаясь утром в мокрых трусах от откровенных снов. Караулил у дома, чтобы якобы случайно встретить и перекинуться хотя бы парой слов. Даже стихи слезливые писал, которые потом приходилось сжигать в бочке на заднем дворе. Не дай бог бы кто увидел. Потом как-то незаметно все прошло. Арне отвлекся на учебу — готовиться к тестам приходилось очень усердно. Он днями и ночами просиживал над учебниками, изо всех сил грызя гранит науки. Для достижения своей мечты, ему необходимо было набрать максимальное количество баллов. И любовь ушла, будто не было, забылась в учебной горячке. Когда же все экзамены были позади, наступило лето, и Арне снова окунулся в веселую подростковую жизнь. Тогда-то он и убедился окончательно, что девчонки его совсем не привлекают. Он смотрел на парней. На своих ровесников, с гибкими подростковыми фигурами, на ребят постарше, с уже оформившимися мышцами и пробивающейся щетиной. Облизывал взглядом широкие плечи, узкие бедра и крепкие ноги. И тело его реагировало весьма однозначно. У него вставал. На парней вставал, а вот на девчонок — нет. Сколько бы он на них не пялился. И Арне принял это. Если уж так случилось, то чего себя изводить напрасно. Сам-то принял, но делиться подобным с кем-либо не спешил. Он думал, сложно будет себе кого-нибудь найти, но его находили сами. Арне был общительным и веселым молодым человеком, он привлекал своим легким характером, как девушек, так и ребят. В любой компании он, как будущий актер, находил свою аудиторию и завоевывал симпатию. Его открытому очарованию сложно было сопротивляться. И такие же парни, как он, те, кто был посмелее, к нему подкатывали. Взгляды, полунамеки, завуалированный флирт — все это будоражило кровь, разжигало желание. В общем, личная жизнь у Арне была очень даже активная. На следующий день на причале он появился вовремя. Зиг уже ждал его, облокотившись о парапет и разглядывая окрестный пейзаж. Погода радовала солнышком, что отражалось от спокойной речной глади, слепя глаза, и почти полным безветрием. От асфальта шел жар, и хотелось уже поскорее оказаться на воде и отчалить подальше от душного города. — Надо дождаться еще одного чела, — сказал Зиг, после того, как они обменялись приветствиями. — Он скинул смс, что задерживается, поэтому придется еще немного тут поторчать. Арне вздохнул и тоже, привалившись к парапету, стал смотреть на реку. Чуть поодаль от них стояли пришвартованные в ряд лодки и яхты. Белоснежные изысканные красавицы соседствовали с простенькими моторками и грубоватыми, но похожими на плавучие мини-отели, Наутилусами. На некоторых из них полным ходом шла подготовка к отплытию, и персонал делал последние приготовления. — А кто он? Я его знаю? — Арне выискивал взглядом в толпе кого-нибудь из знакомых. На набережной было многолюдно. В выходной день всем хотелось вырваться из бетонно-стеклянных джунглей поближе к природе и чистому воздуху. — Нет, — Зиг тоже вглядывался в проходящих мимо людей. — Я сам с ним познакомился всего неделю назад у Гектора в баре. Арне засмеялся. Зиг был, наверное, даже общительнее его самого. У него было несметное количество приятелей. Он мог с легкостью завести разговор с незнакомцем, а потом так же легко пригласить его на тусовку, в клуб, бар, в кино, да куда угодно, что первое намечалось по плану. Если Оскар в основном притаскивал на вечеринки разных девчонок, которые водили с ним знакомство в таких же невероятных количествах, то Зиг был главным поставщиком парней для этих вечеринок. Что самое интересное, в голубой братии Зиг не числился, наоборот, периодически у него была та или иная девушка, но все равно знакомился в основном с парнями. Он всегда находил, о чем с ними поговорить. — Он вроде только недавно в Берлин переехал, — Зиг придвинулся ближе к Арне. Рядом с ними остановилась компания из пяти человек, и они стали спорить, какой ракурс лучше взять для группового фото. Чуть дальше двое мальчишек, лет пяти-шести, рубились игрушечными саблями, с криками бросаясь в бой. Так что к толчее прибавлялся еще и шум. Им с Зигом приходилось повышать голос, чтобы услышать друг друга. — Я, если честно, плохо помню, откуда он приехал и зачем, набрались мы тогда знатно, — Зиг поморщился, видать, вспомнив свое состояние на следующее утро. — Но парень он отличный, я вас познакомлю. О, вот он! — Зиг замахал руками, закричав во всю глотку практически Арне на ухо, так, что тот чуть не оглох. — Эээлдрииик! Арне пытался разглядеть того, кого так упорно зазывал Зиг. И немного растерялся, когда знакомый его друга неожиданно оказался рядом, вынырнув из-за спин компании, что все еще фотографировалась рядом. — Познакомься — это Элдрик Вайс, — представил парня Зиг, обменявшись с ним рукопожатием. — Арне Хофман, — представился в свою очередь Арне, тоже пожимая, протянутую руку. Вообще фамилия Вайс необыкновенно подходила парню. Он был весь такой беленький. Натуральный блондин. Светлые волосы, коротко подстриженные на затылке, спадали мягкой волной до самых глаз. Белесые брови разлетались стрелами и в сочетании с такими же ресницами, смотрелись выгоревшими на солнце. Но это еще больше притягивало внимание к его глазам, светло-голубой цвет радужки которых имел по краю ярко-синюю окантовку. Они напоминали две льдины посреди Атлантического океана, и Арне вдруг подумалось, что разбиться о них — как нефиг делать. Черные джинсы, порванные на коленях, и черная же майка-борцовка выгодно оттеняли светлую кожу Эдрика. На солнце казалось, что она мерцает и переливается, словно под ней частички кварца находятся в постоянном движении. Арне еле удержал себя, чтобы не погладить большим пальцем тыльную сторону его ладони при рукопожатии, настолько мало ему показалось простого прикосновения. Парень действительно был красив. Еще по-юношески округлые гладкие щеки, без намека на щетину, были окрашены проступающим румянцем, а пухлые губы с четким рисунком, двигались с потрясающей артикуляцией. Его фигура была еще по-мальчишески худой и угловатой — руки тонковаты, но плечи уже пошли вширь. Зато он был высок, ростом почти с Арне, и ноги у него были ровные и длинные. Ну прямо эльфийская куколка. Интересно, ему часто приходится отбивать похотливые лапы разных извращенцев. Желающих-то, небось, хоть отбавляй. Вот у самого Арне Элдрик точно вызвал желание прикасаться. Он поймал себя на мысли, что находится в шаге от того, чтобы начать неприкрытую осаду этой крепости. Хотя раньше никогда первый не делал попыток к сближению. Глубоко вдохнув, Арне усилием воли заставил себя разорвать рукопожатие. Лицо его горело. Вот же черт, с чего это он реагирует как подросток в период гормонального взрыва. Всего лишь симпатичная мордашка, а эмоций-то… — Ну, что? Пойдем? — Зиг, не замечая неловкости Арне, направился в сторону пришвартованных лодок. Арне и Элдрик неспеша пошли за ним. *** Элдрик с любопытством разглядывал идущего рядом с ним парня. От него не укрылось странное поведение нового знакомого. Чего он вдруг засмущался? Понравился? Может, конечно. Элдрик прекрасно знал, как выглядит. В свои девятнадцать лет он имел толпы поклонников обоих полов. И если девушки просто липли к нему, как мухи на мед, то с мужчинами было гораздо сложнее. Он никогда бы не подумал, что сможет так сильно привлекать поклонников своего пола. Но и ровесники, и мужчины постарше буквально осаждали его своим вниманием. С кем-то удавалось шутками сгладить ситуацию, а вот некоторые считали, что при такой внешности он обязательно должен быть безотказной шлюхой и позволяли себе распускать руки. Элдрик ситуации на самотек не пускал, бил сразу. Часто и в ответ прилетало. Так что эта симпатичная мордашка иной раз оказывалась слегка подпорченной. Собственно, его смазливая внешность и стала катализатором проблем, с которыми он еще не придумал, как справиться. Элдрик приехал в Берлин из Бамберга — маленького провинциального городка в северной части Баварии. Он поступил в Берлинский университет искусств на художественный факультет, успешно пройдя все конкурсы, какие там устраивали. Рисовал он с детства. Мать до сих пор бережно хранила все его ранние рисунки. Смеясь, она говорила, что когда он станет знаменитым художником, тогда они продадут их с аукциона за бешеные деньги. Когда Элдрик уезжал, она плакала, причитая, как быстро вырос ее любимый мальчик. В Берлине он жил в общежитии при университете, с двумя такими же провинциалами. Родители не могли себе позволить оплачивать ему съемную квартиру, тех денег, что они присылали, с трудом хватало даже на еду. Просить больше он не смел. У него была еще и младшая сестра, о которой родителям тоже следовало позаботиться. Элдрик, конечно, подрабатывал иногда по вечерам, заменяя официанта в кафе на углу их улицы, но учеба отнимала практически все его время, и найти постоянную работу пока не светило. Но несмотря на всю свою сознательность и устремленность, как и любому студенту, ему хотелось весело проводить свободное время — ходить в клубы, тусоваться с друзьями, встречаться с девчонками, быть в центре яркой взрывной жизни, что вели его более обеспеченные сокурсники. И Элдрик заводил знакомства — полезные и не очень, кочуя от одной компании к другой. Приятная внешность и легкий, открытый характер весьма ему в этом помогали. На одной из вечеринок, которую устроил его одногруппник в честь своего дня рождения, Элдрик познакомился с Паулем Райманом. Пауль учился на последнем курсе их университета. Про него ходили слухи, что он связан с криминалом. Мол, он часто крутится рядом с подозрительными личностями. Может просто болтали, но скорее всего, была в сплетнях доля правды. Деньги у Пауля водились, хотя ни богатыми родителями, ни высокооплачиваемой работой он похвастаться не мог. Он был обладателем невзрачного отталкивающего лица, какого-то всего заостренного и вытянутого, словно мордочка крысы, и неприятного визгливого голоса. Элдрику он сразу не понравился. Но зато Элдрик, как выяснилось позже, весьма понравился Паулю. Он подкатил к нему там же, на вечеринке, когда все уже порядком набрались, и веселье достигло своего апогея. Элдрик, естественно, отказал. Резко. Даже оттолкнул его от себя, морщась от отвращения. Пауль тогда просто ушел, а сам Элдрик на следующий день и думать забыл об этом инциденте. У него их случалось миллион. Но Пауль, как выяснилось, не забыл. Не смог простить Элдрику своего унижения. Злопамятным оказался, зараза. Через день Элдрика подкараулили возле университета. Двое мужчин классической бандитской внешности скрутили его и, затащив в машину, увезли в неизвестном направлении. Там, где он в итоге оказался, Элдрику пришлось пережить самые неприятные моменты в своей жизни. Избивали его долго, и Пауль принимал в этом непосредственное участие, стараясь больше остальных. Он бы и трахнул Элдрика впоследствии, если бы не главный из этой чумовой компании. Мужчина лет сорока-сорока пяти, с цепким холодным взглядом, сидел чуть поодаль и не принимал участия в избиении, просто молча наблюдал. Но когда Пауль начал расстегивать свои штаны, вмешался. Элдрик потом, прокручивая в голове ситуацию, в которую попал, думал, что, возможно, было бы проще, если бы его просто изнасиловал этот урод Пауль. А теперь же он был обязан исполнять все, что нужно этому страшному мужику, имени которого так и не узнал. Когда ему изложили суть, в чем предстоит поучаствовать, Элдрик чуть не завыл. Это сулило ему не просто неприятности, это грозило сломать всю его жизнь. Они хотели украсть жутко дорогую картину у известного коллекционера. Заменить ее копией, чтобы пропажа не обнаружилась сразу. И тут им так вовремя попался Элдрик — студент художественного факультета. Он бы реально смог нарисовать им копию и, похоже, они прекрасно знали об этом. Подготовились. Но изготовить копию картины — это еще полбеды. Элдрику приказали самому провернуть аферу с ее заменой. Они знали даже то, что он был знаком с сыном этого самого коллекционера. Знакомство, конечно, шапочное — так тусовались пару раз вместе, но после того, как парень стал открыто к нему приставать, Элдрик перестал появляться в той компании. Но его похитителям было откровенно на это плевать, они дали ему два месяца на все про все. А чтобы он не смог отказаться, хладнокровно продемонстрировали короткое видео в телефоне одного из бандитов, на котором в Бамберге его сестра беспечно возвращалась домой из школы. Намек был слишком прозрачный. Элдрик был напуган. Да что там напуган, он был почти в панике. Он думать ни о чем не мог, кроме ультиматума, что поставили ему шантажисты. Если его поймают, ему светит лет семь тюрьмы. Мерзкий Пауль все это время стоял рядом и ухмылялся. Перед тем, как его снова запихнули в машину с мешком на голове, шепнул, что позаботится о его заднице, если сладкий мальчик не справится с заданием. Когда он приполз в общагу, после того, как его за пару кварталов выкинули из машины, лучшей мыслью, что пришла в его голову, было пойти в бар и напиться. Туда он и направился, о чем впоследствии ни капли не пожалел. Знакомство с Зигфридом ему словно сам Бог послал. Когда он узнал, что Зиг учится на актерском факультете, в его голове еще смутно, но стал прорисовываться план. Впереди забрезжил свет, намекающий, как выбраться из дерьма, в которое его макнули с головой. Алкоголь немного очистил голову от паники, расслабил, и Элдрик смог немного более хладнокровно взглянуть на ситуацию. Ему же пообещали, что, как только он провернет дело, претензий к нему предъявлять никто больше не будет. Как он это сделает, никого не волновало. Времени ему дали всего два месяца. Следовало бы поторопиться. — Ты учишься вместе с Зигфридом? — спросил Элдрик у шагающего рядом Арне. — Да, — ответил тот несколько хмуро, все еще переваривая свою реакцию. — Мы в одной группе. Сам Зигфрид слабо подходил для реализации его задумок — не тот типаж. А вот его друг, с которым они только что познакомились, похоже, был тем, кто ему нужен. Симпатичный шатен с серо-голубыми глазами и породистым лицом притягивал взгляды. Высокий рост, хорошая фигура и уверенные жесты. Сыну коллекционера он должен понравиться. А главное — Арне тоже учился на актера, что было немаловажно для планов Элдрика. И к нему он вроде проникся симпатией. Можно было на этом сыграть. *** На лодку они прибыли последними. Все уже были на месте и готовились отплывать. Оскар, с обеих сторон к которому прилепились две девчонки в коротких топиках и шортах, громогласно приветствовал их, вручив по бокалу шампанского. Людей и правда оказалось немного. Четверо парней — Оскар, Зиг и они с Элдриком, и четыре девушки — Роза, Кейт, Зои и Мартина — девушка Зига. Всего на лодке собралось двенадцать человек, включая капитана, его помощника и двух официантов. На верхней палубе уже звучала музыка, и большая часть ребят переместилась туда. Арне с бокалом шампанского прогулялся по лодке, осматриваясь. Поболтал с приятелями. Он знал тут всех, кроме этого нового парня, что привел Зиг. Обосновавшись на корме, он смотрел на отдаляющийся берег и расслаблялся. Впереди два дня приятного ничегонеделания. Жизнь однозначно удалась. — Не помешаю? — на соседний шезлонг с коктейлем в руках приземлился Элдрик. Арне обернулся, зависая на заискивающей улыбке и ярких глазах, смотрящих на него с интересом. — Нет, — он улыбнулся в ответ. Все-таки понравился ему этот парень. — Здесь вполне хватит места нам двоим. — Вы часто так собираетесь? — спросил Элдрик, оглядываясь. — Бывает. Оскар редко гуляет без размаха. Тебе здесь нравится? — Выглядит все очень шикарно, — Элдрик снова заулыбался. Видно было, что он немного смущается в новой компании. — Все дружелюбные, особенно девушки. Арне подавил смешок, прячась за бокал шампанского. Их девушки были дружелюбны со всеми, кто мало-мальски вышел мордашкой. А уж этого у Элдрика было хоть отбавляй. К ночи они еще перессорятся за место рядом с ним. — Кто-нибудь понравился? — Арне спросил без умысла, просто чтобы поддержать разговор. Элдрик не был похож на того, кому нравятся парни, поэтому никаких далеко идущих планов Арне не строил. Хоть и тряхануло его не слабо в момент знакомства, набрасываться на него Арне не собирался. — Неа, — парень отхлебнул из своего стакана и, задержав взгляд на Арне, медленно облизал губы. — Не успел толком рассмотреть. Это что? Уже намеки?.. Арне даже растерялся. Но придумать, что сказать в ответ, не успел. — Вот вы где! — окликнула их Мартина — девушка с длинными черными волосами. — Пошли скорее наверх, сейчас караоке врубим. Мартина была последней девушкой Зига. Деятельная и активная, она успевала везде. По характерам они сочетались замечательно. Может, поэтому и встречались уже три месяца. До этого девушки у Зига больше трех недель не задерживались. Либо они уставали от его активности, либо он — от их занудства. Она утянула Арне и Элдрика на верхнюю палубу, продолжая о чем-то болтать, указала им на диван, куда они втиснулись вплотную друг к другу, и убежала помочь Зигу настроить аппаратуру. Арне, прижатый бедром к бедру Элдрика, почувствовал исходящее от него тепло. Волоски на его коже приподнялись от приятных ощущений. Вот только не хватало еще, чтобы член встал. Картина будет — закачаешься. Он украдкой посмотрел на парня и чуть не застонал. Элдрик сидел, откинувшись на спинку дивана, и чуть прикусывал нижнюю пухлую губу, смотря каким-то остекленевшим взглядом вперед. От такого откровенно эротичного вида даже в глазах потемнело. Арне повертел в руках опустевший бокал, решая, сходить за бутылкой самому или попросить кого-нибудь передать. Терять такой волнующий контакт с Элдриком не хотелось, хоть он и испытывал от близости небольшие неудобства в виде неуместной реакции тела. Окликнул Оскара, который сидел с другого края дивана, как раз рядом со столиком с напитками, чтобы тот передал бутылку. Она попала к Элдрику, и тот протянул ее Арне, едва заметно вздрогнув, когда их пальцы соприкоснулись. Зазвучала музыка — самопровозглашенные ди-джеи наконец-то справились с настройкой, и Мартина запела в микрофон чистым звонким голосом. Песенка была простая, попсовая, но обстановка сразу разрядилась, все засмеялись и начали подпевать. Жара уже не так сильно ощущалась, как в городе. Девушки переоделись в купальники, а ребята почти все оголили торсы, подставляясь солнечным лучам для загара. Их лодка плавно скользила по реке, изредка приветствуя гудками проплывавшие мимо яхты. Молодежь обменивалась приветственными криками, махая друг другу с бортов. Было весело. Атмосферу праздника усиливала музыка, ревевшая из огромных динамиков, установленных на верхней палубе с обоих концов, и выпитое шампанское, волшебными пузырьками распространявшееся по телу, заставлявшее кровь бежать быстрее. Когда начало темнеть, девчонки устроили танцы. Зажигательные латиноамериканские мотивы эхом разносились по тихой глади реки. Арне в ритме двигался в толпе своих друзей, взглядом выхватывая Элдрика, вокруг которого змеей вилась Зои — рыжеволосая красотка с пышными формами. У него у самого образовалась пара — Кейт. Она весь вечер строила Арне глазки и сейчас прыгала рядом, периодически забрасывая тонкие руки ему на шею. Композиция сменилась на медленную. Так и оставшись при своих партнершах, они неспеша покачивались в танце. В какой-то момент взгляды Элдрика и Арне пересеклись и больше уже не расцеплялись. И Арне подумал, что вот это уже нельзя списать на случайность. Между ними действительно возникло притяжение. Воздух словно заискрился - настолько откровенно они смотрели друг на друга. Арне прижал к себе Кейт, проводя рукой по ее спине, и облизал губы, не отрываясь глядя Элдрику прямо в глаза. Тот, в свою очередь, положил руку Зои на затылок и, приблизив лицо к ее волосам, глубоко вдохнул, приоткрывая рот, и так же не отводил взгляда от Арне. Все это выглядело так, словно они касались не девушек, с которыми танцевали, а друг друга. Арне почувствовал, что возбуждается. Он чуть отодвинулся от Кейт, но смотреть на Элдрика не перестал. Когда танец закончился, Арне понял, что ему срочно нужно остыть. Ткань его джинсовых шорт заметно натянулась в районе ширинки, выдавая с головой его возбуждение. Чтобы не вводить Кейт в заблуждение, он быстренько избавился от нее под предлогом необходимости посещения комнаты для мальчиков. И сбежал с верхней палубы. Уже совсем стемнело, и на лодке зажгли фонари. Но на корме было темно и безлюдно. Только из салона мягко лился приглушенный свет да едва слышно доносились голоса капитана и его помощника. На небе показались первые звезды, добавляя романтики в окружающий пейзаж. Арне, облокотившись о поручень, смотрел на воду. Дыхание никак не приходило в норму. Перед глазами все еще стоял прожигающий насквозь взгляд Элдрика. Он не знал, что думать. Как расценивать то, что происходило на верхней палубе? Как приглашение? Он тоже привлекает Элдрика? Арне понятия не имел, как это проверить. — Похоже, это самое романтичное место на лодке, — раздался чуть насмешливый, с легкими эротичными нотками, голос у самого его уха. Арне вздрогнул. Он не услышал шагов, так задумался. Но сразу оборачиваться не стал. Элдрик долго мучиться размышлениями себе не позволил. После их откровенных переглядов в танце, он окончательно убедился, что Арне его хочет. Стоило ковать железо пока горячо. Вот ведь ирония, не иначе. Он столько лет отбивался от всех этих грязных приставаний, а теперь сам готов прыгнуть на первого встречного парня. И не важно, что это нужно сделать для спасения своей шкуры, для того, чтобы обезопасить свою семью. Все равно мерзко. Хотя Арне не вызывал у него неприязни, наоборот, он ему понравился. Только вот Элдрик все равно с трудом себе представлял, как это будет с парнем. С чего начинать-то? — Странно, что кроме тебя его никто не облюбовал, — отбросив сомнения, продолжил Элдрик, практически касаясь грудью спины Арне. Похоже, импровизация ему удавалась. Арне развернулся, заставив Элдика сделать шаг назад. И тут же поймал его за ремень, притягивая к себе. Его сомнения тоже исчезли. — Так это же неплохо, — прошептал он, наклонившись так, что его губы едва касались щеки. — Или ты хочешь, чтобы здесь был кто-то еще? — Руки Арне опустились на бедра Элдрика. — Нет, меня все устраивает, — еле слышно отозвался тот, шумно сглотнув, и как-то отчаянно прижался к Арне, положив руки ему на грудь. А Арне уже мало что соображал. Возбуждение вернулось, затуманивая мозг. От Элдрика так вкусно пахло. Чуть сладковатый запах алкоголя перемешался со свежим легким запахом туалетной воды. Он мазнул губами по его щеке и следом накрыл губы Элдрика поцелуем. Арне не торопился, он желал хорошенько его распробовать. Элдрика вообще, похоже, выкинуло в астрал. Он не шевелился, не отвечал, только приоткрыл рот, позволяя себя целовать. Но, когда Арне провел языком по его верхней губе, словно очнулся. Его руки взметнулись вверх, запутываясь у Арне в волосах. Дыхание участилось. И Элдрик с тихим стоном сам прижался к губам Арне в ответном поцелуе. От его тела полыхнуло жаром. Кожа стала влажной. Сердце в груди Арне затрепыхалось сумасшедшей птахой. Забилось в ребра. Замерло. И снова пустилось вскачь. Вдруг захотелось, чтобы этот момент длился и длился. Вечно. Задыхаясь от эмоций, Арне скользнул руками по спине Элдрика, еще крепче прижимая к себе. На верхней палубе так же играла музыка, слышался смех ребят, а они все целовались, намертво спаявшись в объятиях, а небо на фоне разгоралось все новыми и новыми звездами.